Потом удалила макияж, собрала волосы в пучок на макушке, заколола выбивавшиеся из него слишком короткие пряди, чтобы не мешали, а контактные линзы сменила на очки.
Он исхудал до неузнаваемости. Темно-серая летняя пара и такое же пальто висели на нем как на вешалке, в усах и в бороде появилась сильная седина, тоже замечалась и в его когда-то черных, как смоль кудрях, выбивавшихся из-под дорожной фуражки. Когда-то блестящие глаза — потускнели и приняли мрачное выражение.
Тоже с бородой, но пожиже, вихрастым белобрысым чубом, упрямо выбивавшимся из-под щегольски сдвинутой набекрень фуражки с треснувшим козырьком.
И тут наткнулась на историю, несколько выбивавшуюся из общего хора потусторонней ерундистики.
Потом удалила макияж, собрала волосы в пучок на макушке, заколола выбивавшиеся из него слишком короткие пряди, чтобы не мешали, а контактные линзы сменила на очки.