Просто если буйна головушка захочет пойти к анархистам-разрушителям, так мастей у анархистов много, и во всякую вход открыт, ломать не строить, лети, мотылёк, на манящий огонёк.
Его условный зов // Слышит князь, укрытый темнотою: // «Выходи, князь Игорь!» И едва // Смолк Овлур, как от ночного гула // Вздрогнула земля, // Зашумела трава, // Буйным ветром вежи всколыхнуло.
Лишь один из них, из опричников, // Удалой боец, буйный молодец, // В золотом ковше не мочил усов; // Опустил он в землю очи темные, // Опустил головушку на широку грудь — // А в груди его была дума крепкая.
Просто если буйна головушка захочет пойти к анархистам-разрушителям, так мастей у анархистов много, и во всякую вход открыт, ломать не строить, лети, мотылёк, на манящий огонёк.
И полетел в одну сторону топор, а в другую покатилась буйна головушка.