Это заставляло её чихать, визжать и стонать в высшей степени ужасно, порою вынуждая её живот вздыматься и сотрясая её тело с такой силой, что если бы её не удерживали на кровати, то она могла страшно искалечиться.
Ведь прямо страшно – ты либо разобьёшься, либо искалечишься.
– Я горбат. И они пущай искалечатся, растут горбатыми! – рассудил злыдень.
Это заставляло её чихать, визжать и стонать в высшей степени ужасно, порою вынуждая её живот вздыматься и сотрясая её тело с такой силой, что если бы её не удерживали на кровати, то она могла страшно искалечиться.