Философия и методология науки. Вопросы и ответы. Полный курс подготовки к кандидатскому экзамену (Я. С. Яскевич, 2007)

Подготовлено для магистрантов и аспирантов по курсу «Философия и методология науки» в соответствии с программой-мини-мум кандидатского экзамена, утвержденной Высшей аттестационной комиссией Республики Беларусь. Рассчитано на углубленное изучение фундаментальных проблем современного философского знания. Особое внимание уделено методологии науки. Знакомство с современными философско-методологическими проблемами естествознания, техники и социально-гуманитарного познания приблизит молодых ученых к практике реального научного исследования, раскрытию его системных характеристик, предметных и междисциплинарных связей, динамики типов рациональности и критериев научности, обеспечив фундаментальную подготовку к написанию кандидатской диссертации. Для магистрантов, аспирантов, студентов, занимающихся научной работой, преподавателей вузов, научных работников.

Оглавление

  • Предисловие
  • Раздел 1. Философия и ценности современной цивилизации

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Философия и методология науки. Вопросы и ответы. Полный курс подготовки к кандидатскому экзамену (Я. С. Яскевич, 2007) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Раздел 1

Философия и ценности современной цивилизации

Тема 1

Статус и предназначение философии в жизни общества

1.1. Философия, мировоззрение, культура. Проблема начала философии. Философия как личностное знание и рационально-критическая форма мировоззрения

Почему при изучении философии важно понять, что представляет собой мировоззрение?

Философия – знание особого рода. Философия пытается судить о единой для всех явлений мира основе и ищет в ней условия единства и целостности мира. Она не поддается определению через что-то другое, она есть нечто самостоятельное, предельное, «последнее выговаривание и последний спор человека, захватывающие его целиком и постоянно». Философия может быть понята в силу этого «только через саму себя и в качестве самой себя» (М. Хайдеггер). Она есть мышление в предельных вбирающих понятиях, «вопрошание» о частном и о целом, постоянно захватывая при этом и самого вопрошающего – человека.

В переломные моменты человеческой истории и культуры, связанные с крушением кумиров и иллюзий, резко актуализируется поиск теоретической мысли по решению насущных проблем, обоснованию новых ориентиров и ценностей. Если меняются наши ценностные ориентации, значит ли это, что идет изменение мировоззрения? Что есть мировоззрение, как оно функционирует в культуре? Какую роль в формировании мировоззрения играет философия? Часто философию отождествляют с мировоззрением. Но с этим нельзя согласиться. Философия лишь рационально-теоретическое ядро мировоззрения. Многие не знают философии, но мировоззрением обладают. Человек не может жить без мировоззрения.

При осмыслении такого рода вопросов от общих рассуждений мы переходим к конкретным измерениям человеческого бытия. Как строить свое отношение к природе, обществу, друг к другу, какими знаниями и ценностями руководствоваться, каким образом человек усваивает новые ориентиры? Ответы на эти вопросы дает мировоззрение, культура. Понять суть мировоззрения, вычленить составляющие его компоненты, исследовать роль философии в нем – значит понять механизмы формирования не только старых, но и новых мировоззренческих оснований. Без новых идей невозможно появление новых социальных отношений и приоритетных ценностей. Прежде чем осуществляются перевороты в социальной жизни, экономике, необходимы радикальные перевороты в сознании людей. Буржуазные революции в свое время были подготовлены просветителями. Чем динамичнее жизнь, тем большая необходимость возникает в нестандартных, убедительных идеях, тем больше вектор философских размышлений обращен в будущее. Сегодня мы все чаще «вопрошаем» наше будущее.


Какие проблемы встают перед современным человечеством и требуют для своего философского осмысления новых мировоззренческих ценностей?

Поиск новых мировоззренческих идей идет на фоне небывалых событий мировой цивилизации. Перед человечеством стоят проблемы[1], требующие философского осмысления для их разрешения.

1. Проблема выживаемости в ядерний век. До создания мощного атомного средства уничтожения люди были убеждены, что человечество в целом бессмертно. Можно уничтожить памятники и другие достижения человеческой культуры, но человечество уцелеет. Когда в августе 1945 г. на японские города были сброшены первые атомные бомбы, началась принципиально новая эра мировой истории, ибо обозначилась реальная опасность для дальнейшего существования человечества. С этого момента человечество осознало свою смертность, оно как бы уравнялось в своем статусе с отдельным индивидом, чья земная жизнь ограничена определенными временными рамками. Стало ясно, что все другие проблемы имеют смысл лишь постольку, поскольку остается шанс на разрешение основной – проблемы выживания, сохранения целостности человечества. Еще в 1919 г. известный французский поэт Поль Валери писал: «Мы, цивилизации, мы знаем отныне, что смертны… что видимая земля образована из пепла и что пепел значим… Необычайный трепет пробежал по мозгу Европы. Всеми мыслительными сплетениями она ощутила, что ей грозит потеря самосознания – того самосознания, которое было приобретено веками». Еще никогда в истории будущее так не зависело от настоящего. Человечество стало смертным и даже, как говорил булгаковский Воланд, «внезапно смертным», ибо всеобщая гибель может наступить не только как результат опасности, злого умысла, но и как результат случайности. Главенствующей установкой постклассического мышления в соответствии с этим является установка не на преобразование окружающего мира, а на выживание человечества.

2. Проблема экологической выживаемости человечества. Начиная с эпохи Просвещения, быстро развивающаяся техногенная цивилизация поставила человечество на грань жизни и смерти. С возникновением мощного технологического давления на биосферу искусственная среда требует все больше вещества природы для своего воспроизводства.

3. Проблема сохранения целостности личности. Усиленные темпы развития современной цивилизации привели к процессу отчуждения создаваемых ей социальных структур. Цивилизация взорвала такие традиционные структуры, как передача вечных ценностей от отцов и дедов (ценность труда, живой контроль общества за нравственным поведением человека и т. д.). Человек включен во многие системы социальных отношений. Возникает своего рода расщепление личности. Человек становится часто средством, а не целью. Постоянные погружения человека в разные социальные отношения, где от него требуется выполнение соответствующих ролей, приводят к постоянным стрессам. Приспосабливаемость к условиям современной социальной организации стала возможной лишь в порядке сложных манипуляций над своим сознанием.

4. Проблема коммуникативного единства человечества, выражается в необходимости формирования идеалов открытости, диалога между различными народами и религиями, несилового решения возникающих конфликтов.

Названные проблемы требуют новых мировоззренческих идей в отношении к миру в целом, к человеку и человечеству, радикальных изменений в познавательном отношении человека, в различных сферах культуры. Так, чтобы решить проблему экологической выживаемости, нужны обновленные мировоззренческие установки по отношению к природе. Необходимо понять, что природа не мастерская, не кладовая с безграничными ресурсами, а красивый, и очень хрупкий храм. Нужна не парадигма насилия над природой, а гармония и диалог с ней, понимание ее и, в целом, Универсума, Космоса.

Глубочайшее осознание общечеловеческих ценностей поможет решить проблему сохранения человека как личности. Нужны новые критерии и подходы для успешного диалога человека с человеком, ориентированные на плюрализм мнений, терпимость, толерантность, согласие, которые и обеспечат формирование новых мировоззренческих структур. Познавательное отношение современного человека к исследованию таких сложных объектов, как атомная энергия, уникальные объекты экологии, генной инженерии и т. и., в которые включен сам человек, нуждается в пересмотре традиционного тезиса об «этической нейтральности» научного познания. В иерархии ценностей, к которым, несомненно, относится научная истина, равноценно с ней должны выступать и такие ценности, как благо человека и человечества в их единстве и взаимодействии.

Обоснование этих новых мировоззренческих ценностей и является одной из задач современной философии.


Какие вопросы составляют стержень мировоззрения?

Понятие «мировоззрение» неотделимо от понятия «человек», это воззрение именно человека на мир. Человек является исходным основанием представлений о мире, и такое представление необходимо ему для организации его деятельности, поведения, общения, для самоутверждения в мире, определения линии жизни и стратегии поведения. Человеку необходимы самые общие представления о мире, его возникновении, закономерностях развития, соотнесенности своего личностного бытия с мировым целым, с системой ценностей, чтобы определить свое место в мире, смысл своего бытия в нем, опереться на соответствующие убеждения. Отношение человека к миру лежит в основе философского мировоззрения.


Каковы важнейшие компоненты структуры мировоззрения?

Важнейшими компонентами структуры мировоззрения являются знания, ценности и убеждения. Сами по себе знания вне системы ценностей и убеждений не обеспечивают целостного мировоззрения. Известный советский философ А.Ф. Лосев (1893–1988) писал: «…если человек имеет только знания и ничего другого – это страшный человек, беспринципный человек и даже опасный человек. И чем больше он будет иметь знаний, тем страшней, опасней и бесполезней для общества он будет»[2]. Великий русский писатель Л.Н. Толстой также подмечал, что знание без нравственной основы ничего не значит. А намного раньше известный греческий философ Аристотель (384–322 гг. до н. э.) утверждал: «Кто движется вперед в науке, но отстает в нравственности, тот более идет назад, чем вперед». В иерархии высших ценностей, к которым, несомненно, относится знание, равнозначно с ним выступают и система жизненных ценностей, установок и устремлений человека, его убеждения.


Какие стороны мировоззрения можно выделить при аналитическом подходе?

Мировоззрение – это система наиболее общих представлений и знаний о мире в целом и месте человека в нем, его ценностей и убеждений. Все эти компоненты представлены в единой неделимой цельности, и только при аналитическом подходе мы можем рассмотреть их дифференцированно.

С этой целью выделим следующие стороны мировоззрения:

познавательную;

аксиологическую;

праксеологическую.

Каждая из этих сторон мировоззрения представляет собой сложную подсистему, где соответственно можно выделить отдельные компоненты (аспекты). Так, компонентами познавательной стороны мировоззрения являются натуралистический и гуманитарный.

Аксиологическая (ценностная) сторона мировоззрения включает в качестве составляющих компонентов предметные и субъектные ценности, в качестве обязательных аспектов праксеологической стороны мировоззрения выступают регулятивные принципы и убеждения.

Дадим характеристику отдельных компонентов мировоззрения. Начнем с компонентов познавательной стороны мировоззрения.

Натуралистический аспект познавательной стороны мировоззрения – это знания и представления о природе, в целом об Универсуме, Космосе, о природной сущности человека. Здесь мы находим ответы на вопросы: как возник мир? Что такое жизнь? В каком отношении она относится к неживому? Как она возникла? В каких формах существует во Вселенной? Специфика соответствующих знаний в том, что они берутся под углом зрения отношения человека к природе как сфере своего бытия, к объектам своей практической деятельности.

Гуманитарный аспект познавательной стороны мировоззрения – это осознание своей социальной природы, своего места в мире людей. Гуманитарный аспект включает социологические, общественно-политические, этические и эстетические взгляды и представления людей. Суть гуманитарной проблематики – ответы на вопросы: что представляет собой общество? Как оно устроено? Как функционирует? Какова направленность исторического процесса? Каков смысл истории? Детерминирован ли исторический процесс или подвержен случаю? Предсказуемо ли социальное развитие, свободен ли человек в выборе поступков и направлении деятельности?

Познавательная сторона мировоззрения формирует не только взгляды и представления о природе, Космосе, обществе, человеческой истории, но и отвечает на вопросы, связанные с выяснением проблемы познания человеком внешнего мира: как относится мысль к предмету? Возможно ли адекватное отражение предмета? Являются ли формы, законы мыслительной деятельности априорными (доопытными) способностями человека или они формулируются в процессе его практической деятельности? Что такое истина, заблуждение, ложь? и т. и.

В системе мировоззрения важное место занимает аксиологическая сторона мировоззрения. Аксиология – философское учение о природе ценностей, их месте в реальности и о структуре ценностного мира, т. е. о связи различных ценностей между собой, с социальными и культурными факторами и структурой личности. Общий вопрос теории ценностей Что есть благо? был поставлен еще древнегреческим философом Сократом (ок. 470–399 гг. до и. э.) в период кризиса афинской демократии. Проблема ценностей неизбежно возникала в эпохи обесценивания культурной традиции и дискредитации мировоззренческих устоев общества.

Понятие «ценность» используется для указания на человеческое, социальное и культурное значение определенных явлений действительности. Двумя полюсами ценностного отношения человека к миру являются предметные и субъектные ценности. Предметные ценности – все многообразие предметов человеческой деятельности, общественных отношений и включенных в их круг природных явлений, которые оцениваются в плане добра и зла, красоты или безобразия, справедливого или несправедливого, допустимого или запретного и т. д. Субъектные ценности – способы и критерии, на основании которых производятся сами процедуры оценивания соответствующих явлений. Это установки и оценки, императивы и запреты, цели и проекты, которые закрепляются в общественном сознании в форме нормативных представлений и выступают ориентирами деятельности человека. Они генетически, конечно, не наследуются, а формируются в процессе социализации человека. Ценностные системы формируются и трансформируются в историческом развитии общества. Временные масштабы ценностей не совпадают с масштабами социально-экономических, политических и других изменений. Так, эстетические ценности античности сохранили свое воздействие и значение и после гибели породившей их цивилизации. Известна длительность воздействия гуманистических и демократических идеалов европейского просвещения, истоки которых берут начало в античной культуре.

Спектр связи мировоззрения и ценностей обширен. В структуре этих связей наряду с эстетическими ценностями важную роль играют нравственные ценности. Наличие морали свидетельствует о признании обществом того простого факта, что жизнь и интересы отдельного человека, стыковка личностных и общественных интересов гарантированы только в том случае, если обеспечено устойчивое единство и порядок общества в целом. Мировоззрение выступает как целостная система ценностей, как совокупность нравственных, эстетических, социально-политических и других ценностей. Аксиологическая сторона мировоззрения регулирует деятельность человека и в определенной степени праксеологична.

Назначение праксеологической подсистемы – обеспечивать тесную связь познавательного и ценностного компонентов мировоззрения с деятельностью человека. Это духовно-практическая сторона мировоззрения, поскольку мировоззрение как духовное явление осуществляет вписывание различных программ деятельности, поведения и общения в практическую деятельность человека.

В механизмах формирования убеждений наряду со знаниями, верой в их правоту, системой ценностей важнейшую роль играет и волевой компонент – способность или готовность воплотить усвоенные знания, ценности, идеалы в практической деятельности. Безволие, социальное равнодушие или расхождение реальных поступков с хорошо усвоенными знаниями и ценностями, которые человек порою демонстрирует на словах, не обеспечивают действенного мировоззрения, его гражданской позиции.

Итак, праксеологическая сторона мировоззрения включает в себя регулятивные принципы (методы) деятельности, поведения, общения и убеждения. В убеждениях синтезируются знания и взгляды мировоззренческого порядка, вера в их истинность, социальные ценности и идеалы, эмоции, чувства человека, его эмоциональное отношение к знаниям, ценностям, идеалам и волевая готовность к действиям. Цепочка мировоззренческого становления человека включает: знание – ценности – убеждения – волю к действию.

Исходя из анализа мировоззрения, можно сделать вывод о том, что в его структуре выделяются три подсистемы: познавательная, аксиологическая и праксеологическая. Каждая из них имеет ряд компонентов, не сводимых друг к другу и в то же время тесно взаимосвязанных между собой. Так, ценности, идеалы пронизывают все компоненты. Это структурно-многообразный и в то же время целостный духовный феномен. Обобщая рассмотренные подходы, можно предложить следующее интегративное определение мировоззрения: мировоззрение – это предельно обобщенная, упорядоченная система взглядов человека на окружающий мир, явления природы, общество и самого себя, а также вытекающие из общей картины мира основные жизненные позиции людей, убеждения, идеалы, принципы познания и оценки материальных и духовных событий; это своего рода схема мира и места человека в нем.


Какие существуют подходы к выделению форм и типов мировоззрения?

Для выделения типов мировоззрения используют различные подходы. Так, в основе марксистского подхода лежат следующие критерии выделения – вид общественно-экономической формации и способ духовного освоения действительности. В последнем случае можно выделить два типа мировоззрения:

художественно-образное, поэтически-духовное – выражается в несловесных образах живописи, музыки и в словесных образах (литература); понятийно-рациональное – выражается в знаковой форме.

Учитывая историко-генетическую связь между отдельными видами мировоззрения, можно выделить следующие исторические типы мировоззрения: мифологическое, религиозное, натуралистическое (научное), философское.


В чем специфика мифологического мировоззрения?

Мифологическому мировоззрению кроме антропоморфизма присущ и социоморфизм – т. е. уподобление отношений между вымышленными существами отношениям между людьми в обществе.

Предпосылками мифологического мировоззрения служили неспособность человека выделить себя из окружающей среды и нерасчлененность мифологического мышления, не отделившегося от эмоциональной сферы. Следствием этого и было очеловечивание окружающей природной среды, одушевление фрагментов Космоса, еще неразвитые и специфические формы мышления, сравнимые с детской психологией, для которых характерны такие черты, как конкретность, телесность, эмоциональность, проекция человеческих качеств на предметы окружающего мира. По словам известного немецкого философа Фридриха Вильгельма Йозефа Шеллинга (1775–1854), мифологическое мировоззрение – это эстетический феномен, занимающий промежуточное положение между природой и искусством и содержащий символизацию природы.


Какие функции выполняло мифологическое мировоззрение?

Мифологическое мировоззрение выполняло следующие функции:

обобщающую: обобщение имело специфический по сравнению с философским и научным обобщением характер, базируясь на чувственных представлениях и лишенное опосредований;

объясняющую: объяснение вещей и мира в целом сводилось к рассказу о происхождении и творении, на основе простого доверия к говорящему аккумулировался опыт человечества, достигнутые знания. моделирующую: все происходящее в мифе приобретало характер образца, модели для воспроизведения; регулирующую: в мифах не только выражалась совокупность достигнутых знаний, но и утверждалась определенная, принятая в данном обществе система ценностей, норм поведения.

Мифологическое мировоззрение выражалось не только в повествованиях, но и в действах (обрядах, танцах). Здесь соединялись два аспекта первобытной культуры – словесный и действенный. Уже на ранних стадиях развития мифология связывается с религиозно-мистическими обрядами и входит существенной частью в состав религиозных верований.

1.2. Природа философских проблем и предмет философии: основные направления исторической динамики. Структура философского знания


Когда возникают условия для формирования философии?

К VI в. до н. э. в разнообразных культурах происходит настоящий взрыв интеллектуальной энергии.


Что означает термин «философия»?

Что понимали под философией древние мыслители?

Термин «философия» впервые возник в Древней Греции (от греч. phileo – люблю, sophia – мудрость). По свидетельству античных авторов, слово «философ» в значении «человек» впервые появилось у Пифагора (VI в. до и. э.), а в качестве обозначения особой науки было употреблено Платоном (428 или 427 – 348 или 347 гг. до и. э.). Древнегреческие мыслители высказывали мысль о том, что мудрость как таковая – прерогатива богов, а достояние человека – любовь к мудрости, влечение к ней. В диалоге «Пир» Платон говорит: «Философ занимает промежуточное положение между мудрецом и невеждой… Из богов никто не занимается философией, поскольку боги и так мудры. Но не занимаются философией и не желают стать мудрыми опять-таки и невежды… Занимаются ею те, кто находится между богами и невеждами»[3].


В чем сущность мифогенной и гносеогенной концепций в вопросе о происхождении философии?

Существуют две концепции происхождения философии – мифогенная и гносеогенная.

Мифогенная концепция оправдана при анализе предыстории философии, когда вскрываются переходные формы от мифологии к философии и когда анализируется мифологическое мировоззрение как предфилософское. Однако в целом с мифогенной концепцией нельзя согласиться, поскольку она сводит мифологию к религии, не видит отличительных особенностей от философии не только по форме, но и по содержанию.

Сторонники гносеогенной концепции правы, показывая значение зачатков научного знания для философии, и несправедливы по отношению к мифологии, рассматривая ее как нечто, совершенно лишенное всякого исторически оправданного содержания и ценности.


В чем специфика философии по сравнению с предшествующими ей формами мировоззрения?

У истоков формирования философии находятся мифология, религия, зачатки научного и обыденного знания.

Ранняя философия еще не отрицает сверхприродное, но уже выводит его из природного как нечто вторичное. Так, древнегреческий философ Анаксимен (VI в. до и. э.) утверждал, что все вещи возникли из воздуха, богов не отрицал, однако был убежден, что боги сами возникли из воздуха.

Процесс возникновения философии в общей форме представляется как разрешение противоречия между мифологическим мировоззрением и новым мышлением, обыденными методами познания и достижениями наук. Мировоззрение стало перестраиваться по законам рассудка и в соответствии с методами научного исследования. Философия унаследовала от мифологии ее мировоззренческий характер, мировоззренческую схему, а значит, совокупность вопросов о происхождении мира в целом, о его строении, о положении человека в мире. Философия становилась рационально-теоретическим ядром мировоззрения. «Разум управляет всем при помощи всего» (Гераклит]). Осуществляется поиск единого во многом. Философия судит о единой для всех явлений мира основе, ищет в ней условия единства и целостности мира. Этот поиск позволяет ответить на вопрос: совпадает ли философия с мировоззрением? Нет, не совпадает. Философия – не первая и не единственная форма духовного освоения действительности.


Является ли философия наукой?

Если отождествлять философию с наукой, то она, как наука, должна отвечать следующим требованиям[4]:

обосновываться на принимаемых всем философским сообществом истинах;

представлять собой единственную и подлинно научную концепцию;

подтверждать факты и гипотезы с помощью эмпирических данных;

подобно науке использовать общепринятые методы исследований: измерения, эксперименты и т. и.; выработать общепринятый язык.

Философия не соответствует такого рода критериям и требованиям. Философия – прежде всего, мировоззрение, включающее в себя и научные знания, способствующие формированию определенного отношения к миру, его оценки с точки зрения принимаемых идеалов. Таким образом, философия всегда носит личностный характер в отличие от научного знания, которое объективно, безличностно с точки зрения полученного результата. В философии в отличие от науки существует множество идей, систем, взглядов, плюрализм мнений, здесь знание всегда несет на себе отпечаток личности, индивидуальную неповторимость, многообразие, специфичность стиля философствования и оригинальность используемого языка.


Каково же отношение философии и искусства, философского и художественно-эстетического освоения мира?

Исторически сложилось так, что вначале возникло мифологическое и религиозное осмысление мира человеком с его поэтически-художественным взглядом на мир гармонии и красоты и только потом – теоретическое постижение мира по правилам науки и логики. Философия и наука многим обязаны искусству. В Древней Греции они часто зарождались на уровне поэтически-художественного осмысления реальности и выражались образным словом.

Гераклитовская философия излагалась динамичным и образным языком, что придавало ее идеям многозначность и многосмысленность. В одну и ту же реку нельзя войти дважды; Солнце не только ежедневно новое, но оно постоянно и непрерывно новое. Образ реки у древнегреческого философа Гераклита (конец VI – начало V в. до и. э.) не только метафора и символ, а течение всей жизни, всего окружающего мира и всего мироздания. Образ и понятие выражают единство мысли и чувства. «Они – продукт осмысленного созерцания (умозрения), элементами которого являются сила воображения и творческое вдохновение»[5]. Само установление качественного различия между разумом и чувственностью, мышлением и ощущением, между логическим и эмпирическим явилось величайшим философским открытием. Это означало падение мифологии и начало утверждения нового мировоззрения. Древнегреческого философа Парменида (р. ок. 540 или 520 г. до и. э.) называют отцом рационализма. Он различал путь истины и путь мнения, свободно используя при этом мифологию для выражения своих идей. Он впервые высказал фундаментальное положение, что существует мир чувственно воспринимаемых вещей и единый мир, постигаемый разумом.

В то время наука еще не стала экспериментальной и потому так было развито абстрактно-теоретическое мышление. Сочетая понятия с художественно-образным воображением, греческие философы создавали концепции мира как гармоничного строя вещей (Космоса). Не только эти самые начала науки и искусства, но и весь философский дух исканий истины оказал громадное влияние на всю европейскую культуру.

Исторически складывающееся самоопределение философии, искусства и науки в последующие эпохи не прерывало, а усложняло их взаимосвязи.

Искусство – мышление в образах, философия и наука – мышление в понятиях. В искусстве, в том числе в поэзии, поэт призван не доказывать, а показывать. «В искусстве что показано, то уже и доказано» (В. Белинский).

Корифеи науки умели видеть плодотворное взаимодействие науки, искусства и философии. «Научная истина, проникающая во все сферы знания, – писал великий русский ученый К.А. Тимирязев в 1904 г., – осуществление социальной правды в жизни, культ природы, уже не как грозной силы, а как действительного источника, высшего эстетического наслаждения, – не те ли это реальные формы, в которые выльется вечная природа: истина, добро, красота?»


Каким образом осуществляется взаимодействие философии, науки, искусства, морали, философских, научно-художественных, эстетических и нравственных начал в человеческой культуре?

Философская рефлексия (от лат. flexio – размышления, самопознание) позволяет зафиксировать, что в знаменитой триаде: истина, на постижение которой нацелена наука, добро как одна из высших моральных ценностей, красота, осмысливаемая в искусстве, – сокровенные идеалы поиска человечеством гармонии. Известно, что Платон на вершину своей пирамиды идей помещал не Истину, а Благо. Идея истины располагалась значительно ниже, потому что путь к благу – это не только путь истинного знания, добываемого наукой. Этот путь освещается и идеалами красоты, измерениями прекрасного. Всякая культура ставит перед собой задачу достижения блага, но каждая культура ставит ее по-своему. Путь к Благу для науки Нового времени мыслился через постижение объективной истины. Для современной науки познание истины любой ценой, получение знания ради знания, вне системы моральных ценностей является слишком опасным.

Казалось бы, любовь к истине и ее красоте является лучшим основанием для морали, а люди науки должны быть носителями высокой морали. Французский математик, физик и философ Жюль Анри Пуанкаре (1854–1912) писал, что наука ставит нас в постоянное соприкосновение с чем-либо, что превышает нас, приводит нас в восторг, позволяет уловить роскошную гармонию законов природы, соприкасаться с идеалом, который для ученого значит больше, чем он сам, что и составляет почву, на которой можно строить идеал. Наука дает образцы морального поведения – коллективизм, солидарность, бескорыстное служение идеалам, укрощение темных инстинктов, предрассудков и суеверий, отвращение ко лжи и слепому подчинению. Мораль поддерживает науку, направляет поведение ученых, помогает дать правильные общественные оценки их деятельности.

Тревожные симптомы нравственного состояния науки, массовая разработка самых бесчеловечных средств научно обоснованного насилия над телом и духом человека конца XX в., крушение нравственно-эстетических идеалов родства и гармонии с природой, служения красоте человека и мира, здоровой и полнокровной жизни – не более чем эпизоды общего состояния современного мира, духовного кризиса, охватившего современное человечество. Как вернуть утраченное единство идеалов Добра, Красоты, Истины – величайших феноменов человеческой культуры, сделать моральной нашу мораль, нравственной – нашу нравственность и цивилизованной – нашу цивилизацию – в этом один из фундаментальных вопросов современной философии.


Какие вопросы можно отнести к числу вечных философских тем?

Круг охватываемых философией проблем, а в соответствии с этим и предмет философии, исторически изменялся с развитием общества, науки, самого философского знания. Но, несмотря на невозможность философских учений признать единый предмет исследования, можно вычленить предметную область философии, которая исторически изменяется в границах, определяемых спецификой философского знания.

Во-первых, это проблема окружающего мира, бытия, Космоса, поиск первоосновы всего сущего. Основные вопросы, с которых начиналось философское познание и которые заявляют о себе вновь и вновь, – это что собой представляет мир, в котором мы живем? Как он возник? Каковы его прошлое и будущее? В разные исторические эпохи ответы на эти вопросы приобретали различный вид. Опираясь на различные науки, синтезируя знания из разных областей, философия углублялась в раскрытие сущности мира, принципов его устройства, первоосновы всего существующего. Немецкий философ Людвиг Фейербах (1804–1872) писал, что философия – дочь своего времени, и в соответствии с этим формировались различные философские модели мира, сохраняя во все времена первостепенное значение в устремленности к познанию тайн мира.

Во вторых, – проблема человека, т. е. смысла существования человека в мире. Проблема человека всегда находилась в центре многих древневосточных философских школ. Антропологический поворот, совершившийся в древнегреческой философии в лице ученых-софистов, а затем Сократа, зафиксировал еще одну вечную философскую тему. Ее сформулировал Протагор (ок. 490 – ок. 420 гг. до и. э.): «Человек – мера всех вещей». Софисты отказались от рассмотрения космологической проблематики и повернулись к человеку. Космос, с точки зрения Сократа, непостижим, и любителю мудрости следует осознать, что важнейшим для человека является самопознание. В средневековой философии человек рассматривается как существо, тяготеющее к злу вследствие своей природы, первородного греха и т. д. В эпоху ранних буржуазных революций французский философ, математик Рене Декарт (1596–1650) провозглашает человеческий разум непогрешимым судьей в вопросах истины: «Мыслю, следовательно, существую». Человек – венец природы, с точки зрения Фейербаха, и в этом смысл его философской антропологии. С марксистской точки зрения человек – совокупность общественных отношений, а в рамках западной философии XX в. анализируются различные феномены человеческого бытия – страх, отчаяние, воля, любовь, одиночество и т. и. До сих пор проблема человека – самая трепетная философская тема.

В-третьих, важнейшая философская проблема – проблема отношения человека и мира, субъекта и объекта, субъективного и объективного, идеального и материального. Материализм, начиная от античного стихийного материализма и древневосточных материалистических философских школ, решает данный вопрос в пользу первичности материи, природы, бытия, физического, объективного и рассматривает сознание, дух, мышление, психическое, субъективное как свойство материи в противоположность идеализму, принимающему за первичное сознание, дух, идею, мышление и т. и. На протяжении всей истории философской мысли формировалось и специфическое решение проблемы познаваемости человеком мира, соотношения мнения и знания, истины и заблуждения, возможностей и пределов познания, проникая в механизмы и тайны познавательной деятельности человека, поиска критерия истинности наших знаний и т. и.

И, в-четвертых, философская проблема, связанная с решением субъект-субъектных, межличностных, социальных отношений, т. е. с рассмотрением человека в мире людей. Существует огромный пласт вопросов, связанных с поиском идеальной модели общества, начиная от идеального государства Платона и Конфуция (ок. 551–479 до и. э.), далее – «города Солнца» Кампанеллы и кончая современными концепциями построения гармоничного общества. В рамках решения самых разнообразных проблем человека, погруженного в социум, возникла тема герменевтики – понимания человека человеком, понимания текстов, большей частью древних, благодаря которым человек, порою через века, проникает в сокровенный смысл произведений и постигает свои личностные смыслы. Поиск согласия, взаимопонимания, идеалы толерантности, гибкости, коммуникативного решения всех возникающих конфликтов становятся ведущими философскими темами современной философской мысли.

Ни одна из обозначенных философских тем не может быть полностью изолирована от другой. Они дополняют друг друга и вместе с тем в различных философских учениях отдается приоритет той или иной философской теме – или построению модели мира, или проблеме человека, исследованию субъективного, или взаимоотношению человека и мира, постановке гносеологических вопросов, или же анализу проблемы отношения человека и общества, человека в мире людей. В исторической динамике менялись акценты в решении этих философских проблем, однако уже в древних философских учениях можно зафиксировать постановку и своеобразное решение каждой из выделенных нами философских тем, определивших все позднейшие типы философского мировоззрения.


Что можно отнести к основному вопросу философии и ее предмету?

Возможность различных трактовок предмета философии заключена в сложности, многогранности самого предмета исследования. Каждое время имеет именно ту философию, которая как раз ему подобает, и важно не забывать о времени, когда было написано то или иное произведение. Самые тонкие и драгоценные мысли своего времени и народа концентрируются в философских идеях.

Обобщая различные подходы к определению философии и проблемного поля ее исследования, отдельные мыслители по-разному трактовали этот вопрос. Аристотель делил философию на теоретическую (умозрительную), цель которой знание ради знания, практическую, цель которой знания ради деятельности, и творческую (поэтическую), цель которой знание ради творчества. Византийский богослов и поэт Иоанн Дамаскин (ок. 675 – ок. 753) в своем труде «Источник знания» дает шесть определений философии[6]:

философия есть познание природы сущего; философия есть познание вещей божественных и человеческих, т. е. невидимых и видимых; философия есть помышления о смерти, как произвольной, так и естественной;

философия есть уподобление Богу, ибо уподобляемся Богу мы через мудрость, справедливость, праведность, доброту, когда мы благодетельствуем нашим обидчикам;

философия есть искусство искусств и наука наук, через нее изобретается всякое искусство и всякая наука; философия есть любовь к мудрости, истинная же философия есть Бог, а поэтому любовь к Богу есть истинная философия.

Принципиальное значение для философии в ее самом высоком, всемирно-гражданском космическом значении, считает родоначальник немецкой классической философии Иммануил Кант (1724–1804), имеет решение вопросов, отражающих типы отношения человека к миру: что я могу знать? Что я должен делать? На что я могу надеяться? Отдавая высокую дань теоретическому разуму, Кант без колебаний на первый план выносит практический разум – то, чему учит философия. Философия воплощает в себе идею совершенной мудрости и указывает высшие цели человеческого разума, связанные с нравственными идеалами и ценностями человеческого разума. А потому все три вопроса, в которых охватывается предназначение философии, можно было бы свести к четвертому: что есть человек? «Если существует наука, – писал И. Кант, – действительно нужная человеку, то это та, которой я учу – а именно подобающим образом занять указанное человеку место в мире, и из которой можно научиться тому, каким надо быть, чтобы быть человеком»[7]. По мнению Канта, ориентация на человека и высшие нравственные ценности придает философии достоинство и внутреннею ценность.

Отдавая дань рационалистически-аналитическому, «объективистскому» взгляду на мир, марксисты основной вопрос философии формулировали как вопрос отношения мышления к бытию. Один из основоположников марксизма Фридрих Энгельс (1820–1895), акцентируя внимание на научный, рациональный момент нашего взгляда на мир, в работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» констатирует: «Великий основной вопрос всей, в особенности новейшей, философии есть вопрос об отношении мышления к бытию». Основной вопрос философии, согласно этой позиции, имеет две стороны. Первая сторона основного вопроса философии – это вопрос о том, что является первичным – дух или материя, материя или сознание. Философы разделились на два больших лагеря, сообразно тому, как они отвечали на вопрос об отношении мышления к бытию. Те, которые утверждали, что дух существовал прежде природы, составили идеалистический лагерь. Те же, которые основным началом считали природу, примкнули к различным школам материализма. Вторая сторона основного вопроса философии: как относятся наши мысли об окружающем нас мире к самому миру? Познаваем ли мир? Философы, отрицающие познаваемость мира, называются агностиками.

Датский философ и теолог Сёрен Кьеркегор (1813–1855), чьи философские воззрения сложились под влиянием немецкого романтизма и переоценки рационалистического, «холодного» взгляда на мир, основное предназначение философии видел в осмыслении таких вопросов: где я? Что значит сказать «мир»? Каково значение этого слова? Кто заманил меня сюда и покинул здесь? Кто «Я»? Осуществив пересмотр западной философии как отвлеченной рассудочности и негативной философии, русский религиозный философ, поэт и публицист В.С. Соловьеву 1853–1900) противополагает ей цельную философию всеединства и связывает философское творчество с позитивным разрешением жизненного вопроса «быть или не быть правде на земле», понимая правду как реализацию христианского идеала. Нравственный аспект не только может, но и должен был быть положен, с точки зрения мыслителя, в основу теоретической философии. Всеединство не только мыслилось Соловьевым как свободное объединение в абсолюте всех оживотворенных элементов бытия, как божественный первообраз и искомое состояние мира, но и представало перед ним в лице Софии – вечной женственности.

Для французского писателя и философа Альбера Камю (1913–1960) «есть лишь одна по-настоящему серьезная философская проблема – проблема самоубийства. Решить, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить, – значит ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное – имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями – второстепенно»[8]. В более широком контексте Камю стремится основной вопрос философии связать с проблемой ценности человеческой жизни. Сущность человеческой драмы, пишет Камю, выражают ностальгия по Единому, стремление к Абсолюту.


Какие существуют разделы философского знания?

В рамках собственно философского знания уже на ранних этапах становления начались его дифференциация, в результате которой выделились такие философские дисциплины, как этика, логика, эстетика, и постепенно оформились в следующие разделы философского знания:

онтология – учение о бытии, о первоначалах всего сущего, о критериях существования, общих принципах и закономерностях существования; гносеология – раздел философии, в котором изучаются проблемы природы познания и его возможностей, отношение знания к реальности, выявляются условия его достоверности и истинности;

аксиология- учение о природе и структуре ценностей, их месте в реальности, о связи ценностей между собой;

праксеология – учение о практическом отношении человека и мира, активности нашего духа, целеполагании и действенности человека;

антропология – философское учение о человеке в многомерных его ипостасях;

социальная философия – раздел, описывающий специфические особенности общества, его динамику и перспективы, логику социальных процессов, смысл и предназначение человеческой истории.

Эти разделы не редуцируемы (не сводимы друг к другу), но тесно связаны между собой.

Философская истина есть по существу истина человеческого присутствия в мире. В судьбе человеческого присутствия укоренена истина философствования. Философия позволяет человеку поднять собственное присутствие и присутствие других до плодотворной вопросительности. Правда такого понимания есть нечто последнее и предельное. Поэтому философия – это всегда противоположность всякой успокоенности и обеспеченности, изгнание из повседневности, она подобна вихрю, который находится в самом существе человека, его присутствии, подобно воронке, затягивающей человека в свою середину, чтобы именно таким образом он смог понять свое присутствие. В этом суть истинного настоящего философствования, готовность к опасности философии.

1.3. Мировоззренческие универсалии культуры и философские категории

Что такое мировоззренческие универсалии культуры?

Мировоззренческие универсалии культуры – это категории, которые аккумулируют исторически накопленный социальный опыт и в системе которых человек определенной эпохи оценивает, осмысливает и переживает мир, сводит в целостность все явления действительности, попадающие в сферу его бытия[9].

Чтобы подчеркнуть историчность содержания мировоззренческих универсалий, их особую социальную значимость, их иногда называют «категориями культуры» (А.Я. Гуревич), а также «универсалиями культуры».

Мировоззренческие универсалии культуры – это формы мышления, характеризующие любое человеческое сознание в различных культурах. Категории культуры фиксируют наиболее общие определенности бытия, выявленные развитием познания и практики. Это квинтэссенция накопленного человеческого опыта, опираясь на который каждое новое поколение познает и преобразует мир. Категории культуры – это исторически развивающиеся формы организации, осмысления мира, связанные с развитием человеческой деятельности (практической и познавательной). Это не только познавательные структуры, схемы, оказывающие активное программирующее воздействие на сознание человека и определяющие его деятельность, поведение и общение. Они определяют и эмоциональное переживание человеком мира, его оценку явлений и событий окружающей действительности.

В системе категорий культуры можно выделить так называемые базисные (универсальные) субъект-объектные категории, в которых обнаруживаются атрибутивные (неотъемлемые, необходимые, существенные свойства) и характеристики объектов, которые развивающаяся практика выявляет в предметном мире и, перенося их в идеальный план сознания, фиксирует в форме категорий пространства, времени, движения, свойства, отношения, количества, качества, меры, формы, содержания, причинности, случайности, необходимости и т. и. Эти категории универсальны, поскольку в любых объектах обнаруживаются соответствующие характеристики и свойства.

Кроме базисных, можно выделить субъект-субъектные категории, посредством которых выражены характеристики и свойства субъекта деятельности, структуры его общения, его отношения к другим людям и обществу в целом, к целям и ценностям социальной жизни. К ним относятся категории: человек, общество, «Я», другие, труд, сознание, добро, красота, вера, надежда, долг, совесть, справедливость, свобода и т. и. Эти категории уже не имеют статуса всеобщих и универсальных категорий бытия, а применимы только для сферы социальных отношений. Однако в жизнедеятельности человека они играют не меньшую роль, чем базисные категории. Они фиксируют в наиболее общей форме исторически накапливаемый опыт включения индивидов в систему социальных отношений и коммуникаций, его определенности как субъекта деятельности.

Категории возникают, развиваются и функционируют в культуре как целостная система, где каждый элемент прямо или косвенно связан с другими. Эта система предстает как обобщенная модель человеческого мира, которая транслируется в культуре и усваивается индивидами в процессе социализации. В соответствии со сложившейся в культуре категориальной моделью мира осуществляются те вариации деятельности и поведения людей, которые характерны для определенной эпохи социального развития. В этом плане категориальная модель мира, взятая в историческом конкретном содержании, может быть рассмотрена в качестве основания культуры соответствующей эпохи. Она выражает мировоззрение данной эпохи, определяя не только объяснение и понимание, но и переживание человеком мира.

В каждом типе культур присутствует специфический для них категориальный строй сознания, который диалектически соединяет в своем содержании моменты абсолютного, непреходящего, выражающего глубинные, атрибутивные характеристики бытия, и моменты относительного, исторически выражающего особенности культуры определенного типа общества, присущие ему формы и способы общения и деятельности людей, принятую в нем шкалу ценностей.


Каким образом проявляется двоякая природа категорий культуры?

Сравнительный анализ культур Древнего Востока – китайской, индийской, японской, с одной стороны, и культуры античной Греции – с другой, позволяет зафиксировать не только наличие общих для них категориальных форм мышления и общих черт содержания категорий культуры, но и ряда существенных различий в смыслах этих категорий, а значит, и в продиктованных этими смыслами миропони-маниях, свойственных соответствующим типам общества. Например, категории бытия и небытия фигурируют в качестве фундаментальных во всех культурах. Но если древние греки понимали небытие как отсутствие бытия, то в культурах Древнего Востока небытие понимается иначе – как источник бытия. Небытие выступает как отсутствие вещей и форм, но в нем как бы скрыто все возможное богатство мира, все не рожденное, не ставшее и не оформленное ситуацией видимого реального, вещного бытия. Вещи как бы выплывают из невидимого, покоящегося небытия и, исчерпав себя, опять погружаются в него.

Итак, система категорий, лежащая в основании культуры, выступает в качестве ее фундаментальных мировоззренческих структур. Она выражает свойственные данной культуре наиболее общие представления об основных компонентах и сторонах человеческой жизнедеятельности: о месте человека в мире, о социальных отношениях, духовной жизни и ценностях человеческого мира, о природе и организации ее объектов и т. д. Для человека, сформированного соответствующей культурой, смысл ее универсалий чаще всего выступает как нечто само собой разумеющееся, в соответствии с чем он строит свою деятельность. Типы миропонимания и мироощущения, свойственные разным типам общества, определены различным содержанием категорий, лежащих в основании культуры. Категориальные структуры обнаруживают себя во всех проявлениях духовной и материальной культуры общества того или иного исторического типа (в обыденном языке, феноменах нравственного сознания, художественном освоении мира и т. п.). Философская и естественнонаучная экспликация этих категорий предстает лишь как один из аспектов их социокультурного смысла. Так, философское и научное понимание категории пространства отлично от ее понимания на уровне обыденного языка, где применяются такие понятия, как «здесь», «там», «дальше», «ближе», в которых конкретизируется данная категория.

Преобразование базисных смыслов универсалий культуры и соответственно изменение типа культуры всегда связано с переломными этапами человеческой истории. Именно в такие эпохи в самых различных сферах культуры происходит интенсивная переоценка ценностей, смыслов мировоззренческих универсалий, ранее казавшихся очевидными и само собою разумеющимися.


Как соотносятся между собой философские категории и универсалии культуры?

Прежде всего, категории философии и универсалии культуры не тождественны друг другу и с точки зрения своего генезиса, и с точки зрения их структурно-функциональных характеристик.

Категории в философии – предельно общие, фундаментальные понятия, отражающие наиболее существенные, закономерные связи и отношения реальной действительности и познания. В них синтезируются знания из различных областей культуры.

С помощью философских категорий осуществляется осознание и осмысление предельных оснований бытия и мышления, мировоззрения, универсалий человеческой культуры в целом, предметное рассмотрение самого знания, критический анализ его форм, содержания и методов познания. Происходит деятельность самопознания, раскрывающая внутреннее строение и специфику духовного мира человека.

Система философских категорий с точки зрения их структурно-функциональных характеристик выражает категориальный строй реально функционирующего в культуре мышления. Философские категории органично связаны с универсалиями культуры, это своего рода теоретическая рационализация последних, их особая проекция, философская рефлексия над основаниями культуры, а философия в целом выступает в соответствии с этим как самосознание культуры.

Таким образом, философские категории, будучи продуктом специального исследования и рационально-логической рефлексии, тем не менее не являются элементарной редукцией универсалий культуры, а представляют собой самостоятельные, высокотеоретические, отрефлексированные формы мыслительной деятельности, в которых отражаются существенные и всеобщие характеристики природной и социальной реальности.


Какие исторические типы философского мышления можно выделить в зависимости от различных оснований?

Выделение тех или иных типов философского знания связано с ретроспективным анализом динамики философской мысли. С этой точки зрения философия – это «эпоха, схваченная в мысли» (Г.-В.-Ф. Гегель), всегда «дочь своего времени» (Л. Фейербах), теория самосознания человеческой культуры в ее сущностном, категориально-мировоззренческом выражении.

В качестве оснований выделения исторических типов философского знания могут выступать следующие.

1. Смена эпох в человеческой истории. В соответствии с этим основанием вычленяют философию античности, Средних веков, у Нового времени и современную западную философию.

2. Общая ориентация, «идейная стилистика», направленность мышления. В зависимости от этих оснований выделяют классический и неклассический тип философии.

3. Ориентация на рационалистические и иррационалистические традиции. Для классической западной философии до середины XIX в. был характерен акцент на рациональное (от лат. ratio – разум) начало. Сложившись в античности, он достигает законченной формы в классическом рационализме и основывается на убеждении в абсолютности и неизменности законов Вселенского абсолютного разума, постигаемых человеком и обнаруживаемых им в собственной духовной способности. Разочарование в возможностях научного познания, рационализма, справедливой перестройки социального мира в соответствии с разумными ориентациями привело к концу XIX – началу XX в. к расширению философской рефлексии, к обостренному вниманию к иррациональному (от лат. irrationalis – лежащее за пределами досягаемости разума, недоступное пониманию в рамках логического мышления, противоположное рациональному), что обусловило формирование таких направлений философии XX в., как философия жизни, экзистенциализм, персонализм, психоанализ и т. д.

4. Гносеологический критерий. В этом случае выделяют два противоположных, исключающих друг друга философских направления – материализм и идеализм. Каждое из них имеет свою историю, традиции, формы и школы. Материализм прошел различные этапы развития – от стихийного (древнегреческого и древневосточного), метафизического механистического (XVII – середина XIX в.), диалектического и исторического материализма (в марксистской традиции) до современных форм материализма. Идеализм предстает в двух разновидностях философствования: объективный, сводящий духовное к сверхчеловеческому, трансцендентальному, надличностному сознанию, и субъективный, сводящий духовное к личностному, индивидуальному сознанию, признающемуся безусловной реальностью.

Гносеологический критерий позволяет рассмотреть историю философской мысли с точки зрения признания познаваемости мира, обоснования способности человечества достигать объективной истины и с точки зрения отрицания возможности адекватно познавать окружающую действительность.

5. Геополитический или цивилизационный принцип, исходящий из известных вариантов исторического развития человечества – западного и восточного. При таком подходе выделяются два исторических типа философии – западный и восточный. В рамках выделения этих типов философии следует указать и приоритетные мировоззренческие акценты в направлении духовного поиска, определяющие его содержательное своеобразие.


Какие идеи становятся приоритетными для современной философии?

Для современной философии важнейшими приоритетными идеями являются идеи становления и развертывания единой человеческой сущности, духовной составляющей человеческого бытия, признания всемирной истории как особой стадии развития человеческого духа и как результата взаимодействия различных культур, наступления духовного единства мировой истории не как идеи, а как реальности. «Ситуация единства мировой истории» (К. Ясперс) ставит перед современной философией проблему диалога различных культур при сохранении в своих устремлениях уникальных культурных различий, поиска согласия через обращение к разуму, воспитания человечества в духе толерантности, гибкости, взаимопонимания, взаимоуважения, не силового, а коммуникативного разрешения возникающих конфликтов. Философия с этой точки зрения должна выступать как «голос в разговоре человечества» (Р. Рорти), посредница во взаимопонимании людей, в обосновании коммуникативного поведения, обеспечивающего интеграцию общества (Ю. Хабермас).


Что показывает компаративистский[10] анализ восточного и западного типа философии?

Философия как теоретическая рефлексия о мире и человеке одновременно возникает на Западе и на Востоке. Становление восточного философствования происходит в двух автохтонных традициях – китайской и индийской.

Восточная мысль во многом соприкасается с античной. Эти системы мысли имеют сходный генезис и общее проблемное поле. Однако, сравнивая восточную философию с западной, можно считать их философствованием различного типа. В отличие от западной (античной) для восточной философской мысли не характерен полный отказ от мифологической традиции. Используя логику и разумную аргументацию для объяснения всеобщего, восточная традиция не отвергает истин, отраженных в мифе, а, напротив, развивает, усложняет, легализует их, привлекая для этого логический аппарат.

Эта особенность древневосточной философской традиции определяет специфику структуры философского знания. Восточная философия имеет не только логико-дискурсивный, но и доктринально-догматический уровень, – совокупность догматических положений, вытекающую из рефлексии о мире, а также практический уровень – методики регуляции сознания.

В свою очередь, можно говорить о специфике и логикодискурсивного уровня восточных философских текстов. Дискурс не всегда выстраивается доказательно, иногда рассуждения сменяются фрагментами символико-метафорических сюжетных текстов, призванных не просто подкрепить мысль, а высказать ее. Это смешение специфически философского и дофилософского способов построения текста – не просто реликт мифологического мышления, а намеренное использование освященных традицией архаических историко-культурных форм выражения.

В настоящее время актуальна проблема сопоставления и сравнения различных философских культур, систем и учений как исходных феноменов философской компаративистики[11]. Почему именно в наше время возникла сама проблема компаративистики? Дело в том, что мир человека в XX в. стал меньше, время – быстрее, скорость – выше, жизнь – динамичнее, а различные народы в силу развития современных технологий стали ближе друг к другу. Устанавливаются и развиваются межкультурные связи различных регионов, осуществляется подлинная встреча различных культур и типов цивилизации. Процесс взаимодействия философских культур максимально расширяет культурное пространство, делает философскую культуру стойкой и способной к усвоению инноваций, извлекая из нее присущие ей смыслы. На смену однолинейным сравнениям школ, мыслителей, концепций и идей приходит сравнение философских школ, философская компаративистика, которая исходит из сопоставления и сравнения, диалога и полилога, национального и интернационального. Важно при этом, чтобы встреча культур проходила в духе подлинного диалога, диалога-спора, рождающего возвышение спорящих сторон, взаимообогащение, а не ущемление «голоса иного», не экспансию этноцентризма, когда представления, свойственные ограниченной группе людей, воспринимаются ими как нечто всеобщее, необходимое и истинное (европоцентризм, америкоцентризм и т. п.). История человечества убеждает в том, что ущемление иного, ассимилирование иного, любой вид центризма, даже если он претендует на статус всеобщих, общечеловеческих ценностей, небезопасно для человечества.

1.4. Культурные традиции Востока и Запада. Философия и национальное самосознание

Существует ли «непроходимая демаркационная линия» между западным и восточным философствованиями?

Ряд исследователей отмечают разделение философских миров Запада и Востока «непроходимой демаркационной линией». Запад наделяется такими характеристиками, как современный, рационалистический, индивидуалистический, свободолюбивый, реалистический, логичный, активный. Ему противопоставляется Восток как архаичный, субъективный, интуитивный, идеалистический, мистический, пассивный.

В то же время пристальное сравнение «материалистического» Запада и «спиритуалистического» Востока обнаруживает, что философия Запада – отнюдь не синоним материализма и научности, интерес к «посюстороннему миру» характерен не только для западной культуры, но и народов Востока, в том числе и индийцев, за которыми особенно часто отрицается интерес к природному и социальному окружению (Мур, Дас, Раджу).

Беспристрастный взгляд на теорию западной мысли и культуры показывает, что спиритуалистический взгляд здесь преобладал не только до середины XIX в., но не чужд и современности. Такие философские направления, как экзистенциализм, феноменология, персонализм, неотомизм и другие, гораздо ближе спиритуалистическому воззрению, чем сциентизму аналитической философии. В противовес оценке философии Востока как спиритуалистической, Раджу заметил, что индийцы были самым материалистическим народом и именно поэтому веданта, буддизм и джайнизм снабдили нас для равновесия самыми антиматериалистическими идеалами. Отрешенность же от мира в индуизме возможна лишь после того, как человек осуществит свои функции в обществе.

Антитеза интуитивистский Восток и логически мыслящий Запад обнаруживает, что «мистик – не восточная, а универсальная фигура», если под ней подразумевается человек, который видит единое во многом. Интровертный тип мистического переживания один и тот же и на Востоке и на Западе. Скорее следует говорить об универсальном характере спиритуализма и мистицизма, близости их форм, развивающихся на Востоке и Западе.

В настоящее время от первичной контраверзы философских систем Востока и Запада философы все больше переходят к философской компаративистике, необходимости взаимопонимания, культурного общения и взаимообогащения.

Духовный поиск Запада направлен в сторону поиска абсолютной истины (в период классической философии) и сути отдельных феноменов человеческого бытия – воли, страха, любви и др. (в неклассической философии), Востока – с поиском абсолютного смысла Вечности, слияния с Вечностью.


Какими видятся русская и белорусская философии в рамках геополитического философского феномена?

В рамках данного геополитического, или цивилизационного, подхода к выделению типов философского мышления рассматривают также русскую и белорусскую философии, определяющие становление и развитие национального самосознания. Пафос русской и белорусской философий – в искании нравственных основ жизни, справедливого ее устройства. Классическая западная философия свой пафос в большей степени видела в гносеологии и логике. Будучи квинтэссенцией эпохи, философия как мировоззрение всегда определяла становление и развитие национального самосознания.

Русскую философию следует рассматривать как часть мирового философского процесса, обладающую при этом значительным историческим, содержательным и идейным своеобразием. Очевидно, при анализе любой национальной традиции философствования следует учитывать это обстоятельство. При этом вряд ли стоит настаивать на радикальной оригинальности и полном отличии национальной мысли от западной философии либо на ее полной вторичности по отношению к последней[12].

Очевидным предлагаемый принцип анализа русской и белорусской философской мысли стал к концу XX в., когда новое прочтение текстов русских и белорусских мыслителей показало, что они принадлежат к общей традиции неклассического европейского философствования. При этом обнаружилось, что во многих случаях именно русские и белорусские мыслители обозначили и инициировали ключевые философские направления, идеи и ходы мысли философских поисков последних двух столетий. Попытаемся дать не столько исторический, сколько логический срез русской и белорусской философий, обозначив некоторые их ключевые особенности и их воплощение в творчестве конкретных мыслителей на определенных исторических этапах.


Каковы истоки русской философии?

Какие философские темы характерны для становления национального самосознания?

Первые опыты русского философствования восходят к древнекиевской эпохе и связаны с принятием христианства на Руси. Наряду с евангельским вероучением главным источником и проводником философских идей на русской почве становится патристическая литература, прежде всего учения восточных отцов церкви. По мнению многих исследователей, это был период донациональной философии, пролог философии (Шпет, Зеньковский). Подлинно же оригинальная национальная философия появляется в России только в XIX в.

Собственно западная философская традиция пришла на Русь уже в послемонгольский период через Великое княжество Литовское. Ключевое влияние на развитие философии в России в контексте западных традиций оказала Киево-Могилянская академия и особенно творчество Петра Могилы (1596/97-1647). Особенно значимой в философском и общекультурном плане оказалась в XVII в. деятельность лидера латинского направления Симеона Полоцкого (1629–1680), сторонника секуляризации культуры и обращения к человеку во всем многообразии его связей и проявлений. Новые тенденции в развитии философии в России обнаруживаются в XVIII в. в контексте реформ Петра Великого, будучи связанными в идейном плане, прежде всего, с творчеством и деятельностью Феофана Прокоповича (1681–1736), ориентированного на явно рационалистическую интерпретацию как богословия, так и связанной с ним философии. XVIII в. стал периодом формирования русской секулярной культуры и фактически заложил все последующие противоречия социально-политического и духовного развития России, в том числе и в области философии.

Собственно философское творчество в традиционном его понимании начинает выявляться в России во второй половине XVIII в., когда наблюдается широкое освоение западной философии Нового времени, формирование русского философского языка, становление различных типов и традиций философствования. При этом особое значение имело усвоение идей европейского Просвещения. Типичным для этого периода становится так называемое вольтерьянство, весьма созвучное критическому духу эпохи, ее тяге к переменам, ставшее в конечном счете одним из источников русского радикализма и нигилизма XIX–XX вв.

Другая тенденция выразилась в стремлении создать новую национальную идеологию, своеобразно опиравшуюся на идеи гуманизма, научности, образованности (Михаил Васильевич Ломоносов, 1711–1765; Николай Иванович Новиков, 1744–1818). Сюда же примыкают антропологические учения Александра Николаевича Радищева (1749–1802) и, несколько позднее, Александра Ивановича Галича (1783–1848). Заметим, что антропологизм с этих пор становится фундаментальной чертой русской философии.

Одновременно на передний план начинает выходить обновленная мистическая традиция (Паисий Величковский, 1722–1794; Григорий Саввич Сковорода, 1722–1794), а также традиция масонства, ставшие первой реакцией русской мысли на односторонний интеллектуализм просветительства, выражением ее поворота к личностному поиску сокровенного смысла жизни.

Начиная с Петра Яковлевича Чаадаева (1792–1856), заявляет о себе как о «философии истории» философия с центральной проблемой концептуализации – Россия и Запад. Причем сама эта проблема – каков путь России и русского народа в мире? тот ли путь, что и путь народов Запада, или это совершенно особый путь? – формулируется как проблема религиозно-метафизическая, предполагающая построение новой онтологии и гносеологии. Русская судьба представляется у Чаадаева трагической и мучительной, заблудившейся на исторических дорогах, что вызывает столь же мучительную рефлексию мысли. Обозначенная проблема остается центральной как для русской, так и белорусской философии вплоть до сегодняшнего дня.

Конкретно-исторической формой, в которой наиболее четко выразилась данная проблематика и одновременно фактически предстала русская философия как таковая, стал спор славянофилов и западников, задавший язык, парадигму и проблемное поле русской мысли XIX–XX вв.

Особое место в развитии русской философии сыграло славянофильство 1840-1850-х гг., в рамках которого философия истории, усматривающая в православии основу своеобразия русского исторического процесса, с необходимостью перерастает в религиозную философию. В творчестве лидеров славянофильства – Алексея Степановича Хомякова (1804–1860) и Ивана Васильевича Киреевского (1806–1856) – была четко заявлена и обоснована потребность русской культуры в создании самобытной национальной философии.

Изначальное противостояние классической западной философии и цивилизации одновременно оказывается основой углубления идеи русского мессианства, истоки которого были заложены еще в средневековый период выдвижением концепта Москва – третий Рим. Указанная мыслительная структура была характерна и для различных тенденций и оттенков западничества, которое отнюдь не было примитивным призывом к копированию западных социальных форм.

Линия религиозной философии связана во второй половине XIX в. с именами Владимира Сергеевича Соловьева (1853–1900), Константина Николаевича Леонтьева (1831–1891), Николая Николаевича Страхова (1828–1896), Бориса Николаевича Чичерина (1828–1904), Сергея Николаевича Трубецкого (1862–1905), Евгения Николаевича Трубецкого (1863–1920) и др. Ключевое место в этом процессе, конечно, принадлежит метафизике всеединства великого русского мыслителя В.С. Соловьева.

Основным делом жизни Соловьева было создание христианской православной философии, с тем чтобы «ввести вечное содержание христианства в новую, соответствующую ему, т. е. разумную безусловную форму», когда философский синтез включает в себя и то, что содержит вера.

Соловьев считает необходимым построение новой философии как выражения «цельной жизни». Такая философия строится Соловьевым методом «критики отвлеченных начал», т. е. всякого рода односторонних, частных идей и принципов жизни (рационализма, эмпиризма, экономизма, клерикализма и т. и.), которые пытаются заменить целое и в итоге теряют истину.

Новый этап в развитии русской философии начинается на рубеже XIX–XX вв. Преодолев через кантианство искус позитивизма и марксизма, наиболее мыслящая часть русской интеллигенции поворачивает к идеализму, первоначально этическому, а затем и религиозно-метафизическому. Начинается особенно острое осмысление тем Ф.М. Достоевского, в чем инициирующую роль сыграло творчество Дмитрия Сергеевича Мережковского (1865–1941) и Василия Васильевича Розанова (1856–1919). Ценность личности и личной судьбы была противопоставлена господствовавшей весь XIX в. ценности социальности, что означало не отрешение от социально-философской проблематики, а, скорее, углубление ее анализа.

К 1920-м гг. русская философия достигает стадии расцвета, фактически формулируя все ведущие программы мировой философии XX в., но не теряя при этом, в отличие от аналогичных или близких направлений западной мысли, глубин феноменолого-герменевтической проработки христианства, опознаваемого в качестве адекватного фундамента гуманистического мировоззрения современности. Многие русские мыслители продолжили свое творчество в эмиграции, активно включившись в европейский философский процесс, оказав по ряду позиций значительное на него влияние.

Проблема разрабатывается русскими мыслителями как проблема отношения «Я» и другого. Дань этой проблематике, ставшей, как известно, центральной в философии XX в., отдали многие русские мыслители, в том числе Николай Александрович Бердяев (1874–1948), Семен Людвигович Франк (1874–1950), Лев Исаакович Шестов (1866–1938), Густав Густавович Шпет (1879–1937), Михаил Михайлович Бахтин (1895–1975), Борис Петрович Вышеславцев (1877–1954) и др.


Какие основные периоды, влияющие на становление белорусского национального самосознания, можно выделить в истории философской мысли Беларуси? Какие темы характерны для этих периодов?

В качестве важнейших периодов в истории философской мысли Беларуси можно выделить следующие: 1) распространение идей ренессансного гуманизма и реформации (XVI–XVII вв.); 2) преобладание схоластической философии (XVII – первая половина XVIII в.); 3) распространение философии просвещения (вторая половина XVIII – первая половина XIX в.); 4) распространение народно-демократических идеологий (вторая половина XIX в.); 5) развитие философской мысли в рамках традиционных проблем марксистско-ленинской философии (20-80-е гг. XX в.); 6) включение в мировой философский процесс, освоение идей современной западной философии.

Начало распространения идей ренессансного гуманизма в Беларуси связано, прежде всего, с деятельностью Франциска Скорины (ок. 1490–1541). В Библии Скорина видел важнейший источник просвещения народа. Возможности улучшения жизни людей Скорина связывал с распространением духа человеколюбия. Важное значение он придавал вопросам права. Скорина различал законы прирожденные (естественные) и писаные. Естественный закон написан, «есть в сердце каждого человека», согласно ему нужно «того не чинити иным, чего сам не хощеши от иных имети». Поскольку некоторые злоупотребляли отсутствием писаных законов, пришлось учредить таковые для «людей злых, абы боячися казни, усмирили смелость свою».

С середины XVI в. на территории Великого княжества Литовского развернулось движение Реформации, оказавшее значительное влияние на общественную мысль. Видным идеологом одного из течений Реформации – антитринитаризма[13] был Сымон Будный (1533–1593). Он издал на белорусском языке «Катехизис» и свои переводы библейских текстов с предисловием и комментариями. По существу, он занялся пересмотром и критикой Священного Писания. Он отверг догмат о божественной природе Христа, называя «вздором софистов» утверждения, будто Бог мог родиться из своего собственного естества. Христос, по мнению С. Будного, выдающийся пророк, но все же смертный человек. Ему не следует поклоняться как Богу, и догмат о Троице несостоятелен. Наряду с этим С. Будный отрицал догмат о бессмертии души. Далее он пришел к отрицанию Бога как личности и истолкованию его как безликого творящего начала. Взгляды С. Будного уже в 70-х гг. XVI в. стали известны далеко за пределами Речи Посполитой. Они стали предметом полемики в среде западноевропейских реформаторов.

В конце XVII в. наиболее известным схоластом в Вильно прослыл В. Тылковский (ок. 1624–1695). Как иезуитский писатель он был популярен не только в Речи Посполитой. Некоторые из его сочинений переиздавались на латинском языке и в переводах в Париже, Вене, Аугсбурге и других городах. Крупнейшее сочинение В. Тылковского – девятитомная «Занимательная философия» – систематизированное изложение учения Аристотеля в истолковании Фомы Аквинского. Большую популярность имела его книга на польском языке «Научные беседы, содержащие в себе почти всю философию».

Среди преподавателей средневековой схоластики выделялся профессор Виленского университета М. Смиглецкий. Его основная работа «Логика», написанная на латинском языке, пользовалась спросом в учебных заведениях Франции и Англии. По принципиальному для схоластической философии вопросу об универсалиях М. Смиглецкий придерживался позиции реализма. Наряду со схоластическим реализмом в Виленской академии получил распространение и умеренный номинализм. Его сторонниками были И. Кимбарас, Г. Станиславский, С. Крюгер, К. Вежбицкий.

Заметным событием этой эпохи стало судебное разбирательство и казнь атеиста Казимира Лыщинского (1634–1689). Дворянин по происхождению, он получил начальное образование в Бресте, затем в Виленской академии, стал преподавателем в одной из иезуитских школ. В дальнейшем он отрекся от духовного сана, вернулся в имение Лыщицы Брестского повета, женился и посвятил себя педагогической, общественной и научной деятельности. В своем имении открыл школу и сам преподавал в ней. Подосланный к К. Лыщинскому провокатор в 1687 г. выкрал часть его трактата «О несуществовании Бога» и переслал виленскому епископу. К. Лыщинского арестовали, судили, обезглавили и сожгли на костре вместе с рукописью. Трактат К. Лыщинского, написанный на латинском языке и содержавший 265 листов, до нас не дошел, но о его содержании можно судить по материалам судебного разбирательства. В трактате говорилось, что «люди… – творцы и создатели богов, и Бог является не действительной сущностью, а творением разума и к тому же химерическим; поэтому Бог и химера – одно и то же». Нематериального начала мира не существует. К. Лыщинский не верил в воскресение из мертвых и Страшный Суд. Он утверждал, что «вера в Бога введена безбожниками».

Значительный след в истории белорусской и русской культуры оставил Симеон Полоцкий (Самуил Петровский – Ситнианович, 1629–1680). Он родился в Полоцке, учился в Киево-Могилянской коллегии и в Виленской иезуитской коллегии. Приняв в 1656 г. монашество, Симеон стал преподавателем Полоцкой братской школы, сблизился со сторонниками единства Беларуси с Россией. Он утверждал, что русский, белорусский и украинский народы происходят из единого корня – «из российского роду», считал белорусов выходцами из этого рода, а белорусскую землю – «давной русской».

Полоцкий полагал, что мир создан Богом. Мир основан на двух началах – материальном (земля, вода, воздух и огонь) и духовном. Человек причастен к обоим началам. Подобно Аристотелю С. Полоцкий выделял ступени бытия: бытие вообще присуще всем вещам и существам, все существуют, но растения, кроме того, обладают еще и жизнью, животные обладают сверх того еще и чувствительностью, а человеку присуща сверх того еще и разумность. О познании Полоцкий высказывал мысли, близкие к западноевропейскому сенсуализму: ум новорожденного подобен чистой доске, врожденные идеи отсутствуют, познание начинается с ощущений. Природа подобна книге, которую человеку следует изучать; бытие Бога недоступно чувственному восприятию, значит, Бога нельзя познать, но в Него нужно верить. С. Полоцкий высоко оценивал роль философии в жизни людей, полагая, что она лечит людские нравы, учит справедливой жизни, помогает правителям мудро управлять державой.

Идеи просветительской философии стали распространяться в Великом княжестве Литовском во второй половине XVIII в. Видным сторонником просвещения был Казимир Нарвут (1738–1807). Он родился в Лидском повете, получать образование начал в Щучине, продолжил в Вильно, затем – в Италии, Германии, Франции. Нарбут оставил значительное рукописное наследие, в том числе по философии, логике, этике, естествознанию и т. д. Писал свои произведения по-польски. Издал в Вильно первый учебник логики на польском языке. Воззрения Нарбута на строение мира основаны на идеях Н. Коперника, Г. Галилея, И. Ньютона, И. Кеплера. Принимая позицию деизма, он стремился к освобождению философии от схоластики и богословия. Вместе с тем он полагал, что истинные знания не противоречат религии. В воззрениях на общество К. Нарбут придерживался теории общественного договора.

Важную роль в распространении идей Просвещения в ВКЛ сыграл Иероним Стройновский (1752–1815). В 1799–1806 гг. И. Стройновский занимал должность ректора Виленской Главной школы, преобразованной при его участии в 1803 г. в университет. В 1785 г. в Вильно вышла на польском языке его работа «Наука о естественном и политическом праве, политической экономии и праве народов», получившая широкое распространение как учебное пособие для учащихся высших и средних учебных заведений.

(В 1809 г. в русском переводе она была издана в Петербурге.) В гносеологии И. Стройновский придерживался позиции сенсуализма, высоко ценил философские системы Дж. Локка и Э. Кондильяка. Социальные воззрения И. Стройновского основаны на теории «естественного права».

В конце XVIII – начале XIX в. наряду с просветительскими воззрениями получили распространение идеи романтизма. Влияние романтизма проявилось в эстетических взглядах Леона Боровского (1784–1846).

Л. Боровский родился в Пинском повете, учился в Поставах, Вильно. Как сторонник романтически-поэтического восприятия жизни, Боровский полагал, что подлинная поэзия более свойственна ранней стадии человечества, чем современной. Романтические воззрения Л. Боровского пробуждали в нем интерес к языческим мифам белорусов и литовцев. Он считал устное народное творчество образцом подлинной поэзии.

В 1812 г. в Полоцке открылось второе высшее учебное заведение на территории Великого княжества Литовского – Полоцкая иезуитская академия. В 20-е гг. XIX в. преподаватели Виленского университета и Полоцкой академии вели полемику на страницах «Виленского дневника» и «Полоцкого ежемесячника». Дискутировались вопросы морали, обучения, воспитания, отношения к идеям французских просветителей, крестьянский вопрос и др. Профессора Полоцкой иезуитской академии занимали по этим вопросам позиции клерикализма и консерватизма.

В 1817–1823 гг. в Виленском университете действовала тайная организация «Общество филоматов» (любителей наук). В состав руководящего ядра общества входили: Ю. Ежовский, Т. Зан, А. Мицкевич, Я. Чечет, Ф. Малевский, К. Пясецкий, М. Рукевич, О. Петрашкевич, Т. Лозинский. Основой своего союза они провозглашали добродетель и труд. Ведущую роль в разработке важнейших программных документов организации играли А. Мицкевич и Т. Зан.

Своей целью члены общества объявили самосовершенствование и подготовку молодежи к деятельности на благо отечества. Основным препятствием на пути прогресса филоматы считали крепостничество и самодержавие как противоречащие естественному праву и разуму установления.

Видную роль в развитии белорусской общественной мысли сыграло творчество Винцента Дунина-Марцинкевича (1807–1884).

Дунин-Марцинкевич полагал, что необходимо совершенствовать человеческие отношения путем просвещения и нравственного воспитания. Важную роль в этом способна играть литература на белорусском языке, которая была бы понятна как помещику, так и крестьянину и изображала бы идеальное состояние жизни, простые и доброжелательные отношения. Он проповедовал братское единство людей, простоту и «естественность» жизни согласно многовековым патриархальным традициям, противопоставляя их сложности, нравственному хаосу и взаимной вражде, царящим в городе. Белорусский язык Дунин-Марцинкевич считал крестьянским, простонародным. Беларусь не представлялась ему самостоятельной в национальном отношении. Ценность ее он видел в сохранении лучшего из минувших времен. Культурное своеобразие Беларуси определяется для Дунина-Марцинкевича синтезом двух культур – дворянской и народной. Первая несет высокий уровень духовности, а вторая – самобытность. Это единство должно определять, по мнению Дунина-Марцинкевича, характер новой белорусской культуры.

Во второй половине XIX в. заметными явлениями в общественно-политической жизни Северо-Западного края[14]были деятельность Кастуся Калиновского (1838–1864), издававшего «Мужицкую правду», проповедовавшего идеи крестьянской революции, общинного социализма, национального освобождения; народнических групп и газеты «Гомон», творчество Франтишка Богушевича (1840–1900), Янки Лучины (1851–1897); распространение марксистских идей.

В начале XX в. на идейном поприще выступили газеты «Северо-Западный край», «Наша доля», «Наша ніва», большевистская газета «Звезда». Большую роль в развитии белорусской общественно-политической мысли сыграли литераторы Алоиза Пашкевич (Тетка) (1876–1916), Янка Купала (1882–1942), Якуб Колас (1882–1956), сторонники идеи национальной автономии белорусского народа, его просвещения, общности и бесклассовости (Луцкевич, Верещат, Бур-бис), большевистские пропагандисты и организаторы М.В. Фрунзе, А.Ф. Мясников.

В 1921 г. небольшим тиражом в Вильно была издана работа Игната Абдираловича (И. Кончевского, 1896–1923) «Адвечным шляхам». В ней автор размышляет об историческом пути и культурном своеобразии белорусов, находящихся между Востоком и Западом и не принявших ни ту, ни другую сторону. Белорусам нужны «свои белорусские формы жизни», но при этом следует избегать «белорусского мессианизма».

Систематические исследования и преподавание философии возобновляются спустя десятки лет уже в Советской Белоруссии в 1921 г. благодаря учреждению Белорусского государственного университета и организации кафедры диалектического материализма и деятельности таких философов, как В.Н. Ивановский, Н.М. Никольский, Б.Э. Быховский, Г.Ф. Александров, В.С. Степин, Л.И. Петражицкий, Н.О. Лосский, М.М. Бахтин.

Тема 2

Философское осмысление проблемы бытия

2.1. Метафизика: предметное поле, цели и задачи Каковы содержательные понятия метафизики?

Метафизика – философское учение о предельных, сверхопытных, сущностных принципах и началах бытия, познания, человека, культуры. Основные категории метафизики являются предельными понятиями, охватывающими в целом бытие, сущее и равным, необходимым образом захватывающими самого человека, вопрошающего о мире, природе, собственной конечности, уединенности, ностальгии, сущности прекрасного, нравственного и т. д. Метафизическая мысль есть мышление, охватывающее своими понятиями и целое, и мыслящего о нем и о самом себе человека.


Почему понятие метафизики иногда трактуется как синоним философии?

В истории философской мысли понятие метафизики нередко выступало в качестве синонима философии, поскольку метафизика – центральное учение всей философии, в котором ставятся фундаментальные предельные вопросы, касающиеся бытия человека в мире.

Описывая сущность понятия метафизики, известный немецкий философ Артур Шопенгауэр (1788–1860) восклицал: «"Метафизика" – вот прекрасное слово! То, что лежит по ту сторону природы и чисто естественного, по ту сторону опыта, или познания того, что лежит в основе явлений природы, что раскрывается в природе – познания того ядра, оболочкою которого служит природа, познание той сущности, простым символом которой является опыт. В таком смысле слово это звучит очаровательно для всякого человека, предрасположенного к глубокому мышлению, не довольствующегося явлениями мира, а стремящегося познать истинную его сущность». Эту область философии, исследующую сущность природы, А. Шопенгауэр называл метафизикой природы. Та же область, в которой исследуется внутренняя сущность красоты в отношении к субъекту, воспринимающему красоту, а также и к объекту, который вызывает ее в субъекте, та область, в которой раскрывается феномен прекрасного, его воздействие на человека, есть метафизика прекрасного. Сущность нравственного поведения человека, отчетливое познание разумом человека его моральных компонентов есть метафизика нравов.

В предельных метафизических вопросах нашло отражение то всеохватывающее изумление, которое, по словам Платона и Аристотеля, образует начало философии. В такого рода вопросах проявляется всеобщая, тотальная озадаченность самим бытием, ибо человек своим бытием отвечает самому целому, бытию, соответствует ему, отнесен к нему. Каждый человек в известном смысле, как говорит Шопенгауэр, – «прирожденный метафизик, он единственная метафизическая тварь на земле», ибо всякий человек философствует, его дух влечет его в высшие сферы, из конечного в бесконечное. Это происходит оттого, что человеку тяжело сознавать свое существование ненадежным, всецело обреченным случайности и в своем начале, и в своем конце, к тому же крайне коротким – между двумя бесконечными пределами времени. Тот же разум, который вынуждает его позаботиться о завтрашнем дне в пределах его жизни, побуждает его также заботиться и о грядущем после его жизни. Он хочет постичь вселенную главным образом для того, чтобы познать свое отношение к вселенной. Чем яснее и светлее в человеке сознание, созерцание мира, тем неотступнее преследует его загадочность бытия, тем сильнее он будет чувствовать потребность подвести итоги, сделать какой-либо конечный вывод о жизни и бытии вообще. Таким образом, метафизические понятия направлены на то, что может быть понято только предельным вопрошанием, вопросом, обращенным к бытию, миру, человеку, сущему, вопросом о целом и одновременно захватывающим самого понимающего.


Что означает термин «метафизика»?

Для того чтобы разобраться, почему мы до сих пор пользуемся термином «метафизика» для понимания сверхчувственных принципов бытия, предельного вопрошания о мире и человеке в нем, необходимо обратиться к истории этого слова, которое приводит нас к античной философии. Сложное слово «метафизика» в свою конструкцию «та мета та фюсика» включает слово «мета» – «после», «за» и слово «фюсис», которое имеет два значения: «сущее в целом» и «физически сущее», т. е. противоположное вещам, возникшим с помощью «технэ» (ремесла в процессе изготовления, производства по собственному разумению людей). В первом значении природа для греков есть нечто не возникающее и не гибнущее. «Эта "фюсис", – говорил Гераклит, – была всегда, есть всегда, и будет всегда вечно горящим огнем, мерой возгорающим и мерой затухающим». Второе значение «фюсис» – природа определенного сущего, существо (бытие) сущего, внутренняя сущность вещей (природа духа, души, природа художественного произведения, природа дела и т. д.).


Что для Аристотеля является «первой философией»?

«Вопрошание» о сущем в целом и «вопрошание» о бытии сущего, его природе Аристотель называл «первой философией» – философией в собственном смысле слова, т. е. настоящее философствование ставит вопрос о «фюсис» в двояком значении: о самом сущем и о бытии сущего.


Кем был предложен термин «метафизика» и что он включал в себя?

Термин «метафизика» предложил Андроник Родосский (I в. до и. э.) при систематизации произведений Аристотеля, назвав так группу трактатов о «бытии самом по себе», о «первых родах сущего», которые должны были следовать после «физики». Дело в том, что, достигнув вершины у Аристотеля, античная философия постепенно превратилась в школьную философию, на смену живому «вопрошанию» приходит систематизация различных дисциплин и специальностей, не скрепленных внутренним коренным единством. Материал философствования систематизируется, тем не менее, по тем основным темам, которые были намечены у Аристотеля. Философия занимается «фюсис» – сущим и бытием сущего; физика – изучением природы, этика занимается бытием того, что изобретено человеком, что относится к образу жизни человека, человеку в его действиях, его манерах, его поведении, в свойственной ему манере держаться – тем, что греки называют понятием, противоположным «фюсис», обозначая его словом «этос», от которого произошла «этика». На первое же место выдвигается «логос», способ говорить о вещах, рассматривать и анализировать в философии «фюсис» и «этос» – логика. Таким образом, по предмету исследования формируются три дисциплины в философии: логика, физика, этика.


В чем специфика метафизической рефлексии в средневековой философии?

В средневековой философии метафизика выступает как высшая форма познания бытия, которая подчинена сверхразумному знанию, данному в откровении. Великий систематик Фома Аквинский (1225–1274) блестящим образом обосновывает отождествление первой философии, метафизики и теологии (познание Божественного). Первая философия – это познание высшей причины, Бога как творца. Первая философия и называется так, поскольку рассматривает первые причины вещей. Метафизика рассматривает сущее и то, что относится к нему. Восприятие аристотелевской философии складывается таким образом, что в результате возникает догматика не только веры, но и самой первой философии. Свободное «вопрошание» человека невозможно для средневековья в силу того, что в эту эпоху существовали совершенно иные мировоззренческие установки, связанные с идеями Бога как творца мира, Его познанием как высшей причины и обоснованием Его бытия. Этому способствовало и то, что в метафизических сочинениях Аристотеля была намечена специфическая связь между первой философией и теологией.


Какова суть метафизической проблематики в новоевропейской философии?

Метафизика Нового времени вышла из границ проблемного поля, очерченного теологией, и, пройдя этап пантеистической натурфилософии Возрождения, растворявшей Бога в природе, объектом своего исследования сделала природу.

Традиционная проблематика философии рассматривается метафизиками Нового времени под углом зрения новой науки, воплощением же научности становится математическое естествознание. Из этого следовало, что само знание должно быть абсолютно достоверным. Метафизика Нового времени выдвигает задачу переработать всю традиционную проблематику в духе соответствующей строгости и тем самым возвести метафизику на ступень абсолютной науки. Проблема абсолютной достоверности знания становится основной для новоевропейской философии. Метафизика превращается в метафизику познания. Идеал строгости, на который была ориентирована метафизика Нового времени, хорошо выразил французский математик, физик, религиозный философ и писатель Блез Паскаль (1623–1662) в своем знаменитом афоризме: «Все, что превышает геометрию, превосходит и нас». Своим основным сочинением «Наукоучение» немецкий философ и общественный деятель Иоганн Готлиб Фихте (1762–1814) подчеркивал, что наукоучение – это наука, имеющая своим предметом науку в абсолютном смысле и потому обосновывающая метафизику. Проблема достоверности метафизического познания становится определяющей в развитии новоевропейской метафизики.


Какой принцип Р. Декарт принимал за основу философского мышления?

Характерной особенностью эпохи Нового времени является то, что начиная с Декарта в философском проблемном поле центральное место занимает «Я», сознание, разум, личность, дух. Это говорит о том, что в новой метафизике в результате размещения самосознания в центр проблематики ставится под вопрос само вопрошающее «Я», правда, весьма своеобразным способом. Включение «Я», самосознания в метафизику осуществляется таким образом, что как раз «Я» и не ставится под вопрос. Дело в том, что «Я» и сознание утверждаются в качестве надежнейшего и бесспорнейшего фундамента этой метафизики. В основу философского мышления Декарт требовал положить принцип очевидности или непосредственной достоверности, тождественной требованию проверки всякого знания с помощью естественного разума.


Какова роль Б. Паскаля в актуализации проблемы человека в новоевропейской философии?

В эпоху Нового времени, ориентированную на строгость и точность, в лице Б. Паскаля, немало сделавшего в обосновании идеалов математического естествознания, мы видим мыслителя, который со всей остротой поставил вопрос о границах научности, о необходимости обращения к доводам сердца, отличным от доводов разума, к таким состояниям человека, как непостоянство, хрупкость, тоска, беспокойство, трагичность. Это, несомненно, расширяло горизонты традиционной метафизики, порождая фундаментальное настроение философствования, когда метафизическая мысль захватывает и бытие, и понимающего человека, ставя под вопрос само присутствие человека в мире (в отличие от картезианской установки, в принципе, не ставящей само присутствие под вопрос, поскольку считалось, что все поддается абсолютно строгому и чистому доказательству и обоснованию).


Чем обусловлен кризис метафизики в XVIII в.?

В XVIII в. в результате становления отдельных наук и их самоопределения метафизика испытывала кризис, вырождаясь порою в догматическое систематизаторство, построение всеобъемлющей системы философского знания. Учебные руководства по философским дисциплинам с многочисленными классификациями философского знания служили основой образования вплоть до появления критической философии И. Канта.


Какой предстает метафизика в критической философии И. Канта? Какое место в ней отводится временности, конечности бытия и логике?

И. Канта не устраивала догматическая метафизика, забывшая о сути человеческого бытия, он чутко уловил внутренние проблемы предшествующей метафизики и предпринял попытку ее критического анализа и обоснования другого способа философствования. Заслуга Канта – в признании того, что внутренняя возможность и необходимость метафизики (ее сущность) в основе своей опираются и поддерживаются при помощи более изначальной разработки и обостренного сохранения проблемы конечности человеческого бытия, его временности. В соответствии с этим понимание бытия и конечности наличного бытия, или своего подлинного существования, в книге Канта «Критика чистого разума» (1781) проецируется на время как основное определение конечности в человеке. Несомненно, обоснование конечности в человеке предполагало экзистенциальную интерпретацию долга, совести и смерти. Метафизику Кант считал завершением культуры человеческого разума. Для него предметы метафизики, математики и естествознания совершенно различны. Он ввел разделение метафизики на метафизику природы и метафизику нравов.

Ошибки старой метафизики порождаются некритическим распространением деятельности рассудка за пределы возможного опыта. Метафизика как умозрительное познание сущего возможна, с точки зрения И. Канта, как систематическое знание, выведенное из чистого разума.

Однако в своем поиске основополагания метафизики Кант, как указывает немецкий философ Мартин Хайдеггер (1889–1976), поколебал в качестве возможной основы и руководства для метафизики логику, господство разума и рассудка. Логика утрачивала свое, с давних пор подготовленное преимущество в метафизике, ее идея становилась сомнительной, поскольку центральную метафизическую функцию в критике чистого разума приобретает время, выступающее в сущностном единстве с силой воображения как форма восприятия, как априорная форма чувственности. В своей тончайшей и глубочайшей интерпретации критики чистого разума М. Хайдеггер приходит к выводу, что И. Кант должен был как-то предчувствовать этот крах господства логики в метафизике, если он мог сказать об основном характере бытия, возможности и действительности (у Канта – наличное бытие), что возможность, наличное бытие и необходимость пока еще никто не может объяснить иначе как через очевидную тавтологию, если бы хотели почерпнуть их определение единственно из чистого рассудка.


Какое место занимает логика в метафизике Г.-В.-Ф. Гегеля?

Представитель немецкой классической философии Георг Вильгельм Фридрих Гегель (1770–1831) совершенно определенно истолковывает метафизику как логику. Логика, с его точки зрения, должна постигаться как система чистого разума, как царство чистой мысли. Это царство есть истина, как она есть без покрова, сама-по-себе и сама-для-себя. Можно поэтому сказать, рассуждает дальше Гегель, что это содержание – изображение Бога как Он есть в своей вечной сущности перед сотворением природы и конечного духа.


Каково место диалектики в немецкой классической философии?

Кантовские идеи, в частности учение об активности субъекта познания, дали импульс немецкой классической философии. И.-Г. Фихте и Ф. Шеллинг, стремясь построить положительную метафизику, связали в своих системах мышление и Бога, разум и природу, метафизику и науку и истолковали диалектику разума не как теоретический тупик, а как движущую силу развития познания. Диалектика рассматривается ими как необходимый компонент истинного мышления.

Методом постижения противоречий и развития понятий диалектика становится и у Г.-В.-Ф. Гегеля. Он впервые противопоставил метафизику и диалектику как два различных метода. Источник метафизического метода Гегель видел в ограничении познавательной деятельности сферой рассудка, который оперирует конечными однозначными определениями и является хотя и необходимым, но недостаточным условием познания. Диалектический метод является методом постижения противоречий, развития понятий.

На этот момент обратили внимание Карл Маркс (1818–1883) и Фридрих Энгельс (1820–1895)[15].

В XIX в. заметно критическое отношение к метафизике вообще и к ее гегелевской версии. Претензии предшествующей метафизики на завершенность, целостность, монолитность, основанные на признании упорядоченности мироустройства, наличия в нем гармонии и внеличного естественного порядка, которые, как считалось, доступны рациональному постижению, вызвали отрицательную реакцию и породили ряд антиметафизических учений, не вписывающихся в рамки классических представлений. Проблема острого переживания разрыва духа и действительности, когда мир не желает воплощаться в формы разумной организации, разрешилась появлением учения о воле к жизни и попыткой построить целостную метафизику (метафизику природы, метафизику нравов и метафизику прекрасного) А. Шопенгауэра. Шопенгауэр оказал глубокое влияние на формирование антирационалистического учения известного датского философа Сёрена Кьеркегора (1813–1855), в котором Кьеркегор гегелевской объективной диалектике, отдающей личность во власть анонимного господства истории и тем самым лишающей ее самостоятельности и свободы, противопоставляет иную, субъективную экзистенциальную диалектику с ее феноменами отчаяния, страха и тому подобного; а также антропологического материализма Л. Фейербаха, в центре которого – человек как единственный, универсальный и высший предмет философии.


Какие версии метафизики возникают в XX в.?

Критика спекулятивной метафизики и вместе с тем развитие различных, порою альтернативных интерпретаций метафизики, а также формирование ряда оригинальных программ метафизики характерны для философии XX в. С одной стороны, в философии XX в. при построении метафизики можно зафиксировать рационалистические установкиу с другой стороны, философская рефлексия расширяет свое проблемное поле, включая в него этико-психологические% экзистенциальные варианты человеческого бытия, выходящие за рамки рационального его измерения и объяснения, проясняющие сознание, заброшенное в наличный мир.


В каких подходах отразились попытки построения метафизики методами опытной науки?

Попытки построения метафизики методами опытной науки характерны для сциентизма, – течения в философии, возлагавшего на чистую, ценностно-нейтральную научную рациональность надежду решить все социальные проблемы. Такая программа нашла свое теоретическое выражение, во-первых, в технократических концепциях (Белл, Гэлбрейт), предполагавших трансформацию экономической и политической жизни на основе научного управления и далее – достижение социального благосостояния на основе результатов науки и техники. Во-вторых, в попытках немецкого философа-идеалиста Эдмунда Гуссерля (1859–1938) обосновать метафизику как строгую науку в своей программной статье «Философия как строгая наука». Э. Гуссерль требует в своей методологии строгой науки о сознании направлять рефлексию на смыслообразующий поток сознания и дескриптивно выявлять смысловую данность переживания, удерживать внимание на смысловой направленности сознания к предметам. Постижение смысловых связей есть созерцание сущностей, с точки зрения Гуссерля, где такие сферы анализа сознания, как изучение смысловых оттенков восприятия, сомнения, силы воли, фантазии и тому подобного, сравнимо по обширности с естествознанием. Кризис европейских наук Гуссерль связывает с забвением жизненного мира, конкретного мира – феномена, мира жизни как смыслового фундамента науки. В мире науки с ее предельной областью, объективизмом, теоретическими методами и моделями, экспериментами ученый проходит мимо своей субъективно-смысловой коррекции с предметами и направляет внимание на связи между предметами.


В чем заключалась позитивистская программа устранения метафизики из философии?

Сциентистский подход к метафизике проявлялся не только в экстраполяции таких критериев научности, как опытность, проверяемость, точность, на метафизику. Так, ориентируясь на сциентистские установки, позитивисты, напротив, пришли к выводу о необходимости устранения метафизики из культуры. Напомним, что уже представители классической формы позитивизма (Конт, Спенсер, Милль) провозгласили решительный разрыв с метафизической традицией, полагая, что наука не нуждается в какой-либо стоящей над ней философии. Положительное (позитивное) знание может быть получено как результат отдельных специальных наук и их синтетического объединения. Метафизика, с точки зрения позитивистов, внеопытна, ненаучна.


Каково отношение неопозитивизма к метафизике?

Неопозитивизм, приступая к реализации в новых условиях своей программы реконструкции философии, идет по такому же пути, что и позитивизм, – устранение метафизики из культуры. Многие традиционные философские проблемы вообще исключались из философии, которая ограничивалась логическим анализом языка науки и сведением всего языка науки – к языку наблюдения, прежде всего к языку физики. Это было характерно для исторически первого и основного варианта неопозитивистской философии – логического позитивизма (Шлик, Карнап, Нейрат, Рейхенбах), обосновавшего принцип верификации (проверки) предложений научного языка.

Обсуждение проблемы элиминации метафизики привело к ослаблению исходных принципов логического позитивизма, поскольку стало ясно, что устранение метафизики из научного знания по сути дела означало устранение из науки теоретического языка.


В чем выражаются попытки трансформации метафизики в XX в.?

В противовес позитивистской программе элиминации (исключения) метафизики из культуры в начале XX в. предпринимаются попытки трансформации содержания и задач метафизики, сведения ее к мировоззрению, осмыслению ценностей культуры и онтологии, выстраивания различных версий метафизики, в том числе и на основе нравственно-религиозного компонента.

Необходимость и важность метафизики стремились обосновать представители русской религиозной философии, ставящие задачу осмыслить целостность нравственно-религиозного опыта и, отталкиваясь от этого, перестроить философию. Были предложены различные варианты метафизики. Так, Н. Бердяев развивает эсхатологическую метафизику, в которой смысл истории видится в избавлении от объективации в конце истории, за пределами исторического времени. Л.И. Шестов связывает метафизику с философией трагедии, поднимая вопросы об абсурдности человеческого существования, о необходимости избавления от диктата разума над сферой жизненных переживаний, осмысления веросознания. Русский религиозный ученый Павел Александрович Флоренский (1882–1943) основы метафизики видел в вере. Идеи соборности сознания, реальности Всеединого Ума, Софии лежат в основании метафизики Всеединства (Е.Н. Трубецкой, С.Н. Трубецкой, С.Н. Булгаков). Обоснование целостности христианского мировоззрения они считали своей основной задачей. Все социальные отношения и культура должны быть, с точки зрения С.Н. Булгакова, оценены и перестроены на религиозных началах.


Как метафизика оценивает целостность религиозного опыта?

Метафизика была и считается важнейшим компонентом и путеводной нитью постижения целостности бытия и его творца для других направлений философии XX в., которые также отталкиваются от осмысления целостности религиозного опыта.

Метафизика неотомизма исходит из пристального рассмотрения Бога и сотворенного бытия, причем сопричастный Богу сотворенный мир природы и культуры изначально наделяется ценностным измерением. Общепринятой в неотомизме является сегодня экзистенциальная интерпретация связи Божественного бытия и царства творения, предпринятая еще Э.А. Жильсоном и Ж. Маритеном.

Антропоцентрическая переориентация неотомизма, диалог с мировоззренческо-категориальными подходами современных философских направлений (феноменологии, персонализма, экзистенциальной герменевтики, философской антропологии и другими) являются результатом реализации программы католического обновления (аджорнаменто), которую санкционировал II Ватиканский собор (1962–1965). Через призму человеческого существования в рамках этой программы современный католицизм рассматривает и обосновывает положения вечной философии.

Метафизика неотомизма признает фундаментальную ценность мирской истории, предназначение града Божьего (Церкви) видит в привнесении высших религиозно-нравственных ценностей и совершенствовании человечества, современной культуры.


Каковы особенности метафизики бытия («критической онтологии») Н. Гартмана?

Стремлением преодолеть традиционную метафизику с ее тенденцией к панлогизму и придать метафизике экзистенциальное измерение отличается и метафизика бытия, или «критическая онтология», немецкого философа-идеалиста Николая Гартмана (1882–1950), к которой он перешел от метафизики познания. В своей книге «Основные черты метафизики познания» (1921) философ показывает, что метафизика познания предполагает рассмотрение субъект-объектных отношений в более широкой, онтологической перспективе с точки зрения укорененности человека в бытии – отсюда необходимость перехода от метафизики познания к метафизике бытия, и затем – к метафизике нравов и ценностей.


Чем интересен подход А. Уайтхеда в понимании метафизики?

Интерес к метафизике, ее возрождение в современной философии нередко осуществляется посредством спекулятивного обращения к докантовскому пониманию. Такой подход характерен для британского философа А. Уайтхеда (Альфреда Норта), 1861–1947. Метафизика, с его точки зрения, есть не что иное, как описание общностей, которые приложимы ко всем деталям. Никакая метафизическая система не может надеяться полностью удовлетворить этим прагматическим критериям. В лучшем случае подобная система останется только приближением к искомым общим истинам. Задача новой метафизики заключается в осмыслении принципиально новых категорий, которыми оперирует наука XX в., в нахождении онтологических оснований науки.


В чем историчность метафизики в понимании Р. Коллингвуда?

Историчность метафизики и ее проблем характерна и для позиции британского философа и историка Робина Джорджа Коллингвуда (1889–1943). Для него задачей метафизики является выявление абсолютных предпосылок тех вопросов, которые ставятся людьми, в том числе и учеными, в процессе исследования природы. Метафизика – это попытка выяснить, что люди определенной эпохи думают об общей природе мира. Р. Коллингвуд выдвинул проект метафизики без онтологии, метафизики как исторической науки об абсолютных предпосылках научного мышления, которые не полагаются сознательно, а предполагаются неявно, в силу чего об их изменении можно узнать только на основе исторического ретроспективного анализа. Однако Р. Коллингвуд считает, что и до окончательного изменения предпосылок можно предварительно зафиксировать напряжение в системе предпосылок, образующих так называемую динамическую логику цивилизации. С точки зрения мыслителя, кризис современной западной цивилизации есть результат отказа от ее главной предпосылки – от веры в разум как основы организации всей социальной жизни в теоретическом и в практическом плане.


Как М. Хайдеггер понимает предназначение метафизики?

Глубокий анализ метафизики, ее проблем, понятий и задач осуществил М. Хайдеггер. Для него метафизика связана с выходом за пределы сущего, он отождествляет метафизику с философией и считает, что она оперирует предельными понятиями, всегда заключающими в себе вопрос о целом и одновременно захватывающими вопросом самого вопрошающего. Всю свою философию Хайдеггер построил как непрерывный диалог с древнегреческой философией. Он убежден в том, что именно греки наметили и раскрыли все параметры и все основные проблемы философской мысли и того, что ее определяет, – опыт бытия как присутствие настоящего. Вот почему Хайдеггер решается на анализ смысла самого бытия и тем самым ставит под вопрос всю современную философию, да и всю философскую традицию, поскольку ее главной проблемой была проблема субъективности, впрочем, в своем труде «Бытие и время» (1927) и сам Хайдеггер ставит проблему субъективности, вопрошая о человеческой жизни, человеческом существовании, заброшенном в этот чуждый мир. И все же мыслитель ищет сущность вещей не в субъективности, а в бытии, о котором, как он считает, философия давно перестала вопрошать. Метафизика и есть само человеческое бытие, поскольку раскрывает сущностные возможности – свободу, решимость, конечность, временность и т. и. Хайдеггер приходит к выводу, что человеческая мысль может жить и живет только в вопросах и прежде всего в вопросах о бытии, поэтому философия всегда была и останется только любовью к мудрости, т. е. философией в том смысле, который придавали ей древние греки. Задача философии состоит не в ответах на все вопросы, а в связи человека посредством диалога со всем сущим, со всеми фундаментальными вопросами бытия, диалога, в котором все становится проблемой, диалога, которым являются сами люди, их способ бытия и их метод мышления. Такая философия учит «вопрошать» и постоянно находиться в этом «вопрошании». Современная философия, с точки зрения Хайдеггера, является философией метафизической.

2.2. Онтология как философское учение о бытии. Бытие и небытие

Что означает понятие онтологии?

Когда возник данный термин?

Почему существует мир? Как он устроен? Каким законам подчиняется? Зачем в нем существует человек? Каким был бы мир без меня? Будет ли мир после меня? Все эти (и подобные им) вопросы составляют содержание фундаментальной проблемы философии – проблемы существования. Ее анализом и решением издавна занимается особый раздел философского знания – онтология (от греч. on (ontos) – сущее и logos – учение), т. е. учение о бытии всего сущего, о его сущности и всеобщих принципах организации. Иногда онтология отождествляется с метафизикой, но чаще всего рассматривается как основополагающая часть, т. е. как метафизика бытия.


С помощью какой категории осуществляется онтологический анализ мира? Каково содержание категорий бытия и небытия?

Онтологический анализ мира проводится с помощью довольно обширной системы философских категорий: субстанция, материя, движение, пространство, время и т. д. Центральными из них выступают понятия бытия и небытия. Понятие бытия и фиксирует все то, что есть, что существует независимо от того, каково это существующее (или сущее) по своей природе: материальное или духовное, действительное или возможное, общественное или индивидуальное, необходимое или случайное и т. д. Говоря же более строго, категория бытия обозначает в философии не каждое конкретное сущее и даже не всю их сумму, а их всеобщее свойство (атрибут) – быть в наличии, присутствовать, существовать. Таким образом, философская категория «бытие» отражает «существование как таковое» безотносительно к его конкретному носителю.


Какие выделяют сферы и формы бытия?

Осмысливая бытие во всем его многообразии, выделяют следующие сферы бытия: природа, общество, сознание и основные взаимосвязанные и вместе с тем различающиеся формы бытия: бытие вещей (тел), процессов, состояний природы, т. е. бытие природы как целого и бытие вещей и процессов, произведенных человеком; бытие человека как специфические человеческое бытие и бытие человека в мире вещей; бытие духовного (идеального) – индивидуализированное духовное и объективированное (внеиндивидуальное) духовное; бытие социального, делящееся на индивидуальное бытие (бытие отдельного человека в обществе и в истории) и бытие общества.


Что означает понятие «небытие»?

Человек осознал когда-то, что в окружающем мире наряду с фактом присутствия вещей и явлений есть и эффект отсутствия: в реальной действительности нет в готовом виде многих предметов, которые ему хотелось бы иметь, а уже существующие вещи (да и сами люди) рано или поздно погибают, уходят в никуда. Так постепенно в человеческой культуре возникает мысль о небытии, которая позже оформляется в соответствующее философское понятие. Категория «небытие» и обозначает свойство вещей и явлений не существовать, отсутствовать у быть нереальными. Это свойство, во-первых, присуще в потенции каждому конкретному сущему, поскольку оно не вечно; во-вторых, оно характерно для тех явлений, которые никогда не станут предметной действительностью – например, вечного двигателя или бесчисленного множества других явлений, о которых мы даже ничего не знаем именно потому, что они составляют сферу небытия.

Эта категориальная пара («бытие» – «небытие») отражает в самом общем виде онтологический статус каждого конкретного сущего, всех индивидуальных вещей и явлений: любое из них сначала отсутствует в реальности, как бы таясь в небытии, затем оно приходит в действительность (в результате действия природных или человеческих сил), существует в ней в течение определенного времени и, наконец, снова уходит в небытие: «все возникает на время, а погибает навечно» (А.Н. Чанышев). При этом, даже существуя, любое явление несет на себе печать небытия, оно отягощено им и, следовательно, представляет собой неразрывное единство бытия и небытия.


Что позволяет выразить категориальная пара «бытие – небытие»? Отличаются ли друг от друга западная и восточная традиции в понимании этих категорий?

Философия, особенно западная, традиционно уделяла основное внимание прежде всего проблеме бытия. Однако можно привести примеры и иного подхода к названным категориям. Так, в философии Древнего Востока небытию часто придавалась особая роль первичного источника всякого бытия. Например, по мнению древнекитайского философа, основателя даосизма Дао Цзы (604 г. до н. э.), именно небытие есть «мать всех вещей», в «его туманности и неопределенности скрыты вещи… и тончайшие частицы», которые «обладают высшей действительностью и достоверностью». Значительное внимание отводится этим категориям в философии экзистенциализма, анализирующей специфику человеческого существования, в сфере художественной культуры – литературе, искусстве и т. д.


В чем сущность классического понимания бытия как основания всех реальных вещей?

Категория бытия составляет исходную точку онтологии и получает различную неодинаковую трактовку на разных этапах философской мысли. Уже в античной философии возникает классическое понимание бытия как некоего всеобщего основания всех реальных вещей. Последние в своем конкретном существовании опираются на что-то сущностное и единое для всех них, которое в отличие от каждой вещи есть вечное, неподвижное и неизменное. Иными словами, мы имеем здесь дело с субстанциальным пониманием бытия (от лат. sybstantia – сущность, то, что лежит в основе). В роли же такой субстанции (т. е. основы и первопричины всего сущего) выступают в различных философских течениях как духовные, так и материальные сущности. Соответственно уже в античной философии закладывается фундамент разных онтологических моделей мира.


Что выступает в качестве материальных сущностей в различных философских учениях?

В качестве материальных сущностей, составляющих единое основание вещей, в историко-философской традиции выступали различные начала. На первых порах в античной философии таковыми считались так называемые стихии (огонь, вода, воздух, земля), апейрон (беспредельное) – некая бесконечная и бескачественная основа всех тел (Анаксимандр), гомеомерии (подобные частицы) – бесконечно малые тельца (Анаксагор) и т. и. Эти наивные и вместе с тем глубокие представления оформляются затем в более строгую теорию, согласно которой первоначалами мира являются атомы, воплощающие в себе бытие, и пустота – небытие (Левкипп, Демокрит и др.). В конечном итоге все эти гипотезы привели к появлению более общего представления о первоначале – материи, под которой стали понимать первичный субстрат каждой вещи (Аристотель). Такая материя – а ее роль чаще всего играли именно атомы – и стала для многих философов тем бытием-субстанцией, которое лежит в основании мира. Эта традиция оказалась очень живучей, получила широкое распространение в Новое время («сущность, бытие или субстанция – все эти три слова – синонимы» – Ж. Ламетри) и сохранилась в той или иной форме вплоть до наших дней.


Что выступает в качестве духовной сущности или идеального основания всего сущего в различных философских подходах?

Духовным, т. е. идеальным, основанием всего сущего выступают также различные начала, например:

Бог – единственное подлинное и несотворенное бытие, создающее весь остальной тварный мир. Это идея пронизывает всю историю религиозного мировидения – начиная с Библии (вспомним «Книгу Бытия» в Ветхом Завете) и кончая философскими текстами XX в. («Бытие мира – тварное, сотворенное и творимое бытие»); числа (Пифагор и его последователи), которые есть не что иное, как сущности и причины вещей. «Начало всего – единица», из чисел исходят точки, из точек – линии, из них – плоские фигуры, из плоских – объемные фигуры, из них – чувственно воспринимаемые тела («числу все вещи подобны» – Пифагор). Числа пифагорейцев выступают, таким образом, особой математической субстанцией, лежащей в основании мира; идеи (Платон и платоники) – некие общие понятия, представления о вещах, выступающие источником и образцом для бытия вещей. Они существуют как особые бестелесные сущности и составляют царство идей. Чувственный же мир, система вещей выступает в конечном итоге порождением этих вечных идей; форма (Аристотель и другие) – первая сущность вещей, их вечное и неизменное первоначало. Именно форма придает конкретность бытию, а «форма форм» (Бог как чистый деятельный разум) выступает первопричиной и «первым двигателем» всего сущего; монады (от греч. monas – единица) – своеобразные живые точки, бесконечно малые духовные сущности, которые были предложены некоторыми философами (Бруно, Лейбниц, Лосский и др.) для объяснения многообразия бытия. Так, у Г.-В. Лейбница эти активнодеятельные образования разнородны, и каждый их вид лежит в основании различных сфер бытия – неорганического мира, живой природы, людей (возможно, и живых существ, более совершенных, чем люди) и др.


В чем сущность атрибутивной трактовки бытия?

Наряду с пониманием бытия как основания всего сущего в философии (особенно современной) широко распространена и иная его трактовка – атрибутивная, или предикативная (от лат. praedicatum – сказанное), т. е. высказывание, в котором фиксируется какое-то свойство, предикат вещи. Эта позиция формируется в Новое время, и самый заметный вклад в нее внесли работы Р. Декарта и И. Канта. Первому мы обязаны пониманием того обстоятельства, что сам факт бытия вещей дан субъекту его сознанием. И. Кант, в свою очередь, показал, что бытие не есть какой-то вещественный предикат вещи (как, например, свойство тяжести) – оно есть только полагание (устанавливание) вещи. С помощью этого понятия субъект устанавливает, что та или иная вещь существует, бытийствует. Таким образом, реальность бытия принципиально отличается от реальности любого сущего: мы имеем здесь дело с атрибутом (бытием) и его носителем (конкретным сущим).


Каково значение категории бытия и небытия в мировоззренческом плане?

Категории бытия и небытия обладают значительным мировоззренческим потенциалом: во-первых, они ориентируют человека на критически-деятельное отношение к бытию окружающего его мира, ибо своей деятельностью человек постоянно реализует себя и переделывает внешний мир, а значит, и свою жизнь; во-вторых, эти понятия заставляют человека задуматься над своей онтологической перспективой, осознать уникальность, неповторимость и конечность своего существования на Земле.

Мы с вами познакомились с двумя базисными категориями, которые лежат в основании так называемой традиционной онтологии, достоинство мышления которой состоит в том, что она фиксирует реальность и предзаданность мира для человека и ориентирует его на познание действительного бытия, законов его организации и динамики.


В чем ограниченность классического варианта онтологии?

В то же время, осуществляя классический вариант онтологии, анализ бытия как такового, чистого бытия, как бы уравнивает все сущее в мире: человек в этом смысле интерпретируется преимущественно как природный объект, подчиняющийся в своем бытии естественным законам. По мере развития культуры, ее поворота к проблемам человека наблюдаются и серьезные изменения в онтологических размышлениях философов. Они все заметнее переориентируются с исследования существования вообще на анализ особых видов бытия (хотя проблемы традиционной онтологии никогда не исчезали из философии полностью). Сначала познавательный интерес онтологов переключается на проблему существования знания, что связано с бурным развитием науки в XVII–XVIII вв. Так, И. Кант, указывая на то обстоятельство, что объект познания всегда задан человеку в тех или иных формах знания, приходит даже к выводу о том, что нельзя говорить о бытии сущего вне познающего субъекта. Это означало, по существу, невозможность постановки и обсуждения традиционной онтологической проблемы бытия как такового. Господство гносеологической ориентации в философии Нового времени привело к вытеснению и довольно долгому забвению идей классической онтологии.


В чем сущность онтологии субъективности?

С середины XIX и особенно в XX в. многие философы, в первую очередь антропологического направления, все чаще отказываются от абстрактного употребления категории бытия и обращают свое внимание лишь на такое сущее, которое находится в выраженном отношении к своему бытию, способно осмысливать и переживать его. Понятно, что таким сущим является лишь человеку и в философии формируется поэтому новая онтология – онтология человеческой субъективности, бытия человека в мире.


Что означает «онтология культуры»? Каково значение категории бытия для современной культуры и науки?

Современная философия, стремясь постичь сущность человеческого бытия, столь трудно доступную рациональному анализу, все чаще обращается к исследованию культуры как формы реализации субъективности человека. Возникает новое направление онтологических исследований, рассматривающее культуру как «смысл, приходящий к бытию» (Э. Левинас), как основной способ человеческого бытия. «Онтология культуры» интересна тем, что уделяет большое внимание теме онтологической судьбы человека, его неизбежному уходу из бытия в небытие. Стремясь в какой-то мере нейтрализовать страх перед небытием, неизбежно присущий любому мыслящему человеку, она пытается вселить в него некую надежду как доказательство смысла человеческого существования. Культура предлагает человеку различные способы духовной компенсации неизбежности смерти: идею вечной жизни человеческой души; мысль о примирении со смертью как естественным атрибутом человеческого бытия; представление о социальном бессмертии человека – продолжении его жизни в потомках, произведениях материальной и духовной культуры и др.

Таким образом, историческая эволюция категории бытия и его интерпретации отражает основные этапы развития всей философской мысли, ее движение от исследования природы (физического бытия) к изучению человека во всех многообразных способах его существования (субъективного бытия).

Необходимо иметь в виду, что онтология той или иной науки строится посредством особой системы абстракций, отождествляемых с реальностью. В онтологии синергетики (В. С. Степин) в качестве таких абстракций используют «нелинейные среды», «динамический хаос», «бифуркации», «кооперативные эффекты», «фракталы».

2.3. Бытие и материя. Эволюция философских и научных представлений о материи

Каково содержание категории материи? Как менялись представления о материи в различные времена?

На основе обобщений науки второй половины XIX в. в марксистской философии были зафиксированы некоторые новые подходы к пониманию материи. Здесь, во-первых, материя не отождествляется с какой-либо отдельной конкретной формой ее проявления, но и не противопоставляется этим формам. Материя как таковая, с этой точки зрения, в отличие от определенных, существующих вещей не является чем-то чувственно существующим, она есть абстракция, плод нашего отвлечения от качественных различий вещей. Материи как особого вещества, которое служит материалом для построения всех материальных вещей, нет. Во-вторых, развивается идея многообразия видов материи и подчеркивается, что материя не может быть сведена к одному из ее видов. В-третьих, расширяется сфера применимости категории материи и показывается, что она может быть применена не только к природе, но и к обществу, которое рассматривается как высшая ступень развития материи, имеющая свои специфические закономерности, которых нет в природе.

В XX в. получил широкое распространение иной подход к категории материи – ее стали определять на основе субъект-объектного отношения. В этом смысле понятие материи обозначает лишь один атрибут вещей и явлений – их объективную реальность, т. е. свойство существовать вне и независимо от человеческого сознания, не быть духовным (Плеханов, Ленин и др.). Подобная трактовка является предельно широкой и снимает ограниченности, присущие прежним дефинициям материи.


Что понимается под понятием «структурная организация бытия»?

Структурная организация бытия означает, что любое материальное явление так или иначе устроено, структурировано. Иными словами, оно чаще всего представляет собой систему определенных элементов, организованных в единое целое устойчивыми связями. Очевидно, что таких систем в мире бесконечное множество, но им присуща и закономерная общность. Поэтому они могут быть сгруппированы в некоторые классы (формы) сущего – говорят, например, о физической, химической, биологической и социальной реальностях. Кроме того, обычно выделяют и структурные уровни в организации сущего: тогда к одному и тому же уровню могут быть отнесены те объекты, которые схожи между собой по своему строению и подчиняются некоторым общим законам.

Иерархия этих уровней может быть различной, она зависит от сферы сущего и точки отсчета. Так, в неживой природе часто констатируется следующая иерархия систем: вакуум – элементарные частицы – атомы – молекулы – макротела – планеты – звезды – Галактики – Метагалактика – Универсум (мир в целом). Эта простая схема не только фиксирует специфику различных материальных систем, но и отражает причинно-генетическую связь и отношения включенности между уровнями (скажем, молекулы возникают из атомов и включают их в свои структуры). В живой природе выделяются такие системы, как доклеточный уровень – нуклеиновые кислоты (ДНК, РНК и белки), клетки (как особый уровень биоорганизации, существующий в виде одноклеточных организмов), многоклеточные организмы, растения и животные, популяции (как надорганизменные структуры и сообщества особей одного вида), биоценозы, которые образуются в результате взаимодействия популяций между собой и окружающей средой, биосфера (как взаимодействие биоценозов между собой и воздушной средой, космическим пространством, водной средой, горными породами), человеческое общество (выступающее в виде особых подструктур – семья, нации, коллективы и т. д.).

Очевидно, что подобные иерархии выстраиваются в соответствии с развитием науки. Основная мысль состоит здесь в том, что человек живет в системном мире и сам представляет собой систему, вписанную в более сложные системы (природу, Вселенную, Универсум) и взаимодействующую с ними. Эти системы изначально оказались столь удачно организованными, что человек когда-то смог возникнуть и приспособиться к миру. Так называемый «антропный принцип», широко обсуждаемый в современной науке, говорит о том, что первичная структура и законы нашей Вселенной были такими, что человек, даже просто как физический объект, смог в ней появиться.

Рассмотрение проблемы структурности бытия показывает, что философия и наука на каждом этапе своего функционирования задают определенное видение мира, или, иначе говоря, выстраивают его научную картину. Речь идет о том мире, который изучен ими к данному времени. Это означает, что любая научная картина мира является относительным знанием, и по мере развития науки она может уточняться и изменяться. Современная наука обосновывает мысль о существовании множества миров, подобных нашей Метагалактике и образующих Сверхметагалактические системы с многообразными видами материи.

2.4. Пространственно-временная организация мира

В чем заключается пространственная (топологическая) организация бытия?

Пространственная, или топологическая (от греч. topos – место), организация сущего означает, что любой материальный объект занимает определенное положение (место) по отношению к другим объектам. Кроме того, каждый из них обладает какими-то размерами – длиной, шириной, высотой. Отметим, что категория пространства обозначает соответствующие характеристики индивидуальных объектов. В мире нет какого-то всеобщего пространства, а есть бесконечное множество индивидуальных пространств.


Какова сущность субстанциональной и реляционной концепций пространства?

В истории философии и науки сформировались и дошли до наших дней две основные концепции пространства – субстанциальная и реляционная (от лат. relativus – относительный). Согласно субстанциальной концепции, пространство представляет собой особую самостоятельную субстанцию, независящую в своем существовании от мира вещей. Оно – что-то вроде огромного вместилища для вещей, которое останется даже в том случае, если мир вдруг исчезнет. Истоки этой концепции восходят к античной философии: так, у Демокрита в роли чистого, абсолютного пространства выступает пустота, в которой существуют атомы. В Новое время субстанциальная концепция была развита в физике английского ученого Исаака Ньютона (1643–1727).

Реляционная концепция трактует пространство как специфические отношения между объектами. Согласно ей, пространство не обладает самостоятельным существованием, оно есть лишь особая характеристика материальных явлений. В этой концепции исчезновение мира вещей привело бы к исчезновению пространства. Ее истоки также лежат в античной философии: Аристотель, например, развивает концепцию пространства как места, которое занимает вещь по отношению к другим вещам. В Новое время реляционная концепция находит яркое воплощение в философии немецкого философа, математика, физика, языковеда Готфрида Вильгельма Лейбница (1646–1716), который неоднократно подчеркивал, что пространство есть порядок существования вещей и что «без материи нет и пространства». И, наконец, свою физическую конкретизацию эти взгляды получили в известной теории относительности физика-теоретика Альберта Эйнштейна (1879–1955), в соответствии с которой пространственные характеристики определяются спецификой материальных объектов (прежде всего, их массой и скоростью движения). Согласно теории относительности, при увеличении относительной скорости движения системы отсчета пространственные интервалы сокращаются, а временные растягиваются. Подчеркнем также, что в современной науке преобладает реляционная трактовка пространства.

В истории культуры пространство представлялось по-разному (зачастую даже в рамках одной и той же концепции). Это объясняется как различными социокультурными факторами, так и психологическими особенностями людей разных эпох. Так, в представлениях первобытного общества пространство достаточно четко локализовано и прерывно – в первую очередь, территория племени, на которой развертывается вся жизнедеятельность людей. Оно положительно по своему статусу, наиболее благоприятно для племени: здесь люди находятся под защитой своего тотема и духов предков. Ему противостоит внешнее, отрицательное пространство, чуждое племени, неблагоприятное для его жизни.


Что известно о таких свойствах пространства, как трехмерность и изотропность?

При всем многообразии трактовок реальное пространство нашего мира обладает некоторыми стабильными свойствами – трехмерностью и изотропностью. Первое означает, что пространственные параметры любого объекта могут быть выражены с помощью трех осей координат. Второе же говорит об одинаковой значимости каждого из трех пространственных измерений вещи (ее высота, например, ничем не лучше длины). Вместе с тем в других физических мирах, в принципе, возможно существование четырех-, пятимерных и т. д. объектов. Вполне вероятно, что и наш мир не так прост: например, в физической теории суперполя пространство наделяется девятью или десятью измерениями. Правда, в макромире реализованы только три из них, остальные же как бы свернуты на уровне микромира.


Отличаются ли пространственные свойства на разных структурных уровнях? В чем специфика социального пространства?

Пространственные свойства специфичны на разных структурных уровнях сущего, начиная с микромира и кончая нашей Вселенной. В современной культуре обсуждается вопрос об особенностях пространства микромира, биологического, социального и других пространств. Особое внимание уделяется социальному пространству, которое должно оцениваться не как абстрактная территория для проживания, но как такая социально организованная среда, которая необходима для подлинно человеческого бытия людей. Социальное пространство обладает особым человеческим смыслом, определено отношениями человека к миру, исторически складывающимися особенностями человеческой деятельности и поведения, мировоззрением человека в соответствующей исторической эпохе и социокультурной ситуации. Пространственная организация созданного человеком мира вещей всегда обладает надприродными, социально значимыми характеристиками, пространственной архитектоникой, включающей социальные связи, смыслы и общественно значимые идеи (города античной эпохи, средневековья и современности отличны в своей пространственной композиции друг от другу, включая в себя этнические и национальные традиции).


Что понимается под временной, или темпоральной, организацией бытия?

Временная, или темпоральная (от лат. tempus – время), организация сущего понимается чаще всего как длительность существования явления и порядок событий, происходящих с ним. Однако с этой точки зрения время выглядит какой-то внешней характеристикой вещи, навязанной ей определенными обстоятельствами (например, вращением Земли вокруг собственной оси и Солнца). Время же для каждой вещи, а «времен столько, сколько вещей» (А.Ф. Лосев), есть следствие ее собственной динамики, действия внутренних законов развития. Поэтому под временем можно понимать дление – продолжительность сохранения объектом своих качеств в относительно неизменном состоянии. Дление вещей и явлений реального мира всегда ограничено, т. е. конечно: все они имеют начало и конец своего бытия. Или же, по крайнем мере, начало – тогда вопрос об их конце остается пока открытым (жизнь на Земле, существование человечества и др.). И лишь в отдельных случаях можно говорить о вечности, то есть о бесконечном, вневременном существовании: так постулируется вечность Бога, Абсолютной идеи, материи – иными словами, некой неизменной субстанции.


Почему представления о времени неоднозначны и порою противоречивы?

Представления о времени неоднозначны, противоречивы и исторически изменчивы. Во многом это объясняется спецификой самого времени – с одной стороны, оно невещественно, его нельзя обнаружить каким-то опытным путем; с другой стороны, каждый из нас знает, что оно существует, и чувствует его. Не зря христианский теолог и церковный деятель Августин Блаженный (354–430) писал в своей «Исповеди» (400), что он понимает, что такое время, пока его об этом не спрашивают, но становится в тупик, когда хочет дать ответ на этот вопрос. Сложность времени, его неуловимость, текучесть и в то же время постоянное его присутствие в бытии всякого сущего вызывают его различные трактовки в истории культуры.


В чем сущность субстанциальной и реляционной концепций времени?

В интерпретации времени также существуют субстанциальная и реляционная концепции. Для субстанциальной концепции время – особая самостоятельная сущность, нечто роде потока, реки, несущей с собой в будущее весь мир и человека. Прообраз этих взглядов возникает еще в античной философии, получает свое теоретическое воплощение в физике Ньютона и сохраняется до наших дней, когда время представляется грандиозным потоком, охватывающим все материальные системы Вселенной, который может механически воздействовать на них.

Для реляционной концепции время есть особое отношение между вещами и их состояниями, оно не может существовать вне вещей и явлений и зависит от их специфики (Аристотель, Лейбниц, Эйнштейн).


В чем специфика динамической и статической концепций трактовки времени?

В трактовке времени и его структуры можно выделить также динамическую и статическую концепции. Динамическая концепция возникает в глубокой древности (Гераклит) и признает «течение» времени, его необратимое движение вперед («стрела времени»). В этом процессе выделяются прошлое, настоящее и будущее. Прошлые события уже не существуют (но когда-то существовали), будущие еще не существуют (но, возможно, будут существовать). Реально же существует только настоящее. Правда, его бытие почти неуловимо, очень эфемерно – в самом деле, ведь настоящее есть всего лишь мгновение (точка времени), в котором будущее переходит в прошлое.

Статическая концепция отрицает течение времени и рассматривает все события временного многообразия как реально существующие. Нет никакой принципиальной разницы между событиями прошлого, настоящего и будущего: различие между ними примерно такое же, как между разными точками пространства. Сравнивая динамическую и статическую концепции времени, отметим, что первая до сих пор является господствующей в человеческой культуре. Мир со статическим временем оказывается слишком сложным и фантастическим.

В трактовке и оценке времени также прослеживается влияние социокультурных и личностных факторов. Так, для первобытного человека время осознавалось, главным образом, как теперь, как то, что происходит с ним и его ближайшим окружением именно сейчас; прошлое, настоящее и будущее почти не различаются им. В древних аграрных цивилизациях, зависящих от циклических событий природы (смена времен года, весенние разливы рек и т. д.), время трактуется преимущественно как цикл, вечный круговорот. В средние века под влиянием христианской идеологии формируется уже четкое представление о движении мира от прошлого к будущему (начало и конец мира) и об основных состояниях времени – прошлом, настоящем и будущем. Эта идея линейного времени закрепляется в эпоху машинной цивилизации, ориентированной на постоянный прогресс, на будущее. Здесь же окончательно осознается необратимость времени и его непреложная власть над человеком, невозможность, в отличие от пространства, его покорения.


В чем заключается личностное и мировоззренческое понимание времени?

Индивидуально и неоднозначно и восприятие времени каждой личностью. Один и тот же отрезок физического времени кажется нам коротким или долгим в зависимости от настроения, ситуации и т. д. Каждый человек живет как бы в наиболее подходящем для него времени, по-своему оценивает и организует его.

Категория времени обладает огромной мировоззренческой ценностью для человека. Если пространственные характеристики сущего не оказывают на жизнь человека определяющего влияния (человек может одинаково существовать в Китае или в Америке, жить в селе или в городе и т. и.), то со временем дело обстоит иначе: никто из нас не может выпрыгнуть за пределы своего времени, замедлить или продлить свое бытие. И когда человек осмысливает свое бессилие перед временем, то проблема времени превращается для него из абстрактной философской темы в «основную проблему человеческого существования, проблему человеческой судьбы» (Н.А. Бердяев).

2.5. Природа как предмет философского и научного познания. Основные модели отношения человека к природе. Идея коэволюции человека и природы[16]


Каково значение понятия «природа»?

Природа – одно из центральных понятий философской мысли и культуры, обладающее широким спектром значений: 1) как совокупность всего сущего; 2) как противостоящий человеку (субъекту) объективно существующий, развивающийся по своим законам и независимый от него мир; 3) сущность той или иной вещи (природа вещи). В предельно широком смысле оно обозначает весь мир в целом как бесконечное многообразие его конкретных проявлений. Очевидно, что в этом смысле понятие природы совпадает в своем содержании с такими научными и философскими категориями, как «бытие», «Универсум», «реальность», «Вселенная», «Космос», поскольку с помощью этих терминов также обозначают совокупность всего сущего, включая и самого человека.


Как исторически менялись представления о природе?

В системе античного мышления природа понималась как подвижное, изменяющееся целое, и в этом смысле человек не столько противопоставлялся природе, сколько мыслился как одна из ее частей. У античных философов понятием «Космос», по существу, охватывалась вся доступная человеческому разумению природа. При этом Космос противопоставлялся хаосу – он трактовался как нечто не только всеобъемлющее, но и организованное, закономерное и совершенное. Идеалом, достойным мудреца, считалась жизнь в согласии с природой.

Иное понимание природы сложилось в средневековой христианской культуре. Здесь окружающая человека природа рассматривалась как нечто сотворенное Богом и более низкое, чем сам человек, поскольку только он в процессе творения был наделен божественным началом – душой. Более того, природа нередко мыслилась как источник зла, которое нужно преодолеть или подчинить, а жизнь человека при этом выступала как борение божественного начала – души с греховным природным началом – телом. И это служило оправданием для негативного отношения к природе и даже обоснованием применяемого к ней насилия. Природа понималась как нечто неодушевленное, противостоящее человеку и человеческому обществу.

В эпоху Возрождения отношение к природе меняется. Человек открывает для себя красоту и великолепие окружающей природы, начинает видеть в ней источник радости, наслаждения в противовес мрачному аскетизму средневековья. Впоследствии в философии и эстетике романтизма природа начинает пониматься как убежище, противостоящее развращенной и порочной человеческой цивилизации. Один из основоположников романтизма, французский философ и писатель Жан Жак Руссо (1712–1778), прямо утверждал, что переход человека от природного, естественного состояния к социальному является источником всех наших несчастий, и призывал «назад к природе».

В период становления капитализма возникает еще один тип отношения человека к природе. Наиболее отчетливо это отношение выразил аглийский философ Фрэнсис Бэкон (1561–1626), провозгласивший целью науки и техники господство над природой. Природа начинает пониматься как объект интенсивной преобразовательной деятельности и как кладовая, из которой человек может черпать без меры и без счета.


Какое отношение к природе доминирует в естественнонаучном познании? Как изменяется это отношение во второй половине XX в.?

Что касается естественнонаучного познания, то в нем доминирующей становится идея испытания природы, стремление вырвать у нее ее тайны, свести все ее качественное многообразие к небольшому числу строгих количественных законов.

С подобными воззрениями не соглашались многие мыслители самых разных направлений. Тем не менее на протяжении долгого времени, вплоть до середины XX столетия, именно они были преобладающими и, пожалуй, именно они наиболее соответствовали реальной практике взаимоотношений общества и природы. Во второй половине XX в., однако, положение резко меняется. По мере того как научно-техническая мощь человека, неуклонно и быстро возрастая, становится сопоставимой с масштабами действия сил природы, люди получают все больше поводов для того, чтобы убедиться в опасности неограниченного, бесконтрольного и непродуманного употребления этой мощи. В результате в отношениях человека к природе начинает оформляться и приобретать все более заметное место момент ответственности. В исторической перспективе – и это отчетливо видно уже сегодня – мы имеем дело с глубочайшим изменением самого характера природопреобразующей деятельности человека, ее направлений и методов осуществления. Речь идет об ограничении элементов стихийности и, напротив, о возрастающей роли сознательности, организованности, сообразовании целей деятельности с ее средствами и последствиями – короче, о разумности и гуманности во взаимодействии общества и природы.


Каково проблемное поле философии природы?

Обсуждение проблемного поля философии природы требует анализа взаимосвязи не только природы и производства, но и учета эстетических, нравственных и социальных отношений и оценок природы.

Философия природы разрабатывает синтетическую концепцию взаимодействия человека и природы. Базовые принципы философии природы:

процветание любых форм жизни на Земле имеет ценность само по себе, и ценность жизни не зависит от пользы для человека;

богатство и разнообразие людей способствует реализации этих ценностей;

люди не обладают правом на снижение природного разнообразия, за исключением случаев удовлетворения естественных потребностей;

современное вторжение человека в природный мир ухудшает состояние и того и другого;

необходимо изменить отношение к природе и обосновать в соответствии с этим стратегические приоритеты в области политики, экономики, образования, учитывающие ценность природы.

Философия природы исследует отношение человека к природе, опираясь на онтологические, психологические, этические, экологические, социокультурные и другие принципы, учитывающие внутреннюю сущность человека и природы как единого целого.


Какие выделяют модели взаимодействия человека и природы?

Обобщая различные культурные традиции, можно выявить следующие модели взаимодействия человека и природы: мифологическую, научно-технологическую и диалогическую. С позиции этих моделей представим основное содержание философии природы. Данное отношение рассмотрим с позиции трех основных версий: 1) приоритета природы над человеком (преобладающий принцип мифологической модели); 2) власти человека над природой (определяющий смысл научно-технологической модели); 3) диалога и взаимодействия человека и природы (основная стратегия партнерской диалогической модели).


В чем сущность мифологической модели отношения человека к природе?

Мифологическая модель отношения человека к природе основывается на языческом понимании Универсума, демонстрирует наиболее идеальную модель гармонического сосуществования человека и природы. Природный мир представлял собой жизненное пространство людей, обеспечивал их биологическое существование, ибо каждый человек пользовался его дарами в форме собирательства и охоты, не опосредуя их трудом. Доминирующими в мифологическом сознании были две установки: признание господства природы над человеком и персонификация природных явлений. Человек, будучи коммуникативным существом, распространял отношения общения на всю окружающую его природу, трактуя свое взаимодействие с ней как межсубъектное, где природа выступает ведущей стороной диалога, а человек – ее прилежным учеником. Природа являлась источником удивления и страха, ибо ее жизнь воспринималась архаическим человеком как беспорядочная, дисгармоничная, не имеющая определенной формы для порождения своих разнообразных явлений, он ощущал ее господство над собой, и поэтому она для него была и первым учителем, и первым учебником, и первым экзаменатором.

Мифологическое мышление возникает как чувственно-эмоциональный способ освоения окружающего мира, оперирует индивидуальными объектами с собственными именами, в нем отсутствует опыт критической рефлексии, ибо миф закреплялся в родовой традиции и воспринимался человеком как непосредственная достоверность, т. е. истина, что не требовало иного обоснования достоверности принятых ценностных ориентаций. Сам миф выполняет функцию гаранта внутренней солидарности коллектива, его прочности и сопричастности окружающему миру.


Какое отношение к природе характерно для западного миропонимания? Каковы истоки деятельностно-силового отношения к природе?

Образы природы, складывающиеся в западном миропонимании, радикально отличаются от восточного. Рассматривая основы формирования научно-технологической модели отношения человека и природы, важно проследить истоки такой модели, чтобы найти механизмы ее переосмысления. Проблема жизнеустройства человека в природном мире актуальна и для западной цивилизации, и прежде всего – античной Греции. Социальный и космический мир древних греков оформлялся преимущественно как светский: несмотря на давние связи с Востоком, они не приняли его социальную и мировоззренческую ориентацию на традицию, а провозгласили идеалы радикального активного отношения к миру и авторитет закона, соответственно чему Логос стал приоритетнее религиозных ценностей.

Идеал деятельностно-активного человека соответствовал новоевропейской цивилизации, ориентированной на развитие промышленности, производства и техники, приоритеты научного познания, подчинение человеку природы. Реформация и Контрреформация сформировали новые качества активного, деятельностного человека. Человек Нового времени не ходит больше под Богом и не является венцом творения, а становится лишь одной из частей мироздания.

В эту эпоху ученые ощутили вкус познания реальных вещей, видели познавательную ценность в выявлении их сущностных связей, в соответствии с которыми объекты природы преобразуются в деятельности. Поэтому ученому Нового времени необходимо было решить задачу, связанную с поиском средств, способных раскрыть Книгу природы.

Научно-технологическая модель отношения человека к природе в качестве своего идеала видит деятельностно-активное отношение к природе, нацеленное на развитие промышленности, техники, научное познание природы и должное сделать человека владыкой природы.

Окончательно сформировалась традиция разделения мира на «Я» и «не-Я», где природа воспринимается как менее активное по сравнению с человеком начало, лишенное внутренней способности к самообновлению, как поле приложения его физических и интеллектуальных сил, предметный материал для преобразования.

Заметный вклад в дистанцирование от природы внес и становящийся западноевропейский хозяйственный Этос, требовавший именно такого человека и получивший религиозную санкцию в протестантизме. Любая деятельность человека рассматривалась как освященная Богом и воспринималась поэтому как служение Ему. В результате успешная профессиональная духовная или материальная деятельность во славу Бога становилась нравственно-этическим долгом уже не только протестанта (кальвиниста), но и любого человека, принявшего парадигму мышления техногенной цивилизации и новый этический стиль жизни. В такой цивилизации получает распространение утилитарно-прагматическое отношение к природе как безмерной кладовой.


Как меняется отношение к природе в неклассической науке? В чем смысл диалогической модели отношения к природе?

Революция в физике на рубеже XIX–XX вв. приводит к трансформации классического стиля мышления – становлению неклассической (современной) науки, в рамках которой объект рассматривается через призму теоретической и практической деятельности субъекта. Природа в соответствии с этим трактуется как сложная динамичная система. Сам человек в предлагаемой картине мира выступает не дистанцированным от природного мира, а находящимся внутри него и определяющим его: нельзя построить научную картину мира, не поместив в нее самого человека.

Природа перестает быть объектом, она превращается в партнера, подобного человеку, которого необходимо выслушать. Человек, познавая природный мир, должен не навязывать свой язык, а вступать с ней в диалог. Люди не могут полностью контролировать природу, как и свой социальный мир, поэтому необходимо отказаться от иллюзии абсолютного знания и долгосрочных футурологических проектов. Описание природы – это уже живой диалог, коммуникация, что приводит к необходимости преодоления монологического отношения к природе и замене его диалогическим отношением.

Таким образом, современная картина мира строится на принципе процессуальности, когда природный мир видится в череде событий. Мир предстает как многомерный, открытый, бесконечный. Востребован новый тип мышления – вероятностный, статистический, открытый для вненаучного знания. Синергетическое мировидение соединяет в себе два способа постижения мира – восточное образно-интуитивное и западное логико-вербальное.

Поэтому разработка новой модели отношения человека и природы, партнерской, диалогической, коммуникативной, может осуществляться за счет ассимиляции философских идей как Запада, так и Востока, – прежде всего тех, где объектом отношений становится переоценка помыслов и силовых действий человека по отношению к природе. О необходимости диалога с природой шла речь и в таких философских направлениях, как русский космизм, символизм, религиозный мистицизм, диалогическая традиция, экософские течения, философия ненасилия и др.


В чем смысл альтернативной культуры? Как эта модель связана с диалоговой парадигмой отношения к природе?

Диалогическое отношение к природе является одним из базисных принципов альтернативной культуры, или, иначе, контркультуры (Роззак, Леонард, Фергюсон, Капра, Харман и др.), отрицающей основные ценности техногенной цивилизации и ориентирующей современного человека на изменение всей инфраструктуры его социального бытия. Диалоговая модель отношения к природе детерминирована идеей целостного и системного описания закономерностей и динамики процессов, происходящих в природе, общественной жизни, культуре, человеческом мышлении, что неизбежно предполагает преображение самого восприятия мира. Гуманизм, который положен в основание контркультуры, основан на глубоком уважении жизни как индивидуальной, так и жизни планеты, которые неразрывно связаны друг с другом. Диалогизм как форма коммуникации человека с природным миром включается в контекст всей инвайроменталистской парадигмы. Сам гуманизм носит экологический характер, так как конституируется такая трактовка роли человека на Земле, которая уважала бы его связь с природой, а его самого понимала бы как микрокосм, в котором проявляются законы Вселенной. Мыслящий человек уже не желает замыкаться на видимых приоритетах и стремится выработать эталон, в соответствии с которым можно не только понимать Другого – Природу, но и научиться вступать с ней в диалогические отношения. Диалог, собственно, и рассматривается в качестве такого эталона понимания и поведения, который должен стать духовным стержнем современных отношений человека с природой.


Почему на современном этапе так актуальна проблема устойчивого развития? Какие акции предпринимаются в международном сообществе для реализации идеи устойчивого развития?

На современном этапе искусственно созданная человеком техносфера стала сопоставима с биосферой Земли: масса всех искусственно созданных предметов и живых организмом (техномасса) значительно превосходит естественную биомассу. Подобная деятельность обострила характер социоприродного взаимодействия, и оно приобрело глобальное измерение. Совокупная человеческая деятельность способна коренным образом подорвать природное равновесие биосферы и тем самым привести к гибели человеческую цивилизацию. В этой связи, начиная с конференции ООН в Рио-де-Жанейро (1992) об охране окружающей среды, осуществляется поиск новой модели устойчивого развития. «Национальная стратегия устойчивого развития Республики Беларусь до 2020 г.» приоритетным объявляет принцип активной профилактики, обеспечивающий сохранение и регенерацию природно-ресурсного потенциала планеты, а не постоянно практикуемый принцип «реагирования и исправления».

Общая приверженность мирового сообщества идее устойчивого развития, ее подтверждение в «Повестке дня на XXI век» и других документах ООН обязывает все страны взять на себя «коллективную ответственность за усиление и упрочение взаимосвязанных и поддерживающих друг друга основ устойчивого развития – экономического развития, социального развития и охраны окружающей среды – на местном, национальном, региональном и глобальном уровнях» (итоговые документы Всемирной встречи на высшем уровне по устойчивому развитию, Йоханнесбург, сентябрь 2002). При этом каждой стране необходимо соблюдать целый ряд принципов, реализовывать определенные императивы и учитывать индикаторы, установленные ООН по характеристикам социальной сферы, экономики, экологии и их взаимодействии.


Какая задача стоит перед современной философией в контексте устойчивого развития?

Важнейшая задача современной философии в контексте концепции устойчивого развития – обоснование новой системы ценностей, нацеленной на диалог человека и природы, формирование у молодежи через образование и просвещение национального гуманистического сознания и нравственных императивов по бережному отношению к окружающей среде. Экологизация мировоззрения человека, систем образования, воспитания, морали с учетом новых цивилизационных ценностей, рассмотрение человека как цель прогресса, а уровень человеческого развития – как меру зрелости общества.


Что означает термин «биосфера»?

Термин «биосфера» впервые был употреблен еще в 1804 г. французским ученым Жаном Батистом Ламарком (1744–1829) в труде по гидрогеологии для обозначения совокупности живых организмов, населяющих земной шар. Биосферу рассматривают в качестве основного структурного компонента организации нашей планеты, включая околоземное космическое пространство. Выделяют такие структурные уровни организации живого вещества в биосфере, как молекулярный, клеточный, тканевой, организменный, популяционный и биогеоценотический.


Каков вклад В.И. Вернадского в понимание понятия биосферы?

Философский смысл понятие биосферы получило у советского ученого, основателя геохимии, биогеохимии Владимира Ивановича Вернадского (1863–1945), который ввел термин «живое вещество», охватывающий совокупность населяющих Землю организмов, а биосферой стал называть всю ту среду, в которой оно находится. В биосфере существует «пленка жизни» с максимальной концентрацией живого вещества. Появление человеческой жизни в биосфере привносит изменения в ее динамику: если живые организмы взаимодействуют трофическими (пищевыми) цепями и в результате изменяют живое вещество и энергию биосферы, то человек включается в связи с ней на основе трудовой деятельности. Полагается, что вначале человек осуществил биосферную технологию (нахождение в природе готовых жизненных средств), а затем производство привело к новой форме отношений человека с биосферой. Человек тем самым выделил себя из природы и, как отмечал В.И. Вернадский, начал создавать культурную биогеохимическую энергию (земледелие, скотоводство). Поэтому появление человека и его деятельности по изменению природной среды рассматривается как закономерный этап эволюции биосферы. Этот этап должен привести к тому, что под влиянием научной мысли и коллективного труда биосфера Земли должна перейти в новое состояние, именуемое ноосферой.


Что означает понятие ноосферы?

Понятие ноосферы (от греч. noos – разум, sphaira – шар) впервые использовал французский математик Эдуард Леруа (1870–1954) в 1927 г. По его признанию, оно возникло у него под влиянием лекций В. Вернадского о биосфере Земли, учение о которой он разрабатывал еще в 1914–1916 гг. Данный термин встречается и в концепции «христианского эволюционизма» французского естествоиспытателя и философа Пьера Тейяра де Шардена (1881–1955). Усложняющееся развитие, по его мнению, начинается с эволюции физической материи космоса (преджизнь), переходит в структуры жизни, а потом в человека как носителя мыслящего разума и ноосферы и субъекта общества («сверхжизнь»). На всех этапах эволюцию поддерживает своей действенной любовью Бог как духовное начало, присутствующее в Универсуме и направляющее его развитие к конечной цели – точке Омега. Это своеобразный центр духовного синтеза, символизирующий собою Христа, сопричастного миру и одновременно противостоящего ему. Собственно говоря, космогенез П. Тейяра де Шардена интерпретируется как христогенез. Поэтому и ноосфера у него обозначает часть природы, представляющей собой чисто духовное явление, т. е. мыслящий пласт, разворачивающийся над миром растений и животных – вне биосферы и над ней.


В чем смысл биосферно-ноосферной концепции В.И. Вернадского?

У В.И. Вернадского ноосфера – это качественно новый этап эволюции биосферы, определяемый историческим развитием человечества, его трудом и разумом. В этом процессе ноосфера выступает гарантом разумной деятельности человека во Вселенной, что делает ее моделью абсолютной разумности и мировой гармонии. В современной литературе, как правило, под ноосферой понимают ту область биосферы, которая находится под влиянием человеческой активности, и поэтому многие ее процессы, в принципе, могут быть управляемы и направляемы человеком.

Учение о ноосфере часто называют биосферно-ноосферной концепцией Вернадского, которую можно представить рядом базовых посылок: 1) деятельность человека постепенно становится основным фактором эволюции биосферы как космического тела; 2) для будущего развития человечества и биосферы человек должен взять на себя ответственность за характер протекания основных процессов планеты. В этом смысле можно говорить о наступлении эпохи ноосферы, когда развитие цивилизации будет согласовано с эволюцией планеты, и прежде всего биосферы. Для этого необходимо выработать осознанное поведение людей, согласованное с естественными условиями стабильности окружающей среды, т. е. известный экологический императив. В свою очередь, в такую эпоху должна быть обеспечена коэволюция человека и биосферы, т. е. их совместное и согласованное развитие.


Каковы истоки и содержание концепции коэволюции?

Впервые с концепцией коэволюции природы и общества, которая должна выстроить оптимальное соотношение интересов социума и биосферы, выступил в 1968 г. советский биолог Николай Владимирович Тимофеев-Ресовский (1900–1981). С тех пор тема коэволюции (со – приставка, обозначающая согласованность; лат. evolutio – развертывание) становится ключевой в понимании природы человека и в определении судеб человечества. Идея коэволюции используется во всех работах, исследующих проблему «общество – природа», а также при создании кибернетических моделей развития биосферы. При обсуждении синтетического характера исследований коэволюции приходят к выводу, что здесь необходимы совместные усилия естествоиспытателей и всех гуманитариев – вплоть до поэтов. Вне такого синтеза нельзя понять человека во всем драматизме его отношений с остальной природой, а без этого понимания невозможно создать реально функционирующую стратегию взаимодействия природы и общества (Я.Н. Моисеев).

Концепция коэволюции базируется на принципах, согласно которым человечество, изменяя биосферу в целях приспособления ее к своим потребностям, должно изменяться и само с учетом объективных требований природы. Концепция коэволюции в концентрированном виде выражает исторический опыт человечества, содержащий в себе определенные регламентации и императивы социоприродного взаимодействия. Разработка идей коэволюции требует четкой формулировки системы экологических императивов, способных снизить опасность угрозы уничтожения целых ландшафтов природы, ее разнообразных живых организмов, самого человека и всей жизни на планете. В начале XX в. немецко-французский мыслитель Альберт Швейцер (1875–1965) сформулировал базовый принцип культуры – принцип благоговения перед жизнью. В работе «Культура и этика» он писал о том, что катастрофа культуры – это следствие катастрофы мировоззрения, поэтому главное здесь – нравственное усовершенствование как индивидуума, так и общества.


Что означает понятие этосферы?

Развивая идеи А. Швейцера, можно говорить о новой стадии развития биосферы Земли, так называемой этосфере как более высокой по отношению к ноосфере. Этосфера – это область бытия, основанного на принципах нравственного отношения к природе, ко всему живому на планете. Ее носителем должен стать этически разумный человек, действующий не только в своих интересах, но и в интересах Жизни на Земле.

Разрушительные последствия силового отношения человека к природе инициируют критический пересмотр укоренившегося в культуре XX в. и транслируемого в XXI в. субъект-объектного, технологического, незаинтересованного отношения к природе и необходимости разработки партнерской, диалоговой модели, основанной на установлении взаимопонимания, гармоничного соединения человека с природой, диалоге отдельных культур и интегративно-синергетических тенденций современной науки.

Тема 3

Философия глобального эволюционизма

3.1. Динамизм бытия и понятие разбития. Движение и развитие

В чем состоит динамическая организация бытия?

Динамическая организация бытия состоит в том, что любое конкретное явление объективно подвержено непрерывным изменениям (это в равной мере относится к материальным и духовным сущим). Специфика этой динамики воспроизводится в онтологии прежде всего с помощью категорий движения, развития и покоя.


Какое понимание движения характерно для первоначальных этапов развития философской мысли?

На первоначальных этапах развития философской мысли движение понималось как возникновение одного и уничтожение другого. Такое понимание движения характерно для первых древнегреческих философов (представители милетской школы, Гераклит, Демокрит, Эпикур), которые рассматривали первоначала вещей – воду, апейрон, воздух, огонь, атомы – как находящиеся в постоянном движении и изменении. Вода Фалеса – вечное движение, она не имеет определенной, стоячей формы, она везде, где есть жизнь. То же у Анаксимена: возникновение множества вещей и возвращение их в единое первоначало – воздух. В глубокой древности у мыслителей Китая, Индии, Греции возникла идея об универсальности движения. Особенно ярко движение представлено у Гераклита через впечатляющий образ реки – «в одну и ту же реку мы входим и не входим», т. е. река равна себе, поэтому мы в нее входим, и в то же время она не равна себе, она все время течет, поэтому входим мы как бы не в нее. Аристотель считал, что «незнание движения необходимо влечет за собой незнание природы».


Что нового внесли в понимание движения элеаты?

На момент противоречивости движения и трудности передачи в понятиях категории движения, присущей материальному бытию, а также реальным процессам движения, обратили внимание древнегреческие философы, представители философской школы – элеаты (Ксенофан, Парменид, Зенон). В качестве исходного принципа они выдвинули момент устойчивости, абсолютизировали ее и в результате пришли к отрицанию движения. Так, Зенон (ок. 490–430 гг. до и. э.) в своих знаменитых апориях (трудноразрешимых проблемах, связанных с противоречием между данными опыта и их мысленным анализом) «Дихотомия», «Ахилл», «Стрела» стремится доказать невозможность движения. В противоречии с чувственным опытом быстроногий Ахилл не сможет догнать черепаху, так как пока он пробежит разделяющее их расстояние, она успеет проползти некоторый отрезок пути, и пока он будет пробегать этот отрезок, она еще немного продвинется и т. д.


Как движение трактуется в XVIII в.?

В последующие периоды, особенно в XVIII в., отчетливо формируется понимание движения как способа существования материи (Толанд, Гольбах). Однако само движение понимается лишь как механическое перемещение и взаимодействие. Такое понимание движения было ограниченным, оно не охватывало всего многообразия изменений, свойственных материи. Не являются, например, простым перемещением изменения, происходящие в живом организме, в обществе и т. д. Глубокие идеи, связанные с пониманием движения, были высказаны Г. Лейбницем, Г.-В.-Ф. Гегелем.


Какова заслуга Г.-В.-Ф. Гегеля в понимании движения?

Гегель преодолевает представление о движении как о только механическом перемещении и раскрывает такие свойства движения, как переход количественных изменений в качественные, борьба противоположностей и отрицание отрицания.


Опираясь на различные подходы в понимании движения, какое определение движения можно дать?

Все изменения, присущие бытию мира, обозначаются понятием движения. При этом под движением понимается не только механическое перемещение тел в пространстве, но и любые изменения состояний предметов и явлений – это и взаимные превращения элементарных частиц, и расширение Метагалактики, и изменения в клетках организма, и изменения социальных процессов, и изменения духовных феноменов.

Движение внутренне присуще бытию, это его атрибут, коренное, неотъемлемое свойство. Признание неразрывности бытия и движения означает его абсолютность. Движение так же абсолютно, как и бытие. Движение характеризуется чертами внутренней противоречивости.


Что понимается под понятием покоя в его отношении к движению?

Противоречивая сущность движения проявляется и в его единстве с покоем. Движение неразрывно связано со своей противоположностью – покоем. Понятие покоя представляет собой обозначение тех состояний движения, которые обеспечивают стабильность предмета, сохранение его качества, т. е. покой относителен, а движение абсолютно.

С точки зрения современной науки, в частности синергетики, показывается, что там, где царит покой, равновесие, однородность, не может быть подлинного развития. По мере того как открытая самоорганизующаяся система будет стремиться к равновесию, ее беспорядок и дезорганизация возрастают. В равновесных системах случайные отклонения от величин, характеризующих системы, от их среднего значения (флуктуации) ослабляются и подавляются, а в неравновесных системах, наоборот, усиливаются и тем самым «расшатывают» прежний порядок и основанную на них структуру. В результате этого возникает неустойчивость и появляется особая точка перехода, которую называют точкой бифуркации, или разветвления. Какую из возможных структур в этой точке выберет система, зависит от случайных факторов, и заранее этого предсказать нельзя. Появляется новый порядок или динамический режим с соответствующей структурой, который приходит на смену старой неустойчивости. Таким образом, процесс самоорганизации происходит в результате взаимодействия случайности и необходимости и всегда связан с переходом от устойчивости к неустойчивости, от покоя к движению, от порядка к хаосу.


Какие можно выделить типы движения?

Можно выделить два основных типа движения: 1) движение при сохранении качества предмета, системы, когда при различных изменениях сохраняется соответствующий набор признаков, позволяющий говорить о предмете или системе как определенном предмете, отличном от других; 2) тип движения, связанный с преобразованием качества предметов и процессов, с их качественными изменениями или в сторону их усложнения, формирования более сложных систем, или в сторону распада системы на составляющие ее элементы, представляющие собой иные качественные состояния. Процессы, которые связаны с преобразованием качественных состояний предметов, характеризуются как развитие. Итак, развитие- это необратимое, направленное, закономерное изменение материальных и идеальных объектов. Тип движения – от низшего к высшему, т. е. движение по восходящей линии, есть прогресс. Противоположное же ему движение – от высшего к низшему, движение по нисходящей линии есть регресс. Такого рода изменения, связанные с нисходящей линией, могут иногда выступить в качестве условия для дальнейшего развития системы. Например, вымирание того или иного вида животных было одним из условий появления более высокого вида. Причем развитие может быть как внутри определенного вида материи и ее структурного уровня (например, возникновение новых видов растений и животных в рамках биологической формы материи), так и развитие, связанное с переходом от одного уровня материи и другому (например, от элементарных частиц к атомам и молекулам, от неживой к живой биологической форме организации).


Какие представления о формах движения материи существуют в философии?

По своим проявлениям движение многообразно, оно существует в различных формах. Выделяют три большие группы форм движения материи: в неорганической природе; в живой природе; в обществе и социальной жизни. Существуют определенные методологические принципы классификации форм движения, которые могут быть положены в ее основу. Задача выделения различных форм движения материи решалась первоначально стихийно самим естествознанием в процессе дифференциации различных наук, в которых и исследовались многообразные формы движения материи. Ко второй половине XIX в., когда происходит становление дисциплинарного естествознания, появляется необходимость в философском обобщении результатов исследования отдельных срезов материального мира, отдельных форм движения материи. Ф. Энгельс в «Диалектике природы» (1873–1882) выделяет пять форм движения материи в соответствии с развитием науки того времени и на основе следующих принципов: соответствия выделенным формам движения определенных материальных носителей, существования генетической связи между этими формами и их специфичностью, несводимости высших форм движения к низшим. В эти пять форм движения материи входили: механическое, физическое, химическое, биологическое, социальное. Материальными носителями этих форм движения материи были соответственно: массы, молекулы, атомы, белки, человек и человеческое общество.


Что нового вносит современная наука в понимание форм движения материи?

С точки зрения современной науки по-новому трактуется проблема соотношения механического и физического движения. Механическое движение не рассматривается как основа всех физических процессов, оно не связано с каким-то отдельно взятым структурным уровнем организации материи, как это представлялось во второй половине XIX в., когда считалось, что любое физическое движение является результатом механического движения эфира, атомов, молекул. Современная наука рассматривает механическое движение как одну из сторон более сложных форм движения. К тому же различается квантово-механическое движение на уровне элементарных частиц и атомов и макромеханическое движение на уровне макротел.

Наукой XX в. выделены новые формы физического движения, характеризующие процессы микромира, мегамира на уровне галактического взаимодействия и расширения Метагалактики. Получены новые данные и относительно биологического движения, материальными носителями которых наряду с белковыми молекулами выделены молекулы ДНК и РНК. Было сформулировано учение о биосфере и ноосфере, углубляющее наши представления о глубинных закономерностях бытия. Социальная форма движения материи рассматривается как космическое явление. Как уже отмечалось, с точки зрения предложенного современной наукой антропного космологического принципа (Б. Картер, 1973), мир устроен таким образом, что он, в принципе, допускает возможность появления человека как результата эволюции материи. Антропные аргументы по-своему вдыхают историю в процессе глобальной эволюции Вселенной, ибо любая история должна отвечать условиям необратимости, вероятности, возможности появления новых связей. Современная наука допускает возможность существования и других миров, с другими формами движения материи, пока еще неизвестными нам.


Какова связь между различными формами движения материи?

Между различными формами движения материи существует генетическая связь, предполагающая, что каждая высшая форма возникает на основе низшей. Поэтому познание более сложных форм движения предполагает исследование и более низких, которые составляют их основу. С одной стороны, нельзя понять сущность жизни, тот глобальный скачок, который совершился в природе при переходе к биологической форме движения, без знания тех физико-химических процессов, на основе которых она возникает. С другой стороны, высшие формы движения качественно отличаются от низших.


Какие подходы к пониманию взаимоотношений между формами движения материи существуют в философии?

Классический механицизм XVII–XIX вв. сводил все формы движения к механическому движению. Механицист стремится, например, свести и все жизненные проявления к процессам физико-химическим, отрицает специфику живого, не видит снятости физических и химических закономерностей биологическими закономерностями, сводит живое целое к его отдельному компоненту – первая концепция в интерпретации взаимоотношений между формами движения материи. Однако «химия жизни» поднимается над уровнем обычной химии неживого и дает новое качество, новую форму движения материи – биологическую, форму бытия живых систем, когда мертвый химизм превращается в живой. Механицизм проявляется и в попытках объяснить социальные процессы только из биологического развития человека.

Вторая односторонняя концепция в интерпретации взаимоотношений между формами движения материи заключается в отрицании генетического и структурного единства между ними, в обособлении высших форм движения (например, биологической) от низших. Это ведет к отрицанию рациональной возможности объяснить возникновение высших форм движения. Так, например, биологический витализм (от лат. vita – жизнь) исходит при объяснении биологической формы движения из наличия целесообразно действующей жизненной силы (созидающей силы, порыва), присущей только живой природе (Дриш, Берталанфи), отрицая тем самым возможность возникновения живого из неживого. Сильной же стороной витализма была критика механистических взглядов на биологическую причинность. Специфика живого в рамках современных представлений не отрицается, но связывается с единством происхождения и развития жизни.


Какие принципиально отличные вехи эволюции учения о развитии можно выделить?

Концепция развития связана с пониманием процессуальное™ и исторической изменчивости систем и явлений.

О развитии не представляется возможным говорить вне времени, ибо всякое развитие осуществляется во времени; только время позволяет выявить его необратимый, закономерный характер, а также направленность. Поскольку в античной философии время мыслилось как протекающее циклически, а Космос рассматривался как абсолютно совершенный, сама идея развития в точном смысле этого слова здесь отсутствовала. Казалось, что все процессы совершаются по заданной «от века» циклической программе.

Идея линейной направленности времени появляется с утверждением христианства. Становление дисциплинарно организованной науки в середине и второй половине XIX в. приводит к формированию представлений о направленных и необратимых изменениях в природном и социальном мире.

Идея развития прочно входит в ткань естествознания и становится предметом философского анализа. В немецкой классической философии, особенно у Гегеля, развитие рассматривается как всеобщий универсальный принцип и, кроме этого, раскрывается его механизм и источник – возникновение, борьба и преодоление противоположностей (рассматриваемые в области мысли, духа).

В XX в. расширились сами представления о развитии как в области естественных, так и социально-гуманитарных наук. Прежде всего пересматривается идея о линейном характере развития. И практика социальных процессов, и анализ истории культуры, и исследование органической эволюции в биологии свидетельствовали о том, что общая восходящая прогрессивная линия развития переплетается с изменениями попятного, а иногда и регрессивного, тупикового хода эволюции. В рамках современной синергетики обоснована концепция о нелинейном, необратимом характере развития сложных самоорганизующихся систем. Через разработку концепции биосферы и ноосферы В. Вернадского, идей неравновесной термодинамики (школа И. Пригожина), синергетики, современной космологии, развитие системных и кибернетических подходов, идей глобального эволюционизма в науку и философию второй половины XX в. прочно вошла концепция историзма и уникальности самоорганизующихся систем^ их способности к изменению, хаотичности, необратимости, нелинейности, непредсказуемости и многовариантности развития.


Как называется раздел философии, в рамках которого исследуются закономерности развития?


Исследование закономерностей развития, построение теории развития осуществляются в рамках диалектики. В философской традиции диалектика есть учение о развитии, концептуализации развития, рассматриваемого как в онтологическом, так и в теоретико-категориальном его измерении и выступающая в историко-философском контексте теории и метода творческого познания. Как всякое философское учение, диалектика имеет свою историю, структуру, принципы, законы и соответствующий категориальный строй.

3.2. Понимание диалектики в истории философии

Какие известны подходы к определению диалектики?

Опыт исторического развития философского знания убедительно свидетельствует о том, что существует достаточно широкий спектр различных дефиниций диалектики. Поэтому, пытаясь дать какое-то рабочее определение этого понятия, надо иметь в виду следующее:

диалектика есть прежде всего попытка философского освоения тех многообразных процессов развития и связей, которые с необходимостью присущи всей реальности;

диалектика может выступать как онтологический срез действительности (и в этом случае она выстраивает ту или иную теорию развивающегося бытия) или же как ее гносеологический срез (и тогда она разрабатывает некие нормы и правила мышления, его общий метод);

в различные исторические эпохи и у разных мыслителей на первый план могли выступать различные аспекты диалектики, что вело к многообразию ее интерпретаций и невозможности дать такую инвариантную, пригодную на все времена дефиницию диалектики, которая удовлетворила бы всех философов.

Остановимся теперь кратко на тех содержательных вариациях понятия «диалектика», которые исторически проявлялись в его применении.


Что означает слово «диалектика»? Какова роль Сократа и Платона в становлении диалектики?

Само слово «диалектика» в буквальном переводе с греческого означает «искусство вести беседу», а его первое употребление в философском смысле обычно приписывается Сократу, он понимал диалектику как искусство обнаружения истины путем столкновения противоположных мнений, как способ ведения философского диалога, приводящий к истинным определениям понятий. Во многом в сократовском духе определял диалектику Платон: «Того, кто умеет ставить вопросы и давать ответы, – говорил он, – мы называем диалектиком». Условием же такого умения считался метод правильного соединения и разъединения понятий, относящихся к предмету изучения. Слово «диалектика» употреблялось в эпоху Сократа и Платона как более или менее тождественное слову «логика» (которое в то время еще отсутствовало) и означало искусство доказательства и опровержения, умение отличать истинное от ложного в суждениях, которые высказываются во время ученой беседы. Таким образом, в античной мысли диалектика трактовалась, главным образом, как метод правильного мышления, способ обретения истинного знания.


Как понимается диалектика в средневековой философии?

Средневековая философия наследует от античности смысл диалектики: диалектика понимается или как логика вообще, или как искусство различения истины и лжи, или же как искусство вести дискуссию. Нетрудно заметить, что все эти значения во многом пересекаются и свидетельствуют о сохранении традиции употребления понятия «диалектика» как способа рационального, логического мышления.

В новоевропейской философской мысли это понятие наполняется новыми смыслами, из которых отметим лишь два ведущих, связанных с немецкой классикой и марксистским учением. Так, Г.-В.-Ф. Гегель по существу впервые трактует диалектику как универсальный метод мышления, базирующийся на идеях развития и противоречивости бытия и противоположный догматической ориентации прежней метафизики – последняя занималась поиском вечных, неизменных принципов и первоначал всей реальности и в этом смысле «игнорировала», по словам Гегеля, древнюю диалектику. Подобное противопоставление диалектики и метафизики было подхвачено и усилено К. Марксом и Ф. Энгельсом, которые стали рассматривать диалектику как антипод метафизики: если для метафизического мышления «вещи и… понятия суть отдельные, неизменные, застывшие, раз навсегда данные предметы, подлежащие исследованию… один независимо от другого», то диалектика «берет вещи и их умственные отражения в их взаимной связи… в их движении, в их возникновении и исчезновении»[17]. Отметим при этом, что и у Гегеля, и у Маркса и Энгельса диалектика выполняет функции не только метода познания, но и всеобщей теории бытия: более того, в марксистской философии она понимается как наука «о всеобщих законах движения и развития природы, человеческого общества и мышления»[18].


Какое предельно общее определение диалектики можно предложить?

Диалектика есть философское учение о развивающемся бытии и метод его познания, основанный на принципах развития и взаимосвязи. Именно в этом смысле и будет преимущественно использоваться понятие диалектики в последующем изложении.


Какие выделяют основные исторические формы диалектики?

Классифицировать формы диалектики и стадии ее развития можно по разным основаниям. Обычно в философской литературе используют два критерия:

уровень теоретической разработки диалектических идей и их логической организации; соотнесенность диалектической мысли со спецификой той или иной исторической эпохи.

Применяя первый критерий, можно придти к выводу, что в эволюции философии обнаруживается, во-первых, так называемая стихийная диалектика, в которой диалектические взгляды являлись результатом преимущественно обычного наблюдения за повседневными процессами в мире и существовали в форме отдельных эмпирических догадок и положений, не связанных в единую систему знания и не имеющих сколь-либо серьезного обоснования. Во-вторых, выделяют сознательную диалектику – теоретическую, логически организованную систему знания, выступающую результатом профессиональной философской рефлексии над разнообразными феноменами бытия и понятийными формами их отражения.

Опираясь на второй критерий, можно говорить о диалектике древнего мира, средневековья, Возрождения, Нового времени (XVII–XIX вв.), современной эпохи (XX–XXI вв.). Очевидно, однако, что, давая, сущностную характеристику диалектике того или иного исторического периода, логично пользоваться обоими критериями, с тем чтобы выявить исторические формы диалектики.


Какова общая характеристика диалектического мышления эпохи античности?

Прежде всего следует отметить, что античная диалектика как мышление противоположностями существовала в двух основных ипостасях, отличающихся исходными методологическими установками: 1) как положительная диалектика., стремящаяся открыть истинное знание о законах становления и развития всякого бытия; 2) как отрицательная (негативная) диалектика., утверждающая, что обнаружение противоречий в реальности и мышлении свидетельствует о невозможности познания истины.

В рамках положительной трактовки диалектики разрабатывалось несколько ее разновидностей:

диалектика бытия, природы, Космоса (милетская школа, Гераклит). Здесь были высказаны идеи о становлении и вечном изменении бытия, наличии в нем противоположностей, их единстве и борьбе как источнике движения и др.;

диалектика познания, опирающаяся на диалектику природы (Гераклит, Анаксагор, Демокрит, Сократ, Платон, Аристотель). В ней были высказаны многие догадки о диалектике бытия и знания, чувств и мысли, знания и мнения и т. д.;

диалектика общих понятий как необходимое условие достижения истины путем сопоставления противоположных суждений и их анализа (Сократ, Платон, Аристотель и др.). Здесь были получены значительные результаты в поиске единого во многом, сущности в явлениях, тождества и взаимопереходов противоположных понятий, взаимосвязи возможности и действительности и т. д.

Отрицательная интерпретация диалектики была предпринята в античной философии элейской и мегарской школами. Так, Зенон, обнаруживший в своих знаменитых апориях («трудностях») противоречивость движения, делает вывод о его невозможности и, следовательно, ошибочности нашего чувственного восприятия фактов движения. Например, в апории «Стрела» Зенон утверждает, что летящая стрела в каждый момент своего полета занимает определенное место в пространстве, а значит, покоится в нем. Но это можно сказать и относительно любого другого момента полета стрелы – следовательно, ее путь состоит из суммы точек покоя и летящая стрела покоится. Парадоксы мегарцев («Рогатый», «Сорит», «Лысый», «Лжец» и др.), приводившие размышляющего в тупик, также истолковывались ими как свидетельство невозможности истинного знания о вещах. В негативной диалектике обнаруживались тем самым противоречия процесса познания и самих познаваемых предметов, что объективно стимулировало развитие сложных проблем положительной диалектики.


Какова специфика диалектики средневековья?

Диалектика средневековья существует и развивается в лоне теологии, и в первую очередь как логика достоверного размышления – например, во время диспута на заданную тему. Искусство дискуссии требовало дальнейшего развития аристотелевской логики, совершенствования способов обоснования знания, анализа противоположных тезисов, обсуждения аргументов и контраргументов и т. д. Все это инициировало умение мыслить диалектически, способствовало обнаружению реальной диалектики понятий и вещей. Так, знаменитый спор о природе универсалий (общих понятий) между номинализмом и реализмом во многом выявил сущность взаимосвязи между единичным и общим. Определенный вклад был внесен средневековой философией в диалектику бытия и небытия, сущности и существования, символа и смысла и др. В целом можно сделать вывод о том, что в эпоху средневековья диалектика продолжала свое развитие – в основном в форме диалектики понятий, становясь все более теоретичной.


В чем можно найти «историческое оправдание» метафизическому способу мышления?

Эпоха Возрождения и особенно эпоха Нового времени характеризуются становлением и развитием экспериментального и теоретического естествознания. Возникающей науке пришлось исследовать поначалу отдельные фрагменты и явления природы, изучать их на первых порах преимущественно в статике и, в лучшем случае, в процессах механического движения. Все это способствовало появлению в естествознании, а затем и в философии так называемого метафизического способа мышления (в гегелевском и марксистском смыслах этого понятия).


Каково место диалектики в философии эпохи Возрождения?

Традиционно принято считать, что в эпоху Возрождения метафизическое мышление было господствующим. Но даже если и соглашаться с этим тезисом, то следует иметь в виду, что диалектика (во всех ее разновидностях), возникнув на заре человеческой культуры, уже не могла потом сойти со сцены и затеряться в недрах метафизического метода познания. Объективная диалектика бытия так или иначе отражалась в теориях науки и философских учениях, а диалектические идеи античных философов возрождались и развивались в концепциях мыслителей новых эпох. Так, диалектическое видение мира отчетливо проявляется в картине природы, созданной гениальным Леонардо да Винчи (1452–1519). Мыслитель раннего Возрождения Николай Кузанский (1401–1464) диалектически подходит к трактовке Космоса, вносит заметный вклад в диалектику знания и незнания. Кузанский выдвигает идею о совпадении противоположностей в бесконечности и в Боге. Философ и поэт Джордано Бруно (1548–1600), развивая мысли о единстве противоположностей, считал анализ противоречий условием научного познания: кто хочет познать наибольшие тайны природы, считал он, пусть рассматривает и наблюдает минимумы и максимумы противоречий и противоположностей. Но в целом диалектика эпохи Возрождения, хотя и была в значительной мере сознательной, существовала в виде фрагментов более общих систем мышления и еще не сформировалась как теория в строгом смысле этого слова.


Каким образом диалектические идеи разрабатывались в Новое время?

Тенденция диалектизации развивающегося естествознания и становление новых диалектических идей в философии постепенно приобретали все более заметный и значимый характер на всем протяжении эпохи Нового времени. Уже Ф. Бэкон, традиционно считающийся одним из основоположников метафизического метода мышления, отдает должное диалектике как искусству оперирования понятиями и исповедует диалектические идеи в своей натурфилософии: возвращается к древнегреческой концепции происхождения Универсума из материального первоисточника, высказывает мысли о единстве материи и движения, о естественной взаимосвязи всех вещей. Но более серьезные сдвиги от метафизического мышления к диалектическому связаны с именами Р. Декарта, нидерландского философа-материалиста Бенедикта Спинозы (1632–1677), Г.-В. Лейбница.

Принцип методического сомнения, предложенный Декартом для поисков истинного знания, направлен против всякого догматизма (а догматизм антидиалектичен по своей сути) и обладает серьезным диалектическим потенциалом. Декарт был также пионером эволюционного взгляда на Вселенную, хотя и признавал, что мир изначально создан Богом. Идея развития, вера в возможность познания явлений природы, «видя их постепенное возникновение», а не «рассматривая их как совершенно готовые», стали как бы наказом Декарта формирующейся классической науке.

Глубоко диалектичны мысли Спинозы о единстве мира, которое «мы видим повсюду в природе», об универсальном взаимодействии всех вещей, об их возникновении и развитии из первичной субстанции и др. Философ серьезно исследовал диалектику свободы и необходимости – им введено и обосновано понятие свободной необходимости, базирующейся на достоверном рациональном знании.

Пронизано диалектикой и философское учение Лейбница. Его монады бесконечно малы и в то же время неисчерпаемы, полны активности и движения, способны к бесконечному саморазвитию. Диалектичны по своей сути основные принципы исследовательского метода великого философа – всеобщих различий, тождественности неразличимых вещей, непрерывности, дискретности, стремления к совершенству, перехода возможного в действительное, всеобщей связи, минимума и максимума. В методе Лейбница вызревала, таким образом, идея существования противоположных и одновременно единых (парных) категорий диалектики., которая позже будет воплощена в теории диалектики Гегеля. Не случайно поэтому мысли Лейбница оцениваются зачастую, с одной стороны, как вершина философской и естественнонаучной диалектики рубежа XVII–XVIII вв., а с другой – как начало диалектической традиции в немецкой классической философии.


Что представляет собой важнейшая историческая форма диалектического миропонимания – диалектика немецкой классической философии?

В немецкой классической философии диалектические идеи впервые приобрели статус стройной теоретической системы, целостной концепции развития бытия и вместе с тем – универсального метода философского мышления. Истоки этой формы обнаруживаются в воззрениях И. Канта.

В философском наследии Канта можно выделить ряд основных позиций, обладающих серьезным потенциалом для развития диалектики. Во-первых, это элементы диалектического подхода к миру, предложенные философом в его работах докритического периода. Так, в книге «Естественная история и теория неба» (1775) формулируются некоторые важнейшие принципы диалектической картины мира: 1) самодвижения материи как результата действия противоположных сил притяжения и отталкивания; 2) порождения и развития разнообразных творений природы; 3) универсальной взаимосвязи, соединяющей «в систему великие звенья Вселенной во всей ее бесконечности».

Во-вторых, это критический анализ познавательных способностей человека и границ его познания, проделанный Кантом. В нем философ исследовал проблему противоречия (антиномии) как результата деятельности разума и показал, что противоречие необходимо принадлежит определениям мысли. Так, критическое исследование «рациональной космологии» выявляет наличие четырех знаменитых «антиномий разума» – противоречащих друг другу утверждений о космологических идеях. Одинаково убедительно, по мнению Канта, можно логически доказать, что: 1) мир имеет начало во времени и ограничен в пространстве – мир бесконечен и во времени, и в пространстве; 2) в мире существует только простое или то, что сложено из простого, – в мире нет ничего простого; 3) для объяснения явлений необходимо допустить свободную причинность – нет никакой свободы, в мире все совершается только по законам природы; 4) к миру принадлежит безусловно необходимая сущность – нигде нет никакой абсолютно необходимой сущности.

Эти противоречия свидетельствуют, по Канту, о видимости, кажимости тех заключений, к которым приходит разум, а их диалектика есть не что иное, как «логика видимости». Преодолеть эту «иллюзорную диалектику (логику)» можно лишь путем критического исследования противоречий разума, чем занимается «трансцендентальная диалектика», и выработки определенной дисциплины мышления. Вывод Канта о том, что разум не может мыслить без противоречий мир как целое, сыграл значительную роль в становлении теоретической диалектики.

Заметный вклад в этот процесс был внесен также И. Фихте и Ф. Шеллингом. И. Фихте, например, разработал диалектический метод познания, основу которого составляло движение мысли от тезиса к антитезису и затем к их синтезу, а Шеллинг много сделал для анализа диалектики природы, показав, что ее развитие происходит в результате борьбы противоположностей и представляет собой внутренне противоречивый процесс.

Однако своей высшей ступени диалектика немецкой классики достигает у Г.-В.-Ф. Гегеля, который первым дал всеобъемлющее и сознательное изображение всеобщих принципов, категорий и законов диалектики.


Каковы основные содержательные компоненты гегелевской диалектики?

К основным содержательным компонентам гегелевской диалектики можно отнести следующие:

1. Принцип развития как исходный для объяснения всей реальности. «Все, что нас окружает, – отмечал Г.-В.-Ф. Гегель, – может быть рассматриваемо как образец диалектики». Свою абсолютную идею и ее «инобытие» в форме природы и духа философ рассматривает не как неподвижную и неизменную первосущность, а как непрерывно развивающийся процесс, восходящий к все более и более высоким ступеням.

2. Учение о противоречии как жизненной силе всего сущего и условии познания. Диалектика как метод мышления и есть «постижение противоположностей в их единстве». В этом методе Гегель выделяет три ступени такого постижения: 1) рассудочную – на ней диалектическое мышление лишь выявляет стороны противоречия и фиксирует их отдельно друг от друга; 2) промежуточную между рассудком и разумом – здесь противоположности уже не только фиксируются, но и прослеживаются как переходящие друг в друга; 3) спекулятивную, на которой возникает слияние, отождествление противоположностей – на этой, «разумной ступени» метод достигает высшей зрелости, ибо «снимает» первые две ступени. Идея единства противоположностей и становится ведущей в диалектике.

3. Система категорий и законов как диалектическая теория бытия. Рассматривая движение абсолютной идеи, Гегель анализирует такие категории диалектики, как бытие, ничто, становление, качество, количество, мера, сущность, явление, тождество, различие, противоречие, необходимость, случайность, возможность, действительность и т. д. Исследуя взаимодействие между ними, философ выводит так называемые основные законы диалектики, хотя сам Гегель и не называл их «законами», – связи количества и качества, взаимопроникновения противоположностей и отрицания отрицания. Диалектика, таким образом, приобрела у Гегеля статус философской теории развития и взаимосвязи и объективно стала диалектикой мышления, природы и человеческого мышления.


Каковы основные положения материалистической диалектики марксизма?

Материалистическая диалектика в философии марксизма есть результат распространения гегелевских идей на всю реальность, доступную человеческому познанию. К. Маркс и Ф. Энгельс поэтому говорили, во-первых, об объективной диалектике-, т. е. процессах развития и связях, царствующих во всем мире, и, во-вторых, о субъективной диалектике – диалектическом мышлении, отражающем в той или иной мере, стихийно или сознательно, объективную диалектику бытия. Высшей формой такого мышления выступает философская концепция диалектики, включающая, как любая система теоретического знания, ряд принципов, законов и категорий.


Каковы основные принципы теории диалектики?

Основные принципы теории диалектики – прежде всего принципы развития и взаимосвязи, которые составляют фундамент философской теории диалектики. Они говорят о том, что любое явление в мире подвержено качественным изменениям (развитию) и находится в определенной зависимости от других явлений (связано с ними), влияя, в свою очередь, на них. Эти базисные диалектические идеи наполняются более конкретным содержанием в системе законов диалектики – основных и неосновных.


Каковы основные законы материалистической диалектики?

К основным законам материалистической диалектики традиционно относят:

закон взаимного перехода количественных и качественных изменений. Согласно ему, изменения, происходящие с явлением, рано или поздно нарушают его меру (т. е. определенное единство качества и количества) и вызывают переход явления в новое качественное состояние;

закон единства и взаимодействия противоположностей, утверждающий, что основным источником развития явлений служат их внутренние противоречия. Здесь следует добавить, что в связи с достижениями синергетики этот закон нуждается в некоторой корректировке: у сложных самоорганизующихся систем источником развития выступают прежде всего согласованные, кооперативные взаимодействия между элементами системы, а не противоречия между ними; закон отрицания отрицания, говорящий о том, что любое развитие есть, с одной стороны, движение явлений вперед, к новым качествам, а с другой – повторение на новой основе отдельных свойств прежних качеств (обычно эти черты развития характеризуются терминами «преемственность», «возврат якобы к старому», «развитие по спирали» и т. и.).


Какие существуют неосновные законы диалектики?

К неосновным законам диалектики (они формулируются обычно с помощью парных диалектических категорий) чаще всего относят следующие:

закон соотношения единичного и общего: всякое общее реализуется в единичных свойствах и связях развивающегося явления;

закон соотношения необходимости и случайности: необходимость проявляется в развитии явлений через

случайности и дополняется ими. Вместе с тем синергетика сегодня установила, что и случайность способна порождать новую необходимость (закон); закон соотношения содержания и формы: содержание явления определяет форму его развития, которая способна влиять на данный процесс; закон соотношения причины и следствия: свойства и связи развивающегося явления есть следствие определенных причин;

закон соотношения возможности и действительности: развитие явления есть превращение присущих ему возможностей в новую действительность с новыми возможностями;

закон соотношения сущности и явления: в свойствах и связях развивающегося явления раскрывается его сущность;

закон соотношения части и целого: развивающееся явление есть целостное взаимодействие своих частей.

Все эти (и многие другие) законы и категории материалистической диалектики функционируют в мышлении человека как всеобщая теория развития бытия и философский метод его познания. Они ориентируют познающего субъекта на анализ любого явления в его закономерном развитии и связи с другими явлениями, на исследование присущих ему меры, противоречий, взаимодействий старого и нового, его индивидуальных и общих с другими явлениями признаков, необходимых и случайных черт и т. д.


Какие трансформации диалектики происходят во второй половине XIX и XX в.? Как диалектика трактуется в экзистенциализме?

Западная философия второй половины XIX в. отказывается от диалектики, которая трактуется как софистика, логическая ошибка (Гайм, Гартман). Лишь в конце XIX в. под влиянием обострения социальных противоречий интерес к диалектике возрождается. Однако она трактуется с позиций субъективизма, иррационализма и пессимизма. Так, у французского философа-идеалиста Анри Бергсона (1859–1941) обосновывается иррациональная трактовка единства противоположностей, а само единство рассматривается как «чудо».

В экзистенциализме (Ясперс, Сартр) диалектика трактуется как более или менее случайная структура сознания. В познании природы действует позитивный разум, диалектический же разум, черпающий свои принципы из глубин сознания и индивидуальной практики человека, познает социальные феномены. Другие экзистенциалисты (Марсель, Бубер) теологически трактуют диалектику как диалог между Богом и человеком.

Близким по своим теоретическим установкам и происхождению экзистенциализму является и такое направление в европейской теологии XX в., как диалектическая теология (Барт, Бультман и др.). В рамках этого направления обосновывается «диалектический» путь к утверждению через отрицание и противоречие. Человек может обрести отношение к Богу лишь на пределе своего бытия, лишь будучи «снят» Богом в диалектическом отрицании, происходящем через «свершение» Голгофы.

В основу программы «негативной диалектики», провозглашенной философом-социологом, музыковедом Теодоро Адорно (1903–1969), крупнейшим представителем франкфуртской школы, положен тезис «мыслить негативно», что означает практиковать мышление, самокритично обращенное против заложенной в понятиях тенденции господства, которое становится тотальным для человечества в XX в., когда развитие науки и техники достигает своей высшей точки. В таком мышлении понятийное опосредование подвергается отрицанию, негации, в результате чего непосредственно данное получает приоритет перед понятием. Т. Адорно провозглашает революционный тезис: благом может быть только негативное, нетождественное, нерешенное.

Представитель же второго поколения франкфуртской школы Юрген Хабермас (р. 1929) обосновывает теорию коммуникативного действия. В коммуникативном дискурсе, с этой точки зрения, не только опосредуются взаимопониманием все познавательные акты, начиная с признания объективности мира, но и корректируются личные интересы и влечения. Представителю определенного жизненного мира дозволяются отнюдь не все действия, рациональные с точки зрения успеха, но только те, которые считаются ценностно значимыми с точки зрения других участников дискурса. Важнейшим выводом концепции Хабермаса является то, что подлинная общественная интеграция обеспечивается на путях коммуникативного понимания.

Таким образом, в арсенале современной диалектики все чаще используются идеи диалога, сотрудничества, коммуникативного действия, ненасилия, взаимопонимания, порождающие основы подлинной человеческой истории, единства человечества, при котором взаимоотношения между людьми должны строиться на достойных человека принципах и началах.

3.3. Эвристический потенциал глобального эволюционизма и проблемы развития современной научной картины мира[19]

Каким образом наука подходила к идее принципа глобального (универсального) эволюционизма?

Описание развития на отдельных уровнях организации бытия, атрибутивных свойств многообразных объектов мира, как правило, осуществлялось в классической науке в рамках отдельных научных дисциплин. Долгое время оставался открытым вопрос: как перейти от одного уровня к другому? На него наука не давала убедительных ответов до поры до времени.

Новый подход к решению данного вопроса возник с середины XX в., когда появилась реальная возможность объединить представления об основных структурных уровнях организации (неживом, живом и социальном) в единую, целостную картину мира на основе базисных принципов, имеющих общенаучный статус. Эти принципы учитывают специфику каждой конкретной отрасли знания и в то же время выступают в качестве некоторого инварианта в многообразии различных дисциплинарных онтологий. Если кратко характеризовать тенденции синтеза современных научных знаний, то они могут быть выражены в стремлении построить научную картину мира на основе принципа глобального (универсального) эволюционизма.


Какую роль играла биология в кристаллизации принципа глобального эволюционизма?

Когда наука пришла к этой идее?

Эволюционные идеи, идеи развития имеют достаточно длительную историю, и первая их интерпретация была дана в рамках философского знания (см. выше). Постановка данной проблемы в науке была осуществлена позднее. Наиболее полную разработку принцип эволюции получил в биологии и стал ее фундаментальным положением со времен Чарльза Роберта Дарвина (1809–1882), хотя до настоящего времени он не был доминирующим в естествознании. Дело в том, что в качестве науки-лидера выступала физика, которая транслировала свои парадигмальные установки в соседние отрасли знания. Но физика на протяжении большей части своей истории не включала в явном виде в число своих фундаментальных постулатов принцип развития. Представления же биологии, касающиеся живой природы, не рассматривались как базисные основания мироздания. Поэтому, участвуя в построении научной картины мира, биология, тем не менее, долгое время не претендовала на то, чтобы ее идеи и принципы приобрели универсальный характер и применялись во всех других областях исследования.

Фундаментальная несовместимость классической физики и биологии обнаружилась в XIX в. как противоречие между положениями эволюционной теории Дарвина и второго начала термодинамики. Предпосылкой тому могло стать эволюционное рассмотрение Вселенной в целом, возможное за счет трансляции эволюционного подхода в физику, приводящего к переформулировке фундаментальных физических теорий. Такая ситуация возникла только в науке последней трети XX в. Представления об универсальности процессов эволюции во Вселенной как раз и реализуются в современной науке в концепции глобального эволюционизма. Его идеи позволяют единообразно описать огромное разнообразие процессов, протекающих во всех сферах реальности – неживой, живой природе и обществе.


Какую роль в формировании принципа глобального эволюционизма сыграли идеи общей теории систем?

Чем отличается эволюционный подход в науке XX в. от классического эволюционизма XIX в.?

Глобальный эволюционизм представляет собой принцип, обеспечивающий экстраполяцию эволюционных идей, получивших, прежде всего, обоснование в биологии, а также в геологии, астрономии, химии, на все сферы действительности и рассмотрение неживой, живой и социальной материи как единого универсального эволюционного процесса.

Хотя это принципиальный аспект в понимании глобального эволюционизма, он не исчерпывает содержания данного принципа, не раскрывает механизмов взаимосвязи отдельных структурных уровней материального мира. Сам эволюционный подход в XX в. приобрел новые черты, отличающие его от классического эволюционизма XIX #., который задавал, скорее, идею развития, нежели системные характеристики развивающихся объектов. Новое содержание в концепцию глобального эволюционизма было внесено в 40-50-х гг. XX в., когда были развиты идеи общей теории систем.

Глобальный эволюционизм можно рассмотреть как соединение идеи эволюции с идеями системного подхода. В этом отношении универсальный эволюционизм не только распространяет идею развития на все сферы бытия (устанавливает универсальную связь между неживой, живой и социальной материей), но и преодолевает ограниченность феноменологического описания развития, связывая такое описание с идеями и методами системного анализа. Идеи глобального эволюционизма получили обоснование в современной науке и только после этого они стали рассматриваться в качестве базисного принципа современной научной картины мира.


Какие науки и концепции внесли существенный вклад в обоснование принципа глобального эволюционизма? Какую роль в обоснование глобального эволюционизма внесла концепция расширяющейся и раздувающейся Вселенной?

Наряду с биологией в обоснование глобального эволюционизма внесли свой вклад такие естественнонаучные дисциплины, как астрономия, синергетика, биосферная концепция В.И. Вернадского.

Наряду с эволюционной теорией существенную роль в обосновании глобального эволюционизма внесла концепция расширяющейся и раздувающейся Вселенной. Согласно этой концепции полагалось, что приблизительно 15–20 млрд лет назад из точки сингулярности в результате Большого взрыва началось расширение Вселенной, которая вначале была горячей и очень плотной, но по мере расширения охлаждалась, а вещество по мере остывания конденсировалось в галактики. Последние, в свою очередь, разбивались на звезды, собирались вместе, образуя большие скопления. В процессе рождения и умирания первых поколений звезд происходило синтезирование тяжелых элементов. После превращения звезд в красные гиганты они выбрасывали вещество, конденсирующееся в пылевых структурах. Из газово-пылевых облаков образовывались новые звезды, и возникало многообразие космических тел.

Модель расширяющейся Вселенной существенно трансформировала представления о мире, ибо она включала в научную картину мира идею космической эволюции. Тем самым возникала реальная возможность описать в терминах эволюции неорганический мир, обнаруживая общие эволюционные характеристики различных уровней его организации, и в конечном счете построить на этих основаниях целостную картину мира. В середине XX в. идеям эволюции Вселенной был придан новый импульс. Это было связано с возникновением концепции раздувающейся Вселенной, в рамках которой предпринимались попытки охарактеризовать наиболее загадочный этап в развитии Вселенной, охватывающий промежуток времени от нуля – условного момента Большого взрыва до сотых долей секунды. Ключевым элементом концепции раздувающейся Вселенной было представление о так называемой инфляционной фазе – фазе ускоренного расширения. После колоссального расширения окончательно установилась фаза с нарушенной симметрией, что привело к изменению состояния вакуума и рождению огромного числа частиц.

Новая теория позволяла рассматривать наблюдаемую Вселенную лишь в качестве малой части Вселенной как целого, а это значит, что вполне правомерно предположить существование достаточно большого числа эволюционирующих Вселенных.


Какова роль синергетики в обосновании глобального эволюционизма?

Важную роль в обосновании идей глобального (универсального) эволюционизма сыграла синергетика, занимающаяся изучением систем, состоящих из большого числа частей, взаимодействующих между собой, согласованным состоянием процессов самоорганизации в системах различной природы.

Синергетика как теория самоорганизации выявляла существенные закономерности развития мира. Рассмотрение всех объектов как самоорганизующихся систем, обладающих открытостью, нелинейностью, неравновесностью, создавало научно обоснованную возможность преодолеть разрыв между представлениями о живой и неживой природе. Идеи синергетики приобретали важное мировоззренческое и методологическое значение. Благодаря им обосновывались представления о развитии физических систем и открывались новые возможности для выяснения взаимосвязей между основными этажами мироздания – неживой, живой и социальной материей. Если до синергетики не было концепции, относящейся к классу не философских, а научных теорий, которая позволяла бы свести в единое целое результаты, полученные в различных областях знания, то с ее возникновением появились принципиально новые условия формирования целостной общенаучной картины мира.

Тема 4

Проблема человека в философии: междисциплинарные подходы

4.1. Человек как предмет философского и научного анализа. Образы человека в истории философии и культуре

В чем непреходящая актуальность исследования проблемы человека?

Вопрос о сущности человека, его природе, происхождении и предназначении, месте в мире, ценностях, смерти и бессмертии, смысле человеческой жизни – одна из основных проблем философской мысли. Проблема сущности и бытия человека принадлежит к разряду вечных философских проблем. Проблема эта не только вечная, но и вечно новая, поскольку постоянно изменяются условия жизни, ее содержание, научные знания, сам человек. Замечено, что особенно остро философское осмысление проблемы человека встает в переломные кризисные периоды жизни человеческого общества, требующие максимального напряжения всех духовных и физических сил человека. Проблема человека концентрирует вокруг себя все другие философские вопросы, поскольку любой из них предполагает в своем основании решение проблемы человека, его природы, положения в мире и обществе.


Какие образы человека складывались в истории философской мысли?

В истории философской мысли складывались разные образы человека. У Демокрита человек – часть космоса, единого «порядка» и «строя» природы, микрокосм, отображение и символ Вселенной. Аристотель определяет человека как живое существо, наделенное духом, разумом и способностью к общественной жизни. Р. Декарт в разуме человека видит его специфическую особенность: «мыслю, следовательно, существую». Американский просветитель, ученый Бенжамин Франклин (1706–1790) рассматривает человека как животное, производящее орудия. В классической немецкой философии человек выступает как субъект духовной деятельности, созидающий мир культуры, как носитель общечеловеческого сознания, всеобщего начала – абсолютного духа, разума. И. Кант видит в человеке существо, принадлежащее двум различным мирам – природной необходимости и нравственной свободе. В центре философского учения Л. Фейербаха – человек, понимаемый как венец природы, как гармоничное единство «Я» и «Ты».

Известны и весьма образные определения человека. Французский писатель-гуманист Франсуа Рабле (1494–1553), например, назвал человека животным, которое смеется. А. Шопенгауэр считал, что человек – это трагическое животное, наделенное разумным познанием и инстинктом, правда, недостаточным для уверенных и безошибочных действий. У немецкого философа Фридриха Ницше (1844–1900) главное в человеке – не сознание и разум, а игра жизненных сил и влечений. Марксистская трактовка человека основывается на понимании его как продукта и субъекта общественнотрудовой деятельности. С этой точки зрения, через приобщение к социальной наследственности, к культурным, исторически сложившимся традициям, а также через механизмы биологической наследственности происходит становление человека. Таким образом, каждый человек – неповторимая индивидуальность и вместе с тем частица и носитель родовой общечеловеческой сущности, субъект исторического процесса.


Какие можно выделить проекции человека, учитывая его природное, социальное и конкретно-индивидуальное начало?

В философской традиции человека одновременно рассматривали как природное начало, включенное в многообразие естественных процессов на уровне тела; социальное начало, воспроизводящее в духовном опыте социокультурные связи и отношения; конкретно-индивидуальное начало, реализующее свою свободную волю, судьбу и предназначение.

Соответственно этим началам сформировались следующие основные интерпретации человека: натурализаторская, рационалистическая, экзистенциально-персоналистская и социологизаторская. В рамках натурализаторской концепции человек понимается как элемент природы, подобный животным и подчиненный единым с нею законам функционирования. Образы такого понимания человека – это «человек-машина» эпохи Просвещения; биологизаторские концепции человека, объясняющие законы общества и культуры посредством проведения аналогий с организацией природных сообществ (Э. Уилсон); человек как венец природы (классические версии); человек как несостоявшееся животное, тупик природного развития (ряд подходов неклассической философии, начиная с Ф. Ницше).


Почему в последнее время обостряется интерес к натурализаторским концепциям человека, его природы?

В начале XXI в. неожиданно обостряется интерес к проблеме природы человека. В течение большей части XX в. в интеллектуальной жизни Запада было широко распространенным отрицание природы человека. Особое внимание привлекает сегодня генетика человека, в частности, то, что связано с изучением его генома, нейронаука, изучающая мозг как основу человеческого поведения, различные биомедицинские науки, способные вызвать глубокие и радикальные изменения в человеке посредством воздействия на него. Возникает вопрос, есть ли у человека такое нечто, что остается и будет оставаться инвариантным при всех воздействиях на человека и его изменениях; вторая же сторона этого вопроса задает дискуссиям о природе человека иные измерения: а должно ли быть нечто, что при всех этих воздействиях и изменениях стоит сохранять, оставлять неизменным (Б. Юдин).

Происходящие в современных биомедицинских науках процессы, достижения и строящиеся прогнозы некоторые авторы характеризуют как биотехнологическую революцию. Эта революция, как отмечает американский философ Ф. Фукуяма, не просто нарушение или ускорение размеренного хода событий. Она приводит к тому, что будущее человечества вовсе не является предопределенным, оно оказывается открытым, в решающей мере зависящим от наших нынешних решений и действий. В результате открытий и достижений в ряде взаимосвязанных областей, помимо молекулярной биологии, включая когнитивные науки о нейронных структурах мозга, популяционную генетику, генетику поведения, психологию, антропологию, эволюционную биологию и нейрофармакологию, открываются беспрецедентные возможности изменения природы человека – изменения, быть может, столь глубокого, что возникает вопрос, а какое будущее нас ждет: человеческое или постчеловеческое?

Самая существенная угроза, исходящая от современной биотехнологии, – это возможность изменить природу человека и таким образом привести в постчеловеческую стадию истории. Природа человека обеспечивает устойчивую непрерывность нашего существования как вида и вместе с определенной системой ценностей формирует и ограничивает возможные виды политических режимов. Если же какая-либо технология окажется достаточно могущественной, чтобы переформировать нас, то это будет иметь пагубные последствия и для либеральной демократии, и для природы самой политики.


В чем особенность рационалистической парадигмы человека?

Рационалистическая парадигма сущностные особенности человека связывает с наличием у него разума, сознания, целеполагающей, в отличие от животного, деятельности. Причем разум здесь рассматривается как основание не только человеческого, но и природно-космического существа, в противоположность натуралистической концепции, трактующей разум как естественное развитие животных инстинктов. Разум – это то начало, посредством которого наиболее радикально преодолевается естественно-природное в человеке. Не случайно, что критика разума совпала в философии с апологией жизни. Наличие сознания и рационального мышления является одним из самых очевидных отличительных признаков человека, тем более что, как писал Р. Декарт, «здравомыслие – вещь, распределенная справедливее всего». Едва ли в философии кого-то можно упрекнуть в недооценке разума и сознания при определении человека. Наличие же при этом других интерпретаций вытекает из стремления объяснить происхождение самого разума. Для рационалистической философии разум лежит в основании не только человеческого, но и природно-космического бытия.


Что характерно для социологизаторской программы человека?

Социологизаторская программа рассматривает человека как продукт не столько биологической, сколько социальной эволюции. Человек обретает себя только в обществе, где в процессе социализации реализуются его генетически унаследованные качества. Так, в марксистской концепции сущность человека есть «совокупность всех общественных отношений». В структурализме человек предстает как элемент и производная функция от обусловливающих его различных социальных структур и политических факторов. Будучи практически лишен возможности индивидуального выбора и свободы, человек в структурализме и постструктурализме задан лишь как точка пересечения различных дискурсивных практик культуры и общества, носитель предписанных извне социальных ролей, но не как автономная и свободная личность.


Что отличает экзистенциально-персоналистскую стратегию?

Экзистенциально-персоналистская стратегия понимания человека, характерная для неклассической философии, рассматривает его как особое начало в мире, не сводимое к внешним законам, а объясняемое с точки зрения индивидуально-неповторимого опыта и судьбы, уникальности, подлинности, свободы выбора, таких феноменов человеческого бытия, как страдание, страх, одиночество и др. Протестуя против возможности навязывания человеку общих стандартов и ценностей, вне зависимости от их природного или социального характера, Ж.-П.Сартр писал, что «у человека нет природы». Существование человека в мире – это всегда уникальный опыт свободы, посредством которой человек творит как внешний мир, так и самого себя. Любые попытки подвести человека под единые сущностные характеристики приводят к стандартизации и деиндивидуализации человеческого «Я», оправдывающей безликость и анонимность толпы, но не личности. Человеку же необходимо осознать себя в своей принципиальной уникальности, несовпадении с другими, что является основанием для обеспечения своего подлинного существования как индивидуальности и творца.


В чем заключается отличие понимания человека в восточной и западной цивилизациях?

Отличие понимания человека в восточной цивилизации от понимания человека в западной цивилизации касается отношения человека к самому себе, миру, природе, обществу. Для человека восточной цивилизации характерна неразрывная связь с природой, нацеленность на гармоничное вживание в природу, в окружающую среду, а не стремление к деятельному ее изменению, как это свойственно человеку западной цивилизации. Такой идеал бережного отношения к природе выражал, например, принцип «у-вэй» – недеяния, сложившийся в древнекитайской культуре и означавший не пассивное бездействие, а следование естественному порядку мира, установку на минимальное вмешательство в этот порядок. Для человека же западной (техногенной) цивилизации была характерна иная установка, согласно которой человек, вооруженный знаниями, должен покорять, изменять, подчинять себе природу, рассматривая ее как мастерскую, безграничную кладовую для удовлетворения своих потребностей и распространяя такое силовое отношение и на социальное переустройство мира. Вектор активности восточного человека, в отличие от западного, направлен не вовне, а на внутреннее самосовершенствование, самопознание. Наглядны в этом плане основные нормы буддистской этики, нацеленные на глубокое сосредоточение, невозмутимое размышление и полное избавление от страданий в нирване. Если в западной цивилизации двигателем прогресса и активным сторонником нововведений был индивид, гражданин-собственник, то в древневосточных цивилизациях принимались лишь те новации, которые соответствовали нормам корпоративной этики и интересам государства, что явилось основой отсутствия свободы выбора, равноправия и демократии в европейском понимании этих явлений. Определяющими моментами жизни человека в древневосточных цивилизациях были устойчивость, неподвижность, традиционность, определенные общественные установления, обычаи, обряды, бережное отношение к социальному и культурному наследию, канонизированному стилю мышления. Для человека же западной цивилизации приоритетными ценностями являются активная суверенная личность, ценность инноваций и прогресса, индивидуальные свободы и права, чувства гражданина, социального выбора своих действий.


Каков статус на современном этапе проблемы философии человека, может ли культура XXI в. ограничиться при изучении феномена человека знаниями о нем, возникающими в отдельных науках?

При всем интересе к проблеме человека на современном этапе обнаруживаются существенные расхождения в понимании характера и предмета философии человека, философской антропологии, реального содержания этих понятий, специфических черт и признаков, которые отличают и характеризуют подлинную философию человека. Более того, несмотря на признание вечности и приоритетности этой темы в философской рефлексии, постмодерн объявил «смерть человека» как того уникального самодостаточного начала в системе бытия и познания, которым оно выступало в классических подходах.

Исследования человеческой мысли показывают, что культура при всем значении научного описания человека не может ограничиваться только им, знанием необходимым, обязательным, но не достаточным, ибо оно все же знание о существующем, но не о должном, знание о каком-то конкретном измерении человеческого бытия (его памяти, способностях, темпераменте и т. и.), но не о человеке как целостном существе, вопрошающем о смысле жизни, своих ценностных устремлениях, конечности, своем долге, достоинстве, смерти и бессмертии. Ни одна частная наука, кроме философии человека, не может обосновать систему ценностей, на которые должен ориентироваться человек и отдельные науки, в том числе и науки о самом человеке (биотехнология, генная инженерия, биоэтика, трансплантология и т. и.). Кроме того, определенная философская концепция человека, как подчеркивает современный философ Джозефф Агасси, лежит в основании любой психологической, социологической, экономической, лингвистической или кибернетической теории (и наоборот, по принципу обратной связи, развитие этих научных областей способствует определенной ревизии общефилософских концепций человека).


Почему в философском осмыслении проблемы человека необходим синтез частных наук?

Адекватное представление о человеке может быть получено на пути синтеза частных наук, который возможен как результат философского осмысления научных данных о человеке. При таком подходе человек выступает как своеобразная точка пересечения различных проекций человеческого бытия, включающего в себя и его природные, и социальные, и культурологические, и личностно-уникальные измерения. Философское определение человека должно включать в себя описание целостного опыта существования личности в соотнесенности ее с такими началами, как природа, общество, Бог. Являясь точкой пересечения этих различных проекций бытия, человек может быть в самом общем плане определен как конкретно-историческое единство микрокосма, микротеоса и микросоциума. Подобный интегративный статус антропологической проблематики обусловливает ее особую востребованность в философском и культурном дискурсах, поскольку вместе с человеком приобретает смысл и органичность история и Универсум, определяются ценностные стратегии общества, формируются жизненные идеалы личности. Здесь же следует искать причину непреходящей значимости и вечности этой темы для развития общества и познания, ведь, изменяя себя и мир, человек обречен на постоянную переинтерпретацию своей сущности.


Какие выделяются ипостаси человеческого бытия?

Для описания различных ипостасей (сущностей) или характеристик изучения человека с точки зрения его родовой принадлежности, социальных отношений и собственной уникальности используются понятия индивид (от лат. indi-viduum – неделимый), индивидуальность (неповторимое своеобразие отдельного существа), личность (от лат. persona – маска, роль актера).


Что выражает понятие «индивид»?

В понятии «индивид» воплощается родовая принадлежность человека. У человеческого зародыша в генах заложены природные предпосылки для развития собственно человеческих признаков и качеств. Так, строение руки предполагает возможность использования орудий труда, структура мозга обеспечивает перспективу развития интеллекта, строение тела младенца – возможность прямохождения, а также других особенностей человека, что в совокупности отличает его от детеныша животных (которого сразу же после рождения и до конца жизни называют особью, а не индивидом).

Таким образом, когда мы говорим о конкретном человеке, что он индивид, мы по существу утверждаем, что он потенциально является человеком, и, появляясь на свет как индивид, человек постепенно становится личностью, обретая свое особое измерение и качество.

С логической точки зрения индивид является последним звеном в цепи род – вид – индивид, где род и вид (соответственно человечество – человек) – общие понятия, а индивид, отличаясь от других индивидов, представляет собой самостоятельную конкретную сущность. Средневековый логик Парижского университета Боэций (480–524) в трактате «Утешение философией»[20] пояснял смысл понятия индивида как далее неделимого свойства человека: «Разделены могут быть только те (вещи), которые являются общими для многих… Напротив, совокупность свойств индивида ни для кого не является общей. Например, свойства Сократа: допустим, он был лысый, курносый, с отвислым животом, – ни эти, ни все прочие очертания его тела, ни взгляды, ни черты характера… не подойдут никому другому».


Что включается в понятие «личность»?

Индивид уже в детстве включается в исторически сложившуюся систему социокультурных отношений, усваивает через воспитание и обучение функционирующие в обществе программы деятельности, общения и поведения, и только благодаря этому становится личностью, т. е. человеком, не похожим на других, по-особому действующим, мыслящим, любящим, включенным в систему социальных отношений как субъект и соучастник исторического процесса. Следовательно, личность обозначает системно-социальное качество, которое индивид приобретает в предметно-практической и духовной деятельности и общении, показывая меру преломления и представленности общественных отношений в индивиде. Индивид и личность едины и вместе с тем не тождественны друг другу, поскольку личность – это особое, социальное качество индивида, реализующееся благодаря его включению в социокультурное пространство и усвоению через воспитание и обучение наработанных человечеством знаний, норм и образцов поведения, общения, деятельности. Именно поэтому, говоря о личности, мы наделяем ее такими характеристиками, как уникальность, неповторимость, своеобразие.

Многие мыслители стремились запечатлеть подобные характеристики уникальности личности. Так, Боэций дал определение личности, ставшее в некоторой степени классическим: «Личность – это индивидуальная субстанция разумной природы». Другие указывали, что уникальность личности – это ипостась, отличная от других благодаря своеобразию, относящемуся к достоинству. В этих определениях фиксируются такие существенные черты личности, как нечто самостоятельное, одаренное разумом^ обладающим достоинством.

Фома Аквинский провозгласил личность «тем, что является наиболее совершенным во всей природе», и считал существенным для личности быть господином своих действий, «действовать, а не приводиться в действие». Выработанное в средневековой культуре понимание личности относилось прежде всего к Богу, и человек мыслился как личность, созданная по образу и подобию Божьему. В эпоху же Возрождения личность стала отождествляться с яркой, многосторонней реальностью, способной достичь всего, чего захочет. В Новое время самым важным в личности считалось сознание и самосознание человека, его разум, совесть. Для И. Канта личность основана на идее морального закона, что дает ей свободу по отношению к механизму природы, личность отличается от других вещей тем, что она есть не средство, а «цель сама по себе», и требование относиться к человеку в соответствии с этим является высшим этическим принципом.

Многомерность личности, выражающаяся в различных подходах к ее изучению, и составляет сущность личности. Человек с такой точки зрения предстает: как результат и участник историко-эволюционного процесса, носитель и творец социальных программ поведения, общения и деятельности, в ходе которого осуществляется как становление личности, так и преобразование природы, общества и самого себя; как субъект свободного, ответственного и целенаправленного выбора своего жизненного пути и поведения, как целостная, автономная, устойчивая система уникальных и неповторимых индивидуальных качеств. История развития представлений о личности предстает поэтому как история открытия различных ее измерений.


Что означает понятие «индивидуальность»?

Личность конкретного человека обладает только ей присущими чертами и характеристиками, образующими ее индивидуальность, составляющими своеобразие человека, его предназначение, судьбу, характер, отличие от других представителей человеческого рода.

Индивидуальность проявляется в специфических характеристиках и чертах темперамента, характера, познавательного процесса (ощущения, воображения, мышления, памяти), способностей, личностных интересов и привычек, индивидуальном стиле общения, поведения и деятельности и т. д.

В своей индивидуальности личность абсолютно неповторима, уникальна. Вписываясь в систему межличностных отношений, специфические черты индивидуальности проявляются и реализуются в соответствующих видах деятельности (материально-практической, социально-политической, духовной, спортивной и т. д.).


Как можно выразить соотношение понятий «индивид», «личность», «индивидуальность»?

Подлинным основанием и движущей силой становления и развития личности выступает совместная с другими представителями человеческого рода деятельность и совместное существование, постоянно воспроизводящий себя диалог в различных сферах, преобразование своих поступков, отношений с другими людьми и самого себя, благодаря чему и осуществляется реализация индивидуальности и обогащение жизни общества.

Соотношение понятий «индивид», «личность» и «индивидуальность» может быть выражено следующей формулой: Индивидом рождаются (поскольку он продукт антропогенеза). Личностью становятся (учитывая, что это индивид, усвоивший общественно-исторический опыт и активно представляющий себя в соответствующих видах деятельности конкретного общества). Индивидуальность отстаивают (ибо индивид преобразует мир и себя на основе только ему присущих качеств и индивидуального стиля жизни и деятельности). Каждый человек на свой лад выражает человечество через своеобразное смешение его элементов. Именно прекрасная индивидуальность есть вечное в человеке, и только она может быть бессмертной. В тайне индивидуальности скрыта сущность и судьба человеческой природы. Воплощение всеобщих изменений и ценностей в индивидуальном опыте обеспечивает неповторимость и самобытность личности как носителя социальности, представителя определенной культуры, социальной группы, самореализованной индивидуальности.


Какие характеристики человека можно дать в рамках двуединой модели?

Каждый конкретный человек представляет собой уникальную ценность. Многомерные измерения человеческой личности высвечивают самые разные его характеристики через описание его типологических особенностей. В рамках двуединой модели человек понимается как биосоциальное существо, генетически и функционально обусловленное эволюционным развитием природы и общества. Здесь своеобразно переплетаются два типа программ наследования (генетических и социокультурных), два типа потребностей (биологических и социальных) и т. д. Такая двуединая модель понимания человека выявляет наиболее обоснованные, научно и фактически признанные стороны и закономерности изучения человека. Вместе с тем, оставаясь в рамках двуединой модели человека, весьма сложно исследовать отдельные черты человеческой индивидуальности, ее неповторимости, уникальности.


В чем сущность триединой модели человека?

В философии сложилась и более объемная целостная, так называемая триединая модель человека, рассматривающая его в единстве таких составляющих, как тело, душа и дух. Рассматривая человека с точки зрения таких в большей степени философских, чем научных ипостасей, следует иметь в виду, что реальный человек представляет собой неразделимое единство телесного, психического и духовного начал, каждое из которых дополняет и конкретизирует друг друга.


Что выражает философская категория тела?

Понятие тела в философии подчеркивает прирожденные основы человека, жизненно необходимую связь человека и природы, его особенности как биологического вида. Хотя следует иметь в виду, что, несмотря на то что тело человека генетически и функционально обусловлено природноестественными факторами, все же оно не является лишь природным элементом. Тело человека представляет собой продукт и социокультурной эволюции. Тело человека выступает одновременно и как элемент природы (механизму организм и т. д.), и как собственно человеческое тело, рассматриваемое не только с точки зрения его биологических особенностей, но и через призму таких исключительно человеческих чувств и состояний, как стыд, смех, плач, страдание и т. и. На существующие в философии и культуре образы тела непременно переносятся сложившиеся представления о природе в целом, в результате чего философская категория тела становится действительным символом микрокосма, воспроизводящего в миниатюре структуру и динамику жизни и Универсума.


Каково содержание представлений о душе?

Понятие души выражает исторически меняющееся воззрение на психику и внутренний мир человека; в религии душа – это понятие об особой нематериальной основе, независимой от тела. Тема души в философии имеет глубинные корни. Уже в школе Пифагора формируется учение о бессмертии, а также о переселении души (от греч. metempsychosis – переодушевление), первоначально возникшее в Индии и Египте. Учение о переселении души, ее восхождении и нисхождении по иерархической лестнице живых существ, определяемых нравственными достоинствами личности умершего, воспринял Платон. В диалоге «Федон» он дает несколько доказательств бессмертия души. Согласно одному из них, душа есть самый принцип жизни, а поэтому она не может быть подвержена смерти; согласно другому, знание есть припоминание того, что душа видела в мире истинного бытия до вселения в земное тело.

Древнегреческий философ Аристотель в своем сочинении «О душе» впервые в систематической форме излагает учение о душе (психологию). По его мнению, наука о душе относится к теоретическим наукам и примыкает к физике и биологии. Душа есть источник жизни, она не может быть ни тонкой телесной, ни бестелесной основой, ибо она не может мыслиться отдельно от движимого ею тела, без которого она не может быть реальным принципом ни жизни, ни познания. Души самой по себе нет, но есть живое существо, состоящее из души и тела. Для Эпикура все живое смертно, бессмертны лишь атомы, из которых они состоят. Стоики (например, Зенон) считают, что только разум бессмертен.

Христианская традиция в учении о душе исходила из противопоставления души животных и человека. Считалось, что человек создан по образу и подобию Бога и именно его бессмертная душа есть дыхание и свет Божий. Собственная душа человека у Августина Блаженного становится загадкой и тайной человека, которая может быть спасена через самопонимание, исповедальное осознание уникального личного опыта и тем самым приближение себя к Богу, к духовности. И в философских, и в религиозных учениях душа является субъектом свободы воли, той основой, которая индивидуализирует человека. Бессмертная в религиозной традиции душа очерчивает сроки земного существования человека.


Что передает понятие «дух»?

Понятие духа связано не столько с описанием индивидуальности, сколько всеобщего в человеке. Царство духа – это система высших ценностей, сфера человеческой культуры с ее нормами, идеалами, смыслами. В отличие от понятия души понятие духа включает относительную независимость от стихии эмоциональных переживаний, акцентирует объективную значимость своего содержания, разумность, социальность, общезначимость и надындивидуальное^ своих законов. Началами, составляющими основу всеобщности личности и, соответственно, конкретизирующими идею духа, в философии чаще всего назывались разум и социальность. Два самых популярных определения человека, принадлежащих Аристотелю, отсылают нас именно к этим характеристикам: «Человек – это разумное животное» и «Человек – это политическое животное». При этом свойства разумности и политичности (социальности) в равной степени акцентируют общезначимость и надындивидуальность своих законов.

4.2. Происхождение человека. Основные концепции антропосоциогенеза. Антропогенез и культурогенез. Сознание как предмет философского осмысления

Каковы более ранние модели происхождения человека?

Важное значение для понимания сущности человека, путей развития общества имеет выяснение вопроса о происхождении человека и его сознания. Антропосоциогенез (от греч. anthrepos – человек; societas – общество; genesis – происхождение) – учение, объединяющее в себе различные представления о происхождении и становлении человека и общества в процессе их социокультурного взаимодействия. Существует несколько подходов к решению проблемы происхождения человека. Наиболее ранние подходы связаны с различными мифологическими концепциями о рождении человека из земли, воды, воздуха или космоса. На смену мифологическому мировоззрению пришло религиозное, в рамках которого была обоснована креационистская (от лат. creatio – творение, создание) модель происхождения мира и человека. Для различных религий мира характерны: во-первых, вера в божественное происхождение жизни и человека; во-вторых, признание души как источника жизни, того, что выделяет человека из царства животных. Человек, согласно религиозной теории, отличается от всех животных тем, что получил свою бессмертную душу от Бога.


В чем сущность креационизма, в том числе «научного» креационизма?

Религиозное учение о сотворении мира Богом из ничего получило название креационизма. На это учение опираются такие теистические религии, как иудаизм, христианство, ислам. Творение человека описывается в Библии как особый акт, в результате которого Бог непосредственно сообщает человеку «дыхание жизни», т. е. динамику существования, в котором биологическое соединено с духовным – со свободной и сознательной самореализацией тварной личности, изначально призванной к превосхождению своей тварной ограниченности через ответный, бескорыстный акт любви к Богу.

Специфической формой креационизма является так называемый научный креационизм. Эта форма креационизма получила развитие в рамках протестантского фундаментализма в США в 60–80 гг. XX в. в связи с усилением борьбы против эволюционного учения. Для «научного» креационизма характерен отказ от любых попыток использовать достижения наук о природе для переосмысления содержания библейского учения о творении мира; многоплановое обоснование библейской версии творения с помощью интерпретации новейших данных естествознания; оценка эволюционного учения как конкурирующей концепции, уступающей «научному» креационизму в научной обоснованности.

Креационизм следует рассматривать не только как историко-культурный феномен, значение которого связано с отдаленным прошлым. Его сторонники имеются и в современной философии и науке, дают религиозную интерпретацию, например, феномена Большого взрыва, указывают на то, что шесть дней Творения, описанные в Библии, в целом соответствуют научным представлениям об эволюции Земли и жизни. Скачкообразный характер смены основных геологических эр, с их точки зрения, подтверждает в большей степени библейскую историю об отдельных днях творения, чем научную версию последовательной эволюции жизни. В вопросах об антропогенезе современные креационисты отмечают, что собственно человек возникает лишь раз, на последней ступени лестницы живых существ. Известные палеонтологические находки его гоминидных предков могут с известной долей допущения характеризовать биологическую эволюцию человеческого тела. Своеобразие же человека связано не столько с телом, сколько с душой, человек как носитель разума, воли и нравственности не может быть обусловлен природными факторами. Высшие, божественные, духовные свойства возникают вопреки природе и могут быть объяснены лишь предположением об их внеприродном источнике, Боге.

В качестве современных модификаций креационизма могут быть рассмотрены и популярные сегодня уфологические концепции антропогенеза (от англ. UFO – НЛО), связанные с попыткой объяснить возникновение человека участием внеземного разума.

Сильной стороной креационизма является очевидный моральный пафос этого учения, связанный с рассмотрением человека и человечества как наиболее значимых величин в структуре Универсума.


В чем особенность естественнонаучных представлений о происхождении человека?

Естественнонаучные представления о происхождении человека возникали по мере развития биологии, антропологии, а позже – генетики. Наибольшую известность во второй половине XIX в. получила эволюционная теория Ч. Дарвина. В своих работах «Происхождение видов путем естественного отбора» (1859), «Происхождение человека и половой отбор» (1871) и других Дарвин обосновал идею появления различных видов животных в ходе эволюционного развития. В основе эволюции лежит естественный отбор. Главную причину изменчивости организмов Дарвин видел в изменениях окружающих условий жизни. В процессе борьбы за существование выживают те животные, которые в наибольшей степени приспосабливаются к меняющимся условиям существования. В соответствии с эволюционной теорией человек как особый биологический вид также имеет естественное, природное происхождение и генетически связан с высшими млекопитающими. Психика человека, его способность мыслить, трудиться есть многократно усиленные естественным отбором инстинкты, низшие формы которых есть и у животных. Эволюционная теория в определенном смысле растворяла человека в животном царстве. Дарвин не дал четкого ответа на вопрос, что именно послужило причиной выделения человека из животного мира.

Ответить на этот вопрос попытался Ф. Энгельс в своей теории происхождения человека. Указав на целый ряд природных и социальных факторов становления человека, Энгельс впервые указал на особый статус труда в антропогенезе. Он выделил труд в качестве главной причины превращения обезьяны в человека. Труд – это целесообразная деятельность по преобразованию вещества природы с использованием орудий труда. Трудовая деятельность, считал

Энгельс, присуща только людям и выступает основой существования человеческого общества. Труд создал человека, привел к развитию мозга, появлению сознания и речи.


Какова роль труда в происхождении человека?

Труд как целенаправленная деятельность человека по преобразованию природной действительности с использованием орудий труда становится сущностной характеристикой человека. Вопрос о том, почему наши гоминидные предки стали трудиться, до сих пор не имеет однозначного ответа в науке и философии. Ф. Энгельс полагал, что причиной этого стало глобальное изменение климата и похолодание, в результате чего гоминиды вынуждены были спуститься с деревьев и искать новые возможности выживания. На учете внешних причин (изменение климата, ландшафта, мутации и т. и.) строит также свою концепцию антропогенеза современное естествознание. В философских моделях мы можем найти ряд несколько иных оригинальных версий решения этого вопроса. Например, по мнению представителя «философской антропологии» немецкого ученого Арнольда Гелена (1904–1976), человек изначально был обречен на труд в силу своей природной слабости и неспециализированности. Если остальные животные приспособлены к определенной среде обитания, еде, хищникам и т. и., подтверждением чему служит наличие у них специальных органов или окраски, то человек от природы слишком плохо оснащен. Он не слишком силен, быстр, незаметен и т. д. Именно эта неспециализированность и обусловила, с точки зрения А. Гелена, необходимость труда как специфически человеческого средства выживания.

Под влиянием труда сформировались специфические качества человека: сознание, язык, творческие способности. Эти выводы были сформулированы Ф. Энгельсом в работе «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» (1896).


Каков статус концепций Ч. Дарвина и Ф. Энгельса о происхождении человека в современной науке?

На протяжении XX в. исследования археологов, палеонтологов, этнографов в определенной мере подтвердили основные положения Ч. Дарвина и Ф. Энгельса. Были найдены останки существ, которые занимают промежуточное положение между древней человекообразной обезьяной и современным человеком. Однако на многие вопросы, связанные со становлением человека, не существует однозначных ответов. Так, не объяснен в достаточной степени процесс развития мозга человека и человеческого разума. Высказывается множество других гипотез, в том числе идеи о внеземном возникновении жизни и человека.

Проблема происхождения человека и сегодня находится в стадии научного изучения. Современная наука свидетельствует, что именно эволюция представляет собой основополагающий фактор многообразной жизни Универсума. Бурное развитие такой молодой науки, как синергетика (наука о самоорганизующихся системах, рожденная в 80-е гг. XX в.), раскрыло наличие в неживой, живой и социально-исторической реальности механизмов самоорганизации, перехода от хаоса к порядку, в свете которых «жизнь, заведомо укладывающаяся в рамки естественного порядка, предстает перед нами как высшее проявление происходящих в природе процессов самоорганизации»[21]. Достижения естествознания свидетельствуют о длительном возрасте Земли, о процессе эволюции и его длительной истории. Научные методы дали науке геологические «часы», с помощью которых стало возможным изучение гигантских эпох, отстоящих от нас на сотни миллионов и даже миллиарды лет.

Превращение животных (гоминидов) в людей не могло быть неким мгновенным, одноактным событием. Процесс становления и развития человека – антропогенез – носил длительный эволюционный характер и был неразрывно связан со становлением общества – социогенезом. Становление человека и становление общества – две тесно связанные стороны единого по своей природе процесса – антропосоциогенеза, длившегося более 3 млн лет.


Какие альтернативные концепции антропогенеза можно выделить? В чем сущность игровой модели происхождения и развития человека и культуры?

Несмотря на признание и приоритет эволюционной и трудовой концепций антропогенеза, существуют и альтернативные подходы, связывающие происхождение человека с возникновением человеческой культуры (культурогенез), поскольку именно культура формирует человеческий разум и человеческое тело, а возникновение отдельных форм культуротворчества – морали, искусства, философии и других никак не вписывается в модель практической целесообразности. Такими версиями происхождения и развития культуры являются, во-первых, игровая модель Й. Хёйзинги («Человек играющий», 1938); во-вторых, психоаналитическая модель 3. Фрейда.

В рамках первой модели игра рассматривается как основа происхождения религии, искусства, права, философии и подобное, как форма свободной творческой активности, где человек может реализовать свою свободу, отвлечься от бесконечных надо, гнета повседневности, практической целесообразности и выгоды. Нидерландский историк и философ Йохан Хёйзинга (1872–1945) выявляет роль культуры во всех сферах человеческой жизни и во всей истории в целом, для него вся культура – игровая, игра больше, чем культура, всякая форма культуры есть игра именно потому, что она развертывается как свободный выбор и есть «действие, протекающее в определенных рамках места, времени и смысла, в обозримом порядке, по добровольно принятым правилам и вне сферы материальной пользы и необходимости»[22]. Анализ известных архаичных форм культурного творчества позволяет Й. Хёйзинге сделать вывод, что они организуются и функционируют по правилам игры. Игрой-представлением являются религиозные культы с их условной символикой ритуальных масок и танцев. Из игры-состязания вырастает война с ее непременными парадами и единоборствами. Право, искусство, философия или наука – все они в равной мере обязаны своим происхождением не труду, но игре, порождая в своей совокупности органичноусловный континуум духовной культуры. Homo ludens, «Человек играющий», с этой позиции оказывается более предпочтителен, чем Homo faber, «Человек умелый». Подобно тому как в индивидуальном развитии ребенок приобщается к миру взрослых через игру, а не труд, так и, играя, человечество вступило в свою историю. При этом взрослые (люди и культуры), занимаясь бизнесом, политикой, образованием и т. и., фактически продолжают те же детские игры, подчас забывая о том, что это игра, придавая ей статус важной работы и переворачивая первоначальную оппозицию серьезности игры и несерьезности дела.


В чем сущность психоаналитической модели антропо- и культурогенеза?

Следующая оригинальная версия антропо- и культурогенеза – это психоаналитическая модель 3. Фрейда, согласно которой возникновение культуры и человека обусловлено появлением культа, фундаментальные основания которого составляют тотем и табу. Возникновение их стало по модели австрийского врача-психиатра и психолога Зигмунда Фрейда (1856–1939) результатом эдиповой драмы, разыгравшейся в первобытной орде и связанной с восстанием сыновей против отца.


Чем отличается семиотическая концепция антропо- и культурогенеза?

Еще одна оригинальная версия антропогенеза – это семиотическая концепция антропо- и культурогенеза. Она рассматривает культуру как специфическую знаково-символическую реальность, основой и универсальным посредником между человеком и миром в которой является язык. Человек становится субъектом той или иной культуры, лишь овладев ее языком, причем в качестве языка могут выступать различные феномены, начиная от систем родства и кончая властными структурами, т. е. язык становится подлинным создателем культуры. Язык способен быть средством выражения, средством общения, частью социальной организации и культуры, а также соответствующим «образом мира».

Язык, традиционно рассматриваемый как средство общения и коммуникации, в рамках семиотической и структуралистской моделей превращается в подлинного демиурга (создателя) культуры и человека. Согласно французскому социологу и этнографу Клоду Леви-Строссу (р. 1908), автору классической для этого подхода работы «Структурная антропология» (1985), «не человек говорит посредством языка, но язык говорит посредством человека», диктуя нужные слова, грамматику, интерпретации. Человек становится субъектом той или иной культуры, лишь овладев ее языком.


В чем привлекательность феномена сознания как объекта исследования?

Люди издавна испытывали огромный интерес к сознанию, к своему разуму, считая его важнейшим достижением человека. Это действительно самый поразительный и загадочный феномен жизни, возникающий на определенном уровне развития материи. С помощью сознания, разума человек выходит за пределы самого себя, проникает в прошлое и грядущее – в то, чего уже или еще нет, вторгается в дали космоса и глубины микромира, куда не может проникнуть физически.


Какие науки обращаются к изучению сознания?

В настоящее время все больше увеличивается круг наук, которые вовлекаются в исследование сознания. Такие исследования ведут философия, антропология, социология, психология, физиология, физика, представители технических наук и информатики.

Исследуемые в отдельных науках аспекты сознания оказываются достаточно далекими друг от друга и к тому же не соотносятся с сознанием как с некоторым целым. Каждая из наук пользуется собственными методами, схемами, идеалами рациональности, объективности, строгости, научности, т. е. такого рода исследования носят скорее монодисциплинарный характер. Хотя сейчас и расширяются междисциплинарные исследования, следует признать, что проводящиеся ныне исследования феномена сознания остаются во многих случаях концептуально разобщенными. Скорее следует говорить не об одном едином понятии сознания, а о целом ряде специфических понятий, используемых в самых различных областях знания.

Общественные науки, включая психологию, изучают формы общественного сознания – правовое, политическое, нравственное, эстетическое, экономическое. Естественные науки, к которым иногда относят и психологию, исследуют преимущественно состояния индивидуального сознания, их механизмы и материальный субстрат. Технические науки анализируют и моделируют отдельные функции сознания, к которым относятся распознавание образов, память, интеллект. Эти формы также изучаются и психологией.


Что включает в себя философское понятие сознания?

Философское понятие сознания является интегрирующим ключевым понятием для анализа взаимоотношений человека с действительностью, характеристики одного из фундаментальных свойств высокоорганизованной материи, которое заключается в активной, творческой способности человека как социального существа отображать и познавать объективный и субъективный мир в форме идеальных образов, включая экзистенциально-феноменологические и психоаналитические традиции.

Таким образом, сущность философского исследования феномена сознания заключается, во-первых, в выявлении онтологического статуса сознания. С этой точки зрения, сознание осуществляется при помощи мозга, но сознание – не функция мозга самого по себе, а функция специфического типа взаимоотношения социально развитого человека с миром. Такая характеристика сознания предполагает выяснение онтологических истоков сознания в тех формах организации материи, которые предшествуют человеку в процессе ее эволюции.

Во-вторых, важной чертой сознания является его характеристика в гносеологическом аспекте. В этом плане сознание есть отражение действительности, возникающее в результате формирования таких телесных органов, как нервная система и ее наиболее высокоорганизованный отдел – головной мозг.

В-третьих, сознание суть идеальное, его бытие проявляется в форме идеальных образов.

В-четвертых, сознание есть не только отображение деятельности, но и отношение к ней. Этим определяется ценностный и вместе с тем личностный аспект сознания, наиболее ярко выражающий социальную природу сознания.

В-пятых, сознание обозначает высший уровень психической активности человека, позволяющей благодаря идеальному предвосхищению практической деятельности человека придавать ей целенаправленный характер.

В-шестых, философское осмысление сознания предполагает анализ предпосылок развития сложнейших форм самосознания, саморефлексии человека, уникальности и неповторимости переживания системы своих отношений к реальности, социуму, другим людям и самому себе.

В-седьмых, сознание характеризуется многоуровневой структурой, включающей в качестве своих компонентов различные формы индивидуального и общественного сознания, сознательного и бессознательного, чувственного и рационального.

В-восьмых, философская рефлексия XX в. наряду с субстанциально-функциональной, социокультурной парадигмами выявила и другие, не менее важные измерения сознания, связанные с формированием экзистенциально-феноменологической и психоаналитической традициями, где акцент делается на описании опыта индивидуального сознания при одновременном творческом внесении личностных смыслов в действительность (Гуссерль, Сартр, Ясперс, Фрейд и др.).


Каким предстает сознание в современной философской рефлексии?

В противоположность классическим онтологическим моделям, сознание в современной философской рефлексии предстает не как феноменология духа, но сам мир предстает как феномен человеческого сознания, которое при таком подходе трактуется не столько как отражение, сколько осмысление, творческое конструирование смысла действительности, задающее и формирующее мировоззренческое видение «жизненного мира» человеческого бытия. Поэтому истинное бытие сознания многовекторно в своей целостности и сложности, включая дорефлексивные и рефлексивные аспекты, сознательное и бессознательное, «архетипы» и ассоциации, онтологические и гносеологические измерения, самосознание и самоидентификацию в непрекращающемся творческом диалоге «Я» и Мира, «Я» и Другого, межличностной коммуникации, обусловливая вариативность и открытость проекции человеческого сознания и бытия человека в мире.


Что собой представляет отражение как природное основание появления сознания?

Природным основанием появления сознания стало свойство отражения, представленное в различных формах на уровне живой и неживой материи. Возникновение сознания было бы чудом без той эволюции различных форм отражения в живой природе, которая является его предысторией. В процессе развития философии и науки было доказано, что вся материя обладает свойством, по существу родственным с ощущением, свойством отражения. Это положение поставило перед наукой фундаментальные вопросы о характере отражения как атрибута материи, о сознании как высшей форме отражения, связанного с деятельностью головного мозга человека.

Отражение характеризует способность материальных объектов в процессе взаимодействия с другими объектами воспроизводить в своих изменениях некоторые особенности и черты воздействующих на них явлений. Тип, содержание и форма отражения определяются уровнем и особенностями системно-структурной организации отражающих объектов, а также способом их взаимодействия с отражаемыми явлениями. Вне и независимо от взаимодействия отражение не существует. Результат процесса отражения проявляется во внутреннем состоянии отражающего объекта и его внешних реакциях.

В разработке теории отражения выделяются две концепции: функциональная и атрибутивная. Сторонники функциональной концепции утверждают, что в неорганических объектах есть лишь предпосылки свойства отражения, но не его активное проявление. Сторонники атрибутивной концепции настаивают на всеобщности свойства отражения.

Основные вехи в развитии материи и эволюции свойств отражения следующие:

1) отражение в неживой природе;

2) отражение в живой природе;

3) социальное отражение.


Какие выделяют этапы (формы) отражения на уровне живой природы?

Раздражимость – ответная реакция организма на воздействие окружающей среды. Эта форма отражения присуща некоторым видам растений и одноклеточным живым организмам. Специфика этой формы отражения состоит в том, что: организм реагирует на биологически важные (биотические) факторы; организм реагирует как целое, поскольку нет дифференцированных органов, частей организма; изменения происходят без временного разрыва, так как сохраняющие реакции запускаются сразу.

Следующая форма отражения – чувствительность – способность организма иметь ощущения, отражающие отдельные свойства предметов, воздействующих на организм. У низших животных органы чувств не дифференцированы. В дальнейшем появляются особые органы чувств, которые образуют центральные нервные узлы у беспозвоночных и центральную нервную систему у позвоночных.

Высшей формой биологического отражения является психика, присущая и животному, и человеку.

Сознание человека качественно отличается от психики животных. Основными отличительными признаками здесь являются:

абстрактно-логическое мышление, связанное с умением воспроизводить сущностные характеристики и связи действительности, не данные непосредственно в восприятии;

целеполагание как способность идеально конструировать желаемый продукт деятельности, что позволяет человеку творчески преобразовывать действительность, а не пассивно вписываться в нее; самосознание, определяющее возможность выделения себя из внешней среды;

язык как вторая сигнальная система, заставляющая нас ориентироваться не столько по реальным физическим процессам, сколько по их знаково-символическим, языковым коррелятам.

Специалисты разработали теоретическую модель развития нашей планеты, вся история которой для наглядности вписана в рамки одного «ускоренного» года. Получилась весьма любопытная картина. Одиннадцать месяцев этого года поглотил так называемый догеологический период и вслед за ним – криптозойская, фанерозойская и силурийская эры. Лишь после этого на Земле началась эра пресмыкающихся (с 17 по 21 декабря). Утром 31 декабря начинает свое существование Homo gabilis («Человек умелый»). И всего за 15 минут до конца года появляется Homo sapiens («Человек разумный»).

Как видим, человек едва успел вписаться в историю своей планеты. Если же говорить о нашей письменной истории, то продолжительность ее существования вообще невероятно коротка – она возникла за полторы минуты до Нового года! Можно сказать, что у Вселенной еще не нашлось времени нас открыть. В Космосе мы дали о себе знать (в масштабе «ускоренного» года) не более 2–3 с тому назад.

Неторопливой была поступь планеты, нескончаемо течение ее эр и эпох, пока природа не сотворила человека. Невольно вспоминаются слова французского писателя В.А. де Сент Экзюпери: «Из кипящей лавы, из звездного вещества рождается жизнь. Постоянно мы восходим к тому, чтобы сочинять кантаты и взвешивать галактики… Жизнь движется к сознанию. Звездное вещество неторопливо вскармливает и растит самый благородный цветок».


Какова роль интуиции в развитии сознания?

Помимо вербального, рационально-логического мышления человеческое сознание базируется на невербальном, образно-ассоциативном типе мышления, феномены которого лишь постфактум переводятся в вербальную форму. Интуиция как основной когнитивный механизм этого типа мышления связана с непосредственным знанием об объекте, получаемым в результате внелогического соединения различных фрагментов опыта в целостный образ. Существуя помимо устойчивых логических и языковых структур, интуиция тем не менее в ином по сравнению с разумом контексте воспроизводит социокультурную размерность сознания, являясь результатом изначальной, обусловленной наличной ситуацией нацеленности мысли на проблему и предварительной работы по ее решению.


Чем характеризуется концепция 3. Фрейда с точки зрения структуры и функций сознания?

Одной из первых концепций структуры и функционирования сознания в культуре XX в. стала предложенная 3. Фрейдом модель психики, рассматривающая последнюю в единстве таких составляющих, как «Оно» (id), «Я» (ego) и «Сверх-Я» (super-ego). Феномен сознания («Я») здесь образуется за счет пересечения импульсов бессознательного («Оно)» и нормативных установок культуры и общества («Сверх-Я»). Если для Фрейда природное и культурное пересекались лишь в фокусе «Я», становящегося при этом сферой не столько их единства, сколько борьбы, то современная психология делает акцент на «сквозной» функциональной и генетической зависимости всех трех компонентов. Бессознательное представляет собой не просто энергетический комплекс чисто природных инстинктов, но в не меньшей степени детерминировано социальной средой, культурными и языковыми программами. Одновременно на уровне общественного сознания можно говорить о существовании многообразных социально-психологических интенций, репрезентирующих бессознательное.

Фрейдовская схема описывает не столько сознание, сколько психику, в рамках которой сознание выступает как небольшой и не самый интересный для Фрейда фрагмент. Вместе с тем представляется возможным структурировать также внутренний опыт сознания, отличающийся исключительным богатством и многообразием своих проявлений. В качестве первичной конструкции здесь можно говорить о выделении следующих уровней сознания: чувственно-эмоционального, связанного с непосредственным отражением внешней действительности; абстрактно-дискурсивно го, предполагающего интеллектуальную обработку чувственных данных в соответствии с заданным культурной традицией логико-понятийным и ценностным каркасом; интуитивно-волевого, акцентирующего не редуцируемый к внешним характеристикам опыт «Я», самосознания.


Каких два типа мышления выделяет К. Юнг?

Начиная с учения швейцарского психиатра Карла Густава Юнга (1875–1961) в психологии и философии говорят о двух типах мышления: образно-ассоциативном и рационально-логическом, причем генетически первичным и функционально более значимым оказывается образно-ассоциативное мышление. Согласно Юнгу, различия между ними состоят в следующем: если разум экстравертен, подчинен «внешним» языковым, логическим и причинно-следственным связям, то интровертивный опыт образного мышления представляет собой его подлинную и наиболее органичную среду. Поток свободных ассоциаций всякий раз «перекрывает» искусственную логику разума, а подлинное понимание идеальных смыслов обеспечивается не столько умозаключением, сколько интуицией, обеспечивающей синхронную целостность рационального и чувственного, прошлого и настоящего, внутреннего и внешнего.


Какие культурные механизмы обеспечивают формирование и развитие сознания?

В качестве основных культурных механизмов, обеспечивающих формирование и развитие сознания, выступают традиция и образование. Именно они определяют ту систему «культурных предрассудков», которые гарантируют целостность и устойчивость мировоззрения. При всей консервативности институтов традиций и образования они, так же как и деятельность, раскрывают творческую природу сознания. С одной стороны, как механизмы социализации они формируют сознание в его культурно-исторической вариабельности. С другой стороны, они закладывают необходимое основание для последующего развития личности, творческий потенциал которой подчас напрямую зависит от ее общекультурного и образовательного уровня.

Структурная дифференцированность и интегральность, социокультурная обусловленность и индивидуальность «Я», непосредственность чувств и отвлеченность рациональных конструкций, отражение и творчество – все эти характеристики органично дополняют друг друга в реальном опыте сознания, но разрушают логическую стройность его теоретической реконструкции. Тем самым вопросы «что такое человек» и «что такое сознание» во многом остаются открытыми для философского и научного познания, стимулируя поиск новых форм и акцентов в самоопределении культуры и человека.


Что собой представляет мозг как материальный носитель сознания?

Философский анализ сознания предполагает ответ на вопрос, что собою представляет сознание с точки зрения его материального носителя – мозга, обеспечивающего способность мыслить, интеллект (лат. intellectus – ум, рассудок, разум), наивысшая сила, естественный свет как способность к постижению сущности вещей. Философскую значимость проблемы сознания и мозга определяет онтологический статус сознания.

Принципиально важно подчеркнуть, что любые психические явления, какими бы сложными они ни были, являются функциями головного мозга. Сознание не может существовать в отрыве от материи. Правда, мыслители не всегда правильно определяли орган – носитель сознания. Уже древнегреческий врач и анатом Алкмеон (IV–V вв. до н. э.) выдвинул положение о головном мозге как органе жизни и деятельности души. Гиппократ (ок. 460-ок. 370 гг. до н. э.) говорил, что люди должны знать, что из мозга и только из мозга возникают наши удовольствие, радости, смех и шутки, так же как и наши горести, боль, печаль и слезы. Хотя в ряде учений сознание не связывается с деятельностью мозга, а рассматривается как первичное.

Вместе с тем отрыв сознания от мозга противоречит современной науке. Исходным пунктом философского рассмотрения сознания является уяснение его естественнонаучных предпосылок. Естествознание доказывает, что сознание не может существовать в отрыве от мозга, связано с деятельностью высокоорганизованной материи.

Мозг представляет собой сложную функциональную систему, тончайший нервный аппарат, высшую форму организованной материи в известной нам части Вселенной. Это шедевр природы и общества. Существование психики невозможно вне ее материального носителя. От уровня структурной организации мозга зависит и уровень его отражательной способности. Сознание человека формируется в связи с развитием его мозга. Врожденное недоразвитие мозга, как доказывает современная медицина, сопровождается слабоумием, слабостью волевой сферы и т. д.

Кора головного мозга состоит из огромного количества нервных клеток – нейронов (до 15 млрд), что, в принципе, может позволить одному человеку хранить в уме запас сведений, накопленный человечеством. Если эти клетки расположить в ряд, то они образуют цепь длиной 15 тыс. км. Каждая из них посредством отросточков (длинных – аксонов и коротких – дендритов) находится в контакте с тысячами других, образуя в целом ажурную сеть с неисчислимым множеством связей, уходящим по нервным волокнам к нервным окончаниям органов чувств.

Учение о мозге прошло длительную историю, в которой выделяются две основные тенденции: концепция строгой локализации психических явлений и точка зрения, согласно которой мозг функционирует как единое целое.

В начале XIX в. австрийский ученый Франц Йозеф Галль (1758–1828) попытался построить органологию мозга. Он рассматривал мозг как совокупность органов, в которых будто бы помещаются память, родительская любовь, поэтический талант, хитрость, преданность и т. д. В пользу данной концепции накапливался материал. Так, было обнаружено, что разрушение лобной извилины левого полушария ведет к поражению речи. При поражении левой височной области человек перестает слышать и воспринимать чужую речь. Была установлена связь зрения с затылочными долями полушарий, а слуха – с височными. Эта линия исследований продолжается до сих пор. Материалы 70-х гг. XX в., приводимые в книгах американского нейрофизиолога Хосе Мануэля Родригеса Дельгадо (р. 1915) «Мозг и сознание» (1971) и К Прибрама «Языки мозга» (1974), показывали, что ряд эмоций и психических состояний весьма однозначно вызываются путем электрического раздражения определенных пунктов головного мозга.

Однако в пользу альтернативной точки зрения, согласно которой мозг представляет собой единое целое, также говорили факты. Оказалось, что при частичном разрушении одного из участков мозга создается возможность компенсировать дефект за счет других сохранившихся участков. Мозг действует как единое целое, как сложная функциональная система. При этом, разумеется, кора и весь мозг не могут отрываться от периферической нервной системы.


Как менялась морфология мозга с точки зрения антропологии?

Огромный материал для познания человеческого сознания дает антропология – наука о происхождении и эволюции человека. Как известно, человек появился в кайнозойскую или новую эру – в четвертичном периоде или антропогене, длительность которого составляет 1 млн лет. За этот длительный период изменялся как объем человеческого мозга, так и его морфология, т. е. форма и строение. В соответствии с этим изменялась и совершенствовалась отражательная способность человеческого мозга, совершенствовалась психика, формировалось мышление человека как высшая форма отражения.

Характерно, что изменялся не только объем, но и форма мозга. Головной мозг неандертальца достиг уже в среднем объема 1400 см3, как и у современных людей. До неандертальца наиболее интенсивно увеличивался размер мозга за счет задних его областей (вырастал в длину). И только мозг неандертальца дал (за 300–350 тыс. лет) интенсивный сдвиг высотного размера, когда происходит усиленный рост префронтальной (лобной) области, а также поднятие и выравнивание поверхности мозга в его своде.

Эволюционная морфология мозга свидетельствует о том, что у Homo sapiens определенный размер и вес головного мозга не возрастал и не возрастает сравнительно с поздними палеоантропами. Те индивидуальные вариации данного признака, которые хотя и увеличились по сравнению с палеоантропами, не закреплялись генетически, оставаясь биологически нейтральными, средняя величина мозга остается прежней – начиная с верхнего палеолита и до наших дней. Как видно, социальность и разумность прямо не коррелировались с величиной головного мозга. Зато такая зависимость начинает проступать, когда измерению подвергаются по отдельности длина, ширина и высота головного мозга.


Каковы истоки и современные представления о возможности создания искусственного интеллекта?

Как в философии, так и в ряде отдельных наук, в художественной литературе ставится и по-своему осмысливается вопрос, возможно ли создание искусственного интеллекта? Начальную теоретическую основу для формализации мыслительных процессов создала формальная логика Аристотеля. С тех пор задача создания искусственного интеллекта неизменно занимала ученых. Достаточно вспомнить, что первую логическую машину создал философ, поэт, богослов Раймонд Луллий (1235 – ок. 1315). Лейбниц мечтал о том времени, когда люди со временем вместо того, чтобы спорить, будут вычислять. С возникновением кибернетики актуализировалась задача создания искусственного интеллекта. В философии и науке возникли различные программы исследований «искусственного интеллекта», когда такие науки, как кибернетика, зоопсихология, психология, дали сильный толчок научному изучению интеллекта: создание компьютеров, способных выполнять функции, традиционно относимые к области интеллектуальной деятельности человека; попытка моделировать человеческий интеллект на основе мозгового субстрата (нейрокомпьютеры); создание искусственных самообучающихся устройств, способных эволюционировать.

С момента своего отделения от кибернетики в конце 1950-х гг. исследования в области искусственного интеллекта прошли 3 этапа:

первый этап (1950-1960-е) – время становления исследовательских программ искусственного интеллекта, формирование круга задач, относящихся к этому направлению (игры, доказательства теорем, распознавание образов, машинный перевод, робототехника), создание методов и инструментов решения этих задач;

второй этап (1970-е) – приобретение искусственным интеллектом статуса «классической» научно-технической дисциплины с проведением международных конференций, изданием журналов, чтением соответствующих курсов в университетах, созданием новых интеллектуальных программ (нечеткая логика, генетические алгоритмы, модели представления значений);

третий этап (1980-1990-е) связан с практическим использованием достижений искусственного интеллекта в различных сферах деятельности (финансах, экономике, управлении, компьютерной и бытовой технике), изучением и моделированием рациональных структур в связи с эмоциями, верованиями, чувствами, практическими методами обработки образной информации, сглаживающими современные модели искусственного интеллекта с их естественным человеческим прототипом.

Благодаря огромному быстродействию ЭВМ сегодня удается реализовывать сложные математические процедуры, недоступные невооруженному головному мозгу. ЭВМ – усилитель человеческого интеллекта, но создать искусственный интеллект, а не отдельные его элементы на современном этапе вряд ли возможно. Для формирования мышления недостаточно только мозгового субстрата или аналогичного ему сложного кибернетического устройства. Необходимо, чтобы: а) мозговой субстрат был частью активно приспосабливающегося к среде организма; б) чтобы этот организм выступал не только как биологический индивид, а был включен в более сложное социальное целое, накапливал бы не индивидуальный, а социальный опыт, был включен в общественно-историческую практику. С этих позиций моделирование человеческого мышления в кибернетике означает не только моделирование мозгового субстрата, но и моделирование жизни и истории развития цивилизации. К настоящему времени накоплен большой набор программ, предвосхищающих многие стороны искусственного интеллекта, в том числе и для автоматизации некоторых процессов музыкального, литературного и художественного творчества. Но это лишь небольшая часть задачи создания искусственного интеллекта. В связи с этим можно вспомнить прозорливые слова И. Гёте:

Нам говорят «безумец» и «фантаст»,

Но, выйдя из зависимости грустной,

С годами мозг мыслителя искусный

Мыслителя искусственно создаст.

Что собою представляет такая характеристика сознания, как его идеальность?

Одной из важнейших характеристик сознания является его идеальность. Эта характеристика основана на гносеологическом противопоставлении сознания как идеального материальному. Дело в том, что образ, создаваемый в голове человека, не сводится ни к самому материальному объекту, находящемуся вне человека, ни к тем физиологическим процессам, которые происходят в мозгу.

Идеальное – философское понятие, характеризующее специфический способ бытия объекта, отраженного, представленного в психическом мире и жизнедеятельности сознания человека. Сознание есть субъективный образ объективного мира. Когда мы говорим о субъективности сознания, то мы, прежде всего, имеем в виду, что оно представляет не искаженное отражение действительности, а то, что отражение идет в формах сознания человека.

Идеальное всегда обладает материальным носителем, в качестве которого выступает не только его нервно-мозговой субстрат, но и выработанные в процессе исторического развития человека феномены культуры (например, язык и другие знаковые системы). В системе культуры и благодаря создаваемым ею продуктам (орудиям труда, искусству, науке, праву и т. д.) формируются различные формы идеального, которые не зависят от индивидуального сознания, однако вне деятельности человека, способного их воспринимать и созерцать, они существовать не могут. Возникая и развиваясь в недрах социальной практики, идеальное не только порождается материальным, но и способно активно его преобразовывать.


Какие парадигмы сознания имеются, кроме функциональной и субстанциональной?

Рассмотренные выше измерения сознания, сложившиеся в рамках функциональной и субстанциальной парадигм его интерпретации (когда сознание рассматривается с точки зрения его материального носителя, предпосылок его происхождения и развития, его структурно-функциональных измерений и т. и.), не исчерпывают всего многообразия феномена сознания. Следует отметить, что как в современной философии, так и в науке данные подходы не утратили своей значимости: функциональная парадигма сознания в широком контексте представлена в рамках философско-аналитической и научной традиции, субстанциальная модель сознания разрабатывается в рамках структуралистских и постструктуралистских концепций, редуцирующих сознание к феноменам языка и текста.; формируются новые философские и естественнонаучные представления о сознании человека, связанные с экзистенциальными, феноменологическими и космическими его измерениями, уникальными и пока еще не всегда приоткрытыми тайнами человеческого бытия.

4.3. Современная философская антропология


Что означает слово «философская антропология»?

Философская антропология в широком смысле слова означает философское учение о человеке, его природе, сущности. В этом значении данное учение охватывает самые различные, нередко противоположные, философские направления, ориентированные на проблему человека, – персонализм, прагматизм, религиозная философия, экзистенциализм, феноменология и другие, а также и научные представления о различных измерениях человека, изучаемые в отдельных науках. Такой антропологический поворот в философии был вызван переменами в социальной и духовной жизни мира, драматическими событиями и катастрофами Первой мировой войны и последующего десятилетия, необходимостью переосмысления человеческого бытия «на изломе».


Что предшествовало возникновению философской антропологии и какие измерения исследования человека входят в нее?

Возникновению философской антропологии предшествовала, прежде всего, предпринятая немецким историком, философом Вильгельмом Дильтеем (1833–1911) попытка критического переосмысления человеческой всеохватывающей философской системы, в которой учение о человеке выступало лишь как ее частный фрагмент. Дильтей же в противоположность такой позиции именно науку о человеке и мире человека – культуре, считает самостоятельной наукой и универсальным типом знания, по отношению к которому все другие типы и формы знания носят произвольный характер.

В философии XX в. сложились многообразные образы человека, исходя из которых предполагалось, что человеческое измерение должно быть понято исходя из него самого, из его «жизненного мира». Несмотря на внешнюю пестроту, а иногда и внутреннюю противоречивость философских антропологических построений XX в., объединяющим их началом является особый интерес к вопросу об определении человека, к поиску его сущностных параметров. Какие бы измерения человеческого опыта не затрагивались – «экзистенция», «жизнь», «спасение», «душа», «дух» и т. д., – все они вопрошают о главном – что есть человек. Этот вопрос всегда открыт с точки зрения философской антропологии XX в., ибо человек в своем существовании всегда возможность, проект, он «есть» лишь в той мере, в какой делает себя тем, что он есть.


Какие подходы можно выделить в философской антропологии XX в.?

В философской антропологии XX в. прослеживаются два основных подхода: первый восходит к Ф. Ницше (парадигма жизни), второй – к С. Кьеркегору (парадигма существования, или экзистенции). В рамках первого подхода человек рассматривается как витальное существо, а значит, представляет собой часть жизненного, т. е. в конечном счете природного процесса. С точки зрения второго подхода, фундаментальной антропологической характеристикой является экзистенция. Человек здесь рассматривается как самость, результат собственного полагания и в то же время застает себя как нечто уже положенное. Он содержит в себе проективность и брошенность, свободу и фактичность, самополагание и положенность. Человеческое бытие есть с самого начала бытие-в-мире (Хайдеггер, Ясперс, Марсель, Сартр), ибо человек есть то, что он из себя делает.

Несколько в стороне от западной мысли осуществлялись философско-антропологические поиски русской мысли. В русской религиозной философии критикуется позиция сознания, приписывающая человеку центральное место в бытии, т. е. в конечном счете ставящая человека на место Бога – человекобожие (Соловьев, Франк, Булгаков и др.). В то же время думы о человеке в русской философии последней трети XIX – первых десятилетий XX в. перекликаются по экзистенциальной проблематике с западной философской мыслью, с философией экзистенции. Предвосхищая Ж.-П. Сартра, Н.А. Бердяев и Л.И. Шестов утверждают первичность свободы по отношению к бытию.

Экзистенциально-феноменологическая линия философской традиции XX в. дополняется подходами мыслителей, считавших себя представителями «научной» философской антропологии. Общим для представителей направления, претендующего на статус самостоятельной философской дисциплины – философской антропологии, является понимание ее как науки. Рассмотрим более подробно основные положения о человеке, отстаиваемые в рамках философской антропологии как науки (Шелер, Плеснер, Гелен).


Что означает философская антропология в специальном смысле слова?

В специальном смысле слова философская антропология означает философскую дисциплину, развивающуюся в 1920–1950 гг. в основном в русле немецкой философии в Германии, а затем распространившуюся в ряде других стран, прежде всего в Австрии и Швейцарии. Общепризнанными классиками в этом направлении являются М. Шелер, X. Плеснер и А. Гелен с их фундаментальными работами: «Положение человека в космосе» Шелера (1928), «Ступени органического и человек» Плеснера (1928) и два трактата Гелена «Человек. Его природа и положение в мире» (1940) и «Первобытный человек и поздняя культура» (1956).


Какие ступени развития психического выделяет М. Шелер? В чем он видит сущность человека?

Немецкий философ-идеалист Макс Шелер (1874–1928) – один из основоположников философской антропологии. Он выделяет следующие ступени развития психического: чувственное стремление (присуще всему живому – от растения до человека); инстинкт; ассоциативную намяты, практический интеллект (выбор и предвидение); дух (присущ только человеку) – принцип, противоположный жизни, ибо дух зависит от органической природы. Дух дает возможность познать бытие как сущность. Сущность человека Шелер видит не в мышлении или волении, а, следуя Паскалю, в любви: человек есть «Существо любящее» (Homo ensamans). Всякое познание и принятие ценности основывается на способности «участия» в бытии, коренящейся в любви. Чувство, воление, мышление и любовь в своем единстве олицетворяют личность, обеспечивая ее уникальность и самосознание. Таким коллективным личностям, как государство, присуща особая форма сознания.


Чем характеризуется философская антропология X. Плеснера?

Немецкий философ Хельмут Плеснер (1892–1985) задумывает свою философскую антропологию как строгую науку, которая должна быть построена не на основе философии истории и философии культуры, а на основе философии живого бытия и его естественных компонентов. В этом плане философская антропология должна снять расщепление познания на естественные и гуманитарные науки и исходить из того, что понятие «жизнь» охватывает не только социально-культурные, но и природно-органические формы. Только вместе с философской биологией может быть построена философская антропология. Исходя из этого, вместо абстрактного субъекта, противоположного миру, надо рассматривать «организм» и его «окружение» или «жизненный план», вместо кантовского «трансцендентального единства апперцепции» рассматривать проблему отношения тела к собственной границе, утверждение «особого положения» человека в Космосе и противопоставления человеческого природному, искать сущностную определенность человека в сравнении с другими живыми существами, рассматривая человека как одну из ступеней органического мира. Свою антропологию Плеснер противопоставляет экзистенциальной философии человека, считая ее слишком абстрактной, безжизненной, бесплотной и бесполой и соотнося ее с такими понятиями, как «заброшенность», «экзистирование», «бытие-к-смерти», призывая к «жизни, связанной с телом», «телесным измерением», к рождающемуся, живущему и умирающему человеку. Обращая внимание на особенности человеческой психики, Плеснер замечает, что человек отличается от животного своей эксцентричностью, которая проявляется, например, в смехе или плаче.


Чем отличается философия человека А. Гелена?

Немецкий философ Арнольд Гелен (1904–1976) при построении философии человека в отличие от Плеснера вообще отказывается от метафизики, т. е. спекулятивно-философской традиции, предлагая в качестве основы исходить только из философии природы. Человек, с его точки зрения, недостаточное существо, не укорененное в природе, лишенное прочной позиции в мире животных. Он, в отличие от животного, лишен полноценных инстинктов, специализированных органов чувств, не находится в «изначальной» гармонии с окружающим миром. Все это побуждает человека к деятельности, результатом чего является искусственный мир культуры, в котором человек только и может жить и формировать влечения, не заданные инстинктами. Позже Гелен обращается к анализу социального существования человека, социальным институтам, позволяющим человеку преобразовывать мир, рационализировать свое существование, определять личностные мотивации, освобождать человека от необходимости постоянного принятия решений, поскольку основные рецепты действий уже заложены в институтах. Традиция, связанная с изучением природы человека посредством методов отдельных наук, развивается и на современном этапе.


Какой акцент характерен для фрейдовского психоанализа?

Мощное, хотя и косвенное, влияние на современную философскую антропологию оказал психоанализ. Психоанализ в его классической формулировке был основан 3. Фрейдом на рубеже XIX–XX вв., когда намечалась ломка традиционных представлений о психической жизни человека. Выявилась неудовлетворенность механистическим и натуралистическим толкованиями. В связи с этим, особенно в области отвлеченного мышления, не связанного с традиционным эмпиризмом, начинает складываться антирациональное восприятие мира и человека.

Фрейдовский психоанализ был, в известной степени, попыткой синтезирования двух плоскостей исследования человеческой природы: не ограничиваясь исследованием природных элементов человеческого существа, он направлен и на раскрытие психических влечений человека, его внутреннего мира.

Дофрейдовская психология в качестве объекта исследования имела нормального, физически и психически здорового человека и при изучении феномена сознания. Фрейд же как психопатолог, исследуя характер и причины возникновения неврозов, натолкнулся на ту область чувств человека, которая осталась вне поля зрения предшествующей психологии.


Какова модель личности 3. Фрейда?

Созданная 3. Фрейдом модель личности («По ту сторону принципа удовольствия», 1920; «Массовая психология и анализ человеческого «Я», 1921; «Я и Оно», 1923) предстает как комбинация трех элементов: «Оно» (Id) – глубинный слой бессознательных влечений, психическая «самость», основа деятельного индивида, которая руководствуется только принципом удовольствия безотносительно к социальной реальности, а порой и вопреки ей; «Я» (Ego) – сфера сознательного, посредник между «Оно» и внешним миром, в том числе природными и социальными институтами, соизмеряющий деятельность «Оно» с «принципом реальности», целесообразностью и внешнеполагаемой необходимостью; «сверх-Я» (Super-Ego) – внутриличностная совесть, своего рода цензура, критическая инстанция, которая возникает как посредник между «Оно» и «Я» в силу неразрешимости конфликта между ними, неспособности «Я» обуздать бессознательные порывы и подчинить их требованиям «принципа реальности».

Глубинный переходный слой «Оно» функционирует по произвольно выбранной программе получения наибольшего удовольствия. Но поскольку в удовлетворении своих страстей индивид сталкивается с внешней реальностью, которая противостоит «Оно», в нем выделяется «Я», стремящееся обуздать бессознательные влечения и направить их в русло социально одобренного поведения. «Оно» исподволь, но властно диктует свои условия «Я».

Как покорный слуга бессознательных влечений «Я» пытается сохранить свое доброе согласие с «Оно» и внешним миром. Это ему не всегда удается, поэтому в нем самом образуется новая инстанция – «Сверх-Я» или «Идеал-Я», которая царит над «Я» как совесть или бесспорное чувство вины. «Сверх-Я» как бы является высшим существом в человеке, отражающим заповеди, социальные запреты, власть родителей и авторитетов. По своему положению и функциям в психике человека «Сверх-Я» призвано осуществлять сублимацию бессознательных влечений и в этом смысле слова как бы солидаризируется с «Я». Но по своему содержанию «Сверх-Я» ближе к «Оно» и даже противостоит «Я» как поверенный внутреннего мира «Оно», что может привести к конфликтной ситуации, ведущей к нарушениям в психике человека. Таким образом, фрейдовское «Я» предстает в виде «несчастного сознания», которое, подобно локатору, вынуждено поворачиваться то в одну, то в другую сторону, чтобы оказаться в дружеском согласии как с «Оно», так и со «Сверх-Я». Деятельность человека обусловлена наличием как биологических, так и социальных влечений, где доминирующую роль играют так называемые «инстинкт жизни» (Эрос) и «инстинкт смерти» (Танатос).


В чем социальная обусловленность психических процессов по 3. Фрейду?

При исследовании неврозов 3. Фрейд вынужден был выйти за рамки чисто «природного» толкования психических процессов, внося в результате этого коррективы в понимание природы «первичных влечений». Фрейд обращается к социальным и культурным аспектам жизни человека и ставит вопрос о социальной обусловленности неврозов.

Потрясенный жестокостью людей в период кризиса культуры, Фрейд безоговорочно включает в свою психоаналитическую теорию понятие агрессивности человека и с точки зрения обуздания этого инстинкта рассматривает теперь развитие культуры. Достижения культуры, по Фрейду, призваны способствовать приглушению агрессивных человеческих инстинктов. Но в тех случаях, когда в культуре агрессия может стать частью внутреннего мира человека, это с неизбежностью ведет к неврозам. Поскольку культура является достоянием не одного человека, а всей массы людей, то возникает проблема «коллективных неврозов». В этой связи Фрейд ставит вопрос о том, не являются ли многие культуры или даже культурные эпохи «невротическими». «Мне кажется, – пишет Фрейд в одной из последних работ, – что вопрос о судьбе человеческого рода будет зависеть от того, удастся ли культурному процессу и в какой мере предотвратить психическое расстройство общественной жизни, обусловленное человеческим инстинктом агрессии и самоуничтожения».


В чем суть расхождений К. Юнга с 3. Фрейдом?

В качестве критиков теоретических постулатов 3. Фрейда одним из первых выступил швейцарский психиатр Карл Густав Юнг (1875–1961), вплоть до 1913 г. разделявший основные идеи учителя. Существо расхождений Юнга с Фрейдом – в понимании природы бессознательного. Юнг считал, что Фрейд неправомерно свел всю человеческую деятельность к биологически унаследованному сексуальному инстинкту, тогда как инстинкты человека имеют не биологическую, а всецело символическую природу. Он предположил, что символика является составной частью самой психики и что бессознательное вырабатывает определенные формы или идеи, носящие схематический характер и составляющие основу всех представлений человека.

Эти формы не имеют внутреннего содержания, а являются, по Юнгу, формальными элементами, способными оформиться в конкретное представление только тогда, когда они проникают на сознательный уровень психики. Выделенным формальным элементам психики Юнг дает название – «архетипы», которые как бы имманентно присущи всему человеческому роду.


Что означает понятие «архетип»?

Архетипы – формальные образцы поведения или символические образы, на основе которых оформляются конкретные, наполненные содержанием образы, соответствующие в реальной жизни стереотипам содержательной деятельности человека.

В отличие от 3. Фрейда, который рассматривал бессознательное как основной элемент психики отдельного человека, К. Юнг проводит четкую дифференциацию между индивидуальным и коллективным бессознательным. Индивидуальное бессознательное (личное, персональное) отражает личностный опыт отдельного человека и состоит из переживаний, которые когда-то были сознательными, но утратили свой содержательный характер в силу забвения или подавления.

Каково содержание понятия коллективного бессознательного?


Коллективное бессознательное отражает скрытые следы памяти человеческого прошлого: расовую и национальную историю, а также дочеловеческое животное существование. Это – общечеловеческий опыт, характерный для всех рас и национальностей. Именно коллективное бессознательное является тем резервуаром, где сконцентрированы все архетипы.

В отличие от 3. Фрейда К. Юнг дает более глубинную дифференциацию уровней развития психики и вводит ряд понятий, которые характеризуют новое видение личности.

Наряду с такими инстанциями, как «Я», индивидуальное бессознательное, коллективное бессознательное, Юнг выделяет такие образы, как «Персона», «Анима», «Анимус», «Тень», «Самость».

«Персона» – своеобразная маска, которую надевает личность в ответ на требования социального окружения. Если «Я» тождественно «Персоне», то личность предстает в виде отчужденного существа, играющего определенную социальную роль, навязанную обществом. «Анима» и «Анимус» – это абстрактные образы, представляющие женский «архетип» в мужчине и мужской «архетип» в женщине. Посредством их достигается взаимопроникновение между обоими полами. «Тень» – «архетип», состоящий из животных инстинктов и являющийся средоточением темных низменных сторон личности. Агрессивные и антисоциальные устремления «Тени» могут не проявляться в открытой форме, поскольку они скрываются под маской «Персоны» или вытесняются в индивидуальное бессознательное. «Самость» – центральный «архетип» личности, вокруг которого концентрируются все психические свойства человека. Сфера «Самости» – нечто среднее между сознательным и бессознательным, центр тотальной личности.

В отличие от Фрейда Юнг идет по пути дальнейшей дифференциации фрейдовского «Оно». У Фрейда «Оно» – всецело биологическое, природно данное, у Юнга же бессознательное включает и социальные мотивы. Но в отличие от многих неофрейдистов, которые постулируют тезис о «социальном бессознательном», «архетипы» юнговского бессознательного носят наследственный характер.


В чем заключается подход к психике А. Адлера по сравнению с подходом 3. Фрейда?

Австралийский врач и психолог Альфред Адлер (1870–1937) разошелся с Фрейдом по вопросу сексуальной обусловленности человеческого поведения. Он пересмотрел фрейдовское положение о биологической детерминации человеческой психики и разработал теорию индивидуальной психологии, согласно которой человек рассматривался не как биологическое, а как социальное существо. На первый план ставились социальные побуждения человека. Но понимание социального не выходит за рамки бессознательных влечений человека. Рассмотрение отношений между индивидами замыкается у Адлера на раскрытии якобы присущих каждому человеку бессознательных «стремлений к власти». Поэтому изучение социальных побуждений личности сводится к расшифровке вытесненных желаний властвования, преобладания, превосходства над другими.

Если Фрейд в поисках мотивации поведения личности сосредоточил внимание на выявлении причины действий человека, то для Адлера знание конечной цели может объяснить поведение человека. Вначале конечной целью деятельности человека является стремление к власти, затем – стремление к превосходству, которое не связывалось с престижем, главенством и другими социальными атрибутами могущества человека, а относилось к сфере завершенности, целостности и тотальности личности. Конечной целью развития человека, по Адлеру, является стремление к совершенству, к достижению самости. В этом смысле Адлер постулирует активный принцип человеческой жизни, акцентируя внимание не только на деятельности, но и на самодеятельности человека.


Какова структура личности у В. Райха?

Австрийско-американский врач и психолог Вильгельм Райх (1897–1957) выдвигает сексуально-экономическую теорию, которая уже не замыкается на исследовании отдельного человека, а распространяется на социально-политические сферы общества, включая анализ авторитарных институтов, социально-экономических отношений между людьми, идеологических движений, в том числе фашизма. Но в силу психологизации общественных отношений у него встречается много ошибочных и абсурдных утверждений.

В. Райх предлагает новый вариант интерпретации структуры личности. Биопсихическая структура характера включает три слоя: поверхностный слой – слой социальной кооперации, фальшивый, притворно-социальный слой, где подлинное лицо человека скрыто под маской любезности, вежливости и учтивости; промежуточный слой – антисоциальный слой (фрейдовское бессознательное), представляющий сумму вторичных импульсов – грубые, садистские, сладострастные порывы; глубинный слой., или биологическое ядро, состоящее из природно-социальных импульсов, излучая которые человек предстает честным, трудолюбивым существом, способным на искреннюю любовь. Но, проходя вторичный, промежуточный слой, природно-социальные импульсы преломляются и искажаются.

Свой взгляд на природу человека Райх экстраполирует на социальную и политическую сферу общественных отношений, полагая, что различные политические и идеологические группировки в обществе соответствуют различным уровням в структуре характера человека. Так, этические и социальные идеалы либерализма соответствуют «поверхностному слою» структуры характера. Промежуточному уровню – фашизм, как нечто иррациональное и бессознательное. Все подлинно революционные движения ассоциируются с глубинным уровнем структуры характера.

Сексуальная революция – основа, на которой может быть осуществлена «подлинно человеческая революция», освобождающая индивида от моральных, социальных и экономических пут.

Говоря о сексуальной революции, Райх имел в виду сексуальное образование молодежи, психологическую подготовку молодых людей, вступающих в половые отношения, а не ослабление семейных связей и сексуальную анархию. Но его идеи на практике обернулись противоположностью тому, к чему он призывал.


Какова центральная тема работ Э. Фромма?

Проблема отношения личности и общества, взаимодействия психологических и социальных аспектов – центральная тема теоретических работ немецко-американского психолога и социолога Эриха Фромма (1900–1980), у которого много общего со взглядами экзистенциалистов («Бегство от свободы», 1941; «Человек для себя», 1947; «Искусство любить», 1956; «Революция надежды», 1968; «Иметь или быть», 1976 и др.).

Он выделяет экзистенциальные и исторические дихотомии человеческой сущности. К экзистенциальным он относит дихотомию между жизнью и смертью. Человек «брошен в этом мире в случайном месте и времени» и «выбирается из него опять же случайно». Человек осознает ограниченность своего существования и поэтому никогда не является свободным от данной дихотомии. «Исторические дихотомии» не являются необходимой частью человеческого существования, а создаются и разрушаются человеком или в процессе собственной жизни, или в последующие периоды истории.

В книге «Революция надежды» Фромм излагает идеи о путях гуманизации существующей социальной системы. Это – введение «гуманистического планирования», актуализация статуса индивида; изменение способа потребления; распространение новых форм духовной ориентации, которые должны быть эквивалентными религиозным системам прошлого (своего рода нерелигиозная религия).

Экзистенциальные противоречия неустранимы, считает Фромм, и каждый человек дает им ответ всем своим существом; он отделен от мирового целого, бездомен, но стремится к гармонии с миром; он конечен и смертен, знает об этом, но пытается реализовать себя в отведенный им век, утверждая вечные идеалы и ценности; человек одинок, осознает свою обособленность от других, но стремится к солидарности с ними и т. д. «Человек – не чистый лист бумаги, на котором культура пишет свой текст». В соответствии с этим природа человека определяется не как биологически заданная совокупность влечений, страстей, но как осмысленный ответ, целостное отношение к миру. Таким ответом может быть стремление к свободе, справедливости, истине, но в равной степени ими могут стать ненависть, садизм, деструктивность, конформизм. Разумеется, проявлением человеческой природы способствуют или препятствуют и социально-исторические обстоятельства. Наследуемые психофизические свойства, темперамент, инстинкты лишь в малой мере детерминируют способ отношения человека с миром. Ведь садистом может стать и флегматик, и меланхолик. Характер – это заместитель отсутствующих у человека инстинктов, это, как говорил Гераклит, «рок» для человека, он задает типичный для данного человека способ восприятия идей и ценностей, отношения к другим людям. Личность как бы «инстинктивно» ведет себя в соответствии со своим характером, влечением (скупец не задумывается, копить ему или тратить, – его влечет сбережение).


Как Э. Фромм трактует понятия сознательного и бессознательного?

Исходя из такой позиции дебиологизации влечения, Фромм по-своему трактует понятия сознательного и бессознательного>, которые рассматриваются им как субъективные состояния психики индивида. Всякая социальная система создает совокупность фильтров, не пропускающих в сознание те или иные содержания. Такая «цензура» реализуется уже на уровне языка; в процессе воспитания вытесняются и многие чувства, которые считаются нежелательными в данном обществе. Характер данного человека поэтому зависит от того, что Фромм называет социальным характером. В эпохи социальных перемен консервативность социального характера препятствует реформам. Чертами господствующего при капитализме социального характера являются, по Фромму, такие черты, как конформизм, накопительство, растущая деструктивность. В индустриальном обществе, требующем дисциплины, порядка, пунктуальности, формируются соответствующие черты социального характера, сопровождаясь упадком непосредственности, открытости к другим людям, спонтанности и т. и. И современный капитализм, и «реальный социализм» осуждались Фроммом не просто как несправедливые или недемократичные, но как враждебные самой человеческой природе. Ни один из существующих типов общества не обеспечивал полноценного развития позитивных устремлений своих членов.


Что лежит в основе бегства от свободы у Э. Фромма?

Если человек в определенных социальных условиях не способен на продуктивный способ обретения единства с миром, солидарности с другими людьми, то он испытывает стремление отказаться от свободы и спастись таким образом от чувства отделенности и неуверенности. Бегство от свободы, в основе которого неуверенность изолированного индивида и его стремление к «непродуктивным» путям обретения единства, реализуется разными способами. Авторитарный путь бегства реализуется через стремление властвовать (садизм) или подчиняться (мазохизм). Деструктивный способ бегства выражается в стремлении преодолеть изоляцию и бессилие через разрушение. Самым распространенным способом «бегства» в индустриальном обществе является автоматизирующий конформизму который реализуется в форме отказа от собственного «Я», обезличивания, подчинения массовым стандартам и превращения в «отражение чужих ожиданий».

Оздоровление общества возможно лишь на пути изменения человеческого характера, переориентации его на гуманистические ценности, раскрытие подлинной индивидуальности, ее созидательной активности и способности к любви.

4.4. Аксиологические параметры и парадоксы человеческого бытия

В чем заключается парадоксальность человеческого бытия, антиномия разума и сердца?

Человек, как и все сущее, таит в себе противоречия, антиномии (противоречия в законе) и парадоксы, которые смущают ум человеческий. «Бездна противоречий», как метко и проникновенно заметил Б. Паскаль, вытекает из парадоксального единства в человеке величия и ничтожества как в плане его бытия («все по сравнению с ничем, ничто по сравнению со всем»), так и в плане познания (носит в себе идеал истины, но никогда не может достичь ее, ибо разум есть «флюгер на ветру», а не «высший судья»), да и во всех других планах (нравственном, религиозном и т. д.). В этом заключена тайна человеческого существа, которую не в состоянии разгадать ни наука, ни философия. Мир бесконечен «вширь» и «вглубь» и человек трагически «распят» между этими двумя бесконечностями, которые поглощают его извне и изнутри. В своих размышлениях Б. Паскаль, как никто другой в философии Нового времени, выходит далеко за пределы апологии разума с его величием и рациональной логикой. И хотя, по Паскалю, «все достоинство и величие человека состоит в мысли», которая возвышает его над самой Вселенной и побуждает к ее познанию, все же человек – не «царь природы», а «пылинка, затерянная в космосе», «самый слабый тростник в природе, но тростник мыслящий». Таким образом, в «век разума» Паскаль уловил границы использования разума и предвосхитил экзистенциальную трактовку человеческого бытия и истины, которая «постигается любовью». Научная сила разумных доказательств бессильна в философской антропологии, этике, психологии, религии, где приоритет принадлежит скорее сердцу, чем разуму.

Как сохранить гармонию сердца и разума, науку доказательства и искусство убеждения, идеалы согласия и милосердия в эпоху глобализма, межнациональных, межконфессиональных и межличностных конфликтов? Решение этих проблем возможно только на пути признания целостности и взаимозависимости современного мира, необходимости диалога культур и признания духовного единства человечества.


В чем смысл жизни с точки зрения различных философских подходов?

Экзистенциальная проекция бытия человека предполагает акцент на его уникальных, индивидуально-личностных свойствах и характеристиках. Вечные экзистенциальные вопросы: в чем смысл человеческого существования? Стоит ли искать какой-то высший смысл и вообще жить, если все мы в равной мере обречены на смерть? Что есть «Я»? Рано или поздно эти вопросы встают перед каждым человеком. Начало их коренится в ситуации ценностного выбора, связанного с проблемой смысла жизни, являющейся традиционной темой философии и культуры в целом. Вне зависимости от наличия множества мудрых советов по поводу того, как и во имя чего следует жить, каждый человек в той или иной форме решает этот вопрос самостоятельно, коррелируя свой жизненный путь относительно предлагаемых культурой и социумом ценностных ориентаций. Сторонники натурализаторской версии, рассматривающие человека как природное начало, являются преимущественно последователями гедонизма (от греч. hedone – удовольствие) и эвдемонизма (от греч. eudaimonia – счастье) в этике. Не имея над собой никаких высших авторитетов, кроме самой природы, человек, согласно этой позиции, должен ценить жизнь как таковую, где качество жизни и ее смысл измеряются величинами счастья и наслаждения. В рамках религиозного персонализма проблема смысла жизни решается в контексте трансцендентализма. Истина и цель человеческого существования соотнесены не с земным, а с потусторонним (трансцендентным) бытием, где его земная история является лишь подготовкой, преддверием настоящей жизни в вечности. Апелляция к вечности свойственна также рационалистическим мыслителям, предлагавшим, однако, в качестве конкретных механизмов ее осуществления не христианскую аскезу и покаяние, а познание и разум. Своеобразной альтернативой указанным классическим версиям интерпретации смысла жизни является экзистенциализм. Отказываясь выносить сущность человеческого существования за границы каждого конкретного случая, экзистенциализм ориентирует человека на конституирование смысла в ситуации «здесь-и-сейчас», на осознание уникальности каждой жизни и ее отдельного момента. Абсурд здесь становится тем онтологическим основанием, которое реабилитирует ценность индивидуального существования. В мире абсурда смысл может иметь лишь отдельное человеческое «Я», ищущее этот смысл, но никогда не довольствующееся уже найденным и достигнутым.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Предисловие
  • Раздел 1. Философия и ценности современной цивилизации

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Философия и методология науки. Вопросы и ответы. Полный курс подготовки к кандидатскому экзамену (Я. С. Яскевич, 2007) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я