Песня о походе Владимира на Корсунь (Толстой А. К., 1869)

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

1

«Добро, — сказал князь, когда выслушал он

Улики царьградского мниха, —

Тобою, отец, я теперь убежден,

Виновен, что мужем был стольких я жен,

Что жил и беспутно и лихо.

2

Что богом мне был то Перун, то Велес,

Что силою взял я Рогнеду,

Досель надо мною, знать, тешился бес,

Но мрак ты рассеял, и я в Херсонес

Креститься, в раскаянье, еду!»

3

Царьградский философ и мних тому рад,

Что хочет Владимир креститься;

«Смотри ж, — говорит, — для небесных наград,

Чтоб в райский, по смерти, войти вертоград,

Ты должен душою смириться!»

4

«Смирюсь, — говорит ему князь, — я готов —

Но только смирюсь без урону!

Спустить в Черторой десять сотен стругов;

Коль выкуп добуду с корсунских купцов,

Я города пальцем не трону!»

5

Готовы струги, паруса подняты,

Плывут к Херсонесу варяги,

Поморье, где южные рдеют цветы,

Червленые вскоре покрыли щиты

И с русскими вранами стяги.

6

И князь повещает корсунцам: «Я здесь!

Сдавайтесь, прошу вас смиренно,

Не то, не взыщите, собью вашу спесь

И город по камням размыкаю весь —

Креститься хочу непременно!»

7

Увидели греки в заливе суда,

У стен уж дружина толпится,

Пошли толковать и туда и сюда:

«Настала, как есть, христианам беда,

Приехал Владимир креститься!

8

И прений-то с нами не станет держать,

В риторике он ни бельмеса,

А просто обложит нас русская рать

И будет, пожалуй, три года стоять

Да грабить края Херсонеса!»

9

И в мудрости тотчас решает сенат,

Чтоб русским отверзлись ворота;

Владимир приему радушному рад,

Вступает с дружиной в испуганный град

И молвит сенату: «Ну, то-то!»

10

И шлет в Византию послов ко двору:

«Цари Константин да Василий!

Смиренно я сватаю вашу сестру,

Не то вас обоих дружиной припру,

Так вступим в родство без насилий!»

11

И вот императоры держат совет,

Толкуют в палате престольной;

Им плохо пришлося, им выбора нет —

Владимиру шлют поскорее ответ:

«Мы очень тобою довольны!

12

Крестися и к нам приезжай в добрый час,

Тебя повенчаем мы с Анной!»

Но он к императорам: «Вот тебе раз!

Вы шутите, что ли? Такая от вас

Мне отповедь кажется странна!

13

К вам ехать отсюда какая мне стать?

Чего не видал я в Царьграде?

Царевну намерен я здесь ожидать —

Не то приведу я вам целую рать,

Коль видеть меня вы так рады!»

14

Что делать с Владимиром: вынь да положь!

Креститься хочу да жениться!

Не лезть же царям, в самом деле, на нож?

Пожали плечами и молвят: «Ну что ж?

Приходится ехать, сестрица!»

15

Корабль для нее снаряжают скорей,

Узорные ладят ветрила,

Со причтом на палубе ждет архирей,

Сверкает на солнце парча стихарей,

Звенят и дымятся кадила.

16

В печали великой по всходне крутой

Царевна взошла молодая,

Прислужницы деву накрыли фатой —

И волны запенил корабль золотой,

Босфора лазурь рассекая.

17

Увидел Владимир вдали паруса

И хмурые брови раздвинул,

Почуялась сердцу невесты краса,

Он гребнем свои расчесал волоса

И корзно княжое накинул.

18

На пристань он сходит царевну встречать,

И лик его светел и весел,

За ним вся корсунская следует знать,

И руку спешит он царевне подать,

И в пояс поклон ей отвесил.

19

И шествуют рядом друг с другом они,

В одеждах блестящих и длинных,

Каменья оплечий горят как огни,

Идут под навесом шелковым, в тени,

К собору, вдоль улиц старинных.

20

И молвит, там голову князь преклоня:

«Клянуся я в вашем синклите

Дружить Византии от этого дня!

Крестите ж, отцы-иереи, меня,

Да, чур, по уставу крестите!»

21

Свершился в соборе крещенья обряд,

Свершился обряд обвенчанья,

Идет со княгиней Владимир назад,

Вдоль улиц старинных, до светлых палат,

Кругом их толпы ликованье.

22

Сидят за честным они рядом столом,

И вот, когда звон отзвонили,

Владимир взял чашу с хиосским вином:

«Хочу, чтоб меня поминали добром

Шурья Константин да Василий:

23

То правда ль, я слышал, замкнули Босфор

Дружины какого-то Фоки?»

«Воистину правда!» — ответствует двор.

«Но кто ж этот Фока?» — «Мятежник и вор!»

«Отделать его на все боки!»

24

Отделали русские Фоку как раз;

Цари Константин и Василий

По целой империи пишут приказ:

«Владимир-де нас от погибели спас —

Его чтоб все люди честили!»

25

И князь говорит: «Я построю вам храм

На память, что здесь я крестился,

А город Корсунь возвращаю я вам

И выкуп обратно всецело отдам —

Зане я душою смирился!»

26

Застольный гремит, заливаяся, хор,

Шипучие пенятся вина,

Веселием блещет Владимира взор,

И строить готовится новый собор

Крещеная с князем дружина.

27

Привозится яшма водой и гужом,

И мрамор привозится белый,

И быстро господень возносится дом,

И ярко на поле горят золотом

Иконы мусийского дела.

28

И взапуски князя синклит и сенат,

И сколько там греков ни сталось,

Всю зиму пирами честят да честят,

Но молвит Владимир: «Пора мне назад,

По Киеве мне встосковалoсь!

29

Вы, отроки-други, спускайте ладьи,

Трубите дружине к отбою!

Кленовые весла берите свои —

Уж в Киеве, чаю, поют соловьи

И в рощах запахло весною!

30

Весна, мне неведомых полная сил,

И в сердце моем зеленеет!

Что нудою я и насильем добыл,

Чем сам овладеть я оружием мнил,

То мною всесильно владеет!

31

Спускайте ж ладьи, бо и ночью и днем

Я гласу немолчному внемлю:

Велит он в краю нам не мешкать чужом,

Да свет, озаряющий нас, мы внесем

Торжественно в русскую землю!»

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

1

По лону днепровских сияющих вод,

Где, празднуя жизни отраду,

Весной все гремит, и цветет, и поет,

Владимир с дружиной обратно плывет

Ко стольному Киеву-граду.

2

Все звонкое птаство летает кругом,

Ликуючи в тысячу глоток,

А князь многодумным поникнул челом,

Свершился в могучей душе перелом —

И взор его мирен и кроток.

3

Забыла княгиня и слезы и страх;

Одеждой алмазной блистая,

Глядит она с юным весельем в очах,

Как много пестреет цветов в камышах,

Как плещется лебедей стая.

4

Как рощи навстречу несутся ладьям,

Как берег проносится мимо,

И, лик наклоняя к зеркальным водам,

Глядит, как ее отражается там

Из камней цветных диадима.

5

Великое слово корсунцам храня,

Князь не взля с них денег повинных,

Но город поднес ему, в честь того дня,

Из бронзы коринфской четыре коня

И статуй немало старинных.

6

И кони, и белые статуи тут,

Над поездом выся громаду,

Стоймя на ладьях, неподвижны, плывут,

И волны Днепра их, дивуясь, несут

Ко стольному Киеву-граду.

7

Плывет и священства и дьяконства хор

С ладьею Владимира рядом;

Для Киева синий покинув Босфор,

Они оглашают днепровский простор

Уставным демественным ладом.

8

Когда ж умолкает священный канон,

Запев зачинают дружины,

И с разных кругом раздаются сторон

Заветные песни минувших времен

И дней богатырских былины.

9

Так вверх по Днепру, по широкой реке,

Плывут их ладей вереницы,

И вот перед ними, по левой руке,

Все выше и выше растет вдалеке

Град Киев с горой Щековицей.

10

Владимир с княжого седалища встал,

Прервалось весельщиков пенье,

И миг тишины и молчанья настал —

И князю, в сознании новых начал,

Открылося новое зренье:

11

Как сон, вся минувшая жизнь пронеслась,

Почуялась правда господня,

И брызнули слезы впервые из глаз,

И мнится Владимиру: в первый он раз

Свой город увидел сегодня.

12

Народ, издалека их поезд узнав,

Столпился на берег — и много,

Скитавшихся робко без крова и прав,

Пришло христиан из пещер и дубрав,

И славят спасителя бога.

13

И пал на дружину Владимира взор:

«Вам, други, доселе со мною

Стяжали победы лишь меч да топор,

Но время настало, и мы с этих пор

Сильны еще силой иною!

14

Что смутно в душе мне сказалось моей,

То ясно вы ныне познайте:

Дни правды дороже воинственных дней!

Гребите же, други, гребите сильней,

На весла дружней налегайте!»

15

Вскипела, под полозом пенясь, вода,

Отхлынув, о берег забила,

Стянулася быстро ладей череда,

Передние в пристань вбежали суда,

И с шумом упали ветрила.

16

И на берег вышел, душой возрожден,

Владимир для новой державы,

И в Русь милосердия внес он закон —

— Дела стародавних, далеких времен,

Преданья невянущей славы!

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я