Сын генерала
Юрий Ландарь

Что может быть лучше, чем принадлежать к древнему и очень влиятельному роду? Ничего. А если этот род проклят богами? Если на каждом шагу тебя ждут схватки с вампирами и вурдалаками, оборотнями и ограми, духами и демонами? Если смертельная опасность поджидает за каждым углом? Поможет ли тебе твоя высокорожденность? Если ты Гартош из рода Осколов, то да. Гартош, несмотря на молодость, из жертвы, из добычи часто сам превращается в охотника. И горе тем силам, что попытаются встать у него на пути! А награда за все – любовь прекраснейших существ в мире Иктив – дриад и сирен.

Оглавление

Из серии: Бродяги измерений

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сын генерала предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

II
IV

III

История и география были любимыми предметами Гартоша, после воинских дисциплин конечно. Два этих предмета вел один и тот же преподаватель — господин Гектор Шурон. Нужно сказать, что Гектор был немного не от мира сего. Рассказывая об устройстве мира или его истории, он настолько проникался своими рассказами, что уходил от действительности и полностью погружался в свой мир, часто увлекая туда своих слушателей.

— Считается что человеческая история Иктива, началась около пяти тысяч лет тому назад. Именно с этого времени, в гномьих и эльфийских хрониках, начали появляться записи с упоминанием людей. Это время, как раз было расцветом эльфийской цивилизации в этом мире. Гномы по каким-то, только им известным причинам, уже покидали этот мир, драконы ушли еще раньше, они редко уживаются с гномами в одном мире. Оставались еще кентавры, но они были немногочисленны, и занимали только юго-восточную оконечность нашего материка. Можно сказать, что эльфы здесь были полновластные хозяева, вплоть до трех тысяч лет тому назад.

Откуда здесь появились первые люди, из какого мира, точно не знает никто. Были ли они беглецами от чего-либо, или искателями приключений, или их занесло в этот мир совершенно случайно, нам это неизвестно. Одно понятно, мы не потомки той древней человеческой цивилизации, что существовала здесь, где-то пятнадцать, двадцать тысяч лет тому назад. Когда сюда пришли драконы, этот мир был пуст. Так что, мы врятли имеем какое-то отношение к тем древним людям. Хотя кое-кто считает нас их прямыми потомками.

Как свидетельствуют хроники, первые человеческие поселения появились, где-то на северо-западе континента, на границе современного Ларфа и волчьих племен. Эльфы их всерьез не приняли, гномам же вовсе не было никакого дела до людей. И по прошествии нескольких сот лет, освоившись в новом для них мире, люди начали расселяться по Иктиву. Эти миграции заняли чуть больше тысячи лет, и где-то три с половиной тысячи лет тому назад, появились первые человеческие государства, настоящие полноценные государства, хоть и небольшие. Примерно в это же время начался упадок эльфийской цивилизации, и новоявленные человеческие государства, решили испытать эльфов на крепость. Но они переоценили свои силы и недооценили силы эльфов. Эльфы довольно быстро расправились с наиболее сильными странами, доведя их состояние до первобытных племен. Уцелели лишь небольшие государственные образования, что держались, подчеркнуто дружелюбно к эльфам. Но и их эльфы держали под контролем.

Так продолжалось около пяти сотен лет. Но затем эльфы вдруг начали воевать друг с другом, и это были очень кровопролитные войны. А затем пришел мор. Одна эпидемия за другой, добили эльфийскую цивилизацию. На освободившихся территориях, вновь стали возникать человеческие государства, с каждым разом все более могучие. И три тысячи лет тому назад, стало понятно — Эра эльфов закатилась, пришла Эра людей. Подчеркну — вновь пришла.

Некоторые исследователи считают, что в нашем мире, одни народы, расы, цивилизации, циклично меняют другие. При этом они ссылаются на примеры других миров, где такие циклы заметнее, и где хронологию ведут не один десяток тысяч лет, передавая информацию от одной цивилизации к другой. Что ж, такое предположение имеет право на жизнь, хотя доказательств, что это действительно так, в нашем мире нет. Или мы их не нашли.

И вот, с трех тысяч лет тому назад, на территории нашего континента начали возникать многочисленные государства. Тогда же в наш мир пришли и новые боги. Вначале места хватало всем, и людям, и богам — континент-то огромный. Но постепенно свободных территорий становилось все меньше и все чаще начали происходить войны: за землю и за богов. Новые боги были более справедливы и более сильны, они почти изгнали жестоких старых богов из нашего мира, и сейчас их последние оплоты остались лишь в Ларфе. Там нашли пристанище приверженцы нечистых богов, остальные же народы поклоняются нашим нынешним богам.

Постоянные войны вынуждали страны объединяться, кого добровольно, кого силой. И где-то около двух тысяч лет тому назад, политическая карта мира стала похожа на сегодняшнюю. Возникли крупные государственные объединения, состоящие из многих небольших родственных государств. Самыми крупными были: Княжеский Союз Тарт; Союз Пяти Королей — нынешний Гроброс; и два племенных союза на территории Ларфа и Жерана. На месте империи Реата было слишком много самостоятельных стран и между ними слишком много было противоречий, чтобы они могли объединиться.

Такие государственные образования просуществовали еще около тысячи лет. Но затем снова пришло время перемен. Первые изменения произошли в Жеране. После долгих попыток власть там захватил один из герцогов, его род в то время оказался самым сильным. Так возникло королевство Жеран. Нужно сказать, за время своего существования, в Жеране сменилось уже пять династий. Хоть и сильное королевство, но неспокойное. Дворяне Жерана имеют очень большую власть, и часто используют ее для смены короля.

Но, тем не менее, Жеран стал первым Большим королевством. Большим с большой буквы. Когда вы начнете изучать другие миры, вы поймете, что миров населенных людьми, где существует всего шесть государств, как у нас, не так уж много. Обычным явление является, когда мир поделен на десятки и даже сотни стран, как было когда-то у нас. Многие путешественники по мирам считают, что разделение мира на несколько крупных государств — от трех до десяти, положительно влияет на развитие мира. Хотя и здесь нужна мера. Миры, состоящие из одного, двух государств, особенно мономиры, где всего лишь одно государство, постепенно деградируют. До определенного момента они процветают, а потом резкое падение, развал, непонятно за что войны, и, в конце концов, может наступить полное исчезновение цивилизации. Прямой пример: эльфы, населяющие Иктив перед нами.

Но вернемся в наш мир. Возвышение Жерана потянуло за собой ответную и аналогичную цепочку событий в нынешнем Ларфе и Княжеском Союзе Тарт. В Ларфе к власти пришел граф Ларф, впоследствии, как вы понимаете, ставший первым королем. Правда он на троне задержался недолго и погиб при загадочных обстоятельствах. Примерно в это же время, лорд Кроворос из рода Гратров, правитель княжества Виктания, очень мощного нужно сказать княжества, заключил союз — ставящий князя Виктании на главенствующую роль — более чем с двадцатью княжествами. Так было создано ядро страны. За тридцать лет, лорд Кроворос, путем захвата, подкупа, обмана, и вполне мирных договоров, подчинил себе территорию от Трольих до Межевых гор. Образовалось самое большое современное государство в Иктиве.

Южные княжества оказали неожиданно сильное сопротивление. И оно неудивительно. Правители южных княжеств всегда были более независимыми и строптивыми, чем их северные соседи. Не желая расставаться со своей независимостью, но, понимая, что частью ее все-таки придется пожертвовать, они выбрали себе своего Верховного Князя. А если я забыл сказать, то поправлюсь. Лорд Кроворос, князь Виктании, перед началом своей объединительной роли, был Верховным Князем всего Тарта. Но этого ему показалось мало, ведь Верховных Князей назначали и убирали, и он решил закрепить за собой этот титул навечно. Что впрочем, ему удалось. Так вот, южные княжества выбрали себе нового Верховного Князя, отдали под его руководство объединенные войска, и, обложив разными ограничениями его правление, отправили воевать с северными княжествами.

Нужно сказать, что власть нового императора не везде была прочна, и собрать достаточное количество сил для захвата южных княжеств он не смог. Южный Тарт сумел отстоять свою независимость и сохранил за собой старое название — Союз Княжеств Тарт.

Так на месте самого большого государственного образования, возникло два: империя Виктания и Союз Княжеств Тарт. Это единственный случай в нашей истории, не объединения, а разрушения. Обе державы обвиняли именно своего соседа в развале страны, но это ничего не меняет, вот уже тысячу лет мы живем рядом, но порознь.

На востоке континента так же не обошлось без укрупнения. В Межевых горах имеется только один проход соединяющий запад и восток, перекрыть его легко, так что Союз Пяти Королей мог чувствовать себя в относительной безопасности: если бы не гарпты и кентавры. Воинственные племена гарптов так и не смогли создать собственное государство, их племена слишком разобщены. Но иногда, объединенные общей целью, они большими силами нападали на своих соседей, как людей, так и кентавров. Так что угроза с их стороны была нешуточная. Часто давали о себе знать и кентавры — совершить набег на человеческие территории, было одним из любимейших их занятий, когда они не воевали между собой, разумеется.

Все это держало южные королевства в постоянном напряжении. Подобная ситуация была и на севере. Северные племена частенько теребили северные королевства. И только центральное королевство не подвергалось таким сильным и постоянным напастям. Само собой это королевство быстрей других крепло и развивалось, и называлось оно, как вы уже, наверное, догадались — Гроброс. Империя Гроброс образовалась практически бескровно, в силу обстоятельств, по необходимости. Постоянно выделяя помощь своим соседям, центральное королевство завоевало популярность у простого народа и у многих дворян. Так что, когда одним прекрасным утром король Гроброса объявил себя императором, это почти не вызывало возражений: короли ушли на покой, отдав все полномочия новому императору.

Позже всех образовалась империя Реат. Перед возникшей угрозой со стороны Ларфа и Жерана, а так же морских атак Тарта, разрозненные королевства, княжества, герцогства, графства и баронства юго-запада континента, были вынуждены создавать оборонительный союз, который перерос в империю. Но нужно сказать, что именно в империи Реат, центральная власть наиболее слаба. Структура их государства скорей напоминает Тарт. У них выборный император, причем его кандидатура обсуждается и принимается в трех Кругах. В первый Круг входят короли, во второй князья и герцоги, в третий графья и бароны. И чтобы добиться одобрения всех Кругов, кандидат в императоры должен очень постараться. Простыми угрозами, подкупами и родственными связями здесь не обойтись, нужно быть действительно хорошим кандидатом. Либо наоборот, настолько ничтожным, что такой император давал возможность владетельным дворянам заниматься своими делами, без всяческих помех и оглядок на столицу империи. Обычно такие императоры чередуются — после безвластья приходит черед сильного императора. Правда никому из них так и не удалось основать династию.

Примерно в тоже время, когда образовывались нынешние государства Иктива, создавалось и государство Сконьеры. Сначала это было торговое братство, но со временем у них появился мощный военный флот, и они окончательно оформились как единое государство.

О Волшебном Королевстве мы не знаем практически ничего. Поэтому я ограничусь тем, что скажу, это королевство существует и находится где-то в сердце Трольих гор.

Мало что мы знаем и о ховарах. Имеет ли этот народ центральную власть, или нет, мы не знаем до сих пор. После того как ховарские племена заняли Ховарские горы и обнаружили там кое-что из наследия гномов, они очень возвысились в горнорудных ремеслах, металлургии и кузнечном деле, и стали очень скрытны. Сведенья от туда поступают очень противоречивые, и мы не можем что-то утверждать однозначно.

Вот что коротко можно было рассказать о государствах Иктива. Волчьи племена, северные племена, гарпты, проджи и кентавры, так и не создали своих государств. Они слишком разобщены, и только перед лицом чьего-либо вторжения, или если они сами собираются в набеги, эти племена могут выбирать себе военного вождя. Но это еще не признак государственности.

Более подробно о народах, населяющих Иктив, и государствах нашего мира, мы поговорим на других занятиях.

* * *

Гартош рассматривал карту мира и с удовольствием слушал господина Гектора. Сегодня он увлекательно рассказывал о сконьерах, мореплавателях с острова Керт.

— Сконьеры являются лучшими мореплавателями нашего мира. Они бороздят моря и океаны, от волчьих племен на северо-западе, до империи Гробос на востоке. Сконьеры держат в своих руках все более менее важные морские торговые пути, оставляя остальным только каботажное плаванье.

Гартош поднялся.

— Господин Гектор, а разве ни у кого не возникало желание нарушить их властвование на море?

— Возникало, конечно, и регулярно возникает до сих пор. Но почти все корабли других стран, отдалившись от берега дальше видимости с него, как правило, бесследно исчезают. Как полагают не без помощи самих сконьеров, хотя никаких доказательств этого нет. Сами сконьеры не подтверждают, но и не оправдывают эти слухи, но все указывает именно на них. Именно им выгодна гибель чужих судов.

— А захватить их остров никто не пытается? — полюбопытствовал Алькон.

— И такие попытки были, но очень давно. Остров Керт находится далеко в Срединном океане, и здесь нужны большие морские суда, а таковых нет ни у кого, кроме самих сконьеров, да еще пиратов с архипелага Глиблес.

— А пираты не пытались захватить Керт?

— У пиратов не такой уж и большой флот. Они предпочитают нападать на одиночные суда сконьеров, или их небольшие флотилии. А вот сконьеры нападали на архипелаг Глиблес неоднократно, когда пираты уж совсем наглели. Правда, не всегда такие походы были удачны. Архипелаг состоит из множества больших и малых островов, и в лабиринтах проливов между ними, можно спрятать не один флот. Иногда сконьеры сами едва уносили от туда ноги. Между этими двумя морскими государствами — если сборище пиратов можно назвать государством — ведется непрерывная война.

А вот с другими государствами, у сконьеров взаимовыгодный мир. Их никто не трогает, и почти в каждом большом прибрежном городе, есть их представительства.

— Их не трогают даже гарпты? — задал вопрос кто-то из мальчишек.

— Не только гарпты, но и кентавры — на что уж они воинственны — допускают сконьеров в свои приморские города. А тарты, наши южные соседи, даже разрешили сконьерам построить город-порт, на южной оконечности своей страны. Это единственный город, который эти отважные мореплаватели построили на материке.

— И на Южный материк они плавают?

— Говорят, что плавают. Хотя проверить их слова невозможно, никто, кроме самих сконьеров, не бывал на этом таинственном материке, чьи берега почти всегда скрыты в тумане.

— Мой брат Гнивер говорил, что они в Высшей Академии Магии, недавно пробовали проникнуть на Южный материк с помощью магии, но им не удалось пробить барьер установленный тамошними магами, — проявил обознаность Гартош.

— Все правильно. Такие попытки были неоднократно, но все они прошли безуспешно, а некоторые вообще закончились весьма трагически. Видимо, пока жители Южного материка не решат сами допустить нас в свой мир, мы не сможем туда попасть.

— Выходит их маги сильнее наших?

— Необязательно. Закрыть свою территорию от чужого магического вторжения, гораздо легче, чем такое вторжение сделать. Кроме Южного материка, наши маги не могут без приглашения попасть в Волшебное королевство в Трольих горах. Да и маги Гроброса, Реата, Жерана и Ларфа, при желании могут закрыть от чужих магов часть своей территории.

— А тарты и кентавры?

— У тартов есть неплохие колдуны и колдуньи, но их сравнительно немного, и они все же сильно уступают нашим лучшим магам. Кентавры также не слишком увлекаются магией, хотя являються визначально магическими существами, и яшкаются с ведьмами из мира Верейн.

Гартош с Альконом многозначительно переглянулись.

— Я тебе говорил, что Кентавры сношаются с верейнскими ведьмами, а ты мне не верил, — наклонившись к другу, прошептал Гартош.

— Я думал ты выдумываешь. А откуда ты узнал?

— Катан, рассказал, а ему рассказал друг Гнивера. Они там в своей магической академии и не такое изучают.

Алькон согласно кивнул. Интересные они там вещи изучают. Через шесть лет, когда им исполнится шестнадцать, и их ждет военная академия, вот тогда… Что тогда, не дал додумать Гектор.

— Я вижу студиэрам Гартошу и Алькону не интересен мой урок.

Гартош поспешно ответил.

— Нет, господин Гектор, нам очень интересно все, что вы рассказываете.

— Тогда в чем же дело? О чем вы так увлеченно беседовали?

— Понимаете… — Гартош замялся. — Я объяснял Алькону про ведьм и кентавров.

С пониманием улыбнувшись, Гектор остановил Гартоша.

— Я рад, что мои студиэры знают больше, чем мы изучаем по этой теме. Но все же, вести занятия буду я.

— Извините господин Гектор.

— А сегодня мы изучаем сконьеров, а не кентавров, и уж тем более не ведьм из другого мира.

— Господин Гектор, — решил выручить друзей Вирон, — но все-таки, как такое может быть, что маленькое островное государство, захватило все моря и океаны? Неужели такая могучая империя как наша, или Гроброс, или даже империя Реата, не смогли создать свой могучий флот?

— Я понимаю твое недоумение Вирон. Во-первых, остров Керт не такой уж и маленький. А во-вторых, когда-то у нас действительно был могучий флот. Это было сотни лет тому назад, когда мы и тарты были еще единым государством. Такие же флоты были и у других больших государств. Но после того как наше государство распалось на два: Тарт и Виктания, мы потеряли почти все удобные гавани. Нам удалось отвоевать только небольшой выход к морю, где держать большой флот невозможно.

— А остальные государства?

— Остальные страны, потеряли свои корабли, в основном в результате войн. Вот тогда сконьеры и возвысились, как морское государство. К тому же им покровительствует Наистер — морская богиня.

— Боги решают все, — вспомнив услышанное где-то изречение, глубокомысленно произнес Гартош.

— Не все, но многое, поправил его Гектор.

* * *

Чем старше становились студиэры, тем разнообразней и сложнее становились их занятия. Естественно будущие военные не могли обойтись без знаний по лекарскому делу. Лекари обучали их, как быстрей и лучше налаживать повязки при ранениях, как останавливать кровь, какие при этом принимать травы и минералы, какие использовать заговоры, как распознавать редкие заболевания, которыми можно заразиться в военных походах.

На несколько дней, в сопровождении лекаря и нескольких старших студиэров лекарей, группа, в которой занимался Гартош, отправилась в ближайшие горы на сбор лекарственных трав и минералов.

Для двенадцатилетних студиэров это стало захватывающим приключением, где можно подучится, как теории, так и практике. Иногда мальчишки, стараясь выделиться, и превзойти друг друга, забирались за каким-нибудь редким растением или минералом в самые неприступные места, нередко сваливаясь со скал, или проваливаясь в расщелины. Без повреждений в таких случаях не обходилось. Вот тогда и начинались практические занятия. Студиэры сами готовили целебные мази и напитки, и с удовольствием оказывали друг другу первую помощь при легких повреждениях, а тяжелых в этом походе не было — как-то обошлось. Если не считать что Формер, сын лорда Порга, объелся каких-то аппетитных с виду ягод, и всю обратную дорогу, несмотря на заговоры лекаря, маялся животом, а лекарство нашлось только при возвращении в студию.

Неудивительно, что такие походы способствовали лучшему изучению наук.

Маг-лекарь Толтур в походы студиэров не водил, у него были свои способы обучения врачеванию.

— Все то, чему вас обучают обычные лекари, конечно, хорошо. Нужно знать и уметь, как правильно наложить повязку, какие нужны мази, и так далее. Но! Но. Во-первых, не всегда есть под рукой все необходимое, а во-вторых, не всегда есть время, чтобы заниматься обычным врачеванием. И в пылу битвы нам поможет что? Вирон.

— Магия, — без запинки ответил студиэр.

— Правильно, магия. Не все из вас могут пользоваться лечебной магией в полную силу, но я постараюсь, чтобы вы научились как можно большему. Господин Листир уже работал с вами, чтобы развить ваши магические способности, теперь попробую кое-что добавить и я. Вы уже слышали, у каждого человека в голове есть особая область, отвечающая за магические способности. У многих она разблокирована, а некоторым нужно помочь ее растормошить. Что я сегодня и попытаюсь сделать.

— При этом часто лопается голова, — шепнул сидящему впереди Алькону Гартош.

Тот заговорщески подтвердил.

— Я уже знаю.

Сидящий рядом с ним Формер побледнел и нервно заерзал на скамье. У Формера слишком плохо получались все магические действия, и они — магия и Формер — питали друг к другу взаимную антипатию.

— Итак, с кого начнем? Пожалуй, с тебя, Формер. По части магии ты пасешь задних.

— Нет! — вскочил Формер. — Я не хочу!

Группа разразилась хохотом. Толтур удивился:

— Почему?

Формер скосил глаза на Гартоша.

— Я не хочу, чтобы у меня лопнула голова.

От хохота задрожали стены, а Гартош с Альконом вовсе попадали под столы.

— Понятно, — кивнул Толтур. — Тогда начнем с самых смелых и смешливых. Давай-ка, Гартош, свою голову.

Гартош тут же перестал смеяться.

— А почему я?

— А почему нет? Уж не испугался ли ты?

Признаться в том, что ему действительно страшно, Гартош не посмел, поэтому покорно подставил голову.

— Вот и хорошо.

Толтур наложил ладони на голову студиэра, закрыл глаза, к чему-то прислушался, затем поменял положения ладоней, и удовлетворенно кивнул. Чужое присутствие в своей голове Гартош почувствовал практически сразу. Холодная, затем горячая волна, омыла весь мозг, оставив после себя неприятное ощущение. Но это было только начало. От ладоней мага в виски ударил небольшой разряд. Гартош стиснул зубы, но смолчал. Затем ледяные иглы впились в лобную часть мозга, потом тоже самое повторилось с затылком, и когда Гартош готов был закричать, боль отступила.

— В общем, все, — довольно сказал Толтур.

Гартош яростно принялся чесать шкуру на голове.

— Я теперь лучше буду владеть магией?

— Нет.

От удивления Гартош застыл.

— Как нет, у вас ничего не получилось?

— Да нет. Просто, та, ответственная за магию область, у тебя и так неплохо развита. Твои успехи в магии будут определяться только твоей прилежностью.

— А что же вы делали у меня в голове? — еще больше удивился Гартош.

— Да так, небольшая экзекуция.

В группе снова раздался смех, хотя и несмелый, никому не хотелось быть следующим.

— Алькон.

Скорбно вздохнув, Алькон наклонил голову. Толтуру хватило пары минут, чтобы навести порядок в голове у студиэра, а заодно и преподнести небольшой урок послушания. Алькон в изнеможении откинулся на спинку скамьи, и бросил на Формера укоризненно-презрительный взгляд: все из-за тебя, трус. Быть трусом Формеру никак не хотелось, он вскочил.

— Теперь я!

— Молодец, Формер.

Над новым пациентом маг-лекарь колдовал еще меньше, и судя по довольному лицу студиэра, здесь обошлось без болевых экзекуций.

— Следующий.

За короткое время через искрящиеся руки Толтура прошла вся группа. Нельзя сказать, что такой объем работы прошел для мага-лекаря бесследно — заметна была легкая усталость — но он быстро вернул себе прежний бодрый вид.

— Ну вот, господа студиэры, поздравляю вас, разблокирование, кому оно было необходимо, прошло успешно. Теперь самое время испытать свои истинные возможности. Проведем сеанс врачевания собственного тела. Повторяю, такое умение может не раз спасти вам жизнь, поэтому отнеситесь к нему со всей серьезностью. К тому же, умение врачевать свое тело, первый шаг к умению изменять свое тело, то есть к оборотничеству. Хотя и не думаю, что это будет вам доступно, все-таки вы не в магической группе.

— Господин Толтур, — осмелился подать голос после болезненной экзекуции Гартош, — а вы владеете оборотнической магией?

Толтур наклонился поближе к студиэру.

— Владею, Гартош.

Лицо мага начало быстро изменяться, и через пару секунд Гартош с трудом сумел увернуться от острых волчьих зубов.

— Этого достаточно, студиэр Гартош?

Гартош испуганно смотрел на оскаленную волчью морду, и только присутствие на этой морде смеющихся глаз преподавателя, немного убавило дрожи в его голосе.

— Вполне, господин Толтур.

— Вот и хорошо.

Маг вновь вернул себе человеческий облик, и, не обращая внимания на испуганно притихшую группу, продолжил.

— Первое задание и первое испытание будет несложным. Вы должны будете исцелить себе небольшую рану. Совсем небольшую.

Он сделал надрез на ладони, дал нескольким каплям стечь на пол, и под восторженными взглядами студиэров затянул рану.

— Примерно вот так. Кто хочет попробовать первым?

— Я! — вскочил Формер, резонно решив пройти испытание сразу, а не бояться до последнего.

— Похвально, Формер. Давай-ка сюда руку.

Толтур спрятал кинжал, достал иглу и молниеносным движением проколол Формеру палец.

— Теперь смотри и запоминай. Нужно найти руководящие внутренним процессом центры. Их два. Один в голове и один в спинном мозге. Про спинной центр вам можно забыть, вам до него не достучаться. А вот центр в голове, это ваша власть. — Маг надавил уколотый палец. — Больно?

— Немного.

— Это хорошо. Теперь попробуй проследить, куда от пальца идет боль.

Формер усиленно морщил лоб, но, похоже, выполнить поставленную ему задачу, не удавалось. Маг-лекарь сжалился.

— А вот так.

И помощь мага возымела действие.

— Есть! Есть, господин Толтур! Я чувствую, где это!

— Молодец. Здесь можно не только отключить боль, но и остановить кровь. Это делается так.

Капля крови на пальце Формера постепенно втянулась вовнутрь.

— Это я сделал? — не поверил Формер.

— Нет, я. Я показал тебе, как это делается, что нужно задействовать. А дальше ты уже сам. Мне и с остальными возни хватит.

Толтур медленно шел между столов, помогая студиэрам усвоить первоначальные знания и умения по собственному врачеванию. Но некоторым ожидание показалось слишком долгим, а именно Алькону и Гартошу. Достав собственные кинжалы, они сделали себе на пальцах небольшие надрезы — что там размениваться на какие-то жалкие уколы иглой. Кровь радостно заструилась по пальцам. То и дело ее слизывая, торопыги безуспешно пытались найти нужный центр, и похвалиться своими успехами преподавателю.

— Ну вот, я вижу, что некоторые уже вполне могут обойтись без моей помощи, — заметив надрезы и потуги оболтусов, произнес Толтур и двинулся дальше.

Маг закончил практическое занятие с последним из студиэров, а два друга все маялись над своими пальцами.

— И напоследок, вот еще что. Тот, кто из вас успешно освоит внутреннее врачевание, возможно, дойдет до такого уровня, что ему даже больше не придется прилагать усилий к такому действию. Головной мозг, уже без особой вашей команды, сможет перепоручить это спинному мозгу. Все будет зависеть от ваших успехов.

Слизывая кровь, к магу подошли два незадачливых друга.

— Вот.

Гартош сунул под нос Толтуру палец.

— Что? — опешил маг. — Ты хочешь, чтобы я облизал твой палец?

На этот раз студиэры не сдерживали громогласного хохота. Гартош смутился.

— Нет. Я прошу вас научить нас, как останавливать кровь.

— Ваше желание похвально, студиэр, и я вам помогу. Но, впредь, я попрошу вас относиться к моему предмету более серьезно. Никаких глупых выходок. Ведь от того, чему я пытаюсь вас научить, будет зависеть ваша жизнь. А возможно не только ваша.

— Мы все поняли, господин Толтур.

— Надеюсь. Подойдите поближе.

Маг-лекарь помог двум оставшимся студиэрам приобщиться к знаниям о возможностях собственного тела.

— Вам все понятно, господа студиэры?

— Да, господин Толтур.

— Вот теперь, вы можете предпринимать собственные попытки к залечиванию ран. И надеюсь, они будут успешней вашей самодеятельности.

* * *

Нередко студиэры посещали и кузницу — хозяйство Максимера, строгого преподавателя кузнечного ремесла. Хоть и интересно было наблюдать, как из — под рук высокого, седого, слегка сгорбленного худого старика и его помощников, выходили изящные подсвечники или крепкие подковы, но студиэры военной группы приходили не за этим. Их основное внимание уделялось изготовлению оружия, его качеству, составу сплавов и так далее.

— Вот эта почти законченная сабля, — Максимер взял клещами нагретый до малинового цвета клинок, — изготовлена одним из самых простых способов. Здесь одно железо, никаких добавок. Его прочность достигается специальной закалкой.

Не дожидаясь, пока сабля остынет, он взял кусок китовьего жира и провел им по режущей кромке, затем еще раз. После этого быстро макнул саблю в ближайшую ванночку с водой, и моментально ее вынул. Клинок потемнел, хотя все еще слабо светился, почему-то запахло полынью, видимо что-то было добавлено в воду. Максимер несколько раз махнул саблей, помогая ей быстрей остыть на воздухе. Затем плюнул на лезвие, внимательно присмотрелся и прислушался, и удовлетворенно кивнув, сунул саблю в одну из бадеек с водой. Вместе с паром кузница наполнилась запахом клинового сиропа. Вынув остывший клинок, Максимер продолжил.

— Таким оружием вооружена наша конница.

Григорис пренебрежительно хмыкнул:

— Только не легионы «Гепарды» и «Вепри».

Максимер внимательно на него посмотрел.

— Все правильно, студиэр Григорис. Элитные легионы вооружены более качественным и дорогим оружием. Я вижу ты большой знаток в этом деле. Может тогда скажем, что это за клинок?

Максимер достал со стены прямой длинный меч и протянул его Григорису. Тот покрутил меч в руках, взвесил, чиркнул ногтем по лезвию, внимательно посмотрел на надрез, на рисунок на лезвии, затем ударил маленьким молоточком, прислушался, и пришел к выводу:

— Ховарской работы клинок!

— Молодец, — одобрительно похлопал его по плечу старый кузнец. Григорис с довольным видом отдал ему меч. — Почти угадал. — Довольное выражение Григориса сменилось недоумением. — Это не ховарский меч, хотя с виду очень похож. Этот меч я ковал сам, с помощью своих студиэров.

Григорис разочарованно и пристыженно опустил голову.

— Это подделка… — пробормотал он.

Кузнец возмутился.

— Это не подделка! У нас не было желания подделывать ховарский клинок. Нашей целью было выковать меч с такими же качествами, как и знаменитые ховарские мечи.

— Удалось? — с искренним любопытством поинтересовался Гартош.

— Нет, — вздохнул Максимер. — За ховарский клинок моих три нужно отдать. А то и пять… Мы собирали по крупицам знания по ховарским клинкам, и все сделали соответственно этим знаниям. Но… — Максимер снова вздохнул. Ховарские умельцы ни с кем не делятся своими секретами, и никому не удалось полностью овладеть их знаниями. Их мастерство непревзойденно в нашем мире.

— А в других?

— О, в других! В других мирах полно своих мастеров, которым ховарцы и в подметки не годятся.

— Гномы?

— Они. Людям с ними не сравниться. — Максимер повесил меч на стену. — Мой вам совет. Если вам предложат меч гномьей работы, не жалейте за него никаких денег. Ну а если он вам попадет в руки, ни в коем случае не расставайтесь с ним до самой смерти.

Студиэры ждали продолжения речи старого кузнеца. Но тот молча вышел из кузницы в подсобное помещение (в приоткрытую дверь было видно, как он приложился к пузатому кувшину), и вернулся с коротким мечем пехотинца. Не говоря ни слова, он поднял железный прут в палец толщиной, и без видимого усилия, коротким взмахом, перерубил его пополам. В руке у Максимера остался лишь короткий обрубок. Будущие военные с изумлением и обожанием смотрели на это чудо.

— Будь на месте этого прута другой меч, или доспех, произошло бы то же самое. Ну, может, ударить пришлось бы посильней.

— Григорис протянул руку.

— Можна?

— Нет. — Мастер отвел его руку. — Это оружие должно быть в руках у одного хозяина.

Он поспешно отнес меч назад. Из-за дверей снова донеслось бульканье, а затем кузнец крикнул.

— На сегодня все! Марш из кузницы.

* * *

Ну, кто мог знать, что невинная казалось забава, обернется такими неприятностями.

Гартош запланировал это мероприятие давно. Уже несколько лет они изучали различные виды магии. А совсем недавно, студиэры военной группы, проходили вызывание духов стихий, при помощи: предметной, знаковой, геометрической, и словесной магии. Правда по каждому виду магии было отдельное занятие, но Гартош подбил своих товарищей ускорить процесс познания, объединив несколько видов магии, и проверить, насколько успешно они усвоили пройденный материал. Ему надоело вызывать легкие порывы ветерка, или бледный огонек над клочком соломы. В конце-то концов, внук он сильнейшего мага или нет!

Следует признать, что Вирон отговаривал Гартоша и загоревшихся идеей студиэров, от подобного несанкционированного колдовства. Но его никто не слушал.

Заговорщики действовали по всем правилам. Для вызывания духа воздушной стихии, загодя приготовили ингредиенты: пух гигантской совы, маховые перья черного сокола и сушеные крылья летучей мыши. Из магической книги Листира, тайком были выписаны необходимые заклинания, и так же тайком принесены жертвы Клокии — богине ветров.

И вот, как подсказывали звезды, самый благоприятный для колдовства вечер настал. В комнате, где обитали Гартош, Алькон и Кливер собралось с десяток мальчишек. В небе стояла полная луна, освещавшая через широкое окно большой квадрат на полу.

Достав мелок, Гартош нарисовал магический треугольник. Возле вершин треугольника разложили перо, пух и крылья летучей мыши, и написали символы воздушной стихии. На самых вершинах прилепили по толстой свече, и зажгли их. Читать заклинание доверили Вирону, как самому искусному среди присутствующих магу (Вирон все-таки согласился принять участие в этом колдовстве).

Алькон держал перед Вироном листок с записанным заклинанием. Тот выразительно читал и производил руками необходимые пасы. Последнее слово тяжелой каплей упало в полуосвещенную комнату, и повисла тишина. Мальчишки напряженно переглядывались, ожидая хоть какого-то результата. Казалось, звенящая тишина сейчас раздавит барабанные перепонки, но ничего не происходило.

— Ну, и долго мы будем ждать? — не выдержал Кливер.

— Замолчи! — шикнул на него Гартош, уже и сам начинающий терять терпенье.

Пламя свечей слабо качнулось, и снова ровно потянулось вверх.

— И это все? — в голове Кливера послышалось откровенное разочарование. — Гартош, ты же обещал бурю, которая выметет листья из нашего парка. А ведь убирать его нашей группе.

Гартош молчал. А что можно было ответить на справедливый упрек? Из грандиозного замысла получился пшик.

Он повернулся к Вирону.

— Нужно повторить.

— Ты что?! Нельзя повторять неудачное заклинание. Мы где-то что-то напутали, и неизвестно что может произойти в следующий раз.

— Дай сюда. — Гартош вырвал листок с заклинанием из рук Вирона. — Ты неправильно читал.

Но не успел он произнести и слово, как мимо окна, что-то быстро пронеслось. Головы заклинателей дружно повернулись в ту сторону. Мимо окна пронесся еще один размытый силуэт, затем еще. Кто-то из мальчишек сдавленно пискнул, но ни у кого не возникло желания высмеять трусишку. За окном происходило что-то непонятное, так что испугаться успели все, даже Гартош. Честно говоря, Гартош до конца не верил, что у них что-нибудь получится. Так, захотелось острых ощущений. Но, судя по всему, надо же, получилось…

Придушив страх, Гартош подошел к окну, и тут же отпрянул назад. Мимо окна, уже в обратную сторону, снова пронесся неизвестно кто.

— Кто это? — округлив от страха глаза, прошептал Алькон.

— А я почем знаю? — также шепотом ответил Гартош.

— Но ты же его вызы… — Алькон замолчал на полуслове.

Из окна на них смотрело чье-то огромное злобное лицо.

— Они здесь, — повернувшись в сторону, прошипело лицо.

И сметая верхушки деревьев, к окну перепуганных заклинателей, метнулось еще два призрачных силуэта.

— Да, это они, — произнесла вторая страшная рожа. — Забираем их.

— Бежим!!! — завопил кто-то не своим голосом, и стремглав бросился к двери.

Вдребезги разбилось стекло и призрачные руки схватили находящихся ближе всех к окну: Гартоша, Алькона, Кливера, Вирона и еще двоих студиэров. Гартош с друзьями отчаянно сопротивлялись, призывали на помощь, но их неумолимо подтягивало к страшным, перекошенным ненавистью лицам, позади которых беспрестанно кружили вихри.

В распахнутую выбежавшими студиэрами дверь, ворвался Листир. Он вскинул руки и быстро начал читать заклинание.

— Не мешай смертный, — прошелестел раздраженный голос. — Они нарушили закон и не соблюли правило. Теперь они наши.

— Нет! — испуганно вскрикнул Листир. — Они всего лишь дети!

— Это не имеет значения, — последовал бесстрастный ответ.

— Ошибка будет исправлена, и вашей богине будут принесены обильные жертвы!

— Все решено…

Листир закончил читать заклинание, и один из духов выпустил Вирона и еще одного мальчика. Взбешенный дух воздуха взвыл и бросился на мага. Но Листир был крепким орешком, дух никак не мог до него дотянуться, хотя и оттянул внимание мага на себя, лишив его возможности помочь своим ученикам.

Первым в окно вылетел Алькон, затем Гартош, Кливер, и последний из схваченных мальчишек.

— Догонишь, — бросил один из духов, борющемуся с Листиром собрату.

— Не так быстро! — раздался властный голос.

Высокая фигура в длинном плаще и с широко раскинутыми руками, оказалась на пути похитителей.

— Дедушка! — что есть мочи заорал Гартош.

— Не ори! — поморщился лорд Руткер. — Виргов напугаешь, шмякнут об землю, костей не соберешь.

Увидев нового противника и оценив его силу, вирги — а это были именно они, высшие духи воздушной стихии — переглянулись.

— Уноси своих, а я займусь магом, — бросив свою ношу, прошипел один из духов.

Гартоша и Алькона рвануло вверх, и последнее что они увидели, вокруг Руткера завертелся настоящий смерч. Наверное, Гартош на какое-то время потерял сознание, так как следующее что он увидел, было искаженное болью лицо своего деда, находящегося совсем рядом. Тоесть они не только не улетели вместе с духом, но были притянуты Руткером назад, хотя было видно, насколько тяжело это ему давалось.

Для того, чтобы не дать унести Гартоша и Алькона, лорду Руткеру пришлось пренебречь собственной защитой, чем тут же воспользовался его соперник, вогнав в немолодого уже мага воздушные иглы.

Что придало Гартошу силы, он так и не понял: страх за себя, за деда, за своего друга, но он вдруг осознал, что не может оставаться беспомощной жертвой. Проследив за тем, куда дед направляет свои силы, и вспомнив как помогал Гниверу в вылазке в глубь замка, Гартош добавил к магии деда свою, влив туда как можно больше ненависти.

Вирг взвыл, и выпустил свою ношу. Гартош и Алькон упали с высоты четырех шетов, не получив, впрочем, никаких повреждений — как-никак военные студиэры, падать и прыгать научились и не с таких высот. Оставшись без добычи, вирги отлетели на безопасное расстояние и зловеще пригрозили:

— Наши хозяева будут недовольны. Вы еще пожалеете смертные.

Из окна комнаты вылетел третий вирг, и, присоединившись к коллегам, рванул на запад.

Руткер подбежал к внуку и его другу.

— Вы целы?

Гартош поднялся.

— Я в порядке, а ты? — он взглянул на Алькона.

Тот себя ощупал, вскочил на ноги, и неверяще ответил.

— Я тоже.

Гартош бросился к деду.

— Дед, ты весь в крови!

— Пустяки, — отмахнулся Руткер. Кровь на лице остановилась, раны на глазах начали затягиваться. — Ох, и сильны воздушники, давно таких не встречал. Откуда они взялись? — Он требовательно посмотрел на внука.

Мальчишки смутились.

— Я…Мы их вызвали…

— Что?!

— Мы хотели вызвать ветер. А получилось…

— Я вижу, что получилось! Кто-нибудь еще участвовал?

Да…

— Где они?

— В нашей комнате. Были…

Комната Гартоша и его друзей находилась на втором этаже длинного здания, из которого уже начали выбегать преподаватели и студиэры. Не утруждая себя поднятием по ступенькам, лорд Руткер пролеветировал сразу в окно. Комната была разгромлена, от обстановки остались одни щепки и обломки. На полу, возле стены, постанывал Листир, больше в комнате никого не было. Затем появился Олектрон, и старший преподаватель лорд Фергас. Они уже слышали сбивчивый рассказ студиэров, и примерно понимали, что здесь случилось, хотя и не до конца.

Лорд Руткер быстро привел преподавателя магии в себя, и ответил на незаданный вопрос его коллег.

— Ничего страшного, истощение. Эта тварь высосала из него слишком много сил.

— Слава Гретеону что вы здесь оказались, — прошептал Листир. — Я не смог их сдержать.

— Кстати, а как вы здесь оказались? — удивленно спросил лорд Фергас.

— Услышал зов Гартоша, — усмехнулся лорд Руткер. — Вы же знаете, мой замок недалеко отсюда, а Гартош вопил о помощи так, что его, наверное, услышали не только все маги Виктании, а и все маги Иктива, от Реата до Гроброса.

— Что же во имя Залы здесь произошло? — почесав макушку, спросил Олектрон.

— А вот мы это сейчас и узнаем, — недобро усмехаясь, ответил лорд Руткер, кивая на несмело подошедших Гартоша, Алькона и остальную компанию незадачливых заклинателей.

* * *

— Кто придумал вызвать духов воздушных стихий? — строго спросил первый маг империи.

Понурив голову, Гартош вышел вперед.

— Я…

— Я в этом не сомневался ни на минуту, — с мрачным удовлетворением сказал, уже пришедший в себя Листир. — Если в группе затевается что-нибудь запрещенное, можно не сомневаться, здесь замешан Гартош. — Он прочистил горло. — Лорд Руткер! Я должен заявить, что ваш внук, ведет себя не в соответствии со званием студиэра высшей студии. А этот случай вообще мог стоить жизни нескольким студиэрам. Я буду вынужден ставить вопрос об отчислении его из высшей студии и переводе в студию рангом ниже.

Руткер выслушал речь Листира молча, не сводя взгляда со своего внука. Гартош испуганно вскинул голову.

— Я не думал, что так получится! Мы хотели всего лишь вызвать ветер.

— Так, так… хотели вызвать ветер…

Старый маг подошел к магическому треугольнику, внимательно осмотрел его, и удовлетворенно кивнул.

— Все сделано правильно. Почти правильно. Не хватает только одной фигуры. — Руткер испытующе посмотрел на Листира. — Разве я не прав?

Листир почему-то вдруг смутился. А Гартош бросился горячо доказывать.

— Но дедушка! Исходя из положений геометрической, словесной, предметной и знаковой магии, чтобы вызвать духа воздушной стихии, достаточно одной фигуры, символов и предметов, которые мы расположили на вершинах магического треугольника.

— Чтобы вызвать духа этого достаточно, — почти ласково сказал Руткер. — Но вот чтобы удержать его — нет. Здесь должна находиться еще одна фигура. — Руткер быстро набросал квадрат, заключив в него треугольник. — Вот эта. С соответствующими предметами на вершинах. Этот квадрат должен удержать духов в повиновении. Если бы он здесь был, духи не смогли бы причинить вам вреда.

— Но мы ничего об этом не знали, — растерянно пробормотал Гартош, оглядываясь на своих друзей. Те лишь недоуменно пожали плечами.

— Вот-вот! — торжествующе произнес Руткер. — А чья обязанность ознакомить вас с мерами безопасности, прежде чем начинать какие либо магические действия?

Головы присутствующих повернулись к Листиру.

— Мы еще не подошли к этому разделу, — пряча взгляд, сказал преподаватель магии.

— Как не дошли? — изумленно воскликнул лорд Руткер. — Вы ознакомили студиэров с возможностью вызывать духов, и не ознакомили, как от этих духов уберечься? Вы должны были сделать это в первую очередь! Листир, за случившееся, вы несете не меньшую ответственность, чем студиэры! Я так же буду настаивать, на вашем смещении с должности преподавателя магии в высшей студии!

Листир побледнел, и некоторое время ничего не мог сказать. Вместо него сказал Фергас.

— Лорд Руткер, я думаю, всем нам надо успокоиться и не горячится. Вышло всего лишь недоразумение. — Руткер скептически хмыкнул, но промолчал. — Мне кажется, не нужно никого смещать и отчислять, нужно только разобраться в случившемся, чтобы этого больше не повторилось.

Гартош украдкой, из-под лоба, взглянул на деда и преподавателя. Судя по их виду, маги больше не собирались настаивать на своем, похоже, что конфликт разрешился. Листир приблизился к Руткеру, и, показывая на магическую фигуру, осторожно произнес:

— Я не обучал их этому. Занятия по совместному применению различных видов магии, должны были проводиться с этой группой только через два года. У нас проводились лишь раздельные занятия по разным видам магии.

— Нужно было подумать, что у кого-то из студиэров хватит сообразительности свести эти знания в кучу и проверить на опыте, — бросив испытующий взгляд на Гартоша, наставительно и уже беззлобно, хотя и с легким упреком, сказал Руткер. — Хотя, честно говоря, я не понимаю, как такое несложное колдовство, могло вызвать таких сильных виргов.

Листир так же недоуменно пожал плечами — если сам лорд Руткер не понимает, то, как это может знать такой скромный преподаватель магии, как он.

Руткер вытащил из-под обломков кровати полуразорвавшийся листок с заклинанием.

— Кто его читал?

Гартош хотел взять все на себя, но Вирон его опередил, и смело вышел вперед.

— Я!

В глазах Руткера мелькнуло легкое сожаление, видимо он ожидал, что заклинание читал его внук.

— Неплохо, неплохо, э…

— Вирон, — подсказал Листир. — Лучший ученик по моему предмету в этой группе.

Под разочарованным взглядом деда, Гартош опустил голову. Похоже, что Вирон уловил ситуацию и решил помочь другу.

— Я всего лишь читал заклинание. А подготовил все Гартош. Он сказал нам, какие нужны ингридиенты, какое заклинание, сам принес жертвы Клокии.

Взгляд Руткера немного потеплел, он подозвал Вирона к себе.

— Подготовить такое колдовство, это конечно важно. Но не менее важно, правильно произнести заклинание. Мне кажется Вирон, что в тебе есть немалый магический дар. Возможно, тебе и твоим родителям стоит подумать о переходе из воинской группы в группу магов?

Вирон смутился, похвала лучшего мага империи ему льстила.

— Я подумаю, лорд Руткер.

— Подумай, Вирон, подумай. А господин Листир поговорит с твоими родителями.

Руткер и Листир многозначительно переглянулись. Похоже, возможность перетянуть к себе способного ученика, примирила магов окончательно.

Вот так, в общем, благополучно, закончилась эта история.

IV
II

Оглавление

Из серии: Бродяги измерений

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Сын генерала предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я