Безымянный Бог

Елена Малиновская, 2008

Что делать, когда на тебя открывает охоту правитель могущественной страны? Где и у кого искать спасения, если даже собственный род предал тебя? На землях Безымянного Бога, где не действует магия иноземцев, Эвелине – беглой ученице императора Рокнара – придется до дна выпить горькую чашу разочарований. В жестокой игре, правила которой неизвестны, девушка может рассчитывать лишь на себя. И на любовь, которую даруют ей небеса.

Оглавление

Из серии: Игры с Богами

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Безымянный Бог предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Часть вторая

Тень гончей

Эвелина привыкала жить по-новому. Далион пока не слишком беспокоил девушку своими приказаниями, словно давая возможность привыкнуть к роли покорной тени. Но ее место отныне было рядом с ним — за правым плечом гончей. Теперь у девушки не оставалось свободного времени. Лишь ночью, когда ей позволялось удалиться в свою комнату, Эвелина получала хоть маленькую, но передышку. Нет, Далион не был жесток или чрезмерно строг к девушке. Иногда даже казалось, что он просто не замечает ее. Но чужачку не покидало чувство, будто мужчина лишь присматривается к ней, наблюдает за ее поведением, с тем чтобы в дальнейшем знать, чего ожидать от своей новой тени.

Беспокоил Эвелину и никак не заживающий бок. Рана иногда затягивалась, но потом вновь начинала кровоточить, причиняя скорее моральные, чем физические страдания. Каждый день приходилось бороться с собой, с дикой жаждой, которая многократно усиливалась при виде крови. И вода мало помогала. Девушка не знала — видит ли мужчина ее страдания. А если видит — то почему не излечит полностью? Это ведь так просто для столь сильного мага. Но Далион лишь равнодушно усмехался, когда замечал, как бледнеет чужачка при перевязках, старательно избегая смотреть на свою рану.

Время проходило в полном бездействии. Эвелина уже выучила распорядок дня своего хозяина. Подъем на рассвете, потом скромный завтрак и долгое сидение в библиотеке. Девушка не решалась испросить разрешения на изучение книг. Лишь с жадным блеском в глазах рассматривала корешки тех книг, что читал ее хозяин. За обедом к ним чаще всего присоединялась светловолосая женщина с презрительно холодными синими глазами. Эвелина знала ее имя, поскольку была вынуждена присутствовать рядом с хозяином почти постоянно. Но Ирра за все это время ни разу не заговорила с ней, словно не замечая в упор.

После обеда Далион отправлялся на конную прогулку. Это было самое приятное времяпрепровождение для девушки. Имперка с удовольствием вдыхала чистый свежий воздух осени, который, казалось, хрустел на зубах. Они возвращались домой, лишь когда запад начинал багроветь. И вновь чтение, вновь встреча с Иррой. Вечером Далион милостиво разрешал Эвелине удалиться к себе. И так — изо дня в день. И если сначала в таком режиме дня чужачку все устраивало, то через неделю она уже готова была выть от скуки.

Радовало лишь то, что Далион выполнил свое обещание и вручил девушке меч — простой клинок в стареньких, потертых ножнах. Вечером в своей комнате Эвелина долго тренировалась. Если, конечно, можно назвать тренировкой пару выпадов в тесном помещении.

За первую неделю своего вынужденного рабства девушка ни разу не заговорила с гончей. Пока наконец не набралась смелости на маленькую просьбу, чувствуя, что еще день — и она просто сойдет с ума от бесконечного ежедневного ритуала ничегонеделания.

— Могу ли я получить разрешение у своего хозяина? — хрипло поинтересовалась Эвелина. Далион едва успел сесть в свое кресло и придвинуть к себе очередную книгу.

— Попробуй, — удивленно поднял брови мужчина и с интересом посмотрел на девушку.

— Я бы хотела иметь возможность хоть иногда тренироваться во дворе, — глухо попросила она.

— С мечом? — уточнил Далион и, не дожидаясь ответа, поинтересовался: — Бок не беспокоит?

— Нет, — солгала Эвелина и тут же поправилась, увидев, каким недобрым блеском сверкнули глаза ее хозяина. — Не настолько, чтобы обращать на это внимание.

— Хорошо. Только под моим наблюдением. Знаешь ли, раны от когтей перекидыша долго не заживают. Можно сказать, до самого превращения. Так что я хочу быть уверен, что ты не умрешь от потери крови, — пожал плечами мужчина, вновь пододвигая книгу к себе. — Еще что-нибудь?

— Да, — осмелев, кивнула чужачка. — Могу ли я тоже читать вместе с вами? Пожалуйста.

На этот раз Далион молчал намного дольше, словно прикидывая в уме — не наказать ли свою тень за такую наглость.

— А ты поймешь трактаты, написанные Древними? — наконец с легкой усмешкой переспросил он. — У меня в библиотеке нет трудов на всеобщем языке. Насколько я помню, в Академии искусству понимать забытые наречия не учат.

— В детстве я именно по таким книгам постигала азы магии, — смущенно пояснила девушка. — У моей наставницы практически не было рукописей современности.

— Ну ладно, — хмыкнул мужчина. — Прошу. Весь мой кабинет в твоем распоряжении.

— Спасибо, — почтительно наклонила голову чужачка. И тут же обернулась, пристально изучая корешки старинных фолиантов.

Время до обеда пролетело незаметно. Девушка полностью погрузилась в изучение трактата о целебных травах, даже не замечая, как за ней внимательно наблюдает гончая. Далион ни разу не перевернул страницу своей книги, следя за тем, как чужачка беззвучно шевелит губами, мысленно проговаривая слова заклинаний.

Эвелина вздохнула с сожалением, когда пришла пора спускаться к трапезе. Она торопливо проглотила свою скромную порцию и замерла, блестящими от радости глазами смотря на то, как обедает ее хозяин. Все ее мысли сейчас были о том, чтобы побыстрее вернуться в библиотеку. Наконец-то в ее жизни наступила более-менее благоприятная полоса.

Далион, будто не замечая нетерпения своей тени, неторопливо наслаждался обедом, изредка переговариваясь с Иррой. Та вновь была в излюбленном алом наряде, который выгодно подчеркивал белизну ее кожи.

— Дорогой, надеюсь, ты сегодня освободишься пораньше? — жеманно протянула женщина.

— Я постараюсь, — улыбнулся мужчина. — Ты уже готова? Завтра к нам прибывают младшие гончие.

— Опять суматоха начнется, — недовольно пробурчала Ирра и кинула осторожный взгляд на Эвелину. — Кстати, ты уже придумал, как представить им свою новую тень?

— Да, — серьезно ответил Далион и задумчиво посмотрел на девушку, которая тут же отвела взгляд, делая вид, будто не слышит разговора, посвященного ей. — Только надо что-то придумать с ее меткой. Незачем всем показывать знак императора.

Эвелина вздохнула и попыталась незаметно натянуть рукав рубахи на запястье.

— Любое клеймо сводится огнем, — пожала плечами Ирра. — Сожги это место — и дело с концом. Конечно, немного помучается, зато ей будет легче выдавать себя за невинную девицу. Всем же известно, каким местом женщины в империи заслуживают подобную честь.

У девушки все потемнело перед глазами от жестоких слов Ирры. Она чуть слышно застонала, вспомнив, как именно получила этот знак. Шрам сразу же налился огнем, запылал болью — совсем как в ту злополучную ночь.

— Довольно, — мягко произнес мужчина, заметив, как побледнела его подопечная. — Твои слова слишком несправедливы, дорогая. Мы ведь не знаем ее прошлого, чтобы утверждать такие вещи.

— Так спроси, — хмыкнула женщина, откидываясь на спинку стула. — Девчонка не посмеет солгать тебе. Просто поинтересуйся, спала ли она с императором.

Эвелина опустила голову и закрыла глаза, с ужасом ожидая неминуемого вопроса. Она услышала, как Далион встал и подошел к ней. От тяжелого взгляда заболела голова. Девушка не смела посмотреть на своего хозяина, боясь постыдно расплакаться у всех на виду. Слишком неожиданными были обвинения Ирры. Неожиданными и справедливыми.

— Ты хотела потренироваться? — вдруг спросил мужчина. — Думаю, сейчас самое время.

Девушка с молчаливой благодарностью посмотрела на него и едва заметно кивнула.

— Пойдем, — приказал Далион и улыбнулся Ирре. — Дорогая, прости. У меня почему-то пропал аппетит.

Эвелина вышла из комнаты вслед за своим хозяином, уже не слыша, как женщина злобно прошипела что-то неразборчивое ей в спину.

Во дворе мужчина отошел в сторону и с легким любопытством в глазах принялся наблюдать, как разминается девушка. Сначала она смущалась от столь пристального внимания, но уже после пары приемов забыла про присутствие хозяина. Душа пела, вновь вспомнив былые забавы. Тело повиновалось беспрекословно, и девушка затанцевала на влажной земле.

— Ты обиделась на Ирру? — Внезапный вопрос заставил ее сбиться с ритма. Эвелина едва не споткнулась, но взяла себя в руки и нашла в себе силы спокойно взглянуть на гончую.

— Наверное, нет, — задумчиво протянула она. — Просто… Я была не совсем готова к этому.

— У нее есть много причин для ненависти к Рокнару, — словно оправдываясь, произнес Далион.

— У меня тоже, — слабо улыбнулась девушка, резко взмахивая мечом.

— У тебя неплохая техника, — внезапно переменил тему разговора Далион. — Кто тебя учил?

Девушка больно закусила губу, но все же ответила:

— Император. Я была его личной ученицей.

— Понятно, — без удивления или осуждения в голосе протянул мужчина и с легким шорохом извлек свой клинок из ножен. — Давай посмотрим, насколько хорошим учителем был Дэмиен.

Эвелина почтительно наклонила голову, но возражать не стала. Несколько минут они кружили по двору, словно примериваясь друг к другу. Затем Далион неуловимым движением скользнул вперед. Мечи зазвенели от первого удара.

Девушка сначала излишне осторожничала. Она не знала — можно ли ей сражаться в полную силу против своего хозяина, не чревато ли это последствиями для нее. Поэтому Эвелина не рисковала нападать, уйдя в глухую защиту. Пока наконец раздосадованный ее поведением мужчина не выбил меч из рук девушки. Клинок отлетел далеко в сторону, а Эвелина замерла, чувствуя холодную сталь у своей шеи.

— Бейся по-настоящему, — приказал Далион. — За меня не беспокойся. Как-нибудь увернусь.

Эвелина улыбнулась и подняла меч. Ну что же, гончая, посмотрим, насколько хорошо ты обращаешься с оружием.

Мужчина хищно оскалился в ответ. И пошел вперед. Через несколько минут девушка уже не была так уверена в своей победе. Далион хорошо сражался. Даже слишком хорошо для нее. Эвелина ловко ушла в сторону от очередного удара и быстрым движением вытерла пот со лба. За недолгое время боя мужчина успел неплохо ее погонять. И — Эвелина была в этом почти уверена — он еще и не начинал биться в полную силу.

Воспользовавшись секундной передышкой в схватке, девушка поморщилась и локтем потерла растревоженный бок. На рукаве рубашки сразу же проступили красные разводы.

— Закончим на сегодня, — заметив это, сразу же опустил меч Далион. — Пусть Дайра сменит тебе повязку.

— Я в порядке, — запротестовала было Эвелина, однако тут же замолчала, поймав ледяной взгляд мужчины.

— То-то же, — удовлетворенно сказал маг. — Мои приказания не обсуждаются, а выполняются. Причем сразу же. Иди. Встретимся в моем кабинете.

Девушка поклонилась и поспешила к себе в комнату. На этот раз ей было намного сложнее вытерпеть простую перевязку. Будто недавняя схватка разбудила в ней дремлющего зверя. Мысли вновь и вновь возвращались к ране. Интересно, что будет, если она все-таки лизнет свою кровь? Утихнет ли жажда? И потом, кому она навредит этим поступком? Ведь не убивать же она собирается во имя нескольких капель солоноватой жидкости с железным привкусом.

Эвелина почти решилась на это. Она воровато огляделась по сторонам и мазнула пальцами по багровому следу на боку. Дайра ничего не заметила — она как раз отвернулась. Через несколько минут перевязка была завершена, и служанка удалилась, унося с собой окровавленные тряпки. А девушка села на кровать, зачарованно глядя на темно-красные капли у себя на ладони. Рот наполнился тягучей вязкой слюной, словно в предвкушении. Кружилась голова от столь близкого, столь желанного пиршества. Эвелина медленно подняла руку ко рту и тут же застонала, схватившись за голову.

Сильная боль пронзила ее виски. В глазах все потемнело от неожиданности. Девушка рухнула на кровать и зубами закусила уголок подушки, пытаясь переждать мучительный приступ. Однако боль быстро схлынула, оставив после себя лишь слабость и звон в глазах. Эвелина с отвращением посмотрела на свои руки и принялась оттирать ладони от бурых разводов. Даже жажда прошла.

Далион терпеливо дожидался ее в своем кабинете. Когда перед Эвелиной, скрипнув, открылась дверь, он выжидательно посмотрел на девушку.

— Это были вы? — глухо спросила она.

— Да, — кивнул мужчина. — Просто не дал сделать тебе очень большую глупость.

— Что было бы, если я… Если я попробовала бы кровь на вкус? — слегка запинаясь, поинтересовалась Эвелина.

— Ничего хорошего, — спокойно ответил Далион. — Зверь внутри тебя получил бы пищу и силу. И с ним было бы намного тяжелее справиться во время превращения. Пойми, каждая такая слабость ведет к усилению перекидыша и ослаблению тебя. Мне жаль, что пришлось одернуть тебя так жестоко, но другого пути не было.

— Вы могли бы рассказать мне все заранее, — упрямо возразила девушка.

— Неужели это и так не понятно? — удивленно поднял брови мужчина. — Люди обычно не пьют кровь. Тебе необходимо научиться отличать свои желания от желаний зверя. Только так можно надеть на него ошейник.

— Потому как меня вы уже посадили на цепь, — тихо себе под нос буркнула Эвелина. Далион сделал вид, будто не расслышал этих слов, и махнул рукой, позволяя девушке выбрать себе книгу. Больше в этот день они не разговаривали.

На следующее утро Эвелину подняли на удивление рано. Она уже привыкла просыпаться на рассвете, но в этот раз стук в дверь раздался в то время, когда на улице еще царила ночь. Даже на востоке не успели разлиться нежные розовые краски рассвета.

Имперка быстро оделась и вышла в коридор. Там ее дожидалась заспанная Дайра, которая молча проводила ее в кабинет Далиона. Тот стоял напротив окна, наблюдая, как на стекле пляшут отблески свечей.

— Вы звали меня? — кашлянула Эвелина после нескольких минут ожидания.

— Да, — не поворачиваясь, бросил через плечо мужчина. — Ты слышала, что сегодня прибывают младшие гончие. Это обычная практика для старших — предоставлять свой дом зимой для тренировок. Думаю, теперь нам скучать не придется.

Далион повернулся и устало посмотрел на девушку. Та молчала, не понимая, чего он хочет.

— Я уже говорил вчера, что нам надо придумать, как представить тебя остальным. И что делать с клеймом, — с неохотой продолжил мужчина.

— Вы ведь знаете, что я буду вынуждена принять любое ваше решение, — слегка улыбнулась девушка.

— Тем не менее я бы сначала хотел услышать твои предложения, — хмыкнул Далион. — Быть может, ты не заметила, но я не люблю принуждать людей без лишней необходимости.

Эвелина сдержала слова, которые так и просились ей на язык. Вместо этого она лишь неопределенно пожала плечами.

— Вы в курсе, что я бы с радостью рассталась с этой меткой, — тихо произнесла девушка. — Но, боюсь, Ирра ошибалась. Такие знаки не так просто свести огнем.

— А ты бы позволила это? — удивленно приподнял брови мужчина. — Согласилась бы на то, чтобы твое запястье обуглили каленым железом?

— Если бы это уничтожило знак императора — то да, — твердо ответила Эвелина.

Пришел черед гончей задуматься над словами своей тени. Далион что-то подсчитывал в уме, медленно загибая пальцы.

— Нет, — наконец с явным сожалением сказал он. — Ты права, я не могу быть уверен, что столь радикальная мера поможет. И мы не в том положении, чтобы рисковать без необходимости. Придется придумать что-то менее болезненное для тебя. И более простое для меня.

— Тогда перемотать руку — единственный выход, — усмехнулась Эвелина.

— Тряпку легко снять, — возразил мужчина. — Или потерять. А если станет известно, откуда ты и чье клеймо носишь на запястье, то это принесет массу проблем для нас обоих.

— Куда вы клоните? — не выдержав, перебила девушка хозяина. — Вы ведь уже решили, что делать. К чему тогда пустые разговоры?

Далион хмыкнул и неторопливо подошел к Эвелине, застывшей посредине комнаты. Посмотрел в ее темные, подчеркнутые кругами усталости глаза.

— Я просто хотел, чтобы ты согласилась с моим решением этой проблемы, — сказал он, внимательно наблюдая за реакцией девушки. — Ты — моя тень, и я волен поступать с тобой так, как хочу. Но все же более разумно, чтобы ты понимала причины моих решений. И соглашалась с ними по доброй воле. Я не люблю множить ненависть напрасно. Это удивляет тебя?

— Да, — кивнула Эвелина. — В империи все делается по-другому. Если ты слаб — покорись, если силен — подчини другого. Или сражайся, пока хватит сил.

— Дэмиен так учил тебя? — равнодушно поинтересовался Далион и продолжил, словно не заметив вспышки ярости в глазах девушки. — Мы не в Рокнаре, и ты должна забыть свое имперское прошлое. Иначе бед не оберемся. Считай, что я лишь объяснил тебе, почему вынужден надеть на тебя браслеты повиновения.

— Что? — переспросила Эвелина. — Какие браслеты?

— Вот эти. — Мужчина вернулся к своему столу и достал две широкие стальные полоски. — Это давняя традиция — даровать их своим теням. Сейчас, правда, мало кто ее соблюдает. Они дают уверенность, что никто не нанесет удар тебе в спину. Тень просто не способна навредить своему хозяину, поступить наперекор его мнению, когда на ней эти браслеты. В свою очередь и хозяин всегда знает, где его тень и что с ней происходит. При большом желании даже можно читать мысли, но это слишком энергоемкое занятие, чтобы заниматься им постоянно.

— У меня есть выбор? — нарочито спокойно поинтересовалась девушка, хотя внутри все дрожало от негодования.

— Нет, — прямо ответил Далион. — Мне очень жаль, но это действительно единственный приемлемый выход. Для твоего же блага.

— Не надо, — поморщившись, словно от сильной боли, попросила чужачка. — Мой дядя тоже в свое время долго распинался о благе, от которого я по собственной глупости отказываюсь, а потом меня заклеймил император. Только я до сих пор не заметила преимуществ, которые дарует этот знак.

Мужчина заинтересованно взглянул на девушку, ожидая продолжения, но его не последовало.

— Делайте, что сочтете нужным, — глубоко вздохнула Эвелина и протянула вперед руки.

— Мне действительно жаль. — Далион с сочувствием, как показалось ей, посмотрел на чужачку. — Но по-другому нельзя. Это не навсегда. Я сниму их при первой же удобной возможности.

Прохладные ленты туго обхватили запястья Эвелины и плотно прилегли к коже. Это не было неприятно. Просто боль в душе девушки стала сильнее. Будто после очередного предательства.

— Коль мы закончили с этим неприятным делом, перейдем к другому, не менее важному. — Далион не спешил отойти от своей тени. — Мне надо будет представить тебя должным образом. С Шари я уже говорил. Он обещал молчать. Насчет Ирры тоже не беспокойся. Она иногда бывает жестокой, но никогда не посмеет сделать что-то вопреки моей воле. На все вопросы, которые тебе будут задавать, отсылай ко мне. Хотя вряд ли ты где-нибудь появишься без моего сопровождения, но все же. Я заметил, что ты не болтлива. Постарайся остаться такой же и впредь. Никаких попоек с младшими, никакой дружбы. Они будут стараться тебя подначить — молчи. На оскорбления не отвечай. Это послужит неплохим экзаменом для твоей выдержки. И помни, многие из них, если не все, мечтали бы оказаться на твоем месте. Поэтому тебе и придется тяжело первые дни.

— На моем месте? — печально улыбнулась девушка. — Почему-то мало верится.

— Даю слово, — расхохотался мужчина. — Быть тенью старшей гончей для многих предел мечтаний. Это способ учебы, шанс быть замеченным. Среди младших жестокая конкуренция, каждый из них стремится прыгнуть выше головы. Мало кому это удается, но все же стать тенью для них — это большой рывок вперед.

— Я учту, — кивнула Эвелина.

— Отлично. — Далион сделал наконец-то шаг назад. — Помни: молчание, выдержка и преданность мне. Три вещи, которые отныне ты должна соблюдать беспрекословно. А пока можешь идти. Я жду тебя через час во дворе.

Эвелина поклонилась и вышла из кабинета. В своей комнате она долго безучастно сидела на кровати, сложив на коленях руки. В тусклом предрассветном сумраке браслеты напоминали змеиные шкурки — такие же серые и холодные. Интересно, а ошейник покорности Далион для нее не припас? Наверное, Дэмиен бы рассмеялся, если бы узнал, на что променяла его бывшая ученица роскошь и уважение при дворе. Какая ирония, вместо жизни в золотой клетке — цепь и кандалы.

Девушка сморщилась и со всей силы стукнула кулаком по стене, рассадив костяшки. Ушибленная рука сразу заныла, но боль привела Эвелину в чувство, не дав постыдно разрыдаться.

«Пожалеть себя ты всегда успеешь, — напомнила себе имперка. — Не время раскисать».

Находиться в закрытом помещении было невмоготу. Эвелина быстро накинула на плечи теплый плащ и выскочила во двор. Здесь, среди тишины и прохлады, ей сразу полегчало. Она маленькими глоточками, словно смакуя, вдыхала пряный запах опавшей листвы и свежести осеннего утра. Девушка была готова провести так вечность, но уже через несколько минут во дворе заполыхали многочисленные факелы, разгоняя по углам робкий лиловый свет нарождающегося дня.

— Ты уже здесь? — спросил ее Далион, неслышно подходя из-за спины. — Рановато.

— Прогуляться захотелось, — уклончиво отозвалась девушка. Хозяин лишь хмыкнул, скользнув нарочито безразличным взглядом по содранным костяшкам ее руки, на которых выступили крупные капли крови.

— Ты поранилась? — спросил он, беря ладонь чужачки в свои руки. От легкого прикосновения гончей девушка вздрогнула, словно от удара.

— Да, — хрипло произнесла она, пытаясь освободить свою руку из плена на удивление сильных пальцев гончей. Далион без труда пресек ее попытку. В содранных костяшках вдруг запульсировало тепло.

— Так-то лучше, — удовлетворенно произнес мужчина, разжимая пальцы и рассматривая результат своих трудов. Ссадины зажили, словно их никогда и не было.

— Спасибо, — через силу поблагодарила Эвелина. — Но я обошлась бы и без вашей помощи.

— Это было бы ненужным источником соблазна для тебя, — слегка улыбнулся мужчина. — До превращения осталось всего две недели. Тебе сейчас надо быть сильной как никогда.

— Я постараюсь, — с грустной усмешкой отозвалась девушка.

Далион хотел было еще что-то сказать, но промолчал. Лишь пожал плечами и отошел в сторону.

Буквально сразу же во двор вышла Ирра. На этот раз она оделась в черный облегающий костюм, который прекрасно смотрелся с тщательно уложенными в высокую прическу светлыми волосами.

— Дорогой, — подошла она к гончей. — Все готово?

— Да, — кивнул он и заботливо посмотрел на женщину: — Тебе не холодно? Быть может, подождешь нас в холле?

— О нет, — мелодично рассмеялась та. — Я люблю ритуал встречи. Есть в нем нечто завораживающее.

Где-то вдалеке послышался звук приближающегося отряда. Слуги засуетились, открывая тяжелые ворота.

— Эвелина, — моментально стал серьезным Далион. — Займи свое место.

Девушка поклонилась и покорно встала за его плечом. Ирра с неприязнью оглянулась на чужачку, чуть слышно раздраженно фыркнув. Мужчина сделал вид, будто не заметил этого, и ласково взял подругу за руку. Чужачка отвела взгляд. Да, пожалуй, понимания или сочувствия со стороны женщины искать не придется.

Эвелина ожидала, что во двор сейчас въедет много народу. Тем большим было ее удивление, когда после минутного ожидания через ворота влетело всего лишь пять всадников. Впереди, на рослом черном скакуне, гарцевал Шари.

— Друг мой! — закричал он, легко спешиваясь. — Я привез тебе новых бездарей и неучей!

Далион наклонил голову, безуспешно пряча улыбку. Затем едва заметно кивнул одному из слуг. Молодой паренек вышел вперед, осторожно неся на вытянутых руках перед собой факел. Капли горящей смолы падали с пакли, своеобразной огненной дорожкой помечая путь юноши.

Первым к огню подошел Шари. Небрежно провел ладонью над пламенем. Огонь недовольно затрещал, рассыпаясь искрами.

— В моем сердце нет зла, — привычно забубнил мужчина. — В моей душе нет скверны, в моем теле нет слабости. Да будет так всегда.

И, подмигнув приятелю, Шари отошел в сторону, дожидаясь, пока через своеобразное приветствие пройдут остальные.

— На островах считается, что огонь не пропустит в дом человека, замышляющего вред, — шепотом объяснил девушке Далион. — Он или потухнет, или сожжет злоумышленника.

Эвелина хмыкнула и подалась вперед, с интересом наблюдая за гончими, нерешительно мнущимися около факела. Они все были примерно одного возраста — чуть помладше чужачки. Двое юношей, две девушки. Первой к огню подскочила ярко-рыжая конопатая девчушка, которая безбоязненно сунула руку в самую сердцевину огня и звонко прокричала приветствие. Эвелине понравилось выражение ее глаз — озорных, зеленых, с изрядной долей ехидства.

— Райя, — представилась гончая, подходя к Далиону. — Выгнали из деревни. Решили, что слишком не похожа на остальных.

Чужачка с уважением посмотрела на новенькую. История, рассказанная ею, была слишком хорошо знакома Эвелине.

— Дария, — подошла следующая девушка — худенькая, вертлявая, с роскошной гривой вьющихся черных волос. — Замуж отдать хотели за старосту.

— Ну и вышла бы, — с неприязнью заметила Ирра, сильнее прижимаясь к Далиону.

— Так он старый, — с удивлением посмотрела на нее Дария. — И беззубый уже. К тому же прошлые жены и двух лет не прожили — в могиле упокоились.

Далион с удивлением приподнял одну бровь и посмотрел на Шари.

— Разберемся, — буркнул тот.

— Ранол, — присоединился к компании высокий темноволосый парень. — Бабка отправила. Сказала, что кормить нечем.

Последний юноша долго мялся около огня, не решаясь протянуть руку в пламя факела.

— У него вся семья в пожаре погибла, — шепотом пояснил Шари. — Он пытался сестру младшую вытащить, да не сумел. Говорят, долго в бреду после той ночи лежал.

Наконец паренек вздохнул и, крепко зажмурившись, ткнул растопыренной пятерней в огонь. Быстро протараторил положенные слова и подошел к остальным, смущенно улыбаясь.

— Нор, — представился он, дрожащими от волнения руками приглаживая светлые вихры. — Сирота.

— Я рад, что вы все прошли испытание, — негромко произнес Далион. — Думаю, мое имя вам и так известно. В настоящий момент я являюсь старшей гончей по западной гряде островов. Слушаться вы будете только меня. Я отвечаю за вашу жизнь и безопасность. И постараюсь сделать все, чтобы вы вышли отсюда достойными младшими гончими. Шари в этом мне поможет. Остальные… — Тут мужчина немного запнулся, но продолжил с легкой усмешкой: — Ирра — моя подруга. Ее слово в отсутствие меня или Шари равнозначно слову старшей гончей. И моя тень.

Далион сделал шаг в сторону. Эвелина привычно поежилась под перекрестьем множества взглядов.

— Жаль, — с нескрываемым сожалением в голосе выдохнула рыжеволосая Райя. — Мы надеялись, что вы выберете одного из нас для выполнения этой почетной обязанности.

— Значит, не судьба, — отозвался маг, с любопытством наблюдая за реакцией на свои слова.

— Она хорошо фехтует? — не унималась девушка. — Разбирается в магии?

— О да, — рассмеялся Далион. — Я думаю, у вас еще будет шанс увидеть мою тень в действии. Впрочем, обо всем позже. Слуги покажут вам ваши комнаты.

Мужчина с легким поклоном пропустил вновь прибывших в дом, жестом подманив ближе Шари.

— Ну как? — шумно засопел тот, едва за младшими гончими закрылась дверь. — Хорошую новую смену я привез тебе?

— Неплохие, — согласился Далион. — Больше всего меня заинтересовали двое.

— Дай угадаю. — Толстяк закатил глаза, а потом громогласно выдал: — Девчонки небось. Хороши. Я прав?

— Наполовину, — усмехнулся мужчина. — Рыжая нахальная, но из нее может выйти толк. И еще мне понравился светленький. Как его, Нор. Сирота который.

— Ну, не знаю, — поморщился Шари. — Парень как парень. Тихий какой-то, забитый.

— Тем не менее он все же положил руку в огонь, — тихо возразил Далион. — Впрочем, ладно. Еще поговорим об этом. Первые впечатления иногда оказываются ошибочными. Иди, тебе приготовили горячую ванну, свежую постель и сытный завтрак. Небось устал с дороги.

— Да, есть немного, — не стал отпираться толстяк. Затем лукаво посмотрел на Эвелину, молчаливо стоящую чуть поодаль. — Удивил ты меня с этой имперкой. Не думал я, что ты ее тенью сделаешь. Эти молодые горло друг другу за такую честь перегрызть готовы.

— Больше никогда не вспоминай о том, что она из Рокнара, — грубо перебил друга Далион. — Прошу. И у стен есть уши.

— Да ладно, — расхохотался Шари, нисколько не смутившись. — Тут все свои. Но если ты просишь — то конечно. Хотя тебе будет тяжеловато объяснить ребятам, откуда ты ее выискал. Особенно если окажется, что она им в чем-то уступает.

— Не уступает, — презрительно скривил уголки губ Далион. — Я уверен в ней. Иначе бы не сделал тенью.

— А я уж подумал, что у тебя были иные причины, — двусмысленно подмигнул другу толстяк. — Смазливенькая, фигурка ничего. Всегда будете рядом. Да и Ирра у тебя уже давненько в подругах. Надоесть могла.

— Это правда? — изменившись в лице, глухо спросила женщина, с силой вцепившись в руку Далиона. — Ты решил меня променять на эту шлюху императора?

— Ого! — довольно воскликнул Шари. — А таких подробностей я не знал. Нельзя ли еще подробнее?

— Хватит! — Негромкий возглас старшей гончей мигом прекратил едва не начавшуюся перебранку во дворе. Далион холодно смерил приятеля взглядом, затем посмотрел на Ирру и четко произнес: — Я прошу вас такие разговоры впредь вести только в моем кабинете. Иначе я вынужден буду принять определенные меры. Полагаю, вы догадываетесь — какие именно. И вам они не понравятся.

Ирра опустила голову, словно соглашаясь с мужчиной. Однако успела мазнуть по Эвелине недобрым взором. Шари же, напротив, радостно улыбался, будто получал удовольствие от этой сцены.

— А сейчас я вынужден покинуть вас, — по слогам процедил Далион и бросил через плечо: — Эвелина, за мной.

«Он приказывает мне, как собаке, — грустно подумала девушка, покорно отправляясь вслед за мужчиной в дом. — Хотя нет, даже с цепным псом говорят уважительнее».

Далион не отпускал Эвелину от себя ни на шаг в этот день. Она была вынуждена присутствовать и на торжественном обеде, данном в честь вновь прибывших, и на первой пробной тренировке младших гончих. Наблюдая, как жестко, а порой и жестоко ее хозяин гоняет новых обитателей дома, девушка даже обрадовалась, что не находится сейчас на их месте. Нет, Далион не причинял физической боли своим ученикам. Он умел вовремя остановиться, когда его меч готов был буквально впиться в беззащитную плоть. Но его ехидные комментарии и многозначительные смешки выводили учеников из себя. Эвелина видела, как темноволосая Дария отвернулась, скрывая от мужчины слезы после очередной неудачи, как рыжая, бесшабашная Райя беззвучно ругалась, пытаясь прийти в себя после оскорбительного комментария. Крепкий Ранол лишь сжал кулаки, когда услышал от Далиона нелестный отзыв о своей манере ведения боя. Только молчаливый Нор продержался против старшей гончей дольше всех. И ничем не выдал своих чувств, когда его меч, звякнув, отлетел далеко в сторону после выпада Далиона.

— Хорошо, — наконец, небрежно утерев пот со лба, констатировал Далион. — Вы подходите мне. Завтра начнем нормальные занятия. Отдыхайте и готовьтесь к тому, что в дальнейшем я не буду делать скидок на вашу неопытность и юность.

— Подождите, — неожиданно выступила вперед Райя. — Мы бы хотели увидеть, как справится с заданием ваша тень. Вы ведь выбрали ее на столь почетную должность, и теперь наше любопытство не знает границ. Мы хотим знать — чем она лучше нас.

Далион с некоторым сомнением посмотрел на Эвелину, которая позволила себе лишь едва заметную усмешку после слов младшей гончей. Затем задумчиво пожевал губами.

— Почему бы и нет? — наконец принял он решение. — Это послужит наглядным уроком для вас.

Эвелина едва успела выхватить меч, когда ее хозяин резко, без предупреждения пошел в атаку. Увернулась от первого выпада и тут же ударила в ответ. Среди зрителей неожиданной схватки прошел легкий гул недоумения. Далион и Эвелина сейчас сражались всерьез — без малейшей скидки друг другу. Даже Шари со свистом вдохнул в себя воздух, когда клинок девушки прошелся в опасной близости от плеча гончей.

— Что они делают? — с недоумением прошептала Ирра, хватаясь за руку толстяка. — Они же убьют друг друга!

Эвелина улыбалась. Впервые за долгое время она искренне и от души веселилась. Нет, Далион не поддавался ей, да чужачка и не собиралась обманывать невольных зрителей. Но сейчас, как никогда ранее, девушка ощущала в своем сердце ликование. Словно зверь впервые показал клыки, почуяв близкую погибель гончей. Хотелось сражаться до конца, до смерти противника. Чтобы потом припасть к горлу поверженного врага и пить, пить всласть его кровь.

Не девушка сейчас танцевала напротив гончей. Зверь выглядывал из ее красных, светящихся бешенством глаз, зверь уворачивался от ударов и без боязни атаковал, не обращая внимания на острый клинок противника.

Райя печально потупила взор. Она уже поняла, что ее выпад послужил только на пользу тени старшей гончей. Такого темпа боя никто из этой четверки не смог бы держать столь долго. Более того — никто из них просто-напросто не сумел бы достичь скорости, на которой велась схватка. Иногда даже лезвия мечей нельзя было различить — лишь размазанные взмахи клинков очерчивали круг поединка.

Эвелина заигралась. Она подпустила Далиона слишком близко, надеясь поймать его на обманный прием. А когда поняла, что ошиблась, было слишком поздно. Мужчина не стал ее обезоруживать. Просто неуловимым движением перехватил руку с клинком и резко вывернул ее. Пальцы тут же свело от невыносимой боли. Они сами собой разжались и выпустили меч.

— Довольно, — мягко сказал Далион, с некоторым интересом наблюдая, как красные всполохи в глазах его подопечной уходят, сменяясь безразличием. — Кто готов повторить?

Молчание было ему ответом.

— Я так и думал, — пожал плечами мужчина и холодно посмотрел на Райю. — Надеюсь, я ответил на твой вопрос, милое дитя. И, надеюсь, никто из вас больше не посмеет усомниться в том, что я выбрал в качестве своей тени достойного противника.

Рыжеволосая девушка молча склонила голову, признавая правоту Далиона. А Эвелина пристально рассматривала свою рубашку, по которой вновь поползли красные разводы. И боролась с диким желанием попробовать на вкус свою кровь.

Медленно тянулось время, оставшееся до превращения. Каждый день оборачивался для Эвелины кошмаром. С каждым прожитым мгновением пить хотелось все сильнее. Это желание изнуряло девушку. И даже ночью не было покоя от сильнейшего чувства жажды. Чужачка ворочалась без сна, боясь закрыть глаза, потому как уже знала, какие картины предстанут перед ее внутренним взором. Каждый раз, стоило ей лишь соскользнуть в липкую паутину кошмара, она видела одно и то же. Маленькая девочка бежит по темному ночному лесу. Спотыкается, едва не падая, но упрямо продолжает свой путь. Эвелина всегда видела ребенка сзади и чуть со стороны. Будто следя за девочкой из густого бурелома. Девушка не знала, что так пугало ее в этом сне. Может быть, полная тишина, которая всегда в нем царила. Нет, каким-то шестым чувством Эвелина понимала, что ребенок очень напуган и плачет. Но не слышала этого. Все ее внимание было приковано к тоненькой шейке девочки, которую, казалось, можно переломить двумя пальцами. Или, возможно, страшило ее то, что с каждым новым сном расстояние между ней и ребенком сокращалось. Еще день или два — и чужачка неминуемо должна была настичь девочку из сна. Но зачем? Чтобы заглянуть в ее лицо? Увидеть полные ужаса глаза и рассмеяться, торжествуя победу? Эвелина не знала. И не стремилась узнать. Поэтому она всеми возможными способами старалась избегать сновидений. Металась по тесной комнатушке до рассвета, боясь присесть на кровать даже на миг. Потому как понимала, что встать уже не сможет — безвольно погрузится в черное забытье. Однако долго так продолжаться не могло. После первых же бессонных суток имперка едва не грохнулась постыдно в обморок на глазах у младших гончих. Шел обычный урок. Хозяин показывал своим новым ученикам элементарные приемы фехтования, заставляя повторять их до тех пор, пока руки не начинали действовать самостоятельно, не дожидаясь команды мозга. Эвелина стояла в стороне, с легкой усмешкой наблюдая за старанием гончих. Она в свое время уже проходила через такие же испытания. Но вдруг накатила волна слабости. Видимо, кроме бессонной ночи сказалась и кровопотеря, пусть и не очень большая. Рана от когтей перекидыша после поединка с Далионом больше не затягивалась — приходилось менять повязку несколько раз в сутки. Вот и затянуло все перед глазами багровой пеленой изнеможения. Стало душно. В оглушительной тишине в ушах отдавался лишь бешеный стук сердца — больше никаких звуков. Мир вокруг отодвинулся, стал блеклым и невыразительным. Благо, Далион вовремя заметил, что с его тенью творится что-то неладное, и успел незаметно подхватить девушку под локоть. Затем кивнул Шари, который вместо него повел урок, а сам отвел чужачку в свой кабинет. Если младшие гончие и удивились этому, то не показали вида.

— Плохо? — спросил он, усаживая девушку в свое кресло. Эвелина с недоумением на него посмотрела. Она не понимала, чего от нее хочет этот мужчина. Девушка вдруг с невольным страхом осознала, что вообще забыла — кем он является. Далион хмыкнул и, небрежно замахнувшись, отвесил пощечину своей тени. От несильного удара голова Эвелины мотнулась в сторону, но способность соображать вернулась почти сразу.

— Тебе плохо? — повторил вопрос мужчина. — Или мне повторить?

— Не надо, — глухо отозвалась девушка, растирая щеку. — Мне уже лучше. Спасибо.

— Ты сегодня ночью спала? — продолжил расспросы Далион. По тому, с каким смущением девушка отвела взгляд, он все понял и без слов. — Почему? Тебе сейчас необходимо много отдыхать. Иначе ты ослабнешь и станешь уязвима для зверя. А ведь до превращения еще несколько дней.

— Разве это отдых? — глухо спросила Эвелина. — Каждую ночь одно и то же. Кошмары, так напоминающие реальность, что не сразу понимаешь, где правда, а где сон.

— И что ты видишь в своих видениях? — с легкой искоркой любопытства в глазах поинтересовался Далион.

— Девочку, — с неохотой ответила чужачка. — За которой я слежу. С каждым разом она все ближе и ближе ко мне. Я боюсь, что вскоре загляну в ее лицо, и случится что-то страшное.

— Ты боишься, что, когда девочка обернется, ты увидишь свое лицо? — догадливо усмехнулся мужчина. Эвелина лишь опустила глаза.

— Ну что же. Превращение и в самом деле близко, — констатировал Далион. — Я распоряжусь, чтобы на ночь тебе давали сонный отвар. После него кошмары не будут тебя мучить.

— Спасибо, — поблагодарила девушка с измученной улыбкой.

— Не за что. — Мужчина замолчал, но потом продолжил: — Я думаю, через пару дней тебе придется перебраться в мою комнату. Становится слишком опасно оставлять тебя в одиночестве.

— Вот как? — удивленно подняла брови Эвелина. — А вы не боитесь, что поползут определенного рода слухи?

— Я? — улыбнулся Далион. — Нет, не боюсь. В моем положении уже можно не обращать внимания на то, что говорят люди. Ирре, конечно, будет тяжеловато объяснить мое решение. Но, думаю, я справлюсь.

В комнате наступила тишина. Девушка собиралась с силами, чтобы попробовать встать из кресла. Слабость прошла, но перед глазами еще мельтешили навязчивые черные мушки, как признак недавно перенесенного приступа.

— Можешь не торопиться, — угадал ее мысли маг и присел на подлокотник кресла. — Шари прекрасно справится и без меня. Лучше скажи, а ты сама не опасаешься за свою репутацию? Быть может, мое предложение тебе кажется неприемлемым?

— Мне все равно, — пожала плечами Эвелина. — В свое время каких только гадостей обо мне не говорили. Пережила. И сейчас справлюсь.

— Даже если оскорбление нанесут тебе в лицо? — продолжил расспрашивать Далион.

Эвелина долго молчала, прежде чем ответить на этот вопрос. Хозяин не торопил ее — просто наблюдал, как в темных глазах его подопечной то вспыхивали, то гасли красные искры потаенной злости. А девушка вспоминала злополучный поединок с воспитанником Майра, когда ей пришлось вступиться за честь безродной. Как же звали того парня? Уже забыла, а казалось — тот день навсегда останется в ее памяти.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

Из серии: Игры с Богами

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Безымянный Бог предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я