Канут (Толстой А. К., 1872)

1

Две вести ко князю Кануту пришли:

          Одну, при богатом помине,

Шлёт сват его Магнус; из русской земли

          Другая пришла от княгини.

2

С певцом своим Магнус словесную весть

          Без грамоты шлёт харатейной:

Он просит Канута, в услугу и в честь,

          Приехать на съезд на семейный;

3

Княгиня ж ко грамоте тайной печать

          Под многим привесила страхом,

И вслух её строки Канут прочитать

          Велит двум досужим монахам.

4

Читают монахи: «Супруг мой и князь!

          Привиделось мне сновиденье:

Поехал в Роскильду, в багрец нарядясь,

          На Магнуса ты приглашенье;

5

Багрец твой стал кровью в его терему —

          Супруг мой, молю тебя слезно,

Не верь его дружбе, не езди к нему,

          Любимый, желанный, болезный!»

6

Монахи с испугу речей не найдут:

          «Святые угодники с нами!»

Взглянул на их бледные лица Канут,

          Пожал, усмехаясь, плечами:

7

«Я Магнуса знаю, правдив он и прям,

          Дружил с ним по нынешний день я —

Ужель ему веры теперь я не дам

          Княгинина ради виденья!»

8

И берегом в путь выезжает морским

          Канут, без щита и без брони,

Три отрока едут поодаль за ним,

          Их весело топают кони.

9

Певец, что посылан его пригласить,

          С ним едет по берегу рядом;

Тяжёлую тайну клялся он хранить,

          С опущенным едет он взглядом.

10

Дыханием тёплым у моря весна

          Чуть гривы коней их шевелит,

На мокрый песок набегает волна

          И пену им под ноги стелет.

11

Но вот догоняет их отрок один,

          С Канутом, сняв шлык, поравнялся:

«Уж нам не вернуться ли, князь-господин?

          Твой конь на ходу расковался!»

12

«Пускай расковался!— смеётся Канут,—

          Мягка нам сегодня дорога,

В Роскильде коня кузнецы подкуют,

          У свата, я чаю, их много!»

13

К болоту тропа, загибаясь, ведёт,

          Над ним, куда око ни глянет,

Вечерний туман свои нити прядет

          И сизые полосы тянет.

14

От отроков вновь отделился один,

          Равняет коня с господином:

«За этим туманищем, князь-господин,

          Не видно твоей головы нам!»

15

«Пускай вам не видно моей головы —

          Я, благо, живу без изъяна!

Опять меня целым увидите вы,

          Как выедем мы из тумана!»

16

Въезжают они во трепещущий бор,

          Весь полный весеннего крика;

Гремит соловьиный в шиповнике хор,

          Звездится в траве земляника;

17

Черёмухи ветви душистые гнут,

          Все дикие яблони в цвете;

Их запах вдыхаючи, мыслит Канут:

          «Жить любо на Божием свете!»

18

Украдкой певец на него посмотрел,

          И жалость его охватила:

Так весел Канут, так доверчив и смел,

          Кипит в нём так молодо сила;

19

Ужели сегодня во гроб ему лечь,

          Погибнуть в подводе жестоком?

И хочется князя ему остеречь,

          Спасти околичным намёком.

20

Былину старинную он затянул;

          В зелёном, пустынном просторе

С припевом дубравный сливается гул:

          «Ой море, ой синее море!

21

К царевичу славному тёща и тесть

          Коварной исполнены злости;

Изменой хотят они зятя известь.

          Зовут его ласково в гости.

22

Но морю, что, мир обтекая, шумит,

          Известно о их заговоре;

Не езди, царевич, оно говорит —

          Ой море, ой синее море!

23

На верную смерть ты пускаешься в путь,

          Твой тесть погубить тебя хочет,

Тот меч, что он завтра вонзит тебе в грудь,

          Сегодня уж он его точит!

24

Страшению моря царевич не внял,

          Не внял на великое горе,

Спускает ладью он на пенистый вал —

          Ой море, ой синее море!

25

Плывёт он на верную гибель свою,

          Беды над собою не чает,

И скорбно его расписную ладью

          И нехотя море качает…»

26

Певец в ожидании песню прервал,

          Украдкой глядит на Канута;

Беспечно тот едет себе вперевал,

          Рвёт ветки с черёмухи гнутой;

27

Значение песни ему невдомёк,

          Он весел, как был и с почину,

И, видя, как он от догадки далёк,

          Певец продолжает былину:

28

«В ладье не вернулся царевич домой,

          Наследную вотчину вскоре

Сватья разделили его меж собой —

          Ой море, ой синее море!

29

У берега холм погребальный стоит,

          Никем не почтён, не сторожен,

В холме том убитый царевич лежит,

          В ладью расписную положен;

30

Лежит с погружённым он в сердце мечом,

          Не в бармах, не в царском уборе,

И тризну свершает лишь море по нём —

          Ой море, ой синее море!»

31

Вновь очи певец на Канута поднял:

          Тот свежими клёна листами

Гремучую сбрую коня разубрал,

          Утыкал очёлок цветами;

32

Глядит он на мошек толкущийся рой

          В лучах золотого захода

И мыслит, воздушной их тешась игрой:

          «Нам ясная завтра погода!»

33

Былины значенье ему невдогад,

          Он едет с весельем во взоре

И сам напевает товарищу в лад:

          «Ой море, ой синее море!»

34

Его не спасти! Ему смерть суждена!

          Влечёт его тёмная сила!

Дыханьем своим молодая весна,

          Знать, разум его опьянила!

35

Певец замолчал. Что свершится, о том

          Ясней намекнуть он не смеет,

Поют соловьи, заливаясь, кругом,

          Шиповник пахучий алеет;

36

Не чует погибели близкой Канут,

          Он едет к беде неминучей,

Кругом соловьи, заливаясь, поют,

          Шиповник алеет пахучий…

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я