Перезагрузка (Эми Тинтера, 2013)

Рен Конноли родилась дважды. В семнадцать лет она получила три пули в грудь в жутких трущобах Остина, а ровно через сто семьдесят восемь минут девушку воскресили. Теперь она Рен Сто семьдесят восемь, лучший солдат корпорации. Ибо в мире близкого будущего Корпорация развития и возрождения человечества заменила Бога и способна воскрешать мертвых и награждать их бессмертием. Называется это Перезагрузкой. Вот только рибутов, оживленных, обыкновенные люди считают монстрами – рибуты сильнее людей, они не ведают страха и почти лишены чувств. Их пытаются истребить, но вето на истребление накладывает всесильная корпорация. Потому что гораздо выгоднее приспособить их для своих целей, ведь они – идеальные солдаты…

Оглавление

Из серии: Перезагрузка

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Перезагрузка (Эми Тинтера, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава третья

Взяв поднос, я снова покосилась на конец очереди. Двадцать два стоял в хвосте и вертел головой, рассматривая столовую. Когда его взгляд остановился на мне, я поспешно отвернулась, едва он начал махать рукой.

Женщина за стойкой как раз швырнула на мой поднос бифштекс, и я сосредоточилась на ней. Их было трое за стеклом – две женщины и мужчина. Раньше на хозяйственных работах в корпорации тоже состояли рибуты, однако со временем люди испугались безработицы, всполошились, и администрация им в угоду создала несколько новых рабочих мест. Но людям все равно не нравилось обслуживать рибутов.

Дождавшись, пока они заполнят поднос, я направилась через весь зал к своему обычному месту рядом с Хьюго. Там я вонзила вилку в отлично прожаренный бифштекс и бросила кусок в рот. КРВЧ растолковала родителям рибутов, насколько нам будет здóрово на ее попечении (не оставив другого выбора). Им было сказано, что мы принесем пользу. Что будем вести нечто похожее на жизнь. Не знаю, было ли нам здóрово, но кормили здесь определенно лучше. Рибутам требуется меньше еды, но наши успехи достигают пика лишь при хорошем и регулярном питании. Если нас не кормить, мы станем такими же немощными и бесполезными, как люди.

– Здесь свободно?

Я подняла глаза. Передо мной стоял Двадцать два с подносом в руках. Его белая футболка была заляпана кровью – наверное, кто-то из девяностых не упустил случая преподнести еще один урок. Обычно это длилось пару-тройку дней, пока эта буча не надоедала охране.

– Унтер-шестидесятые сидят там. – Я показала на стол Эвер. За ним болтали и смеялись, а один мальчишка неистово жестикулировал.

Двадцать два оглянулся:

– Это правило такое?

Я помедлила. Было ли это правилом? Нет, мы сами так решили.

– Нет, – ответила я.

– Значит, можно сесть?

Я не нашла никакой причины отказать, хотя эта идея по-прежнему казалась мне скверной.

– Валяй, – сказала я неуверенно.

Он плюхнулся на стул напротив. Несколько сто двадцатых повернули головы, на их лицах отразились недоумение и досада. Мария Сто тридцать пять покосилась на нас, взглянув сперва на меня, потом на Двадцать два. Я оставила эти переглядки без внимания.

– Зачем же вы так делаете, если правила нет? – спросил он, обведя рукой помещение.

– У близких номеров больше общего, – объяснила я, прожевывая бифштекс.

– Это глупо.

Я нахмурилась. Ничего глупого в этом не было. Это была правда.

– Не понимаю, каким образом минуты, проведенные в состоянии смерти, влияют на личность, – заявил он.

– Это потому, что ты Двадцать два.

Он выгнул бровь и снова взялся за нож; мясо он резал так, словно боялся, что оно прыгнет и даст ему сдачи. Потом сморщил нос и стал смотреть, как я ем.

– Вкусно? – спросил он. – Выглядит как-то странно.

– Да, вкусно.

Он недоверчиво уставился в тарелку:

– А что это такое?

– Бифштекс.

– Говядина, значит?

– Да. Что, никогда не ел мяса?

В трущобах не знали никакого мяса, если только человек не устраивался на работу в корпорацию. Фермы принадлежали КРВЧ, а охота редко бывала удачной. Чрезмерное увлечение ею давно привело к исчезновению диких животных. Иногда еще откуда-то выскакивала белка или кролик, но мне они почти не попадались. Рибуты ели лучше большинства людей, чем возбуждали еще большую ненависть.

– Нет, – отозвался Двадцать два. Судя по выражению лица, он и не собирался менять привычек.

– Попробуй, тебе понравится.

Он поднес кусок к губам и быстро положил в рот. Медленно прожевал, проглотил, скорчил мину и посмотрел на то, что осталось в тарелке:

– Не знаю. Чудной вкус.

– Ешь и не выпендривайся, – осадила его Лисси, сидевшая через несколько стульев от нас. Салаги всегда выводили ее из себя. Двадцать два не был исключением.

Он коротко глянул сначала на нее, потом снова на меня. От столь вопиющей непочтительности Лисси нахмурилась.

– Зануда, что ли? – спросил он меня тихо.

«Еще какая». Я едва сдержала улыбку, глядя, как Лисси неистово кромсает мясо, словно оно пыталось сбежать. Хьюго, передразнивая ее, занес нож над своим бифштексом. Росс Сто сорок пять дважды моргнул – наверняка эта была его манера улыбаться.

– Все говорят, что она будет моим тренером, – сказал Двадцать два.

Лисси вскинула голову и наставила на него нож:

– Все говорят правду. Поэтому заткнись и ешь.

Я в жизни не видела такой наглой рожи, как у этого Двадцать два. Его улыбка не исчезла, а лишь преобразилась в насмешливый, дерзкий оскал. Бросив вилку, он преспокойно откинулся на стуле. Ему было незачем говорить: «А ты рискни, заставь меня». Все было и так понятно.

Лисси проглотила остатки еды и вскочила, что-то бурча под нос. Когда она проходила мимо нас, взгляд ее, устремленный на Двадцать два, сверкал от ярости.

– Надеюсь, ты долго не протянешь и мне не придется возиться с тобой, – процедила она.

– По-моему, это относится ко всем ее салагам, – усмехнулся Хьюго, проводив взглядом Лисси, которая решительно проследовала к выходу, по дороге оттолкнув помешавшего ей рибута.

– Ее долг – сделать из них хороших рибутов, – сказала я, вспомнив нож, который выдернула из головы Тома Сорок пять.

– Так и сделай! – оживился Двадцать два. – Разве ты не можешь выбирать?

– Могу. И я не работаю с такими маленькими номерами.

– Почему?

– Потому что от них никакого толку.

Мария Сто тридцать пять хмыкнула, и Двадцать два весело посмотрел ей в спину, а после снова взглянул на меня:

– Может, это как раз потому, что ими не занимаешься ты. К тому же я оскорблен!

Нисколько, судя по улыбочке.

Я поковырялась вилкой в тарелке. В его словах был резон. У салаг с небольшими номерами не было никаких шансов. Из-за малых чисел? Или из-за Лисси, которая тренировала их одним лишь криком? Я посмотрела на него, не зная, что сказать. Об этом я никогда не задумывалась.

Его улыбка погасла, он явно принял мое молчание за отказ. О чем я думала на самом деле, ему знать не полагалось, поэтому я и держала рот на замке. Не дождавшись ответа, Двадцать два принялся за еду.


После ланча я прогулялась на шестой этаж. В промежутках между учебными циклами я часто скучала и не знала, куда себя деть. Не представляю, что бы я делала, если бы была рибутом с малым номером, которому никогда не суждено стать тренером. Им было совершенно нечем заняться, особенно с тех пор, как в КРВЧ сочли большинство развлечений необязательными для рибутов.

Я заглянула в крытое помещение с беговыми дорожками. Там было несколько рибутов: одни просто бегали, другие гонялись друг за другом. Затем дошла до следующего зала, где находился тир – как обычно, набитый битком. Это было нашим излюбленным времяпрепровождением. Рассредоточившись по кабинкам, рибуты наводили оружие на выстроенных у стены бумажных людей. Большинство успешно попадали в цель, то есть в голову. Настоящие пули корпорация нам не доверяла, поэтому мы пользовались пластиковыми.

Сунув руки в карманы черных брюк, я направилась к последней двери, в спортзал. На пороге я оглядела группы рибутов, разбредшихся по углам. Кто-то болтал, кто-то вяло изображал поединок, чтобы не ругалась охрана.

Эвер обрабатывала в углу бумажную мишень, унесенную из тира и приклеенную к стене. Сначала она разминалась, сжимая нож и вдумчиво изучая противника. Дылда Минди Пятьдесят один стояла рядом и следила, как нож вылетел из руки и ударился в стену, поразив бумажного человека в лицо.

Я направилась к ним. Эвер наклонилась к Минди и что-то проговорила ей на ухо. В этом углу спортзала раньше играли в дартс, потом КРВЧ запретила это, посчитав бесполезной игрой. Метание ножа тоже было игрой, но все-таки больше походило на упражнение. Я никогда не участвовала, но кое-кто из унтер-шестидесятых соревновался в количестве попаданий в голову за отдельную серию бросков. В прошлый раз я слышала, что Эвер очутилась в первой тройке.

Эвер взяла Минди Пятьдесят один за руку, но, заметив меня, торопливо отошла.

– Салют! – сказала она, нацепив улыбку.

– Привет, – отозвалась я, покосившись на Минди.

Та вытерла дрожащими пальцами глаза, и я пожалела, что пришла. Мне было не по себе от эмоций маленьких номеров. Собираясь уйти, я попятилась, но Минди опередила меня.

– Мне пора, – сказала она, сделав несколько шагов в сторону. – Эвер на сорок втором броске.

Я кивнула и посмотрела на Эвер, которая вытаскивала тупой нож из пробковой стены. Вернувшись на свое место, она искоса глянула на мишень и переложила оружие в другую руку.

– Ты разрешила Каллуму сесть рядом, – проговорила она перед самым броском и вскинула бровь. Нож угодил точнехонько в лоб.

– Он может сидеть где угодно, – ответила я, не в силах забыть дерзкий взгляд, которым Двадцать два наградил Лисси.

Эвер со смехом выдернула нож из стены.

– Само собой. Ты-то всегда сидишь с мелюзгой.

Я пожала плечами:

– Он попросил. Я не нашла причин отказать.

Она опять рассмеялась и встала на позицию в нескольких футах от бумажного человека.

– Справедливо. – Ее глаза зажглись. – Он тебе нравится?

– Нет.

– Почему? Он ничего из себя.

– Здесь все ничего.

Рибутам и впрямь была свойственна своеобразная привлекательность. После смерти, когда вирус начинал действовать и организм перезагружался, кожа очищалась, тело стройнело, в глазах появлялся блеск. Это была красота с налетом безумия.

Правда, мой личный налет больше смахивал на толстый слой.

Эвер посмотрела на меня, как на милого щенка, искавшего внимания. Я не любила этот взгляд.

– Нет ничего страшного в том, чтобы считать его симпатичным, – сказала она. – Это естественно.

Естественно для нее. У меня таких чувств не было. Просто не существовало.

Я снова пожала плечами, отведя глаза. Она часто огорчалась, когда я пыталась втолковать ей, что не испытываю тех же эмоций. В итоге я решила, что лучше вообще помалкивать.

Эвер отвернулась и стала переминаться с ноги на ногу, одновременно выдыхая и готовясь к новому броску. Сосредоточившись на мишени, она застыла с занесенным ножом. Затем резко шагнула, метнувшись вперед всем телом, и улыбнулась, когда нож вонзился в стену.

Она проделала это еще несколько раз, пока не набрала ровно пятьдесят бросков, и только тогда повернулась ко мне.

– О чем же вы говорили? – спросила она. – Я видела, как этот храбрец пытался втянуть тебя в беседу.

Мои губы чуть растянулись в улыбке.

– В основном о еде. Он никогда не ел мяса.

– Ах вон оно что.

– И еще он попросил меня его обучать.

Эвер отвернулась и фыркнула:

– Бедняга. Не представляю, как ты будешь его тренировать. Ты же его напополам разломишь.

Я кивнула, глядя, как нож опять полетел в мишень. Эвер была всего-навсего Пятьдесят шесть, но рибут из нее получился хороший. По крайней мере, адекватный. Она продержалась в живых четыре года, повинуясь приказам и успешно справляясь с заданиями.

– А тебя кто учил? – спросила я.

Когда Эвер была салагой, я уделяла ей мало внимания, хотя мы и жили в одной комнате. Она попала в корпорацию почти через год после меня, и я сама еще не была тренером.

– Маркус Сто тридцать, – ответила она.

Я кивнула. Его я помнила смутно. Несколько лет назад он погиб на местности.

– В команде новичков мой номер был самый низкий, и ему пришлось со мной повозиться. – Она пожала плечами. – Впрочем, он был неплох. Лисси тогда, к счастью, еще не появилась, иначе я была бы мертва в первую же неделю.

Многие стажеры Лисси прекрасно прошли обучение, однако череда негодных закрепила за ней славу убийцы салаг. Наверное, заслуженную. Возможно, Двадцать два станет очередной жертвой ее невезения.

Нож снова воткнулся в стену, и я посмотрела на Эвер.

– Сколько уже? – спросила она.

– Пятьдесят два.

– Отлично, черт побери.

Она ухмыльнулась, глядя на мишень, и я тоже не смогла удержаться от улыбки. Может, не все унтер-шестидесятые такие уж безнадежные.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Перезагрузка (Эми Тинтера, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я