Военное дело индейцев Дикого Запада. Самая полная энциклопедия (Ю. В. Стукалин, 2013)

Эта книга – первая военная энциклопедия индейцев Дикого Запада, беспрецедентная по охвату материала, не имеющая аналогов не только в отечественной, но и в зарубежной литературе. Вооружение и тактика всех индейских племен, их представления о войне и подвиге, цели и мотивы боевых действий, военное искусство и воинские обычаи, методы нападения и обороны, воспитание и обучение бойцов, духовная и магическая составляющая битвы – Юрий Стукалин досконально описывает и анализирует все аспекты военного дела коренных американцев, прослеживая жизнь воина от рождения до глубоких седин или почетной гибели на поле боя. «Сегодня хороший день, чтобы умереть!» – восклицали индейцы перед схваткой. Они были дикими и жестокими, но невероятно мужественными и умелыми бойцами. Выпускники знаменитого Вест-Пойнта год от года терпели поражения от безграмотных дикарей, изучавших военное дело не за партами академии, а на практике. Регулярная армия начала одерживать победы над краснокожими, лишь переняв индейскую тактику, но превзошла их не в отваге, самопожертвовании и воинском мастерстве, а в «искусстве» геноцида!

Оглавление

Из серии: Индейские войны. Энциклопедия Дикого Запада

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Военное дело индейцев Дикого Запада. Самая полная энциклопедия (Ю. В. Стукалин, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Часть I

Племена Дикого Запада и их соседи


В первые десятилетия XIX века на Великих Равнинах, где обитало около тридцати различных племен, сложились три наиболее мощные военные силы, остававшиеся таковыми до конца войн с индейцами. Ими были: конфедерация черноногих (сиксики, пиеганы и блады) с союзными им гровантрами (до 1861 года) и сарси на севере Равнин; сиу с северными частями арапахов и шайенов в центральной части Равнин; команчи со своими союзниками кайовами, кайова-апачами и южной ветвью шайенов на юге Равнин.

Наиболее агрессивными племенами Дикого Запада XIX века в войнах с белыми людьми были сиу, шайены, команчи, кайовы, вичиты и черноногие, а в межплеменных войнах – черноногие, сиу, шайены, команчи, кайовы, осейджи, пауни, кроу и их соседи шошоны.

Помимо вышеуказанных племен, на Северных равнинах жили ассинибойны, равнинные кри и оджибвеи, манданы, хидатсы и арикары; на Центральных равнинах располагались деревни полуоседлых земледельцев – айовов, миссури, ото, омахов и понков; Южные равнины населяли канзы, тонкавы, липан-апачи и хикарийя-апачи. О каждом из них более подробно будет рассказано ниже.


Карта расселения индейских племен Дикого Запада


Великие Равнины, более известные в XX веке как «Дикий Запад»


Культура равнинных племен оказала большое влияние на соседние племена Скалистых гор: банноков, кутеней, неперсе, пан д’орей, плоскоголовых, кёр д’аленов, шошонов и ютов, перенявших значительную часть элементов равнинной культуры, в том числе военные обычаи. Еще Льюис и Кларк в 1804 году отмечали, что шошоны одеваются как типичные племена Равнин и очень схожи с ними. Но поскольку вышеуказанные народы нельзя отнести к чистому равнинному типу, в этнологии их принято называть маргинальными племенами. Плоскоголовые, неперсе, кёр д’алены, кутеней и пан д’орей объединялись в районе долины Флэтхед в Монтане в огромные группы для защиты от общих врагов – черноногих – и отправлялись охотиться на бизонов на Равнины. Наличие в этих группах большого числа воинов и огнестрельного оружия давало им возможность успешно сопротивляться атакам черноногих. Зачастую они также сражались с кроу, ассинибойнами, шайенами и сиу. Шошоны и банноки представляли собой другую группу, которая прежде населяла равнины предгорий, а затем была вытеснена в Скалистые горы черноногими.

Айовы

Одно из юго-западных сиуязычных племен, входящих в группу чивере[2]. Считается, что название произошло из языка сиу – айукхба у санти и янктон-сиу, и айукхва у тетон-сиу. Хотя их обычно переводят как Сонные или Пыльные головы, лингвистически это никак не подтверждается.

Лингвистические свидетельства и предания доказывают, что айовы откололись от виннебагов, которые, судя по всему, являлись материнским стволом некоторых других юго-западных сиуязычных племен. Наиболее близкими к айовам были ото и миссури, отличие в языках которых было минимальным. Вожди айовов сообщали, что их народ, ото, миссури, омахи и понки «когда-то были частью нации виннебагов». Согласно легендам этих племен, в ранний период они пришли со своей родины, располагавшейся к северу от огромных озер, но виннебаги остановились на побережье большого озера (озера Виннебаго), привлеченные изобилием рыбы, в то время как остальные продолжили путь на юго-запад к Миссисипи. Здесь от основной группы отделились айовы и получили название паходжа, или Серый Снег, которое закрепилось за ними, но белым людям они стали известны как айовы.


Индеец айова.

С дагеротипа 1847 г.


Первым европейцем, упомянувшим айовов, был иезуит Луи Андре, встретивший их в деревне виннебагов в 1676 году. Позднее, в 1685–1686 годах, с ними торговал Николя Перро. В это время и в последующие полстолетия они пребывали в союзе с сиу и воевали с иллинойями, фоксами, потаватоми, сауками, майами, кикапу и пианкишо. Позднее союз с сиу распался. В XVIII веке айовы приняли участие в войнах между французами и англичанами, а затем между англичанами и американцами.

Прежде селения айовов располагались на Миссури выше р. Платт, но к 1804 году они занимали лишь одну деревню на Платт. В ней проживало 800 человек, включая 200 воинов. Айовы вели торговлю с людьми из Сент-Луиса в торговых постах на реках Платт и Гранд-Немаха и в своем селении, обменивая шкуры бобра, выдры, енота, оленя и медведя. Они выращивали кукурузу, бобы и другие культуры.

Брекенридж сообщал в 1811 году о совершаемых айовами грабежах белых охотников. «Такие случаи в прошлом были делом обычным. Мне показали несколько мест, где произошли грабежи, порой заканчивавшиеся убийствами». Он также упоминал о жестокой войне между айовами и осейджами. В начале апреля 1811 года две сотни осейджей вернулись в свое селение у форта Осейдж со скальпами нескольких женщин и детей этого племени. Айовы, со своей стороны, часто нападали на селение малых осейджей и даже вынудили их перенести его вверх по реке.

Период между войной 1812 года и переселением племени в резервацию в 1837 году был непростым для айовов из-за их прежней дружбы с англичанами. Кроме того, они нередко подвергались нападениям со стороны сиу, сауков и фоксов. После окончания войны 1812 года правительство США передало земли айовов, лежавшие вдоль нижней части реки Миссури, ветеранам. Белые поселенцы протестовали, даже если айовы приближались к их поселениям с мирными намерениями. Поселенцы опасались соседства с ними и не скрывали желания уничтожить их. В 1824 году айовы уступили все свои земли на Миссури, а в 1836 году им была определена резервация на северо-востоке Канзаса, из которой позднее часть племени переместилась в центральную Оклахому. В 1840 году несколько айовов совершили путешествие в Вашингтон, откуда часть из них отправилась в Европу (Великобританию и Францию), где под руководством Джорджа Кэтлина они исполняли пляски и церемонии для публики. Молодые воины продолжали покидать резервацию до конца 1850-х годов, нападая на омахов и пауни. Во время Гражданской войны 46 айовов служили разведчиками в армии северян. Позднее, по соглашению 1890 года, резервация племени была разделена на наделы, переданные айовам в собственность, а излишки земель отдали белым поселенцам.


Пятница арапахо. С дагеротипа 1851–1852 гг.


Подсчеты численности айовов: в 1760 г. – 1100 душ; от эпидемии оспы в 1803 г. умерло 100 мужчин и неизвестное число женщин и детей; по данным Льюиса и Кларка в 1804 г. – 800 чел.; военного секретаря в 1829 г. – 1000 чел.; Кэтлина в 1832 г. – около 1400 чел., а в 1836 г. – 992; рапорт по делам индейцев за 1843 г. – 470; 1848 г. – 669; 1858 г. – 498; 1861 г. – 305; 1875 г. – 219. Численность айовов в агентстве Потаватоми и Гранд-Немаха в Канзасе в 1884 г. – 143 чел., в 1885 г. – 138 чел., в 1886 г. – 143 чел. и в 1905 г. – 225. В агентстве Саук-Фокс в Оклахоме в 1885 г. они насчитывали 88 чел.; в 1901 г. – 88; в 1905 г. – 89. В 1996 г. айовы насчитывали 2608 чел.

Арапахо

Кочевое племя алгонкинской языковой семьи, близко связанное с шайенами в течение XIX века. Себя называли Инунайна, что можно перевести как Наши Люди или Наш Народ. Происхождение названия, под которым они широко известны, не определено. Данбар предположил, что оно берет свое начало из языка пауни – тирапиху или тарапиху, что означает Торговец. Сиу и шайены называли их Люди Голубого Неба, Люди Голубого Облака или Облачные Люди.

Согласно преданию, раньше арапахо вели оседлый образ жизни, занимались земледелием и обитали далеко к северо-востоку от более поздних мест расселения – предположительно около долины р. Ред на севере Миннесоты. Оттуда они двинулись на юго-запад через р. Миссури, вероятнее всего вместе с шайенами, хотя дата образования долгосрочного союза между двумя племенами точно не определена. Гровантры (атсины), впоследствии ставшие союзниками черноногих, отделились от родительского племени и ушли на север предположительно уже после прихода на Равнины.

В XIX веке арапахо состояли из двух ветвей – южной и северной, но деление это скорее географическое. Окончательно закрепилось оно с помещением их в разные резервации. Северные арапахо считались материнским племенем и хранили священные племенные талисманы, сделанные из камня: трубку, початок кукурузы и фигурку черепахи. С момента пересечения Миссури движение арапахов, так же как шайенов и сиу, было направлено на запад и юг. Северные арапахо ставили палатки у предгорий около истока р. Северный Платт, тогда как южные продолжали уходить вниз к р. Арканзас. Берландье писал о южных арапахо в 1828 году: «Они не менее дикие, чем липаны, и так же жестоки с пленниками, а потому их очень боятся жители Эль-Пасо-дель-Рио-дель-Норте и всего приграничного района (мексиканского. – Авт.) штата Коауила, куда они совершают постоянные набеги и рейды… Арапахо ведут войну с осейджами, которые часто преследуют их на их же территории». Их постоянными врагами до заточения в резервации были шошоны, юты и пауни. Все старые арапахо сходились на том, что именно с ютами у них была наиболее непримиримая война. Руфус Сэйдж отмечал: «Эти индейцы (арапахо. – Авт.), несмотря на свою храбрость, менее воинственны, чем живущие в окрестностях племена, и сражаются только с ютами и пауни». Кроме вышеперечисленных, арапахо в разное время воевали с мексиканцами, американцами, шошонами, команчами, кайовами, пауни, кроу и сиу. Относительно последних вождь Маленький Ворон в 1881 году говорил: «Когда мой отец был ребенком, мы воевали с сиу. Прошло 29 лет с его смерти, а прожил он 60 зим. Потом мы заключили мир и иногда жили вместе с ними».

По мнению полковника Хосе Франсиско Руиса, в 1828 году арапахо были самым коварным народом юга из тех племен, которые он знал. По его словам, даже их друзья не доверяли им. Но спустя полстолетия, в 1880-х годах, Вильям Кларк, напротив, писал, что арапахо храбры, доброжелательны и сговорчивы.

С белыми людьми они старались поддерживать дружеские отношения, но резня на Сэнд-Крик, устроенная солдатами Чивингтона в 1864 году, послужила толчком к присоединению арапахов к враждебным индейцам. Обычно об этом событии говорят как о резне мирных шайенов, забывая, что рядом стоял лагерь арапахо вождя Левая Рука, и многие из них пострадали во время неспровоцированного нападения. Вильям Кларк писал об этой резне: «Это было поголовное истребление, в основном женщин и детей, за которым последовало ужасающее уродование трупов, где солдаты проявили свирепость и зверство, незнакомые даже самим дикарям». Часть северных арапахо принимала активное участие в войнах с американцами вместе с сиу и северными шайенами, а южные арапахо – в войнах команчей, кайовов и южных шайенов (см. «Сиу», «Шайены», «Команчи» и «Кайовы»). В отличие от своих союзников, арапахо были людьми менее воинственными. Небольшие группы молодых воинов участвовали практически во всех серьезных столкновениях враждебных индейцев с войсками США, но основную часть соплеменников вождям обычно удавалось удерживать от поспешных поступков. Поэтому на счету арапахов лишь несколько боев с регулярной армией, и ограничиваются они нападениями солдат на их лагеря. Одно из таковых произошло 4 июля 1874 года. После проведения церемонии Пляски Солнца[3] сиу, шайены и арапахо решили организовать мощную экспедицию против шошонов реки Винд-Ривер. Вскоре между ними возникли разногласия относительно цели экспедиции: одни хотели сражаться и добыть скальпы, другие – захватить побольше лошадей. В итоге арапахо откололись и перенесли свой лагерь в горы. Их обнаружили разведчики шошонов, о чем тут же сообщили армейским чинам Кэмп-Брауна. Против них был выслан отряд капитана Альфреда Бэйтса, состоявший из 60 кавалеристов, 20 скаутов-шошонов[4] и нескольких гражданских добровольцев. К нему также присоединилось 167 шошонов вождя Вашаки. Бэйтс выступил в поход вечером 1 июля, но арапахо к тому времени откочевали на другое место, и солдаты нашли их лагерь из 112 типи[5] (120–150 воинов) только спустя три дня. С первыми лучами солнца Бэйтс попытался окружить лагерь, но шошоны затянули боевые песни, сорвав неожиданную атаку. «Их подвывания были ужасны», – позднее сообщал он. Бэйтс повел людей в атаку. Арапахо отступили к оврагу и открыли ответный огонь. Через некоторое время солдатам удалось вынудить их отойти в скалы, но выстрелами оттуда они в течение нескольких минут убили двух солдат и ранили троих. Бэйтс приказал, отступить. Его потери составили двое убитыми и четверо ранеными, среди шошонов убито два воина и трое ранено. Потери арапахов были более значительными – 25 убитыми и 20 ранеными, большинство из них женщины и дети. Среди раненых оказался вождь Черный Уголь. Капитан Бэйтс позднее писал, что, если бы у него было больше людей, он смог бы полностью уничтожить лагерь.

По договору у Медисин-Лодж 1867 года южные арапахо вместе с южными шайенами были помещены в резервацию в Оклахоме, а северные в 1876 году в шошонскую резервацию на р. Винд-Ривер в Вайоминге.

Арапахо признавали у себя пять основных ветвей, каждая из которых говорила на отличном от других диалекте. Предположительно изначально они представляли отдельные, но родственные племена.

1. Накасинена, баачинена, или северные арапахо. Накасинена, или Люди Полыни, является самоназванием. Баачинена, или Люди Красной Ивы (?), – название, под которым они были широко известны остальным ветвям племени. Они хранили священные племенные талисманы и обозначались на языке жестов[6] как материнский народ.

2. Навунена, или Южные люди, – южные арапахо, называемые северными арапахо Наватинеха, или Южане.

3. Аанинена, хитунена, атсина или гровантры Равнин.

4. Басавунена, что значит Народ Лесной Палатки или Народ Большой Палатки. Согласно преданию, прежде они были отдельным племенем и воевали с арапахо, но приблизительно в XVIII веке присоединились к ним. Их диалект значительно отличается от других диалектов арапахов. В начале XX века среди северных арапахов жило человек пятьдесят из этой ветви и, вероятно, еще некоторые жили среди остальных ветвей.

5. Ханахавунена (согласно Креберу, Люди Скал), или аанунхава. Они, как и басавунены, жили среди северных арапахов, но к XX веку практически вымерли.

Две основные ветви, северная и южная, в свою очередь, подразделялись на несколько локальных общин: северные арапахо – Люди Рукавов Реки, Плохие Трубки и Сальные Лица. Южные арапахо – вакуити, или Плохие Лица, акатинена, или Приятные Люди, хакихана – Волки и сасабаити – Смотрящие Вверх, или Оглядывающиеся, то есть сторожа или наблюдатели, а также гавунена, или черноногие. Относительно последней общины говорили, что ее представители имели примесь крови черноногих. Небольшая община черноногих гостила вместе с гровантрами у южных арапахов на Южных равнинах в конце 1820-х – начале 1830-х годов. Часть из них, видимо, навсегда осталась на Южных равнинах. В 1835 году полковник Додж обнаружил общину из 50 «истинных черноногих», живущих среди южных шайенов. А майор Калбертсон видел среди арапахо десяток палаток бладов во время договорного совета[7] у форта Ларами в 1851 году.

По мнению Льюиса и Кларка, в 1805 г. арапахо жили в 150 типи, и их численность составляла 1500 чел., из которых 400 были мужчинами, способными держать в руках оружие. Берландье в 1828 г. указал 250 семей, то есть 1200–1300 чел., из которых воинами были не менее 300 чел. Полковник Руис в том же году определял их численность в 250–290 семей. В 1835 г. Додж упоминал 360 типи, или 3600 чел. Индейский агент Джон Витфилд в 1854 г. писал: «Арапахо разделены на две почти равные части приблизительно по 130 типи каждая – одна живет на р. Арканзас (южные. – Авт.), а другая на р. Северный Платт (северные. – Авт.), находясь почти в 500–600 милях друг от друга». В 1904 г. они насчитывали соответственно: 889 и 859 чел. – всего 1748 чел.

Арикары

Оседлое племя, образующее северную группу кэддоанской языковой семьи. Название происходит из языка скиди пауни (арики – рог и ра – окончание множественного числа) и относится к прежнему обычаю носить прическу с двумя кусочками кости, торчащими как рога с каждой стороны гребня.

Арикары были свободно организованным союзом подплемен, каждое из которых имело собственное селение и название. Сохранились лишь некоторые из названий. Льюис и Кларк упоминали «Лахукат» — селение, в котором арикары жили в 1797 году, но около 1800 года оно было покинуто. Сегодня уже нельзя назвать точное количество подплемен союза. Льюис и Кларк писали об арикарах как об остатках десяти племен пауни, живших в 1804 году в трех селениях. Болезни и войны так сократили племя, что сегодня уже мало что напоминает о прежних ветвях племени.

Самые старые предания арикаров повествуют о том, что они возделывали землю и их основными продуктами питания были маис, бобы, кабачки и тыквы. Арикары обменивали маис шайенам, сиу и другим кочевым племенам на бизоньи шкуры, кожи и мясо, а все это, в свою очередь, меняли у торговцев на одежду, кухонную утварь, ружья и т. п. Они ловили рыбу при помощи плетеных корзин-ловушек и были великолепными пловцами. Дерево получали из реки – когда весной ломался лед, вылавливали из воды проплывавшие деревья. Лодки делали из цельной шкуры бизона, натянутой волосами внутрь на остов из ивовых прутьев, согнутых и связанных в обруч диаметром в 7,5—10 см. Такие лодки легко переносились женщинами и, по словам Хайдена, могли переправить через Миссури трех мужчин с достаточной степенью безопасности. Мэтьюз и другие исследователи упоминают умение арикаров плавить стекло, с последующим разливом его в формы для изготовления украшений. В плетении корзин они сохранили метод, идентичный используемому в прошлом племенами Луизианы.

Прежняя родина арикаров находилась на юге США. Все ранние авторы отмечали практически полное сходство их языка с языком пауни. Во многих источниках и племенных преданиях часто упоминается, что язык арикаров наиболее близок к диалекту скиди-пауни, приводя этот аргумент в поддержку гипотезы о том, что арикары отделились именно от скиди. Но работа Дугласа Паркса с пауни и арикарами тем не менее показала, что язык арикаров более близок к консервативным языкам Южной группы пауни. На то же указывали и Лессер с Велтфиш, отмечая, что их информатор арикара не мог понять текст на скиди, хотя тот же текст на диалекте Южной группы понимал легко. В своем движении на север арикары столкнулись с племенами сиуязычной семьи, двигавшимися на запад. В результате начались войны, прерывавшиеся периодами мира и даже союза между племенами. В 1770 году французские торговцы установили контакты с арикарами на р. Миссури, ниже р. Шайен. Спустя 35 лет Льюис и Кларк встретили племя, сократившееся в численности и жившее в трех селениях между реками Гранд и Кэннонболл в Дакоте. Торговец Трюдо писал в 1795 году, что три эпидемии оспы, случившиеся до этого года, сократили численность арикаров с 32 деревень до двух.


Воин арикара, начало 1870-х гг.


В начале XIX века арикары считались довольно агрессивным племенем. Томас Джеймс писал о них как о воинственном народе. Брэдбери в 1811 году отмечал, что арикары отличные наездники и метко стреляют из лука на полном скаку. Среди их врагов в разные периоды времени были сиу, шайены, хидатсы, манданы, кри, оджибвеи, ассинибойны, черноногие, гровантры, кроу, шошоны, омахи и понки. Сиу Белый Бык высоко отзывался об их воинских качествах, считая их храбрыми воинами. В конце индейских войн армейские чины часто использовали арикаров в качестве разведчиков. По словам Эдвина Денига, арикары никогда не проявляли дружеского расположения к белым людям. «Эти чувства сильной враждебности и глубокой ненависти к белым внедрялись в умы их детей, как только те начинали что-либо понимать», – писал он, признавая, однако, что чувства эти, несомненно, возникли в результате неких сложностей при первых контактах с евро-американцами. По его словам, в начале XIX века мало кто из торговцев отваживался жить среди них, а те, кто пытался, погибали. Трюдо сообщал, что арикары терпят торговцев только потому, что те снабжают их необходимыми товарами, в частности боеприпасами, а Табо считал, что вести дела с арикарами сложнее, чем с каким-либо другим племенем. Периодические нападения и грабежи, совершаемые арикарами в течение первых десятилетий XIX века, были одной из причин, что среди торговцев они стали известны как «омерзительное племя». Кроме открытой враждебности, неприязнь вызывали и некоторые обычаи, отличавшие их от соседних народов. Например, когда весной на реке таял лед, мимо их деревень по течению проплывало огромное количество трупов утонувших бизонов, пытавшихся в начале зимы переправиться через реку по тонкому льду. Часто таким образом тонули целые стада. По словам очевидцев, вонь от гнилого мяса разносилась далеко по округе. Несмотря на большое количество дичи в окрестностях деревни, арикары вытаскивали разбухшие туши на берег и ели склизкое месиво ложками в сыром виде. Многих современников поражала невероятная сексуальная распущенность племени – отмечалась высокая степень венерических заболеваний и случаи инцеста. «Это единственный народ, среди которого инцест не считается делом позорным или преступным», – отмечал Дениг в середине века. Табо в 1804 году был свидетелем сексуальных отношений между братьями и сестрами, а также между тещами и зятьями. Последний факт особо примечателен тем, что среди остальных племен существовало жесткое табу на общение между ними – им запрещалось даже разговаривать друг с другом. «В одежде они грязны и неряшливы, – писал Дениг, – как мужчины, так и женщины. Их волос редко касался гребень». Мужчины часто склеивали волосы в пучок, замазывали его глиной, жиром и краской, создавая таким образом «великолепное пастбище для вшей, вырастающих до невообразимых размеров» и снующих в огромных количествах не только по одежде, но и в каждом углу их жилищ.

К 1851 году арикары переместились выше в окрестности реки Харт. Неуклонное движение колонистов на запад становилось причиной постоянного перемещения многих индейских народов – положение, тяжело переносимое оседлыми племенами, в том числе арикарами. Почти постоянная война с агрессивными племенами кочевников, вместе с опустошениями от оспы в конце XVIII и начале XIX столетия, привели к полному уничтожению некоторых поселений. Выжившие, но ослабленные люди объединялись, чтобы создать новые, смешанные селения, так что их древнее устройство было сильно видоизменено. Именно во время этого напряженного периода арикары стали близкими соседями, а затем и союзниками манданов и хидатсов.

Когда в 1804 году Льюис и Кларк посетили арикаров, они были дружественно настроены по отношению к Соединенным Штатам, но в результате интриг между торговыми компаниями стали проявлять враждебность. Они были очень недовольны тем, что белые торговцы продают ружья их врагам сиу. Когда в 1805 году во время поездки в Вашингтон умер их вождь, арикары решили, что белые убили его. Враждебность племени по отношению к белым людям продолжалась до эпидемии оспы 1837 года, когда численность арикаров значительно сократилась.

В июне 1823 году арикары атаковали лодки американского мехоторговца Эшли, убили около пятнадцати человек. Летом того же года правительство США выслало против них военную экспедицию из 275 человек под руководством полковника Ливенворта. Это была первая армейская акция против индейцев Великих Равнин, и она имела важные последствия для дальнейшей военной истории региона. К солдатам присоединились трапперы и около полутора тысяч воинов сиу (по другим данным, 750), что довело общее число нападавших до полутора-двух тысяч бойцов. По прибытии к деревне арикаров войска провели серьезные приготовления к битве. Огромное количество хлопчатобумажной ткани было нарезано и заготовлено в качестве бинтов для возможных раненых, из чего сиу решили, что предстоит настоящая бойня. Командование попросило сиу держаться в стороне, и после короткого обстрела из пушек солдаты и трапперы атаковали деревню. Арикары укрылись в земляных домах[8] и отстреливались из них. Можно понять ужас защитников (не более пятисот воинов), никогда ранее не сталкивавшихся с таким числом врагов. Они ранили нескольких нападавших, после чего атака неожиданно прекратилась. Трапперы и сиу были взбешены. Индейцы хотели атаковать деревню самостоятельно, но Ливенворт остановил их, выслушав со стороны трапперов и офицеров несколько нелицеприятных выражений. Ночью напуганные арикары тайно покинули деревню и бежали, проскочив мимо врагов. Возможно, приказы, полученные Ливенвортом, не подразумевали устроения побоища, а обязывали его лишь продемонстрировать арикарам силу оружия США, но полный провал экспедиции имел крайне негативные последствия. Могучие сиу ничего не знали о правительственных инструкциях, субординации и приказах командования. Их военная система строилась совсем на других принципах, и потому они решили, что солдаты попросту струсили. Они увидели мощь армии США, возможности пушек, качество вооружения солдат и их количество, но они увидели также, что солдаты были трусами, не способными справиться даже со слабым врагом. Современники вспоминали, как даже спустя три десятилетия старые сиу, завидев перевязочные материалы, начинали, смеясь, рассказывать о глупых солдатах, готовящихся к бою у деревни арикаров. Если бы в тот день арикары были разгромлены и перебиты, история войн на Великих Равнинах была бы менее кровопролитной, а индейцы более сговорчивыми.

Вследствие этого нападения и отсутствия урожая в течение двух последующих лет арикары покинули Миссури и присоединились к скиди-пауни на р. Луп в штате Небраска, где провели три года. Враждебность арикаров к белым сделала их опасными и нежелательными соседями. Пауни попросили их вернуться на Миссури, что арикары и сделали. В июне 1835 года капитан Форд встретил арикаров в районе р. Платт и отметил, что они не имеют постоянной деревни и кочуют, живя в кожаных типи. В 1836 году они послали две делегации к манданам, сообщая, что хотят вернуться, и были радушно приняты. В апреле 1837 года к деревне манданов вернулась группа арикаров в 250 типи. Основная часть племени поселилась в деревне манданов, а около двадцати семей у хидатсов. В июле разразилась эпидемия оспы, в результате которой, по сообщениям Шадоне, умерло ⅞ манданов и ½ арикаров.

По первому договору с США, подписанному в 1825 году, арикары признали верховную власть правительства и согласились торговать только с американскими гражданами, чью жизнь и имущество обещали защищать, а все сложные ситуации регулировать с помощью официальных представителей Соединенных Штатов. После окончания Мексиканской войны правительство направило комиссию для определения территорий, на которые заявляли свои права племена, жившие к северу от Мексики между Миссури и Скалистыми горами. В договоре, заключенном в форте Ларами в 1851 году с арикарами, манданами и хидатсами, земля, на которую претендовали эти племена, описывается как лежащая к западу от Миссури, от р. Харт, штат Северная Дакота, до р. Йеллоустон, и вверх по последней до устья р. Паудер, штат Монтана; оттуда на юго-восток к верховью р. Литтл-Миссури в Вайоминге, окаймляя Черные Холмы к истоку р. Харт, и вниз по этой реке до места ее слияния с Миссури. Договор не был ратифицирован, права арикаров на землю оставались неурегулированными до 1880 года, когда специальным приказом американского президента были установлены границы их современной резервации. Она включала торговый пост, основанный в 1845 году и названный в честь одного из основателей Американской пушной компании – Бартоломью Бертолда. Эту землю вместе делят арикары, манданы и хидатсы. Их часто называют индейцами форта Бертолд. В соответствии с постановлением от 8 февраля 1887 года арикары получили в личную собственность отдельные наделы и, с утверждением наделов министром внутренних дел от 10 июля 1900 года, стали гражданами США, подвластными законам штата Северная Дакота.

В 1870-х годах арикары служили в армии США разведчиками, охотниками и почтовыми курьерами. Особо отмечена их служба во время исследовательской экспедиции подполковника Джорджа Кастера в Черные Холмы в 1874 году и военной экспедиции против сиу и шайенов 1876 года. Арикара Кровавый Нож был любимым разведчиком Кастера и погиб вместе с ним в битве на Литтл-Бигхорн.

Трюдо в 1795 г. сообщал, что арикары могут выставить 500 воинов. Перри ду Лак в 1802 году указал 1000 воинов. В 1804 г. Льюис и Кларк определили их численность в 2600 чел., из которых более 600 были воинами. Эллис в 1834 г. – 2200 чел. Торговец Ф. Жирард сообщал, что в 1849 г. арикары насчитывали 2500 душ. Рудольф Курц в 1851 г. указал 600 воинов, или 300 палаток. В 1870 г. племя насчитывало 1650 чел.; к 1881 г., по данным индейского агента, сократилось до 678 чел.; в 1888 г. сообщалось о 500; а перепись 1904 г. указывает численность арикаров всего в 380 чел. В 1950 г. арикары насчитывали 682 чел.

Ассинибойны

Очень крупное и воинственное сиуязычное племя Северных равнин. Впервые ассинибойны упоминаются как отдельное племя в «Сообщениях Иезуитов» за 1640 год. Несмотря на повсеместные утверждения, что прежде они составляли часть янктонаи-сиу и их отделение от родительского племени, судя по легкому диалектному различию в языке, произошло незадолго до появления белых людей, последние исследования показывают, что эта теория не имеет под собой ни лингвистических, ни исторических свидетельств.

Относительно происхождения названия племени существует несколько версий. Наиболее распространенная говорит, что оно происходит из оджибвейского языка: усини – камень, упеаеа – он готовит пищу, отваривая ее; отсюда Те, кто готовит пищу щи помощи камней, или камневарщики. Кэтлин писал, что название произошло от обычая варить мясо при помощи камней. Они вырывали в земле небольшую яму, клали в нее кусок шкуры, после чего наполняли ее водой, а рядом разводили костер. В огонь бросали несколько крупных камней, а когда они раскалялись, их опускали в воду. Так поступали, пока вода не закипала. Но Рэймонд Демалли и Дэвид Миллер в вышедшем в 2001 году «Справочнике по североамериканским индейцам» придерживаются иной версии. По их мнению, название происходит от оджибвейского ассини-пуан, или каменный враг, где слово враг изначально употреблялось для обозначения сиу, отсюда – каменный сиу. Сами себя ассинибойны называли Вадопана – Гребцы, или Накода. Для остальных сиу они были Вазиа-вичаша, или Северные Люди. Арикары звали их Северными Людьми или Людьми Холода, а кроу – Желтоногими.

Первое упоминание о возникновении вражды между сиу и ассинибойнами появилось в 1700 году в сообщениях торговца и исследователя Пьерра-Шарля Ле Сура. Когда кри начали получать ружья от британских торговцев, они усилили атаки на сиу и ассинибойнов, причем из-за более северного положения основной удар пришелся по последним. Ассинибойны заключили с кри мир и начали получать от них европейские товары. Но мир с кри сделал их врагами сиу. Эти события скорее всего произошли после 1670 года, когда британцы основали свой первый торговый пост в Гудзоновом заливе – Йорк-Фэктори.

К началу XVIII века ассинибойны стали посредниками, торговавшими европейскими товарами с отдаленными племенами Равнин, не имевшими прямых контактов с белыми торговцами. В 1738 году Л а Верендри сопровождал торговцев-ассинибойнов в деревни манданов на р. Миссури, где они обменивали ружья, боеприпасы, ножи, котелки и шила на манданский маис, табак, бизоньи накидки. В 1775 году Генри сообщал, что общины племени кочуют вдоль рек Саскачеван и Ассинибойн, от оконечности лесной зоны вверх до верховий первой реки. В этом районе, между сиу на юге и черноногими на западе, они продолжали кочевать до поселения в резервации. В 1776 году западные общины ассинибойнов были известны большими табунами. Их они получали, торгуя с черноногими и гровантрами, обменивая на европейские товары. Вскоре между ассинибойнами и кри с одной стороны и черноногими и гровантрами – с другой началась война. Отрезанные от торговли лошадьми, ассинибойны вскоре стали одними из беднейших коноводов Равнин.


Убивший Пегого Коня, ассинибойн


В 1804 году Льюис и Кларк встретили общину Больших Дьяволов, кочевавшую между Миссури и Саскачеваном, выше Йеллоустона и истока р. Ассини-бойн – в тот период это была крайняя точка юго-западного продвижения племени на Равнины. В 1833 году Максимилиан сообщал, что ассинибойны насчитывают 3000 палаток и заявляют права на земли между реками Миссури и Саскачеван, ограниченные с востока р. Ассинибойн, а с запада р. Милк-Ривер. Хайден указал следующие границы земель ассинибойнов своего времени: «Северные ассинибойны скитаются по стране от западных берегов рек Саскачеван и Ассинибойн, в западном направлении до Лесных гор (Вуди-Маунтинс), в северном и западном – среди некоторых небольших останцев тектонического покрова Скалистых гор, расположенных к востоку от Миссури, и на берегах маленьких озер, часто встречающихся на равнинах этого района. Они насчитывают 250 или 300 палаток. Остальная часть племени, сократившаяся сегодня (1856 год) до 250 палаток, занимает район, очерченный следующим образом: начинается в устье р. Белая Земля на востоке, тянется вверх по этой реке до ее истока и за нее до истока Грэнд-Кули, а оттуда на северо-запад вдоль Кото-де-Прери до самого начала Кипарисовых гор (Сайприс-Маунтинс), на северный рукав р. Милк, вниз по этой реке до места слияния с Миссури, оттуда вниз по Миссури до р. Белая Земля – точки отсчета. До 1838 года племя все еще насчитывало от 1000 до 1200 палаток и торговало на Миссури, когда оспа сократила их менее чем до 400 палаток. К тому же они были окружены крупными враждебными племенами, которые постоянно воевали с ними. Таким образом их численность уменьшилась, хотя сегодня она медленно возрастает».

Ассинибойны, вместе с союзниками – равнинными кри и оджибвеями, находились в постоянном конфликте с сиу, кроу, черноногими, гровантра-ми, сарси, шошонами, плоскоголовыми, кутеней, неперсе, хидатсами, майданами, арикарами и даже с такими дальними обитателями Скалистых гор, как шусвапы. Они вынудили отступить на юг шайенов, когда те начали заселять Равнины. Один торговец так описывал ассинибойнов: «Они ленивы и непредусмотрительны. Они не покупают ружья, а если и делают это, то обменивают их другим племенам». До конца XIX века ассинибойны сражались против хорошо вооруженных современными ружьями черноногих с луками, копьями и томагавками.

Ассинибойны были полностью окружены сильными врагами. На юге жили кроу, на западе черноногие, на северо-западе гровантры, на востоке хидатсы, а на юго-востоке сиу. Дениг сообщал, что несмотря на это ассинибойны храбро защищали себя, считались хорошими бойцами и искусными конокрадами, были знамениты своими неожиданными нападениями на врагов и сражались с почти беспримерным отчаянием, когда им некуда было отступать. «В войне с кроу они обычно бывали биты, – писал он, – но часто удачливы в угоне огромных табунов лошадей. Кроу же, которым нечего заполучить с ассинибойнов, кроме скальпов, редко отправлялись войной на их территорию, предпочитая оставаться дома и охранять свои многочисленные табуны от них и прочих врагов. В этих битвах ассинибойны несли значительные потери. Настолько большие, что когда в 1844 году кроу предложили им заключить мир, с радостью согласились, а спустя несколько лет оба племени стали добрыми друзьями, часто разбивая лагеря и охотясь вместе». Родственные кроу хидатсы заключили с ассинибойнами мир приблизительно в том же году, понимая, что война между ними несет им больше вреда, чем пользы. Ни те, ни другие никогда не имели много лошадей – одного из основных мотивов войны, и обе стороны хотели торговать друг с другом.

Главными врагами ассинибойнов на протяжении XIX века были сиу и черноногие. С сиу они воевали постоянно с момента присоединения к кри. Дениг отмечал в 1856 году, что ассинибойны снабжают себя лошадьми, воруя их у черноногих, а сиу, в свою очередь, захватывают их у ассинибойнов. «Таким образом, бедные животные попадают от одного племени к другому, часто возвращаясь к прежним владельцам по нескольку раз», – писал он. Мир между сиу и ассинибойнами был заключен в 1874 году, а с черноногими столкновения продолжались до середины 1880-х годов. Бедных лошадьми ассинибойнов всегда привлекали богатые табуны черноногих. Ближайшими к ним были союзники черноногих – гровантры, и основные боевые действия в первой половине XIX века велись именно против них. По словам Денига, в этой войне ассинибойны несли большие потери, чем гровантры. В 1851 году между ними был заключен мир. Ассинибойны часто приходили в лагеря гровантров, радушно принимались там, а отбывая, воровали лошадей. Гровантры не хотели воевать с ними, потому что ничего не получали от этой войны, лишь только теряли. По сообщениям лейтенанта Брэдли, приблизительно в 1830 году ассинибойны имели в среднем по две лошади на палатку, гровантры по пять, пиеганы по десять, а кроу по пятнадцать. По другим, более поздним сведениям, в крупном лагере ассинибойнов не менее чем у трети мужчин вообще не было лошадей. Эти данные хорошо показывают, почему многие племена не видели смысла в войне с ассинибойнами.

Отношения с белыми людьми у ассинибойнов обычно складывались хорошо, но и им не удалось избежать столкновений. Например, в апреле 1873 года группа белых охотников, добывавших волчьи шкуры (вулферы), без каких-либо провокаций со стороны индейцев атаковала лагерь ассинибойнов в горах Свитграсс-Хиллс. В мае того же года другие вулферы, у которых кри украли нескольких лошадей, в горах Сайпресс-Хиллс атаковали лагерь голодающих ассинибойнов вождя Маленького Солдата, состоящий из сорока палаток. Они убили 16 человек, а трупы изуродовали. Индейский агент А. Симмонс пытался добиться наказания вулферов, но безрезультатно.

В 1885 году канадские ассинибойны вместе с союзными им кри присоединились к восстанию метисов в Канаде, руководимому Луи Рил ем и Габриэлем Дюмоном, но потерпели поражение.

Культура ассинибойнов Равнин во многом напоминала культуру их родичей сиу, но имела много заимствований от соседних кри, черноногих, гровантров и племен Плато. Ассинибойны Равнин – ветвь ассинибойнов, описанная Доббсом в 1744 году как отделившаяся от той части племени, что жила в лесах, была обозначена на его карте к западу от озера Виннипег. Де Смет в 1848 году определил их численность в 300 палаток, а в английском издании его работы указана численность в 600 палаток. Де Смет писал, что они охотятся на огромном пространстве между реками Саскачеван, Ред-Ривер, Миссури и Йеллоустон. В сравнении с лесными ассинибойнами они «лучшие эксперты в воровстве, большие пьяницы и постоянно воюют», их мужчины более сильны и внушительного сложения. Можно выделить четыре основных подразделения племени, которые фактически являлись самостоятельными племенами. Это собственно ассинибойны, или ассинибойны Монтаны; москито восточной части канадских равнин; стони[9] запада канадских равнин и предгорий Скалистых гор; и горные, или отдаленные ассинибойны (теган-накода), которые жили в Скалистых горах, соседствуя с племенами северной части Плато.

Названия их общин, или ветвей, данные различными авторами, значительно разнятся, что вызвано свободным устройством и кочевым образом жизни племени. Портер (1829 г.) подсчитал численность ассинибойнов в 8000 чел.; Дрейк в 10 000 чел. перед эпидемией оспы 1836 г., во время которой 4000 из них умерло. Галлатин в 1836 г. оценил их в 6000 чел., а в «Докладе по индейцам США за 1843 год» указана цифра в 7000. Курц (1851 год) – 620–700 типи. Эдвин Дениг в 1854 г. писал, что ассинибойны делятся на шесть общин: ватопахандато, или община вождя Гоше, – 100 типи; важеаб-вечаста, или Северная община, – 60 типи; ватопана, или Индейцы Каноэ, – 250 типи; вечеаппена, или Община Девушек, – 60 типи; Эантоа, или Индейцы Камня, – 50 типи; хутаишапа, или Красный Корень, – 30 типи. Итого – 550 типи, или около 2500 чел. Паллисер в 1863 г. указал 5000 чел. Данные Бюро по делам индейцев за 1875 г. – 5498. Согласно сообщениям индейского агента, в 1881 г. ассинибойны США насчитывали 2313 чел. – 1413 из них жили в агентстве Форт-Пек, штат Монтана, а 900 – в агентстве Форт-Белкнап, в том же штате. В 1890 г. ассинибойны насчитывали 3008 чел.; в 1904 г. – 2600. В 1904 г. ассинибойны жили в США в штате Монтана: 699 чел. в агентстве Форт-Белкнап и 535 чел. в агентстве Форт-Пек – всего 1234 чел. В Канаде в 1904 г. находились: в агентстве Баттлфорд – общины Москита, Медвежьих Голов и Худого Человека – итого 78 чел.; в агентстве Эдмонтон – община Джозефа из 147 чел. и община Пола из 152 чел.; в агентстве Ассинибойн община Несет Котел из 210 чел.; в Мус-Маунтин община Фазаньего Огузка из 69 и Океанского Человека из 68, а также общины в резервации Стони в Альберте из 661 – всего 1371 чел. В 1998 г. ассинибойны США насчитывали 4129 чел.

Вичиты

Вичитами в XIX веке называли объединение кэддоязычных племен, близкородственных пауни. Среди входивших в него в разные периоды времени называли собственно вичитов, тавехашей (таовайя), тавакони, вако, искани, аквеш, асидахедш, кишкат, киришкитсу. Некоторые из них, скорее всего, представляли один и тот же народ, но известный в разное время под разными названиями. Предполагается идентичность искании, вако и тавехашей с собственно вичитами. Значительная часть скид и пауни, судя по ряду источников, в середине XVIII века также некоторое время жила с ними. Следует отметить, что пауни и вичиты практически всегда оставались близкими друзьями. В XIX веке вичиты состояли из трех племен: тавехашей (собственно вичитов?), тавакони и вако, при этом численность тавехашей в 1800 году составляла более ⅔ всех вичитов.

Происхождение слова вичита неизвестно, но сами себя они называли китикитиш или кирикириш, значение которых также неясно. Кроме того, вичиты были известны как Черные пауни, ранние французские торговцы звали их Pani Pique, или Татуированные пауни, а команчи и кайовы – Татуированными лицами. Причиной тому был обычай вичитов наносить краской круг или делать татуировку вокруг глаз. Татуировки также наносились на грудь.

Племена вичитов вели полуоседлый образ жизни и занимались земледелием. Энтони Грасс писал в 1808 году: «Они (вичиты. —Авт.) отличаются почти от всех остальных дикарей… (тем, что. – Авт.) их мужчины работают на полях вместе с женщинами и (сами. —Авт.) сооружают ограды». Вичиты выращивали огромное количество маиса, который обменивали соседним племенам кочевников. Благодаря близости бизоньих пастбищ, они также посвящали много времени охоте на бизонов, используя во время кочевий кожаные типи. Считается, что именно вичиты были кивирами, встреченными экспедицией Коронадо в 1541 году. После ухода экспедиции с вичитами остался францисканский священник Хуан де Падилья, вознамерившийся нести дикарям слово Божье. Спустя три года он был убит вичитами, которым не понравилось, что святой отец решил распространить свою миссию и на другие племена. Падилья стал первым миссионером, попытавшимся обратить индейцев Великих Равнин в христианство.


Много Волков, вождь вичитов, 1869 г. Убит осейджами в 1872 г.


Основным племенем союза вичитов были тавехаши, более известные в ранних испанских документах как таовайя. Иногда тавехашей называли вичитами. Лагарп в 1719 году раздельно упоминал тавакони, искани, вичитов (усита) и таовайя (тоайя). Вичиты и таовайя порой упоминаются раздельно и в испанских документах. Вполне вероятно, что собственно вичиты влились в племя тавехашей в ранний период, либо они были двумя частями одного племени. В пользу этой версии может свидетельствовать тот факт, что во многих случаях, и особенно в XIX веке, при перечислении племен союза – тавехаши, тавакони и вако – вичиты не упоминались либо все племена объединялись под единым термином – вичиты. Первые слухи о племени тагуайя появились в Новой Мексике в начале XVII века, и скорее всего это были таовайя (тавехаши). Берландье писал, что: «Они (тавехаши. – Авт.) напоминают тавакони, но гораздо более воинственны, гораздо более свирепы и более жестоки. Они владеют лошадьми, но… их воины всегда сражаются пешими».

Другим крупным племенем союза были тавакони, чье название происходит от та-ва-ко-ни, что означает Речной изгиб среди красных песчаных холмов. Во время посещения союза вичитов

Месьересом в 1772 году тавакони жили в двух деревнях – одна состояла из 36 домов и могла выставить 120 воинов, а во второй проживало 30 семей. Месьерес еще дважды посещал тавакони – в 1778 и 1779 годах, и в это время, по его подсчетам, одна деревня могла выставить 150 воинов, а другая еще больше. Одну из них он назвал Эль-Кискат, другую Флечасос. Тавакони наиболее близко общались с вако, и иногда их даже принимали за единый народ. По словам Месьереса, они жили отдельно друг от друга только из-за удобства раздельной охоты. Основными врагами тавакони были команчи, осейджи и апачи, но к концу XVIII века команчи и тавакони (как и остальные племена вичитов) часто начали выступать единым фронтом. С асинаями, тонкавами, бидаями и кэддо тавакони обычно были в мире. Года до 1770-го тавакони оставались враждебны испанцам, хотя с французами всегда поддерживали дружеские отношения. В 1753 году они объединились с асинаями, чтобы изгнать испанцев из восточного Техаса. С основанием миссии[10] Сан-Саба для липан-апачей враждебность тавакони к испанцам еще более возросла, и они присоединились к другим племенам для уничтожения миссии.

Деревни тавакони являлись торговой ярмаркой для тонкавов и беглецов-вероотступников аранамов из миссии Байя-дель-Эспириту-Санто. Подобно другим племенам союза, тавакони выращивали столько маиса, что даже испанский город Бу карел и частично зависел от них в пропитании. В XVIII веке тавакони, как и остальные вичиты, были каннибалами, после жесточайших пыток поедавшими пленников. Отношения тавакони с англо-американцами часто бывали враждебными. Берландье писал в 1828 году: «Тавакони присоединяются к вако в зимних набегах за лошадьми и скальпами вокруг техасских пресидио (крепостей. —Авт.), где их очень боятся. Эти индейцы иногда оставляют посреди пустыни без лошадей целые караваны, охраняемые кавалеристами».

Третье крупное племя союза вичитов – искани. Искони, упоминаемые Доминго де Мендосой в 1684 году среди техасских племен, несомненно, были более поздними искани. В 1719 году Лагарп посетил аскани на р. Канейдиэн, где они жили рядом с вичитами, тавехашами и тавакони. Лагарп также сообщил о другой деревне аскани, находившейся в 60 лигах (290 км) к северо-западу от первой. В дальнейшем, до середины XVIII века, об этих племенах практически ничего не слышно – команчи и осейджи вытеснили их на юг в северную часть Техаса. Согласно официальному рапорту 1762 года, искани были среди многочисленных племен, которые в 1746 году просили испанские власти в Сан-Антонио прислать им миссионеров. В 1760 году преподобный Калаорра-и-Саенс прибыл к тавакони и искани, чтобы установить мирные отношения и основать среди них миссию. В те времена оба племени жили рядом. В 1770 году искани участвовали в мирных переговорах, проведенных Месьересом, а двумя годами позже послали представителей в Бехар подтвердить соглашение губернатору Техаса. В 1772 году Месьерес посетил деревню искани, в которой проживали семьи 60 воинов. По словам Месьереса, искани были каннибалами, выращивали маис, бобы, дыни и бутылочные тыквы, являлись ближайшими союзниками других вичитов и говорили на одном языке с ними. Судя по всему, после этого искани объединились с тавакони, с которыми всегда поддерживали наиболее близкие отношения. В записках об экспедициях к вичитам 1778 и 1779 годов Месьерес не упомянул искани, но описал две деревни тавакони, располагавшиеся на р. Бразос. Приблизительно в 1782 году Морфи сообщал, что 90 семей искани присоединились к тавакони. Искани упоминались до 1794 года (всегда вместе с другими племенами союза), но после этого название искани более не употреблялось. Спустя четверть столетия, уже в англо-американских, а не испанских источниках, когда снова начали упоминаться деревни тавакони, одна из них появилась под названием вако — неизвестном ранее в Техасе. Вполне вероятно, что вако стало новым названием искани.

Четвертым племенем союза вичитов, название которого впервые появилось только после 1820-х годов в англо-американских сообщениях, но, как отмечалось выше, ни разу не упоминалось в испанских источниках, были вако. Местоположение деревни XIX века точно совпадало с одной из двух соседних деревень тавакони на р. Бразос, известных как Эль-Кискат и Флечасос, хотя не совсем ясно, с которой из них. Вако были наиболее близко родственны тавакони, частью которых они, вероятно, являлись в прежние времена. В середине 1820-х годов военные отряды вако и тавакони настолько активно нападали на техасскую колонию Остина, что осенью 1825 года он даже намеревался организовать военную экспедицию против них.

Согласно Стивену Остину, приблизительно в 1824 году основная деревня вако состояла из 33 соломенных домов, занимавших около 40 акров. В ней проживало 100 воинов. В полумиле от нее находилась другая деревушка из 15 домов. Вако возделывали около 200 акров обнесенных оградой маисовых полей. Подобно тавехашской деревне, поселения вако были укреплены насыпью, остатки которой сохранились до конца XIX века.

В 1828 году, по сообщениям Берландье, вако жили в одном поселении приблизительно из 60 крытых соломой домов 12 метров в диаметре и 6–7,5 метра в высоту и могли выставить около 300 воинов. Пол в домах покрывали циновками, а в центре располагался очаг, дым от которого выходил в большое отверстие сверху. Они возделывали огромные поля в 240–250 акров, выращивая бобы, тыквы и дыни. На зиму вако уходили на Равнины охотиться на бизонов и этот период времени жили в кожаных типи. Берландье так описал вако: «(Они. – Авт.) возделывают землю и представляют собой самый независимый народ во всем Техасе… они имеют великолепных лошадей и вооружены ружьями, хотя прекрасно владеют луком, копьем и кинжалом. Путешественники часто подвергаются атакам этого племени». С другой стороны, он же отмечал: «В голодные времена эти люди (вако. – Авт.) много раз спасали жизни солдат гарнизона и поселенцев, приходивших к ним с просьбой поделиться едой».

В 1719 году огромный лагерь вичитов посетил француз Лагарп. Встречен он был радушно. По его сообщениям, в лагере, включая представителей других племен, собралось около 6000 индейцев. Незадолго до встречи краснокожие захватили много пленников из враждебного племени, часть из которых уже съели. После визита Месьереса тавехаши установили дружеские отношения с французами, но контактов с испанцами почти не имели. Со временем испанцы превратились в их злейших врагов, и во многом это было вызвано их отношением к команчам и апачам. Основание для липан-апачей миссии Сан-Саба сделало испанцев союзниками апачей. В 1758 году миссия была атакована и уничтожена объединенными силами команчей, тавехашей, тавакони, кичаев, тонкавов и других племен. Дон Диего Ортис Паррилья с армией в 500 человек – солдат, милиции, тласкальтеков и индейцев миссий – выступил в четырехмесячную карательную экспедицию. Паррилья дошел до деревни тавехашей, укрепленной рвами и частоколом. Тавехаши превосходили испанцев по численности, были вооружены луками, ружьями и копьями. Паррилья потерпел поражение и в панике бежал, бросив свой караван припасов и две пушки, которые простояли у тавехашей последующие 20 лет. С тех пор эта деревня называлась в испанских документах «фортом тавехашей». Годы спустя Бонилья написал: «И память о том событии по сей день живет на таовайской границе позором для испанцев». Тавехаши продолжали укреплять поселения и в XIX веке. В 1828 году сообщалось, что внутри деревень немного выше уровня земли они делают небольшие насыпи и траншеи, где укрываются от многочисленных нападений со стороны осейджей.

В 1760 году представители союза вичитов попытались заключить мир с испанцами и попросили основать у них христианскую миссию. В миссии им было отказано, и они возобновили атаки в окрестностях Сан-Антонио. В последующие два года Калаорра-и-Саенс предпринимал попытки заключить мир, но безуспешно. В 1772 году Месьерес сообщал, что в двух деревнях на реках Бразос и Тринити проживало 3500 вичитов, из которых вичиты и таовайя (тавехаши) могли выставить 600 воинов, тавакони – 220, а искани (вако) – 60. Эпидемия (оспы?) 1777–1778 годов, от которой численность некоторых племен Техаса снизилась почти наполовину, видимо, мало затронула вичитов. Весной 1778 года Месьерес снова посетил их – тавакони и искани жили в двух деревнях на р. Бразос (300 воинов), а собственно вичиты в двух других на противоположном берегу Красной реки. Деревни собственно вичитов состояли из 160 домов (800 воинов). Соответственно весь народ вичитов насчитывал около 4000 человек. В 1801 году эпидемия оспы снова поразила племена Техаса, и на этот раз вичиты пострадали очень серьезно.

Передача Французской Луизианы Испании внесла изменения в отношения между вичитами и испанцами. Опытный индейский агент, а теперь испанский офицер Месьерес от имени губернаторов Луизианы и Техаса в 1772 году заключил мир с вичитами. Более либеральная торговая политика губернатора Луизианы еще более укрепила возникшие дружеские отношения. Мир сохранялся до свержения в Мексике испанского режима. В 1796 году представители тавакони даже посетили Мехико с просьбой основать среди них миссию. Вопрос обсуждался достаточно серьезно, но решение было отрицательным. Приблизительно в 1820 году тавакони снова вышли на тропу войны, но 23 апреля 1821 года губернатору Мартинесу, через посредничество вождя племени кэдохадачо, удалось заключить новый мирный договор с вождями тавакони Дакиарике и Такареуе. Однако в 1820-х и 1830-х годах столкновения с техасцами были столь частыми, что одно время за скальпы вичитов даже выплачивалась денежная премия. И в 1840-х годах отношения вичитов с Техасской республикой нельзя было назвать мирными – одни вожди пытались жить с белыми людьми в мире и согласии, другие оставались враждебными и продолжали совершать нападения. Только 16 ноября 1845 года вожди всех четырех вичитских племен подписали свой первый мирный договор с Техасской республикой.

В 1835 году тавехаши вместе с команчами заключили первый договор с правительством США, по которому согласились жить в мире с американцами, осейджами и переселенными на Индейскую Территорию восточными племенами. В 1837 году подобный договор подписали тавакони, кайовы и кайова-апачи. В сентябре 1838 года Техасская республика заключила договор с племенами вичитов о мире и дружбе, но в течение двух последующих десятилетий враждебность поселенцев вынудила их переселиться из штата. Незадолго до аннексии Техаса Соединенными Штатами – в 1840–1845 годах – тавакони и вако, жившие нар. Бразос, считались индейцами Техаса, а тавехаши, жившие к северу от Красной реки и гор Вичита, индейцами США. В 1846 году, после аннексии Техаса, на р. Бразос у Кансл-Спрингс был заключен договор с тавехашами, тавакони, вако, команчами, липанами, кэддо и кичаями, по которому племена признавали над собой юрисдикцию США. В 1855 году большинство тавакони и вако, вместе с частью кэддо и тонкавов, были поселены в резервацию нар. Бразос, но в результате враждебности белых жителей она была покинута, и индейцев временно переселили к р. Вашита в Оклахому. Незадолго до перемещения официальная численность тавакони и вако составляла 204 и 171 человек соответственно. Тем временем вичиты (тавехаши) бежали из своей деревни на Раш-Спрингс и укрылись у форта Эрбакл, опасаясь мести команчей, обвинивших их в причастности к атаке солдат майора Ван Дорна (1858 год).

Во второй половине XIX века вичиты поддерживали мирные отношения с американцами и в войнах с ними не участвовали. Но они продолжали периодически совершать набеги на белых поселенцев. Например, 22 февраля 1856 года капитан Джеймс Оакс из форта Мэсон, штат Техас, с отрядом кавалеристов в течение девяти дней преследовал небольшую группу конокрадов вако. В последовавшей схватке солдаты отбили лошадей и застрелили одного вако. Индейцы сумели ранить двух кавалеристов и шесть их лошадей. Гражданская война принесла индейцам много бед, и вичиты вместе с другими техасскими племенами нашли убежище в Канзасе до ее окончания. В 1867 году они вернулись обратно, и спустя некоторое время им была выделена резервация на северном берегу р. Вашита в Оклахоме. Вичиты продолжали совершать мелкие налеты, иногда расплачиваясь за них кровью. В октябре 1870 года они совершили нападение на поселения американцев. Капитан Вильям Рафферти с отрядом кавалеристов и скаутов тонкава нагнал их у Кэмерон-Крик, штат Техас. В бою двое вичитов были убиты, один ранен. Найденные вещи явно указывали, что индейцы грабили поселенцев. У одного из убитых краснокожих было найдено письмо индейского агента, в котором говорилось, что носитель его – вичита по имени Киш-Кош – является мирным индейцем и с ним следует обращаться хорошо.

Сибли в 1805 г. подсчитал тавакони (вероятно, вместе с вако) в 200 воинов, тавехашей в 400 воинов, а присоединившихся к ним кичаев в 60. Всего, включая кичаев, по его данным, они составляли 2600 чел. Подсчет Дэвен-порта за 1809 г. показал общую численность союза вичитов в 2800 чел. К 1824 г. их численность практически не изменилась, но в последующие 25 лет, в результате постоянных столкновений с американскими поселенцами и осейджами, она постоянно сокращалась. В 1868 г. официальный подсчет показал 572 чел., а в начале XX в численность всего союза вичитов составляла чуть более 300 чел.

Гровантры (атсины)

Название атсина происходит из языка черноногих атсе-на, или Люди Кишок. Самоназвание племени – Аанинена, по некоторым сведениям, означает Люди Белой Глины. Арапахо, родительское племя, называли их Хитунена, или Хитуненина – Просящие Люди, Нищие, или, что более точно, Нахлебники. Та же идея выражена в племенном знаке, который часто неверно интерпретировали как Большие Животы, откуда и пошло название «гровантры» (франц.: Gros Ventres), данное им франко-канадцами. Поскольку под таким же названием были известны хидатсы, дабы избежать путаницы, в первой половине XIX века атсинов называли гровантрами Равнин, а хидатсов – гровантрами Миссури, но в более поздние времена именно атсинов стали называть гровантрами. Их также иногда называли Народом Водопадов.

Гровантры являются отделившейся ветвью арапахо, и языки обоих племен схожи с языками алгонкинских племен, живших к северо-востоку от Равнин. По мнению Кребера, оба племени разделились не позднее начала XVIII века. В 1800 году они обитали к югу от р. Саскачеван. В 1818 году гровантры оставили Северные равнины и ушли на юг к арапахо, где находились с ними до 1832 года, после чего вернулись в окрестности Милк-Ривер. В 1829–1831 годах Грегг сообщал о нападениях, совершаемых черноногими (гровантрами) вдоль «тропы Санта-Фе» на Южных равнинах.


Семья гровантров


Несмотря на утверждения Ходжа, что «атсины (гровантры) не сыграли видимой роли в истории, и во многих отношениях настоящие арапахо считали их стоящими ступенью ниже», в первой половине XIX века племя вместе с союзными им черноногими сражалось в межплеменных войнах и многочисленных кровопролитных схватках с американскими охотниками и мехоторговцами. Гровантры не менее часто нападали на американцев, чем черноногие, но поскольку для бледнолицых они мало чем отличались от своих союзников, атаки гровантров обычно приписывались черноногим. Самая крупная битва произошла 17 июля 1832 года. Гровантры, только прибывшие с Южных равнин, наткнулись на большую группу трапперов, возвращавшихся с рандеву – ежегодной торговой встречи трапперов и торговцев. Вождь гровантров выехал навстречу с трубкой мира в руках, показывая, что племя хочет заключить мир, но был предательски убит. Завязался яростный бой. Трапперы послали гонца на рандеву, откуда вскоре прибыло подкрепление. В результате гровантрам пришлось защищаться от нескольких сотен американских трапперов и воинов плоскоголовых и неперсе. Индейцы, обремененные женщинами и детьми, заняли оборону и до ночи с луками и стрелами в руках отбивали атаки вооруженных ружьями противников, а с наступлением темноты ускользнули. Сколько погибло гровантров, неизвестно, но было обнаружено более десятка тел, которых индейцы не смогли увезти. Лужи крови свидетельствовали о том, что потери краснокожих значительны. Со стороны нападавших погибло пятеро трапперов, один полукровка и семь неперсе. Приблизительно столько же было ранено. Это сражение получило название Битва у Пьер-Холл и стало крупнейшим поражением в столкновениях с белыми людьми в истории гровантров (см. Черноногие).

В 1861 году союзные отношения с черноногими были нарушены и оба племени превратились в непримиримых врагов. В результате изменилась расстановка сил на Северных равнинах и ослабли позиции трех племен черноногих. До 1861 года лишь два племени были постоянными союзниками черноногих – гровантры и небольшое по численности племя сарси. Осенью 1861 года отряд пан д’орей украл лошадей у гровантров, стоявших лагерем на Миссури ниже форта Бентон. Желая сбить преследователей с толку, пан д’орейи бросили нескольких украденных животных на р. Мариас вблизи лагеря пиеганов. Преследовавшие конокрадов воины гровантров решили, что лошади угнаны пиеганами, и атаковали их лагерь. Во время схватки погиб пользовавшийся большим уважением вождь пиеганов. С тех пор племена стали врагами, а гровантры нашли союзников в лице прежних врагов. Самое крупное сражение между бывшими союзниками произошло вблизи Сайпресс-Хиллс летом 1866 года. В тот день огромный отряд кроу и гровантров попытался уничтожить маленький лагерь пиеганской общины Короткие Шкуры. Не проведя предварительной разведки, они не знали, что поблизости находится другой лагерь. Черноногие атаковали врагов и обратили их в паническое бегство. Это было величайшее поражение в истории гровантров. Потеряв всего около десятка воинов, черноногие убили около четырехсот гровантров и кроу. Так, в результате хитрости пан д’орей война между бывшими союзниками длилась до середины 1880-х годов, несмотря на все усилия правительства помирить их друг с другом. В разное время гровантры воевали с ассинибойнами, кри, оджибвеями, кроу, сиу, черноногими, сарси, плоскоголовыми, кутеней, неперсе, шошонами, банноками, пан д’орей, ютами, пауни, команчами, кайовами и кайова-апачами, но всегда оставались в мире с родственными арапахо.

В конце XIX века гровантров переселили в резервацию ассинибойнов агентства Форт-Белкнап, штат Монтана, где в 1904 году их устойчиво сокращающаяся численность составляла 535 человек.

Названия общин племени, чье местоположение в лагерном круге известно: Замерзшие, Головной Убор из Перьев или Те-кто-поитсвоих-лошадей-один-раз-в-день; Сухожилия, Те-кто-не-отдает или Бизоньи Горбы; Противоположный (или Срединный) Ассинибойн, Страшные или Стертые Палаточные Шесты (от постоянных кочевий); Блады или Сражающиеся в Одиночку. Упоминались также и другие названия общин, часть из которых может дублировать вышеприведенные: Поедатели Ягод, Набедренные Повязки, Кофе, Пыльные, Серые или Пепельные, Канхутьи (по имени вождя), Ночные Ястребы, Бедные, Изодранные Штаны и Головные Уборы из Шкурок Ласки.

По мнению Джеймса Муни, в 1780 г. численность гровантров составляла 3000 чел. Эпидемия оспы в начале 1830-х гг. уничтожила большую часть племени. Дениг сообщал, что в 1850 гг. племя жило в 300 палатках. В 1910 году племя насчитывало всего 510 чел., а в 1937-м – 809.

Кайовы

Небольшое, но крайне агрессивное племя Южных равнин. Название происходит от самоназвания га-и-гву или ка-и-гву, что означает Главные Люди.

Древнейшие предания кайовов говорят, что в прошлом они обитали в самой верхней части р. Миссури, в окрестностях современного города Вирджиния-Сити, штат Монтана. Предания шошонов и арапахо подтверждают эту информацию. В дальнейшем они переместились с гор вниз и вступили в союз с кроу, с которыми с тех пор у них всегда были очень близкие дружеские отношения. Даже после переселения на Южные равнины кроу и кайовы часто посещали друг друга, проходя для этого сотни миль по вражеским территориям. Помимо кроу, в ранние времена кайовы были очень дружны с хидатсами, манданами, арикарами и сарси. Многие влиятельные люди племени имели среди предков сарси (Сатанк, Гаапиатан, Патадал). Причиной переселения кайовов на юг обычно называют давление со стороны враждебных сиу, арапахо и шайенов. Но, скорее всего, кайовы постепенно мигрировали на юг, привлеченные большим количеством поступающих оттуда лошадей, поскольку упоминания о них встречаются в испанских источниках еще в середине XVIII века. Другими их постоянными союзниками, пришедшими на юг вместе с ними, были атапаскоязычные кайова-апачи, настолько близко связанные с ними, что даже имели свое определенное место в их лагерном круге.

Первые упоминания о кайовах появились в испанских сообщениях еще в 1732 году. Когда они впервые достигли р. Арканзас, то столкнулись с команчами. Началась война. Приблизительно в 1790 году племена заключили мир, который ни разу впоследствии не был нарушен. Кайовы переправились на южный берег р. Арканзас и стали жить на землях команчей, совершая вместе с ними набеги и рейды на поселения Техаса и Мексики. Берландье сообщал о них: «Кайовы схожи с арапахо и команчами, и их часто путают с последними, поскольку они иногда ставят лагеря вместе».

Среди равнинных племен кайовы считались самыми дикими и кровожадными. Гамильтон писал о встреченном им в 1842 году отряде кайовов: «В Сент-Луисе в разные времена я видел много индейцев, но никто не выглядел так дико и свирепо, как эти». Лейтенант Аберт в 1845 году, напротив, отзывался о кайовах как о людях «честных, храбрых и энергичных», во всех отношениях превосходящих команчей. Д. Бэйкер в 1860-х годах, выражая мнение техасцев, писал о них как о племени «воинственном и коварном». Бэйкер сообщал в 1869 году: «Согласно официальным источникам, с мая 1865 по август 1867 года враждебные индейцы (кайовы и команчи. – Авт.) в Техасе убили не менее 162 человек, ранили 24 и пленили 43. Также ими захвачено и уничтожено собственности на много тысяч долларов. Нападения все еще продолжаются и сегодня». Считается, что пропорционально своей численности, кайовы убили больше белых людей, чем любое другое племя Дикого Запада.


Крик Дикого Гуся, воин кайова. 1869 г.


Кайовы в разные времена воевали с испанцами, мексиканцами, американцами, сиу, шайенами, арапахо, осейджами, пауни, команчами, кэддо, тонкавами, пуэбло, ютами, навахо, хикарийя, мескалеро, липан-апачами, западными апачами, каранкавами, хавасупаями и некоторыми другими племенами. В XIX веке кайовы поддерживали мирные отношения с арикарами, майданами, хидатсами, вичитами, кичаями, шошонами и плоскоголовыми. Обычно они были в мире с мескалеро-апачами, но те продолжали опасаться их. В 1840 году между шайенами и союзными кайовами и команчами был заключен мир и племена стали близкими друзьями. Отношения с арапахо в основном были мирными, но воины арапахо часто присоединялись к шайенам во время шайенско-кайовской войны 1826–1840 годов. С осейджами жестокая война велась до 1844 года. С индейцами пуэбло кайовы поддерживали мирные отношения и часто приходили к ним торговать, обменивая бизоньи шкуры и мясо на продукты земледелия. Постоянными врагами кайовов в Техасе были кэддо и тонкавы, а на западе юты, хикарийя-апачи и навахо. На севере кайовы вели непримиримую войну с пауни, которая закончилась лишь в 1870-х годах.

До поселения в резервацию кайовы делились на две части, известные как токинахьюп, или Люди Холода, и геахалего — от команчского кеахади. Эти термины были эквивалентны делению племени на северную и южную части. Первая кочевала вдоль р. Арканзас и границы штата Канзас, а вторая больше времени проводила с команчами в Стейкед-Плейнс. Кроме того, кайовы делились на шесть общин, одну из которых – куато – приблизительно в 1780 году полностью уничтожили сиу. В лагерном круге, начиная от входа, общины располагались в следующем порядке: ката (Отрезанные), когуи (Олень), кайгву, кингеп (Щит), семат (кайова-апачи) и конгтальюи (Черные).

Первый договор с правительством США кайовы заключили в 1837 году. В течение многих лет кайовы и их союзники воевали с мексиканцами и техасцами, но с американцами на севере поддерживали дружеские отношения. Приток переселенцев увеличивался, и 27 июля 1853 года правительство США подписало новый договор с кайовами, команчами и кайова-апачами, по которому племена согласились сохранять мир с американцами, жителями Техаса и мексиканцами, а также позволяли основать на их территории военные форты и дороги. Взамен им причитались ежегодные выплаты товаров на 18 000 долларов в течение десяти лет. В последующие годы отряды кайовов, направлявшиеся против навахов и ютов, периодически совершали грабежи белого населения. В итоге во время раздачи ежегодных товаров индейский агент сказал им, что, если не прекратятся нападения, Великий Белый Отец пришлет войска, дабы наказать их. Верховный вождь Дохасан (Маленькая Гора) ответил: «Белый вождь дурак и трус… На этой земле есть три вождя – белый, испанский и я. Вождь испанцев и я – мужчины. Иногда мы приносим беды друг другу, захватывая лошадей и скальпы, но мы не впадаем в бешенство и не ведем себя подобно глупцам. Но белый вождь – дитя и, как дитя, сразу же начинает злиться. Когда мои молодые воины, чтобы не дать своим женщинам и детям умереть с голоду, забирают немного сахара или кофе у белого человека, проходящего через наши земли, убивая и разгоняя дичь на своем пути, белый вождь злится и обещает прислать солдат. Я давно жду их, но они не приходят. Он трус, и у него женское сердце. Ты передай великому белому вождю мои слова».

В 1860 году войска получили приказ наказать кайовов и команчей, но успеха они не достигли. В марте из фортов Райли, Кобб и Юнион вышли колонны солдат. Одной из них, выступившей из форта Райли, командовал майор Джон Седжвик. Его колонна состояла приблизительно из 500 кавалеристов и группы разведчиков-дел аваров, которыми руководил широко известный на Диком Западе делавар Падающий Лист. Спустя несколько месяцев колонна достигла Нового Форта Бента, ни разу не столкнувшись с индейцами. Вскоре были получены сведения о военном отряде кайовов, и капитан Вильям Стил с отрядом из 89 человек бросился в погоню. Они проскакали 56 миль, но вынуждены были повернуть назад, не встретив ни одного краснокожего. Тем временем кайовов заметили в районе Нового Форта Бента. За ними выслали лейтенанта Стюарта с кавалеристами. Кайовы оказались зажаты между отрядами Стюарта и Стил а. В результате боя вдоль р. Кайова-Крик, штат Колорадо, кайовы ранили трех бледнолицых, а сами, согласно рапорту, потеряли убитыми двух воинов. Кроме того, солдаты захватили 16 женщин и детей и 40 лошадей и мулов. Пленников передали индейскому агенту Вильяму Бенту.

Начавшаяся в следующем году Гражданская война отвлекла правительство США от проблем с враждебными индейцами. Осенью 1863 года стало известно, что сиу, шайены, кайовы, кайова-апачи, команчи и часть арапахов планируют весной начать на Равнинах полномасштабную войну. В июне 1864 года к племенам отправили гонцов с сообщением, что всем дружески настроенным индейцам следует поставить свои лагеря около военных постов, остальные же будут считаться враждебными и подвергнутся уничтожению. Откликнулась только часть арапахов и шайенов. В августе индейский агент сообщал из форта Лайон, что получены приказы убивать всех индейцев, обнаруженных на равнинах. В 1864 году нападения индейцев на Южных равнинах так участились, что все ранчо и станции на территории 400 миль были покинуты. В октябре 1865 года в устье р. Арканзас с кайовами, кайова-апачами, команчами, шайенами и арапахо был подписан новый мирный договор. В 1866 году умер Дохасан, являвшийся верховным вождем кайовов в течение 33 лет. С того времени, по мнению Джеймса Муни, начался упадок племени. Сохраняя мирные отношения с США, кайовы продолжали совершать рейды в Техас, жестокую войну с которым они вели на протяжении всего XIX века.

В 1867 году у Медисин-Лодж был подписан новый договор, который должен был положить конец нападениям на белых людей. Племена согласились поселиться в резервации, но 27 ноября 1868 года генерал Кастер атаковал селение шайенов на р. Вашита и уничтожил его. Лагеря кайовов, команчей, кайова-апачей и арапахов стояли ниже по реке. Кайовы, оказавшиеся ближе всего, приготовились к бою, но в ходе переговоров согласились отправиться вместе с солдатами в свое агентство. Вместо этого, разбившись на группы, они попытались ускользнуть. Кастер ложью захватил в заложники верховного вождя племени Гуипаго (Одинокого Волка) и одного из самых влиятельных людей – Сатанту (Белого Медведя) и обещал повесить их, если в течение двух дней все племя не появится в агентстве. К концу декабря 1868 года почти все племя, кроме общины вождя Манйитена (Женское Сердце), находилось в резервации, и вождей отпустили. Кайовы оказались в резервации, но продолжали совершать рейды в Техас, убивая людей, уводя лошадей и захватывая женщин и детей.

Летом 1870 года вождь кайовов Пинающая Птица, призывавший соплеменников жить в мире с белыми людьми, был обвинен ими в трусости. Дабы восстановить авторитет, вождь собрал большой отряд, покинул резервацию и направился в рейд на Техас. Воины атаковали почтовый дилижанс вблизи станции Рок-Стейшн. Из форта Ричардсон в погоню за ними был выслан отряд из 56 кавалеристов во главе с капитаном Кервином Макклелланом. Солдаты наткнулись на небольшую группу кайовов, но к индейцам подоспело подкрепление. Воины окружили кавалеристов, и Макклеллан дал приказ отступать. Двигаясь на юг, они отбивались от наседавших кайовов четыре часа. Одного из кавалеристов убил сам Пинающая Птица. Он вернулся в резервацию победителем. Его авторитет был восстановлен, и соплеменники начали внимательнее прислушиваться к его советам. Согласно Макклеллану, его солдаты убили 15 кайовов, но это, как нередко случалось с армейскими рапортами, было откровенной ложью. Если бы отряд Пинающей Птицы понес такие потери, он не только не смог бы восстановить свой авторитет, но утратил бы его навсегда.


Сын Солнца (Пайтальи), кайова. Фотография 1869–1874 гг.


В 1871 году число нападений кайовов не уменьшилось. 24 января отряд под предводительством Маманти и Китана у горы Флэт-Топ, штат Техас, атаковал трех негров-поселенцев. Застигнутые врасплох, они успели убить своих коней, чтобы, прячась за их тушами, отбиваться от нападавших. Бой был тяжелым – рядом с изуродованными телами негров позже нашли более 170 отстреленных гильз.

Спустя две недели, 7 февраля, в 50 милях к востоку от горы Флэт-Топ десять техасских рейнджеров подверглись нападению сорока воинов кайова и команчей. Но самая крупная стычка произошла 18 мая 1871 года и получила известность как Нападение на караван фургонов Воррена. Кайовский шаман Маманти предсказал, что следующий рейд будет чрезвычайно успешным, а добыча богатой. В мае к нему присоединилось около 150 кайовов и команчей. Они пересекли р. Рио-Гранде и отправились в Техас, где устроили засаду на дороге между фортом Гриффин и фортом Ричардсон. Если бы кайовы атаковали первых встреченных ими путников, они, несомненно, повергли бы в шок всю Америку – 18 мая мимо них проследовал очень влиятельный в стране человек. Им был генерал Вильям Шерман. Сопровождал его лишь маленький эскорт кавалеристов. Кайовы могли без труда уничтожить их, но Маманти сдержал воинов – в его видении ему было велено атаковать вторую группу людей. После полудня появился караван из десяти фургонов, принадлежавших компании «Воррен и Дюбуа», в которых везли припасы для солдат форта Гриффин. Воины неожиданно выскочили из-за хребта, и погонщики не успели поставить фургоны в круг. Трое погибли мгновенно. Остальные яростно отстреливались. Вскоре был убит еще один, и семеро погонщиков бросились бежать к лесу. Двоим сделать это не удалось. Пять человек получили ранения, но спаслись. Индейцы сперва кинулись в погоню, но потом вернулись грабить фургоны. В одном из них прятался погонщик Сэм Эллиот. Когда один из кайова подбежал, к фургону, Эллиот выстрелил ему в лицо, смертельно ранив. Разъяренные индейцы схватили техасца, привязали к колесу фургона и сожгли. Затем они разграбили фургоны, сожгли все, что не могли унести, и уехали. Всего от рук краснокожих погибло семь погонщиков. Потери индейцев – один убитый (команч) и трое раненых (два кайова и один кайова-апач). Этот бой хорошо изучен историками и является одним из немногих событий, когда потери индейцев получили реальное подтверждение.

Лидеры нападения на фургоны Воррена – Сатанта, Сатанк (Сидящий Медведь) и Адоетте (Большое Дерево) – имели неосторожность похвалиться успехами в присутствии индейского агента и генерала Шермана и были арестованы. Сатанк погиб при попытке напасть на конвоиров, оба других лидера попали в тюрьму. В 1872 году индейский агент сообщал, что, хотя кайовы регулярно приходили в резервацию получать положенные им по договору продуктовые пайки, заверяя власти в своем дружелюбии, едва летом их кони набрали форму, они, вместе с команчами и кайова-апачами, отправились в рейды и за несколько месяцев угнали сотни лошадей и мулов, захватили в плен нескольких женщин и детей и убили около двадцати человек в Техасе, не считая погибших от их рук жителей Нью-Мексико и других районов. Так, 20 апреля 1872 года отряд из сотни кайовов и команчей под предводительством Белого Коня и Большого Лука атаковал караван из десяти фургонов у Ховард-Велл, штат Техас. Индейцы убили большинство мужчин, а некоторых привязали к колесам фургонов, облили керосином и сожгли. Они увезли двух женщин – одна позднее была отбита солдатами, а вторую убили. Отряд кавалеристов нагнал налетчиков, произошел серьезный бой, но добиться результатов солдатам не удалось. Несмотря на сообщение о десятке погибших краснокожих, лишь два воина получили ранения, но никто из них не погиб. Вернувшись на следующее утро к месту нападения на караван, солдаты похоронили одиннадцать человек.

Пытаясь наладить отношения с южными племенами, правительство организовало поездку их вождей в Вашингтон для переговоров. События двух последующих лет показали, что особых результатов это не принесло. В 1873 году Сатанта и Адоетте были отпущены, но это не остановило набегов.

Последний раз кайовы приняли участие в войне с армией США во время восстания 1874–1875 годов (см. «Команчи» и «Шайены»).

Кайовы никогда не были многочисленными, а эпидемии (оспа в 1816, 1839–1840 и 1861–1862 гг., холера в 1849 г.) и бесконечные войны постоянно сокращали их численность. Берландье сообщал в 1828 г., что племя состоит из 150 семей. Ричард Додж в 18 3 5 году определил численность кайовов в 1800–2000 чел. Поданным Бэтти, в 1873 г. (вероятно, вместе с кайова-апачами) они составляли 1600 чел. Официальные данные 1875 г. – 1014 чел. В 1881 г., согласно сообщениям индейского агента, – 1145 чел. Последний серьезный удар им был нанесен в 1892 г. в результате эпидемии кори и лихорадки. В 1905 г. численность кайовов выросла до 1165 чел.

Кайова-апачи

Маленькое атапаскоязычное племя, с давних времен настолько тесно связанное с кайовами, что даже имело свое место в их лагерном круге. Кайова-апачи сумели сохранить свой язык, хотя большинство культурных аспектов заимствовавали у кайовов. До поселения в резервации оба племени вместе делили все радости и тяготы свободной жизни. Сами они называли себя надииша-дена или наиишан-дина, что означает наш народ. Кайовы в прошлом называли их тагуи — термин, применяемый ими для обозначения всех апачеязычных племен, или садалсомте-киаго – Люди Ласки (зверька. – Авт.). Но приблизительно с середины 1870-х годов кайовы стали называть их семат – воры, потому что кайова-апачи начали красть у них лошадей и скот.


Воин кайова-апачей, племянник верховного вождя Пасера, 1869–1871 гг.


В первых французских сообщениях XVII века, отчетах Льюиса и Кларка, а также в договоре с правительством США от 1837 года они появляются как гатаки. Несмотря на одно происхождение с апачами Аризоны и Нью-Мексико, они узнали об их существовании только в начале XIX века. В первой половине XIX века у них сложились дружеские отношения с мескалеро-апачами.

Прежде кайова-апачи вместе с кайовами жили на севере в районе Черных Холмов, а затем ушли на Южные равнины. В 1805 году исследователи Льюис и Кларк сообщали, что кайова-апачи живут в верховьях двух развилок р. Шайен в районе Черных Холмов на северо-востоке Вайоминга. Берландье, путешествовавший по Южным равнинам в 1828 году, писал., что кайова-апачи «такие же свирепые, как и липаны». Генерал Теран в том же году определил их численность в 80—100 семей. Как уже упоминалось, в 1837 году вместе с кайовами и тавакони они подписали свой первый договор с правительством США. В 1853 году о кайова-апачах сообщалось как о воинственном племени, кочующем в районе р. Канейдиэн, на землях, занимаемых команчами, с которыми они часто отправлялись в совместные военные экспедиции. По договору 1865 года им была определена совместная с арапахо и шайенами резервация. Любопытно, что они сами попросили отделить их от кайовов из-за враждебного отношения тех к белым людям. Соглашение, однако, не получило практической силы, и в 1867 году, по договору у Медисин-Л одж-Крик, кайова-апачи были формально объединены с кайовами, хотя часть племени продолжала жить с южными арапахо и шайенами до конца восстания 1874–1875 годов. Во время восстания они, в отличие от кайовов и команчей, оставались мирными и дружелюбными, хотя некоторые воины, несомненно, участвовали в рейдах и набегах. В остальном их история мало чем отличалась от истории кайовов (см. «Кайовы»).

Льюис и Кларк в 1804 г. определили численность племени в 25 типи, или 300 чел., из которых 75 были воинами, Ричард Додж в 1835 г. – 1200 чел., что значительно преувеличено. В 1850 г. индейский агент Фицпатрик определил численность кайова-апачей в 50 типи, то есть около 300–400 чел. В 1854 г. он же указал 40 типи и 320 чел. Ливенворт в 1865 г. – 500 чел., живущих в 40 типи. Во всех последующих сообщениях численность кайова-апачей варьировалась от 300 до 350 чел. К 1891 г. племя составляло 325 чел., а в 1892-м перенесло эпидемии кори и лихорадки, которые стоили жизни каждому четвертому члену племени. В 1905 г. их оставалось всего 155 чел.

Канзы

Сиуязычное племя, являющееся, согласно Дорси, одним из пяти племен группы дхегиа. Лингвистически наиболее близки осейджам и куапо. Самоназвание кказе.

Во время миграции дхегиа первыми отделились куапо, после чего основная часть группы разделилась в устье р. Осейдж, – осейджи двинулись вверх по реке, омахи и понки пересекли р. Миссури и ушли на север, а канзы поднялись вверх по южному берегу Миссури до устья р. Канзас. Там они задержались на некоторое время, а затем продолжили путь вверх по Миссури до северной границы современного штата Канзас, где были атакованы шайенами и вынуждены вернуться вниз по Миссури. Они снова осели в устье р. Канзас, где появились Большие Ножи (белые люди), преподнесли им подарки и убедили продолжить путь на запад. По словам канзов, за время миграции они последовательно построили около двадцати деревень, прежде чем обосновались у Кансл-Гроув в штате Канзас. Оттуда позднее перемещены в резервацию на Индейскую Территорию.

Первое упоминание канзов мы находим у Хуана де Оньяте, который в 1601 году путешествовал от Сан-Габриэля, что в Новой Мексике, пока не встретил эскансаков, живших в ста лигах (483 км) к северо-востоку, недалеко от пананов (пауни). Известно, что в тот период канзы продвинулись вверх по р. Канзас до р. Биг-Блю, а оттуда в 1847 году переместились к Кансл-Гроув.

Канзы не сыграли значительной роли в военной истории американской границы, но всегда были достойными бойцами. Белый современник писал в 1809 году: «Канзы давно уже представляют собой ужас для соседних племен, их безрассудная смелость не поддается описанию… К счастью для соседей, они малочисленны, а их ежедневные нападения еще более сокращают их численность». Среди врагов канзов в разные времена были падуки, сиу, шайены, арапахо, сауки, фоксы, омахи, ото, миссури, айовы, осейджи, пауни и другие племена. В XVIII веке канзы обычно жили в мире с осейджами, куапо, омахами, понками, ото, миссури и айовами. Племена часто посещали друг друга с дружественными визитами, а с ото и миссури заключали межплеменные браки. Война между канзами и осейджами вспыхнула в 1794 году и продолжалась до 1806 года, когда стараниями Зебулона Пайка между ними вновь был установлен мир. С этого момента племена часто вместе охотились и воевали против общих врагов. В 1811 году они атаковали айовов, а с 1813 по 1816 год сражались с ото.

Пауни оставались заклятыми врагами канзов и в начале XIX века. Несмотря на небольшое число канзов, войны с ними были кровопролитными. В 1809 году сотня их воинов атаковала деревню киткехахки-пауни. Они убили верховного вождя и его семью из пятнадцати человек. Пауни преследовали их и в тяжелом бою прикончили сорок воинов. Спустя три года, в 1812 году, пауни атаковали деревню канзов на р. Блю-Вотер, но благодаря умелому руководству вождя Горящего Оленя канзы не только отбили атаку, но и уничтожили около восьмидесяти нападавших. Но в том же году, в результате плохо спланированной атаки на деревню скид и– пауни, канзы потеряли тридцать бойцов. В 1831 году они убили четырнадцать пауни и захватили три десятка лошадей. Около 1835 года удача улыбнулась пауни, и они угнали огромный табун лошадей канзов. В 1838 году канзы и осейджи атаковали пауни и срезали одиннадцать скальпов. Одно из самых серьезных поражений в этой войне канзы нанесли пауни в 1840 году. Отряд из 65 воинов неожиданно напал на вражеский лагерь (19 палаток – около 150 человек), когда почти все мужчины находились на охоте. Они убили шестьдесят женщин и детей и захватили в плен одиннадцать человек[11]. Кроме того, они забрали все пожитки, которые смогли увезти.


Индеец канза по имени Напевала. 1860—1870-е гг.


В 1812 году союзники канзов осейджи воевали с ото, в результате чего племя оказалось втянуто в войну с новым противником. Возвращаясь из экспедиции против осейджей, отряд ото прошел мимо деревни канзов. Один из ото отстал, намереваясь угнать лошадей у союзников своих врагов. Канзы нагнали его, избили, отобрали лошадей, после чего выстрелили в лицо из ружья, заряженного только порохом. Весной 1813 года ото вернулись, чтобы отомстить за нанесенное оскорбление. Неожиданно атаковав, они убили пятерых женщин и детей. Началась жестокая война, продолжавшаяся до 1816 года, когда ото через белых торговцев послали канзам трубку мира. Но из восьми канзов, отправившихся весной 1817 года заключать мир, ото убили шестерых, и война разгорелась с новой силой. В 1819 году канзы вновь заговорили о мире с ото и их союзниками айовами и миссури. Благодаря усилиям американских властей мир был заключен.

Согласно Льюису и Кларку, в 1804 году канзы жили на р. Канзас в двух деревнях – одна находилась в двадцати (96 км), а вторая в шестидесяти лигах (290 км) от устья этой реки – и могли выставить около 300 воинов. Льюис и Кларк сообщали, что прежде канзы были более многочисленными, но война с сауками и айовами значительно сократила их. В 1811 году они, по сообщениям Генри Брекенриджа, пользовались дурной репутацией среди белых торговцев, которые называли их «грабителями с Миссури», но это продолжалось недолго. И до Кансл-Гроув, и за 26 лет их пребывания там был сделан ряд безрезультатных попыток «цивилизовать» их. Вислиценус так описывал канзов, селение которых посетил в апреле 1839 года: «Говорят, что все племя сегодня насчитывает 1500 душ. Попытка сделать их цивилизованными и привить им земледелие пока не приносит успеха. Правительство отправило им некоторое оборудование, основало ферму и ежегодно снабжает скотом и свиньями. Но зимой они обычно сжигают отраду фермы в кострах, а животных забивают… с недавних пор они не проявляют враждебности к белым людям, но не задумываясь украдут у них лошадей, если это можно сделать безнаказанно». Льюис Морган очень заинтересовался канзами во время своего путешествия по Великим Равнинам в 1859 году. Он отмечал, что, несмотря на тесные контакты с белыми людьми, канзы «до сих пор отказываются принять миссионеров и, по словам людей, знающих их, представляют собой народ дикий и бескультурный… Мне говорили, что они выбривают голову, оставляя лишь скальповую прядь, а по характеру храбры и бесстрашны. Их численность на сегодняшний день составляет около 800 человек». Методисты организовывали для них школы при миссиях в период 1850–1854 годов, квакеры[12] в 1869–1873 годах, но индейцы не пускали детей, считая, что принятие пути белого человека разрушит индейский характер и приведет к деградации. Живя в Кансл-Гроув, канзы существовали в основном за счет охоты на бизонов. С уничтожением стад они были вынуждены начать заниматься земледелием под руководством правительственных специалистов. Они отказывались жить в домах, построенных для них правительством, считая свои жилища более удобными.

В октябре 1815 года канзы заключили мирный договор с Соединенными Штатами. В тот момент, вытесненные с Миссури индейцами сиу, они жили нар. Канзас в устье р. Сэйлайн, занимали 130 земляных домов и насчитывали 1500 человек.

По договору в Сент-Луисе от 3 июня 1825 года канзы уступили Соединенным Штатам свои земли на севере штата Канзас и юго-востоке штата Небраска, отказались от всех претензий на охотничьи угодья в Миссури, но сохранили право на участок территории на р. Канзас. Здесь они подвергались нападениям пауни, а во время охотничьих экспедиций часто бывали атакованы воинами других племен, что значительно сократило их численность. Но и канзы не оставались в долгу.

Ситуация с равнинными кочевниками ухудшилась после резни шайенов и арапахов на Сэнд-Крик в 1864 году и еще долго оставалась напряженной. Наиболее агрессивные воины этих племен нападали не только на белых поселенцев, но и представляли постоянную угрозу для таких слабых племен, как канзы. Зимой 1866 года шайены увели у них около полусотни лошадей. В 1867 году по пути к месту проведения договорного совета на Медисин-Лодж-Крик арапахо угнали еще 32 коня, и у канзов практически не осталось лошадей для перекочевки и охоты. Через некоторое время после прибытия на Медисин-Лодж арапахо ошибочно обвинили канзов в краже своих лошадей и убили несколько человек. Канзы ушли на Пламб-Крик в окрестности форта Зара и разбили там зимний лагерь. В декабре его посетила группа шайенов, которые несколько часов говорили о мире и дружбе, а покинув лагерь, всего в нескольких сотнях метров от него убили и скальпировали табунщика канза. Разъяренные соплеменники набросились на них и после четырехчасового боя вынудили шайенов отступить. В бою погибло два канза, но они убили четырнадцать шайенов. Много лошадей и большое количество воинов с обеих сторон получили ранения. Понимая, что шайены вернутся с подкреплением, канзы бежали в свою резервацию, куда прибыли 25 декабря 1867 года. В пути около шестидесяти человек умерло от голода и ужасного холода. Канзы потеряли много лошадей, во всем племени осталось не более 150 голов. Шайены появились у агентства канзов в июне 1868 года – сотня отборных воинов, восседавших на великолепных скакунах. Многие белые поселенцы начали опасаться за свои жизни, другие же были уверены, что станут свидетелями индейского побоища. Но и те, и другие ошиблись. Шайены покричали, постреляли и уехали. Ни с одной стороны потерь не было.

По договору, заключенному в Методистской миссии, штат Канзас, 14 января 1846 года, канзы уступили Соединенным Штатам 2 000 000 акров восточной части своей резервации. Для них была определена новая резервация у Кансл-Гроув на р. Неошо, штат Канзас, где они оставались до 1873 года. Когда резервацию заполонили белые поселенцы, ее продали, а канзам на вырученные деньги купили новую на Индейской Территории рядом с осейджами. За исключением 160 акров, оставленных для школьных нужд, всю землю поделили на наделы.

Согласно Пьеру Лемуану, в 1702 г. канзы насчитывали 1500 душ. Перри ду Лак сообщал., что в 1802 году они могли выставить 450 воинов. В 1806 г., по данным Зебулона Пайка, – 1565 чел., из которых 465 составляли воины, 500 – женщины и 600 – дети. По подсчетам Портера, в 1829 г. канзы насчитывали 1200 чел. Исаак Маккой сообщал, что в 1831 г. племя состояло из 1500 чел., в 1832 г. – 1200, а в 1840-м – 1750, но последняя цифра, несомненно, завышена. Согласно индейскому агенту Ричарду Камминсу, в 1839 г. племя насчитывало 1602 чел. В 1842 г. (сообщение «Общества друзей») – 1600. В 1843 г. (доклад Индейской канцелярии) – 1588 человек, в 1855 г. (доклад коммиссара по делам индейцев) – 1375. В 1859 г. сообщалось о 1035 канзах, в 1860 г. о 803, а в 1868 г. – о 825. В 1870 г. их осталось всего 574 чел., в 1880-м – 300, в 1890-м – 198. К 1905 г. численность племени возросла до 209 чел., из которых лишь 90 были чистокровными канзами. Причиной серьезного сокращения численности стали не только межплеменные войны, но и эпидемии. Только зимой 1852/53 г. эпидемия оспы унесла жизни 400 канзов. В 1998 г. племя насчитывало 2333 чел.

Команчи

Самый могучий и воинственный народ Южных равнин, относящийся к юто-ацтекской языковой семье. Команчи состояли из нескольких самостоятельных племен. С момента их появления на Равнинах они вели постоянные войны с краснокожими и бледнолицыми соседями. В прошлом команчи являлись частью южных групп восточных шошонов, живших вблизи верхних оконечностей р. Платт на востоке Вайоминга. После того как первые группы команчей получили лошадей, они начали перемещаться на юг. Произошло это около 1700 года.

Существует ряд легенд, объясняющих раскол шошонов. По одной из них, ссора произошла из-за убитого на охоте медведя. По другой – из-за гибели сына вождя. Эта легенда записана в 1933 году. Две общины жили вместе, одна – на восточной стороне лагеря, а другая – на западной. Каждая имела своего вождя. Под вечер юноши устраивали игры, состязались в беге и боролись. Одна из игр представляла собой драку ногами, и некий мальчик нанес другому такой сильный удар, что тот умер. Убитый был сыном вождя западной части лагеря. Когда на следующий день мальчика похоронили, едва не произошло сражение. Воины обеих общин стали друг против друга, но в центр вышли старики со словами: «Вы имеете множество врагов для сражений, а мальчишки всего лишь играли. Будьте благоразумны. Вы подаете дурной пример детям. Должен ли поступать так вождь, желающий поддерживать мир? Есть ли такой среди вас?» Вождь западной части вышел вперед и сказал, что не осознавал, что делает. Затем они разделились – одни ушли на север (шошоны), а другие на запад (команчи). Таковы легенды, но скорее всего основную роль в расколе и переселении сыграли эпидемия оспы, давление со стороны имевших ружья черноногих, а также стремление добыть лошадей, которых на юге было в достатке.

Сами команчи называли себя не-ме-на, от нем – Люди, но на Равнинах, как и шошоны, были известны как Змеи. Тому существует два объяснения. Вождь Куана Паркер рассказывал, что однажды племя переходило через горы в поисках новых охотничьих угодий и часть людей из-за наступивших холодов потребовала вернуться назад. Разгневанный вождь на совете сравнил их со змеей, пятящейся назад по своему следу. Отсюда и появилось название Змея, Ползущая Назад. По другой версии, часть племени повернула назад во время миграции на юг из-за появившихся впереди волков, и именно эту группу первоначально и прозвали Змеями.


Серые Леггины (Аса-Тойе), команч, 1869–1871 гг.


Происхождение названия племени также не ясно. Одна из наиболее распространенных версий говорит о том, что оно произошло от ютского команциа или комантсия – Враги, или, точнее, Те, Кто Всегда Хочет Сражаться со Мной. Термин этот юты применяли ко всем своим врагам – команчам, арапахо, шайенам и кайовам, но после 1726 года именно команчи стали их основными противниками, и название стойко закрепилось за ними. Де Бенневилье, после многочисленных бесед с индейскими переводчиками на западе Индейской Территории в 1868 году, написал в своей книге, что команчи является словом испанского происхождения и означает дикий человек. Но испанцы Новой Мексики всегда называли диких индейцев хентилес или, в ряде случаев, симмарон – дикий, восставший. В другом источнике утверждалось, что оно берет свое начало от испанских слов камино – дорога и анчо – широкий, очевидно подразумевая великую Команчскую Тропу, использовавшуюся этим племенем для набегов в Старую Мексику. Но эта тропа не существовала еще в течение приблизительно восьмидесяти лет после того, как название команчи впервые было записано в Новой Мексике. Есть и другие версии. Наиболее убедительной, по мнению автора, является версия, высказанная Джорджем Хайдом, который писал: «Никому не пришло в голову вернуться в Таос (Новая Мексика. – Авт.) 1707 года и рассмотреть ситуацию, при которой тогда впервые было записано слово команчи. Юты привели в Таос группу команчей и, представляя новое племя, несомненно, применили по отношению к ним свое, ютское название. Сами команчи называли себя неум или неума, а юты часто добавляли к племенным названиям термин аче (например, сагуаче, моаче, табегуаче. – Авт.), и если они так же поступили с команчским названием, должно было получиться нечто вроде неумаче или неуманче. Испанцы довольно скверно записывали индейские имена, и оно легко могло трансформироваться в команче. Конечно, это еще одна догадка, но основана она на ситуации, которая существовала в те времена, когда название команчи было записано впервые».

Команчи состояли из нескольких (от 8 до 12) родственных, но абсолютно независимых племен, каждое из которых делилось на множество общин. Лишь наиболее крупные группы получали постоянное название. В конце XVIII века испанцы Новой Мексики выделяли три основные ветви – северную, южную и центральную. В 1860 году Р. Нейборс различал 8 племен; Д. Муни позже писал о 13, а Р. Лаум в 1913 году упомянул только четыре. Р. Томас, долго живший среди команчей в резервации, называл 20 племен, шесть из которых стояли на грани распада и вымирания. В целом же для второй половины XIX века можно выделить пять основных – пенатеки, котсотеки, нокони, ямпарики и квахади.

Пенатеки (или пенанде, пенатетка) – Поедатели Меда — были самым большим племенем команчей. Также известны под другими названиями: тейювит – Гостеприимные, текапвай – Нет Мяса, пенане – Осы, или Быстро Жалящие, хойс – Лесные Люди. Именно они первыми столкнулись с белыми. Согласно их преданиям, они двигались на юг так долго и зашли столь далеко, что утратили связь с прочими команчами, а о существовании ямпариков и квахади узнали лишь во время очередного набега в Мексику. Впоследствии пенатеки достаточно активно помогали армии США против сородичей, и память об этом до сих пор жива среди команчей.

Котсотеки (или кучетека, коцаи, кучанео, кучантика) – Поедатели Бизонов. Посетивший их в 1786 году эмиссар губернатора де Ансы Франсиско Хавьер Ортис сообщал, что на протяжении ста миль между реками Рио-Пекос и Ред-Ривер он обнаружил восемь селений, самое маленькое из которых состояло из 30 палаток, а всего их насчитывалось до 700. В каждой проживало три-четыре воина, а следовательно, всего котсотеков было 6000–7000. Эта информация любопытна, но сильно преувеличена.

Нокони – Те, Кто Поворачивается. Также известны как навьека – Часто Перемещающиеся, поскольку были вечными кочевниками, отличавшимися беспокойным характером даже среди команчей. После смерти вождя Нокони, имя которого носило это племя, из-за табу на имена умерших и по причине неряшливости своих стойбищ, оно получило название детсаноюка – Скитальцы, Ставящие Плохие Лагеря. В 1786 году губернатор Новой Мексики де Анса сообщал, что детсаноюки живут между реками Арканзас и Ред-Ривер и вместе со своими соседями тенава и танима составляют центральную ветвь команчей.

Ямпарики (илиямпарак, яппаретка) – Поедатели Ямпы, населяли северную часть Команчерии, как называли территорию команчей. Предполагается, что они позднее других команчей отделились от шошонов. Это подтверждается еще и тем, что шошоны штата Айдахо, сами называющие себя Нэм, всех команчей именуют именно ямпариками. Прежнее название ямпариков, измененное по тем же причинам, что и у нокони, – видъю (видьюнуу, видью-япа), или Шило.

Квахади (или квахари, квахарену, куахада) – Антилопы — были малоизвестны до конца дорезервационного периода. Имя свое получили, потому что жили на выжженных солнцем, богатых антилопами равнинах. Путешествуя по ним, они делали себе зонты из недубленой кожи, отчего получили прозвище квахихекену – Зонтики на Спинах. Их твердыней были равнины Льяно-Эстакад о, а от зимних вьюг они укрывались в глубоких каньонах Туле и Пало-Дуро. Квахади последними покорились американцам.

Танима (или дехауи, тевавиш, янимна) – Поедатели Печени — получили свое название из-за обычая есть сырую печень охотничьей добычи. Были соседями нокони и вместе с ними являлись представителями центральной ветви команчей. В нее же входило третье племя этого региона – тенава (или тенавит) – Стоящие Вниз по Реке. Белые люди постоянно путали их с танима из-за сходства в названиях и местах проживания. Это племя было практически уничтожено в битве с мексиканцами в 1845 году.

Существовал еще целый ряд более мелких племен: итетао – Горелое Мясо (получили название от пеммикана[13], которым питались зимой); ваваи – Червивые, или Личинки на Пенисе; мутсане (мотсаи) – Обрезанный Берег (любили ставить лагеря на речных обрывах). Они также были истреблены мексиканцами в битве 1845 года. Знаменитым среди команчей, но малоизвестным среди белых людей было племя пахураикс, или Водяной Конь. Так как они ставили лагеря у рек и озер, их еще называли паркинаум – Водные Люди. Другими племенами или общинами были юпи (или хупене, юпини); виане – Медленно Переходящие Через Холм; итчитабуда – Люди Холода; хай-ненауне – Поедатели Кукурузы и нонаум.

Несмотря на широкую известность, историю и культуру команчей нельзя назвать хорошо изученными. Как верно отметил один исследователь: «Команчи были своего рода историческими сиротами. Техасцы не любили говорить о них, поскольку воспоминания приносили душевную боль, некоторые авторы избегали, потому что им было неловко описывать их невинными жертвами, а отсутствие в команчской культуре сложных церемоний и ритуалов делало их малопривлекательными для антропологов».

Команчи были признанными бойцами Южных равнин и на протяжении почти двух столетий наводили ужас на испанских, мексиканских, а затем и американских поселенцев. Неизвестный картограф отметил на испанской карте 1760 года, что команчи являются грабителями и убийцами и «в высшей степени искусны в верховой езде и стрельбе из ружей, получаемых от французов». Полковник Ричард Додж считал команчей и их союзников кайовов «современными спартанцами». Томас Джеймс в начале XIX века называл команчей «самым могущественным племенем на континенте» и в связи с этим отмечал необходимость установления мирных отношений с ними. Томас Фарнхэм: «Они бесподобные наездники, а их ужасные атаки, несравненная скорость, с которой они перезаряжают винтовки и стреляют, а также их неутолимая ненависть делают вражду с ними более страшной, чем с любым другим племенем». Ной Смитвик писал: «Никто, кто имел возможность испытать храбрость команчей, никогда не назовет их трусами… Я не знаю ни одного случая, когда бы их воин покорился плену, – они бьются до смерти. В двух разных сражениях я был свидетелем того, как раненый воин, лежа спиной на земле, дрался до тех пор, пока его не убили». Мэрси также отмечал в начале 1850-х годов, что команчи настолько высоко ценят свободу, что скорее убьют себя, чем позволят взять в плен. Даже женщины порой поступали так. Во время мексиканского периода в Техасе солдаты захватили женщину команчей, которая по пути в гарнизон попросила нож, чтобы вытащить из ноги колючку. Схватив его, она немедля вонзила его себе в сердце. Среди врагов команчей в разные времена были испанцы, мексиканцы, американцы, юты, липаны, хикарийя, мескалеро и другие апачи, навахо, пуэбло, вичиты, кайовы, кайова-апачи, сиу, шайены, арапахо, арикары, канзы, кэддо, осейджи, пауни, тонкавы, техасы (племя, вымершее в начале XIX века. – Авт.), кикапу, делавары, сауки, фоксы, кри, шауни, чероки, чокто, чикасо, семинолы, хавасупаи и даже каранкавы. Вильям Кларк писал в 1881 году: «Среди индейских племен они (команчи) имеют репутацию храбрых бойцов». Они были единственным племенем Великих Равнин, которое сражалось с белыми людьми почти 170 лет!

До 1750 года команчи часто применяли в боях кожаные доспехи, прикрывавшие тело воина и его скакуна, и огромные щиты, но с появлением большого количества ружей отказались от них и начали использовать тактику легкой кавалерии. К 1800 году команчи владели такими огромными табунами, какими не могло похвастаться ни одно племя. Все они были получены в результате нападений на испанские поселения и пресидио. Еще в 1775 году губернатор Новой Мексики жаловался, что, несмотря на постоянное снабжение вверенной ему территории лошадьми из Старой Мексики, команчи в своих набегах уводят так много коней, что у него не хватает животных даже для того, чтобы организовать погоню. Возвращаясь из экспедиций, воины команчей любили надевать на себя часть захваченной добычи, даже женские шляпки и корсеты, а некоторые из них прикрывались от палящего солнца дамскими зонтиками. Зрелище, несомненно, было весьма комично, если бы они не были так опасны.

Лошадь стала для команчей неотъемлемым атрибутом, и они повсеместно признавались лучшими конниками Равнин. Пеший команч был опасен, но не более того – пешие апачи, пауни и осейджи были гораздо более серьезными противниками. Но когда команч мчался на боевом скакуне, мало кто мог сравниться с ним в воинской удали. Он становился единым целым со своим конем – краснокожим кентавром Великих Равнин.

Команчи много торговали захваченными лошадьми, и их язык использовался на Южных равнинах для межплеменного общения, став как бы торговым языком, известным представителям разных племен. Этим, вероятно, объясняет тот факт, что команчи плохо владели языком жестов, который был так хорошо известен другим равнинным племенам.

Интересно отметить, что команчи, в отличие от представителей большинства племен, практически никогда не покупали предлагаемой им торговцами «огненной воды», тогда как для многих племен алкоголь стал настоящим бедствием.

Большой процент среди команчей составляли пленники. Они вырастали и становились полноправными членами племени, в большинстве случаев не желая возвращаться обратно. Примером может послужить Синтия Энн Паркер, захваченная в 1836 году в Техасе в возрасте девяти лет. Впоследствии она стала женой вождя и родила ему троих детей, одним из которых был знаменитый боевой вождь Куана Паркер. В 1860 году Синтия была перезахвачена техасскими рейнджерами, а ее муж убит. Ее препроводили к родственникам, но Синтия просила только одного – вернуть ее к сыну и племени. Сделать этого ей не Куана Паркер, позволили, и она умерла, как говорили тогда – от «разбитого сердца».


Куана Паркер, вождь квахади-команчей


История команчей началась в 1705 году, когда юты впервые привели их торговать в Таос. После этого они стали основными противниками одного из самых могучих племен Равнин того времени – равнинных апачей (падуков). В 1723 году война между команчами, ютами и равнинными апачами достигла своего кровавого предела. Две испанские военные экспедиции, посланные на помощь апачам, не смогли обнаружить лагерей команчей и ютов. В 1724 году у гор Эль-Гран– Сьерра-де-эль-Фьерро произошла девятидневная битва, в результате которой апачи были разгромлены и рассеяны.

Приблизительно в 1730 году союз команчей и ютов распался и между ними началась война, продолжавшаяся 50 лет. К 1749 году юты попросили испанцев защитить их от команчей, а в 1750-м вновь заключили союз с хикарийя-апачами против общего врага. Постепенно вытесняя ютов, команчи стали основной проблемой для Новой Мексики. С одной стороны, их набеги серьезно беспокоили испанцев, но, с другой стороны, они стали важной частью экономики Новой Мексики, поставляя бизоньи шкуры и пленников, которых продавали в рабство. Поэтому испанцы продолжали торговать, отправив в 1742 году на Равнины военную экспедицию, чтобы остановить набеги, но результатов она не принесла.

Тем временем команчи нашли еще одного торгового партнера – к 1740-м годам французы установили тесные торговые контакты с вичитами, а в 1747 году им удалось примирить вичитов и команчей, и последние начали получать у них ружья в необходимом количестве. Начиная с набега на Пекос, произошедшего в 1746 году, Новая Мексика стала подвергаться массированным налетам со стороны команчей. Испанцы построили несколько новых крепостей, но это не принесло желаемого результата. Одной из наиболее серьезных проблем в отношениях между белыми людьми и команчами являлось отсутствие у них централизованной власти. Команчи не были единым племенем, а состояли из нескольких независимых племен, каждое из которых заключало мир по своему усмотрению. Если договор заключался с одним племенем, остальные не соблюдали его, а собрать всех воедино было практически невозможно. В то время как одни команчи мирно приходили торговать с испанцами в Таос и Пекос, другие приезжали туда атаковать эти города. Таос подвергся нападению в 1760 году, а Пекос в 1746, 1750,1773 и 1775 годах. Испанская карательная экспедиция 1768 года закончилась ничем, как и многие другие.

Лишь в 1774 году испанцам улыбнулась удача, когда объединенные силы из 600 солдат, милиции и индейцев пуэбло под командованием Карл оса Фернандеса атаковали лагерь команчей вблизи Спейниш-Пикс и захватили более сотни пленников. В 1779 году губернатор Новой Мексики Хуан Баутисте де Анса организовал экспедицию из 500 человек с 200 ютами и апачами в придачу. Испанцы захватили огромный лагерь команчей и в последующей битве убили Куэрне Верде (Зеленый Рог) – одного из величайших вождей племени. После этого число рейдов и набегов заметно сократилось, а спустя несколько лет де Ансе удалось не только заключить мир с команчами, но и помирить их с ютами.

В 1778 году основной проблемой испанцев стали липаны и другие апачи, жившие в Техасе вдоль Рио-Гранде, и они начали рассматривать возможность союза против них с вичитами и команчами. В сентябре 1785 года в Бехаре был заключен мир с команчами и вичитами, а в 1789–1790 годах они помогли сокрушить липанов в южном Техасе, вынудив их уйти на север Мексики. В 1810 году вождь команчей Эль-Сордо отделился от своих людей и начал совершать набеги на Техас и Мексику. В 1811 году, во время посещения Бехара, он был арестован и посажен в тюрьму в Коауиле. Огромный военный отряд команчей появился у Бехара, но навстречу им вышли 600 испанских солдат. Битвы не произошло, но отношения между техасцами и команчами с тех пор уже никогда не были такими, как прежде.

В 1821 году Мексика завоевала независимость от испанской короны, и на следующий год Франсиско Руис заключил мир с техасскими команчами. Но правительство не имело достаточно денег для оплаты обещанных подарков, и в течение двух лет команчи возобновили набеги. Та же ситуация возникла и с Новой Мексикой. Договора, подписанные в Чиуауа (1826 г.) и Эль-Пасо (1834 г.), не смогли остановить атак краснокожих. С 1835 года в Соноре, Чиуауа и Дуранго были установлены денежные вознаграждения за скальпы индейских врагов, но и это не смогло исправить ситуацию. К 1840 году военные отряды команчей нападали по всей северной территории Мексики, иногда оставаясь там по три месяца. В том же году команчи и кайовы заключили мир с шайенами, и с тех пор воины трех племен выступали единым фронтом.

Когда в 1821 году в Техас стали прибывать первые американские поселенцы, команчи не видели различий между ними и испанцами. Первое столкновение армии США с команчами произошло в 1829 году во время разведки «тропы Санта-Фе» майором Беннетом Райли. Команчи и кайовы атаковали караван Райли и убили одного солдата. В 1836 году Техас отделился от Мексики, и в 1838 году между Техасом и команчами был подписан договор о мире, но поселенцы прибывали, занимали индейские земли, а индейцы атаковали в ответ. В декабре президентом Техаса стал. Мирабо Ламар, желавший разобраться с индейцами силой оружия. Он потребовал, чтобы индейцы вернули техасских женщин и детей, захваченных за последние десять лет мексиканского правления. В марте 1840 года в Сан-Антонио была назначена мирная встреча, на которую 19 числа прибыли 12 вождей со своими семьями. Во время встречи техасцы попытались взять индейцев в заложники для дальнейшего обмена. Начался неравный бой, в котором, согласно отчету официального представителя Техаса на переговорах Маклеода, было убито 30 вождей и влиятельных воинов, 3 женщины и 2 ребенка, а 27 женщин и детей, а также 2 старика пленены. Помимо этого было захвачено «больше сотни лошадей и большое количество бизоньих шкур и мехов». Со стороны нападавших погибло 8 человек и столько же было ранено. Это событие стало известно в истории как Резня в доме совета. Сотни вопящих от ярости воинов подъехали к стенам Сан-Антонио, но не рискнули приблизиться на расстояние ружейного выстрела.

Согласно рапорту Маклеода, «спустя короткое время на холме неподалеку от города появилась группа команчей под белым флагом, очевидно опасаясь подойти ближе. Оказалось, что они привели несколько белых детей для обмена на пленных индейцев. Обмен состоялся, и индейцы поспешили к своим лагерям». По словам Дугласа Мида, это произошло 3 апреля. В Сан-Антонио явился вождь команчей Пиава, доставивший с собой семерых белых пленников. Николе утверждает, что команчи еще «несколько месяцев» бродили вокруг Сан-Антонио, оплакивая вождей, а только потом собрались и ушли прочь к верховьям р. Колорадо.

В августе вождь Бизоний Горб возглавил экспедицию из 500 воинов в самое сердце восточного Техаса, добравшись до Мексиканского залива в окрестностях Виктории. По дороге они сожгли множество домов, убили не менее 42 человек, а затем, груженные богатой добычей, отправились в обратный путь. Техасские рейнджеры[14], вместе с присоединившимся к ним за пару часов до боя отрядом из 13 тонкавов во главе с вождем Пласидо, устроили засаду у Плам-Крика и атаковали возвращающихся команчей с новым оружием в руках – шестизарядными револьверами системы «кольт». Побросав большую часть добычи, команчи бежали на север.

Когда Ламара на посту президента заменил Сэм Хьюстон, он попытался остановить войну с команчами, и в октябре 1845 года с ними был подписан мирный договор.

В 1830 году конгресс США принял законопроект о перемещении криков, чокто, чикасо, чероков и семинолов на Индейскую Территорию (современная Оклахома) – на земли, которые команчи, кайовы и вичиты традиционно считали своими. В августе 1835 года команчи подписали свой первый договор с США, по которому гарантировали свободный проход белых переселенцев по «тропе Санта-Фе» и мир с осейджами, куапо, сенеками, чероками, чокто и криками. Когда в 1846 году Техас был присоединен к США, последние унаследовали и проблемы с техасскими племенами. В мае 1846 года на р. Бразос был подписан новый договор о мире и дружбе (договор Батлера-Льюиса) с пенатеками, хойс, йони, анадарко, кэддо, липанами, вичитами и вако. Но началась война с Мексикой, и ратификация договора конгрессом отложилась до марта 1847 года, но к тому времени команчи уже считали, что их обманули. Кроме того, нокони, тенавы и другие команчи не подписывали договор 1846 года и не намеревались прекращать рейды и набеги в Техас. В 1848 году в Калифорнии обнаружили золото, и тысячи золотоискателей заполонили равнины на пути к месторождениям желтого металла. Они готовы были покупать лошадей, и команчи решили эту проблему своим обычным способом. Набеги в Техас возросли, но основной целью стала Северная Мексика. Нападения команчей на штаты Коауила, Чиуауа, Сонора и Дуранго достигли пика в 1852 году, когда они ударили по Тепику в Халиско – в 700 милях южнее границы с США.

В 1855 году в Техасе были созданы две первые резервации. В одной (около форта Белкнап) поселили кэддо, анадарко, айони, тонкавов, вако и тавакони общей численностью в 1000 человек. Вторая резервация находилась на месте построенного позднее Кэмп-Купера, и в 1857 году там проживало около 430 команчей-пенатека (около половины этого племени). Но набеги команчей это остановить не смогло, и столкновения с ними продолжались. 22 декабря

1856 года в верховьях р. Кончо, штат Техас, лейтенант Ричард Джонсон обнаружил группу команчей. Ему удалось отрезать индейцев от лошадей и окружить их. В результате яростного боя три воина и два солдата были убиты и несколько человек с обеих сторон ранены. 27 марта


Серые Леггины, команч. 1872 г


1857 года большой отряд команчей появился у почтовой станции Джонсон-Стейшн, намереваясь захватить лошадей. Работники станции успели забежать в дом и боялись первыми начинать бой, надеясь, что индейцы уедут. Лошади оказались привязаны цепями, закрытыми на замки. Разъяренные краснокожие отрезали животным ноги и бросили их умирать. Приблизившись к станции, они увидели нацеленные на них из дома ружья, отступили и начали обстреливать его зажженными стрелами. Один из работников закричал, что, если индейцы дадут им уйти, белые не будут стрелять. Решив, что они смогут без боя разграбить станцию, команчи согласились, но, когда американцы вышли наружу, держа оружие наготове, один из воинов сказал на английском, что белая женщина красива и он хочет оставить ее себе. Ее муж выстрелил, убив краснокожего на месте, и американцы бросились бежать к дверям станции. Команчи, несомненно, вырезали бы их всех, если бы на дороге не появился дилижанс, который индейцы приняли за отряд драгун и быстро ретировались.

В этот период американцы все смелее начали вторгаться в сердце индейских земель, что не могло не сказаться на отношениях с краснокожими хозяевами. В конце 1850-х годов рейнджерам и армии удалось нанести команчам несколько серьезных ударов. В 1858 году команчи были дважды разбиты к северу от р. Ред-Ривер. Техасцы долгие годы сражались с команчами на своей территории, но новый губернатор штата решил перенести войну на их земли. Капитан Джон Форд организовал дополнительные силы рейнджеров и в марте 1858 года посетил индейскую резервацию на р. Бразос, где жили шауни, тонкавы, кэддо, анадарко, кичаи и вако. Благодаря индейскому агенту Шапли Россу, ему удалось набрать скаутов, и в апреле он выступил в путь, возглавляя отряд из 102 рейнджеров и 113 индейцев. В мае рейнджеры Форда со скаутами тонкавы, шауни, кичаи и анадарко переправились через Ред-Ривер на Индейскую Территорию и обнаружили лагерь команчей в долине р. Канейдиэн у Антилопьих холмов. Атака планировалась на следующее утро, но несколько нетерпеливых тонкавов напали на небольшой лагерь команчей, и те предупредили основной лагерь, расположенный в трех милях от него. Форд сразу же бросился в атаку. Это был лагерь вождя Железная Рубаха, получившего имя благодаря своей неуязвимости – он носил старую испанскую кирасу, которая защищала его от вражеских стрел и мушкетных пуль. Команчи уже ждали рейнджеров и их индейских союзников. Железная Рубаха во главе трехсот воинов встретил нападавших. Бой длился весь день и растянулся на площади в шесть миль. Спустя некоторое время к команчам прибыло подкрепление из другого находившегося в окрестностях лагеря, но в итоге им все равно пришлось отступить. По сообщениям рейнджеров, было убито 76 команчей, включая Железную Рубаху. Кроме того, они захватили более 300 лошадей и 18 пленных. Экспедиция Форда показала команчам, что земли к северу от Рио-Гранде уже не безопасны для них. В надежде держать команчей подальше от Техаса, в сентябре была организована новая карательная экспедиция. Капитан Эрл Ван Дорн выступил из форта Белкнап с колонной, состоящей из 225 кавалеристов и пехотинцев и 135 индейских скаутов. У р. Раш-Спрингс в Оклахоме тонкавы неожиданно наткнулись на лагерь команчей вождя Бизоний Горб. Они вернулись к Ван Дорну, и войска совершили ночной марш-бросок, чтобы утром атаковать лагерь. Ван Дорн не знал, что к тому времени команчи завершили мирные переговоры с военными чинами форта Арбакл, и утром 1 октября 1858 года его солдаты и индейские союзники атаковали лагерь Бизоньего Горба. Полусонные команчи быстро пришли в себя и заняли оборону в овраге, пролегавшем перед их лагерем. Линия обороны растянулась на не сколько сотен метров вдоль реки. Воины встретили атакующих дождем стрел, прикрывая отход женщин и детей. Туман у реки был такой, что противники практически не видели друг друга и сражались на близкой дистанции. Кавалерийская атака не смогла выбить защитников из оврага, и солдатам пришлось спешиться. Когда команчи решили, что они достаточно дол го сдерживали солдат, чтобы их семьям удалось скрыться, они начали отступать. Потери солдат составили 4 убитыми и 13 ранеными. Потери их индейских союзников неизвестны. Согласно армейскому рапорту, команчи потеряли 58 человек убитыми, но они, несомненно, как всегда, преувеличены. Вождь Бизоний Горб поклялся отомстить техасцам. После этих двух сражений – уАнтилопъих гор и у реки Раш-Спрингс — многие команчи покинули Оклахому. Часть ушла в мексиканский штат Чиуауа, часть на север от р. Арканзас, а остальные продолжали нападать на поселения.

Жаждавшие мести команчи постоянно высылали в рейды и набеги отряды воинов. В 1859 году полностью было разрушено немецкое поселение в 25 милях от Фредриксберга, а жителям Керрвилла пришлось по собственной инициативе организовать у себя роту рейнджеров. Для белых людей не было разницы между свободными индейцами и их сородичами в резервации. Чтобы спасти последних от самосуда, власти вынуждены были в июле 1859 года перенести обе резервации на новое место в Оклахоме.

В начале июня 1860 года из фортов Кобб, Вашита и Арбакл выступила новая карательная экспедиция. Ее возглавлял капитан Сэмуэл Стёрджис, и состояла она из 419 кавалеристов и отряда индейских разведчиков. Спустя несколько недель разведчики из племени канза обнаружили лагерь из «сотни враждебных кайовов и команчей», и 2 августа Стёрджис подошел к нему. Но стоянка оказалась пуста – индейцы ушли на север. Колонна двинулась за ними, и на следующий день пять разведчиков имели стычку с враждебными краснокожими. Трое разведчиков были убиты, а двое ранены. Ночью два десятка команчей атаковали лагерь Стёрджиса, но большого вреда им причинить не удалось. С первыми лучами солнца колонна снова отправилась по следу на север. Индейцы периодически вступали в мелкие стычки, пока

6 августа нар. Рипабликэн-Форк, штат Небраска, солдат не встретил отряд из 600 команчей и кайовов. Едва кавалеристы ринулись в атаку, индейцы рассыпались и ускакали. Стёрджис проследовал до форта Кирни, на чем экспедиция завершилась. За все время потери Стёрджиса составили: 3 разведчика– индейца убито и 2 ранено, 1 солдат убит и 3 ранено. Стёрджис заявил, что его войска убили в боях 29 команчей и кайовов, что весьма сомнительно.

К 1861 году в результате набегов команчей, кайовов, шайенов и арапахов передвижение по «тропе Санта-Фе» практически прекратилось, и подполковнику Джорджу Криттендену было приказано наказать индейцев. Он выступил в путь из форта Юнион с 92 кавалеристами и 2 января 1861 года у р. Колд-Спрингс обнаружил и атаковал спящий лагерь кайовов и команчей, состоявший из 175 палаток. Им удалось захватить его и сжечь. Кроме того, они убили десяток индейцев и отбили табун в сорок голов. Трое солдат были ранены.

В начале Гражданской войны соглашения о безопасности границ с команчами подписывали как представители Севера, так и делегаты Юга. В мае 1861 года договор с ними заключил специальный комиссионер президента Джефферсона Дэвиса Альберт Пайк. С помощью дружественных команчам криков он встречался с ними в агентстве Вичита и заключил два договора. Один с индейцами резерваций, среди которых были и пенатеки, а второй – с «команчами прерий и Стейкед-Плейнс» – остатками танимов, нокони, ямпариков и котсотеков. Правительство конфедератов просило команчей соблюдать мир, а конгресс южан выделил на подарки для них 64 862 доллара. Но свободные команчи редко являлись в агентство, а затем и вовсе перестали. В октябре 1862 года делавары и шауни, симпатизировавшие северянам, разорили агентство Вичита. Набеги на Техас возобновились с удвоенной силой. Индейцы угнали более 10 000 голов скота, который продавали янки, снабжавшим федеральную армию провиантом. В 1864 году нападений было немного, но удары оказались жестоки.

В конце 1864 года, 13 октября, около 500 команчей и кайовов совершили нападения на графство Янг в Техасе, в основном на ранчо, расположенные вдоль р. Элм-Крик. Событие шокировало всю округу и стало известно как Рейд вдоль Элм-Крик. В результате рейда команчи и кайовы убили 5 солдат и 7 поселенцев, ранили еще 5 солдат и 2 поселенцев, а также захватили 7 плен ников и несколько сот голов скота и лошадей. Среди пленников оказались двое детей и жена негра Бритта Джонсона. Храбрец на свой страх и риск предпринял четыре поездки на земли команчей, прежде чем добился освобождения 6 из 7 пленников[15].

Осенью 1864 года из форта Бэском, штат Нью-Мексико, против команчей и кайовов выслана экспедиция под руководством полковника Кита Карсона. Она состояла из 335 солдат и 75 скаутов юта и хикарийя. Скауты обнаружили лагерь кайовов верховного вождя Маленькая Гора недалеко от Эдоуби-Уоллс, штат Техас, но индейцев оказалось несколько больше, чем ожидал Карсон. Лагерь, атакованный на рассвете 25 ноября, состоял из 176 типи кайовов, которые после некоторого сопротивления отступили к другим лагерям кайовов, кайова-апачей и команчей. Там индейцы перегруппировались и атаковали солдат Карсона с такой яростью, что тем пришлось отступить. Правда, они успели сжечь захваченный лагерь – серьезный удар для индейцев накануне зимы. Битва у Эдоуби-Уоллс продолжалась весь день и едва не превратилась в резню, но умелые действия артиллеристов смогли сдержать ямпариков и кайовов. Потери Карсона составили 3 солдата и 1 скаут убитыми и 25 солдат и 4 скаута ранеными. Карсон сообщил о 60 убитых краснокожих. В лагере кайовов на момент атаки находились пять пленных белых женщин, которых индейские женщины в ярости убили. Это сражение известно как Битва у Эдоуби-Уоллс в 1864 году.


Воин команчей. 1870-е гг.


К концу Гражданской войны многие равнинные племена находились в состоянии войны с Соединенными Штатами. В октябре 1865 года на р. Литтл-Арканзас правительство заключило договор с команчами – ямпарика, нокони, пенатека и тенава, но квахади и котсотека в нем не участвовали. Согласно договору, команчи должны были ежегодно получать от правительства ренту в товарах на 15 долларов на человека в течение 40 лет. Они ожидали, что это будут ружья и добротные вещи, но получили лишь гнилые пайки времен Гражданской войны и дешевые одеяла, распадавшиеся на части при попадании под дождь. Вскоре война возобновилась и продолжалась в течение последующих двух лет. В октябре 1867 года у Медисин-Лодж-Крик был подписан новый договор, по которому команчи и кайовы уступали свои земли в обмен на резервацию в Оклахоме. Квахади не смогли участвовать в договоре из-за эпидемии холеры, разразившейся в их лагерях, и не собирались покидать Техас. Большинство остальных команчей переселилось в окрестности форта Кобб и оставалось в резервации всю зиму. Но поскольку договор еще не был ратифицирован конгрессом, денег на оплату их пропитания не было. После голодной зимы большинство команчей и кайовов покинули резервацию и летом 1868 года ушли на равнины. Индейцы возобновили набеги на Техас и Канзас, укрываясь в резервации от преследования армии. Они даже атаковали форт Додж в штате Канзас и угнали оттуда табун лошадей.

Генерал Фил Шеридан спланировал зимнюю кампанию против враждебных индейцев, в результате которой в Рождество майор Эндрю Ивенс атаковал лагерь команчей у Солджерс-Спринг. Впоследствии большинство команчей и других племен вернулись в агентства. Только квахади все еще оставались в Техасе. Кайовы и другие команчи находились в резервации, но к осени 1869 года их небольшие отряды начали проникать в Техас. Армия пыталась справиться с ними, но не очень успешно. В 1869 году президент Грант объявил о начале мирной политики по отношению к индейцам и поручил ее осуществление квакерам. Агентом в форте Силл стал Лори Татум. Но он оказался не в силах превратить кочевых охотников в фермеров и остановить их набеги. В 1870 году индейцы вели себя особенно дерзко и вызывающе. В июне во время церемонии Пляски Солнца команчи и кайовы провели совет, обсуждая вопрос о войне и мире. Большинство высказалось за мир, но некоторые вожди были настроены воинственно. После совета был организован военный отряд, но экспедицию в Техас отложили из-за холодной погоды. Тем летом больше беспокойств причиняли кайовы, чем команчи. Карательный поход полковника Рэналда Маккензи с 600 кавалеристами против квахади Куана Паркера и Бычьего Медведя (Парраукума) в октябре 1871 года был неудачен – дав солдатам бой, команчи ушли в Льяно-Эстакадо, а войска из-за холодов не смогли преследовать их. Результат всей экспедиции – два убитых команча! Индейцы были более удачливы – они угнали 70 кавалерийских лошадей, убили одного солдата и троих ранили, в том числе и самого полковника Маккензи. Покарать свободных команчей тогда так и не удалось.

Зимой 1871/72 года команчи оставались спокойны, и все, кроме квахади, мирно получали пайки в агентстве. Весной 1872 года набеги возобновились – команчи мстили за совершенные белыми убийства и истребление бизонов. Попытки установить мир не увенчались успехом, и набеги продолжались. В сентябре 1872 год полковник Маккензи выступил из форта Гриф-фин и 29 сентября внезапно атаковал лагерь котсотеков и квахади вождей Кайвотчи и Моувэя на Макклеллан-Крик у устья каньона Бланке Отряд из 80 воинов сдерживал 231 солдата до захода солнца, но затем был вынужден отступить. Солдаты убили около 30 человек, в том числе вождя Кайвотчи, захватили 130 женщин и детей и огромный табун, после чего сожгли лагерь со всем его содержимым. На следующий день команчам удалось отбить табун, который, по разным оценкам, насчитывал от 1000 до 3000 голов. После этого Маккензи приказал расстреливать всех захваченных у индейцев лошадей. Команчи вступили в переговоры и зиму 1872/73 года провели у агентства близ современного города Лоутон. Часть команчей зимовала севернее – на Чандлер-Крик.

Зимой 1873/74 года среди индейцев поползли слухи, что равнины завалены тушами бизонов, которых уничтожают белые охотники. В декабре, помимо этого, правительство решило положить конец набегам в Техас, в результате чего индейский агент ограничил выдачу резервационным индейцам пропитания и прекратил распределение боеприпасов. Индейцы начали голодать, и к маю часть команчей покинула резервацию. Весной 1874 года молодой шаман Исатаи объявил, что команчи должны собраться на Пляску Солнца, чего ранее не бывало. Команчи всегда посещали Пляску Солнца кайовов или шайенов, но никогда сами не проводили этой церемонии. Исатаи заявил, что если индейцы станут на тропу войны и уничтожат белых, то вновь вернутся многочисленные стада бизонов. Часть людей одобрила его слова, а пенатеки и немногочисленные мелкие общины уехали. Многие скептически относились к речам молодого пророка, но к нему присоединились некоторые команчи, кайовы и шайены. Объектом нападения был избран Эдоуби-Уоллс – старый торговый пост.

В июне 1874 года огромный отряд команчей и шайенов атаковал белых охотников на бизонов, засевших в строениях Эдоуби-Уоллс. Охотники были вооружены новыми дальнобойными ружьями и отбили атаку, но она послужила началом новой войны, названной Войной на Ред-Ривер. Грабежи и набеги индейцев не прекращались. Они действовали на обширной территории Канзаса, Колорадо, Нью-Мексико и Техаса. Чтобы отличить враждебных индейцев от дружественных, армейское командование велело последним собраться на восточном берегу Каче-Крик. Этому приказу подчинились многие кайовы и команчи. Одна из общин нокони явилась к агентству Вичита. Инцидент в ходе переговоров вызвал столкновение (Битва при Анадарко), послужившее сигналом для новой военной кампании к началу осени 1874 года.

К сентябрю в резервации осталось всего 500 команчей и кайовов – остальные ушли на равнины Стейкед-Плейнс. В том же месяце началась военная кампания против них, и три колонны солдат с разных сторон двинулись в Стейкед-Плейнс. Самым крупным сражением этой войны было нападение колонны полковника Нельсона Майлза на лагерь команчей вождей Охаматаи и Куана Паркера, шайенов Железной Рубахи и кайовов Одинокого Волка и Маманти в каньоне Пало-Дуро 28 сентября 1874 года. Отогнав воинов, солдаты сожгли лагерь и захватили около двух тысяч лошадей. Опасаясь, что индейцы вновь отобьют лошадей, Маккензи приказал отдать шестьсот голов индейским скаутам, а остальных перестрелять. Еще долгие годы после тех событий место сражения можно было легко найти по грудам лошадиных костей. Обе стороны практически не понесли потерь, но индейцы лишились всего имущества и табунов. Впереди их ожидали холодная зима и голод. 9 октября община индейцев была атакована Буэллом в графстве Грир, а четыре дня спустя другую общину атаковал в графстве Хемпвилл, штат Техас, майор Прайс.

Постепенно команчи начали сдаваться. 21 октября 1874 года Дэвидсон принял в агентстве капитуляцию индейцев, преследуемых Майлсом из Пало-Дуро и Стейкед-Плейнс. Вскоре стали приходить и самые упорные из враждебных. В феврале 1875 года сдалось около 250 человек. В апреле к ним присоединилось еще 175. Куана Паркер во главе 400 квахади прибыл в форт Силл 2 июня. На 5 августа в агентстве насчитывалось 1076 кайовов, из которых 763 считались «лояльными», и 1597 команчей, из которых 938 причисляли к враждебным.

Последняя война на Южных равнинах закончилась. Во время нее некоторые индейцы попали в плен, но погибших с их стороны было немного. Основная часть враждебных воинов была вынуждена сдаться, лишившись имущества, лошадей и средств к существованию накануне зимы. У них отобрали лошадей, мулов и оружие. Часть животных убили, остальных раздали белым и индейским разведчикам.

Более команчи не поднимали восстаний и не оказывали организованного сопротивления. Некоторое время они еще покидали резервацию для набегов, оправдывая отлучки выездами на охоту. Последний набег был совершен 29 июня 1878 года. Команч Черный Конь в сопровождении 25 воинов из форта Силл отправился в Техас охотиться на бизонов. Животных они не нашли, а потому на ранчо южнее Биг-Спринг украли нескольких жеребят и съели их. Семеро рейнджеров бросились в погоню, но получили достойный отпор, после чего команчи вернулись в форт Силл. Вскоре белые охотники перебили последних бизонов, а с ними ушла в прошлое прежняя жизнь команчей.

Постоянные войны и эпидемии привнесенных болезней серьезно сказались на численности команчей. Оспа поражала племя в 1816, 1839–1840 и 1861–1862 гг., холера в 1849 г. Губернатор Новой Мексики де Анса сообщал, что в первой половине 1786 г. команчи посетили Санта-Фе и Пуэбло-Пекос в составе 23 вождей с 593 палатками, то есть всего их было около 6000 чел. Численность в последующие годы: 1836 г. (П. Шуто) – 4500 воинов; данные мексиканского правительства за тот же год – 8000 воинов; январь 1837 г. (данные военного ведомства США) – 5400 воинов, то есть около 15 000-20 000 человек; 1841–1845 гг. (Дж. Муни) – 19 200 чел.; 1849 г. («очень тщательный подсчет» Нейборса) – 20 000 чел., из которых 4000 воины; 1846 г. (Ч. Бент) – 12 000 чел., или 2500 типи; 1854 г. (У. Паркер) -20 000 вместе с кайовами; 1866 г. (индейские агенты Ч. Боги и В. Ирвин) – 4700 чел.; 1881 г. (сообщения индейского агента) – 1501 чел.; 1884 г. (агент П. Хант) – 1382 чел.; 1910 г. (К. Висслер) – 1171 чел.

Кри, равнинные

Алгонкиноязычное племя, названием которого является сокращение от Kristinaux — французского искажения кенистеноаг (одного из самоназваний племени). По данным Эдвина Денига (1854 год), самоназванием равнинных кри было най-а-я-ог – Говорящие на Одном Языке. Согласно Манделбауму, они называли себя Пасква-вийинивак, или Люди Равнин, а лесных кри – Сака-вийинивак, или Люди Зарослей. Прежние места обитания племени находились в Манитобе и Ассинибойе, между реками Ред-Ривер и Саскачеван. Часть кри некоторое время населяла район около р. Ред-Ривер, смешавшись с оджибвеями и маскегонами, но была привлечена на равнины огромным количеством бизонов. Наиболее близкородственны оджибвеям.


Равнинные кри. 1884 г.


Из-за сомнительного применения названий ветвей кри, данных иезуитскими миссионерами и другими ранними авторами, не представляется возможным идентифицировать группы ранних кри с признаваемыми сегодня. По словам Ричардсона, невозможно определить точную принадлежность упомянутых первыми французами людей, поскольку каждая мелкая община, называвшая себя по своим охотничьим угодьям, описывалась как отдельный народ.

Равнинные кри являлись частью многочисленного племени, жившего в XVII веке в лесах между Гуд зоновым заливом и Великим озером. Четкую границу между территориями равнинных и лесных кри провести невозможно даже на период XIX века. Получив английские ружья от торговцев Компании Гудзонова залива еще до 1690 года, кри вместе с ассинибойнами смогли продвинуться на запад из лесов на равнины. Л а Верендри еще в 1730 году сообщал о «кри Равнин» — первое упоминание о кри, живших на равнинах к югу от р. Саскачеван. К 1770-м годам кри р. Южный Саскачеван получили много лошадей, а бобров становилось все меньше, что делало добычу их меха малорентабельной. В 1790-х годах кри летом добывали пушнину в лесной зоне, а зимой уходили на равнины, где охотились на бизонов. Кри стали торговцами, снабжая огнестрельным оружием племена, не имевшие прямых контактов с белыми торговцами. Желание получать больше лошадей заставило их разорвать мирные отношения с черноногими и вступить в союз с плоскоголовыми, манданами и хидатсами. Между 1806 и 1836 годами кри удавалось удерживать позицию основных поставщиков огнестрельного оружия манданам и хидатсам, получая взамен лошадей. Тем самым они усиливали эти племена против общих врагов – сиу. Манданы и хидатсы пытались самостоятельно выйти на белых торговцев, и попытка кри блокировать их оказалась неудачной. Тем временем манданы и хидатсы, получив достаточное количество оружия, объединили усилия и смогли урегулировать отношения с сиу и шайенами. Кри начали воровать у них лошадей, но затем вновь постарались наладить дружественные отношения.

Когда ассинибойны вступили в союз с кри, те сердечно приняли их и позволили жить на своей территории. С тех пор их дружба продолжается до сегодняшнего дня. Объединенные племена атаковали и прогнали на юг черноногих и их союзников, которые прежде обитали вдоль Саскачевана. Рудольф Курц писал в середине 1850-х годов, что кри – «одни из самых храбрых бойцов и очень метко стреляют из ружей». Среди врагов равнинных кри были сиу, черноногие, гровантры, сарси, шошоны и некоторые другие племена. Враждебные действия объединенных племен против сиу прекратились только к концу 1870-х годов.

В период с 1810 по 1850 год равнинные кри стали полноценным племенем Великих Равнин, и лучшие условия жизни постоянно притягивали к ним новые группы их лесных сородичей.

Основными врагами равнинных кри в XIX веке были черноногие. В XVIII и начале XIX века они жили в мире, снабжали черноногих ружьями и вместе выступали против общих врагов – шошонов, но отношения между ними были сложными. В 1809 году торговец Генри сообщал, что кри и черноногие являются союзниками, но между ними часто возникают трения. Генри писал: «Кри всегда агрессивны по отношению к черноногим». В 1813 году войны между ними еще не было, но пиеганы, приехавшие к плоскоголовым заключить мир, жаловались: «Наши союзники (кри. —Авт.) приносят больше вреда нам, чем вам. Нередко они объявляют, что отправляются воевать против вас, но в действительности угоняют наших лошадей». Такие отношения не могли продолжаться долго, и вскоре между кри и черноногими вспыхнула жесточайшая война. В 1819 году, разгромленные союзом кри, кутеней и кроу, черноногие запросили мира. В 1833 году принц Максимилиан стал свидетелем нападения огромного отряда из сотни кри и пятисот ассинибойнов на лагерь черноногих из тридцати палаток около форта Маккензи. Результатом его могла стать кровавая резня, но в окрестностях находились другие огромные лагеря черноногих, о чем кри и ассинибойны не знали. Они пришли на помощь сородичам и отбили врагов, но тем удалось снять сорок скальпов.


Пиапот, известный вождь равнинных кри. 1886 г.


Из всех общин равнинных кри ближе всего к черноногим жили киаскусис, или Маленькие Чайки. Прежде эта община была очень многочисленной, но в результате постоянной войны с черноногими к 1850-м годам сократилась до 30–40 семей. Основной причиной нападений кри на черноногих было огромное количество лошадей, которыми те владели. У самих кри и их союзников ассинибойнов лошадей было мало, и, по словам черноногих, они были плохими. Поэтому черноногие нападали на них в основном с целью отомстить за погибших от их рук соплеменников. В 1858 году вожди кри и черноногих попытались установить мир, но из этого ничего не вышло – группа юношей кри не сумела устоять перед желанием угнать у черноногих лошадей. Начиная с 1850-х годов стали исчезать бизоны – основной источник пропитания, вынудив племена вторгаться на чужие территории в поисках бизоньих стад, что приводило к постоянным столкновениям. В 1860-х годах кри попытались заключить с черноногими мир, и их вождь Делающий Загон даже был принят в семью вождя черноногих Воронья Нога, но и это не принесло постоянного мира. Попытка кри силой оружия захватить угодья черноногих также оказалась безуспешной. К 1871 году они могли охотиться на их землях только с молчаливого согласия черноногих. Последняя крупномасштабная битва между кри и черноногими произошла в 1870 году. Кри на рассвете атаковали лагерь бладов на р. Белли вблизи современного города Летбриджа в канадской провинции Альберта. Но они не знали, что неподалеку находился огромный лагерь пиеганов, имевших новейшие скорострельные ружья. В результате битва превратилась в резню, в которой погибло не менее 240 воинов кри.

Вражда ассинибойнов и кри с черноногими, прерываемая короткими перемириями, продолжалась до середины 1880-х годов. В 1881 году Вильям Кларк сообщал, что сарси, блады и сиксики дружат с кри, но пиеганы не любят их и называют лжецами и ворами. Интересно отметить, что на языке жестов черноногие обозначали кри, делая два знака – сиу и ложь. Мелкие набеги между этими племенами продолжались до 1886 года (см. также «Черноногие», «Ассинибойны» и «Оджибвеи, равнинные»).

С белыми людьми равнинные кри обычно поддерживали мирные отношения, хотя иногда случались мелкие стычки. Но в 1885 году они приняли участие в восстании метисов Луи Риля в Канаде.

В 1776 г. численность кри составляла около 15 000 чел. Согласно Хинду, в 1786 г. в результате эпидемии оспы кри и окружавшие их племена были сокращены в численности более чем наполовину. В 1838 г. этаже болезнь снова унесла многие жизни. Большинство подсчетов, выполненных в XIX столетии, говорят о численности кри в 2000 или 3000 чел. Рудольф Курц в 1851 г. писал, что численность кри, торговавших в форте Юнион, составляла около 150 типи, а все племя насчитывало до 800 палаток. Дениг писал, что в 1855 г. кри составляли 1000–1100 типи, или 4000–5000 чел. По мнению Кларка Висел ера, в 1858 г. западные кри, в основном те, что обитали на равнинах к западу от озера Виннипег, насчитывали 11 500 чел., хотя в это число, несомненно, включены и некоторые лесные кри. К 1870 г. в результате эпидемий и войны с черноногими осталось не более 7000 равнинных кри. В начале XX в. около 10 000 кри жили в Манитобе (из них 7000 в агентствах) и около 5000 кочевали по Северо-Западной Территории; итого 15 000 чел. В 1973 году в Альберте жило 17 436 кри, а в Саскачеване 26 325; итого 43 761 чел.

Кроу

Воинственное сиуязычное племя Северных равнин. Сами себя называли апсаруки или апсарока, что первые переводчики неверно истолковывали как Вороны или Птичий Народ. Их сегодняшнее название происходит от английского crow – ворона и является прямым переводом с французского Gens des corbeaux. По некоторым данным, сами индейцы говорили, что названы в честь птицы, которую уже нельзя увидеть на их землях. Но Фрэнк Линдермэн, в начале XX века интервьюировавший многих стариков кроу, сообщал, что на вопрос о значении слова апсарока ни один из них не смог дать ответа. Красивый Щит, шаманка племени: «Старик-койот (мифический герой. – Авт.) дал нам это имя. Он не объяснил нам его значения, и я ни разу не встречала людей, мужчин или женщин, знавших его». Первое упоминание кроу под этим названием появилось в дневнике мехоторговца Жана Батиста Трюдо в 1795 году, где он сообщал о столкновении между ними и арикарами.


Пятнистый Кролик, кроу


В прошлом кроу были единым народом с полуоседлыми хидатсами, но затем отделились и ушли на запад, став типичными кочевниками. Тем не менее чувство родства между двумя племенами достаточно высоко, и еще в начале XX века они иногда говорили друг о друге как об одном народе. Время разделения племен точно не установлено. По мнению Роберта Лоуи, это случилось приблизительно в XV веке, что маловероятно. Мэтьюз (1894 год) считал, что оно произошло в период последних двухсот лет, а Хайден, отталкиваясь от их предания, указал датой отделения 1776 год. Старик-хидатс в 1881 году так рассказал Вильяму Кларку о времени разделения племен: «Они отделились от нас давным-давно. Мой отец не знал когда. Его отец тоже не знал, но его дед знал». Согласно легенде кроу, племена разделились в результате ссоры между двумя вождями, которые были одинаково отважны и имели равное количество последователей. Тогда они жили на р. Миссури, и одна из двух общин, ставшая впоследствии племенем кроу, ушла в окрестности Скалистых гор, где начала вести кочевой образ жизни.

Во времена экспедиции Льюиса и Кларка (1804 год) кроу жили в основном на р. Бигхорн. Браун в 1817 году обнаружил их на р. Йеллоустон и на восточной стороне Скалистых гор, а Дрэйк в 1834 году – на южном рукаве Йеллоустона. Хайден писал в 1862 году: «Земли, на которых обычно живут кроу, располагаются в Скалистых горах и их окрестностях, вдоль истоков рек Паудер, Винд и Бигхорн, на южной стороне Йеллоустона, и тянутся до Ларами-Форк реки Платт. Их также можно часто встретить на западной и северной сторонах этой реки до самого истока реки Масселшелл и вниз до устья реки Йеллоустон».

В XIX веке племя разделилось на две основные группы: Речные кроу – минесепере, или Опорожняющиеся на Речных Берегах, и Горные кроу – Основную Часть, называемую акарахо, или Там, Где Много Палаток. Помимо этих двух, существовала третья, в недалекие времена отколовшаяся от Основной Части, но так никогда и не ставшая полностью самостоятельной, – эрарапио, или Пнутые в Животы. Последние весной обычно присоединялись к Горным кроу, а зиму проводили с шошонами Вайоминга в районе Винд-Ривер. Поводом для разделения племени послужило соперничество между двумя влиятельными вождями – Гнилым Животом и Длинными Волосами. Случилось это незадолго до августа 1834 года, когда Гнилой Живот был убит в бою с черноногими. По мнению Фрэнка Линдермэна, разделение произошло около 1832 года. Осенью 1834 года Зенас Леонард сообщал, что обе эти части равны по численности. Горные кроу обычно кочевали и охотились вблизи гор вдали от р. Миссури, а Речные около 1859 года ушли из района гор и заняли земли вдоль реки. Других этнических или лингвистических различий между ними не существовало.

Среди отличительных черт племени, что подтверждается многочисленными сообщениями белых современников, была их необычайная даже для индейцев вера в сверхъестественное. Один торговец писал: «Они самое суеверное из всех племен и поверят почти в любую, самую невероятную историю».

Любопытный факт в истории племени – периодические походы на Южные равнины. С давних времен племя близко подружилось с кайовами, и когда те мигрировали на юг, дружба оставалась неизменной. Бывало, что кроу уходили на юг и гостили у кайовов, пересекая для этого тысячи миль по землям, населенным враждебными племенами. Порой во время таких путешествий им приходилось вступать в жестокие схватки с шайенами и сиу. В первой половине XIX века индейцев кроу иногда встречали в окрестностях испанских поселений Санта-Фе и Таос. Кроу брали на воспитание детей кайовов и наоборот. Лейтенант Аберт в 1845 году встретил на Южных равнинах отряд кайовов и кроу. Многих исследователей удивляло наличие в мифологии кроу аллигаторов и морских чудовищ. По мнению автора, именно близкие контакты с кайовами могут послужить объяснением этому феномену. Во время своих ранних посещений Южных равнин часть воинов кроу, несомненно, сопровождала кайовов в набегах в Мексику. Известно, что кайовы и команчи не только углублялись на территоррию Мексики на тысячи миль, но и доходили до Мексиканского залива. Именно там кроу и могли увидеть аллигаторов и различных морских обитателей.

В разные времена кроу воевали с большинством своих соседей и отдаленными племенами, среди которых были черноногие, гровантры, сарси, кри, ассинибойны, оджибвеи, сиу, шайены, арапахо, арикары, шошоны, банноки, плоскоголовые, неперсе, кутеней, пан д’орей и др. Согласно легенде кроу, Магахаватус (Великий Дух), сотворивший всех людей, предупредил их, что они всегда будут сражаться, чтобы удержать свои земли, но он поможет им, потому что врагов у кроу будет значительно больше, чем их самих. Красивый Щит: «И Он сдержал обещание, иначе нас всех давно бы стерли с лица земли».


Кудрявый, знаменитый разведчик из племени кроу. 1880-е гг.


Индейские враги, несмотря на всепоглощающую ненависть к кроу, не могли не признать их боевых качеств. Сиу Белый Бык дал им такую оценку: «В перестрелках с дальнего расстояния кроу подобны белым солдатам, но в рукопашной схватке кроу более опасны». Шайены считали их и пауни самыми сильными из своих врагов. Еще в 1811 году Александр Генри сообщал, что кроу были единственным племенем, отваживавшимся отправлять отряды против могучих черноногих. Многие белые современники не раз с опаской отмечали, что жестокие войны с сиу, шайенами и черноногими приведут к тому, что племя вскоре исчезнет с лица земли, но кроу были столь великолепными бойцами, что этим опасениям не суждено было сбыться. Фрэнк Линдермэн: «Они постоянно воевали с сиу, шайенами, арапахо и черноногими, так что едва ли надо говорить что-либо об их воинских способностях». Капитан Вильям Кларк писал в 1881 году: «Тот факт, что они, будучи окруженными такими могучими врагами, смогли удержать в своем владении столь ценный участок земли, несомненно говорит о ловкой стратегии и храбрости этих людей. Некоторые части их земли богаты залежами минералов, на других расположены великолепные пастбища, а третьи прекрасно подходят для земледелия».

С шошонами, банноками, неперсе и плоскоголовыми кроу обычно жили в мире, хотя временами воевали. Основными же врагами племени были черноногие и гровантры на западе и сиу с шайенами на востоке. После разрыва с черноногими в 1861 году гровантры стали союзниками кроу, а набеги и рейды между кроу и черноногими продолжались до 1887 года. Кроу имели самые большие табуны среди племен Северных равнин, что и служило основной причиной частых нападений на них со стороны представителей других племен. В середине XIX века многие семьи племени имели табуны в сотню голов, а человека, владевшего десятком лошадей, что было неплохо даже для черноногих, кроу считали бедняком.

Дениг отмечал: «Эти люди примечательны тем, что никогда не нарушают установленный мир первыми. Периодически они заключали перемирия с ассинибойнами, плоскоголовыми, арикарами, арапахо, шайенами, шошонами и другими племенами. Каждый раз, когда подобные недолговременные перемирия нарушались, это было сделано другими».

Свой первый договор с правительством США кроу подписали в деревне манданов 4 августа 1825 года. Обычно с белыми людьми кроу были весьма дружелюбны, особенно во второй половине XIX века, но в его начале нередко грабили и избивали торговцев и трапперов. Вислиценус сообщал в 1839 году, что кроу – «коварное враждебное племя, воины которого в равной степени умелы в воровстве и снятии скальпов». Гамилтон описал типичное поведение военного отряда кроу, столкнувшегося с партией трапперов в 1842 году: «Кроу были очень дерзкими, и их поведение чуть не привело к схватке. В первую очередь они хотели, чтобы их накормили. Затем – чтобы мы обменяли своих лучших лошадей на их худших. Они также потребовали одеяла и меха, но Вильяме дал им понять, что они ничего не получат. После этого они пожелали осмотреть наши вещи и поторговать, но Вильяме знал, что им нечего предложить в обмен, и, сказав об этом, посоветовал им убраться». Партия трапперов была хорошо вооружена, и кроу пришлось ретироваться. Руфус Сэйдж считал кроу «храбрыми и благородными людьми». Максимилиан называл их самыми гордыми из индейцев, презирающими белых людей. «Тем не менее они никогда не убивают их, но часто грабят», – писал он. Дениг также отмечал, что кроу довольно миролюбиво относились к белым людям: «В то время как ассинибойны, сиу, черноногие и кри в разные времена убивали белых людей, кроу могут выступить вперед и заявить, что их руки не запятнаны кровью представителей нашего народа». И все же эти утверждения верны лишь отчасти. Кроу понимали необходимость мирных отношений с белыми торговцами и трапперами, которые не только поставляли им огнестрельное оружие, но и помогали драться с общим врагом – черноногими, сиу и шайенами. Но в первой половине XIX века, когда представлялась возможность ограбить и убить одинокого белого путника так, чтобы вина за убийство не легла на их племя, кроу порой не упускали ее. Во второй половине XIX века отношения племени с белыми людьми стали более близкими, и грабежи путников и торговцев прекратились. В 1870-х годах воины кроу часто служили разведчиками в войсках США в кампаниях против враждебных сиу и шайенов. В 1876 году в битве на Роузбад именно благодаря помощи скаутов кроу и шошонов, которые приняли на себя основной удар разъяренных сиу и шайенов, генерал Крук сумел избежать позорного поражения. Недаром, по словам Волтера Кэмпбелла, старые индейцы сиу, участники битвы, которых он знал лично, иногда называли битву на Роузбад Битвой с нашими индейскими врагами. Скауты кроу также принимали участие в битве на Литтл-Бигхорн, в которой были уничтожены солдаты Кастера.

В 1887 году произошло так называемое Восстание Носителя Сабли, но его скорее можно отнести к легкому недоразумению, чем к противостоянию с белыми людьми. Воин по имени Кутающий Свой Хвост имел видение о сабле, косящей деревья, словно траву. Он решил, что деревья в видении на самом деле были солдатами, падающими перед ним. Нашлись люди, поверившие ему. Кутающий Свой Хвост велел им одеваться в красную фланель и носить сабли. Сам он получил новое имя – Носитель Сабли. Когда последователи нового пророка отправились в набег против пиеганов, индейский агент Генри Вилльямсон приказал выслать за ними краснокожих полицейских и арестовать, но те отказались выполнять его указания. Тогда агент призвал на помощь военных. Уверенный в своей магической силе, Носитель Сабли поскакал вдоль ряда солдат, но те ранили его и его коня. В последовавшей битве семь кроу были убиты, девять ранены и девять захвачены в плен. Солдаты потеряли одного убитым и двух ранеными. Носитель Сабли бежал на восток за р. Литтл-Бигхорн. Отец нагнал его, пристыдил и велел вернуться. Многие кроу были недовольны деяниями пророка, разумно полагая, что он мог принести их народу многочисленные страдания. Спустя некоторое время один из членов резервационной полиции, Огненный Медведь, пристрелил Носителя Сабли в нескольких милях от агентства: «за то, что он втянул многих людей в неприятности».


Групповой портрет делегации кроу в Вашингтоне. В первом ряду: вождь Горных кроу – Черноногий, известный также под именем Сидящий в Центре Земли (третий слева), и вождь Речных кроу – Железный Бык (третий справа). 1872 г.


Согласно Табо, численность кроу в 1803–1804 гг. составляла 1000 палаток. Льюис и Кларк в 1804 г. указали 350 палаток, или 3500 чел. Ларок в 1805 г. отмечал, что после нескольких серьезных эпидемий оспы численность кроу сократилась с 2000 типи до 300, из-за чего они старались жить вместе, разделяясь на отдельные общины только на короткое время. Брэдли в 1810 г. указал 1000 палаток, Кертис в 1825 г. – 950 палаток, а Кэтлин – 800. Сообщалось, что в 1829 и 1834 гг. племя насчитывало около 4500 чел. Максимилиан в апреле 1833 г. оценил их количество в 400 типи. Курц в 1851 г. – 440 типи, или 1200 воинов. Дениг в 1856 г. писал: «В прошлом (в 1833 г. – Авт.) они насчитывали около 800 типи, или семей, но в результате болезней и войн к сегодняшнему дню сократились до 460 типи». В том же году индейский агент Воган указал. 450 типи. Льюис Морган писал, что в 1862 г. кроу насчитывали 350 палаток, а в 1871-м, согласно Пизу, 460. По другим данным, в 1871 г. Горные кроу насчитывали 2700 чел., Речные кроу – 1400; итого 4100 чел. В 1881 г., согласно официальным данным, кроу насчитывали 3500 чел. Численность кроу в 1890 г. составляла 2287 чел., а в 1904 г. – 1826.

Липан-апачи

Атапаскоязычное племя, название которого происходит от слова ипа-нде, где Ипа, вероятно, личное имя, а нде – люди. Сами липаны называли себя наижан, что означает Наши, или Нашего Рода.

Липан-апачи являлись едва ли не самым свирепым и жестоким народом на Южных равнинах. Недаром не менее кровожадные вичиты считали их храбрейшими из своих врагов, живших к востоку от них. Берландье писал в 1828 году: «Оружие липанов – ружье, копье и лук, с которыми они управляются весьма искусно… Многочисленные убийства, совершенные ими по обеим сторонам Рио-Гранде, стали причиной ненависти к ним всех обитателей этих земель, считающих их тяжелым бременем, от которого они бы с радостью избавились… Их жестокость настолько отвратительна, что никогда не будет принята за исторический факт. Они убивают пленников наиболее ужасными пытками. Их женщины, в частности, соперничают друг с другом в изобретении все новых мучений для несчастных, угодивших к ним в руки во время войны… Они (липаны. – Авт.) переделывают клейма ворованных лошадей, а затем продают их бывшим владельцам. На вырученные деньги… (они. – Авт.) покупают порох и пули». Кроме того, существует много упоминаний о практике каннибализма среди них в XVIII веке.

По всем основным характеристикам липаны были схожи с остальными апачскими племенами. Они всегда поддерживали дружеские отношения с родственными мескалеро-апачами, но сражались с хикарийя-апачами и союзными им ютами. С 1855 года в мире с тонкавами. С команчами и вичитами липаны обычно были в состоянии жесточайшей войны и часто выступали против них в союзе с испанцами, мексиканцами, а затем и американцами. Враждебные отношения с команчами и вичитами продолжались до конца свободных дней, и, несмотря на небольшую численность, липаны зачастую оказывали противникам достойный отпор. Любопытный случай произошел в 1845 году. Отряд воинов вако совершил набег на лагерь липанов и угнал много лошадей. В результате липаны переместили свой лагерь и начали внимательно охранять табун. В следующий раз, когда вако попытались украсть у них лошадей, они попали в засаду. Во время короткого боя липаны прострелили одному из вако ноги, при этом пуля сломала тому оба бедра. На следующее утро липаны нашли раненого, отрезали ему ступни и предложили, когда тот поправится, заглянуть к ним еще раз и выбрать себе коней по желанию.

В XVIII веке липаны доставляли много проблем испанцам Мексики, и власти периодически отправляли карательные экспедиции, чтобы наказать непокорных краснокожих воинов. К середине века отношения между враждующими сторонами начали налаживаться, и в 1757 году испанцы основали для липанов в Техасе францисканскую миссию Сан-Саба, которая вскоре была уничтожена враждебными команчами и вичитами. В 1761 и 1762 годах для них были основаны миссии Сан-Лоренсо и Санделарья, но в 1767 году их постигла та же участь.

В результате эпидемий и кровопролитных войн с команчами и испанцами численность липанов значительно сократилась, и с появлением на их землях американцев они предпочли найти в их лице союзников, а не новых врагов. Несмотря на попытки поддерживать мирные отношения с жителями Техасской республики, а затем и с американцами, липаны продолжали совершать мелкие набеги и грабежи на поселения белых людей до конца 1870-х годов. Племя заключило договоры с Техасской республикой в 1838 и 1845 годах, а с США в 1846 году. В период между 1845 и 1856 годами липаны серьезно пострадали в техасских войнах, целью которых было уничтожение индейцев в границах Техаса. Возрастающее давление со стороны техасских поселенцев привело к разделению племени: часть присоединилась к тонкавам, часть – к мескалеро-апачам, часть – к кайова-апачам, а остальные ушли в Мексику – в штат Коауила, где обосновались в горах Санта-Роса вместе с кикапу и другими беглецами из США. Последняя группа получила предложение от мексиканских властей поселиться на их землях, чтобы служить буфером между жителями штата Коауила и враждебными команчами, кайовами и апачами.

Нельзя сказать, что нападения на липанов не были обоснованными. Они достаточно часто совершали набеги и грабили белых поселенцев, что, с другой стороны, несомненно, было вызвано враждебным отношением к ним. Например, 9 мая 1854 года лейтенант Джордж Кросби с одиннадцатью солдатами получил сообщение, что на берегу озера Тринидад, штат Техас, лагерем расположилась небольшая группа липанов, и не раздумывая атаковал их. Липаны, которых было около сорока человек, отбили атаку и окружили солдат. Белые попытались прорваться, но индейцы помчались за ними, вынудив врагов спешиться и занять оборону. После короткого боя липаны решили, что лучше не рисковать, а потому погнались за двумя отбившимися солдатами, нагнали их и убили. Потери солдат составили трое убитыми и трое ранеными.

Среди индейцев, по сообщениям Кросби, погибло три воина и двое были ранены. Относительно рапортов о потерях краснокожих и их численности весьма любопытны данные о бое у Орлиного перевала (Игл-Пасс), произошедшем 3 октября 1854 года. Капитан Джон Волкер с сорока солдатами погнался за отрядом липанов, атаковавших караван переселенцев и угнавших лошадей восточнее Рио-Гранде. На третий день солдаты настигли липанов и атаковали. Липаны убили одного из них и ранили двоих, после чего солдаты ретировались. Согласно отчету, солдаты убили около семи краснокожих, а число воинов липанов, которых они храбро атаковали, составляло не менее трехсот! И это при том, что к середине XIX века их численность составляла не более 300–500 человек – мужчин, женщин и детей. Другое серьезное столкновение произошло 8 марта 1856 года. Отделение кавалеристов обнаружило лагерь липанов вблизи р. Гваделупе, штат Техас. Незадолго до этого индейцы совершили нападения на поселенцев, нескольких убили, разграбили дома и угнали лошадей. В захваченном лагере солдаты обнаружили банковский чек на 1000 британских фунтов.

С 1860-х годов липаны начинают совершать нападения на техасских поселенцев с территории Мексики в союзе с мескалерами и кикапу. Некоторые из них зафиксированы в официальных отчетах. Например, в конце августа 1868 года около 200 липанов атаковали караван Моралеса к западу от форта Стоктон, штат Техас, и захватили сотню мулов. Моралес нанял 45 мексиканцев и заручился поддержкой военных властей. В сентябре он выступил из форта Дэвис со своими мексиканцами и 60 кавалеристами во главе с лейтенантом Кьюсаком. Они обнаружили лагерь мескалеро вождя Алсате и липанов Сабьера в горах Сантьяго и атаковали, вынудив индейцев отступить в холмы Хорсхед. Некоторые из солдат Кьюсака вернулись в форт Дэвис раскрашенные, словно индейцы, держа в руках копья с привязанными к ним скальпами апачей. Они также захватили двух мексиканских мальчиков и индейскую девочку, 450 шкур, 198 лошадей и мулов.

Липаны и кикапу долгие годы совершали набеги из-за р. Рио-Гранде, служившей границей между Мексикой и США. Солдаты бросались в погоню, но не могли пересечь границы, а потому оставляли преследование. В мае 1873 года полковник Рэналд Маккензи получил неофициальное разрешение наказать индейцев на их территории. Во главе кавалеристов, при поддержке 20 скаутов-семинолов – всего около 400 человек, он выступил в путь из форта Кларк. Они атаковали три индейских поселения (по 50–60 жилищ каждое) вблизи мексиканской деревушки Ремолино. Солдаты сожгли жилища, припасы и засеянные поля, убили около 19 индейцев и отбили 42 пленника. Кроме того, они привели назад 65 лошадей с техасскими клеймами. Впоследствии несколько офицеров узнали, что пересекли мексиканскую границу без соответствующих разрешений. Они сказали Маккензи, что если бы знали об этом раньше, то не стали бы переходить на территорию Мексики. Ответ Маккензи был жесток: «Любого офицера или человека, отказавшегося следовать за мной через Рио-Гранде, я бы пристрелил на месте».

Несмотря на это нападение, липаны и кикапу продолжали грабить американских поселенцев, и подполковник Вильям Шафтер решил последовать за ними в Мексику. В июле 1876 года он атаковал селение липанов из 23 жилищ в пяти милях от Сарагосы, штат Коауила. Бой вскоре перерос в рукопашную схватку. После пятнадцатиминутного боя индейцы ретировались. На земле остались лежать 14 воинов-липанов и 3 американца. В сентябре 1877 года солдаты вновь пересекли Рио-Гранде и атаковали лагерь липанов у Сарагосы, но индейцы успели скрыться. Американцы сожгли несколько жилищ и вернулись в США. В ноябре того же года капитан Сэмуэл Янг с отрядом кавалеристов предпринял новую карательную экспедицию против липанов Мексики. В горах Сьерра-дель-Кармен они обнаружили лагерь вождя Алсате, и после короткого боя индейцы отступили в скалы. Но липаны продолжали периодически совершать набеги на территорию Техаса, хотя их численность к тому времени значительно сократилась. В октябре 1903 года 19 оставшихся в живых мексиканских липанов перевезли на северо-запад штата Чиуауа, откуда в 1905 году они вернулись в США и поселились в резервации мескалеро-апачей в Нью-Мексико.

Пайк в 1807 г. сообщал, что липаны разделены на три общины по 300–350 чел., включая 100 воинов каждая. Берландье (1828 г.) – 400 семей и 600 воинов, но цифра явно завышена. В 1940 г. потомки липанов насчитывали всего не больше 35 чел., разбросанных среди тонкавов, мескалеро и кайова-апачей.

Манданы

Сиуязычное племя, название которого предположительно произошло от слова, которым их называли сиу, – маватани. До 1830 года они называли себя нумакики, что означало Люди. По данным Хайдена, манданы называли себя миатани – Люди на берегу, а согласно Моргану – метутахак, или Южные Жители Деревни. Согласно их преданиям, в прошлом они жили на востоке около озера, что подтверждается близким языковым родством с виннебаго. Многие белые путешественники отмечали необычайно светлый цвет кожи манданов, более светлые волосы и даже голубые глаза у некоторых из них.


Копье, делегат от манданов в Вашингтон. 1874 г.


Манданы были оседлыми земледельцами, выращивавшими маис, бобы, бутылочные тыквы и даже подсолнечники. В отличие от большинства равнинных племен, их социальная и религиозная жизнь очень подробно описана в записках ранних путешественников и мехоторговцев. Многие белые современники отмечали, что манданы хорошо обращались со своими стариками и относились к ним с большим уважением, порицая соседние племена (ассинибойнов, кри и некоторых других), члены которых бросали своих стариков. С другой стороны, старики манданов часто отказывались уходить с племенем на летнюю бизонью охоту и не желали, чтобы с ними кто-нибудь оставался, заявляя, что, если придут враги и убьют их, ничего страшного не случится, поскольку никто не может жить вечно. Обычно в селении оставалось несколько семей, чтобы заботиться о стариках, слишком слабых для путешествия.

Деревни манданов на протяжении многих лет служили своего рода ярмарками, куда приходили племена кочевников, чтобы поторговать с ними, выменивая продукты земледелия и ружья на шкуры и мясо. Наиболее тесные отношения манданы поддерживали с хидатсами, в отличие от которых были достаточно миролюбивым племенем, что отмечали все современники. Они сражались с сиу, шайенами, ассинибойнами, кри, оджибвеями, черноногими, арикарами и другими племенами. С белыми людьми манданы поддерживали дружеские отношения, и их деревня всегда служила прибежищем для белых торговцев и путешественников, которые порой оставались в ней переждать зиму. Среди людей, посетивших их, были члены экспедиции Льюиса и Кларка, Джордж Кэтлин, принц Максимилиан, Карл Бодмер и многие другие. Обычно белые люди отзывались о них с большим уважением, хотя некоторые придерживались иного мнения. Так, Томас Джеймс в 1809 году писал, что манданы были племенем «бедным, трусливым и вороватым». Начиная с 1866 года многие мужчины манданов служили в армии США разведчиками и проводниками.

Первым зафиксированным посещением манданов был визит Ла Верендри в 1738 году. Около 1750 года манданы жили вблизи устья р. Харт в девяти деревнях, две из которых находились на восточном берегу, а семь на западном. Остатки этих деревень в 1804 году видели Льюис и Кларк. Серьезно пострадав от эпидемии оспы и нападений ассинибойнов и сиу, обитатели двух восточных деревень объединились и переместились вверх по Миссури до места, расположенного напротив арикаров. Вскоре те же причины сократили западные деревни до пяти, и их жители также объединились и переселились к арикарам. Таким образом образовалось всего два поселения манданов – Метутаханке и Руптари, располагавшиеся в четырех милях ниже устья р. Найф. Именно их в 1804 году посетила экспедиция Льюиса и Кларка.

В 1837 году эпидемия оспы практически полностью уничтожила племя, сократив численность племени с 1600 человек до нескольких десятков. Разные источники указывают, что выжило всего 125–145 человек. После этого манданы занимали лишь одну деревню. В 1845 году, когда хидатсы ушли с р. Найф, часть манданов присоединилась к ним, а оставшиеся вскоре последовали за ними. Согласно Мэтьюзу, некоторые переместились в деревню у форта Бертолд в 1858 году.

По договору от 30 июля 1825 года, подписанному в деревне манданов, племя подтвердило мирные отношения с Соединенными Штатами. Манданы также участвовали в подписании договора в форте Ларами от 17 сентября 1851 года, которым были установлены границы племен, населявших северо-западную часть Великих Равнин, а также подписали нератифицированный договор в форте Бертолд в июле 1866 года и соглашение в форте Бертолд в декабре того же года. 1870 году мандатам, хидатсам и арикарам была выделена огромная резервация в Северной Дакоте и Монтане.

Если в 1750 г. манданы насчитывали около 9000 чел., то после эпидемии оспы 1781 г. их осталось всего 1000–1500 чел. Численность манданов во времена Льюиса и Кларка составляла 1250 чел., в 1837 г. – 1600, но эпидемия сократила их до 125–150. В последующие годы количество манданов возрастало: 1850 г. – 150 чел., 1852 г. – 385, 1877 г. – 420, 1885 г. – 410, 1905 г. – 249. Во время переписи 1990 г. 1207 чел. идентифицировали себя как манданы.

Миссури

Племя группы чивере сиуязычной семьи. Название племени относится к р. Миссури и означает Великая грязная. Согласно Гэйлу, ранняя форма слова миссури имеет алгонкинские корни. Сами миссури называли себя ниутачи. Их ближайшими союзниками были ото и айовы, также входящие в группу чивере. Согласно легенде, после отделения от виннебагов в заливе Грин-Бэй айовы, ото и миссури двинулись на запад к р. Айова, где остались люди одноименного племени. Остальные двинулись на запад и достигли р. Миссури в устье Грэнд-Ривер. Здесь в результате некой размолвки от них отделились ото и ушли вверх по р. Миссури.


Настоящий Орел, вождь миссури. 1874 г.


Первым, кто упомянул племя миссури под этим названием, был Жутель в 1687 году. В начале XVIII века французы обнаружили миссури на левом берегу одноименной реки, вблизи устья Грэнд-Ривер, и построили форт на острове неподалеку от них. Там они жили приблизительно до 1800 года. Согласно Буржмонту, в 1723 году селение миссури находилось в 30 лигах ниже р. Канзас и в 60 лигах от основной деревни канзов. Миссури никогда не были крупным племенем. В 1758 году они могли выставить всего 150 воинов. Около 1798 года они потерпели сокрушительное поражение от сауков, фоксов и их союзников. Остатки племени рассеялись: пять или шесть семей присоединились к осейджам, две или три – к канзам, а остальные ушли к ото. Однако вскоре племя вновь объединилось, поскольку Льюис и Кларк нашли их в селениях к югу от р. Платт, в которые они переместились некоторое время назад после эпидемии оспы из своих деревень на Грэнд-Ривер. В 1823 году миссури вновь пострадали от эпидемии. Если в 1702 году племя состояло приблизительно из 200 семей, то в 1805 году их численность уже не превышала 300 человек, а в 1829 году осталось всего 80 человек, которые жили вместе с ото. По данным Вильяма Уитмэна, именно с 1829 года миссури начали вливаться в племя ото, и к началу XX века оба народа перемешались настолько, что стали неразличимы. Война с осейджами подкосила и без того ослабленных миссури, после чего часть племени присоединилась к айовам, а остальные ушли к ото еще до миграции последних к р. Биг-Платт. К 1833 году миссури настолько серьезно пострадали от эпидемий новых болезней и войн с омахами, понками, сиу, осейджами, канзами и скиди-пауни, что были вынуждены присоединиться к ото. Хотя миссури, насчитывавшие всего 80 человек, жили вместе с ото в одной деревне, они подчинялись собственным вождям. В 1842 году селение миссури находилось на южном берету р. Платт, штат Небраска. Миссури сопровождали ото, когда в 1885 году это племя было переселено на Индейскую Территорию. В 1905 году объединенные миссури и ото вместе насчитывали всего 385 человек. В результате серьезного сокращения численности в военной истории Великих Равнин XIX века миссури не сыграли какой-либо заметной роли, и об их военных обычаях практически ничего не известно (см. «Ото»).

Оджибвеи, равнинные

Равнинные оджибвеи являются частью крупного алгонкиноязычного племени, обитавшего в лесном регионе восточной части США. Они стали последним народом, переселившимся с востока на Великие Равнины. Равнинные оджибвеи были также известны как западные оджибвеи, солто, сото и банги. Сами себя они называли наккавининивак, или Говорящие Иначе (чем лесные оджибвеи). Миннесотские оджибвеи называли шхмашкоте-анишшинапе, или Люди Прерий. После появления на Великих Равнинах они настолько тесно стали связаны с равнинными кри, что соседние племена даже не воспринимали их как два разных народа. Например, ассинибойны, майданы, хидатсы и арикары называли их одинаково. Соответственно, их военная история мало отличается от истории равнинных кри (см. «Кри, равнинные»).

Культура равнинных оджибвеев представляла собой смесь элементов равнинного и лесного типов. Они жили в кожаных типи и крытых корой хижинах, охотились на бизонов и ловили рыбу, пользовались лошадьми и каноэ. Некоторые общины вели кочевой образ жизни, другие проводили зиму и весну в постоянных поселениях. Смешение культурных типов также нашло свое отражение в их одежде и орнаментах. Они продолжали исполнять прежние религиозные церемонии и в то же время переняли часть равнинных, например Пляску Солнца.

В 1750-х годах они еще были типичными лесными индейцами, не имевшими лошадей. Продвигаясь на запад, оджибвеи стали близкими союзниками ассинибойнов и равнинных кри, с которыми торговали, вступали в межплеменные браки и воевали против общих врагов – в основном сиу, черноногих и гровантров. В 1780-х годах западные оджибвеи появлялись в торговых постах вдоль р. Ассинибойн, работавших с племенами Равнин. К 1790-м они все чаще стали кочевать к западу от р. Ред-Ривер вплоть до Пембина-Хиллз. Мигрировав в прерии к западу от Ред-Ривер и югу от р. Ассинибойн, общины оджибвеев охотились и мирно жили среди ассинибойнов и равнинных кри, но, в отличие от них, имели мало лошадей и существовали не за счет охоты на бизонов, а добывая пушнину. Но после 1797 года популяции бобров исчезли, и оджибвеи начали отправляться на зимние бизоньи охоты вместе со своими равнинными союзниками. При этом большинство из них все еще возвращалось в леса собирать кленовый сок для приготовления сахара весной, ловить рыбу летом, а осенью собирать урожай дикого риса. Лишь небольшая часть людей оставалась жить с кри и ассинибойнами на Равнинах.

В течение первых двух десятилетий XIX века добыча пушнины по разным причинам стала делом дорогостоящим, и часть западных оджибвеев предпочла переселиться на Равнины, где были лошади и огромные стада бизонов. В 1805 году сообщалось о том, что небольшая часть оджибвеев живет среди кри и ассинибойнов, владеет лошадьми и существует за счет охоты на бизонов. Постепенно к ним стали присоединяться другие группы их западных сородичей. Однако, несмотря на эти факты, очень сложно точно определить время появления равнинных оджибвеев. Поворотным этапом в их истории стал 1817 год. Они, вместе с ассинибойнами и кри, продали земли вдоль рек Ассинибойн и Ред-Ривер, прекратилась их торговля с манданами, а сиу начали наступление на бизоньи пастбища. Но даже после этого большинство из них продолжало периодически заниматься рыболовством, добычей мехов и сбором дикого риса в лесных районах. Только к 1830-м годам они стали настоящими равнинными индейцами, зависящими от лошадей и охоты на бизонов, переняв большинство элементов равнинной культуры. После эпидемий 1830-х годов, в результате которых погибло много ассинибойнов и кри, равнинные оджибвеи стали самым многочисленным народом, кочующим вдоль р. Сурис. Другая часть равнинных оджибвеев мигрировала дальше на запад и жила в районе гор Вуд-Маунтинс и Сайпрес-Хиллз среди более многочисленных кри и ассинибойнов. В середине XIX века расширение торговли бизоньими шкурами привлекло к равнинным оджибвеям новые группы их лесных сородичей. Основными врагами равнинных оджибвеев были сиу. Они также приняли участие в восстании канадских метисов Луи Риля в 1885 году.

В 1863 году равнинные оджибвеи подписали второй Пембинский договор, по которому продали большую часть своих земель и получили резервацию в 640 акров на р. Пембина (первый Пембинский договор 1851 года не был ратифицирован). Но земли в районе гор Тартл-Маунтинс и некоторых других районах, часто посещаемых равнинными оджибвеями, не вошли ни в этот, ни в другие договоры. В связи с этим до начала 1870-х годов основная часть племени формально находилась вне юрисдикции США или Канады. В 1871 году по договорам № 1 и № 2 равнинные оджибвеи, жившие в провинции Манитоба, продали свои земли канадскому правительству и получили несколько маленьких резерваций на своих прежних территориях. Другая часть племени жила и охотилась на бизонов на территории штата Монтана в США, но не была включена в какие-либо договоры с правительством этой страны. Они долго оставались «безземельными», и часть из них поселилась в резервациях черноногих, плоскоголовых, кроу, северных шайенов, а также в резервациях Форт-Пек и Форт-Белкнап. В 1917 году для части равнинных оджибвеев и кри в Монтане была основана резервация Рокки-Бой, но, несмотря на это, часть равнинных оджибвеев США оставалась «безземельной» до 1990-х годов.

Омахи

Одно из пяти племен группы дхегиа языковой семьи сиу. Омахи, понки, осейджи, канзы и куапо в прошлом, несомненно, были единым народом, и даже в XIX веке не только их языки, но и обычаи, племенная организация и религиозные ритуалы оставались на удивление схожими. Это же подтверждают и предания всех пяти племен. Название племени происходит от самоназвания у маха и означает Идущие Против Ветра (или Течения). Согласно преданию, первыми, кого встретили омахи во время своей миграции после пересечения р. Миссури, были арикары. Постоянные нападения омахов и их союзников вынудили арикаров запросить мира, в заключении которого также приняли участие шайены, ото, понки и айовы. Впоследствии именно арикары научили омахов и понков строить земляные дома и выращивать маис.


Красная Рука, вождь омахов. Конец 1860-х гг.


Первые упоминания об омахах появились в конце XVII века. Омахи сражались, и порой весьма успешно, с сиу, шайенами, падуками, пауни, ото, понками, сауками, фоксами и другими племенами. В конце XVIII века, до того, как племя сильно пострадало от эпидемий, оно представляло серьезную силу на Равнинах и участвовало во многих крупных сражениях. Так, в 1798 году омахи под предводительством Черной Птицы напали на селение киткехахки-пауни и убили около сотни человек, потеряв при этом всего чуть более десятка воинов. В 1799 году они атаковали скиди-пауни, когда те охотились на бизонов к северу от р. Луп, и убили более полусотни из них. До 1857 года основными врагами омахов на севере были сиу и понки, а на юге и западе ото и пауни. В XIX веке омахам не раз приходилось сталкиваться с врагами в кровавых схватках – иногда они побеждали, иногда нет. Особенно они страдали от нападений сиу, которые были столь серьезными, что в 1841 году вынудили племя покинуть свое селение, называемое Большой Деревней. Война продолжалась в течение последующих 25–30 лет. Весной 1843 года омахи вернулись к Большой Деревне, но в 1845 году были вновь изгнаны оттуда воинами сиу, на этот раз навсегда. В декабре 1846 года сиу (янктоны и санти) атаковали лагерь омахов, когда основная часть мужчин находилась на бизоньей охоте. Более 80 женщин, стариков и детей было убито. Другое крупное сражение произошло летом 1855 года, когда сиу напали на кочующих омахов. Среди погибших оказался известный полукровка Логан Фонтенель. В августе 1859 года на Бивер-Крик, штат Небраска, оглала-сиу атаковали часть омахов. По словам индейцев, обе стороны потеряли много людей, но сиу пострадали более серьезно.

В результате постоянных нападений сиу и шайенов омахи были вынуждены искать сильных союзников. Ими стали пауни. Даже на летнюю бизонью охоту в 1866 и 1867 годах все племя отправлялось вместе с пауни. К тому времени пауни уже забыли, что в 1854 году, когда омахи по договору уступили правительству США участок своих земель, они вместе с ними заодно продали и часть земли, принадлежавшей пауни, что весьма разозлило последних.

Первые контакты омахов с белыми людьми произошли в ранний период колонизации – приблизительно в середине XVII века. В 1724 году французы основали на р. Миссури торговый пост, пытаясь предотвратить распространение влияния испанцев. В дальнейшем омахи имели тесные контакты с французскими, английскими и американскими торговцами. В отличие от большинства восточных племен, омахам удалось избежать участия в войнах между французами и англичанами, а также англичанами и американскими колонистами. Свой первый договор с США омахи подписали в июле 1815 года. После войны 1812 года правительство подписало подобные договоры с множеством племен, в той или иной степени находившихся под влиянием английских торговцев. Приблизительно тогда же правительство предприняло попытки вакцинации представителей индейских племен, что, несомненно, помогло омахам спастись во время эпидемии оспы 1837 года, тогда как некоторые северные племена были практически уничтожены. Следующий договор с США племя подписало в 1825 году, и одной из его статей стало согласие омахов не продавать огнестрельное оружие племенам, враждебным американцам. По договору 1830 года омахи уступили свои земли в штате Айова и получили резервацию в Небраске. В последующем – при подписании договоров в 1836,1854 и 1865 годах и актов в 1872 и 1874 годах – племя также было вынуждено продавать свои земли правительству США, а по акту от 7 августа 1882 года оставшиеся земли резервации были распределены между членами племени и переданы им в личную собственность.

Эпидемия оспы, случившаяся незадолго до 1800 г., сократила некогда могучее племя до нескольких сотен человек. Данные о численности омахов в первое десятилетие XIX в. спорны. Перри ду Лак в 1802 г. указал, что омахи могут выставить 600 воинов. Однако, согласно другим сведениям за этот год, общая численность племени составляла всего 300 чел. Льюис и Кларк в 1804 г. сообщали о 600 омахах, из которых 150 были воинами. Спустя 25 лет, в 1829 г., сообщалось о 1900, а в 1843 г. – о 1600 омахах. Скулкрафт в 1851 г. – оценил численность племени в 1349 чел., а Барбер в 1857 г. – в 1200. Та же цифра фигурирует и в переписи 1880 г. Численность омахов в июне 1884 г. составляла 1179 чел. В 1906 г. племя насчитывало 1228, а в 1998-м-4950 чел.

Осейджи

Осейджи являются одним из пяти племен сиуязычных дхегиа, включающих также понков, омахов, канзов и куапо. Предания этих племен говорят, что в прошлом они были единым народом и жили в долине реки Огайо. Начав мигрировать в западном направлении, племена разделились. Название племени произошло от французского искажения самоназвания племени важаже. Осейджи были крайне религиозными людьми. Даже члены родственных им соседних племен поражались религиозной натуре осейджей.

Племя состояло из пяти родственных групп, каждая из которых, в свою очередь, делилась на фратрии, кланы и подкланы. Каждое из осейджских селений всегда делилось на две части – Люди Неба (Мира) и Люди Земли (Войны) – и состояло из 24 кланов. Географически племя делилось на три части: пахатси, или Великие осейджи, утсехта или удсетса – Малые осейджи и сантсукхдхи, или Арканзасская община.


Утсета-ва-ти-ан-ка, осейдж. Фотография конца 1870-х – начала 1880-х гг.


В начале XVIII века Малые осейджи – удсетса отделились от Великих осейджей – пахатси и поселились вблизи миссурийских индейцев. Они оставались там до конца века, но под давлением сауков и фоксов с севера были вынуждены вернуться назад и поселиться на р. Осейдж, недалеко от Великих осейджей. В начале XIX века от Великих осейджей отделилась другая группа, названная осейджами дуги, обосновавшаяся в верхней части р. Арканзас. Только в конце XIX века все эти части осейджей объединились вновь.

Первое упоминание об осейджах появилось на карте 1673 года на р. Осейдж, откуда позднее они переместились на запад. Согласно Ибервилю, в 1701 году они насчитывали 1200–1500 семей. Племя принимало активное участие в многочисленных войнах региона с белыми и краснокожими врагами. В 1714 году осейджи помогли французам разгромить фоксов у Детройта. Согласно Льюису и Кларку, около 1802 года почти половина Великих осейджей мигрировала к р. Арканзас, став называться Арканзасской общиной. Те же исследователи в 1804 году обнаружили Великих осейджей в количестве 500 воинов, живущих в деревне на южном берегу р. Осейдж, Малых осейджей в 250 воинов на расстоянии шести миль от них, а Арканзасскую общину, насчитывавшую 600 воинов, на р. Вермиллион – притоке р. Арканзас.

Располагаясь вдали от основных речных магистралей – Миссури, Миссисипи и Огайо, осейджи меньше пострадали от контактов с европейцами, чем многие другие племена. Они смогли сохранить численность и утвердить свои позиции. К концу XVIII века они были наиболее могучим племенем на территории тогдашней Испанской Луизианы. Хотя их численность уменьшилась после контактов с европейцами, в 1872 году она все еще составляла около 3700 чистокровных осейджей.

Воинские качества осейджей признавались всеми врагами. Они воевали с команчами, кайовами, кайова-апачами, вичитами, сиу, шайенами, арапахо, чероками, пауни, айовами, ото, миссури, сауками, фоксами и многими другими племенами. Берландье писал в 1828 году: «Осейджи ведут постоянную войну с команчами, и ненависть между двумя народами настолько сильна, что ни одна из сторон не берет пленных». Вичиты считали их храбрейшими из своих врагов, живших к северу от них. Самая страшная резня в истории кайовов была делом рук осейджей, которые уничтожили их лагерь, а отрезанные головы убитых сложили в медные котлы.

Мужчины осейджей были высокими, мощного телосложения. Вашингтон Ирвинг отмечал в 1832 году: «Я не встречал на Западе индейцев красивее осейджей». С белыми людьми в XIX веке осейджи обычно сохраняли дружественные отношения, хотя иногда грабили одиноких путешественников.

Преподобный Вильям Вэйлл, один из первых миссионеров среди осейджей, писал в 1826 году, что они очень дружелюбные и доброжелательные люди. «Незнакомцев они всегда встречают очень гостеприимно. Они разделят последнюю еду и никогда не допустят, чтобы человек покинул их деревню голодным или оставался в ней в нужде… Они не ссорятся между собой… Осейджи широко известны тем, что всегда воюют, будучи при этом людьми не воинственными». Они не были агрессивными, но видели мир населенным врагами, способными уничтожить их, а потому считали войну частью человеческого существования. В этой бесконечной борьбе за жизнь врага следовало не просто победить, его следовало попытаться уничтожить полностью. Несмотря на мирные отношения с евро-американцами в XIX веке, нападения ритуальных отрядов осейджей (так называемых военных отрядов скорби, описанных ниже) совершались вплоть до 1876 года, а возможно, и позднее.

Первый раз осейджи уступили свои земли Соединенным Штатам в 1808 году, отдав территорию на Миссисипи. Затем в 1818, 1825, 1839 и 1865 годах. В 1871 и 1872 годах для них у чероков на Индейской Территории была выкуплена земля под резервацию, где они и живут по сегодняшний день.

Численность осейджей в XIX в.: Перри ду Лак (1802 г.) – 1200 воинов; Сибли (1805 г.) – 1250 воинов, включая 400 Великих осейджей, 250 Малых осейджей и 600 из Арканзасской общины; Морс (1821 г.) – 5200 чел., включая 4200 Великих осейджей и 1000 Малых осейджей; Портер (1829 г.) – 5000 чел.; Индейская канцелярия США (1843 г.) – 4102 чел.; Скулкрафт (1853 г.) – 3758 чел., исключая важную группу, известную как община Черного Пса; переписи Индейской канцелярии (1877 г.) – 3001; 1884 г. – 1547; 1886 г.-1582; 1906 г.-1994.

Ото

Одно из трех сиуязычных племен, формирующих группу чивере вместе с айовами и миссури. В преданиях говорится, что в прошлом группа чивере отделилась от виннебагов. Название племени происходит от слова ватота – распутники или совокупляющиеся. Индейцы объясняли его, рассказывая, что во время миграции на запад ото отделились от Миссури в результате ссоры, возникшей из-за дочери вождя последних. Покинув родственных миссури, ото двинулись вверх по р. Миссури. Об этом племени известно крайне мало. Как отметил Вильям Уитмэн в 1937 году: «Мы не можем обсуждать материальную культуру ото, поскольку от нее ничего не осталось».


Вождь ото. 1874 г.


Ото упоминались белыми путешественниками и исследователями еще в конце XVII века. Первый зафиксированный контакт с белыми людьми произошел в 1680 году, когда два индейца ото посетили форт Кревекур в окрестностях озера Пеориа. В 1720 году ото подтвердили свою лояльность французам, когда испанская экспедиция Педро де Вильясура проникла на территорию современной Небраски. Ото присоединились к пауни и совместно разгромили испанцев, убив половину людей, а остальных обратив в бегство. Льюис и Кларк в 1804 году обнаружили их живущими на южном берегу р. Платт в количестве 500 человек. Сообщалось, что с1817по1841 год ото жили в четырех деревнях вблизи р. Платт. В 1819 году половина племени айова, симпатизировавшая американцам во время войны 1812 года, присоединилась к союзу ото и миссури. В 1820 году сауки сожгли совместную деревню ото-миссури-айовов, вынудив их переместиться вниз по реке, вскоре после чего айовы вернулись к сородичам. Ссора между двумя влиятельными лидерами ото привела к разделению племени на две отдельные деревни. Война ото с команчами, сауками, фоксами и сиу, а также постоянный наплыв белых поселенцев принесли много несчастий племени. В 1837 году соплеменник убил вождя Йетана, и ото-миссури вновь разделились. В 1839 году миссури покинули деревню и мигрировали к югу от р. Платт. В 1841 году ото сожгли свою деревню, считая, что в ней поселился злой дух, и в 1842 году они и миссури жили в пяти маленьких поселениях. В результате войн и эпидемий численность ото сильно сократилась, и они были вынуждены переселиться поближе к пауни, под чьей защитой жили совместно с родственным племенем миссури.

Ото жили в постоянных деревнях, в земляных домах, выращивали маис, бобы, дыни и три вида тыкв. Отправляясь на равнины, ото пользовались кожаными типи. Ото сражались с сиу, шайенами, арапахо, канзами, осейджами, пауни, понками, омахами, сауками, фоксами, айовами и другими племенами. Впоследствии, для большей безопасности, племя объединилось с миссури. В равной схватке ото считали себя лучшими воинами, чем пауни, и даже после 1840 года не задумываясь сражались с ними, если их задевали. В первой декаде 1800-х годов несколько воинов ото, несмотря на предупреждение своего вождя не связываться с могущественными соседями, украли у чауи-пауни лошадей. Вскоре после этого пауни ушли на ежегодную охоту. Вождь ото, узнав о содеянном, пришел в ярость и сказал, что, если его воины хотят войны с пауни, он позаботится о том, чтобы они получили желаемое. Он вскочил на коня, поехал вверх по р. Платт к оставленному селению и сжег его. Пауни вернулись спустя два-три месяца и, узнав, что их поселение сожжено индейцами ото, начали готовиться к войне. Ото к тому времени остыли, собрали много ружей и других подарков для вождей чауи и попросили белого торговца замолвить за них слово о мире. Мир был восстановлен. Пауни не стали отстраивать сожженное селение и покинули его. Но столкновения с пауни происходили и в последующие годы. Летом 1845 года пауни из поселений с р. Платт отправились на бизонью охоту, но по пути встретили лагерь ото и сразу же с ними поссорились. Произошло сражение, в котором пятеро мужчин пауни были убиты и четверо ранены, со стороны ото погибло пять мужчин и одна женщина. Пауни продолжили искать бизонов, а ото вернулись на Платт и разграбили продуктовые тайники в их пустом поселении. Затем они убили четверых пауни в индейском агентстве Бельвуе. После этого 60 вооруженных воинов ото заставили находившийся там караван с товарами оставить в Бельвуе все предназначенные пауни боеприпасы. Когда пауни вернулись с бизоньей охоты, они узнали, что обещанные им правительственным агентом боеприпасы, по вине ото остались в Бельвуе. Это их сильно разозлило, поскольку им больше негде было взять пуль для своих ружей. В декабре 1845 года ото вновь сожгли поселение пауни, расположенное рядом с миссией, когда те находились на бизоньей охоте.

Несмотря на периодические схватки с индейскими противниками, ото мало выделялись в военной истории Равнин, в большинстве случаев лишь защищаясь от более могущественных врагов, хотя некоторые путешественники отмечали среди них прославленных воинов, чьи боевые заслуги действительно были значимыми.

Ото подписали много совместных договоров с правительством США об уступке своих земель. В 1854 году они продали все свои земли, кроме небольшой резервации на р. Биг-Блю, штат Небраска, где вместе с миссури жили до 1882 года. В 1880 году часть племени переместилась на Индейскую Территорию, на земли сауков и фоксов, а в 1882 году оставшаяся часть покинула Небраску и вместе с миссури присоединилась к перебравшимся на Индейскую Территорию родичам. В 1880 году среди ото произошел раскол, и они разделились на две группы – койотов и квакеров. Первые, желавшие жить, сохраняя старые традиции, переместились на Индейскую Территорию в резервацию сауков-фоксов. Спустя два года квакеры присоединились к ним на землях, выбранных для них между резервациями пауни и понков в Оклахоме, где в 1886 году они вместе насчитывали всего 334 человека.

Перри ду Лак сообщал, что в 1802 г. ото могли выставить 350 воинов. Согласно различным источникам, численность племени постоянно сокращалась: 1833 г. – 1200 чел., 1849 г. – 900,1862 г. (здесь и далее вместе с миссури) – 708,1867 г. – 511,1877 г. – 457,1886 г. – 334. С начала XX в. численность ото-миссури начала понемногу расти и в 1935 г. составляла 727 чел., а в 1998-м-1520 чел.

Пауни

Пауни были одним из наиболее воинственных племен Великих Равнин и представляли собой союз четырех родственных кэддоязычных племен: киткехахки – Маленький Земляной Дом; чауи – Просящие Мяса; питахауират – Человек, Идущий Вниз по Реке (или на Восток), и скиди (также известны как скири). Первые три племени составляли Южную группу пауни. В 1867 году скиди жили в четырех поселениях: Тиуахукаса – Деревня за Хребтом, Тухицпиат – Деревня в Низине, Цкирирара – Волк в Воде, Нахукстату – Тыквеная Лоза. Каждое из них состояло из десяти-двенадцати земляных домов. В таком доме жило по 30–50 человек. Племена также были известны как Волчьи (Луп) пауни — скиди, Великие (Гранд) пауни – чауи, Пауни с Рипабликэн – киткехахки и Тапахе пауни — питахауират. Сами себя пауни называли чахиксичахикс – Мужчины из Мужчин.


Белый Конь (Аса-Гака), пауни. Конец I860-х – начало 1870-х гг.


Когда сиуязычные племена вошли в долину р. Платт, они обнаружили там племена пауни. Скиди охотились самостоятельно к западу и северу от своих поселений, а военные отряды посылали на юг вплоть до р. Ред-Ри-вер. Хуан Падилья определил численность скиди в 1819 году в «чуть более 800 человек», а Берландье в 1828 году – в 1500. Остальные три племени действовали как отдельная группа. В 1835 году эта группа насчитывала около 4000 человек, проживавших приблизительно в 600 типи. Практически до конца XIX века киткехахки, чауи и питахауираты относились к скид и почти как к чужакам. В XVIII веке между ними и скиди даже случались кровопролитные столкновения, и в 1864 году старейшие пауни все еще могли назвать имена многих участников тех сражений. Враждебные настроения между скиди и остальными тремя племенами пауни прекратились приблизительно в 1847 году. Селение скиди на р. Луп было сожжено сиу, их зимняя охота 1846/47 года закончилась плачевно. Скиди уже более не могли охотиться вблизи рукавов р. Платт, а остальные пауни были измучены нападениями сиу, шайенов и других врагов на своих землях у р. Рипабликэн. Поэтому, когда скиди, запрятав поглубже свою гордость, попросили у чауи разрешения охотиться на их землях, вожди чауи согласились принять их. Три племени были рады иметь под боком воинов скиди, и уже в октябре 1848 года все племя пауни в полном составе отправилось на совместную бизонью охоту.

Религия пауни представляла собой необычайно глубокую и отточенную систему воззрений и церемоний. Скиди-пауни были единственным племенем Равнин, приносившим своему божеству Утренняя Звезда человеческие жертвы. Эту практику они оставили только в 1830-х годах благодаря стараниям вождя Петалашаро.

Основными чертами пауни были агрессивность по отношению к своим краснокожим соседям и дружелюбие к белым людям, что, несомненно, было вызвано политическими соображениями. В начале XIX века они, подобно многим другим племенам, иногда грабили белых путешественников, но к 1840-м годам ситуация полностью изменилась. Брекенридж отмечал в 1811 году, что у пауни «есть одна черта, которую стоит упомянуть. Они редко, если вообще когда-либо, проливали кровь белого человека. Когда они находят на своих землях белого охотника, то отбирают его меха и оружие, избивают шомполами от ружей и прогоняют». Но во второй половине XIX века многие путешественники и исследователи высказывали искреннее восхищение этими храбрыми и во многом необычными людьми. Джордж Гриннел так писал о них: «Я был до глубины души поражен характером пауни, достойным самой высокой оценки». Батальон из сотни разведчиков пауни, служивших в армии США с 1864 по 1877 год, сыграл важную роль в войнах с враждебными племенами Равнин. Однако некоторые пауни порой все же нападали на американцев с целью грабежей, если были уверены, что их не узнают. Любопытный случай произошел в 1865 году. Пятнадцать солдат из разных частей после выздоровления двигались из форта Ливенворт в форт Кирни, штат Небраска, сопровождая запряженный шестью мулами фургон.

По некоему бюрократическому недоразумению им не было выдано оружие, и бедняги оказались практически беззащитны. 18 мая к ним подъехало около двадцати индейцев, вооруженных, помимо прочего, кавалерийскими саблями. Они убили двух солдат, ранили шестерых, после чего разграбили фургон. Одного из американцев краснокожие скальпировали живым. Воины не стали убивать остальных и уехали. По словам оставшихся в живых солдат, эти индейцы были странными. Прически нескольких из них были такими же, как у пауни, но они утверждали, что являются дружественными сиу и шайенами и даже показали стрелы этих племен. Как раз в те годы, по словам Джорджа Белдена, многие пауни начали отращивать волосы именно для того, чтобы не быть узнанными во время грабежей. Можно не сомневаться, что если бы они были сиу или шайенами, то убили бы солдат не раздумывая. В других случаях сомнений относительно принадлежности краснокожих не возникало. 29 января 1869 года в одном из поселений Канзаса были угнаны лошади, и капитан Эдвард Бирн из форта Додж с 25 кавалеристами бросился в погоню. Он нагнал конокрадов у Малберри-Крик и отбил лошадей. В результате схватки двое солдат получили ранения, но им удалось убить семерых пауни.

Самым агрессивным племенем среди пауни были скид и. Берландье в 1828 году сообщал относительно них: «Агуахи (скиди. – Авт.)… торгуют с любым незнакомцем, посещающим их. Они… очень напоминают команчей. Подобно им, они воюют с разными другими северными народами, но союзны с тавехашами… Агуахи, должно быть, имеют значительную боевую силу, поскольку в 1822 году они послали на церемониальное заключение мира с команчами 600 хорошо вооруженных воинов… Они очень воинственные люди».

Брекенридж утверждал, что пауни «хотя и в войне с большинством соседей, народ весьма трусливый». Фраза сомнительна, поскольку трусливый народ едва ли мог воевать с таким количеством врагов и при этом пользоваться их уважением. Они сражались не только со всеми соседями, но и со многими отдаленными народами. Среди их врагов были сиу, шайены, арапахо, кроу, понки, омахи, канзы, ото, осейджи, айовы, юты, команчи, кайовы, кайова-апачи, вичиты, кэддо, а также переселенные на Равнины чероки, шауни, кри, семинолы, делавары, сауки, фоксы и кикапу. Старики арапахо говорили, что пауни были их наиболее серьезными врагами после ютов и самыми свирепыми бойцами на Равнинах. Шайены всегда хотели истребить пауни и постоянно нападали на них, но и они считали пауни храбрыми людьми. По словам шайенов, тяжелее всего для них было сражаться с пауни и кроу. Столкновения с этими племенами, как вспоминали их старики, напоминали сражение двух быков-бизонов – оба сильно толкают, упираясь друг в друга, сперва один давит другого, пока не устанет, после чего второй бык начинает толкать первого.

Непримиримая война между пауни и союзными сиу и шайенами была одной из самых жестоких и кровопролитных межплеменных войн на Равнинах. Враги обычно собирали огромные конные военные отряды и отправлялись на поиски пауни, когда племя уходило на ежегодную бизонью охоту. Они ждали, когда воины пауни рассредоточатся в погоне за бизонами, а затем нападали на них и гнали до их охотничьего лагеря, убивая по ходу много людей. Сэмуэль Эллис сообщал, что только между 1 марта и 1 июля 1843 года враги пауни убили 200–250 человек и угнали около 400 лошадей и мулов. На бизонью охоту племя уходило на Равнины в июне или июле и возвращалось назад в свое поселение в августе или начале сентября. Зачастую вражеские отряды появлялись у постоянных деревень пауни и атаковали их, пользуясь значительным численным превосходством. В 1860 году огромные отряды сиу, шайенов и арапахов нападали на деревни пауни 10 апреля, 19 и 21 мая, 22 июня, 5 и 11 июля, 1 и 14 сентября.

История пауни изобилует многочисленными кровопролитными столкновениями с сиу и шайенами. В 1830 году против них в поход отправилось все племя шайенов. На р. Южный Луп, штат Небраска, они обнаружили церемониальное собрание скид и, которые намеревались принести в жертву Утренней Звезде пленницу. В начале битвы, когда оба племени вытянулись в линию друг против друга, один из пауни вышел вперед и сел перед шеренгой соплеменников. Во время атаки ему удалось выдернуть из рук шайена копье, к которому был привязан племенной талисман – Магические Стрелы. Шайенам не удалось их отбить, и они уехали, полностью деморализованные.

В 1832 году пауни впервые были атакованы огромным отрядом конных воинов сиу, которые убили около 100 человек. Битва скорее всего произошла не в деревне, а в охотничьем лагере скиди. 27 июня 1843 года сиу напали на селение пауни, состоявшее из 40 домов, сожгли 20 домов и угнали всех лошадей. В ноябре 1843 года скиди и часть питахауиратов охотились вблизи рукавов Платта, когда огромный отряд сиу, шайенов и арапахов неожиданно атаковал их лагерь. Несколько храбрых мальчиков пауни спасли племенной табун, пригнав лошадей в лагерь, но людям хватило времени лишь на то, чтобы вскочить на коней и бежать. Они потеряли всю утварь, свежее мясо и шкуры. Вернувшись в свое поселение в феврале 1844 года, пауни обнаружили, что все их запасы маиса, бобов и сушеных тыкв, хранившиеся в тайниках, испортились. Этой же зимой сиу атаковали одно из поселений пауни, убили около 80 человек и сожгли 100 жилищ. В результате массированных атак сиу 1842–1846 годов пауни ушли из своих деревень на р. Луп, а затем поселились в новых деревнях к югу от р. Платт, где, как они надеялись, сиу не будут доставлять им беспокойств. Но в январе 1847 года сиу атаковали охотившихся вблизи рукавов Платта скиди. Произошло крупное сражение, в котором погибло 32 пауни. В мае 1847 года огромный военный отряд сиу из 700 или 800 воинов подошел к поселению пауни, единственному оставшемуся на р. Луп, и, обнаружив, что жители отсутствуют, сжег его. Они уже сжигали это поселение в 1846 году, а теперь докончили работу. Затем они наткнулись на лагерь из 200 пауни и в яростном бою убили 83 человека. 6 июля 1849 года военный отряд из 500 сиу и шайенов приблизился к деревне чауи на южном берегу р. Платт, ниже Грэнд-Айленда. Обнаружив, что в ней никого нет, они сожгли ее. Чауи использовали эту деревню до весны 1849 года, после чего покинули ее и в мае построили себе новую в устье Солт-Крик. 9 июля караван белых людей встретил отряд из 700 воинов пауни, ото и омахов, искавших этот вражеский отряд. Один из белых указал направление, в котором уехали встреченные ими сиу и шайены, и воины бросились в преследование. Никаких сведений о последствиях этой погони нет. В 1849 году в результате нападения сиу скиди лишились практически всех своих лошадей.

Весной – летом 1852 года против пауни выступила огромная экспедиция из представителей пяти племен: шайенов, сиу, арапахов, кайовов и кайова-апачей. Все племя пауни находилось на летней охоте. Произошло крупное сражение, в котором обе стороны понесли большие потери. Эта летняя охота прошла для пауни очень тяжело из-за постоянных нападений врагов. Скиди двинулись вверх по р. Платт, а затем повернули на юг к р. Рипабликэн, где и разбили лагерь всего на одну ночь. На следующий день их атаковали враги, и был серьезный бой. На следующий день скиди двинулись на юг вдоль Бобриного ручья, где встретили три остальных племени пауни: чауи, киткехахки и питахауират. Через день снова появились враги. Бой продолжался приблизительно до 16.00. На пятый день пауни откочевали на юго-восток и разбили лагерь на ночь. На следующее утро появились сиу, и произошел еще один бой, который закончился после полудня. На следующее утро пауни перенесли лагерь, а перед рассветом следующего дня появилось много команчей, которые попытались угнать лошадей, но им это не удалось. Снова начался бой. Люди были встревожены постоянными нападениями различных племен, и утром лагерь снялся, пауни откочевали далеко на юго-восток. Утром следующего дня появился отряд шайенов, арапахов, кайовов и команчей. Бой продолжался все утро. Пауни было очень много, но и военный отряд союзных племен был огромен. Линия боя растянулась на полторы мили. В полдень бой прекратился, но вскоре начался снова. К вечеру враги разъехались. По словам шайенов, это было печальное время, поскольку племя потеряло несколько лучших воинов. Шайены плакали и в скорби резали себя ножами, обрезали волосы и хвосты лошадей.

В 1854 году пауни снова постигло несчастье. Превосходящими силами шайенов и кайовов была вырезана их община, состоявшая из 113 человек.

24 сентября 1857 года вожди пауни подписали договор с правительством США, согласно которому они уступили свои последние земли в обмен на маленькую резервацию на р. Луп и правительственную помощь. Впервые в договоре было записано обещание активной защиты пауни от нападений сиу. Но в августе 1858 года 2500 охотников пауни – мужчин, женщин и детей – бежали на восток после битвы с сиу, в которой потери были с обеих сторон и сиу угнали большую часть лошадей.

Лето 1863 года началось с серьезного нападения, произошедшего 22 июня. Позже, тем же летом, 300 брюле атаковали селения пауни, ранили стрелой капитана, убили одного солдата и много пауни, прежде чем охранявшие их кавалеристы отогнали врагов. Маленькие отряды сиу почти ежедневно убивали работавших на полях женщин, а ночью прокрадывались в селения и уводили лошадей. Рота кавалерии оказалась бесполезной. Белые работники агентства были так испуганы, что прекратили все работы и оставались поближе к строениям, где располагались солдаты.


Вождь Трубки, пауни. 1858 г.


На летнюю охоту 1865 года пауни отправились под охраной роты кавалеристов. Это была лучшая охота за последние много лет. Будучи защищены от сиу, пауни убили 1600 бизонов, получив таким образом очень много мяса и шкур. В 1865 году на резервацию пауни не было совершено ни одного набега сиу и шайенов. Зиму 1864/65 года большинство сиу и шайенов провели на р. Паудер вдали от пауни, и зимняя охота последних прошла хорошо. Сиу появились в мае, но это был маленький набег – сиу пробрались в селение ночью и увели два десятка лошадей. Событие так напугало нового индейского агента Хилера, что он потребовал послать солдат для охраны агентства. Но нападения крупных отрядов продолжались, и пауни теряли своих людей десятками. В 1873 году произошло большое сражение на р. Рипабликэн, когда охотничий отряд из 400 пауни, из которых всего 213 были мужчинами, атаковало около 600 сиу. Погибло 83 пауни.

В 1874 году пауни поехали на юг на Индейскую Территорию и заключили мир с кайовами, команчами, вичитами и южными шайенами. С тех пор войн между южными шайенами и пауни не было, а набеги их северных родичей и сиу продолжались до конца 1870-х годов, но крупных сражений уже не происходило.

Считается, что первым упомянутым пауни был индеец, которому испанцы дали имя Турк. В 1541 году он стал проводником экспедиции Коронадо из Новой Мексики через Равнины в Канзас. Испанцы Новой Мексики уже в XVII веке столкнулись с пауни, нападавшими на их поселения, чтобы захватить лошадей, и в течение двух столетий испанские власти с переменным успехом пытались установить с пауни мирные отношения. Впрочем, не следует забывать, что до начала XIX века испанцы и американцы зачастую путали пауни и вичитов, причем последних часто называли Черными пауни и Татуированными пауни, а потому некоторые атаки на белых людей, приписываемые пауни, были делом рук вичитов.

Поскольку в XVII и XVIII веках деревни пауни располагались далеко от районов, на которые претендовали испанцы и французы, они на время избежали фатального влияния контактов с белой расой. Но во второй половине XVIII века белые люди все чаще стали проникать на земли пауни, и эпидемии новых, неизвестных болезней серьезно сократили их численность, что отразилось на военной мощи племени.

Первый договор с правительством США пауни подписали в Сент-Луисе в июне 1818 года, когда был заключен официальный мир со всеми племенами региона, пострадавшими от войны 1812 года. По договору в форте Аткинсон, штат Небраска, от 28 сентября 1825 года, пауни признали власть правительства США. В дальнейшем – в 1833, 1848, 1857 и 1876 годах – племя подписывало договоры, по которым уступало американским властям свои земли. Согласно Ибервилю, численность пауни в 1702 г. составляла 2000 семей. Перри ду Лак сообщал, что в 1802 г. скиди могли выставить 200 воинов, киткехахки – 300, а чауи (вероятно, вместе с питахауират) – 500. В 1806 г. (Зебулон Пайк) – 6223 чел., из которых 1993 были воинами. В 1820 г. (Эдвин Джеймс) – 6500 чел.

В 1825 г. (полковник Генри Аткинсон) – 10 250 чел., из которых 2050 воины. 1833 г. (Джордж Кэтлин) – 10 000 чел. 1834 г. (официальные данные) – 11 000 чел. Но, по сообщениям миссионеров, в 1834 г. пауни составляли 8000 чел. В 1838 г., по сведениям миссионеров Данбара и Эллис, они насчитывали около 10 000 чел., что подтверждается другими сообщениями того периода. В 1840 г. численность пауни, по данным миссионеров, сократилась до 6244 чел., а в 1847-м повысилась до 8400. К 1849 г. эпидемия холеры и войны с краснокожими врагами сократили племя до 4500 душ, а к 1861-му, согласно индейскому агенту, их осталось всего 3416. В последующие годы численность пауни постоянно уменьшалась: 1862 г. – 3414 чел., 1864 г. – 3350, 1865 г. – 2800,1866 г. – 2750,1867 г. – 2935,1868 г. – 2831,1869 г. – 2389,1871 г. – 2364, 1872 г. – 2447,1875 г. – 2276,1876 г. – 2026,1879 г. – 1140 (в первые пять лет, которые племя провело на Индейской Территории, умерло 800 чел.), 1881 г. – 1250, 1886 г. – 998, 1890 г. – 804, 1900 г. – 804, а в 1906 году – всего 649. В XX в. численность племени начала медленно расти и к 1940 г. достигла 1017 чел. Относительно раздельной численности всех четырех племен пауни: 1806 г. (Зебулон Пайк): скиди – 1485 чел., из которых 480 воины; чауи и питахауират – 3120, включая 1000 воинов; киткехахки – 1618 (500 воинов). 1820 г. (Эдвин Джеймс): скиди – 3500 чел., чауи и питахауират – 2000, киткехахки – 1000.1825 г. (Генри Аткинсон), скиди – 3500 чел., чауи и питахауират – 5500, киткехахки – 1250. 1840 г. (миссионеры): скиди – 1906 чел., из которых 469 воины; чауи – 1781, включая 330 воинов; киткехахки – 1923 (404 воина), питахауират – 832 (246 воинов). 1872 г. (сообщения индейского агента): скиди – 630 чел., из которых 154 воины; чауи – 759, включая 140 воинов; киткехахки – 550 (124 воина); питахауират – 508 (91 воин). 1938 г. (по словам пауни): скиди – 450 чел., чауи – 200, киткехахки – 250, питахауират – 100.

Понки

По мнению Лафлеша, некоторые данные указывают на то, что сиуязычные понки в прошлом были кланом омахов. Значение слова понка неизвестно, но происходит оно от самоназвания ппакка. Они жили в земляных домах в постоянных деревнях, как и другие полуоседлые племена, ежегодно отправляясь на Равнины, чтобы поохотиться на бизонов.

Первое упоминание понков относится к 1785 году. В письме, датированном 12 декабря 1785 года и написанном предположительно генеральным губернатором Луизианы Эстебаном Родригесом Миро (по мнению Дж. Ховарда, Миро получил эти сведения от других индейцев, которые, возможно, были врагами понков), отмечалось: «На маленьком ручье, что ниже Бегущей Реки (р. Найобрара. – Авт.), расположено постоянное поселение понков. Несмотря на это, люди они кочевые, от природы свирепые и жестокие, безжалостно убивающие всех, кого встретят на своем пути. Если они встречаются с превосходящими силами, то стараются заключить мир. Другими словами, хотя понки имеют не более 80 воинов, дружат они лишь с теми, с кем принуждают их дружить обстоятельства».

К концу XVIII века понки начали получать от торговцев большое количество европейских товаров. В середине 1790-х годов Жан Трюдо основал торговый пост Понка-Хауз для закупки мехов у понков, омахов и сиу. Понки быстро поняли ценность своего положения, дающего им возможность быть посредниками в распространении европейских товаров, и в 1795 году начали останавливать и грабить проплывающих по Миссури торговцев. Одним из мотивов нападений было опасение, что живущие вверх по реке племена – арикары, сиу и другие получат от торговцев ружья, которые впоследствии смогут использовать против их племени. Потери от нападений понков зачастую оказывались весомыми. К примеру, лейтенант-губернатор испанского Иллинойса и комендант Сент-Луиса Зенон Трюдо сообщал, что одна торговая экспедиция, двигаясь вверх по Миссури, была ограблена понками и потеряла товаров на 7000 песо.


Стоящий Медведь, вождь понков. Начало 1870-х гг.


Отношения между понками и США были открыты договором 1817 года, подписанным с целью «восстановить мир и дружбу, существовавшие (между двумя народами. – Авт.) до Войны 1812 года». В 1825 году был подписан еще один договор, по которому на земле понков позволялось жить только торговцам, а племя, в свою очередь, обязалось передавать нарушителей на суд Соединенным Штатам. В 1858 году понки продали свои охотничьи угодья правительству, получив для себя участок земли, что было подтверждено договором 1865 года.

Маленькая численность племени не позволяла понкам принимать активного участия в межплеменных войнах. Они могли вести только оборонительные боевые действия либо искать сильных союзников. Еще в конце XVIII века они были подконтрольны вождю омахов, Черная Птица, который требовал в обмен на защиту дары в виде шкур и других вещей. Эпидемии и постоянные схватки с врагами значительно отразились на их численности. Согласно мехоторговцу Пьеру Антуану Табо, в 1804 году у понков оставалось всего 40 воинов, и больше половины из них были убиты индейцами брюле-сиу во время нападения, произошедшего следующей весной. И хотя его данные о численности, несомненно, неточны, понкам пришлось искать защиты от сиу у омахов. В 1824 году отрядом сиу были убиты еще 18 мужчин понков, включая ведущих вождей племени. В 1830-х годах Дугерти и Пилчер сообщали, что понки могут выставить всего 75—100 воинов и вынуждены сражаться на стороне сиу против пауни. Они отмечали в 1835 году, что в прошлом понки занимались земледелием, «но грабежи сиу вынудили их присоединиться к сиу и стать охотниками на бизонов». Позднее сиу заставили их участвовать в войне против омахов. Но отношения с сиу вскоре испортились, и последний раз племя провело удачную бизонью охоту в 1855 году. В последующие годы многочисленные отряды сиу не только отрезали понков от бизоньих пастбищ, но и вынудили их вести полуголодный образ жизни, постоянно оставаясь в своих деревнях, опасаясь даже возделывать поля. В дальнейшем отношения понков с пауни, как правило, были мирными. Иногда конокрады пауни воровали у понков лошадей, но если их ловили, то убивали на месте, что порой вело к ответным мерам. Оба племени часто посещали друг друга и оказали заметное культурное взаимовлияние. В 1859 году объединенный военный отряд сиу и шайенов атаковал охотничий лагерь понков, убив нескольких влиятельных людей племени. После возвращения вождь Вегасапи обвинил индейского агента Грегори в том, что правительство помогает его врагам, и, протянув окровавленные стрелы, в отчаянии проговорил: «Я больше не желаю вести себя словно женщина, а отправляюсь в военный поход, как поступал, пока мой Великий Отец не связал мои руки сладкими речами! Лучше умереть воином, а не ждать, когда сиу придут сюда и убьют нас». К чести Грегори, он попытался сделать для защиты маленького племени все, что от него зависело. Осенью 1860 года он отправился в путь и провел совет с брюле-сиу, которые благодушно обещали ему оставить понков в покое, поскольку ожидали, что «будут слишком заняты походами против омахов и пауни».

Однако общая политика правительства США в отношении понков была схожа с его отношением к другим мирным племенам. В 1868 году правительство передало сиу резервацию, включавшую в себя резервацию понков на р. Найобрара, при этом интересы понков, естественно, были игнорированы. С этого момента сиу стали нападать на понков, имея для себя довольно веское основание – понки оказались захватчиками новых земель сиу, принадлежавших понкам еще по договору 1858 года! Правительство не только не сделало попытки исправить ужасную ошибку, но даже не пыталось защитить несчастных. Более того, дикие сиу периодически снабжались первоклассными ружьями для «охоты на бизонов». Весь ужас подобной политики снабжения враждебных кочевников огнестрельным оружием и ограничения в нем мирных племен заключался в том, что любой белый житель границы прекрасно знал, что из-за сложностей в получении боеприпасов индейцы крайне редко использовали ружья для охоты на бизонов, но всегда с радостью направляли их против своих краснокожих и бледнолицых врагов.

В 1877 году понкам сообщили, что они переселяются на Индейскую Территорию. Причину переселения не объяснили ни протестующим вождям, ни их людям. Восемь вождей вместе с представителями правительства отправились на Индейскую Территорию, чтобы отобрать место для новой резервации. Вожди отказались выбрать резервацию на этой «странной земле» и умоляли позволить им вернуться, но получили отказ. Тогда, с несколькими долларами в кармане, имея при себе лишь по одному одеялу, они за сорок дней самостоятельно вернулись домой, пройдя около 500 миль. Но 1 мая все племя силами армии США было переселено в новую резервацию. В результате смены климата с холодного на жаркий и влажный всего за год умерла треть племени. Среди умерших был и сын вождя Стоящий Медведь, который пожелал похоронить его на земле предков, взял кости сына и в январе 1879 года вместе с группой ближайших соратников пешком отправился в путь. Солдатам приказали перехватить их, арестовать и вернуть назад, но по пути на юг история получила огласку, граждане города Омаха встали на защиту несчастных, а адвокаты предложили свою помощь. Судья Данди признал, что правительство США не имеет права насильно переселять пленников на Индейскую Территорию, и приказал отпустить их. Сенат назначил расследование правомерности переселения понков, в результате чего им была предоставлена резервация на родных землях, а за потерянную собственность выплачена компенсация.

В 1802 г. Перри ду Лак сообщал, что понки могли выставить 300 воинов. Касс в 1836 г. указал общую численность племени в 900 чел., Бент в 1846-м – 2000, Мэтлок в 1847-м – 1600, Митчелл в 1852-м – 800. Численность понков в ноябре 1874 г. составляла 733 чел., которые жили в трех деревнях. Официальный отчет за 1910-й показал 875 чел., а за 1989-й – 3277.

Сарси

Маленькое атапаскоязычное племя Северных равнин. Название произошло от слова из языка черноногих са-арси – плохие, но сами себя они называли тсу тинна – Люди Земли или Много Людей. Легенда сарси гласит, что их отделение от биверов произошло после того, как однажды зимой на огромном озере некая женщина попыталась вытянуть вмерзший в лед бизоний рог. Лед треснул и разделил племя на две части – одна осталась на севере, другая на юге. Но это не более чем легенда. Предание биверов, напротив, судя по всему, основано на реальных событиях. В нем говорится, что отделение сарси от них произошло в результате кровной мести. Некий юноша убил собаку, принадлежавшую человеку из другой части племени. Владелец убил юношу, а его родственники убили владельца. В конце концов вражда достигла такого накала, что слабейшая группа была вынуждена мигрировать подальше. В действительности незадолго до появления европейцев часть биверов, впоследствии ставшая сарси, начала проводить теплое время года на Равнинах, охотясь на бизонов, а на зимовку возвращаться к сородичам в леса. В начале XVIII века, когда кри, вооруженные огнестрельным оружием, стали вторгаться на запад, они клином разделили биверов и сарси.

К концу XVIII века лагеря сарси часто видели в верховьях р. Северный Саскачеван, а позднее вокруг Бивер-Хиллс. По сведениям Ходжа, в начале XIX века сарси жили в 35 палатках и могли выставить всего 120 воинов. Их охотничьи угодья располагались в верховьях Саскачевана в сторону Скалистых гор. По словам Умфревилье, в 1790 году сарси являлись одним из основных племен, торговавших с Компанией Гудзонова залива. Александр Генри писал о них в 1811 году: «Эти люди имеют репутацию храбрейшего племени на всех Равнинах, осмеливаясь противостоять лицом к лицу врагам, в десять раз превосходящим их по численности, в чем я лично мог убедиться во время пребывания на этой территории». Они воевали с кри, кроу, кутеней, плоскоголовыми, шошонами и ассинибойнами. Еще в начале миграции сарси на Северные равнины между ними и черноногими установились очень близкие дружеские отношения. Ранние путешественники иногда даже считали сарси не отдельным народом, а четвертым родственным племенем конфедерации черноногих. Наиболее близко сарси обычно общались с бладами и сиксиками. Несмотря на союз с черноногими, они часто вступали в конфликты с разными племенами конфедерации, отстаивая свою независимость. В некоторых случаях открытые конфликты с одним из племен конфедерации вынуждали их искать защиты у других.


Верховный вождь сарси Бычья Голова


Их обычаи были сильно изменены в результате долгого пребывания среди черноногих, но язык остался неизменен. Летом сарси кочевали несколькими общинами в поисках бизонов, живя в кожаных типи, а зимой перебирались в низкие бревенчатые хижины, обмазанные землей. Их культура и церемонии были практически идентичны черноногским. Племя не имело единого вождя, но при необходимости (например, во время посещения торговых постов) от лица всего племени выступали наиболее влиятельные вожди.

Численность сарси в 1780-х гг., согласно Томпсону, составляла 90 палаток, или 650 чел. Маккензи в 1801 г. сообщал о 35 палатках и 120 мужчинах, а Фидлер в том же году – о 70 палатках. Генри в 1810 г. писал о 90 палатках и 150 мужчинах. Франклин в 1824 г. насчитал 100 палаток. В 1837 г. эпидемия оспы сократила их численность до 250 чел. Симпсон (1841 г.) – 50 палаток, 350 чел., из которых мужчин – 100. Роуанд (1843 г.) – 45 палаток, или 350 чел. Хинд (1859 г.) – 45 палаток, или 360 чел. Постепенно, благодаря межплеменным бракам и прочим условиям, численность сарси возросла до 420, когда следующая эпидемия, случившаяся в 1869 г., унесла жизни более 320 мужчин, женщин и детей. Все племя стало умещаться всего в 12 палатках. У некоторых современников возникло опасение, что вскоре племя перестанет существовать, но оно выжило. К моменту подписания договора № 7 в 1877 г. сарси насчитывали 255 чел. По данным преподобного Вилсона, в 1888 г. сарси делились на две общины – сарси-блады и истинные сарси. Он писал, что люди они малообщительные и не испытывают любви к белокожим. В 1909 г. их численность составляла 197 чел., и они занимались земледелием, выращиванием скота и рубкой леса в резервации у Калгари, провинция Альберта, практически не вступая в контакты с другими индейцами, за исключением церемониальных собраний. В 1924 г. их осталось всего 160 чел., но к 1984 г. численность возросла до 717.

Сиу

Равнинные сиу являлись самой западной частью племен группы сиу и, соответственно, принадлежали к сиуязычной семье. Их ранняя история ничем не отличалась от истории других племен дакотов, но после миграции на Великие Равнины, произошедшей в конце XVIII века, они стали действовать независимо от восточных родичей, а их культура полностью изменилась.

Название сиу произошло от оджибвейского слова надоуе-сиу-ег – Гадюки. Равнинные сиу были также широко известны каклакоты и тетоны и состояли из семи самостоятельных племен: 1) оглалы (Разбрасывающие); 2) мини-конжу (Сажающие Семена у Речных Берегов)’, 3) брюле (сичангу, Обожженные Бедра); 4) охенонпы (Два Котла); 5) итазипчо (санс-арк, Без Луков); 6) сихасапы (Черноногие Сиу); 7) хункпапы (Ставящие Палатки в Оконечностях Лагерного Круга). Самыми крупными из этих племен были брюле и оглалы.

Многие племена называли сиу Отрезающими Головы или Перерезающими Горло, что на языке жестов показывали движением руки вдоль горла. Кайовы называли их кодалпа-киаго – Люди Ожерелья, имея в виду так называемые хайр-пайпы, которые, по мнению кайовов, на Равнины принесли именно сиу. На языке жестов знак для перерезать горло и хайр-пайп идентичен. Скорее всего, это кайовская ошибка, и их название произошло из-за неверного понимания обозначения этого племени на языке жестов.

В разные времена равнинные сиу воевали с хидатсами, манданами, арикарами, шайенами, арапахо, кайовами, понками, омахами, пауни, осейджами, черноногими, сарси, гровантрами, кри, равнинными оджибвеями, ассинибойнами, кроу, ото, миссури, айовами, канзами, шошонами, банноками, кутеней, ютами и плоскоголовыми. Для сиу было очень сложно сохранять продолжительный мир с кем-либо из соседних племен – они были слишком многочисленны, воинственны, разбросаны на огромной территории и управлялись разными людьми. Основными врагами различных племен сиу были их соседи. Так, главными врагами брюле были арикары и пауни (см. «Пауни»), Основными врагами оглалов были кроу. «Война между этими двумя народами, – писал Дениг в 1855 году, – продолжается так долго, что никто из ныне живущих уже не помнит, когда она началась». Миниконжу до 1846 года сражались в основном с арикарами, манданами и хидатсами. Помимо этого, они с давних времен часто присоединялись к оглалам в экспедициях против кроу. К 1846 году численность бизонов стала уменьшаться, и миниконжу поняли, что в их же интересах заключить мир с арикарами, от которых они получали маис в обмен на шкуры и мясо. Хункпапы, сихасапы и итазипчо в то время также были в мире с арикарами, но воевали с манданами, хидатсами и кроу.

Сиу всегда были яростными и храбрыми воинами, доказав это в многочисленных битвах с индейскими врагами и американскими солдатами. И хотя порой приходится сталкиваться с противоположными замечаниями, их скорее можно отнести к досадному бахвальству. Джордж Гриннел, например, «слышал, как шайены… говорили… о сиу, что сражаться с ними было все равно что преследовать бизоних, потому что сиу убегали так быстро, что шайенам приходилось что было мочи гнать своих лошадей, чтобы настигнуть их и убить». Пауни, несомненно являвшиеся одними из величайших воинов Равнин, хвастливо заявляли, что причина того, что «у сиу так много общин, заключается в том, что каждый раз, когда воину сиу удается убить пауни или посчитать на нем «ку»[16], это почитается деянием такой значимости, что он становится вождем, забирает свою семью и основывает новую общину». Дениг писал в 1855 году, что в войне брюле-сиу с пауни и арикарами, первые, как правило, оказываются более успешными. Он считал, что миниконжу «лучшие бойцы, чем арикары, и больше рискуют во время битв». В войне между сиу и кроу, по его словам, кроу убивали больше сиу, а сиу уводили у них больше лошадей. Объяснение этому кроется в том, что их военные отряды чаще проникали на земли кроу, а последним чаще приходилось защищаться, убивая конокрадов сиу.

Отношение равнинных сиу с белыми людьми до начала эмиграции на Дальний Запад (современные штаты Орегон, Невада, Калифорния) складывались достаточно миролюбиво, хотя иногда мелкие группы путешественников подвергались нападениям с их стороны. Первый договор с правительством США тетоны подписали в 1815 году у Портаж-де-Су, и он был подтвержден договором от 22 июня 1825 года у форта Лукаут, штат Южная Дакота. Но уже к началу 1850-х годов отношение разных племен сиу к белым людям стало заметно меняться. Брюле, оглалы и охенонпы были весьма приветливы и радушно принимали торговцев и путешественников в своих лагерях. С оглалами у торговцев редко возникали проблемы, и они считали их «одними из лучших индейцев на этих землях». Миниконжу были более агрессивны и, по словам Денига, «всегда были самыми дикими из всех сиу». По поводу оставшихся трех племен Дениг писал в 1855 году: «Хункпапы, сихасапы и итазипчо занимают практически единый район, часто ставят рядом друг с другом лагеря и действуют сообща». Он отмечал, что их отношение к торговцам всегда было враждебным, и сообщал: «Сегодня торговцы не могут чувствовать себя в безопасности, вступая в их лагеря… Они убивают каждого встреченного белого человека, совершают грабежи и уничтожают любую собственность вокруг фортов на Йеллоустоне… С каждым годом они становятся все более враждебными и на сегодняшний день являются даже более опасными, чем черноногие».


Пропавшая Магия, хункпапа-сиу. 1872 г.


Путь в Орегон и Калифорнию по «Орегонской тропе» вдоль р. Платт проходил через страну сиу, и, когда потянулись караваны переселенцев, начались проблемы с мирными до того племенами. Переселенцы не только распугивали и убивали дичь, сжигали и без того небольшое количество растущих на Равнинах деревьев, но и принесли новые болезни, к которым у индейцев не было иммунитета, отчего они умирали сотнями. Ближе всех оказались брюле, и они более других сиу пострадали от оспы, холеры, кори и прочих болезней. Если прежде, по словам Денига, «брюле… были превосходными охотниками, обычно хорошо одевались, имели достаточно мяса для пропитания и огромное количество лошадей, проводили время за охотой на бизонов, ловили диких лошадей и вели войну с арикарами… и пауни», то к середине 1850-х годов их положение кардинально изменилось. «Сегодня они разбиты на мелкие общины, плохо одеты, на их землях почти нет дичи, и они имеют крайне мало лошадей», – писал Дениг. Оглалы также стали враждебными, а остальные племена сиу, как указывалось выше, и до того не отличались особой любовью к белой расе. Только малочисленные и более миролюбивые охенонпы не проявляли враждебности. О них сообщалось: «Они мало воюют с кем-либо и очень много охотятся, хорошо относятся к белым людям и имеют среди них много друзей».

Ситуация накалялась и в итоге привела к войне, которая с временными перемириями продолжалась до конца 1870-х годов. Сиу были слишком сильным народом, чтобы спокойно смотреть, как гибнут от болезней их люди, а дети голодают. Дениг в 1855 году очень точно предсказал, что сиу, несомненно, станут нападать на караваны, грабить и убивать переселенцев, пока правительство не примет меры «к их полному уничтожению». Он с сожалением отмечал, что обстоятельства складываются таким образом, что избежать такого развития событий просто невозможно.

Летом 1845 года на землях сиу появились первые солдаты, задачей которых было защищать переселенцев. Полковник Стивен Кирни прошел вдоль р. Платт во главе отряда драгун, чтобы продемонстрировать племенам силу американского оружия. Он встретился с сиу на р. Ларами и предупредил, что, если они будут доставлять переселенцам неприятности, солдаты серьезно их покарают. В результате эпидемий холеры, кори и оспы 1849 и 1850 годов сотни индейцев умерли. Сиу и шайены начали говорить о войне. В 1851 году у форта Ларами прошел грандиозный совет с индейцами разных племен: сиу, шайенами, кроу, шошонами и др. Индейцы обещали прекратить воевать друг с другом и не нападать на переселенцев, а правительство США, в свою очередь, выплачивать им ежегодную ренту в товарах. Поскольку вести дела с вождями многочисленных общин было сложно, индейцам предложили назначить верховных вождей для каждого племени. Вождем всех сиу стал маловлиятельный вождь брюле Атакующий Медведь. Индейцам было тяжело понять, как один человек может быть вождем всех независимых племен сиу, и позднее таковых стали называть бумажными вождями. Авторитетом среди соплеменников они не пользовались.

Первая стычка сиу с армией США произошла 15 июня 1853 года, когда один из гостивших у оглалов миниконжу попросил солдата переправить его на лодке на другой берег. Солдат послал краснокожего к черту, а тот выстрелил в него из лука. На следующий день отряд из двадцати трех солдат под руководством лейтенанта Хью Флеминга отправился в лагерь оглалов, чтобы арестовать «преступника». Неизвестно, кто сделал первый выстрел, но в перестрелке погибло пятеро сиу (по другим данным, 3 индейца убито, 3 ранено и 2 взято в плен). Только благодаря вмешательству вождей схватка не превратилась в резню. Спустя несколько дней оглалы атаковали небольшой лагерь переселенцев, убив четверых. Солдаты снова выступили из форта и обстреляли первых встреченных индейцев, убив одного и ранив другого.

Первое серьезное столкновение между сиу и армией случилось 19 августа 1854 года и в истории Великих Равнин получило названия Битва Граттана в селении брюле и Резня Граттана. Миниконжу-сиу, гостивший у брюле, убил брошенную переселенцем корову, и тот пожаловался командующему фортом Ларами лейтенанту Хью Флемингу. Вождь Атакующий Медведь немедленно предложил отдать в уплату переселенцу лошадь, но Флеминг не посчитал дело серьезным, намереваясь отложить его до прибытия индейского агента. Но один из офицеров гарнизона, лейтенант Джон Граттан, не имевший опыта в общении с индейцами, постоянно хвалившийся, что с двадцатью солдатами может разгромить всех сиу, вместе взятых, уговорил Флеминга отправить его в индейский лагерь, чтобы арестовать виновного. Он выступил из форта в сопровождении 31 добровольца, включая полупьяного переводчика Люсьена Огюста, и с двумя горными гаубицами. Дважды по пути его предупреждали об опасности. Профессиональный проводник Обридж Аллен подскакал к нему и указал, что оглалы гонят к лагерю табуны, а значит, готовятся к бою. Чуть позже торговец Джеймс Бордо попросил его остановиться: «Она (корова. – Авт.) лежала измученная от жажды и голода и скоро бы сдохла. Она даже не могла идти, потому что ее ноги были сбиты до мяса». Сиу ждали солдат, но не хотели сражаться. Во-первых, причина для войны с белыми людьми была слишком незначительна, а во-вторых, в их лагерях находилось много женщин и детей. Огюст, разъезжая на своем коне, размахивал пистолетом и издавал военные кличи, крича индейцам, что они бабы и к рассвету он сожрет их сердца. Атакующий Медведь вместе с другими пытался договориться с Граттаном, но безрезультатно. Ни один из вождей сиу не имел достаточной власти для того, чтобы выдавать свободных общинников. Пехотинцы дали залп из гаубиц, после чего оглалы и брюле накинулись на них и перебили всех до единого. Позднее в теле Граттана насчитали 24 стрелы, одна из которых пробила его череп насквозь. Опознать его смогли только по карманным часам. Атакующий Медведь был смертельно ранен и умер, прося соплеменников не мстить за его смерть. Бордо всю ночь раздавал разъяренным индейцам свой скот и товары, убеждая не нападать на форт. К утру ему и старшим вождям удалось охладить пыл воинов.

Но многие молодые воины жаждали мести. Старший брат Атакующего Медведя – Красный Лист, вместе с четырьмя воинами, в числе которых был будущий вождь брюле Пятнистый Хвост, 13 ноября в районе Хорс-Крик, штат Вайоминг, атаковал почтовый дилижанс. Индейцы убили трех человек и захватили металлический ящик, в котором находилось 20 000 долларов золотом. Деньги никогда не были обнаружены.

Мелкие нападения сиу на переселенцев продолжались, и против них была отправлена карательная экспедиция под командованием генерала Харни. На рассвете 3 сентября 1855 года 600 солдат атаковали небольшой лагерь брюле Маленького Грома на р. Блю-Вотер – 41 типи, 250 человек. В течение получаса 86 индейцев (в основном женщины и дети) было убито, 70 женщин и детей захвачено в плен, а лагерь уничтожен. Около сотни переживших трагедию брюле смогли скрыться. Харни потерял 7 человек убитыми и 5 ранеными. Это нападение стало известно как Битва на Эш-Холлоу или, реже, Битва на Блювотер-Крик. Харни отвел пленников к форту Ларами, собрал, там вождей мирных общин и жестко предупредил их, что возмездие за нападения будет неотвратимо. Желая еще больше поразить индейцев возможностями белого человека, он заявил, что белый человек может не только убивать, но и оживлять. Военный хирург дал собаке дозу хлороформа. Индейцы осмотрели ее и подтвердили генералу, что она «совсем мертвая». «А теперь, – приказал Харни хирургу, – оживи ее». Доктор долго пытался привести собаку в чувство, но, вероятно, превысил дозу лекарства, и чуда не произошло. Смеющиеся индейцы разошлись, договорившись тайно встретиться следующим летом, чтобы объединить всех сиу в борьбе против белых захватчиков.

Гражданская война в США в 1861 году оттянула солдат из военных постов Запада, оставив пути переселенцев практически незащищенными до 1865 года, и сиу чувствовали себя свободно, периодически совершая мелкие набеги на белых путешественников. Но так не могло продолжаться долго, и 12 июля 1864 года сиу нанесли удар. Когда караван из Канзаса, состоявший из десяти переселенцев, добрался до форта Ларами, люди из форта убедили их, что дальнейший путь безопасен, а индейцы весьма дружелюбны. Когда они покидали Ларами, к ним присоединилось еще несколько фургонов. После переправы через р. Литтл-Бокс-Элдер появилось около двухсот оглалов, всем видом выказывая свое дружелюбие. Переселенцы накормили их, после чего те неожиданно атаковали белых людей. Троим мужчинам удалось бежать, а пятеро были убиты на месте. Индейцы разграбили фургоны и увезли с собой двух женщин – миссис Келли и миссис Лаример, а также двух детей. Ночью, во время передвижения военного отряда, миссис Келли помогла своей маленькой дочке соскользнуть с лошади, надеясь, что она сможет спастись, но ей не повезло. Позднее отец девочки нашел ее тело, утыканное стрелами и скальпированное. На следующую ночь удалось бежать миссис Лаример и ее сыну. Фанни Келли провела среди краснокожих около полугода и в декабре была возвращена вождями сиу в форт Салли.

Следующее серьезное сражение произошло 28 июля 1864 года и получило название Битва у горы Киллдир. Генерал Альфред Салли с 2200 солдатами и 8 гаубицами, преследуя бежавших из Миннесоты после Восстания Маленькой Вороны санти-сиу, атаковал лагерь тетонов. Сиу ждали его солдат на покрытых лесом склонах гор Киллдир. Лагерь сиу был огромен и насчитывал около 1600 типи, в которых жили 8000 хункпапов, санти, сихасапов, янктонаи, итазипчо и миниконжу. Всего в лагере находилось около 2000 воинов. Салли позднее утверждал, что воинов было более 5000, но это вздор. По словам самих индейцев, воинов было не более 1600. Салли приказал артиллеристам открыть огонь. Тетон-сиу во главе с Сидящим Быком и Желчью заняли правый фланг, а янктонаи и санти во главе с Инкпадутой левый. Бой был долгим и тяжелым, но Салли всячески старался избежать рукопашной схватки, полагаясь на огонь ружей и пушек с дальнего расстояния. Кроме того, солдаты превосходили индейцев численно. Большинство индейцев было вооружено только луками и стрелами. Женщины успели увезти часть палаток и содержимого лагеря, прежде чем войска вступили в него. Салли сжег сотни типи, сорок тонн пеммикана и расстреляли около трех тысяч собак. Салли потерял пять человек убитыми и десять ранеными. По утверждению Салли, его люди убили не менее полутора сотен индейцев, но это, как и его сообщения о численности противника, не более чем нонсенс. На самом деле со стороны сиу погибло около 30 воинов – в основном беглецов санти и янктонаев. Ночью сиу ушли, а Салли заявил о сокрушительной победе над ними.

Колонна Салли продолжила путь на запад и 5 августа подошла к краю Дурных Земель (Бэдлэндов) – 40 миль каньонов глубиной 180 метров и непреодолимых скал. Тем не менее, зная, что на другой стороне – на р. Йеллоустон – его людей ждут лодки с припасами, Салли вошел в каньоны.

Спустя два дня, 7 августа, пока солдаты стояли лагерем на р. Литтл-Миссури, их атаковали сиу. Одна группа обрушила на них град стрел с высоты 150-метровых скал, а другая увела часть лошадей. На следующий день колонна Салли переправилась через реку и двинулась по плато, где их уже поджидали воины сиу. Они окружили солдат с трех сторон, но огонь из гаубиц отогнал их. Это не охладило пыла краснокожих, и на следующее утро, 9 августа, перед колонной появилось около тысячи воинов. И снова гаубицы и дальнобойные ружья помогли солдатам отбить индейцев. К вечеру сиу покинули поле боя, а на следующий день Салли вышел на открытую местность и достиг р. Йеллоустон. Эти три дня стоили хорошо вооруженной армии девяти человек убитыми и сотни ранеными. С луками и стрелами в руках сиу смогли показать двум тысячам солдат, чего они стоят. Эти события стали известны как Сражения в Бэдлэндах.

Следующий удар сиу нанесли 2 сентября 1864 года. Джеймс Фиск, руководивший караваном из 88 фургонов, в которых находилось 200 переселенцев и золотоискателей, направлявшихся на рудники Монтаны, запросил армейский эскорт в форте Райе, штат Северная Дакота. Ему было предоставлено 47 кавалеристов во главе с лейтенантом Смитом. Когда караван был уже в 130 милях от форта Райе, один из фургонов перевернулся, и погонщики двух других остановились, чтобы оказать помощь пострадавшим. Для охраны отставших были оставлены девять солдат, а караван продолжил путь. Вскоре появился вождь хункпапов Сидящий Бык с сотней воинов и атаковал отставшие фургоны. Караван уже успел удалиться на милю, но находившиеся в нем люди услышали стрельбу, и отряд из 50 солдат и добровольцев во главе с Фиском поспешил на помощь. К тому времени хункпапы уже грабили фургоны. Индейцы вынудили Фиска и его людей занять оборону и отбиваться до захода солнца. Ночью им удалось прокрасться к поставленному в круг каравану, но индейцы там не появились. В этот день погибло десять солдат и двое гражданских, а из трех атакованных фургонов индейцы забрали ружья и 4000 патронов. На следующий день караван продолжил путь, но не успел проделать и нескольких миль, как снова подвергся атаке индейцев. Фиск вместе со своими людьми успел поставить фургоны в круг и соорудить вокруг них насыпь. Осажденные назвали свое укрепление фортом Дилтс, в честь убитого краснокожими разведчика. Сиу держали переселенцев и солдат в течение нескольких дней, но так и не смогли пробить оборону. В ночь с 5 на 6 сентября лейтенант Смит в сопровождении тринадцати человек проскользнул мимо индейцев и поспешил за помощью в форт Райе. Переселенцам пришлось прождать на месте еще две недели, прежде чем им на выручку прибыли направленные генералом Салли 900 солдат и сопроводили их в форт Райе.


Вожди и воины сиу


В начале июня 1865 года правительство решило переместить «дружественных сиу», живших у форта Ларами, к форту Кирни, чтобы они не мешались во время предстоящих карательных кампаний, – около 185 типи, или 1500 человек. Форт Кирни находился на территории пауни, и сиу опасались, что те обязательно нападут на них всей своей мощью. Они выступили в путь на восток 11 июня в сопровождении 135 кавалеристов во главе с капитаном Вильямом Фоутсом. Вместе с ними также поехали около 30 гражданских лиц и отделение индейской полиции Чарльза Эллистона. Индейцам позволили оставить при себе оружие. Этот поход превратился в кошмар для сиу. Маленьких мальчишек, которые бегали, солдаты привязывали к колесам фургонов и стегали. Ради забавы они бросали маленьких детей в холодные воды р. Платт, хохоча над тем, как малыши пытаются выбраться на берег. По ночам солдаты силой уводили молодых девушек с собой и насиловали. Через два дня они разбили лагерь на речке Хоре-Крик – солдаты встали на восточном берегу, а индейцы на западном. Этой ночью в индейском лагере появился лидер враждебных сиу Бешеный Конь с несколькими оглалами. Другие воины оглалов укрылись на расстоянии. Он встретился с вождями переселяемых сиу, и на совете они решили уйти от солдат. Утром 14 июня капитан Фоутс с несколькими солдатами въехал, в индейский лагерь, чтобы заставить их двигаться дальше, но сиу больше не повиновались ему. Он и трое рядовых были застрелены, остальные бежали. Позднее военные предприняли несколько попыток наказать отступников, но были отбиты. Это событие называют Битвой на Хоре-Крик или Схваткой Фоутса.

Когда полковник Томас Мунлайт, командующий фортом Ларами, узнал. о произошедшем, он быстро организовал погоню и выступил в путь с 234 кавалеристами. Солдаты проделали тяжелый переход в 120 миль за два дня. Сто человек были вынуждены вернуться назад, потому что их лошади выбились из сил. Утром 17 июня колонна проделала двадцать миль перед завтраком, после чего устроилась на привал… Мунлайт не обратил внимания на предупреждения опытных офицеров, рекомендовавших ему более серьезно отнестись к охране лошадей. В результате сиу угнали практически весь табун (74 лошади), ранив при этом пару солдат. Оставшись без лошадей, кавалеристы были вынуждены уничтожить седла и прочие принадлежности для верховой езды и пешком возвращаться в форт Ларами. 18 июля 1865 года генерал Гренвилл Додж, командующий департаментом Миссури, сообщал: «Полковник Мунлайт позволил индейцам неожиданно напасть на свой лагерь и угнать табун. Я приказал уволить его со службы».

В конце июля Сидящий Бык собрал четыреста воинов и 28 числа атаковал форт Райе. Когда сиу появились на холме, подполковник Джон Патти вывел из ворот солдат, расположив их вокруг частокола. Сиу атаковали, стреляя из луков, но огонь из ружей и гаубиц остановил их. Бой длился три часа, но сиу так и не смогли прорваться сквозь ураганный огонь защитников, хотя им удалось убить двух солдат и ранить троих, потеряв при этом около дюжины своих.

В августе 1865 года на территорию р. Паудер была отправлена карательная экспедиция Коннора, которая закончилась полным провалом (см. «Шайены»).

В 1866 году на «Бозменовском пути» – дороге переселенцев через территорию р. Паудер с 1863 года – были основаны два форта для защиты белых переселенцев – Фил-Кирни и форт Рино. Наплыв белых людей не мог не спровоцировать войну. 21 декабря 1866 года в окрестностях форта Фил-Кирни, штат Вайоминг, объединенные силы сиу, шайенов и арапахо перебили отряд солдат Феттермана – 81 человека, спастись не удалось никому. Яростный бой продолжался всего полчаса. И хотя индейцы были вооружены в основном луками и стрелами, они были полны решимости. Потери индейцев: шайены – 2 воина, арапахо – 1, а сиу около 60. Кроме того, около 100 краснокожих получили ранения. Впервые в войнах на Великих Равнинах полностью был вырезан такой большой отряд солдат. Событие потрясло Америку и было названо Резней Феттермана.

В 1867 году через земли сиу была проложена железная дорога Юнион-Пасифик, и количество белых людей, разоряющих их охотничьи угодья и пастбища, стало катастрофическим. Сиу много сражались, чтобы сдержать их. После ежегодной церемонии Пляски Солнца многие общины сиу и шайенов решили атаковать военные посты вдоль ненавистного «Бозменовского пути», по которому на запад двигались караваны переселенцев. Приблизительно в двух с половиной милях от форта Смит, штат Монтана, находился небольшой частокол, служивший защитой для работников, заготавливающих сено для армейского табуна. Утром 1 августа двадцать пехотинцев под началом лейтенанта Сигизмунда Стернберга отправились охранять шестерых сенокосов. Спустя некоторое время частокол был атакован огромным отрядом сиу и шайенов, но новые многозарядные ружья «Спрингфилд» сослужили белым хорошую службу. Отступив, воины подожгли сено. Пламя уже было метрах в шести от частокола, когда ветер переменился. Индейцы атаковали вновь. Лейтенант Стернберг попытался взбодрить солдат: «Встаньте, парни, и сражайтесь, как подобает солдатам!» Но это были его последние слова, пуля пробила ему голову. Командование принял на себя сержант Джеймс Нортон, но и он вскоре пал. Одному из солдат удалось прорваться за помощью в форт Смит, но подкрепление прибыло лишь спустя несколько часов. Индейцы убили шестерых, а сами потеряли восемь воинов. В историю это сражение вошло как Битва на Сенокосном поле или Битва Хэйфилд.

На следующий день (2 августа 1867 года), но уже в пяти милях от форта Фил-Кирни, штат Вайоминг, огромный отряд сиу, в основном оглалов, миниконжу и итазипчо, атаковал лагерь лесорубов, которых сопровождал эскорт из 51 пехотинца во главе с капитаном Джеймсом Пауеллом и лейтенантом Джоном Дженнесом. Некоторых солдат и лесорубов индейцы атаковали вне лагеря или на пути к форту, и они отбивались самостоятельно. За поставленными в круг фургонами укрылось 24 солдата и 6 лесорубов. Несколько сотен конных сиу помчались к фургонам, но были отбиты из новых многозарядных ружей «Спрингфилд». Тогда они спешились и начали подкрадываться. Во время второй атаки лейтенант Дженнес остался стоять, игнорируя предупреждения товарищей. «Я сам знаю, как сражаться с индейцами!» – заявил он и упал с пробитым пулей лбом. За четыре с половиной часа защищающиеся отбили восемь атак сиу. Через некоторое время из форта прибыло подкрепление из сотни солдат с горной гаубицей, и индейцы отступили. Когда бой закончился, из леса вышли еще четверо лесорубов и четырнадцать солдат, прятавшихся там во время сражения. Всего было убито семеро белых людей и двое ранено. Пауелл сообщил, что его люди убили 60 индейцев и 120 ранили, но подобные громкие заявления армейских чинов о собственном героизме были обычным явлением. По данным историка Джорджа Хайда, потери индейцев составили шесть человек убитыми и шесть ранеными. Это событие стало известно в истории Великих Равнин как Битва Вэгон-Бокс.


Маленький Пес, сиу, 1870-е гг.


Йеллоустонская экспедиция 1873 года под командованием полковника Дэвида Стэнли состояла из 1500 солдат, включая десять рот 7-го кавалерийского полка подполковника Джорджа Кастера, и 400 гражданских лиц. Солдаты были направлены в качестве эскорта исследовательской партии Северной Тихоокеанской железной дороги. Когда 4 августа передовой отряд остановился на привал и расседлал лошадей, появилось шесть индейцев, которые попытались увести табун. Кавалеристы бросились в погоню. Когда они останавливались, индейцы также останавливались, и преследователи поняли, что краснокожие стараются заманить их в ловушку. Вскоре появилось около трехсот сиу. Солдаты спешились, заняли оборону и начали отстреливаться. Воины не стали атаковать их, а постарались поджечь траву, но она никак не занималась. Стороны обстреливали друг друга с дальней дистанции, после чего индейцы начали уезжать. Один из кавалеристов был ранен, а среди индейцев ранения получили трое. Еще три американца, застигнутые врасплох на равнине, были убиты. Экспедиция Стэнли продолжила движение вверх по р. Йеллоустон и вечером 10 августа разбила лагерь в устье р. Бигхорн. Следующим утром сиу и шайены открыли такой массированный огонь с южного берега, что кавалеристам пришлось убрать подальше свои табуны, чтобы не пострадали лошади. Огонь вели около пятисот воинов. Некоторое время стороны обстреливали друг друга, после чего две сотни краснокожих переправились через реку вниз по течению. Солдаты отогнали их, но вскоре к индейцам присоединились новые воины. Однако индейцам не удалось пробить оборону американцев, и они уехали.

В 1875 году начались нападения сиу и шайенов на золотоискателей в Черных Холмах, переросшие в полномасштабную войну, названную Войной сиу за Черные Холмы. Двумя основными событиями, вызвавшими ее, были исследовательская экспедиция Северной Тихоокеанской железной дороги в земли р. Йеллоустон летом 1873 года и подтверждение наличия в Черных Холмах золота, в результате чего произошел наплыв золотоискателей на земли сиу. Сообщалось, что уже летом 1875 года в Черных Холмах обосновалось не менее 800 золотоискателей. Правительство пыталось провести переговоры о продаже территории Холмов с вождем оглалов Красное Облако и вождем брюле Пятнистый Хвост, посетившими Вашингтон в июне 1875 года, предложив 6 000 000 долларов, но они отказали, запросив сумму, в десять раз превышающую предложенную. Общее настроение сиу выразил вождь хункпапов Сидящий Бык: «Нам не нужны здесь белые люди. Черные Холмы принадлежат мне, и, если их попробуют у меня отобрать, я буду сражаться». Правительство решило проблему обычным для себя путем. По всем зимним лагерям краснокожих были разосланы гонцы, сообщавшие, что им следует прибыть в резервацию к концу января 1876 года, иначе они будут считаться враждебными. Кочевать в зимние метели было равносильно самоубийству, и индейцы остались на месте. Против них была организована карательная экспедиция, единственным успехом которой стало уничтожение шайенского лагеря Двух Лун 17 марта 1876 года на р. Паудер полковником Джозефом Рейнолдсом. Летняя кампания была спланирована более серьезно. Сотни солдат выступили с разных сторон, чтобы окончательно разгромить индейцев.

17 июня 1876 года на р. Роузбад, штат Монтана, произошла одна из самых серьезных битв в истории завоевания Великих Равнин – Битва на Роузбад. Разведчики из лагеря Сидящего Быка обнаружили крупные силы солдат генерала Крука (47 офицеров, 1000 солдат, 176 кроу и 86 шошонов), и огромный отряд сиу и шайенов, совершив ночной марш, атаковал их. Для солдат это было полной неожиданностью. Утром на холме появился индейский скаут. Он мчался вниз по холму с криками: «Сиу!» Въехав в лагерь, он сообщил, что вскоре нападут сиу, после чего солдаты сразу же услышали военный клич. Первыми приняли на себя удар скауты кроу и шошоны. Считается, что именно благодаря их участию в битве солдаты избежали полного поражения. По словам Волтера С. Кэмпбелла, старые индейцы сиу и шайенов, участники битвы, которых он знал лично, называли Битву на Роузбад Битвой с нашими индейскими врагами. Силы обеих сторон были практически одинаковы – приблизительно по 1200 бойцов. Лидер сиу Бешеный Конь позднее говорил, что погибло 36 сиу и шайенов и еще 63 воина получили ранения. Известно, что краснокожие разведчики Крука захватили 13 скальпов. Потери Крука составили 9 солдат убитыми и 21 ранеными, 1 индейский разведчик убит и 7 ранено. Несмотря на небольшие потери, Крук был вынужден свернуть военную кампанию. Его солдаты израсходовали в бою около 25 000 патронов, практически сведя на нет весь свой боезапас. Этого количества хватило бы, чтобы пристрелить каждого участвовавшего в бою индейца раз двадцать. После битвы Крук отступил и увел войска, тогда как индейцы праздновали победу. Красивый Щит, шаманка кроу, чей муж Идущий Впереди был среди разведчиков Крука, так говорила об этом сражении: «Три Звезды (генерал Крук. ~Авт.) хотел, чтобы воины кроу присоединились к нему, дабы быть с ним, когда он преподаст их старым врагам хороший урок. Но случилось иначе, и он сам получил хорошую взбучку. И, конечно, кроу и шошоны, находившиеся вместе с ним, также не избежали ее».

Следующее крупное сражение произошло спустя несколько дней – 25 июня 1876 года и стало известно как Битва на Литтл-Бигхорн. Силы Джорджа Кастера состояли из 617 солдат, 30 разведчиков и 20 гражданских лиц. Разведчики Кастера обнаружили огромный индейский лагерь на р. Литтл-Бигхорн – от 1500 до 2000 воинов. Индейские разведчики предупреждали Кастера, что враждебных сиу и шайенов на Литтл-Бигхорн было больше, чем пуль у его солдат, но это не остановило белого вояку. Он разделил свои силы на три части – ошибка, стоившая ему жизни. Кастеру, планировавшему баллотироваться на пост президента страны, нужна была эта победа, и он был готов пойти на риск. Но он не предполагал, что лагерь может оказаться таким огромным. Скауты кроу рассказывали, что перед боем генерал часто прикладывался к бутылке и к началу боя был уже пьян. Одна из жен скаута кроу позже говорила: «Должно быть, именно много виски сделало этого великого вождя солдат глупым в тот день, когда он погиб». В последовавшем бою индейцы полностью, до единого человека, перебили отряд Кастера (более 200 человек), а два остальных отряда вынудили отступить и занять оборону. Всего было убито приблизительно 253 солдата и офицера, 5 гражданских лиц и 3 индейских скаута и 53 человека ранено. Потери индейцев составили около 35 воинов убитыми и 80 ранеными[17]. По словам сиу Дождь на Лице, убивать солдат «было все равно что убивать овец». Красивый Щит, женщина кроу, вспоминала: «Все лето окружающие поле битвы земли воняли трупами, и мы даже были вынуждены перенести свои лагеря подальше оттуда, потому что не могли вынести этого запаха… В течение более года (после битвы. – Авт.) люди моего племени находили останки солдат и сиу в окрестностях реки Литтл-Бигхорн».

Когда стало известно о полном разгроме Кастера, Америка была потрясена. Конгресс США призвал увеличить численность армии и прекратить кормить мирных, резервационных сиу, пока они не откажутся от земель в районе р. Паудер и Черных Холмов. Голодные индейцы согласились. «Мы краснели от стыда», – вспоминал один из белых чиновников, подписывавших соглашение. Военные действия также не заставили себя ждать. 9 сентября 1876 года солдаты капитана Энсона Миллса из колонны генерала Крука атаковали и уничтожили лагерь вождя Американский Конь (Железный Головной Убор) на Слим-Бьюттс в Южной Дакоте. Около 130 солдат напали на небольшой лагерь из 37 типи и отогнали индейцев в холмы. Сиу отбивались, пока не подошел генерал Крук с подкреплением и не вынудил их сдаться. После полудня на выручку прискакали воины из стоявшего в окрестностях лагеря Бешеного Коня, но солдаты отогнали их, после чего Крук приказал уничтожить лагерь. Потери Крука – 3 убитых и 15 раненых. Потери сиу – 14 человек убиты и 23 взяты в плен. Вождь Американский Конь был смертельно ранен и умер в тот же день. Так закончилась Битва на Слим-Бьюттс.

В октябре полковник Нельсон Майлз с колонной из 449 человек обследовал, район р. Йеллоустон в поисках сиу. 20 октября он догнал, лагерь Сидящего Быка на восточном притоке р. Сидр-Крик, штат Монтана. Последовали долгие переговоры, после чего Майлз и Сидящий Бык вернулись в свои лагеря, не сомневаясь, что на следующий день вместо переговоров им придется биться. На следующий день, 21 октября, Майлз подтянул к индейскому лагерю пехотинцев. Снова начались переговоры, но, поняв их бессмысленность, Сидящий Бык прервал их, после чего солдаты атаковали. Согласно некоторым сведениям, в лагере находилось около 900 воинов, но они не могли противостоять современным ружьям и огню артиллерии, и после тяжелого боя сиу отступили, оставив свой лагерь и тонны запасов мяса. Среди солдат было всего двое раненых, а на поле боя. обнаружили пять трупов сиу.

Осенью 1876 года военный департамент организовал еще одну мощную экспедицию, целью которой было захватить или уничтожить последние группы враждебных индейцев, разбивших Крука и Кастера в июне этого года. 25 ноября полковник Маккензи уничтожил лагерь шайенов Тупого Ножа и Маленького Волка. 18 декабря 1876 полковник Нельсон Майлз атаковал общину Сидящего Быка на Эш-Крик, состоявшую из 122 типи. Майлз начал бой, обстреляв лагерь из гаубиц. Когда солдаты ворвались в него, оказалось, что основная часть воинов находится на охоте. Индейцы потеряли 60 лошадей и мулов, 90 типи и одного человека убитым. В декабре 1876 года несколько вождей сиу пришли в форт Кеф под белым флагом, но выскочившие скауты кроу убили их. 7 января 1.877 года в Волчьих горах Майлз расположился на привал и, ожидая нападения индейцев, приказал солдатам сделать насыпь вокруг лагеря. Утром следующего дня появился Бешеный Конь с 500 воинами сиу и шайенов и атаковал солдат. Однако огонь гаубиц не дал индейцам возможности приблизиться, и после пяти часов боя они уехали. Погибло пять индейцев и трое солдат.

Сопротивляться военной силе США становилось все сложнее, и в январе 1877 года Сидящий Бык посетил лагерь Бешеного Коня на р. Танк, сообщив, что хочет уйти в Канаду. Они обсуждали возможность капитуляции, на что Сидящий Бык сказал: «Я еще не хочу умирать».

Весной 1877 года уставшие от бесконечной войны сиу начали складывать оружие и сдаваться. 5 апреля более 600 индейцев сдались генералу Круку после переговоров с Пятнистым Хвостом, выступившим в роли миротворца. 14 апреля пришли в агентство Пятнистого Хвоста и сдались около 900 итазипчо и миниконжу под предводительством Красного Медведя и Дотрагивающегося до Облака. 6 мая капитулировал и сам Бешеный Конь. С собой в агентство Красного Облака он привел 889 оглалов – 217 взрослых мужчин, 672 женщин и детей. Его воины сдали 117 ружей. Но американские власти продолжали бояться великого лидера сиу, и У мая 1877 года он был предательски убит в форте Робинсон. Но свободные индейцы на территории США еще оставались, и 7 сентября 1877 года Майлз с отрядом в 471 человек атаковал лагерь (61 типи) миниконжу Хромого Оленя, поклявшегося никогда не сдаваться. Вождь был убит, лагерь захвачен, а Майлз едва не погиб во время боя. Солдаты убили около 30 миниконжу, ранили 20, захватили в плен 40, а 200 человек бежали. Солдаты потеряли 4 убитыми и 9 ранеными. Кроме того, Майлз уничтожил лагерь и половину лошадей из захваченного табуна в 450 голов.

Сидящий Бык со своими хункпапами ушел в Канаду, где обещал властям жить в мире и соблюдать законы. Он отказался вернуться в США, сказав: «Та земля отравлена кровью». Вместе с ним ушли миниконжу Черного Орла, оглалы Большой Дороги и итазипчо Пятнистого Орла. В Канаде сиу чувствовали себя в безопасности, но из-за недостатка пропитания были вынуждены временами пересекать границу США, которую патрулировали 676 солдат и 143 индейских скаута полковника Нельсона Майлза. 17 июля 1879 года в устье Бивер-Крик на р. Милк, штат Монтана, солдаты обнаружили лагерь 300 сиу Сидящего Быка. Произошел бой, в результате которого индейцы отступили. Обе стороны потеряли по три человека убитыми. В конце 1880 года несколько общин сиу были вынуждены сдаться в агентство Поплар-Ривер, штат Монтана. Они были очень беспокойными, и индейский агент попросил прислать дополнительные войска. 2 января 1881 года 300 солдат двинулись к индейскому лагерю, в котором находилось около 400 сиу – мужчин, женщин и детей. Солдаты атаковали при поддержке огня из двух гаубиц, и сиу бежали. Погибло 8 индейцев, 324 сдались в плен, а 60 улизнули. Армия конфисковала 200 лошадей и 69 ружей и револьверов.

В результате многочисленных попыток американцы сумели убедить Сидящего Быка и его людей вернуться в США, где некоторое время он жил в резервации, но 15 декабря 1890 года был убит индейской полицией, намеревавшейся арестовать его по приказу индейского агента. «Ни при каких обстоятельствах не дайте ему уйти» – таков был их приказ.

В 1890 году многие равнинные племена охватило новое религиозное учение, названное Пляской Духов. Пророк Вовока заявлял, что, если индейцы будут соблюдать определенные ритуалы и исполнять Пляску Духов, белые люди исчезнут, бизоны вернутся, а краснокожие родичи восстанут из мертвых. Власти, боясь нового восстания, пытались остановить отчаявшихся индейцев. 28 декабря 1890 года 470 солдат полковника Форсайта на ручье Вундед-Ни окружили лагерь миниконжу-сиу Большой Стопы – около 300 замерзших, полуголодных индейцев. На следующий день, 29 декабря, Форсайт постарался убедить вождя, что его люди «будут в полной безопасности в руках своих старых друзей-солдат, а голод и прочие проблемы, к счастью, закончатся». Но, когда солдаты разоружали индейцев, в результате недоразумения начался неравный бой с применением артиллерии, во время которого было убито 128 человек, в основном женщин и детей. Это событие известно как Резня у Вундед-Ни. «Кто мог подумать, что пляски способны довести до такой беды? – с горечью вопрошал сиу Короткий Бык. – Нам не были нужны неприятности… мы и не думали о войне. Если мы хотели войны, почему же мы были безоружны?» Но отчаявшиеся, голодные и практически безоружные индейцы смогли дать достойный отпор. Форсайт потерял 25 человек убитыми и 35 ранеными – только на Литтл-Бигхорн солдаты 7-го кавалерийского полка потеряли больше людей, чем в этой битве.

События привели остальных сиу в ярость, и лишь благодаря умелым действиям властей и мирных вождей удалось избежать нового восстания, хотя на следующий день сиу убили еще двух солдат и ранили семерых. События у Вундед-Ни были последним вооруженным столкновением в истории индейских войн.

Приблизительная численность равнинных сиу в разные годы составляла: Льюис и Кларк (1804 г.): брюле – 300 воинов, оглала —150 воинов, миниконжу – 250. Согласно их сведениям, общая численность тетонов составляла 4000 чел., из которых 1000 были воинами, но эти данные, несомненно, весьма занижены. Дениг (1833 г.): брюле – 500 типи, оглалы – 300 типи, миниконжу – 260 типи, сихасапы – 220 типи, хункпапы – 150 типи, охенонпы и итазипчо – по 100 типи. Дениг указывал численность сиу в 1833 г. из расчета по 5 чел. на типи, то есть всего около 1630 тили по 5 чел. в каждом. Таким образом, по его подсчетам, численность тетонов в 1833 г. составляла около 8150 чел. По данным Индейского бюро, общая численность тетонов в 1843 г. составляла 12000 чел. Рэмсей (1849 г.) – более 6000 чел. Калбертсон (1850 г.): оглалы – 400 типи, миниконжу – 270 типи, сихасапы – 450 типи, хункпапы – 320 типи, охенонпы – 60 типи, итазипчо – 250 типи. Риггс (1851 г.) – менее 12 500 чел. Агент Воган (1853 г.): брюле – 150 типи, миниконжу – 225 типи, сихасапы – 150 типи, хункпапы – 286 типи, охенонпы – 165 типи, итазипчо – 160 типи. Воррен (1855 г.): миниконжу – 200 типи, сихасапы – 150 типи, хункпапы – 365 типи, охенонпы – 100 типи, итазипчо – 170 типи. Воррен писал в 1855 г. по поводу охенонпов, что «сегодня многие из них рассредоточены среди других племен» сиу. Дениг (1855 г.): брюле – 150 типи по 5 чел. в каждом, оглалы – 180 типи по 3–4 чел. в каждом. Агент Твисс (1856 г.): брюле – 250 типи. При этом Твисс отмечал, что внимательно пересчитал их, когда они приходили получать ежегодные подарки по договору. По данным Индейского бюро за 1861 г., общая численность тетонов составляла 8900 чел., но эти данные, вероятно, занижены, потому что в 1890 г. тетоны насчитывали 16 426 чел., из которых только Верхние брюле составляли 3245 чел., а Нижние брюле – 1026.

Тонкавы

Тонкавы являются наиболее важным и единственным выжившим племенем из всей тонкавской языковой семьи. По мнению Гатшета, название племени происходит из языка вако – тонкавейя или Они Все Всегда Вместе. Самоназвание племени – титскан-ватитч. Кайовы и команчи называли их куикого и карико соответственно, что означает Людоеды. Название не лишено исторической подоплеки – маленькое племя тонкавов получило широкую известность именно благодаря своему стойкому пристрастию к каннибализму, сообщения о котором появлялись даже во второй половине XIX века. Даже в 1874 году команчи ловили тонкавов за поеданием трупов команчей.

Помимо собственно тонкавов, племя состояло из остатков йохуанов, мейейе, эрвипиами, кавов, эмето, санов, кантонов и других народов. Йохуаны и мейейе были ассимилированы тонкавами во второй половине XVIII века.


Уилл Стивенс, тонкава


В XVIII веке тонкавы были воинственными кочевниками, имели достаточно лошадей и были искусными наездниками. Оружием им служили луки, копья и ружья, а тело воинов прикрывали плотные кожаные рубахи (куэро) и щиты. Они были прекрасными охотниками на бизонов и оленей. Один из белых торговцев сообщал, что только в 1805 году тонкавы поставили ему 5000 оленьих шкур. Страшные эпидемии новых болезней и постоянные нападения команчей и других враждебных индейцев сильно сократили численность племени, отразившись на его боеспособности. Тонкавы были оттеснены команчами от бизоньих пастбищ, и уже в 1828 году Берландье писал: «Раньше тонкавы были достойными людьми, но с каждым днем их число сокращается. Сегодня они представляют собой горстку бедствующих несчастных краснокожих… Мужчины ходят абсолютно голыми за исключением набедренной повязки. Их единственные украшения – это бусинки и ракушки, которые они подбирают в речках». Но, несмотря на все перипетии, тонкавы оказывали врагам яростное сопротивление. Вичиты, к примеру, в XIX веке называли тонкавов храбрейшими из своих врагов, живших к югу от них.

Основными врагами тонкавов в разные времена были липаны и команчи. До начала XIX века тонкавы почти постоянно воевали с липанами и другими апачскими племенами, присоединяясь в нападениях на них к команчам, вичитам и асинаям. Но даже тогда их отношения с команчами и вичитами часто были напряженными. В XIX веке взаимоотношения с этими племенами кардинально изменились, и тонкавы начали выступать на стороне липанов против команчей и вичитов.

Первым европейцем, встретившим племена тонкавской языковой семьи, был Кабеса де Вака в начале XVI века. В 1691 году тонкавы и йохуаны упоминались Франсиско Касаньяс де Хесус Мария как враги асинаев. Следующее упоминание о тонкавах мы находим в записях французской экспедиции Лагарпа в 1719 году, где отмечается, что танкаойи (тонкавы) являлись самыми известными воинами из всех окрестных племен, а тела их вождей были изборождены боевыми шрамами. Они вели кочевой образ жизни, следуя за бизоньими стадами. С этой поры тонкавы в основном были дружественны французам. Первые тесные контакты с испанцами у тонкавов начались со строительства в 1746–1749 годах христианских миссий на р. Сан-Ксавьер (Сан-Габриель) в Техасе. К 1756 году эти миссии были заброшены, и защитный гарнизон испанских солдат перевели в новую миссию на Сан-Саба, построенную для липанов. С тех пор тонкавы стали врагами испанцев и в 1758 году вместе с другими племенами атаковали апачскую миссию Сан-Саба и уничтожили ее. Приблизительно в течение 15 лет после провала миссий Сан-Ксавьер тонкавы враждовали с испанцами, но к 1770 году мирные отношения наладились благодаря новой испанской политике в отношениях с индейцами. Однако испанские власти были серьезно обеспокоены дурным влиянием, которое оказывал на племя вождь Тоске, более известный под именем Эль-Мочо. По происхождению вождь был апачем, в детстве захваченным тонкавами. Он вырос в племени и благодаря боевым заслугам и уму сумел добиться в нем неоспоримого влияния. Амбиции Эль-Мочо чрезвычайно беспокоили испанцев, и они вступили в сговор с его соперниками, замышляя его убийство, но во время эпидемии 1777–1778 годов все краснокожие заговорщики умерли, а Эль-Мочо был избран верховным вождем. 8 октября 1779 года в Бехаре губернатор Кабельо, чтобы завоевать доверие вождя, был вынужден признать Эль-Мочо «великим капитаном» и одарить богатыми подарками. Испанское правительство Мексики запрещало продажу огнестрельного оружия индейцам, ив 1782 году мескалеро и липаны, желавшие приобретать ружья, сделали попытку заключить мир с тонкавами, без проблем получавшими ружья от французов. Более 4000 индейцев собралось в декабре того же года, чтобы обменять ружья на ворованных лошадей, но складывающийся было союз оказался сорван амбициями Эль-Мочо, попытавшегося убедить апачские племена избрать его верховным вождем, обещая за это изгнать с индейских земель всех испанцев. Испанцы не могли оставить угрозу без внимания, и, после долгих интриг, 12 июля 1784 года Эль-Мочо был предательски убит на площади в Байя. Тонкавы избрали нового вождя и около десяти лет жили в постоянном поселении на р. Навасота, после чего вновь вернулись к кочевому образу жизни. Отношения с испанцами с тех пор периодически бывали враждебными.

Ко времени прихода на их земли американцев остатки тонкавов уже не представляли опасности ни для них, ни для краснокожих соседей. Осенью 1855 года правительство США поселило их вместе с кэддо, кичаями, вако, тавакони и команчами-пенатека в две небольшие резервации на р. Бразос в Техасе. Но белые техасцы не желали видеть краснокожих рядом с собой, и напряжение между двумя расами закончилось нападением на индейское агентство. В 1857 году индейцев перевели к р. Вашита в Оклахоме, а тонкавов временно поселили около устья Тонкава-Крик, чуть выше современного города Анадарко.

Пристрастие тонкавов к каннибализму вызывало такую ненависть среди окружавших их племен, что несколько раз племя едва не было уничтожено полностью. В 1862 году тонкавы убили и съели мальчика-кэддо, что переполнило чашу терпения соседних племен, и ночью 23 октября огромный и хорошо вооруженный отряд, состоявший из воинов шауни, дел аваров, кэддо, вичитов и других племен, атаковал агентство тонкавов вблизи Анадарко в Оклахоме. Началась резня, в которой из 300 тонкавов было убито 137 мужчин, женщин и детей. Но даже эта резня, в которой племя было практически уничтожено, не отбила у тонкавов страсти к человеческому мясу.

После резни тонкавы несколько лет скитались, пока к 1870 году их не поселили рядом с фортом Гриффин, штат Техас, чтобы спасти от полного уничтожения. Многие мужчины племени служили разведчиками и проводниками армии США до конца войн с индейцами на Южных равнинах. В 1884 году остатки племени были переселены в маленькую резервацию в штате Оклахома.

Самым известным тонкавом XIX века был вождь Пласидо, или Хашукана (Не Могут Его Убить). Сын воина тонкавов и команчской пленницы, он сам также был женат на плененной женщине команчей, от которой имел двух сыновей. Часто служил проводником и разведчиком в отрядах техасских рейнджеров и снискал известность в сражениях с команчами, которых люто ненавидел. Первые сведения о нем относятся к 1819 году, когда он сопровождал экспедицию майора Джеймса Лонга в Техас. После смерти вождя Карита, случившейся в 1823 году, Пласидо был избран верховным вождем тонкавов. Был дружен с видными техасскими деятелями. Участник битвы на Плам-Крик в 1840 году и других столкновений с команчами. После аннексии Техаса (1846 год) и наплыва белых поселенцев не всегда мог сдержать молодых воинов от стычек с колонистами. В 1848 году два воина тонкавов застрелили поселенца близ Фредрикберга. Опасаясь мщения, Пласидо пытался укрыться у других племен, но везде получил отказ. Позднее вместе со своим племенем поселился в резервации. Был убит во время резни в октябре 1862 года.

Численность тонкавов: 1690 г. (Муни) – 1600 чел.; 1772 г. (Де Месьерес) – 150 или более воинов; 1778 г. (испанские сообщения) – 300 воинов; 1779 г. – 150 воинов (после эпидемии оспы); 1782 г. – более 600 чел.; 1805 г. (Сибли) – 200 мужчин; 1819 г. (Падилья) – не более 500 чел.; 1828 г. (Берландье и Теран) – 80 семей; 1843 г. (Боллаерт) – 100 воинов в общине вождя Кампоса; 1847 г. (официальный подсчет) – 150 мужчин; 1862 г. – перед резней в агентстве – 300 чел.; во время резни в агентстве погибло 137 человек; 1884 г. – 92 человека; 1908 г. – 48 человек, включая нескольких липанов, присоединившихся к ним в 1870-х годах; 1910 г. – 42 человека; 1930 г. – 48; 1944 г. (данные Индейского бюро) – 56 человек, включая нескольких липанов.

Хидатсы

Оседлое сиуязычное племя, близкородственное кроу. Язык двух племен схож настолько, что оба народа легко понимают друг друга. В начале XIX века их чаще называли минитари или гровантрами Миссури. Первое – минитари, как называли их манданы, было заимствованно белокожими первопроходцами и означало Они Пересекли Воду. Второе – гровантры (франц.: Gros Ventres) означало Большие Животы и дано им франко-канадцами. Торговец Томас Джеймс писал в 1809 году, что хидатсы – «мужественное, воинственное и независимое племя, которое за их храбрость и предприимчивость следовало бы называть Большими Сердцами, а не Большими Животами, как прозвали их белые люди».

Хидатсы, в отличие от манданов, действительно были весьма агрессивным племенем и зачастую совершали очень длительные военные экспедиции. Их отряды нередко проникали в Скалистые горы, где нападали на шошонов. Среди их врагов были сиу, арикары, ассинибойны, черноногие, шошоны и некоторые другие племена. Кэтлин писал, что, «в отличие от своих соседей манданов, они постоянно отправляют военные отряды на земли врагов».

Племя состояло из трех частей (или подплемен) – собственно хидатсов, аватикса и аваксави. Их культура и диалекты несколько различались. Согласно устным преданиям, раньше они жили раздельно.


Ворона Летит Высоко, вождь хидатсов. Конец 1870-х гг.


Предание гласит, племя пришло на р. Найф, где их обнаружили белые первопроходцы, с северо-востока, от берегов озера, которое некоторые исследователи идентифицировали как Дэвилс-Лейк, что в Северной Дакоте. Миграция, вероятно, была вызвана давлением со стороны агрессивных сиу. На новом месте хидатсы поселились недалеко от манданов, с которыми с тех пор жили в мире и согласии. Рядом также располагались деревни арикаров. Известно, что все три племени жили там уже в 1765 году. Именно манданы научили хидатсов возделывать землю, а в результате долгих близких отношений их культура и обычаи стали во многом идентичны. В 1781 году племя пострадало от эпидемии оспы и сократилось в численности до 2000 человек – менее половины от того, что было ранее. В результате этого, а также массированных атак со стороны сиу и ассинибойнов выжившие хидатсы, аватикса и аваксави перенесли свои деревни поближе друг к другу и к манданам. Хидатсы и манданы и раньше не воевали друг с другом, но после 1781 года стали ближайшими союзниками. Иногда между ними все же возникали конфликты, поскольку более многочисленные хидатсы пытались главенствовать в сложившемся союзе. В 1812 году они даже убили вождя манданов, Большого Белого.

Впервые племя упоминается в конце XVIII века, а после 1781 года в деревнях хидатсов практически все время находился кто-нибудь из белых торговцев. Экспедиция Льюиса – Кларка посетила хидатсов в 1804 году. Согласно их сообщениям, племя жило в трех деревнях на р. Найф рядом с местом ее слияния с Миссури, а две деревни манданов располагались в нескольких милях ниже на р. Миссури.

В 1837 году племя вновь пострадало от эпидемии оспы, хотя не столь ужасно, как манданы, потеряв ⅔ от своей численности, и три деревни хидатсов объединились в одну. Они пытались восстановить численность, захватывая в плен женщин и детей из враждебных племен. Некоторые хидатсы присоединились к Речным кроу, но основная часть вместе с группой манданов в 1845 году переместилась вверх по р. Миссури и построила на ее северном берегу новую деревню, названную «Подобная Рыболовному Крючку». В том же году там был основан торговый пост Форт-Бертолд. Вскоре к ним переместились остатки манданов, а в 1862 году в те же места перебрались арикары. Позднее трем племенам (хидатсам, манданам и арикарам) была выделена единая резервация.

В 1851 году племя подписало договор, который определил границы земель хидатсов, манданов и арикаров, а с 1853 года начало ежегодно получать от правительства США ренту в товарах. В те же времена все три части хидатсов (собственно хидатсы, аватикса и аваксави) отказались от раздельной социальной и церемониальной организации и объединились, что не прошло безболезненно и в последующие годы порой приводило к ряду проблем. В то же время хидатсы и манданы занимали разные части деревни и продолжали придерживаться собственных церемоний и ритуалов, но их взаимовлияние усилилось. В 1860-х годах усилилось влияние белых людей, а с 1864 года в окрестностях был установлен постоянный армейский пост. Около 1870 года в результате внутреннего конфликта большая часть племени под руководством вождя Высоко Летящая Ворона ушла из деревни и основала собственные поселения. Эта группа хидатсов отказывалась получать правительственные пайки и оставалась вне резервации до 1894 года, после чего вернулась обратно.

Численность хидатсов в 1804 г., согласно Льюису и Кларку, составляла 2100 чел., из которых 600 были воинами. После эпидемии 1837 г. они сократились до 800 чел., а к 1850 г. до 700. В 1881 г., согласно сообщениям индейского агента, хидатсы насчитывали всего 445 чел. В 1905 г. их численность выросла до 471 чел.

Хикарийя-апачи

Название племени происходит от слова из мексиканского варианта испанского языка – jicarilla, или Маленькая Корзинка. Атапаскоязычное племя, впервые названное так испанцами из-за мастерства в изготовлении плетеных корзин и сосудов. Очевидно, они были частью индейцев вакейро, упоминаемых в ранних испанских хрониках, хотя, согласно их мифу, с давних времен они занимали горный район Юго-Восточного Колорадо и северной части Нью-Мексико. В ранние времена их земли тянулись на восток в Западный Канзас и Оклахому и на северо-запад Техаса. В мифе хикарийя о сотворении мира фигурируют р. Арканзас, Рио-Гранде и Канейдиэн, но наиболее часто в легендах упоминаются Таос и верховья реки Арканзас. Родственные им племена мескалеро и навахо были их врагами, а союзниками – юты и пуэбло Таос. Язык хикарийя более близок языку мескалеро, чем навахо или аризонских апачей. В дорезервационный период хикарийя делились на две группы – льянеро, или Люди Равнин, и ольеро, или Люди Песка. Льянеро жили восточнее и были именно той частью племени, которая более тесно контактировала с племенами Равнин. Ольеро обитали к западу от них и имели близкие контакты с пуэбло. По данным X. Вилсона, каждая часть делилась на шесть общин, а по сведениям Оплера, льянеро состояли из восьми общин. До поселения в резервацию племя не имело верховного вождя, и X. Вилсону не удалось обнаружить каких-либо свидетельств о том, что до резервации племя когда-либо действовало как единое целое. Согласно историческим свидетельствам, хикарийя имели много вождей, общины которых составляли от 40 до 250 последователей. Военный комплекс племени показывает огромное влияние равнинных культур, за исключением практики скальпирования. Кроме того, хикарийя переняли материальную культуру равнинников: типи, травуа, парфлеши и т. п.


Ши-За-Нан-Тан, хикарийя. Начало 1870-х гг.


Впервые племя упоминается какАпачес дела Хикарийя в 1700 году. Позднее испанцы стали различать их отдельные общины, названные по местам обитания или по именам вождей: карданы, кальчуфины, куартелехо и т. д. Во время восстания индейцев пуэбло 1680 года часть хикарийев присоединилась к индейцам таос и пикури, чтобы помочь изгнать испанцев. После того как в 1696 году испанцам удалось вновь отвоевать земли Новой Мексики, хикарийя поддерживали с ними очень тесные и дружеские отношения. Вместе с ютами и другими племенами они служили буфером между испанцами и племенами Равнин. В 1733 году в нескольких милях от Таоса, штат Нью-Мексико, испанцы основали для хикарийев миссию, но процветала она недолго. Хикарийя часто присоединялись к испанским экспедициям, целью которых было сдержать продвижение команчей. Например, в августе – сентябре 1779 года армия губернатора Хуана Баутиста де Ансы, состоявшая из 600 человек, включая пуэбло, ютов и хикарийев, нанесла серьезное поражение команчам. Затем последовали другие военные экспедиции, вынудившие команчей в 1786 году запросить мира. Воины хикарийев часто совершали рейды и набеги против индейцев Равнин, порой добираясь далеко на восток, до поселений пауни. Там они захватывали лошадей и другую добычу, которую обменивали у индейцев пуэбло и испанцев на необходимые им предметы и продукты питания. И испанцы, и первые американские поселенцы считали хикарийев людьми никчемными. Говорили, что в рейдах они были наихудшим из апачских племен – более коварными и жестокими, но менее храбрыми и энергичными воинами, чем юты.

После приобретения Соединенными Штатами Луизианы нар. Арканзас появились американские торговцы. Приблизительно в то же время туда же переместилась часть шайенов и арапахо. Американские торговцы продавали племенам Равнин огнестрельное оружие, тогда как мексиканские власти запрещали продавать индейцам ружья, и хикарийя оказались в незавидном положении, так как не могли защищаться на равных.

В 1846 году Новая Мексика стала частью США, и вся территория хикарийев была открыта для американских поселенцев, что привело к враждебности со стороны части племени. Они нападали на караваны и поселения белых людей, доказывая, что являются силой, с которой приходится считаться. В октябре 1849 года вождь Лобо Бланко (Белый Волк) вырезал караван белых людей на «тропе Санта-Фе» вблизи Пойн-оф-Рокс, штат Нью-Мексико. В мае 1850 года отряд хикарийя на рассвете атаковал армейский почтовый караван, направлявшийся из Индепенденса в Санта-Фе. Бой продолжался весь день, но белым удалось выдержать натиск апачей, потеряв лишь двух человек ранеными. Вечером к хикарийям присоединились юты. Они сказали, что не знают, как сражаться с американцами, но хикарийя обещали показать им, как это делается. Утром караван продвинулся до возвышенности Вэгон-Маунд, когда неожиданно показались хикарийя и юты. Они вновь атаковали и на этот раз смогли прорвать оборону. Индейцы убили не только десятерых американцев, сопровождавших караван, но и всех животных. Позже солдаты из Санта-Фе похоронили тела погибших. 5 марта 1854 года отряд Белого Волка угнал лошадей из табуна форта Юнион, и лейтенант Дэвид Белл был послан в преследование с 30 солдатами 2-го драгунского полка. Им пришлось проделать путь в 70 миль, прежде чем они нагнали индейцев. Последовали долгие, напряженные переговоры, после чего солдаты атаковали индейцев. В результате схватки, названной Боем на реке Конхильон, Белл отбил 30 лошадей, но потерял двух драгун убитыми и четырех ранеными, тогда как хикарийя, по сообщениям Белла, потеряли 16 человек убитыми и ранеными. Вождь Белый Волк получил несколько пулевых ранений, и один из драгун прикончил его, размозжив голову большим камнем. В марте хикарийя продолжали совершать набеги вдоль дороги между Таосом и Санта-Фе, и лейтенант Джон Дэвидсон с отрядом в 60 солдат был выслан к горам Эмбундо, чтобы положить этому конец. Вождь Чакон, ожидая прибытия драгун, устроил засаду. Две сотни воинов, спрятавшихся в скалах, открыли огонь по солдатам, вынудив их спешиться и искать укрытия. После яростного трехчасового боя апачи попытались захватить армейских лошадей, и тогда драгуны предприняли отчаянную попытку прорваться. Дэвидсон вернулся всего с 38 солдатами, 36 из которых, включая лейтенанта, были ранены, оставив на поле боя 22 трупа драгун, а Чакон переправился через Рио-Гранде и увел свою общину на запад. Это сражение стало известно как Битва при Съенегилья и, по словам одного исследователя, было «одной из самых отчаянных схваток в анналах индейских войн».


Вожди хикарийя


После столкновений на р. Конхильон и у Сьенегильи против хикарийя из форта Юнион выступил подполковник Филип Кук. Для карательной экспедиции были собраны все возможные силы драгун, пехотинцев и артиллерии плюс разведчики из индейцев пуэбло и мексиканцев. Кук преследовал Чакона на протяжении 150 миль через Рио-Гранде, преодолевая глубокие снега и труднопроходимые горы. Поняв, что избежать боя невозможно, Чакон устроил засаду – 150 его воинов укрылись за огромными валунами у р. Рио-Кальенте, но разведчики пуэбло раскрыли его замысел и атаковали. Солдаты последовали за ними, и после короткого боя хикарийя скрылись в горах. Кук обнаружил брошенный индейцами лагерь, уничтожил его и преследовал их еще в течение трех дней. В бою у Рио-Кальенте 1 человек из команды Кука был убит и 1 ранен. Потери индейцев – 5 убито и 6 ранено. 10 апреля 1854 года губернатор Нью-Мексико объявил войну хикарийям и их союзникам ютам, хотя не все хикарийя были виновны в набегах и рейдах. Отряд капитана Джеймса Карлтона из 1 – го драгунского полка с сотней солдат и батальоном нерегулярных войск Джеймса Куинна был направлен на север. Они двинулись к форту Массачусетс – военному посту в 85 милях к северу от Таоса и по пути наткнулись на след хикарийев, ведущий в горы Рэтон. Разведчики обнаружили лагерь апачей на восточном склоне безлесого Пика Фишера, приблизительно в шести милях к югу от современного города Тринидада, штат Колорадо. Карлтон скрытно провел свои войска и 4 июня атаковал индейцев. Нападение было столь неожиданным, что хикарийя мгновенно рассыпались в скалах, практически не оказав сопротивления. Трое воинов остались лежать на поле боя, а среди солдат никто не пострадал. Кроме того, Карлтон уничтожил 22 типи и захватил 38 лошадей. К лету 1854 года хикарийя уже старались избегать крупных столкновений с драгунами, но мелкие стычки продолжались. 30 июня военный отряд, возвращавшийся после грабежей в горы Сангре-де-Кристо, недалеко от форта Юнион у Сапельо-Крик столкнулся с отрядом солдат лейтенанта Сайкса. В результате яростной рукопашной схватки 1 хикарийя и 1 офицер были убиты и 2 рядовых ранено, после чего апачи скрылись. В течение года армия практически безуспешно преследовала краснокожих в горных районах северной части Нью-Мексико и на юге Колорадо. В конце 1854 года хикарийя снова нанесли удар. Отряд из сотни воинов племени и их союзников ютов 24 декабря атаковал небольшое поселение, называемое Пуэбло, на р. Арканзас в штате Колорадо. Они убили 15 мужчин, 2 ранили, а также захватили женщину, 2 детей и 200 лошадей.

В 1855 году хикарийя вместе с союзными им ютами продолжали совершать набеги на поселения белых людей. Особенно страдали жители долины Сан-Луис в Колорадо. Бригадный генерал Джон Гарланд, командующий департаментом Нью-Мексико, решил положить конец грабежам и призвал организовать пять рот из добровольцев для помощи регулярным войскам. Карательную экспедицию возглавил полковник Томас Фонтлерой. Войска, состоявшие из 500 драгун, пехотинцев и артиллеристов, усиленные ротой разведчиков – мексиканцев и индейцев пуэбло, 19 марта обнаружили лагерь ютов вождя Бланко (Белый) и хикарийя у истоков Сагуаче-Крик на пути к перевалу Кочетопа, штат Колорадо. Первыми к нему подошли разведчики и волонтеры. Индейцы повыскакивали из палаток и сразу же сформировали линию защиты. Завязался бой, хикарийя и юты сражались храбро, но, когда подтянулись регулярные войска, они не смогли сдержать натиска и бежали. 2 солдат получили ранения, а 8 краснокожих были убиты. После боя экспедиция Фонтлероя вернулась в форт Массачусетс, чтобы отдохнуть и пополнить запасы, а затем снова двинулась в путь. У истоков р. Пургатойри 25 апреля волонтеры обнаружили и атаковали лагерь, в котором находилось около 60 хикарийя. Им удалось убить 6 индейцев и захватить 7 человек.

В августе 1855 года хикарийя и юты, уставшие от бесконечного преследования, начали переговоры с губернатором, закончившиеся подписанием мирного договора от 10 сентября 1855 года. Эти события были названы Войной хикарийя. С тех пор они номинально считались мирными индейцами, хотя часто совершали мелкие кражи. В 1870 году племя проживало в северовосточной части штата Нью-Мексико. В 1872 и 1873 годах были предприняты попытки переселить их на юг к форту Стэнтон, но большей части членов племени разрешили уйти в Тьерра-Амарилья – в резервацию размером в 900 квадратных миль. В 1878 году правительство временно прекратило выдавать хикарийям пайки из-за их отказа переселиться на юг, что вынудило воинов снова отправиться в набеги. В 1880 году племя переместили в новую резервацию, на Рио-Навахо, где оно оставалось до 1883 года, после чего их перевели к форту Стэнтон. В 1887 году хикарийев снова вернули в резервацию в районе Тьерра-Амарилья. Согласно Дж. Муни, в 1897 году племя делилось на следующие общины: апатсилтлижихи, дачижожин, голкахин, кетсилинд и сайтинде. В 1905 году численность племени составляла всего 795 человек, но к 1981 году возросла до 2308.

Черноногие

Черноногие, несомненно, были одним из самых агрессивных и могучих племен на всем североамериканском континенте. Название происходит от сиксинам – черный яка — корень слова оккатш – стопа. Точно неизвестно, откуда оно пошло, но существует две теории. 1. Когда-то люди племени прошли по выгоревшей от огня земле, и их мокасины испачкались и почернели. 2. Возможно, имеет отношение к ношению мокасин, выкрашенных в черный цвет, как это было принято у пауни, сихасапа-сиу и некоторых других племен.


Вождь пиеганов

Горный Вождь


Конфедерация черноногих состояла из трех родственных алгонкиноязычных племен: сиксики – Черноногие; каины (от а-кай-на) – Много Вождей, более широко известных как блады, от английского слова blood – Кровь; пикуни (от пикани) – Грубо Выделанные Шкуры, также известных как пиеганы. Обычно все три племени конфедерации обозначались белыми современниками под единым термином черноногие. Вместе все три племени называли себя сатойитапикс или саоки-тапи-кси – Люди Прерий, а иногда нитсита-пикс – Настоящие Люди. Согласно преданиям, черноногие всегда, даже до появления лошадей, вели кочевой образ жизни. Все три племени были тесно связаны друг с другом, но каждое являлось независимой самостоятельной единицей, имевшей собственный совет, верховных вождей и свою церемонию Пляски Солнца. Каждое из племен делилось на множество общин, общее количество которых, по данным Гриннела, составляло 45. С начинала XIX века, после убийства людьми из экспедиции Льюиса и Кларка одного из их воинов, черноногие вели непримиримую войну с белыми американцами, проникавшими на их территорию. К середине 1830-х годов американским торговцам удалось добиться относительно спокойных отношений с племенами черноногих, но их едва ли можно было назвать мирными, и столкновения продолжались до середины века. Но и позднее воины племени также зачастую не гнушались совершать грабежи и убийства белых людей. Несмотря на то что официальной войны между США и черноногими никогда не было, в XIX веке от рук воинов племени погибло не меньше граждан страны, чем в любой из известных войн с равнинными индейцами. Еще в 1790 году Умфревилье писал, что они являются «наиболее многочисленным и мощным из известных нам народов. Войне они уделяют гораздо больше внимания, чем другие племена». Принц Максимилиан называл их величайшими конокрадами, а Бенджамин Бонневиль, знавший черноногих не один год, писал: «Эти дикари – наиболее опасные бандиты в горах и беспощадные враги трапперов. Они измаильтяне высшего разряда, всегда с оружием в руках и готовые к действию». По словам Вислиценуса: «Черноногие – ужас трапперов и путешественников… Они считают себя властителями мироздания и ведут войну со всеми, кто не подчиняется им. Из-за их смелости и безрассудства их боятся все». Вильям Гамилтон сообщал о племенах черноногих в 1843 году: «Эти индейцы многочисленны и постоянно находятся в военных походах против всех других индейских племен и всех белых людей». В 1855 году Денет отмечал, что «черноногие – самое свирепое и воинственное племя на Миссури». Фрэнсис Виктор писала в 1870 году: «Такими были черноногие тех времен, о которых мы пишем (первая половина XIX века. – Авт.), не изменились они и сегодня, что могут подтвердить многие рудокопы Монтаны, пострадавшие от их рук».

Когда кроу Много Подвигов спросили о храбрости пиеганов, одного из племен конфедерации черноногих, он, смеясь, ответил, что «если у пиегана набит желудок, он наверняка отправится спать». Но сам он много раз участвовал в тяжелых битвах с ними, и к этим его словам едва ли можно относиться серьезно. Многие старые трапперы, несмотря на всю враждебность и ненависть к ним, все же называли черноногих отличными бойцами. Александр Генри писал в 1810 году: «Они самые независимые и счастливые люди из всех племен, живущих к востоку от Скалистых гор. Их восхищают война, женщины и бизоны, и всего этого у них предостаточно».

Черноногие воевали со всеми окружающими племенами, и до 1880-х годов мир между ними и каким-либо другим племенем, кроме сарси, был скорее исключением, чем правилом. Среди врагов конфедерации черноногих в XIX веке были следующие племена: ассинибойны, гровантры (с 1861 года), кри, оджибвеи, кроу, арикары, хидатсы, манданы, сиу, шайены, арапахо, неперсе, пан д’орей, кёр д’алены, кутеней, плоскоголовые, шошоны, банноки. Единственными верными союзниками черноногих в XIX веке были сарси. В зависимости от цели военных экспедиций племени несколько отличались направления, в которые уходили воины. Если отряд выступал за лошадьми, то чаще всего он отправлялся против кроу или племен Плато и Скалистых гор. А поскольку добраться до кроу было легче, чем перебираться через горы, набеги на них проводились в любое время года. С другой стороны, по словам черноногих, лошадей у ассинибойнов и кри всегда было мало и они были очень плохими, а потому походы на эти племена совершались в основном не за лошадьми, а с целью отомстить за совершенные ими деяния. Последний военный рейд за скальпами блады и пиеганы попытались предпринять в 1889 году!

Ассинибойны и кри первыми получили достаточно большое количество ружей и начали теснить черноногих с северо-востока. Однако сообщалось, что до 1800 года они иногда вместе с черноногими выступали против шошонов. В 1832 году верховный вождь бладов Бизоний Горб привел первую делегацию своих людей в форт Юнион, что на территории ассинибойнов, и заключил с ними мир. Но уже в 1833 году около пятисот кри и ассинибойнов атаковали небольшой лагерь пиеганов, стоявших у форта, не зная, что поблизости находятся другие, более сильные лагеря, и были отбиты. В 1845 году Де Смет писал, что кри постоянно вторгаются на земли черноногих, но к 1865 году черноногие отбросили их на восток, и район вокруг форта Эдмонтон, бывший когда-то местом многочисленных сражений, стал довольно спокойным. Основной удар этих племен принимали на себя сиксики. Агент Хатч в 1856 году сообщал, что их табуны меньше, чем у пиеганов и каинов, из-за частых набегов ассинибойнов и кри. Последняя крупномасштабная битва в истории черноногих произошла в 1870 году. В ней они разбили кри в окрестностях современного Летбриджа в канадской провинции Альберта. Вражда с ассинибойнами и кри, прерываемая короткими перемириями, продолжалась до середины 1880-х годов. Мелкие набеги между этими племенами продолжались до 1886 года.


Воронья Нога, верховный вождь черноногих (сиксиков)


В 1780 году английская Компания Гудзонова залива построила торговый пост Бакингем-Хауз на р. Саскачеван – первый торговый пост поблизости от земель черноногих, и они получили доступ к огнестрельному оружию. В 1784 году на их землях появились первые независимые мехоторговцы из Северо-Западной компании, а в 1799 эта же компания основала в Альберте торговый пост Рокки-Маунтин-Хауз, и у черноногих стало достаточно ружей, чтобы побеждать врагов. Все эти посты находились на территории Канады, и взаимотношения с канадскими торговцами были полной противоположностью отношениям с американцами. После того как черноногие получили достаточное количество лошадей и огнестрельное оружие, они выдавили с Равнин в Скалистые горы шошонов, плоскоголовых и кутеней, которые, не имея ружей, не могли противостоять им. Но приблизительно к 1810 году плоскоголовые, кутеней и неперсе начали получать ружья и стали объединятся для походов на Равнины, чтобы поохотиться на бизонов. Черноногие встречали их огромными отрядами, результатом чего были яростные бои. Шошоны и плоскоголовые сражались с черноногими до тех пор, пока не исчезли бизоны, конфликты же с неперсе после 1855 года были достаточно редкими.

Белые современники не упоминали столкновений между черноногими и кроу до 1800 года, и, вероятно, эти племена редко встречались до этого времени. Но уже в 1811 году Генри сообщал, что кроу были единственным племенем, чьи воины отваживались отправляться в походы против черноногих. В 1846 году кроу вырезали 50 семей крупной пиеганской общины Короткие Шкуры, закончив ее независимое от остального племени существование. Вражда между этими племенами продолжалась до 1885 года.

В 1861 году в результате недоразумения гровантры и черноногие стали врагами. Последние были настолько успешны в войнах и уверены в собственных силах, что не раздумывая приняли вызов, брошенный им их прежними союзниками. Самая крупная битва между ними произошла в 1866 году, став крупнейшим поражением гровантров в их истории.

Враждебность сиу возросла с того момента, как уничтожение бизонов к востоку от Миссури вынудило их в середине XIX века переместиться на запад. Когда Сидящий Бык и его последователи весной 1877 года ушли в Канаду, сиу пытались привлечь черноногих к войне с белыми, но безрезультатно. Из-за набегов неконтролируемых молодых воинов сиу на лагеря черноногих мелкие конфликты между двумя племенами продолжались до тех пор, пока в 1881 году сиу не вернулись в США. Отношения с шайенами и арапахо в первой половине XIX века были в основном мирными, но в 1858 году сообщалось о набегах черноногих на лагеря этих племен.

В 1806 году несколько черноногих посетили лагерь экспедиции Льюиса и Кларка, и один из них (пиеган) был убит при попытке своровать лошадей. С тех пор черноногие объявили американцам беспощадную войну. С 1805 по 1831 год между черноногими (и их союзниками гровантрами) и белыми трапперами и мехоторговцами произошло множество столкновений. Дважды за этот период, в 1811 и 1823 годах, им удавалось полностью освобождать от трапперов территорию современного штата Монтана, оставляя горы трупов белых людей. Ненависть к трапперам была столь велика, что в 1834 году один из вождей сказал, индейскому агенту Санфорду: «Если вы пришлете на наши земли торовцев, мы будем защищать их и помогать им. Но для трапперов здесь места не будет никогда». Торговля мехами приносила дельцам огромную прибыль, ив 1821 году американская Миссурийская пушная компания отправила на земли черноногих партию трапперов, которые добывали меха самостоятельно. Год еще не закончился, а пиеганы, взбешенные тем, что трапперы опустошали их охотничьи угодья, уже перебили большую часть из них. Такая же участь постигала и все последующие группы белых охотников, осмеливавшихся проникать на территорию, контролируемую конфедерацией черноногих. В 1831 году Джеймс Кипп из Американской пушной компании попытался пойти по другому пути, подружился с черноногими и предложил не посылать на их земли трапперов, а построить для индейцев торговый пост, где бы он покупал их меха. Черноногие согласились, и для них на р. Миссури был построен пост Форт-Пиеган. Прибыль оказалась огромной, но, когда торговый сезон закончился, блады сожгли пост. Запись в дневнике одного из торговцев за 1837 год сообщала о том, что ежегодно на землях черноногих индейцы убивают по 40–50 свободных трапперов. Но так или иначе отношения с американскими торговцами постепенно налаживались, пока в 1844 году один из них не обстрелял из маленькой пушки группу невиновных пиеганов, убив десяток из них и ранив еще несколько человек. В 1847 году основным торговым постом в Монтане стал форт Бентон, построенный Александром Калбертсоном – американским торговцем, женатым на дочери верховного вождя бладов.

В 1853 году губернатор Стивене от имени правительства США провел совет с вождями племен черноногих, на котором попытался убедить их заключить мир с окрестными племенами и установить мирные отношения с белыми людьми. В 1855 году 26 ведущих вождей подписали с правительством США так называемый Договор Хромого Быка о мире с другими племенами и США. В нем приняли участие 59 вождей из восьми племен. Но вскоре война с индейскими противниками разгорелась с новой силой.

Цивилизация все больше наступала на привычный для черноногих уклад жизни. В 1855 году среди канадских черноногих появился первый миссионер – Лакомбе. В 1859 году иезуиты основали в Монтане миссию среди американских черноногих. В том же году индейский агент Воган организовал первую «ферму», где черноногие могли бы учиться земледелию. Но ни то, ни другое не получило своего продолжения. Верховный вождь пиеганов Маленький Пес даже попытался пойти на поводу у агента и послужить примером для своих людей, но интерес к фермерству прошел, когда индейцы поняли, что ферму нельзя прихватить с собой на бизонью охоту.

В 1862 году, во время Золотой лихорадки в Монтане, земли черноногих заполонили нелегальные рудокопы, среди которых часто попадались худшие представители человечества, и кровавые схватки между ними и индейцами стали обычным делом. В 1865 году губернатор Монтаны даже опасался, что может вспыхнуть настоящая война. Другим злом была неконтролируемая продажа черноногим алкоголя. Опьяненные индейцы часто устраивали побоища между собой, в результате которых зачастую погибали даже ведущие лидеры племени. Так, в 1866 году были убиты верховный вождь пиеганов Маленький Пес и его сын. Ситуация накалялась, и в 1867 году вблизи агентства черноногих был построен первый военный пост – форт Шоу. Весной 1869 года отряд из десятка черноногих угнал скот и лошадей с ранчо на р. Драй-Крик. Поселенцы бросились в погоню, но потом разумно решили обратиться за помощью к военным в форт Эллис. Капитан Эмори Клифт с 40 конными пехотинцами и 15 ранчерами отправился по следам краснокожих. Они нагнали конокрадов 7 апреля в районе р. Сик-стинмайлс-Крик, штат Монтана. Черноногие заняли хорошую позицию в горной местности, после чего помахали преследователям одеялами, привлекая их внимание к себе. В неравном бою девять индейцев были убиты, но им удалось застрелить одного из солдат и ранить еще двоих. Летом 1869 года в районе форта Бентон участились столкновения между индейцами и белыми – было убито 57 американцев и угнано несколько сотен лошадей. В том же году черноногие убили популярного в Монтане владельца ранчо Мэл-колма Кларка, из форта Шоу выступила карательная экспедиция армии США под командованием майора Бэйкера. Майор рассчитывал найти лагерь пиеганов Горного Вождя, но тот узнал о планах военных и увел своих людей. 23 января 1870 года армия атаковала лагерь невиновных пиеганов вождей Тяжелый Бегун, Черный Орел, Большой Рог и Медвежий Вождь. Согласно рапорту, солдаты убили 173 человека (120 мужчин, 53 женщины и ребенка). Кроме того, солдаты ранили еще 20 индейцев, захватили в плен 140, а также сожгли лагерь и прихватили табун в 315 голов. Среди убитых в лагере было опознано три канадских торговца-метиса. Черноногие думали, что Бэйкер хотел наказать только людей Горного Вождя, а потому были совершенно не готовы отразить нападение. Они не знали, что, когда разведчики сообщили майору, что обнаруженный лагерь не принадлежит Горному Вождю, тот ответил: «Одна община или другая, какая разница. Все они пиеганы, а потому мы атакуем их». После резни Бэйкер, сославшись на плохую погоду, не стал преследовать воинственную общину Горного Вождя. Это событие стало известно как Резня на реке Мариас и было единственным крупным столкновением между армией США и черноногими. После этого серьезных стычек с черноногими больше не было.

У канадских черноногих проблем с белыми людьми практически не возникало. В 1874 году на их землях был построен пост королевской конной полиции – форт Маклеод. Полицейские проводили очень дружелюбную, но в то же время весьма жесткую политику по отношению к краснокожим и бледнолицым нарушителям спокойствия, чем заслужили уважение канадских черноногих. Они отклонили призыв сиу Сидящий Бык присоединиться к войне с белыми людьми и отказались участвовать в восстании канадских метисов Луи Риля.

Дальнейшая история племени мало отличалась от истории других племен. После поселения в резервации индейцы стали зависеть от правительственных пайков. Черноногие еще некоторое время продолжали охотиться на бизонов, которые еще оставались на их территории, но в 1883–1884 годах бизоны исчезли, и 600 черноногих умерли от жестокого голода.


Воин бладов (каина). 1885 г.


Эпидемии новых болезней сильно отразились на численности всех трех племен черноногих. В 1781 году воины черноногих атаковали лагерь шошонов на Боу-Ривер. Они праздновали победу, не зная, что шошоны были больны оспой. То, что произошло потом, было ужасно. Первая эпидемия оспы стоила жизни половины племени. В результате эпидемии «кашля» умерла ⅓ черноногих. Оспа вновь поразила черноногих в 1837 году. Болезнь принесли люди, прибывшие на пароходе в форт Юнион. Торговцы пытались не допустить к зараженному форту индейцев, но те не поверили им. В результате эпидемия быстро распространилась среди них, и черноногие лишились ⅔ своей численности. Новые эпидемии оспы и холеры ударили по черноногим в 1845 году, 1849 и в 1857–1858 годах. В 1864 году из-за кори погибло 1000 черноногих, а эпидемия оспы 1869 года унесла жизни 2000 человек.

Сообщения о численности племен конфедерации, как и о его потерях во время эпидемий, значительно разнятся, что естественно при таком большом количестве людей, разбросанных на огромной территории. Поэтому любая информация о численности черноногих, как и других крупных племен, может быть расценена только как приблизительная и лишь отчасти отражает общую картину. Кроме того, серьезные официальные подсчеты проводились только со второй половины XIX века.

Маккензи, хорошо знавший черноногих, считал, что в его время, в 1790 г., конфедерация насчитывала около 9000 чел., из которых 2500 были воинами. Сообщалось, что численность племен на 1809 г. составляла: пиеганы – 350 типи, 2800 чел., 700 воинов; сиксики – 200 типи, 1600 чел., 520 воинов; блады —100 типи, 800 чел., 200 воинов. Сведения на 1823 г.: пиеганы – 550 типи, сиксики – 500 типи, блады – 300 типи. Всего: 10 800 чел. Дорси на тот же год: сиксики – 4200 чел., блады – 2800, пиеганы – 4200. Кэтлин в 1832 г. привел следующие данные: пиеганы – 500 типи, Короткие Шкуры (община пиеганов) – 250 типи, сиксики – 450 типи, блады – 450 типи. Всего 1650 типи по 5—10 человек на палатку. Согласно Максимилиану, в 1833 г. конфедерация насчитывала 18 000—20 000 чел. Дорси на 1841 г. (вскоре после эпидемии оспы): сиксики – 2100 чел., блады – 1750, пиеганы – 2500. Рудольф Курц указал численность черноногих на 1851 г. в 1500 палаток и 4000 воинов. Сведения на 1853 г.: пиеганы – 290 типи, 2600 чел., 870 воинов; сиксики – 290 типи, 2600 чел., 870 воинов; блады – 270 типи, 2430 чел.,810 воинов. Агент майор Хатч в 1856 г. сообщал, что американские черноногие насчитывают около 8000 чел. Официальный рапорт 1858 г. показал численность в 7300 чел., из которых блады составляли 300 типи, или 2400 чел., пиеганы 3700 чел., а сиксики 1200. Агент Воган в 1860 г. привел следующие данные: пиеганы – 460 типи, или 3700 чел., блады – 150 типи, или 1200 чел., сиксики – 300 типи, или 2400 чел. Дорси на 1869 г.: сиксики – 2712 чел., блады – 2544, пиеганы – 3960. Сведения на 1870 г.: пиеганы – 330 типи, сиксики – 226 типи, блады – 212 типи. Всего: 6144 чел. Коммиссионер по делам индейцев в 1874 г. – 5450 черноногих на территории США. Согласно индейскому агенту, в 1881 г. на территории США проживало 7500 черноногих, большую часть которых составляли пиеганы. В 1909 г. официальные подсчеты трех племен черноногих показали, что их общая численность составляет всего 4635 чел.; агентство черноногих в Альберте (Канада) – 795 чел., агентство бладов в Альберте (Канада) – 1174; агентство пиеганов в Альберте (Канада) – 471; агентство черноногих (пиеганов) в Монтане (США) – 2195 чел. В 1997 г. общая численность конфедерации черноногих в США и Канаде составляла 31 186 чел., из которых сиксики – 4849, блады – 8522, а пиеганы – 17 815 чел.

Шайены

Алгонкиноязычное племя, состоявшее из двух народов – тсистсистас и сутаи. Последние присоединились к тсистсистасам, когда те переселились западнее Миссури, и произошло это приблизительно в начале XVIII века. Предполагалось, что название шайены произошло от французского слова Men – собака, но в действительности происходит от их названия на языке сиу – Ша-и-ела или, на другом диалекте, Ша-и-йе-на, что означает Говорящие Красным, смысл которого – Люди, Говорящие на Чуждом Языке. Тех, кто говорил на языках, в той или иной мере понятных сиу, они называли Говорящие Белым.

По словам Джорджа Гриннела, язык шайенов близок к языку кри, которые называли шайенов Канеахеавастсик – Они Немного Говорят на Кри.

Основную часть племени составляли тсистсистас, что и являлось их самоназванием. Значение слова – Люди или Наш Народ. Большинству племен шайены были известны как Полосатые Стрелы.

Еще в XVIII веке шайены жили восточнее Миссури в постоянных деревнях с земляными домами, подобных домам мандан и арикар, занимаясь земледелием. Но уже в начале XIX века они стали типичными кочевниками Великих Равнин. Но, несмотря на это, до середины XIX века некоторые шайенские женщины по возможности продолжали засеивать небольшие поля. По словам Гриннела: «Свидетельств тому, что они занимались земледелием вплоть до 1865 года, слишком много, чтобы их игнорировать». До 1876 года шайены продолжали исполнять Пляску Маиса и хранили Священный Початок Маиса.

На запад на Великие Равнины шайены мигрировали в результате давления со стороны сиу, которые, в свою очередь, двигались на запад под натиском оджибвеев и кри. В результате строительства в верхней части р. Арканзас в 1832 году торгового поста Форт-Бента огромная часть племени решила переселиться на юг, тогда как остальные продолжали кочевать у истоков рек Северный Платт и Йеллоустон. Так племя разделилось на две части, ставшие известными как Северные и Южные. Переселение на юг положило начало жестокой войне шайенов с кайовами и команчами, закончившейся в 1840 году заключением мира. Самым серьезным сражением этой войны была Битва на Волчьем ручье в 1838 году, в которой со стороны шайенов участвовали все воины племени. С обеих сторон погибло так много известных людей, что племена задумались о прекращении кровопролитной войны. Мир с кайовами и команчами, заключенный в 1840 году, дал возможность южной группе племени продвинуться далее на юг, и в 1853 году их воины совершили свой первый поход на территорию Мексики. Но отряд потерпел сокрушительное поражение от мексиканских солдат, потеряв практически всех воинов.

Шайены в разные времена воевали с сиу, оджибвеями, кри, ассинибойнами, черноногими, сарси, кроу, гровантрами, ютами, шошонами, банноками, арикарами, хидатсами, манданами, понками, канзами, ото, миссури, омахами, осейджами, пауни, команчами, кайовами, кайова-апачами, потоватоми, сауками и фоксами. И белые, и индейские современники считали шайенов одними из самых яростных и храбрых бойцов. На вопрос, воины какого из враждебных кроу племен были самыми храбрыми, вождь Много Подвигов не задумываясь ответил, что ими были шайены. Капитан Вильям Кларк писал в 1881 году: «Они (шайены – Авт.) храбро сражались за свою страну, и их история последних лет написана кровью. Невинные поселенцы испытали жестокое насилие от их рук… а их самих выслеживали словно волков, и убивали, как бешеных собак… Сперва шайены дружелюбно относились к белым людям, но впоследствии стали одним из величайших ужасов границы».

С 1860 по 1878 год шайены принимали активное участие в войнах с американцами вместе с кайовами и команчами на юге и с сиу на севере. Свой первый договор с США шайены подписали в 1825 году. Изначально отношения племени с белыми людьми были весьма дружественными. Когда в 1839 году несколько человек из партии Пеория были захвачены сиу на Орегонской тропе на р. Южный Платт, 400 шайенов появились в селении сиу и сдерживали молодых воинов, пока белым не удалось спастись. Спустя два года, весной 1841 года, Николас Доусон отъехал от каравана трапперов и мехоторговцев, чтобы поохотиться, и вернулся испуганный, без мула, ружья и пистолета. Белые поставили фургоны в круг в ожидании нападения краснокожих. Вскоре появилась группа шайенов. Они были настроены мирно и сообщили, что разоружили Доусона, дабы тот с испугу не убил кого-нибудь из них. Шайены вернули ему все вещи, добавив по подарку за каждую отобранную вещь.


Бешеный Мул, известный шаман шайенов. 1873 г.


В том же году около пятисот шайенов, сиу и арапахо атаковали селение шошонов, в котором находилась часть охотников Генри Фраеба. Остальные трапперы вместе с Фраебом были на охоте. Трапперы приняли участие в бою на стороне шошонов, в результате чего трое из них были убиты. Чуть позже разъяренные индейцы атаковали возвращавшихся к селению трапперов Фраеба. Основной бой вели шайены и сиу, а арапахо лишь следили за ходом сражения, подбадривая союзников. Индейцы убили еще троих трапперов, в числе которых оказался и сам Генри Фраеб.

Племена были раздражены потерями в схватках с трапперами Фраеба и в следующем году прочесывали территорию к западу от Ред-Бьюте в поисках белых людей. Вблизи Индепенденс-Рок 350 шайенов, оглалов и арапахо окружили отряд Элайджа Уайта, проводником которого был знаменитый Томас Фицпатрик. На переговорах индейцы предупредили Фицпатрика, что эта тропа закрыта и любая группа белых людей, обнаруженная здесь впоследствии, будет уничтожена. Нападения на американцев продолжались, но говорить о начале крупномасштабной войны против американцев еще было рано. 26 августа 1856 года несколько воинов остановили почтовый дилижанс, чтобы попросить немного табака, но возница перепугался настолько, что выхватил револьвер и начал стрелять. В форт Кирни на р. Платт он примчался со стрелой, пробившей руку. Капитан Джордж Стюарт с 41 кавалеристом был отправлен в погоню за «враждебными» шайенами. Двигаясь вниз по реке, он наткнулся на лагерь из 80 шайенов, которые, не чувствуя за собой вины, не ожидали нападения и поздно поняли, что кавалеристы прибыли с намерением атаковать их. Им пришлось бежать. Нападение Стюарта привело к серии набегов на дилижансы и переселенцев.

Весной 1857 года шайены имели много мелких стычек с солдатами в Канзасе, в результате чего против них была организована военная экспедиция под руководством полковника Самнера. 29 июля того же года солдаты Самнера атаковали шайенов на р. Соломон. Индейцы хладнокровно ждали, убежденные шаманом, что благодаря его колдовству пули будут выкатываться из ружей солдат, но Самнер приказал атаковать их с саблями наголо. Колдовство было разрушено, и шайены предпочли ретироваться. Потери Самнера составили двое убитыми и восемь ранеными. Шайены позднее говорили, что солдаты убили четверых воинов. Это событие стало известно как Битва Самнера. 2 августа недалеко от форта Кирни у р. Плам-Крик двадцать шайенов атаковали фрахтовый караван, убили одного погонщика и угнали 735 голов скота. Кавалеристы, высланные в погоню на следующий день, наткнулись на крупный отряд шайенов и были вынуждены отбиваться от наседавших воинов. 10 сентября у Эш-Холлоу, штат Небраска, шайены атаковали еще один правительственный караван, убили трех погонщиков и захватили 50 голов скота, ружья и боеприпасы.

В начале Гражданской войны между Севером и Югом военные силы были отвлечены от шайенов и других равнинников.

11 апреля 1864 года в Кэмп-Санборн пришел владелец ранчо У. Рипли и сообщил, что шайены угоняют скот и лошадей вдоль р. Бижу-Крик. На следующий день, 12 апреля, лейтенант Кларк Данн с 15 солдатами отправился на поиски украденного у гражданских скота и столкнулся с отрядом из 25 шайенских Солдат Псов, которые, по словам Рипли, были враждебными. При попытке Данна разоружить их воины открыли огонь. Во время схватки появилось еще около 20 воинов. Маленький Вождь из Солдат Псов вспоминал, что вблизи Фримонт-Орчард, штат Колорадо, шайены нашли четырех мулов, которых планировали вернуть белому ранчеру за вознаграждение. «Следующим утром мы увидели 15 или 20 конных солдат, приближающихся к нам галопом с пистолетами в руках. Без разговоров они начали стрелять по нам. Когда я осмотрелся, офицер лежал на земле. Мы могли бы убить больше солдат, но в то время еще были в мире с белыми». Все шайены сходились во мнении, что солдаты «вели себя очень глупо». Битва на Фримонт-Орчард послужила началом полномасштабной войны шайенов на Равнинах.

15 апреля лейтенант Джордж Эйри с 80 кавалеристами напал на маленький лагерь шайенов. Чтобы сдержать солдат и дать возможность скрыться женщинам и детям, воины атаковали солдат, но огонь артиллерии вынудил их отступить. Эйри вступил в лагерь, состоявший всего из пяти палаток, и сжег его. 18 апреля в погоню за совершавшими нападения шайенами выступил майор Джейкоб Даунинг с 60 кавалеристами. Удача улыбнулась ему только 3 мая, когда был обнаружен небольшой лагерь вождя Бычье Ребро, состоявший из 14 палаток. Атака была неожиданной, но вооруженные луками и стрелами воины дали достойный отпор. Индейцы укрылись в скалах, откуда солдаты не могли выбить их. После трех часов боя Даунинг отступил. Бравым кавалеристам удалось убить двух женщин и двух детей. Со стороны шайенов проявил себя сын вождя лагеря – Хромой Шауни. Он убил одного солдата, выхватил его ружье и ранил другого. Даунинг надеялся вернуться с артиллерией и закончить начатое. Спустя неделю он вновь был на месте, но индейцев там, естественно, уже не было.

В конце апреля лейтенант Джордж Эйри снова выступил в экспедицию против шайенов, прихватив с собой артиллерию. 16 мая 1864 года в трех милях от р. Смоки-Хилл, штат Канзас, между фортом Лайон и фортом Ларнед лейтенант Джордж Эйри с сотней солдат атаковал шайенов. По словам Эйри, на него напало около четырехсот шайенов, и после семи с половиной часов боя ему удалось отогнать их. Волчий Вождь, воин шайенов, участвовавший в бою, сказал, что солдаты открыли огонь без провокаций со стороны индейцев: «Мы не искали боя, так как провели всю зиму у форта Ларнед, торгуя с белыми. Худой Медведь велел нам оставаться на месте, а сам поехал вперед, чтобы показать офицерам выданные ему в Вашингтоне бумаги, дабы те поняли, что мы в мире с белыми. На его груди висела медаль мира Линкольна, подаренная ему в 1863 году в Вашингтоне. Когда он оказался метрах в шести от офицера, солдаты выстрелили в него. Худой Медведь и вождь по имени Звезда упали с лошадей. Солдаты подъехали к ним и снова выстрелили в них, уже лежавших на земле. Они убили троих из нас, а мы прикончили четверых или пятерых солдат». Около пятисот взбешенных воинов были готовы смести отряд Эйри, состоявший из 84 человек, но вождь Черный Котел сумел сдержать их. Солдаты смогли убраться прочь, но несколько воинов следовали за ними почти до самого форта Ларнед. Инцидент показал даже мирной части шайенов, что с белыми людьми можно говорить только на языке оружия. 17 мая 1864 года капитан Дж. Парметар, командующий фортом Ларнед, сообщил, что, по его мнению: «Шайены начнут враждебные действия против белых людей в течение нескольких дней. Все они покинули окрестности и ушли к р. Платт».

27 июня 1864 года губернатор Колорадо Джон Ивенс выпустил прокламацию «К дружественным индейцам Равнин», в которой дружественным шайенам и арапахо предлагалось собраться у форта Ларнед – «безопасном месте», поместив себя под защиту солдат. Несмотря на недоверие к военным, большинство южных шайенов и арапахо собрались в 25 милях от форта Ларнед, но община Солдат Псов отказалась прийти.

Не все шайены были мирными – Солдаты Псы постоянно совершали нападения на белых людей. Только 17 июля 1864 года враждебные индейцы атаковали:

1) ранчо Бижу, р. Саут-Платт, в 85 милях к востоку от Денвера, Территория Колорадо. Воины атаковали вставший в круг караван и убили двух переселенцев;

2) станцию Джанкшен-Стейшн, Колорадо. Индейцы угнали 7 лошадей;

3) ранчо Мюррея, Колорадо. Индейцы угнали 8 лошадей и убили 31 корову;

4) ранчо Джанкшен, Колорадо. Индейцы угнали 68 лошадей и ранили 15 коров;

5) ранчо Бивер, Колорадо. Один белый человек ранен;

6) бивер-Крик, Колорадо. Двое белых убито;

7) ранчо Годфри, Колорадо. Угнаны лошади;

8) ранчо Вашингтон, Колорадо. Угнано 28 лошадей.

Следующее серьезное нападение получило название Рейд вдоль реки Литтл-Блю. Сотни воинов шайенов и сиу атаковали различные ранчо в Небраске вдоль р. Литтл-Блю на протяжении 60 миль. 7 агуста они убили 23 гражданских американца, 9 августа еще 9 человек. К концу рейда 38 поселенцев были убиты, 9 ранены, а 5 захвачены в плен. Кроме того, 8 августа другие отряды шайенов атаковали караваны переселенцев вдоль переселенческого пути Оверлэнд-Трэйл к западу от форта Кирни в Небраске. Когда индейцы скрылись, 13 мертвых переселенцев остались лежать на месте, а 2 были увезены в плен.

11 августа Джон Ивенс выпустил вторую прокламацию, в которой жителям Колорадо давалось право «преследовать на равнинах всех враждебных индейцев. А также убивать и уничтожать их как врагов страны». Кроме того, он наделял их правом захватывать индейскую собственность, пленять их и использовать в своих нуждах и по своему усмотрению. Спустя два дня Ивенс призвал добровольцев в 3-й полк колорадских волонтеров, чтобы «преследовать, убивать и уничтожать всех враждебных индейцев Равнин».

12 августа из форта Кирни выступила колонна из 125 солдат, чтобы оказать помощь поселенцам, пострадавшим во время шайенского рейда вдоль Литтл-Блю. Руководил колонной капитан Эдвард Мерфи. Вскоре к ним присоединилось несколько гражданских добровольцев. 16 августа у Элм-Крик, штат Небраска, несколько добровольцев удалились вперед от колонны, и их тут же неожиданно атаковали шайены. Мерфи приказал выстрелить по краснокожим из гаубицы, после чего индейцы отступили. Но из-за выстрела передок орудия треснул, сделав его бесполезным. По подсчетам Мерфи, шайенов было не менее пятисот, а потому он предпочел отступить, но индейцы последовали за ним, периодически атакуя. Уже почти стемнело, когда дезорганизованные силы Мерфи добрались до станции на Литтл-Блю. В тот же день шайены атаковали группу солдат-курьеров у Смоки-Хилл в Канзасе и убили четверых из них. В сентябре – октябре 1864 года схватки между шайенами и американцами в Небраске и Канзасе не прекращались.

После переговоров с властями часть шайенов и арапахо, желавших жить в мире с американцами, поставили свой лагерь в указанном властями месте, чтобы их не спутали с враждебными соплеменниками. На рассвете 29 ноября 1864 года, в сорока милях к северу от форта Лайон, на р. Сэнд-Крик, солдаты полковника Джона Чивингтона атаковали мирное селение южных шайенов вождя Черный Котел и арапахо Левой Руки, использовав при этом четыре горные гаубицы. Делос Санбертсон, один из участников этого нападения, вспоминал: «Эти твари забирались в ямы и прятались за скалами – везде, где могли найти место (для укрытия. – Авт.)… Мы стреляли каждый раз, когда могли узреть макушку, и стреляли в женщин – там их было множество – также легко, как и в мужчин. Мы же пришли, чтобы стереть с лица земли всю эту банду». После нескольких часов битвы были убиты 163 шайена, в основном женщины и дети, и многие ранены. Чивингтон писал в рапорте о произошедшей резне: «После вчерашнего ночного марша в 40 миль я на рассвете атаковал шайенское селение из 130 палаток, силой в 900—1200 воинов. Убиты… около 400–500 индейцев, а также захвачено много лошадей и мулов. Наши потери составили 9 убитыми и 38 ранеными. Все проделано превосходно». Денверская газета «Rocky Mountain News» сообщала: «Парни из третьего полка едва ли появятся здесь в течение ближайших недель, потому как заняты погрузкой бизоньих шкур, скальпов, полосок с серебряными долларами и т. п. – добычей, захваченной у индейцев. Браво!» Джордж Бент, находившийся среди шайенов на р. Сэнд-Крик, писал: «Это селение Черного Котла было мирным. Когда я выскочил из своей палатки, то увидел солдат, скачущих к селению. Я посмотрел в сторону палатки Черного Котла – перед ней на шесте развевался американский флаг. В этот момент солдаты со всех сторон открыли огонь… Мы пробегали мимо большого количества убитых мужчин, женщин и детей. Многие из них были скальпированы». После Резни на Сэнд-Крик южные и северные шайены, северные арапахо и сиу объединились в войне против белых. Огромный лагерь, собравшийся в декабре 1864 года, насчитывал более 10 000 человек, включая около 2000 воинов. Разъяренные индейцы жгли ранчо, нападали на караваны и станции дилижансов, убивая американцев и угоняя скот.

7 января 1865 года шайены, сиу и арапахо атаковали город Джулесберг и форт Ранкин. Им удалось выманить из форта Ранкин капитана О’Брайена с 37 солдатами, но преждевременная атака молодых воинов предотвратила полное уничтожение солдат. Солдаты дали залп из гаубицы, и индейцы отступили. Нападавшим удалось убить 14 солдат и 4 поселенцев и ранить 2 солдат. Среди индейцев потерь не было. Прежде чем удалиться, краснокожие разграбили Джулесберг, увезя товаров на 40 000 долларов и уничтожив несколько тысяч бумажных долларов. В тот же день другие отряды шайенов рыскали вдоль дороги на Денвер. Они атаковали дилижанс, убили одного из пассажиров, а остальных ранили. У ранчо Дэннисона они атаковали огромный караван фургонов, сожгли его и убили 12 человек. На станции Вэлли-Стэйшн индейцы разграбили строения, увезя товаров на 2000 долларов.

Нападения совершались практически каждый день. 30 января оператор телеграфа Джон Хайнс с Вэлли-Стейшн сообщал: «Мы видим сегодня огромные пожары вниз по дороге и думаем, что сожжены все ранчо отсюда до Джулесберга». 2 февраля вновь были атакованы Джулесберг и форт Ранкин. Шесть сотен воинов окружили форт, но не смогли выманить из него людей (100 солдат и 50 гражданских), и тогда индейцы перешли к Джулесбергу, расположенному в миле от форта, и сожгли станцию дилижансов. Когда капитан О’Брайен, направленный на другую станцию несколькими днями ранее, приблизился к форту с гаубицей, индейцы отступили, предварительно спалив в огне все строения Джулесберга. В феврале – мае атаки индейцев не ослабевали, тысячи голов скота были угнаны, а десятки белых американцев потеряли свои жизни.


Семья шайенов


В марте 1865 года южные шайены присоединились к северным шайенам и оглала-сиу, стоящим лагерем на реке Паудер. Среди наиболее известных нападений совместных сил была атака на солдат, высланных на помощь каравану, сопровождаемому армейским эскортом, – Битва на Платт-Бридж. В конце июля 1865 года шайены, сиу и арапахо спланировали грандиозную атаку на станцию Платт-Бридж в Вайоминге, где располагался гарнизон из 120 солдат. 26 июля солдаты заметили скопление индейцев к северу от р. Северный Платт. Поскольку ожидалось прибытие каравана фургонов, навстречу ему был выслан отряд из 25 кавалеристов во главе с лейтенантом Каспаром Коллинзом. Как только они переправились через реку по деревянному мосту, их атаковало около тысячи воинов. На помощь Коллинзу тут же был направлен лейтенант Генри Бретней с отрядом из 40 кавалеристов. Ему удалось отогнать арапахов, отрезавших солдат от моста, и люди Коллинза спаслись бегством, потеряв 4 человека убитыми (включая Коллинза) и 8 ранеными. Через некоторое время отряд кавалеристов покинул станцию, чтобы восстановить телеграфную линию, обрезанную индейцами, в результате чего было убито еще 6 солдат и 9 ранено. В то же время к станции двигался ожидаемый караван, состоявший из 14 повозок и 5 фургонов. Им руководил сержант Эмос Кастард, под началом которого находилось 24 солдата. Незадолго до нападения враждебных индейцев караван встретил патруль из 30 кавалеристов. Кастард а предупредили о скоплении шайенов и сиу, на что он ответил: «Нет, сэр, мы не остановимся здесь. Мы продолжим свой путь к Платт-Бридж, и нам плевать на всех краснокожих на этой стороне ада». Кастард и его люди отбивались четыре часа, и бой был яростным. Кастард и 21 солдат были убиты, а троим, ранее высланным на разведку, удалось добраться до станции. Шайены и сиу потеряли по 6 человек. Они выкинули захваченные скальпы – слишком много воинов погибло в том бою. Всего у Платт-Бридж погибло 32 солдата и 17 были ранены.

Август – сентябрь 1865 года был ознаменован так называемой Войной Коннора, которую вернее было бы назвать Разгромом Коннора. Экспедиция на Паудер-Ривер генерал-майора Патрика Коннора состояла из трех колонн, которые должны были зажать индейцев в кольцо. Первой ошибкой Коннора (который вел одну из колонн) было то, что, послав остальные колонны под руководством двух полковников, он не назначил главного. У командиров взыграли амбиции, и они сразу начали ссориться и не соглашались друг с другом ни по одному вопросу. Первого сентября в 50 милях выше устья р. Паудер солдат полковника Нельсона Кола, командовавшего правой колонной экспедиции, был атакован индейцами в миле от лагеря. Кол отправил на разведку капитана Эдварда Роуленда и 7 солдат. Преследуя маленький отряд воинов, разведчики неожиданно столкнулись с другими индейцами, выскочившими из лощины. Все семеро, исключая Роуленда, погибли. Подоспели основные силы Кола, но из-за плохого состояния лошадей преследование было невозможно. Полковник Кол отступил вниз по р. Паудер в направлении столбов дыма, которые, как он полагал, свидетельствовали о присутствии колонны генерала Коннора. Второго сентября Нельсон Кол переправился на западный берег реки и двинулся по следу подполковника Сэмуела Уокера, командира центральной колонны экспедиции Коннора. Полковник Кол писал, что был ужасный ураган, один из тех, что случаются в этих местах в любое время года, когда температура неожиданно меняется от нестерпимой жары до ужасного холода. Недостаток продовольствия, случаи истощения от дневного марша на интенсивной жаре, вкупе с холодным ураганом, стали причиной гибели многих лошадей. Умерло 225 лошадей и мулов, вынудив солдат сжечь огромное количество фургонов. Пятого сентября на холмах и в лощинах появились индейцы, пытающиеся отрезать погонщиков, собиравших отбившихся мулов. Солдаты открыли огонь, но индейцы продолжали заполнять лощины. Полковник Кол сообщал: «Индейцы делают попытки выманить небольшие группы людей из лагеря в погоню за отрядами от десяти до ста воинов, периодически атакуя, а затем быстро мчась прочь. Они также часто пытались добраться до лошадей солдат, спешившихся в боевую шеренгу, но благодаря превосходным качествам карабинов «Спенсер» были отбиты». Отделение солдат без разрешения переправилось через р. Паудер и немедленно подверглось нападению. Поскольку индейские лошади были в лучшем состоянии, краснокожие настигли солдат и загнали их в реку. 2 солдата убито, 2 ранено. Остальные выжили лишь благодаря своевременному прибытию на место части роты артиллерии. Офицеры сообщали, что перемещениями воинов управлял вождь, подававший им знаки красным флагом. После этого Кол продолжил путь вверх по р. Паудер. 8 сентября Кол, соединившийся с колонной Уокера, подвергся нападению. В последовавшем бою солдаты отбивали атаки с помощью артиллерии и карабинов «Спенсер». Несмотря на яростные атаки воинов, никто из солдат не пострадал… С 8 по 10 сентября бушевал новый ураган – дождь, град, снег, а температура резко понизилась. В результате погибли 414 лошадей команды Кола и более 100 Уокера, что вынудило солдат уничтожить фургоны, кавалерийское снаряжение и прочие вещи, которые они не могли взять с собой. 10 сентября армейская экспедиция на р. Паудер начала отступать, но индейцы продолжали беспокоить солдат, нападая на «измученную и голодающую команду». Рационы солдат упали до четверти, и они ели лошадей и мулов, чтобы не умереть от голода. Кол: «Иногда огромное число индейцев появлялось со всех сторон, но они были вне досягаемости наших ружей». Колонны отступили в форт Коннор, а позднее в форт Рино, прибыв туда 20 сентября, закончив тем самым экспедицию на р. Паудер. 24 сентября туда прибыл Коннор, который сообщал, что команда Кола представляла собой «самое омерзительное и обескураженное сборище, которое я когда-либо видел». Относительно вооружения индейцев Уокер сообщал, что шайены и сиу имеют всего четыре или пять хороших мушкетов. Единственным успехом экспедиции был захват лагеря арапахо вождя Черный Медведь.

14 октября 1865 года правительство США подписало договор с южными шайенами и южными арапахо у р. Литтл-Арканзас. От шайенов договор подписали: Черный Котел, Семь Быков, Маленькая Шкура, Черный Белый Человек, Орлиная Голова и Бык, Который Слышит. Индейцы уступили земли между реками Арканзас и Платт, но им было позволено охотиться там, пока там есть бизоны. Шайены и арапахо согласились жить в резервации к югу от Арканзаса и не приближаться к дорогам, постам и станциям ближе чем на десять миль. В шестой статье договора правительство признало свою вину за Сэнд-Крик и согласилось выплатить компенсацию шайенам, потерявшим там родственников и имущество.

Зимой (26 декабря) 1866 года у форта Фил-Кирни шайены вместе с сиу и арапахо полностью вырезали отряд полковника Феттермана, состоявший из 81 человека. Индейцы были вооружены в основном луками и стрелами – только шесть трупов солдат имели пулевые ранения.

В начале апреля 1867 года в форте Ларнед, Канзас, Винфилд Хэнкок начал формировать экспедицию против «наглых» шайенов, арапахов и сиу, в составе одиннадцати рот 7-го кавалерийского полка под командованием полковника Джорджа Кастера, семи рот 37-го пехотного полка и батареи 4-го артиллерийского полка – всего 1400 солдат. За время четырехмесячной активной дорогостоящей кампании солдатам удалось убить всего четверых индейцев – двух шайенов и двух сиу. 22 июня 1867 года шайены, сиу и арапахо атаковали форт Уоллес, а 1 августа шайены совершили неудачное нападение на солдат у форта Фил-Кирни, в котором понесли тяжелые потери.

В сентябре 1868 года была организована экспедиция против шайенских Солдат Псов под руководством подполковника Альфреда Салли. 11, 12, 13 и 15 сентября две роты 3-го пехотного полка и восемь эскадронов 7-го кавалерийского полка сражались с индейцами на Индейской Территории в районе рек Северный Канейдиэн, Симаррон и Сэнд-Хиллс. Салли сообщал: «Мы попали в ловушку, расставленную для нас индейцами. Они занимали все холмы и были пешими. Караван фургонов не мог продолжать путь». Он заключил, что преследовать индейцев, будучи отягощенными караваном, бессмысленно. Разумнее оставить его под охраной и посылать за припасами. По его словам, индейцы вооружены скорострельными ружьями и имеют великолепных лошадей.

С 17 по 25 сентября 1868 года на Арикари-Форк – притоке р. Рипабликэн в Колорадо, полковник Джордж А. Форсайт и рота из 50 белых скаутов была атакована крупными силами шайенов и сиу. Скауты отступили на остров на Арикари и восемь дней отбивались от сил сиу и шайенских Солдат Псов. Во время одного из боев погиб известный шайенский лидер Римский Нос[18]. Через восемь дней прибыла подмога – солдаты 10-го кавалерийского полка. Это был тяжелый бой, известный в истории как Битва на Бичер-Айленд. Полковник Форсайт получил два ранения, 6 скаутов были убиты, а 15 ранены.


Вожди северных шайенов Маленький Волк и Тупой Нож


27 ноября 1868 года солдаты 7-го кавалерийского полка под командованием полковника Джорджа Кастера атаковали на р. Ва-шита селение мирной части южных шайенов под руководством Черного Котла. Селение обнаружили скауты осейджи, и именно благодаря им стало возможно неожиданное нападение. Лишь один из двух официальных списков участников событий упоминает об их присутствии. Многие шайены, в основном женщины и дети, были убиты, а 53 взято в плен. Согласно официальному рапорту Кастера, который любил приврать о своих заслугах, было убито 103 воина, 16 женщин и несколько детей. Скаут Бен Кларк сообщал о гибели 103 индейцев, из которых было 75 мужчин, 28 женщин и детей. Шайены же говорили о гибели 13 воинов, 16 женщин и 9 детей. Кроме того, в селении было захвачено 875 лошадей и множество скарба: 73 бизоньи шкуры, 940 кожаных седельных сумок, 93 мундира, 210 топоров, 470 одеял, 700 связок табака и т. п. Среди убитых оказались вождь шайенов Черный Котел и его жена. Потери армии составили 21 человек убитыми и 13 ранеными. Солдаты сожгли селение и застрелили 875 лошадей. Неподалеку находились селения других племен, не замеченные Кастером, что было его типичной ошибкой, и объединенные индейцы вынудили Кастера отступить. После экспедиции Кастера нападения индейцев на белых американцев значительно участились.

В начале лета 1869 года началась новая карательная экспедиция против враждебных индейцев. Генерал Карр выступил из форта Макферсон, штат Небраска, с солдатами 5-го кавалерийского полка и батальоном скаутов пауни. 11 июля на Саммит-Спрингс, штат Колорадо, вблизи р. Южный Платт, солдаты Карра и скауты пауни атаковали лагерь шайенских Солдат Псов вождя Высокий Бык. Это событие впоследствии стало известно как Битва на Саммит-Спрингс». Храбрый Медведь и Две Вороны слышали, как Высокий Бык кричал: «Все пешие, кто не может сбежать, следуйте за мной!» Многие шайены, включая Высокий Бык и двух его жен, побежали к глубокой лощине. Там Высокий Бык и Волк с Густой Шерстью дали свой последний бой против солдат и пауни. Волк с Густой Шерстью пригвоздил свою собачью веревку[19] к земле и сражался на месте до смерти – последний из Солдат Псов[20], погибший пригвожденным собачьей веревкой. Сюзанна Элдердайс, белая пленница, находившаяся в шайенском лагере, была убита Солдатами Псами, как только прозвучали первые выстрелы. Мария Вейчелл, захваченная шайенами в мае, была серьезно ранена, но выжила. Найденные в лагере деньги отдали ей в подарок. Всего в бою погибло не менее 52 воинов, а также много женщин и детей. Джордж Бент писал: «С разрушением лагеря Высокого Быка и последовавшим уничтожением Солдат Псов как общины – часть ушла к северным шайенам, а другая часть на юг – сила знаменитого общества была сломлена, и с тех пор они никогда не были движущей силой в войнах шайенов».

В 1874 году южные шайены приняли участие в восстании команчей и кайовов на Южных равнинах. Белые охотники уничтожали бизоньи стада, и индейцы страдали от голода. Индейский агент Майлз сообщал, что почти в течение четырех месяцев до начала восстания резервационные пайки постоянно сокращались, и выразил мнение, что, если бы снабжение краснокожих было достаточным, он смог бы удержать племя от военных действий. Агент писал, что шайенам и арапахо, побывавшим в Вашингтоне, президент США обещал, что власти не допустят проникновения на земли их резервации белых охотников и конокрадов, и индейцы ожидали, что президент сдержит свое обещание, но этого не произошло.


Шайены, захваченные в заложники генералом Кастером. Слева направо: Тупой Нож, Большая Голова и Жирный Медведь. Кэмп-Сэпплай. Март 1869 г.


Результатом этого, по мнению Майлза, могло быть только вооруженное противостояние. В то же время шайены постоянно страдали от белых конокрадов, воровавших у них и без того немногочисленных лошадей. В мае 1874 года бледнолицые конокрады украли у шайенов 43 лучших скакуна, принадлежавших вождю Маленькая Шкура. Пытаясь отбить коней, сын вождя был серьезно ранен, и шайены в отместку убили члена изыскательской партии, что привело к открытой враждебности. Весной 1874 года шаман из племени команчей Исатаи объявил, что обладает колдовской силой, которая позволит индейцам победить белых людей. Ему поверили все южные племена – команчи, кайовы, кайова-апачи, арапахо и в том числе южные шайены. 27 июня 1874 года все шайены вместе с другими союзными племенами атаковали строения старого торгового поста Эдоуби-Уоллс. Событие это получило название Битва у Эдоуби-Уоллс. Огромный отряд воинов раз за разом атаковал засевших в Эдоуби-Уоллс белых охотников (28 мужчин и 1 женщину), которые пробили в стенах дыры и отстреливались через них. Они были вооружены новыми дальнобойными ружьями, и краснокожие не могли ничего поделать. Несмотря на то что бой был очень тяжелым, индейцы потеряли всего девять человек – шесть шайенов и трех команчей.

28 сентября 1874 года полковник Маккензи с семью эскадронами 4-го кавалерийского полка атаковал и захватил селение кайовов, команчей и южных шайенов в каньоне Пало-Дуро вблизи р. Ред-Ривер в Техасе. В тот момент индейцы уже поговаривали между собой о том, чтобы сдаться, но, встревоженные атакой, вернулись на равнины Стейкед-Плейнс, и нападения с их стороны возобновились. 6 ноября небольшое отделение из 28 кавалеристов лейтенанта Генри Фарнсворта сражалось с отрядом из сотни шайенских воинов Седой Бороды на Макклеллан-Крик в Техасе. Шайены вынудили солдат занять оборону, и бой продолжался до наступления темноты, после чего Фарнсворту удалось улизнуть, бросив на поле боя тела двух убитых солдат. Спустя два дня лейтенант Ф. Болдуин атаковал расположившийся неподалеку шайенский лагерь. 26 ноября капитан Ч. Хартвелл разбил шайенов на Мастер-Крик, штат Техас. 28 декабря капитан А. Кейес на р. Норт-Канейдиэн захватил целую общину племени, преследуя ее на протяжении 80 миль. 6 марта 1875 года практически все южные шайены, уставшие от постоянной войны, во главе с верховным вождем Каменный Теленок сдались подполковнику Томасу Нейлу вблизи Дарлингтона. После этого южные шайены уже более не участвовали в войнах против американцев.

Северные шайены продержались дольше. Они приняли активное участие в войнах сиу и сыграли значительную роль в битвах на Роузбад и Литтл-Бигхорн (см. «Сиу»). Военные кампании 1876–1877 годов были направлены именно против этих двух племен. Во время них шайены оказывали яростное сопротивление, иногда побеждая, иногда проигрывая. Например, 17 марта 1876 года солдаты Рейнолдса атаковали и уничтожили лагерь шайенов Двух Лун и оглалов вождя Пес на р. Литтл-Паудер, после чего индейцы бежали к лидеру сиу Бешеный Конь.

Осенью 1876 года военный департамент организовал еще одну мощную экспедицию, целью которой было захватить или уничтожить последние группы враждебных индейцев, разбивших Крука и Кастера в июне этого года. Экспедиция на Паудер-Ривер под командованием генерала Крука состояла из 2200 человек – регулярных войск (кавалерия, пехота и артиллерия), волонтеров и гражданских лиц, обслуживающих 168 фургонов с припасами. Кроме того, ее сопровождали 358 индейских скаутов – 105 шошонов, 100 пауни, 1 юта, 1 неперсе и 151 сиу, шайен и арапахо. 25 ноября разведчики обнаружили лагерь враждебных индейцев на притоке р. Паудер – Ред-Форк, штат Вайоминг. Крук выслал полковника Рэналда Маккензи с 1100 кавалеристами и индейскими скаутами. Лагерь состоял из 200 типи и принадлежал вождям шайенов – Маленькому Волку и Тупому Ножу. В нем находилось не более 400 воинов. Они оказали яростное сопротивление кавалеристам Маккензи, но были вынуждены отступить в скалы, бросив все свое имущество. Солдаты захватили табун в 600 лошадей и сожгли палатки со всем содержимым, оставив шайенов без еды и укрытия на ужасном морозе. В ночь после битвы температура упала до —30 градусов, и 11 детей умерли от холода. Потери Маккензи составили 6 убитыми и 26 ранеными, а шайены потеряли не менее 40 человек убитыми.

Весной 1877 года шайены, как и сиу, начали приходить в агентства и сдаваться. 21 апреля 1877 года около 600 шайенов сдались генералу Круку, а на следующий день, 22 апреля, около 300 шайенов сдались полковнику Майлзу.

Часть северных шайенов была отправлена на юг, на территорию современной Оклахомы, в резервацию Южных шайенов. В сентябре 1878 года

Северные шайены – 89 мужчин и 146 женщин и детей – под предводительством Маленького Волка, Тупого Ножа и Дикого Вепря покинули резервацию и попытались прорваться на родные земли севера. Сотни солдат преследовали оборванных, голодных людей, бредущих по заснеженной равнине, но индейцам удавалось отбивать все атаки и ускользать. В результате часть людей, ведомых Тупым Ножом, была захвачена и препровождена в форт Робинсон, штат Небраска, а второй части беглецов под предводительством Маленького Волка удалось добраться до своих прежних земель. Безоружные шайены, загнанные в бараки форта Робинсон, совершили отчаянную попытку вырваться на свободу, в результате чего 32 из них были убиты. На этом сопротивление шайенов закончилось.

Эпидемия холеры 1849 г. нанесла шайенам тяжелейший удар, в результате которого, по словам Калбертсона, они потеряли около 2000 чел., что составляло две трети племени. Согласно индейскому агенту, в 1881 г. шайены насчитывали 250 чел. в агентстве Пайн-Ридж и 4904 в агентстве шайенов и арапахо. В 1904 г. численность шайенов составляла 3312 чел., из которых 1903 были Южными, а 1409 – Северными, а к 1921 г. сократилась до 3281 чел., из которых 1870 были Южными, а 1411 – Северными.

Оглавление

Из серии: Индейские войны. Энциклопедия Дикого Запада

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Военное дело индейцев Дикого Запада. Самая полная энциклопедия (Ю. В. Стукалин, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я