Лучшие рецепты еврейской бабушки
Тася Шмуклис, 2019

Еврейская кухня поистине легендарная. Кто не слышал о форшмачке от тети Цили или фирменной фаршированной рибке от тети Розы? А биточки из тюльки? А жареная черноморская камбала? Это же самый цимес! Чтобы попробовать деликатесы, необязательно ехать в жаркий Израиль. Откройте эту книгу! Тут собраны самые интересные рецепты израильских знакомых и их оригинальные авторские интерпретации. А еще – пряные истории из жизни обычной еврейской семьи, мудрость поколений и дельные жизненные советы. По-настоящему душевные и семейные рецепты придутся по вкусу всем, кто хочет познакомиться с еврейской кухней, такой разнообразной и яркой. И таки да, это вкусно!

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Лучшие рецепты еврейской бабушки предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Имею вам сказать, что кошерное — это вкусно! Особенности еврейской кухни, а также еврейских мам и бабушек

Таки повезло мне в жизни на хороших людей. Больше всего повезло с родителями — они всегда хотели, чтобы единственная дочь была счастлива, поэтому разрешалось мне многое. Но это «многое» следовало делать с умом, иначе головомойки не избежать. Даже шкоду прощали, если дельце было «обделано», как модно сейчас говорить, креативно и без особых последствий.

Помню, как сама научилась идеально завязывать ленточки на коробке конфет, чтобы родители не догадались, что конфет в ней уже не 500 г, а 450, потом 420, потом 370… В общем, до какого-то там праздника, для которого они запасались, дожило граммов сто пятьдесят. Тогда мама восхищалась, как мастерски я наловчилась вязать этот бантик. Так, чтобы узелок был ровненьким и квадратным. Если кто не в курсе, во времена моей молодости коробки конфет завязывались лентой, а внутри не было отделений для каждой конфетки. Каждая укладывалась в бумажную корзиночку, а потом эти конфеты запихивались более или менее ровными рядами в коробку — на вес. Позже я наловчилась составлять их ровными рядочками. Ясное дело, что после такой процедуры оставалось 3–5 «лишних» конфет, которые ломали стройные ряды, и я их с удовольствием утилизировала. Если мама с папой об этом и догадывались, то виду не подавали (как оказалось потом, не догадывались, а точно знали и даже заключали пари, сколько конфет в коробке будет не хватать до первоначального веса после моей ревизии).

Родители жили сначала в Житомире, там я родилась. Потом переехали из-за работы папы в Винницу, а затем решили, что дочке пойдет на пользу морской климат, и обосновались в Одессе. Поселились мы в обычном доме с самым обыкновенным внутренним двориком, в котором, как оказалось, живут очень необыкновенные люди.

Нас приняли как родных. Тетя Лиля (Лиля Давидовна) и тетя Сара (Сара Марковна) помогали устроиться, рассказывали маме, где лучше покупать овощи, рыбу, мясо. Они водили нас на Привоз и знакомили с продавцами, с которыми можно иметь дело. Потом повели в магазин и рассказали, в какие дни и в какое время завоз продуктов. Тут же встретили директора школы, где учились дочки тети Сары — Аня и Софа. Прямо перед прилавком со сладостями со мной и мамой провели собеседование и пристроили в 4 класс (меня). Только документы велели принести в течение недели (маме). В общем, в нашем доме жили самые душевные люди, каких я только встречала в жизни. Тетя Лиля и тетя Сара были лучшими подругами и ругались лишь по одному вопросу: чем кормить детей. Со временем тема изменилась на «чем кормить внуков».

Правда, у Сары Марковны внуки родные — у Софы и Анечки уже по двое детей, а у Лили Давидовны внук двоюродный — сын племянницы. Но дела это не меняет — обе сначала были настоящие идише мамэ, а потом беззаветно любящие внуков еврейские бабушки. Любовь проявлялась в отменном разнообразном и вкусном питании.

Выяснив, что моя мама целыми днями на работе и часто задерживается, они решили делать два добрых дела сразу. Первое — кормить меня, оставшегося без присмотра и регулярного горячего питания ребенка. Второе — проверять на мне свои кулинарные шедевры и ставить эксперименты, чтобы не подвергать опасности собственных детей или племянников.

С такой опекой я скоро стала настоящим гурманом и капризничала, когда мама пыталась накормить меня обычными макаронами с сосиской. Именно поэтому со временем у меня родилась мысль записывать рецепты наедков и напитков, которыми меня откармливали соседки. Тем более что еще одна соседка — Нина Петровна — согласилась оказывать мне определенную спонсорскую помощь и поддержку расходными материалами. Она хоть и была на сто процентов славянской женщиной, жизнь по соседству с предприимчивыми еврейскими дамами не прошла бесследно. Нина Петровна была шеф-поваром в весьма приличном ресторане при санатории, и новые кулинарные веяния весьма ее интересовали. А веяния эти из кухонных окон тети Лили и тети Сары были самые разнообразные, от них у половины дома начиналось активное слюноотделение. Дядя Сема говорил, что если это благоухание сразу не запить и не закусить, то можно и язву желудка заработать.

Но особым кулинарным даром обладала тетя Роза — высокая, фигуристая, безумно красивая брюнетка, незаменимый сотрудник какого-то института и кулинар от Бога. Дядя Сема говорил, что когда Моисею Бог дал скрижали с заповедями, там были еще и скрижали с рецептами, но Моисей не смог их донести до народа израильского, а тетя Роза, очевидно, их нашла. Наверное, когда ездила в Египет на научную конференцию. Тогда ж было не сейчас. Теперь все, кому не лень, во «все включено» в Хургаду летают. А в начале 80-х и в страну соцлагеря выехать было ого-го! А в экзотический Египет… Провожали ее в командировку всем двором, а потом встречали, как Шахразаду. И она действительно потом еще с месяц вечерами под хорошее настроение рассказывала про заморские диковины. От нее я впервые услышала странные слова «хумус», «кускус», «тхина», «мухаммара», «фалафель». Она первая угостила меня финиками и гефилте гелзеле, которую я приняла за какую-то новую колбасу.

Тетя Роза готовила с закрытыми окнами. Это правильно, иначе на запах сбежался бы весь дом. Как-то дядя Сема — кстати, муж сестры Лили Давидовны — сказал, что тетя Роза обладает особым даром привлекать мужчин. На что та ответила: «Я? Даром? Та вы с ума сошли! Никогда!» Она таки ничего не делала просто так. Посему и карьеру построила, и замуж вышла удачно. Правда, ненадолго. Когда муж от нее сбегал, он кричал, что ураганы всегда называют женскими именами, но еще ни один ураган не удостоился чести носить имя Роза Адамовна. И дай бог, чтоб такого урагана никогда и не было.

Не знаю, что ему не понравилось. Тогда я была уверена, что ради одного куска фаршированной курицы тети Розы можно стерпеть что угодно.

Когда тетя Роза узнала, что я записываю рецепты соседок, она похвалила меня. А я ж нормальная еврейская девочка и, конечно, не сказала, что даю их почитать Нине Петровне. Более того, Роза Адамовна попросила меня, пигалицу-шестиклассницу (!), записать несколько ее рецептов. Она верила, что когда-то мои каракули в общей тетради с зеленой клеенчатой обложкой будут изданы и станут бестселлером. И она таки знала, что говорила. Я так надеюсь.

Тетя Роза старательно придерживалась кашрута, но всегда говорила, что сливки и сметана дают более нежный вкус, чем майонез. Особенно это касается курицы. Но, наверное, не все знают, что такое кашрут. Поэтому расскажу подробнее. Тетя Лиля, кстати, тоже его соблюдала строго, а вот Сара Марковна, чтобы детям-внукам было вкуснее, не обременяла себя выполнением каких-либо правил — лила сливки в начинку для фарширования птицы, замачивала в молоке хлеб для котлет, обмазывала курицу сметаной. И таки это было очень вкусно. Кстати, с майонезом тоже ничего, но ни в коем разе не с магазинным. Что они туда пихают — не знаю, но однажды открытую пачку забыли на балконе. Она на солнце две недели пролежала — и хоть бы что. Жидкое мыло помутнело, а у этой субстанции ни вкус, ни запах, ни консистенция не поменялись. Потому колотите майонез сами — здоровее будете и вы, и дети, и внуки.

Так вернемся же к кашруту. Если кто думает, что это как постная еда, пресная и не очень вкусная, то он сильно ошибается. Постная еда может быть такая, что за уши не оторвешь. Нина Петровна специально готовила напоказ (чтоб соседок удивить) христианские постные блюда — ту же рыбу, вареники, блинчики с грибами, кексы с черносливом и изюмом. С таким постом можно через 40 дней поменять весь гардероб на два размера больше.

Кошерная еда, как на мой вкус, еще лучше и разнообразнее. Мясо есть можно, хоть и не все и обязательно без крови. Нельзя употреблять свинину и зайчатину, соответственно и кролика. Также нельзя есть рыбу без чешуи и морепродукты. Дядя Сема говорил, это для того, чтобы угря не перепутали со змеей. А в теплом море, например Красном, есть ядовитые моллюски, которыми в древние времена можно было отравиться. Свинина на жаре быстро портится. Так что все запреты, наверное, были тысячи лет назад составлены для того, чтобы уберечь еврейский народ от пищевых отравлений. Также по кашруту нельзя смешивать в одном блюде и приеме пищи мясо с молочными продуктами. Ашкеназы спокойно добавляют молоко и молочные продукты в рыбу, а сефарды строго соблюдают разделение: мясо, молоко, рыба — все отдельно друг от друга. И даже посуда для готовки мяса, рыбы и молочных продуктов должна быть разной.

Есть нейтральные продукты, которые можно добавлять ко всему подряд, их называют парве. Это овощи, фрукты, бобовые, зерновые, грибы (не все, но шампиньоны вполне себе кошерные), яйца, сахар, соль, мед, орехи и семечки. Тетя Сара сказала, что знает раввина, который причисляет к парве даже кости и кожу некошерных животных, поэтому варить холодец из свиных ножек и есть сало как бы даже можно. Еще этот раввин сказал, что порошковое молоко тоже можно считать парве. Думаю, он так говорил для того, чтобы тетя Сара пригласила его на обед, приготовленный с учетом нового толкования кашрута. И она таки пригласила. Она была очень рада, что ее любимое сало — вполне себе кошерная еда.

Кстати, говорят, что сало и свинина стали так популярны в Испании именно из-за евреев. Во времена инквизиции, в XV веке, чтобы сохранить жизнь себе и детям, иудеи и мусульмане часто принимали христианство. Многие продолжали тайно соблюдать обычаи своего народа, но это было опасно — за это людей заточали в тюрьму или сжигали на костре, естественно конфискуя имущество в пользу церкви. Чтобы проверить выкрестов — марранов — на крепость в новой вере, испанцы практически во все блюда добавляли свинину. Так евреям приходилось есть свинину, дабы доказать свою приверженность христианству и уберечь от преследований детей. Кстати, по-испански «моррано» на сленге означает «свинья». Все это рассказал нам тот раввин.

Он оказался прекрасным оратором и настоящим эрудитом, замечательно играл на скрипке и флейте. Поэтому по праздникам мы не только вкусно ели всем двором, но и слушали хорошую музыку. А потом я узнала, что раввин окончил экономфак МГУ, а потом еще учился в музучилище в Киеве по классу тромбона. Не узнала только, как он стал раввином, и об этом сожалею. История была наверняка удивительная.

Да, вокруг меня жили потрясающие люди! Тетя Роза ездила в Египет, Болгарию и Италию по своим научным делам. Муж тети Сары Роман Абрамович был профессором физики и заслуженным изобретателем, к нему постоянно приезжали бывшие студенты за советом или с «благодарностями». Иногда эти подарки были такими диковинными, что тетя Сара, наступив на горло своему самолюбию, шла к тете Розе спросить — «шо то такое, шо с ним делать и с чем его едят?» Результат коллективного труда обычно превосходил все ожидания.

Дядя Сема часто рассказывал анекдот:

— Сара, сколько вы весите?

— В очках сто двадцать килограммов.

— А без очков?

— А без очков я не вижу весы.

Это было таки точно про нашу тетю Сару, а вот тетя Роза всегда была в одной поре — пышная, но не толстая. Тетя Лиля, наоборот, была стройна до худобы и верила, что это от строгого соблюдения кашрута. Но моя знакомая из Израиля, с которой мы познакомились в Интернете на кулинарном форуме, сказала, что это особенности некоторых ветвей израильского народа. Не уверена, что это правда, думаю, у тети Лили был просто стремительный обмен веществ, доставшийся по наследству. Наследство, кстати, достойное зависти. При такой комплекции одно кожаное пальто (очень хорошее, итальянское, тетя Лиля его получила в подарок от благодарного ученика) можно носить 15 лет, и оно будет по фигуре. Я, когда начала готовить сама по рецептам соседок, поняла, что мне такого наследства не досталось, а это жаль. Правда, итальянского кожаного пальто у меня тоже нет, а повод каждые три-четыре года обновлять гардероб есть. Так что во всем свои прелести.

Чуть не забыла сказать главное о кашруте. Тора запрещает работать в субботу: разжигать огонь, замешивать тесто, выпекать и варить нельзя. Но при этом еда в субботу должна быть вкусной, ведь это праздничный день. Мои соседки, в основном работающие советские женщины, это правило соблюдали редко, но уж если соблюдали… Как-то они устроили соревнование по приготовлению гефилте фиш и форшмака. Старожилы нашего двора до сих пор вспоминают этот день как великий праздник.

Оказалось, что Роман Абрамович не только профессор и гурман, но и кулинар — готовит щуку не хуже жены. И не только щуку. Ему от мамы досталось множество рецептов, он умеет их все готовить, просто ему сильно некогда. В этой книге есть несколько его рецептов. Причем сам Роман Абрамович рекомендовал экспериментировать, добавляя что-то от себя: любимые специи, зелень, сметану вместо майонеза, а главное — душу. Когда еда готовится с душой и удовольствием, можно превратить в потрясающее блюдо самый простой набор продуктов. Тогда верилось с трудом, но сейчас понимаю — он был совершенно прав. А если к душе и удовольствию добавить еще и желание бабушки побаловать любимых внуков… Внуки эту еду не забудут никогда! И потом сами будут точно так же кормить своих внуков.

Вот как раз в этот момент, когда набирала этот абзац, я посмотрела в окно. Понаблюдала за внуком Лили Давидовны, выходящим из дома. В ближайшие полчаса он, как говорила Нина Петровна, «в шкоду не встрибне». Секрет волшебства простой — бабушка накормила до отвала, он не идет, а катится по двору. Меня всегда удивляло, как тетя Лиля при более чем скромном доходе учительницы умудряется столько всего готовить из минимального набора самых простых продуктов. Сколько раз ее ни спрашивала, она смеялась в ответ и говорила, что это тяжелое наследство евреев-ашкеназов. Эта ветвь израильского племени, как выяснилось, долгое время жила на территории Центральной Европы, в Германии, Польше, севере Италии, причем были эти люди, вопреки распространенному мнению, что все иудеи — ростовщики, купцы и вообще очень состоятельные люди, небогаты. Именно ашкеназские хозяйки отличались выдающейся кулинарной смекалкой и умудрялись одну курицу превратить в 4–6 блюд. Кожу с курицы можно было снять, нафаршировать мучной смесью или тем, что в доме есть, и сварить или запечь. Мясо снять с костей и приготовить из него основное блюдо. Из костей сварить бульон. Печень, сердце и желудок использовались для паштета, а куриный жир можно было вытопить для готовки или приготовить из него шкварки. Выгодным блюдом тетя Лиля считает и рыбу — можно нафаршировать (это же просто волшебно вкусно!) или заливное с ней сделать (первое и второе в одном наборе), а из остатков фарша тефтель для супа или котлеток накрутить. Из головы и костей получается отличный бульон для супа. У нее даже луковая шелуха не пропадала — добавляла понемногу в бульон в процессе варки для красивого желто-золотистого цвета.

Дядя Сема, большой любитель анекдотов, всегда моргал в сторону тети Лили, когда рассказывал этот анекдот:

— Рабинович! У вас есть разменять сто долларов?

— Нет, но спасибо за комплимент!

И она смеялась и таки не страдала от отсутствия ста долларов — просто этого не ощущала. Она была на редкость оптимистичной, жизнерадостной и доброй, поэтому «балбесы» в школе ее любили вместе с математикой, которую она им очень доходчиво и просто объясняла. Как-то в наш двор явился импозантный мужчина, в модном костюме, при галстуке, в сияющих дорогих туфлях. Он произвел фурор, ибо явился с грандиозным букетом и солидной сумкой, явно очень тяжелой. Лили Давидовны тогда не было дома, и он присел на скамейку во дворе просто под моим окном. Увидел, поздоровался, поинтересовался, скоро ли придет его любимая учительница. Слово за слово, разговорились. Мужчина рассказал, что учился математике в классе моей соседки, полюбил предмет, окончил с отличием Киевский политех, работал у нас, потом в Болгарии, и сейчас его пригласили в Канаду. Контракт лет на пять обещают. Едет с семьей. Вот решил зайти поблагодарить учительницу, которая дала ему, как это пафосно называли при совке, «путевку в жизнь». И как же приятно было наблюдать, как тепло приветствует этот мужчина седенькую сгорбленную учительницу, как помогает ей подняться на второй этаж, вручает цветы. Ясное дело, что на следующий день во дворе был «гудеж». Такая вот у меня соседка!

Кстати, именно она научила меня разбираться в птице и выбирать самую свежую. Даже шпаргалку написала, как учитель математики, — четкую и по пунктам:

• Клюв курицы, утки, идейки должен быть глянцевый, сухой, упругий. Если его открыть, внутри не должно быть слизи, неприятного запаха. Рот у птицы (или как там это называют) должен быть розового цвета, немного влажный и блестящий. «Если у курочки из клюва воняет — пусть продавец ест ее сам», — говорит тетя Лиля.

• Цвет кожи и мяса. Тут надо смотреть на вид птицы. Кожа может быть беловато-желтой, бледно-желтой, с розовым оттенком, а если птица нежирная, оттенок может быть бледно-красным. Мясо под этой самой кожей должно быть плотным и упругим, светло-розовым у индеек и кур, красным у уток и гусей. Поверхность мяса должна быть слегка влажная, но не липкая.

• Глазки должны быть достаточно прозрачные и заполнять всю орбиту.

• Лучше всего приобретать домашнюю непотрошеную птицу — вы сможете быть уверены в ее свежести и качестве. Потрошеные тушки недобросовестные продавцы могут «освежать» разными способами, а это пагубно отражается как на вкусе, так и на качестве того, что из нее наготовишь. А потом еще и в аптеку за углем придется бежать или к Натану Леонидовичу в соседний дом, но то не дай бог — он инфекционист по кишечным заболеваниям.

Сара Марковна, наоборот, больше уважала на кухне мясо.

Я в свою книжку записала и правила выбора мяса от тети Сары. Тоже по пунктам, чтоб было проще:

• Говядина обычно имеет красный цвет различных оттенков: мясо волов — красное, коров — ярко-красное, бугаев — темно-красное с синевой, телятина — розовая, мясо молодых бычков бледно-красного оттенка.

• Свежая баранина должна быть кирпично-красного цвета. Густота и насыщенность оттенка зависит от возраста и упитанности животного. У молодых и жирных особей мясо немного светлее.

• Мясо взрослой козы — кирпично-красного оттенка, на открытом воздухе оно быстро темнеет. У молодых животных оно светлое, розовое.

• Запах мяса определяют при комнатной температуре сначала в поверхностном слое, а затем, после надреза ножом, — в глубинных слоях. Особенно надо обращать внимание на запах мышечной ткани, прилегающей к кости, поскольку именно в этом месте мясо начинает портиться в первую очередь.

• Свежая говядина обладает очень слабым специфическим ароматом. У свинины запаха быть практически не должно, а у баранины ощущается легкий оттенок аммиака. Мясо бугаев при неправильном забое может обрести специфический «душок», он исчезает при хранении.

• Охлажденное мясо хорошего качества — эластичное и упругое, сделанная пальцем ямка быстро исчезает. Поверхность куска сухая, покрыта тонкой корочкой розового или красноватого цвета. На разрезе мясо влажное, но не липкое, а при надавливании из волокон выделяется прозрачный сок. Некачественное охлажденное мясо темное, может иметь сероватый оттенок. На ощупь оно липкое, слизистое, жир — липкий, не блестящий, а сухожилия рыхлые, не упругие, желтоватого или сероватого цвета. Такое брать — упаси боже!

На Привозе очень немногие продавцы выдерживали допрос Сары Марковны про «родословную» каждого куска и еще меньшее количество торговцев удостаивались чести стать поставщиками свежины к ее столу. Со многими она была знакома годами, и те периодически подмигивали ей и показывали глазами на коллегу, у которого в тот день мяско было посвежее. Со временем Сара Марковна заметила, что на базаре к ней в «хвост» пристраивается еще пара-тройка хозяек и берут то же, что и она, у того же продавца. Дядя Сема предлагал ей подрабатывать таким способом, но тетя Сара и так вполне была удовлетворена доходами. Роман Абрамович неплохо получал, «репетировал» студентов и школьников, а она сама готовила для частных банкетов на дому, и ответственные работники госструктур, составлявшие основную клиентуру, щедро платили.

Помню, однажды я с изумлением наблюдала, как здоровенный представительный дядька, оставивший под домом черную «Волгу» с шофером, заискивающим голосом уговаривал тетю Сару приготовить баклажаны с орехами, а она наотрез отказывалась, поскольку не сезон и достойных баклажанов она не найдет. Меню он обсуждал часа полтора, потом приехала машина, и водитель затащил к ней на кухню несколько увесистых торб с продуктами. Весь следующий день двор захлебывался слюной от ароматов, плывущих из окна кухни тети Сары. Оказалось, она готовила свадебный пир — представительный дядька был директором какого-то предприятия в порту и отдавал замуж дочь. С того времени я мечтала, чтобы тетя Сара готовила и на мою свадьбу.

Мама тоже хорошо готовила, но довольно редко — она была педиатром и работала практически круглосуточно. Как она умудрилась найти время, чтобы родить и выкормить меня, — до сих пор тайна, покрытая мраком. Дядя Сема иногда приставал к папе: «Саша, скажите, вы с вашей Диной счастливы?» «А куда деваться?» — отвечал папа.

Роман Абрамович в свободное время тоже любил повозиться на кухне. Его любимым блюдом был форшмак. Причем делал он его без определенного рецепта, как сам говорил — «по велению души». Вот что хотелось — то в него и добавлял. Пару рецептов его форшмака я записала на глаз — стояла рядом и смотрела, что он кладет в миску и в каком примерно количестве. Но думаю, такой точно вкус вы по ним получить не сможете. Он будет другой. Главное, чтобы было вкусно, а для этого в любое блюдо нужно вложить любовь и желание сделать его как можно лучше.

Когда я поделилась его рецептом со знакомой из Израиля, она потом рассказывала, что ее гости готовы были вылизать тарелки и всю посуду, в которой готовился форшмак. Она очень удивлялась многим нашим продуктам и способам приготовления и делилась своими рецептами. Я их тоже записала для этой книги, справедливости ради. Но, как я думаю, мои соседки сколотили бы себе в Тель-Авиве миллионное состояние за неделю, если б только взялись готовить там в местных ресторанах.

Тетя Роза себе, правда, и так его, похоже, сколотила. Она иногда приглашала меня в гости, и у нее на столе всегда было такое, о чем я даже и не слышала! Можете себе представить в 80-х на столе оленину? семгу? Про хрустики из какого-то редкого вида саранчи я вообще молчу. Кстати, блюдо кошерное, йеменским евреям его можно — местная традиция, так сказать. А о настоящем бри или швейцарском эмментале и сейчас не все слышали.

Но больше всего она любила рыбу! Особенно семгу и форель. Именно она снабдила меня рецептами приготовления этой рыбки — и самыми простыми, и такими, где нужно максимально проявить сноровку и дисциплину: все добавить и сделать вовремя, ничего не забыть. Если все сделал по рецепту — просто язык проглотить можно.

А еще она была выдающимся пекарем и кондитером. Тесто ее любило, как говорила тетя Лиля. Начиная от мацы и халы и заканчивая самыми сложными тортами — все у Розы Адамовны всегда удавалось. Даже если она отступала от рецепта, все равно получалось хорошо и вкусно. На моей памяти так было только раз — когда она не смогла достать настоящий маскарпоне для тирамису. Что она сделала с творогом — не говорила, но разницы никто не понял. Только позже она сама мне тихонько призналась, что схитрила. И была сильно удивлена, что никто ее не разоблачил. Я, честно говоря, настоящий маскарпоне первый раз только в 40 лет попробовала.

Но вернемся к рыбе. Понятно, что красную она покупала замороженную, но щуку, судака, окуня, карпа (обязательно самочку, которая вкуснее и слаще — как она их отличала, непонятно!) — только свежих, желательно выловленных не более 5 часов назад. Тогда у меня уже были правила выбора птицы и мяса, и я попросила тетю Розу рассказать, как нужно выбирать рыбу. Она подошла к вопросу основательно, поэтому пунктов в списке получилось много:

• Если тушку положить на ладонь так, чтобы хвост не помещался на ней, — рыба почти не будет прогибаться и хвост не будет свисать «тряпочкой». При надавливании пальцем на спинку вмятина быстро исчезает. Если вмятина сохранилась, то рыба поймана давно, хотя признаков порчи может еще и не быть.

• У свежей рыбы чешуя блестит, плотно прилегает к телу, брюшко не вздутое. Яркая окраска и блестящая упругая кожа указывают на хорошее качество. При замораживании или продолжительном хранении окраска блекнет, кожа и чешуйки подсыхают. Эти признаки указывают, что рыбка залежалась.

• У каждого вида есть свой характерный аромат. Свежая речная рыба практически не пахнет, допускается едва уловимый запах речной травы. Морская рыба приятно пахнет морем и йодом, а у озерной рыбы аромат должен быть свежим травяным, но очень слабым. Аммиачный запах не является признаком свежести рыбы. И не надо «покупаться» на байки продавца, что рыба только-только заснула, а во сне себя никто не контролирует. Если рыба «душистая» — она не для нас.

• Привычный способ выяснять, насколько хороша рыба, — проверка жабр. Они должны быть блестящими, яркими, красными или ярко-розовыми. Очень светлые или сероватые жабры могут быть у дохлой или размороженной рыбы.

• Глаза у свежей рыбы немного выпуклые, блестящие, не подернутые пленкой — так что заглядывать рыбе в глаза на базаре весьма полезно, они расскажут о ней гораздо больше, чем «преданные» глаза продавца.

Рыбу нельзя покупать в принципе, если:

• есть неприятный запах;

• слизь, покрывающая тело рыбы, липкая и непрозрачная;

• глаза подернуты пеленой и ввалились;

• рот рыбы открыт, а живот вздут;

• цвет жабр сероватый, желтый или бурый;

• мясо легко отделяется от костей, ребра выпирают из-под кожи.

Все просто и понятно! Много лет пользуюсь этими советами и ни разу не пожалела. Теперь беру с собой в магазин и на рынок дочь и все ей подробно рассказываю. Советы в книге — хорошо, а если все это есть в голове — лучше.

Так и говорила Роза Адамовна мне тогда. И после каждой порции советов устраивала экзамен. Характер у нее был — не халва, это точно. Дядя Сема любил рассказывать на эту тему анекдот.

Ученик приходит к раввину:

— Ребе! У меня есть желание жить вечно! Что делать?

— Женись!

— И что? Я тогда смогу жить вечно?

— Нет! Но желание скоро пройдет!

Дядя Сема, да и большинство обитателей нашего дома, даже не догадывались, что у тети Розы есть сын Дима, что живет он с бабушкой, потому что она все время на работе или в разъездах, что она сыночка просто обожает и бóльшая часть того, что приезжает в чемоданах из командировок, везется к нему. Я узнала секрет случайно — во время одного из «гостеваний» заметила уголок фотографии, который выглядывал из книги, вытащила ее и увидела на снимке очень молодую Розу Адамовну с маленьким мальчиком на руках. Если бы мне было хотя бы лет шестнадцать тогда, я бы постеснялась спросить, но в десять-одиннадцать чувства такта у меня было еще немного, то есть не было вообще, а любопытством можно было загрузить грузовой состав.

Кстати, после этого небольшого, но очень откровенного разговора наши отношения с тетей Розой стали особенно теплыми. Она начала в свободное время учить меня английскому и итальянскому, которыми владела в совершенстве. Но я оказалась не очень способной к языкам — постигать секреты кулинарии у меня получалось лучше, да и нравилось гораздо больше.

Я даже как-то поделилась с ней мечтой — открыть собственную кондитерскую. Не думаю, что родители или кто-то из соседей, не говоря уже о сверстниках, в середине 80-х восприняли бы это заявление как нормальное. В лучшем случае покрутили бы пальцем у виска, а то и похуже могли быть последствия. Но Роза Адамовна была умной женщиной и с отменным чувством юмора. Сначала она поинтересовалась, какое именно открытие я имею в виду. Ибо на слуху тогда был анекдот:

— Исаак Абрамович, у меня есть гениальный план: давайте вместе откроем ювелирный магазин где-нибудь на Пятой авеню.

— Нет, давайте лучше так: вы будете открывать, а я постою на шухере.

Но потом мы не раз обсуждали с ней возможности такого дела и нюансы: от выбора и оформления помещения до ведения бухгалтерии и поиска поставщиков. Я и не думала, что все так сложно, сначала расстроилась и подумала, что не смогу это сделать никогда. Но через 30 лет я таки действительно стала хозяйкой маленькой кондитерской. И во многом помогли мне советы тети Розы.

Но вернемся к этой книге и моим дорогим соседям, которые неустанно снабжали меня материалом.

Сара Марковна не раз говорила, что в каждом рецепте есть секрет. Он может быть совсем простым, но на вкус блюда влияет бесспорно. Ведь все знают, что картофельное пюре нельзя взбивать миксером и лить в него холодное молоко. И так, оказывается, не только с пюре.

А поскольку я готовила себя в кондитеры и очень любила возиться с тестом, особенно делать ватрушки, пирожки и киши, а также пирожные в корзиночках, то, естественно, больше всего меня интересовали секреты приготовления теста.

Оказалось, что выпекать вкусные пироги и пирожки — это целая наука. Но главное правило для того, чтобы тесто вас «любило», — начинать готовку в хорошем настроении, с чистыми мыслями и любовью к тем, кого вы хотите угостить своей выпечкой.

К немалому удивлению, я узнала, что дрожжевое тесто можно приготовить двумя способами — на опаре и без нее. Раньше думала, что без опары никак нельзя, а это казалось делом долгим, нудным и скучным.

Для опарного теста сначала надо «наколотити», как говорила Нина Петровна, опару — жидкое тесто из воды, дрожжей, сахара и муки, которое должно бродить в тепле достаточно долгое время. После этого к готовой опаре добавляют все остальные ингредиенты. Такое тесто получается более пышным, изделия из него меньше крошатся. Сейчас я готовлю кулебяки, пироги, булочки, плюшки только из опарного теста.

С безопарным зато меньше мороки. Его замешивают сразу из всех ингредиентов и оставляют на некоторое время, чтобы оно хорошо подошло, то есть поднялось. Вот из этого теста я люблю делать пиццу, быстрые булочки или дрожжевые оладьи.

Тетя Сара не только разбиралась в выборе наилучшего мяса, но и хорошо знала, какими должны быть дрожжи.

Конечно, тетя Сара излагала все не так. Там только процесс проверки дрожжей занял бы целую книгу — с ее фирменными «та шо вы знаете», «это таки надо понимать» и «шо ви себе думаете» в каждой строке по три раза. Это, конечно, колорит, но понять, что имелось в виду, иногда было довольно трудно. Посему, дабы не терзать читателей местным диалектом, рецепты в книге приведены к некоему «общему знаменателю», написаны максимально просто и понятно. Ибо если написанное может быть понято неправильно, оно таки будет понято именно неправильно — проверено сто тысяч раз!

Дрожжи, даже очень свежие, обязательно проверяются «на всхожесть» до того, как вводятся в опару или тесто. Для этого их следует развести в 100 мл теплого молока (только не горячего, боже упаси!), добавить щепотку сахара, столовую ложку или чуть больше муки, перемешать и оставить на 10–15 минут. Если за это время над смесью появится шапка пены, значит, у вас готова опара. Если пены нет или совсем мало — лучше купить другие дрожжи.

Чтобы дрожжевое тесто хорошо поднялось, нужно учитывать несколько важных правил.

• Нельзя допускать непосредственного соприкосновения дрожжей с солью. Соль быстро отнимает влагу у дрожжевых клеток, отчего они высыхают и уже не так хорошо разрыхляют тесто.

• Нельзя допускать непосредственного соприкосновения дрожжей с жиром. Жир обволакивает дрожжевые клетки, что называется «перекрывает доступ воздуха», и они теряют способность размножаться и разрыхлять тесто.

• Не перегревайте тесто! Если оно находится в чересчур жарком месте, дрожжи теряют активность. По этой же причине нельзя добавлять в тесто слишком горячее молоко или жир.

• Замешивайте не очень крутое тесто. Чтобы дрожжи могли разрыхлять, им требуется среда мягкая и нежная, любят они комфорт!

• Слишком долгое вымешивание теста в кухонном комбайне может погубить дрожжи. Хотите хорошие пышные пироги — месите тесто по старинке, руками.

Но не вся же выпечка делается на дрожжах. Конечно, можно не морочить себе голову и купить готовый разрыхлитель. А если лень идти в магазин или кулинарное вдохновение посетило ближе к полуночи, этот самый разрыхлитель без проблем готовится из подручных средств. Самым простым вариантом разрыхлителя является сода, гашенная уксусом, лимонным соком, кефиром, простоквашей или даже медом. Для приготовления сухой смеси понадобится мука или крахмал, сода и лимонная кислота очень мелкого помола. Если кристаллы крупные, их нужно будет истолочь в порошок, такой же мелкий, как сода. Нужно взять равное количество соды и лимонной кислоты, добавить к ним столько же муки или крахмала. Например, на 1 чайную ложку соды нужно будет взять 1 чайную ложку кислоты и 2 чайные ложки муки.

Песочное тесто — мое любимое, секреты его я могу раскрыть вам сама. Потратила на изучение всех нюансов немало времени и надеюсь теперь вам его сэкономить.

• Главный принцип приготовления песочного теста — строгое соблюдение пропорции продуктов: 1 часть сахара, 2 части жира и 3 части муки. Чем больше в тесте сахара и жира, тем более рассыпчатым оно получится. Яйца и жидкость можно добавлять по желанию. При правильном замесе песочное тесто получается нежным и рассыпчатым без применения разрыхлителей.

• В тесто нужно добавлять ровно столько жидкости, сколько указано в рецепте, — иначе изделия получатся плотными.

• Знакомая из Израиля подсказала хорошую вещь — при вымешивании песочного теста следует как можно меньше касаться его руками. Потому что от слишком долгого контакта оно размягчается и становится более клейким, отчего готовые изделия получаются плохо пропеченными. Лучше пользоваться вилкой, ложкой, лопаточкой, миксером.

• Готовое тесто нужно скатать в шар, обернуть пищевой пленкой или полотенцем и положить в холодильник минимум на 30 минут — жир должен застыть.

• Песочное тесто можно хранить в холодильнике 8—10 дней при температуре 10–12 °C.

• Для того чтобы песочный пирог с начинкой был рассыпчатым, заранее отдельно выпекают тесто-основу и только после этого выкладывают на него начинку. Чтобы во время выпекания основа получилась ровной, следует покрыть ее пергаментом, а сверху насыпать слой фасоли или риса. После выпекания бумагу с грузом снять.

• Готовый пирог необходимо полностью охладить и только затем разрезать на порции — тогда начинка не растечется.

Я была очень горда, когда САМА тетя Роза похвалила меня за пончики, а тетя Сара попросила рецепт пирога. Тогда я чувствовала себя самым счастливым человеком на свете — вот оно, признание таланта!

Тетя Сара любила собирать рецепты по родственникам и знакомым, которых у нее было несметное множество в Одессе и за ее пределами. Часто, вернувшись после очередного «заседания», она звала меня и просила записать рецепт, пока она помнит. Сама же практически все делала на глаз и по памяти. Как она могла держать в голове сотни, если не тысячи собственных рецептов — до сих пор для меня загадка. Так что не удивляйтесь, если увидите в книге рецепты от знакомых тети Сары. Сразу скажу, что выбирала только те, которые хвалил дядя Рома (Роман Абрамович). А то про некоторые походы в гости он рассказывал примерно так:

— Ну и чем же они тебя там угощали?

— Та… вином.

— Хорошим?

— Ну, как сказать… Если бы оно было несколько хуже, его нельзя было бы пить. А если бы оно было лучше, то они выпили бы его сами…

Кстати, дядя Рома был не только мастером приготовления рыбы. Он мог бы спокойно сочинить книжку про наливки и настойки. Ни разу не кошерные, но очень вкусные. Именно он угостил меня моим первым «взрослым» напитком, когда я еще в 7 классе была. Это была его фирменная малиновая настойка с потрясающим вкусом, ароматом и, по его словам, поистине волшебными целебными свойствами. Приобщилась я к обществу употребляющих алкоголь по несчастью — зимой попала под мокрый снег, промочила ноги, продрогла и прибежала домой бледно-синего цвета. Тетя Сара увидела меня и сразу позвала к себе. Пока грела супчик и делала чай, дядя Рома «подлечил» меня своим способом. Не знаю, что тогда сработало, но в комплексе «лечебное питание» пошло на пользу — даже насморка не было.

Жаль, что рецепты его настоек не сохранились. Только Софа и сейчас продолжает «для лечения хандры» делать дома ягодно-травяную настойку по рецепту соседа. Настойкой охотно делится, а вот рецептом — нет.

Чаи Сара Марковна делала тоже особенные. У нее был «Анин чай», который любила младшая дочь, «Софкин чай» — для старшей, «Быстрый гостевой», «От болячек», «Для хороших гостей» и даже «Для плохих гостей». Последний был вполне приятным на вкус, но через некоторое время от него, со слов одного нежелательного для тети Сары посетителя, начиналась «карусель в животе». Которая проходила буквально за час-полтора без последствий. Попытки выяснить, что намешано в чайке для докучливых визитеров, успехом не увенчались. Так секретный ингредиент и остался секретным. Именно рецептами напитков соседка делилась неохотно — это были все сплошь ее личные изобретения, «фирменная фишка», и хранила она ингредиенты и пропорции в тайне от всех.

Могу только сказать, что «Анин чай» был с дольками апельсина, лимона, грейпфрута и сиропом — клюквенным или брусничным, точно не скажу. «Софкин чай» сильно пах мятой, малиной и был зеленым. А лично мне очень нравился черный чай с привкусом черной смородины, базилика, лимона и обязательно с листиками мяты или мелиссы, плавающими в чашке. Что-то подобное я часто делаю дома для родных, но в точности повторить вкус из детства так и не удалось. Может, пропорции другие, может, не вычислила еще какой-то ингредиент. Возможно, его удастся найти вам.

Во дворе только дядя Сема к чаям тети Сары был потрясающе равнодушен и часто рассказывал анекдот:

— Абрам, я тебя сейчас угощу чаем!

— Фима, хочется чего-нибудь покрепче…

— Я тебе заварю сразу два пакетика!

И когда все пили чай, он угощался собственными запасами коньяка или, под суровым взглядом супруги, доливал коньячок в настоятельно предложенный ему обычный черный чай.

Однажды какая-то знакомая Акерманов (тети Сары и дяди Ромы) попросила Аню, в надежде, что дитя малое и наивное, разузнать какой-то мамин рецепт. На что «милое и наивное» дитя, явно вдохновленное примером папы, выдало хитромудрой тете задачку. Если разгадает — она принесет рецепт. Задачка звучала так: «У Изи 6 яблок, а у Вани ни одного. Изя дал Ване 3 яблока. Вопрос задачи: когда Ваня должен вернуть Изе 5 яблок?» Больше попыток использовать «невинное дитя» в качестве шпиона не было никогда.

А вот рецептами мяса, выпечки, закусок Сара Марковна с друзьями и знакомыми делилась охотно и с удовольствием и даже специально просила проверить какой-то свой свежепридуманный рецепт. Одной из таких находок стала шарлотка с красными и зелеными яблоками. Она у нее получалась настолько легкой и сочной, что лично я с трудом удерживалась, чтоб не попросить добавки — в младые годы была помешана на фигуре. Тетя Сара всегда твердила, что я плохо влияю на ее дочерей — вон какие они тощие. Хотя девицы были вполне фигуристые, просто комплекцией пошли в дядю Рому — худого, жилистого, кажется без грамма жира. Сама же Сара Марковна была образцовой идише мамэ — в дверь проходила бочком. Однако при всей пышности и дородности она была очень проворной и, как выражался ее муж, стремительной женщиной с характером, суть которого максимально точно передает известная шутка: «Чем отличается еврейская мама от арабского террориста? С террористом можно договориться…»

Так что Аня и Соня выдержали тяжелые бои с мамой, перед тем как выйти замуж. Кстати, обе очень счастливы, у каждой по двое детей. Так что тетя Сара в итоге признала, что не рассмотрела зятьев с первого раза, и теперь с превеликим удовольствием откармливает внуков. Со свахами тоже отношения прекрасные. Возможно, потому, что обе свекрови выбор сыновей с восторгом одобрили. А как известно, для удачной женитьбы нужны двое: одинокая девушка и озабоченная еврейская мама. И это притом, что еврейские мамы убеждены, что зародыш мужского пола не может считаться жизнеспособным, пока не закончит медицинский или юридический факультет университета.

Лиля Давидовна, за неимением (увы!) собственных внуков, с упоением занимается воспитанием племянчатого. Адик просто обожает двоюродную бабушку и каждый раз, когда родители приходят его забирать домой, он в манере тети Лили, то есть четко и по списку, зачитывает им причины, по которым он должен остаться у бабушки. Первые три места занимают «вкусный горячий обед, а также завтрак и ужин», «подготовка к математике» и «возможность душевно поговорить». Последний пункт повергает родителей в печаль, поскольку им, вечно занятым работой, действительно неизвестны увлечения и стремления их пятилетнего отпрыска. Они регулярно обращаются к Лиле Давидовне с просьбой проконсультировать: на какой кружок отдавать ребенка, что он хочет на день рождения в качестве подарка и что это за Сережка затесался к нему в друзья. Еврейская бабушка есть еврейская бабушка, даже двоюродная.

В этой книге я собрала все самые интересные рецепты моих соседей, их друзей и знакомых, а также те, которыми со мной поделилась знакомая из Израиля. Думаю, они пригодятся не только идише мамэ и бобэ, но и всем, кто хочет познакомиться с чудесной еврейской кухней, такой разнообразной и вкусной! Когда будете готовить, учтите, что вкус настоящего еврейского блюда мягкий и может быть немного сладковатым. Даже в супы и бульоны перед подачей добавляют щепотку сахара. Очень часто для жарки используется топленый куриный, говяжий или гусиный жир, а также любое растительное масло: подсолнечное, оливковое, кукурузное. Специи можете сыпать на свое усмотрение, но имейте в виду, что для еврейской кухни характерен мягкий вкус и небольшое количество пряностей. Самые распространенные — чеснок, лук, имбирь, перец. Мясо также часто готовят с черносливом, медом, сахаром, подают на стол гарнир из моркови, свеклы и чернослива.

Также сама с удивлением узнала, что самая настоящая еврейская еда готовится обычно на плите, исторически сложилось, что печи служили только для приготовления выпечки. Но сейчас, в эпоху технического прогресса, еврейские бабушки с удовольствием используют духовку.

В конце хочу еще поделиться с вами некоторыми советами, которые в разное время дали мне мама и соседи. Ничего общего с кулинарией они не имеют, но очень помогают жить, радоваться жизни и получать наслаждение от всего, в том числе и от готовки, а потом — от обеда, завтрака или ужина.

• Если проблема решается деньгами, это не проблема, а так, расходы.

• Бог не может быть везде одновременно — поэтому он создал бабушек и мам.

• Всегда нужно давать человеку три шанса. Это шансы для вас: чему-то научиться, что-то узнать и понять, чего делать нельзя. Если ни один шанс не сработал — забудьте об этом человеке.

• С деньгами не так хорошо, как без них плохо.

• Если все вокруг говорят, что какой-то человек плохой, не верьте на слово. Возможно, ему просто завидуют. Посидите с ним, выпейте кофе или вина, расслабьтесь. И когда он потеряет контроль, вы узнаете, стоит ли с ним сидеть вместе еще раз.

• Бог дал человеку два уха и один рот, чтобы он слушал побольше, а говорил поменьше.

• Не ругайте детей и не делайте запреты. Как только дитя поймет, что правильное поведение принесет ему выгоду, — он будет вести себя идеально. И хвалите детей почаще за любые достижения — это вдохновляет, и вдохновение сохранится на многие годы.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Лучшие рецепты еврейской бабушки предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я