День Гондваны. Роман-миф (Евгений Пышкин)

Философское и эзотерическое фэнтези. Его зовут Сатх Ной. Ему пророчат великое будущее, но верит ли он сам в эти сказки, хотя дар у него есть. Только дар не дает права становиться сыном богов, или властителем Гондваны, или величайшим мудрецом на Острове. Для чего посещают странные видения? Может, это только игра?

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги День Гондваны. Роман-миф (Евгений Пышкин) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

© Евгений Пышкин, 2016


ISBN 978-5-4474-1707-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

«Величие человека не в том, чтобы следовать судьбе или, проявив волю, самому творить ее, а величие – пройти по границе, разделяющей твою волю и волю богов».


Ной Странник

На заре кровавой мира

Для него давно назначен путь.

И поет, играет лира,

Не давая сердцу отдохнуть.

Воздух в этот день пах по-особому. Иначе, чем вчера. Дурман трав чувствовался сильнее. Пряный аромат щекотал ноздри, казалось, что-то неуловимое витало в мире, но если отбросить иллюзии, то все осталось неизменным. На своих местах были небо и земля, травы такие же, как и вчера, и воздух такой же. Просто двое юношей, вступившие во взрослую жизнь, остались одни. Их соплеменники отправились на охоту, поручив им беречь, будто собственную жизнь. Юноши обрадовались. Наконец-то, думали они, мы стали взрослыми, нам доверили важное дело.

Вот поэтому мир вокруг и виделся иначе: день немного другой, и солнце теплее, и небо чище, и земля добрее, и запахи, приносимые ветром, острее.

Был разведен огонь. Юноши сторожили пламя и подкармливали его. Понадобилось много сухих веток. Юноши набросали дрова ненасытному огненному богу, а он с жадностью поглощал «пищу», пировал, шипя и урча, как хищный зверь над убитой жертвой.

Прошло много времени с тех пор, как племя ушло на охоту. Солнце медленно проплыло почти весь небосвод, и уж больно оказалось скучным это занятие – сторожить костер, хоть ярый танец и завораживал. Что толку сидеть без дела? Юноши захотели помочь соплеменникам. Они решили пойти на охоту, настрелять мелкой дичи, чтобы порадовать родных. Попусту что ли томились тугие луки? Но слова старших, всплывшие в памяти, не давали им покинуть костер: «Огонь нельзя оставлять без людского присмотра. Если не кормить, он зачахнет».

Юноши долго не решались, но тут один из них произнес:

– Слушай, а мы не пойдем далеко, и отсутствовать будем недолго. Давай, накидаем веток огню, пусть ест, сколько хочет. – Юноша указал на кучу хвороста. – Того, что мы натаскали, огню хватит надолго. Пока он гореть будет, а гореть он будет долго, поверь мне, мы успеем настрелять мелкой дичи.

Второй с сомнением посмотрел на костер, затем перевел взгляд на «еду» для огня, но все ж согласился.

Юноши решили принести еще дров, а потом много веток побросали в костер, и пламя взвилось в небеса. Жарко стало вокруг. Рыже-огненный хищник завыл, зашипел и заклокотал от удовольствия. Он почувствовал силу, и в огненном танце можно было прочесть слова благодарности.

– Вот видишь! А ты сомневался! – обрадовался первый. – Смотри, как разгорелся! А он еще долго так будет полыхать. И не успеет съесть все ветки, как мы вернемся.

Юноши взяли луки и отправились на охоту.

Как долго они были на охоте, не известно. Азарт лишил их чувства времени. Вернулись молодые добытчики, а костер потух. Остались лишь теплые угли. Неужели, испугались юноши, мы много времени отсутствовали? Значит, удрученно подумали они, придет племя после тяжелой охоты к потухшему очагу. А что скажут старейшины? Юноши не были посвящены в тайну огня. Не исполнился пока их срок, чтобы узнать секрет, не обладали юноши камнями, высекающие искры, а иначе бы смогли развести костер заново. Наука не хитрая, лишь прояви сноровку и терпение. Можно и трением сухого дерева о дерево это сделать, да только времени мало осталось. Юноши поняли, они не успеют. Судя по положению солнца, вот-вот вернутся соплеменники.

Соплеменники пришли и увидели остывшие угли, поняли, что случилось и помрачнели. Стали совещаться, как поступить. Никто не проявил злобы, ибо охота оказалась удачной, но решение было непреклонным. В один голос они заявили:

– Быть им изгнанниками, и пусть боги решают их судьбу. Знали же они, что не посвящены в огненные тайны, так почему не досмотрели за костром? Не прошли они испытания. Изгнать.

Старейшины согласились с приговором, но один из них, печально и с укором смотря на юношей, произнес:

– Суждения ваши справедливы, братья. Они виновны, и вина их очевидна и не требует доказательств. Мы изгоним юношей, недосмотревших за костром, но даже боги бывают милосердны. Я хочу, чтобы мы были подобны богам.

– Не предлагаешь ли ты помиловать и оставить их? Или хочешь назначить им новое испытание? – удивилось племя.

– Вовсе нет. Но они погибнут в первый день изгнания. Опыт у них небольшой, – старейшина о чем-то ненадолго задумался. – Да, юноши уйдут, так и быть. Этого не миновать, но вместе с ними уйду и я. Голос сердца говорит: не оставь их. Когда же я их обучу всему, что знаю, то вернусь. Ведь я прав? Что они видели за свою жизнь? Боюсь, недолго они протянут без мудрого слова.

– Мы-то не возражаем, – сказало племя. – Но подумал ли ты о нас? С нами останутся еще старейшины, но и твой опыт ценен. Нам бы не хотелось расстаться с тобой надолго.

– Чего вы боитесь? Я же вернусь.

И племя, подумав, отпустило троих людей.

Так юноши покинули родной дом.

Случилось это в вечернее время. Двое юношей и старейшина вышли в неизвестность под покровом сумерек. Старейшина все молчал, но когда они выбрались на открытую местность, произнес:

– Становится небезопасно. Мы пойдем к реке, разведем костер, и каждый из нас по очереди будет вглядываться во тьму – стоять на страже. Нам надо пережить эту ночь.

Так они вышли к реке и пережили первую тревожную ночь вдали от родного племени. Та ночь им показалась бесконечной, но утро все-таки настало. Они увидели реку, мирно плывущую и, глядя на ее спокойные воды, старейшина сказал:

– Мы отправимся по реке, поэтому нужны бревна. На них и поплывем. Я взял каменный топор и другие инструменты. Они в мешке. Берите их.

Юноши забрали мешок и отправились к лесной опушке.

Старейшина сидел на высоком берегу. Он следил, как переливается вода в рассветных лучах. Она серебрилась, как чешуя сказочной рыбы. Старейшина увлекся игрой света и не заметил когда появился человек на том берегу. Незнакомец стоял и молчал. Река не была широкой, и старейшина хорошо рассмотрел его. Он оказался высокого роста, длинные светлые в желтизну волосы ниспадали до плеч. Вытянутый овал лица. Черты его мягкие и воздушные, но в тоже время, что удивительно, будто высечены из камня, словно аккуратно обозначены умелой рукой резчика. Одежда необычна, никогда старик такой не видел. Она плотно облегала тело, выделяя стройную худую фигуру. На плечах незнакомца – длиннополый плащ с капюшоном.

– Ты уже понял, кто я и не удивлен? – не раскрывая рта, сказал незнакомец. Его голос прозвучал как эхо чужой мысли в сознании старейшины.

– Да. Тебя зовут Фальт. Ты дух-охранитель лугов и полей.

– Верно.

– Но почему ты пришел? Почему… – И старейшина сам ответил на вопрос: – Только отходящие в иной мир способны осязать духов стихий, а простой человек лишь смутно слышит их голоса.

– Не всегда так случается. Ты знаешь, что что-то происходит в твоей душе. Скажи, зачем ты пошел с этими юношами? Мог бы их и оставить?

– Мог, но сердце велело.

– Вот и ответ на твой вопрос, зачем я здесь, – тихо и обыденно прозвучал голос Фальта в голове, будто он говорил об очевидных истинах. – Сердце велело? Нет, это древняя память просыпается. Когда-то ты был лучезарным духом, плененным тьмой. И твой путь, не только в этой жизни, но и в бесконечном разнообразии миров, есть движение из мрака к свету. – Фальт посмотрел в сторону. – Сейчас они принесут два бревна, и вы поплывете вниз по течению. Я знаю, в каком месте причалить к берегу, и это будет то место, где начнется новая жизнь.

– Ты – дитя стихии, а мудрость стихий превышает человеческую. Я не спросил разрешения срубить дерево у твоего брата Эльфа, извини.

– Ничего. Вам деревья нужнее, а о Шамнах, лесных духах, тоже не беспокойся. Они не причинят вам вреда. Я уговорил брата Эльфа, – успокоил Фальт. – Так что гневаться из-за срубленных деревьев никто не будут. Идите с миром. И да, слушай свое сердце.

Дух быстро растаял в утреннем воздухе.

Юноши вернулись. Они принесли бревна. Старейшина, глядя на то, как ловко держит один из них в руке топор, произнес:

– Когда причалим к берегу, надо найти камни и сделать копья и луки.

Юноши спустили поближе к воде первое бревно. Затем второе. Оно примкнуло к первому.

– Что вы там делаете? – удивленно спросил старик, стоя на высоком берегу и наблюдая за юношами, которые, вроде, пытались растащить бревна в разные стороны.

– У нас деревья сцепились, а как, сами не знаем. Хотим оторвать, но ничего не получается. Намертво. Там, в лесу еще одно срубленное бревно лежит. Мы сейчас его принесем. Это для вас, учитель.

– Погодите. Ничего не трогайте. Выволочите их на мель. А то, что в лесу принесите сюда. И срубите еще столько же. Мы соединим все вместе. Да, и сухих веток и гибких зеленых побегов не забудьте.

Так юноши и сделали. Несколько бревен соединили, получился плот. Охапку хвороста положили на край плота. Один управлялся с шестом, другой же скрепил несколько веток в факел.

Весь день три человека сплавлялись по реке. Они молчали, прислушиваясь к окружающим звукам, но стояла удивительная тишина. Лишь плеск воды, да стрекотание насекомых иногда нарушали ее.

Старейшина задумчиво смотрел вперед. Он вспомнил о беседе с Фальтом, тщился постичь, что значит «лучезарный дух, плененный тьмой», но память спряталась за непроницаемым покрывалом ночи, лишь в глубине блеснул слабый огонек истины. Края сознания, старик был уверен, коснулась истина, оставив след, но след оказался лишь беспомощным отголоском событий, о которых упомянул дух стихии. Поэтому старик молчал. Лишь когда Отец-Солнце прошел весь путь по небосводу, старейшина заметил Фальта на берегу. Ведение было недолгим, но старик все понял и велел юношам причалить к тому месту, где являлся дух.

Старейшина сошел на берег. Он вел себя уверенно. Юноши удивились его поведению. Со стороны казалось, что он шагал ведомый незримой силой, будто боги вдохновляли, ведь никто и никогда из их племени не был в этих местах.

Юноши остановились и осмотрели окрестность. Впереди простирались густые заросли, подобные пушистому ковру, что покрывал пологий холм. Люди вошли в чащу. Под ногами оказалась земля из камней и песка, и почти сразу они заметили среди зелени странное застывшее изваяние. Приблизившись к нему, увидели пещеру. Она с раскрытым зевом входа была похожа на чудовище, которое за непослушание неведомые боги превратили в камень.

– Здесь мы, пожалуй, остановимся, – произнес старейшина.

– Не опасно ли тут? – спросил один из юношей.

– Надо уповать на милость богов, но и с вами еще будет оружие. Смотрите, сколько камней. Выбирайте подходящие и делайте наконечники для копий и стрел.

Пока старейшина раскладывал вещи в пещере и молился богам, юноши обошли окрестность, подобрали нужные камни, а, вернувшись, увидели странную картину: их учитель сидел перед входом в пещеру с закрытыми глазами, а рядом с ним был виден человеческий глаз. Похоже, старейшина где-то отыскал кусок красной глины и нарисовал его на камне.

– Учитель, зачем вы нарисовали это? – спросили юноши, указывая на изображения.

– Это всевидящий глаз бога, это наш оберег. А теперь сядьте рядом. Я расскажу вам сон, который только что приснился.

И он поведал, что горные духи явились ему и предупредили, что место сие проклято, ибо по ночам сюда является Саблезубый – животное, одержимое Хаосом. Оно придет отдыхать в пещеру после охоты и не потерпит чужаков.

– Тогда, может, нам стоит уйти? – спросил юноша, но старик пронзил его ледяным взглядом и вымолвил непонятные слова:

– Сколько лет я был пленником господина тьмы, но мне удалось вырваться на свободу. Теперь я бегу от Хаоса, но не сегодня. Да и куда? Я пока не вижу дальнейшего пути. Поэтому останемся здесь. Духи сказали, что мы сможем победить его. А когда это случится, то пещера станет нашим домом на вечные времена, если захотим. Надо мастерить оружие и готовить ловушки.

Так они и сделали. Затем юноши сходили на охоту, принесли мелкой дичи. Незаметно подкрался вечер.

Когда же они сели перед костром отдыхать, старейшина произнес:

– А теперь смотрите. – Он взял кусок глины и подошел к каменной стене. – Я нарисую вам, что будет дальше.

Старейшина изобразил охоту на Саблезубого. Юноши сразу узнали себя. Вот они с копьями притаились в зарослях, вот, похоже, сам хищник. Он упруго и осторожно ступает на мягкие лапы. Зверь почуял чье-то присутствие. Осматривается. Приседает, готовясь к прыжку. Что он будет делать? Нападет или увернется от опасности? Но вот… Копье пронзает воздух. Оно промелькнуло со свистом и попало в бок Саблезубому. Животное легко ранено, оно еще опасно. И вот второе копье вонзается в шею. Хищник приседает и уже не может встать. А в этой части камня изображен мертвый зверь.

– Смотрите и запоминайте, – сказал старейшина. – Вот как я нарисовал, так и будет.

Юноши сосредоточено всмотрелись в рисунки на камне. В пляшущем свете костра казалось, что все на камне ожило, плоские фигуры наполнились объемом, со стен глянули на них картины будущего. И хочешь ты этого, или нет, но невольно веришь: да, так и случится.

Отец-Солнце покинул этот мир. Он вернется в следующее утро. А пока еще светел горизонт на западе, но уже опустился полумрак.

На исходе дня явился зверь одержимый Хаосом. Грузный и угловатый, он все ж ступал ловко на большие мягкие лапы. Прокрался и остановился. Повертел кудлатой головой и принюхался. Он почувствовал неладное, но вот легкий ветер унес запахи в сторону, и Саблезубый не смог почуять спрятавшихся юношей. Они, держа наготове копья, поджидали хищника. Хищник подошел к кострищу, опустил голову и шумно выдохнул. Угли оказались засыпанными землей. Животное насторожилось. Люди даже почувствовали, как напряглись мускулы Саблезубого. Он был готов к прыжку, готов молниеносно напасть, если тот, кто прячется слабее его, а если враг сильнее, готов защищаться.

Все случилось в долю секунды. Тихий свист копья, разрезав тишину, пронзил воздух, но зверь увернулся. Тут же еще одно копье задело ребра одержимого Хаосом. Саблезубый, заметив охотника, стремглав помчался в его сторону. Желтые холодные глаза дикой кошки вспыхнули в полумраке. Животное не ожидало еще одного стремительного удара сзади. Люди были с разных сторон. И третье копье вонзилось в загривок. Оно задело шейные позвонки. Зад хищника неуклюже осел. Юноша, что скрывался за спиной зверя, выбежал из кустов и стал добивать тяжело раненного камнями. Затем присоединился другой юноша. Уже не желтый свет, а кроваво-красный огонь заплясал в глазах хищника. Он вырвался алыми языками и заразил яростью нападавших.

– Остановитесь! Хватит! Он мертв! – закричал старейшина.

Юноши опомнились. Пред ними лежало мертвое животное. Окровавленная шкура – мешок шерсти с переломанными костями – распласталась на земле, не стало той пугающей мощи. Юноши не понимали, как они переступили ту грань, за которой пропало чувство реальности, когда зверь выпустил из себя дух Хаоса.

Юноши тяжело дышали.

– Все кончено, – тихо произнес старейшина.

Юноши заметили легкие раны, что остались на их телах. Но как зверь нанес их? Почему не почувствовали боли? Они бы не смогли ответить на эти вопросы.

– Скажите, учитель, – спросил один из юношей, – как вы узнали о тех ударах копья, что мы нанесли хищнику? Это было предопределено? Или вы управляли судьбой?

– А что есть судьба?

В ответ охотники растерянно пожали плечами.

– Что есть судьба? – настойчиво спросил старейшина. – Судьба – это там, где я не могу, где я не сумею ничего исправить. Каждый человек смертен, он не избежит этого. Вот это мы и называем судьбой. Ответьте себе на вопрос: могли мы убить одержимого Хаосом? Могли два человек в смертельной схватке с хищником выйти победителями? Я скажу: и да, и нет. Там, где вы были несколько мгновений назад, идет грань между «я могу» и «судьбой». Величие каждого человека не в том, чтобы следовать судьбе или самому творить ее. Величие в том, чтобы пройти по той грани, разделяющей судьбу и волю людей, скользнуть по лезвию жизни.

Старейшина устало сел перед звериной тушей. Старик, посмотрев в застывшие глаза хищника, облегченно выдохнул:

– Теперь это наше место. Хаос отступил, но он не дремлет. Я чувствую времени у меня мало, и смерть моя ближе, чем вы думаете.

– Как! – удивились юноши. – Разве вы не вернетесь в селение, когда передадите нам весь опыт?

– Вы слишком наивны для своего возраста. Неужели подумали, что я собирался вернуться? В моих-то годах. Я не обманул старейшин рода, они все поняли и без слов, они ведали, что так и случится. Обсуждая вас на совете, я прочитал в их взглядах понимание и соучастие. Предводители племени молчаливо разрешили мне быть с вами до самого конца.

Юноши испытали смешанные чувства. Они были рады и тоже время неловкость, ощущение вины сковали их речь. Наконец, один из них спросил:

– Учитель, что значили ваши недавние слова о пленнике тьмы?

– Ну-у. – Старейшина улыбнулся. – Надо развести костер и я расскажу вам одну историю о Прекрасноалом, жившем на звезде.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги День Гондваны. Роман-миф (Евгений Пышкин) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я