Вредность – не порок (Катерина Полянская, 2013)

Счастье и беда ходят рядом, но заходят врозь и не к каждому. В мою дверь все чаще стучится вторая. Но судьба равноценно кроет, и взамен сгоревшего дома мне досталась целая долина и собственный Властелин в придачу. Вот только о привычном размеренном существовании пришлось забыть раз и навсегда: друзья поделились на верных и заклятых, напрочь отсутствующий дар вдруг пробудился, внутренний голос обрел небывалую самостоятельность, а жизнь превратилась в рискованное путешествие по острию кинжала. И я буду не я, если не сумею схватиться за его рукоять…

Оглавление

Из серии: Вредность – не порок

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Вредность – не порок (Катерина Полянская, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 4

– Я требую объяснений! Немедленно! – Полная здорового негодования, я влетела к Алексу и… наткнулась на колючий взгляд Габриэля.

Хм… А этот что здесь делает?! М-да, везет, как всегда.

– Чего-чего ты там требуешь? – растягивая каждое слово, переспросил черный ангел и смерил меня слегка презрительным взглядом.

Пылу у меня мигом поубавилось. Ну что за люди (и нелюди)?! Не дали нормально поскандалить! А я, может, только во вкус вошла! И тут такой облом.

Где-то глубоко внутри осторожно шевельнулась вредность. Ах вот так?! Им, значит, можно меня использовать втемную, а мне и возмутиться, выходит, нельзя? Совсем у некоторых совести нет.

Я вам здесь такое устрою! Навек запомните, как голову морочить наивным девушкам.

А дело было вот в чем. Последний, а лично для меня – единственный, День Согласия я так и простояла за спиной властелина. Посетителей было довольно много, и с каждым повторялось одно и то же действо. Плюс еще некоторые норовили вывалить на бедного властелина все накопившиеся за неделю проблемы, да и просто сплетни. Алекс терпеливо выслушивал каждого. Кое-кому даже советы давал. Правда, зачастую в приказной форме. Иногда накатывало то странное состояние, что овладело мной в приход Дарма, но, в общем-то, все шло хорошо. Вот только к вечеру Алекс стал напоминать неудачную копию себя обычного: бледный, изможденный, с темно-синими кругами под глазами… Скажу банальность, но краше в гроб кладут. Из чего я сделала вывод о том, что взамен забранной боли он отдает частицу собственной жизненной силы. Проще говоря – души.

Неожиданное открытие. Так вот почему жители долины так благоговеют перед своим властелином! Теперь многое стало понятно.

Казалось, пришедшие меня даже не замечают. О, как же я ошиблась! Они заметили, наверняка вдоволь посплетничали и пришли к определенному выводу.

Так что на следующий день мне пришлось сильно удивиться, когда все, кого я встретила по дороге к Любе, мне почтительно кивали и с торжественным видом сообщали, что они безмерно рады моему присутствию в Боллате. Это продолжалось несколько дней. Тогда я как-то не придала этому особого значения. Ну, подумаешь, коллективное помешательство… Но вот когда встреченный мной в харчевой лавке Рудик шутливо поинтересовался, как поживает новоиспеченная хранительница, я забеспокоилась.

И теперь я, полная возмущения, стою перед Алексом и собираюсь наконец-то получить ответы на все свои многочисленные вопросы. Правда, Габриэль своим присутствием слегка поломал мои планы. Ну да ладно, сейчас как-то не до него.

– Объяснений! – повторила я и упрямо вздернула подбородок.

– Мм… Лично я тоже не прочь их получить. От тебя.

– Габриэль, ты бы не мог нас оставить? – наконец подал голос Алекс, обрывая наши пререкания.

Ангел напустил на себя недовольный вид, но все же подчинился.

Какое-то время мы молча разглядывали друг друга. После чего Алекс все-таки выдавил:

– Поверь, я и сам до конца не понимаю, как это вышло.

– Так я правда…

– Моя хранительница, – закончил он вместо меня.

– И что теперь делать?

– Ничего, – пожал плечами мужчина. – Насколько я помню, идти тебе все равно некуда. Так что расслабься, и… пусть все идет как идет.

Ну да, легко ему говорить!

– А я… я… я сбегу! – Поняв, насколько глупой выглядит такая угроза (ага, пешком до Старинска и без денег), я вылетела за дверь.

Добравшись до своей комнаты, я рухнула на кровать и зарылась лицом в подушку. Уже в который раз за последнее время мне захотелось ущипнуть себя и наконец-то проснуться. Снова оказаться в ветхой, но такой родной избушке. Подальше от всей этой неразберихи. А то что-то многовато загадок для одной меня: темная магия, властелины, ангелы… а теперь еще и я сама. И что-то мне подсказывает, что это еще далеко не конец.

Как и следовало ожидать, я уснула. Ну не приспособлен мой организм к тяжким раздумьям, что поделаешь.

…Я стояла на пороге небольшого деревянного домика, с виду довольно старого. Где-то среди деревьев протяжно завывал ветер, небо затянула серая поволока. Я зябко поежилась, было довольно прохладно.

Дверь с протяжным скрипом отворилась, словно приглашая войти. Я переступила порог. Внутри царил полумрак. Какое-то время я хлопала ресницами, безуспешно пытаясь сообразить, куда же меня занесло. Потом глаза привыкли к темноте, и я смогла разглядеть нехитрую обстановку. Деревянный пол, местами прогрызенный мышами, скрипел под ногами. У стены стоял стол, а на нем – потухшая свеча. Чуть дальше примостился древнего вида шкаф.

Чтобы увидеть что-то еще, пришлось все-таки зажечь свечу. Получилось не сразу, только с третьего раза. Но золотистый лепесток все-таки вспыхнул, и я мысленно похвалила себя. Осторожно шагнула вперед, оглядываясь.

От гуляющих по комнатушке сквозняков пламя дрожало, отбрасываемые им тени казались еще более пугающими. Меня трясло от холода и страха.

В самом дальнем конце комнаты, на узкой кровати, под давно не стиранным одеялом лежала старуха. Вся сморщенная, невероятно худая, жизнь ощущалась только в ее глазах. Даже в полумраке я видела – нет, скорее чувствовала, – как они горят.

– Не бойся, дитя, подойди, – проскрипела она, и я двинулась к ней, точно загипнотизированная. – Я давно жду тебя, моя маленькая хранительница.

– Но я…

– Ничего не можешь изменить! – Она каркающе рассмеялась. – Да и не нужно. Не спорь! Глупо спорить с судьбой. Ничем хорошим это не заканчивается. – И неожиданно мягко пояснила: – Иногда судьба сама делает за нас следующий шаг. Ничего не поделаешь.

«Ничего не поделаешь… не поделаешь… поделаешь…» – эхом звучало в голове, пока я выныривала из этого странного сна.

Окончательно проснувшись, села и потрясла головой. О боги, что только не приснится!

Странное видение упорно не желало покидать мои мысли, мешая сосредоточиться на чем-то другом. И руки до сих пор противно подрагивали. Вот ведь! Можно подумать, мне в реальности проблем недостаточно.

Так, похоже, кому-то срочно нужно отвлечься. С этой первой здравой мыслью за сегодняшний день я вышла из дома и направилась к конюшням. Погода напоминала ту, что я видела во сне: весьма ощутимая прохлада. А я довольно легко одета. И шаль, как назло, оставила дома. Но возвращаться лень. Я обхватила себя руками за плечи и упрямо двинулась дальше.

В конюшнях, к счастью, никого не было. Даже конюх куда-то подевался, чему я несказанно обрадовалась, – мне хотелось побыть одной. По крайней мере, лошади не будут расшаркиваться перед малознакомой девицей и обзывать ее хранительницей.

Высунувшаяся из стойла Бэгги ткнулась мне в плечо. Я машинально стала ее поглаживать. Теплая, шелковистая. Я тяжко вздохнула, лошадка солидарно фыркнула. Придя к полному взаимопониманию, мы занялись каждая своим делом: Бэгги сунула морду в кормушку, а я уселась на доску, лежащую на двух пеньках и гордо именующуюся здесь скамейкой. Погрузилась в свои мысли.

Не знаю, сколько времени прошло. Наверное, много. В конюшне было тепло, уютно пахло лошадьми и сеном. Уходить никуда не хотелось.

Тело окончательно разомлело. Все лишние мысли испарились без следа. Даже легкого беспокойства не осталось. Сейчас бы встать и вернуться в дом, но шевелиться не хотелось. Потом. Чуть позже…

И вот тут я почувствовала, что уже не одна. На скамейку рядом со мной кто-то сел. Я чуть повернула голову. Это был Алекс. Он молчал. Я тоже.

Казалось, так прошла вечность.

– Замерзнешь, – наконец сказал он и протянул шаль.

– Замерзну, – согласилась я, – если лишусь твоей дружбы.

Он улыбнулся. Я ответила. Мир восстановлен. До ближайшего неожиданного открытия…

– Знаешь, ты не обязана приходить на День Согласия. Я пойму.

– А как же дар? – Нет, я решительно ничего не понимаю! То им вынь да положь хранительницу, то уже не обязана! Непоследовательно, господин властелин!

– Это не дар, это проклятие! – Его голос прозвучал неожиданно резко.

– Но ты же…

– Это был мой выбор. Я знал, на что иду.

– Так, может, и мне пора узнать? – Я все-таки нацелилась получить ответы на свои вопросы.

– Ладно, – пожал он плечами, – слушай.

Оказалось, что долин, подобных Боллате, существует еще двенадцать. Никто уже толком не вспомнит, как и когда они появились. Не дают единого ответа на этот вопрос и легенды. Одни гласят, что это боги так наказали провинившихся, сделав их зависимыми от властелина; другие утверждают, будто наоборот – наградили, передав его дар.

Хотя, по словам Алекса, наказанным выглядит только сам властелин.

Говорят, у властелинов нет души. Это не совсем так. Просто в каждый День Согласия властелин дает подданным по кусочку своей души, а взамен забирает их боль, гнев, обиды и прочую ерунду, которая мешает жить.

Так вот почему у Алекса седые волосы… Кто угодно поседеет, если станет каждую неделю раздирать свою душу на куски. Боюсь даже представить, что у него внутри творится. Интересно, сколько ему лет на самом деле?

Между хранительницей и властелином существует особая связь. Она позволяет хранительнице восстанавливать отданные кусочки, не затрачивая при этом ни капли собственных сил. Вот только, как правило, хранительницей становится жена властелина, а не простая девчонка с улицы.

Когда он замолчал, я долго не могла вымолвить ни слова. В голове был настоящий кулеш. Новоприобретенным знаниям требовалось время, чтобы как-нибудь угнездиться в моем мозгу. Хотя самое главное решение уже принято: если судьбина с какой-то дури вдруг решила превратить меня в хранительницу, то… почему бы и нет? В конце концов я ничего не теряю. Только пусть потом не жалуются!

– Помнится, кто-то мне обещал урок верховой езды… – Я решила сменить тему и заняться наконец чем-нибудь полезным.

Алекс посмотрел на меня слегка мутными глазами и запустил пятерню в седые волосы, хаотично разметавшиеся по плечам.

– Сейчас? – немного удивленно спросил он.

– Ага, – закивала я. – А то кто знает, когда еще я смогу урвать у тебя немного времени.

Он как-то непонятно на меня покосился, но все-таки встал и отправился выводить лошадей из стойла.

Огромный жеребец радостно бросился к хозяину.

– Тихо, Дар, тихо, – проговорил Алекс, поглаживая его за ушами.

Любимец как нельзя лучше соответствовал хозяину. Сероватый цвет напоминал волосы Алекса. В большом и спокойном коне ощущалась сила, все-таки животное боевое, и даже смотрел он, как мне показалось, слегка иронично.

Алекс привязал коня к изгороди и вывел мою лошадку. Пока он седлал лошадей и делал все необходимые приготовления, я вертелась рядом, в предвкушении возбужденно комкая край ленты, вплетенной в косу. Наконец, когда многострадальная лента приобрела плачевный вид, Алекс сказал:

– Ну, садись.

Теоретически я знала, что надо делать. Сунуть ногу в стремя, чуть опереться, перекинуть вторую и оказаться в седле. Все просто. Как оказалось, только на словах.

Нет, ногу в стремя я, конечно, засунула, на это много ума не надо… А потом дело застопорилось.

– Ногу поменяй, балда!

Ладно, признаю, немного ума пригодится в любом деле. Я поменяла ноги местами. Хоть с лошадкой мне повезло. Стоит себе спокойненько, как статуя, только ехидно пофыркивает. Зато ей со мной – не очень. Пытаясь взгромоздиться в седло, я так и прыгала вокруг нее, стоя одной ногой в стремени, а второй – на земле.

Алекс только посмеивался. Наконец ему надоела моя возня, он сгреб меня в охапку и легко закинул в седло. А потом и сам одним легким движением оказался на Даре.

Стоило мне выпрямиться, как я сразу же почувствовала себя частью статуи, которую еще недавно являла собой Бэгги. Я сидела как влитая. Вся неуверенность куда-то испарилась.

Будто ежедневно верховые прогулки устраивала.

– Если хочешь, чтобы она пошла вперед, сожми ее бока коленями, – объяснял Алекс. – Когда тебе понадобится остановиться – натяни поводья. Чтобы по… Ксения!

Он заметил, что я совершенно не слушаю.

Странно ощущать под собой что-то живое, дышащее, движущееся. Непривычно и в то же время совсем не ново. Я словно припоминала то, что когда-то знала, но немного подзабыла.

Не слушая наставлений Алекса, я сжала бока Бэгги ногами, и лошадь двинулась вперед. Я летела…

– Ксения! – ворвался в мои мысли резкий голос.

Я чуть натянула поводья, обернулась и робко улыбнулась. Потом сжала бока лошади коленями, заставляя ее двигаться быстрее.

– Почему ты не сказала, что умеешь? – спросил Алекс, поравнявшись со мной.

– Я не знала…

Домой мы вернулись, когда уже стемнело. На середине лестницы я обернулась:

– Алекс, а сколько тебе лет?

– Столько не живут, – привычно отшутился он.


Утро добрым быть не может. По крайней мере, не у меня. И что это мне так везет?

Я долго лежала, не открывая глаз, и пыталась понять, что выдернуло меня из сладкой неги сна. Вроде бы все как обычно. Но тем не менее что-то не так… Я разлепила веки и огляделась: темно хоть глаз выколи. Неуверенным взмахом руки сотворила кривобокого светлячка (ну хоть что-то я более-менее умею!) и, оглядев комнату, пришла к выводу, что внешне ничего не изменилось. Тишину нарушал только ветер за окном, с еле различимым шорохом гоняющий жалкие остатки опавших листьев.

Сбросив с себя последние крохи сна, я сообразила, что мне так не нравилось в кажущемся спокойствии. И стоило мне это осознать, как разум буквально затопила лавина странных, мерзких ощущений. Ни с чем не сравнимых. Чуждых. Враждебных.

Я точно ужаленная выскочила из-под одеяла. О нет! Опять? Только не это!!! На сей раз у меня и в мыслях не было, что эта пакость может оказаться просто игрой моего воображения.

Надо что-то делать! Я быстро натянула на себя первое, что попалось под руку, и понеслась будить Алекса.

Впрочем, он и так уже не спал. Вернее, только что проснулся и едва успел принять сидячее положение.

– В долине происходит нечто ужасное, – срывающимся голосом проговорила я и рухнула на диван, игнорируя тот факт, что Алекс, мягко говоря, не совсем одет.

– Доброе утро, Ксения. Я тоже рад тебя видеть.

– Ты ничего не собираешься сделать? – Я возмущенно уставилась на него.

– Не думаю, что здесь может что-то случиться. – Он крепко прижал трясущуюся меня к себе. – Рядом – возможно, но в самой Боллате – никогда. Ты просто устала.

– Я чувствую, Алекс! Со мной такое было два раза: в первый – умерла бабушка, а во второй – сгорел мой дом. Ну пожалуйста, поверь мне!

Не знаю, до чего бы мы договорились, если бы с громким треском не распахнулась дверь и не появился Габриэль. Не обращая никакого внимания на явную двусмысленность ситуации, он почти повторил мои слова:

– В долине творится что-то неладное.

Впервые я была ему рада.

– И ты туда же! – Алекс выпустил меня из рук и все-таки натянул штаны. – Что на вас сегодня нашло?

– Я бы не пришел к тебе, если бы не был полностью уверен.

– Думаю, ты преувеличиваешь. – Властелин уселся за стол и с важным видом стал укладывать какие-то листы в папку. – Впрочем, если тебя это так сильно беспокоит, можешь прогуляться по долине и убедиться, что все в порядке.

Габриэль со свистом выдохнул и вылетел вон, не забыв хорошенько хлопнуть дверью. Я собралась было последовать его примеру, но снова оказалась в руках Алекса.

– Ш-ш-ш! – Горячее дыхание обожгло мне ухо. – Сейчас будем кое-что делать… Надеюсь, твоих сил хватит, чтобы найти место, откуда исходит эта дрянь?

Я поджала губы.

– Не уверена… Так ты веришь! И стоило выпендриваться?!

– Стоило.

И в ответ на мой непонимающий взгляд добавил:

– Мне нужно было, чтобы Габриэль пошел первым.

– Ты ему не доверяешь?! – Я окончательно перестала что-либо понимать.

– Доверяю как самому себе.

– Тогда…

Не дав мне договорить, Алекс ухватил меня за руку и потащил к двери. Вот же конспиратор! А так сразу и не подумаешь…

В полной темноте мы, поплутав по улочкам, добрались до центра долины. Это была не слишком широкая круглая площадь, на которой располагались различные лавки. Ни минуты не сомневаясь, я свернула налево. Меня будто бы вела невидимая нить. Алекс шел рядом, все еще держа меня за руку, и поддерживал, когда я несколько раз пыталась упасть, зацепившись за что-то в темноте. В очередной раз чуть не навернувшись, я сообразила, что мой светлячок давным-давно погас, и сотворила нового, еще более кривого. Алекс, снисходительно оглядев творение рук моих, поморщился, но комментировать мои выдающиеся способности к магии не стал.

– Ты чувствуешь это? – спросила я, останавливаясь и принюхиваясь.

– Что? – Он тоже остановился, огляделся, но вроде ничего особенного не заметил.

– Запах. Сладкий, тягучий… Бе-э! – выразила я свое отношение к унюханному аромату в частности, да и ко всему происходящему в общем.

– Нет. Ничего.

Я осторожно двинулась в сторону, откуда, как мне казалось, исходил противный запах. Вскоре мы миновали последний дом и вышли на поляну, где Алекс когда-то меня нашел.

Сделав еще несколько шагов, я в растерянности остановилась. Ниточка, которая так уверенно вела меня, исчезла.

– Все. – Я бросила извиняющийся взгляд на властелина. – След пропал.

Мне почему-то показалось, что его это ничуть не удивило. Ну да, знал же, с кем связывался. Пришлось поворачивать назад.

– С Габриэлем у тебя было бы больше шансов.

Какое-то время он молчал, раздумывая, стоит ли отвечать, потом все-таки проговорил:

– В долине завелся шпион. Кто-то из местных – только так можно объяснить происходящее. Я давно подозревал нечто подобное, но не хотел верить. Мне противно думать, что кто-то, кто много лет живет у меня под боком, оказался предателем.

Я растерянно хлопала глазами, не зная, что сказать в ответ на его откровения. А Алекс тем временем продолжал:

– Это началось не так давно. С мелочей. Сначала ко мне нагрянул весь Совет долин. Мол, анонимный источник сообщил, будто у меня нет дара и я здесь дурю всем мозги. Пришлось разрешить им поприсутствовать на Дне Согласия… Потом они придрались к тому, что у меня нет хранительницы, и на этом основании заявили, что не признают Боллату властелиновой долиной. Можно подумать, их кто-то об этом просил! А теперь вот начались эти странности… Габриэль уверен, что кто-то в окрестностях балуется запретной магией. Теперь вот и ты тоже говоришь.

– И ты решил поиграть с ними в кошки-мышки? – догадалась я.

– Ага, только роль мыши мне как-то не очень. – На его губах появилась опасная усмешка. – Так что настало время для некоторой смены позиций.


К рассвету неприятное предчувствие ушло, оставив после себя лишь небольшой осадок. Только легче почему-то не стало: внутри поселилась уверенность, что вредная судьбина на этом не остановится и скоро подкинет очередной сюрприз.

– Я вот все никак в толк не возьму, – Алекс протянул мне бутерброд, – как со своими… средненькими способностями ты ухитряешься так остро чувствовать стихийную темную магию?

Ага, средненькими… Скорее уж почти нулевыми!

– Не знаю, – честно ответила я и переключила внимание на завтрак.

– Вообще-то ты не должна улавливать никаких возмущений энергетического фона.

– Ну извините! – фыркнула я. Вот привязался! – В следующий раз постараюсь себе об этом напомнить.

– Не обижайся. Я просто пытаюсь хоть что-нибудь понять.

Процесс понимания «хоть чего-нибудь» прервал внезапно появившийся на кухне Габриэль. Вернее, он вошел, как все нормальные люди (гм… в данном случае нелюди), через дверь, просто мы не услышали. Его появление стало неожиданностью. И лично для меня – в первый момент не особо приятной. И как ему только удается пугать меня, не делая ровным счетом ничего? Обычно я не такая трусиха.

– Ну? Нашел что-нибудь? – нетерпеливо спросил Алекс.

Удивительное взаимопонимание! Лично я на месте ангела после утренней сцены смертельно бы обиделась. А этот, оказывается, все понял. Да еще и с отчетом явился! Нет слов.

– Ага, – пробурчал Габриэль, утаскивая из тарелки Алекса последний бутерброд.

Ух ты, какими мы, оказывается, иногда бываем! Впрочем, недолго.

Под суровым взглядом властелина ангел принял свой обычный мрачный вид и продолжил уже совсем другим тоном:

– Нет. Я только успел дойти до площади, как на меня буквально налетел Дармир. И пока мы препирались, след растаял.

Алекс тяжело вздохнул:

– У нас то же самое. Мы потеряли его на краю долины, недалеко от конюшни.

Присутствовать при продолжении этого разговора мне что-то расхотелось. А то, чего доброго, сейчас и до меня со своими расспросами доберутся: что, когда да откуда… Быстро прикончив свой бутерброд, я соскользнула со стула и, стараясь не создавать лишнего шума, направилась к двери. Ага, так у меня это и получилось!

В спину тут же ткнулись два тяжелых взгляда. Пришлось останавливаться и объяснять, что я собралась воздухом подышать и это ненадолго. Как ни странно, возражать никто не стал.

Я просто шла, особо не заботясь о направлении. Хотелось проветрить голову и навести в оной хоть какое-то подобие порядка. И если с первым мне помог холодный осенний ветерок, то о порядке в своих сумбурных мыслях я могла только мечтать.

Ладно, с тем, что я теперь важная персона, именуемая хранительницей, уже смирилась (ну почти). По крайней мере, думать о том, чем мне это грозит, не хочется. Да и не могу я после всего, что для меня сделал Алекс, поступить как-то иначе. В конце концов есть в таком положении вещей один большой плюс: не надо думать, что я буду делать, если меня выпрут из Боллаты. Правда, еще оставался вопрос об окончании Академии… Но, думаю, с этим проблем быть не должно. Насколько я знаю, в долине сейчас нет мага. Но магия-то есть! Конечно, это, прежде всего, бытовые заклинания – ну, там, горячая вода в ванной, разные кухонные хитрости и прочее, прочее, прочее, – но обновлять-то их время от времени все равно надо.

Единственным, что беспокоило меня по-настоящему, оставалось ночное происшествие. В душе прочно поселилась уверенность, что это еще не все. Мысль о том, что я упустила что-то важное, прочно засела где-то на задворках сознания. Вот только что именно, понять никак не удавалось. В голове крутились обрывки воспоминаний, но складываться в единую картинку они упорно не желали.

Погруженная в раздумья, я даже не заметила, как миновала ратушу и теперь топала вдоль южной границы долины в направлении конюшен. Кстати, вот странность: в идеале ратуша должна находиться на главной площади, а здесь… все у них не как у людей! Ратуша скромненько приткнулась почти на самой окраине долины, а центральная площадь, сдается мне, предназначена только для проведения ежемесячной ярмарки.

Так, стоп… Конюшни? Я остановилась и осмотрелась. Ну да, правильно, у меня за спиной маячат деревянные строения – три конюшни и амбар. Передо мной расстилалась все та же пресловутая полянка, и чуть дальше начинался лесок. Ноги сами принесли меня на место ночной прогулки.

Я в нерешительности топталась на одном месте, раздумывая, стоит ли идти дальше. Тропинка коричневатой змейкой пересекала поляну и ныряла в лесок. Все так же неуверенно я сделала шаг, другой, третий…

До первых деревьев оставалось всего ничего, когда поляну огласил пронзительный детский плач. Я завертела головой в поисках нарушителя спокойствия, но никакого ребенка в пределах видимости не наблюдалось. Рев доносился из-за деревьев.

Не особо думая, что делаю, я побежала на звук. Правильно, если бы подумала – бежала бы в другом направлении! А так… что с меня возьмешь!

Заходящийся криком младенец лежал прямо на земле. Рядом стояла женщина. Я пригляделась, поднапрягла свои ленивые извилины и узнала в ней Тину. Вот только радоваться нежданной встрече не стала. Потому как увидела ее совершенно безумные глаза. А еще – длинный черный меч в руках, занесенный над ребенком. М-да, она явно здесь не колыбельную поет…

По нервам вдруг ударило запоздалое чувство опасности. Ну да, как всегда, вовремя! Я уже говорила, что в экстренных ситуациях я жуткий тормоз? Ну, значит, повторять необходимости нет.

Весь облик женщины отражал вполне определенные и не особенно дружественные намерения. Лицо ее заливала восковая бледность, выпученные остекленевшие глаза были затуманены, но рука, держащая меч, ничуть не дрожала. Странно… Загипнотизировали ее, что ли?

Да, от нее действительно слегка фонило. Только этого еще не хватало!

Мамочки! Что же делать? Я лихорадочно пыталась собрать расползающиеся мысли в кучу. Так, спокойно. Бежать звать кого-нибудь на помощь нет времени. Орать – нет смысла, все равно не услышат: до ближайших домов далековато, а в конюшнях я никого не видела. Значит, придется выкручиваться самой. Использовать магию? Тоже не вариант. Ни на что путное я по определению не способна, так еще и ребенка задеть можно. На физическую силу тоже не особо надеюсь…

Вот теперь стало страшно по-настоящему.

Нет, так не пойдет!

Я послала все свои здравые мысли к лешему и шагнула вперед.

– Тина? – осторожно окликнула сумасшедшую. – Вы меня слышите?

Реакции не последовало. Казалось, женщина меня не только не слышит, но и не видит и вообще не подозревает о моем существовании.

Интересно, она долго так стоять собирается?

Медленно, очень медленно я приблизилась к ней и тронула за локоть. На сей раз реакция не заставила себя долго ждать. В виде удара этим самым локтем в живот. Никак не ожидавшая такой подлости, я закашлялась и плюхнулась на зад.

Зато Тина наконец отмерла.

– Пшла вон, дрянь, – прошипела эта сумасшедшая.

И откуда столько злобы? Вроде бы тогда, в День Согласия, она выглядела абсолютно адекватной. Если не считать блаженной улыбки… но это из другой оперы.

Острие меча, разрывая воздух, устремилось вниз. Ребенок огласил округу новым воплем. Но я, пожалуй, переплюнула его в громкости.

Сердце стучало очень быстро. В голове пульсировала одна-единственная мысль… чужая и почему-то мужская – вернее, мне ее нашептывал мужской голос: «Убей, убей, убей…»

Не знаю, как мне это удалось, но я вытолкнула ребенка из-под удара и теперь, лежа на его месте, наблюдала за несущимся ко мне клинком. Следующие несколько секунд показались бесконечными. Вот меч наконец достиг своей цели и кольнул меня куда-то в плечо. Следующее, что я почувствовала, – жгучая боль, которая разлилась от раненого плеча по всей правой руке. Верх платья стал противно мокрым.

Дальше я действовала по принципу «не съем, так хоть покусаю», хотя в данном случае правильнее было бы сказать «в грязи поваляю». Перекатившись, метнулась к Тине, схватила ее за ноги и со всей дури (этого добра у меня навалом) ка-а-ак дернула…

Пострадавшая конечность отозвалась нестерпимой болью, в глазах потемнело. Если бы я и так не валялась на земле, то всенепременно обзавелась бы еще одной шишкой на своей черепушке. Хоть где-то повезло. Ободренная этой мыслью, я провалилась в бархатную темноту.


– Какого лешего у нее оказался твой меч? – Голос Алекса периодически срывался на рык. Причем орал он явно на Габриэля. Ну да, кому же еще мог принадлежать черный меч, невесть как оказавшийся в руках обезумевшей Тины.

– А я почем знаю? – вяло огрызался ангел. – И вообще, какого упыря твоя девка вечно ухитряется во что-нибудь вляпаться?!

Некоторое время я лежала не шевелясь и вслушивалась в происходящее вокруг. Сознание упорно не желало возвращаться в реальность. Вот только чья-то рука, настойчиво трясущая меня за плечо, – к счастью, за здоровое, но все равно приятного мало – оказалась весомым аргументом.

Я с трудом разлепила веки и увидела склонившуюся надо мной Любу. Потом окинула взглядом окружающее пространство… Ни Тины, ни младенца в поле зрения не наблюдалось. Зато, кроме Любы, я обнаружила рядом с собой разъяренного Алекса, непривычно притихшего Габриэля и еще с десяток жителей долины, расхаживающих между деревьями.

Пока я была в отключке, меня успели переложить поудобнее, даже плащ подстелили. Гадать, кто это у нас такой заботливый, не приходилось. Властелин!

Ох и влетит же мне!

Плечо жутко болело. А вместе с ним – наверное, из солидарности – ныло и все остальное, что находилось справа выше пояса. А еще было мокро и липко. Я чуть скосила глаза: весь правый рукав из белого превратился в грязно-бурый.

Мое пробуждение не осталось незамеченным. Люба наконец перестала меня трясти и негромко окликнула спорящих мужчин:

– Она очнулась. Нашли время ругаться! Алекс, забирай свою хранительницу.

Властелин прекратил костерить ангела и склонился ко мне. Вид у него был более чем мрачный.

– Ты как? – обеспокоенно спросил он.

Гм… Гениальный вопрос. А что, по мне не видно?

– Просто замечательно, – зло прошипела я. – В меня всего лишь мечом немного потыкали. Подумаешь! Зато получила массу незабываемых ощущений.

Алекс что-то неразборчиво пробормотал себе под нос (причем это «что-то» явно не предназначалось для повторения в приличном обществе), подхватил меня на руки и понес подальше от злополучного места. Я жалобно пискнула, ощутив новую вспышку боли.

Шел он быстро, как будто нес не взрослую девицу, а какую-то не слишком большую зверюшку. Меня никогда раньше не носили на руках. Вернее, прошлого раза я не помню. Так что сейчас я с любопытством прислушивалась к своим ощущениям. А ничего, мне нравится! Я поболтала в воздухе ногами и невольно улыбнулась. Если бы еще рука так не болела, было бы совсем хорошо.

Потом склонила головушку к груди Алекса и неожиданно для себя самой отметила, что мне очень приятно находиться в его руках. Горячих, крепких… Тепло, проникая через ткань, приятно успокаивало, и я уже почти собралась отключиться (я ж раненая, мне по определению положено), как вдруг вспомнила что-то важное:

– Где Тина? И ребенок? И как вы меня нашли?

– Ими занимается Дармир, – отозвался Алекс.

А, конечно, Дармир же у них лекарь. Интересно, а меня почему к нему не сплавили? Решили – само заживет? Или это такой изощренный способ избавиться от новоявленной хранительницы?

Алекс между тем продолжал:

– Тебя долго не было, и мы уже начали беспокоиться. Исходя из прошлого опыта, я решил, что тебя проще всего найти в конюшне, – он лукаво улыбнулся, – поэтому именно туда и пошел. Пока вы там воевали, Тина приложилась головой обо что-то твердое – это и поставило ей мозги на место. Оклемавшись, она увидела, что натворила, и стала на всю долину верещать, что убила хранительницу. Теперь она посыпает голову пеплом и требует применить к ней самые суровые меры наказания.

– А Дармир, стало быть, эти самые меры применяет?

Это нормально вообще?! У них тут я, можно сказать, умираю, а они и не шевелятся!

– Не совсем, – хмыкнул Алекс. – Он разбирается с гипнозом и его возможными последствиями. На ней мог остаться след, ведущий к автору всего этого безобразия.

За разговором я не сразу заметила, что мы подошли к дому. Опомнилась, только когда Алекс усадил меня на стул. Я тут же обессиленно откинулась на высокую спинку и прикрыла глаза. Тем временем властелин придвинул ко мне небольшой столик, на котором тут же выстроились баночки разной величины с содержимым явно лекарственного характера.

Вымыв руки и тщательно вытерев их полотенцем, он склонился над снадобьями.

– А-а-а… может, мы лучше подождем, пока Дармир освободится? Он все-таки лекарь, – жалобно пискнула я.

– Я предлагаю свои услуги только избранным пациентам. Не бойся.

Алекс навис надо мной и начал расстегивать пуговицы на моем платье.

– Ты что делаешь?! – возмутилась я.

Впрочем, мои возражения на деятельности мужчины никак не отразились. Он только обхватил меня поудобнее, чтобы не вертелась.

– Раздеваю тебя, – честно признался властелин. – Мне нужно осмотреть рану. Успокойся, интимные подробности твоего организма меня не интересуют. – И совсем уж тихо уточнил: – Во всяком случае, сейчас.

И дались им всем мои… подробности, тьфу ты, интимности… короче, мои многострадальные телеса?! И что значит его «во всяком случае, сейчас»?

– Ай! – Алекс осторожно отодрал присохшую ткань от раны и извлек мою руку из рукава.

Экзекутор! Боль была сильной, даже пальцами я могла пошевелить с трудом.

– Вот, выпей. – Он налил в кружку немного желтовато-коричневой жидкости с резким запахом и протянул мне. – Это должно притупить боль.

Вопреки ожиданиям, вкус у лекарства оказался довольно приятный, терпкий, травяной. Через несколько минут боль не то чтобы прошла, а скорее отодвинулась куда-то на задний план.

Я попыталась повернуть голову и рассмотреть свое плечо. Не тут-то было! Руку тут же обдало жаром. Даже голове досталось. Поэтому пришлось просто скосить глаза. М-да… Рана выглядела ужасно, все еще кровоточила, а по краям уже начала появляться отечность.

– Не вертись! – прикрикнул Алекс, осторожно ощупывая теплыми пальцами края раны.

Я пискнула, скорее для проформы.

– Значит, ты лекарь? – Может, хоть разговор поможет отвлечься от происходящего?

– Вроде того.

Алекс плеснул чего-то прозрачного и стал осторожно удалять засохшую кровь и грязь, попавшую в рану, пока я каталась по земле. Этот процесс длился долго. До тех пор, пока рана не приобрела идеально чистый вид. Я жалобно попискивала, вцепившись здоровой рукой в край рубахи своего мучителя. И это еще с анестезией! Представляю, каково бы мне пришлось без нее.

– Совсем чуть-чуть осталось… Потерпи еще немного, – приговаривал Алекс, обильно смазывая рану чем-то густым и зеленым. От плеча вниз по руке стал разливаться приятный холодок. – Сейчас должно стать легче.

И правда. Боль потихоньку утихала. Если не шевелить рукой, жить можно. Алекс тем временем достал еще одну баночку, на этот раз с чем-то прозрачным, повертел ее в руках, словно согревая, и тихо стал бормотать какое-то неизвестное мне… заклинание? Только теперь я заметила, что ни одно из лекарств, которыми он меня мазал, мне не знакомо. И это при том, что, проведя большую часть жизни в лесу, я неплохо разбираюсь в травах.

– Так ты маг?!

Алекс дочитал заклинание, смазал края раны мазью, аккуратно перебинтовал плечо и лишь потом ответил:

– Бывший.

Я изумленно уставилась на него. Как можно быть бывшим магом? Разве что…

– Тебя отлучили?

– Нет.

Ничего не понимаю. А объяснять что к чему он, похоже, не собирается. Пресекая дальнейшие расспросы, Алекс снова подхватил меня на руки, отнес в комнату и собрался было уйти, но у двери обернулся и неожиданно спросил:

– Зачем ты вообще туда полезла? Она же могла тебя убить! Чем ты думала?

– А я не думала, – честно призналась я.


Меня разбудил плеск воды. Нет, конечно же я знала, что ванная комната в доме одна, и, следовательно, догадывалась, что Алекс пользуется именно ею, но… В общем, сейчас мои догадки получили очень явное подтверждение.

Почему-то присутствие голого властелина за стенкой меня смутило. Я зарылась поглубже в одеяло и постаралась снова заснуть. Ага, как же! Последние остатки сна улетели в прекрасное далёко. Ну что за безобразие, а? Обычно я жуткая соня, а тут… Еще же только светать начинает!

Шум воды стих. Вскоре послышались шаги, а вслед за ними – звук открывающейся двери. Мое коварное любопытство потребовало восстановления справедливости. В конце концов он же меня вчера лечил!

Я чуть приоткрыла глаза. Нижняя часть властелина была одета в штаны, зато все остальное я вполне успела разглядеть. А посмотреть было на что. Гм… а он очень даже ничего… Это в одежде он таким худым кажется, а так – мышцы под кожей перекатываются. И на груди все еще осталось несколько прозрачных капелек. Ой, о чем это я?!

Кстати, почему это он здесь до сих пор стоит? Разве что… Вот теперь точно «ой»!

– Не притворяйся. Я знаю, ты не спишь.

Все мысли фривольного характера разом улетучились.

– Доброе утро. – Надеюсь, в полумраке комнаты не слишком заметно, как горят мои щеки.

– Надеюсь, ты довольна осмотром? – насмешливо спросил Алекс.

Вот нахал!

– Ну не знаю, – задумчиво протянула я. – Мне пока не с чем сравнивать. Вот когда будет…

Что, съел? Его прямо перекосило. Впрочем, властелин быстро взял себя в руки и перевел разговор на менее опасную тему.

– Как плечо?

Ну надо же! Я о нем со вчерашнего вечера и не вспоминала. Сейчас проверим. Осторожно пошевелив рукой и прислушавшись к своим ощущениям, я пришла к выводу, что лекарь из Алекса ничуть не менее даровитый, чем властелин. А он тем временем зажег свечу и стал осторожно, чтобы не причинить боли капризной пациентке, разматывать бинты. Результат лечения превзошел все мои ожидания. От глубокой раны остался лишь небольшой красноватый рубчик. Если так и дальше пойдет, то через пару дней от него не останется и следа.

– Даже лучше, чем я надеялась. Может, тебе из властелина переквалифицироваться в лекари?

– Я подумаю.

Оторвавшись наконец от созерцания заживающего ранения, я подняла глаза на Алекса, и мой взгляд тут же наткнулся на уродливый кривой шрам, пересекающий его плечо. И как я сразу не заметила? Мы теперь прямо как члены тайного братства. О боги, какие глупости лезут в голову!

И почему он себя не лечит? С моей раной справился в два счета, а собственное плечо выглядит так, словно властелин только и мечтает нажить гангрену. Вон какой шрам большущий, весь коркой кровавой покрыт, а по краям еще и зеленоватый. Тихий ужас!

Хотя я где-то слышала, что себя вылечить сложнее, чем другого, да и не все умеют это делать.

Наверное, мысли очень отчетливо отразились на моем лице. Потому что Алекс, проследив за моим взглядом, мгновенно сообразил, что меня так впечатлило.

– Что это? – выдавила я.

– Зарубка на память, – горько усмехнулся он.

Так и не заданные вопросы словно испарились. Толку мне с них? Все равно он отшутится или еще как-нибудь увильнет от ответа.

Я давно заметила, что властелина как будто окружает невидимая скорлупа. Невидимая, зато ощутимая. Вот он – спокойный, чуть насмешливый Алекс, с которым мне так уютно находиться рядом. Но стоит попытаться хоть немного приблизиться, как он тут же превращается в далекого скрытного незнакомца.

– Что будет дальше? – тихо спросила я.

– Хороший вопрос. – Алекс задумчиво смотрел куда-то сквозь меня. – Подозреваю, что ничего хорошего. Дармир не смог отследить, куда ведет след от гипноза. Думаю, мы действительно имеем дело с опасным противником, раз уж он способен на такое. Тина пока останется под присмотром Любы. Так безопаснее. А я намереваюсь обследовать окрестности – вдруг да найду что-нибудь интересное.

– А я…

– А ты, – резко перебил меня властелин, – остаешься здесь. И прошу тебя, – его взгляд сделался оч-чень выразительным, – пока меня не будет, постарайся не вляпаться в очередные неприятности.

Я обиженно фыркнула. Вот еще! Можно подумать, мне самой нравится постоянно по шее получать!

Когда утро окончательно вступило в свои права, я стояла на крылечке, провожая взглядом Алекса, до тех пор пока он совсем не скрылся из виду. Для полноты картины не хватало только платочком вслед помахать.

Честно говоря, я даже порадовалась тому, что он оставил меня дома. После бурных событий последнего дня на меня навалилась легкая апатия. Да и плечо еще не совсем зажило. Так что, думаю, есть все основания денек полентяйничать.

За Алекса я абсолютно не беспокоилась. А смысл, если в долине настолько же опасно, как и за ее пределами? Да и что с ним сделается, он же властелин (по крайней мере, хочется верить, что это ему чем-то поможет). К тому же он не один поехал – кузнеца для компании взял. А потом еще Габриэль навязал ему трех оборотней в сопровождение.

Вот это-то меня больше всего и удивило. Наблюдая за сборами Алекса, я почему-то была уверена, что ангел отправится с ним. Ну он же ему друг и вообще… кто больше всех об опасности кричал? Ан нет! Всучил своих сопровождающих, а сам остался. Причем с таким видом, мол, «не слушали умного меня – теперь сами и расхлебывайте»!

В этот момент почему-то припомнились подозрения Алекса насчет заведшегося в Боллате шпиона, и я предпочла скрыться в доме. По правде сказать, я давно уже пыталась в мыслях примерить роль этого пакостника почти на каждого обитателя долины, но потерпела сокрушительное поражение. Ну не могу я так! Не могу представить ни одного из тех, кому улыбаюсь при встрече и кто радостно улыбается мне в ответ, подлым предателем. Да и не хочу.

Добравшись до своей комнаты, я плюхнулась на кровать. Уф! Алекс не хотел оставлять меня одну и даже предложил пару дней пожить у Любы, но я не согласилась. Там же Тина! А соседство с женщиной, едва не убившей собственного ребенка, да и меня заодно, точно не подействует на меня исцеляюще. Еще чего не хватало! Кто их знает, этих гипнотизеров. Вон даже Дармир не разобрался. Да еще этот голос… Ой, я ж совсем забыла!!! То есть как раз наоборот, вспомнила. Только не вовремя…

Все, нормально побездельничать мне не дали! Причем мои же собственные нервы. Расшалившись, они никак не желали успокаиваться, все прыгали и прыгали, будто играли в чехарду. Я долго костерила свою дырявую память, но словарный запас закончился, а энергия все еще требовала выхода.

Ладно, придется направить ее в конструктивное русло. И я, кажется, даже знаю в какое. Я слезла с кровати и направилась к Любе. На днях я заметила у нее на подоконнике красивые цветы – раньше таких не видела. Каждый небольшой зеленый кустик украшала пара-тройка пышных алых бутонов, источающих тонкий аромат. Мне они безумно понравились, и Люба, заметив это, обещала подарить один. Кстати сказать, она все-таки задалась целью научить меня готовить, но пока это получалось у меня еще хуже, чем колдовство.

Я уже почти добралась до места назначения, когда мимо пронесся Габриэль с перекошенной физиономией. Он даже не взглянул на меня. Это же как надо было достать бедного ангела, чтобы он так взбесился! Я даже позавидовала неизвестному умельцу.

Дверь была заперта. И куда все подевались? Я разочарованно потопталась во дворе, пару раз окликнула хозяев, но никто не отозвался. Ладно, погуляю по долине, авось кого встречу. С этими мыслями я двинулась в сторону площади.

Там наблюдалось небольшое столпотворение. Люба, Дармир, Габриэль, двое оборотней и гном оживленно переговаривались. Интересно, что у них происходит? Желая остаться незамеченной, я решила подобраться поближе, используя для этой цели растущие с краю площади кусты. Так сказать, разведать обстановку.

Кусты уже были заняты – в них сидел Колин. Повозившись да попихавшись (каждый стремился отвоевать более удобное для подслушивания место), мы наконец притихли и обратили свои взоры на представление на площади.

Происходило нечто интересное.

Я заметила, что кроме обитателей долины там присутствуют два совершенно неизвестных мне персонажа. Перед боллатцами верхом на изящных лошадях восседали мужчина и женщина. Мужчина имел довольно приятный вид: молодой, голубоглазый блондин с изящными чертами лица и обаятельной улыбкой. Волосы пшеничного цвета коротко подстрижены. Может быть, слишком худой, но ему идет.

Я перевела взгляд на его спутницу. Девушка восседала на лошади, будто на троне. Черные блестящие волосы заплетены в две косы, опускающиеся ниже талии. Угольно-черные глаза смотрят так, словно весь мир принадлежит ей одной. На надменном лице незнакомки застыла холодная улыбка. «Стерва», – сделала я вывод.

– Кто это? – шепотом спросила я Колина.

– Правящая пара Ардрады, – скривился мальчик. – Наши большие друзья. Принесла их нелегкая!

Рискуя быть обнаруженной, я пробралась еще ближе. Очень уж хотелось узнать, о чем они там говорят. Впрочем, боялась я зря: собравшимся на площади сейчас точно не до меня.

– Алекс никогда на это не согласится! – Габриэль был очень зол, но все-таки пытался держать себя в руках.

– У него нет выбора, – торжествующе улыбнулась гостья. – Пока у него нет хранительницы, Совет долин не признает Боллату.

– Вряд ли он станет переживать по этому поводу.

– Это ты сейчас так говоришь. – Девушка посмотрела на Габриэля сверху вниз. Да, с ее стороны было разумно сохранить за собой такое преимущество. Я оценила ход. – А как только начнутся неприятности…

– Ты смеешь мне угрожать?! – прорычал ангел, испепеляя гостью взглядом.

– Да с чего вы вообще взяли, что эта девушка сможет стать хранительницей? – как всегда вовремя, вмешалась Люба. – Это очень редкий дар.

– Сможет, – усмехнулась хранительница Ардрады. – А если и нет… Какая разница? Все равно проверять никто не станет. – Она заговорщически подмигнула Габриэлю.

Тот скривился, будто целый лимон проглотил.

– Так мы ни до чего не договоримся, – протянул Дармир. – Вы устали с дороги, путь-то неблизкий. Идемте, я покажу, где можно отдохнуть и привести себя в порядок. А вечером устроим торжественный ужин, вот там-то все и обсудим.

Дармир двинулся куда-то в сторону, уводя за собой гостей. Через несколько мгновений площадь почти опустела. Остался лишь Габриэль. Оказавшись в одиночестве, он разразился длинной, витиеватой тирадой, по большей части нецензурной, потом мрачно сплюнул под ноги и наконец ушел.

Только тогда я осмелилась покинуть свое укрытие. Внутри все клокотало. Нет, ну вы это слышали? Хранительницу они нам всучить пытаются! А я тогда кто, интересно? И вообще, почему никто ничего не сказал этим так называемым друзьям о моем существовании? Как же не вовремя уехал Алекс!

Безобразие. Все приходится делать самой.

– Пойдем! – Я ухватила Колина за руку и потащила к дому.

– Ты что творишь? – попытался воспротивиться он.

– Увидишь.

Мы шли очень быстро, почти бежали. Пока добрались до дома, я уже успела запыхаться. Нет, все-таки не создана я для подобной жизни! Хотя с такими темпами, глядишь, скоро и привыкну.

Награждая всеми известными мне эпитетами, причем отнюдь не положительными, этих так некстати нагрянувших «друзей», я рылась в своих вещах: не то, опять не то… о, вот же оно!

Я вытащила на свет божий одно из платьев, сшитых для меня Рудиком. Пурпурное, расшитое черным жемчугом, оно выглядело просто роскошно. Помню, я долго не хотела его брать. Мол, куда я смогу надеть такую красоту? Что ж, вот и представился подходящий случай.

От долгого лежания в сундуке платье немного помялось. Пришлось потратить почти час, чтобы привести его в порядок, но результат того стоил. Я удовлетворенно оглядела свое отражение. То, что лекарь прописал! Ага, в качестве пилюли от наглости одной заносчивой девице! Сегодня меня не смутил даже чересчур откровенный вырез. Правильно, пусть завидует, у нее-то там мало что есть. А волосы мы распустим…

В таком виде я и предстала перед Колином.

– И с чего ты так вырядилась? – не оценил моих стараний мальчишка.

– С того, – передразнила я, – что сейчас ты проводишь хранительницу на торжественный ужин по случаю приезда наших дорогих гостей.

Доходило до него долго. А когда наконец дошло, некоторое время он не мог произнести ни слова, то открывая, то закрывая рот.

– Совсем из ума выжила, – выдавил Колин, ошалело таращась на меня.

– Можно подумать, этот ум у нее когда-то был, – хмыкнул Лап и тут же во избежание возмездия скрылся за дверью.

– Ну так я никогда и не говорила, что вменяема. Идем! А то мне уже не терпится увидеть, как вытянется рожа этой гадины.

На крыльце ратуши стоял Габриэль. Вот леший! Только его для полного счастья не хватало! Но ждать, пока он уберется с дороги, времени нет – я должна успеть к началу ужина. Не оставалось ничего другого, кроме как взять себя в руки и уверенным шагом подойти к ангелу.

Сердце бешено колотилось. Я сама уже была не рада, что затеяла эту авантюру. Но отступать поздно.

Он окинул меня оценивающим взглядом и… протянул руку. Я вложила свою трясущуюся лапку в прохладную ладонь ангела, и мы, не произнеся ни слова, вошли в ратушу. Я чувствовала себя мышонком, приглашенным на обед к коту. Эх, раньше надо было бояться!

В зале, где Алекс обычно принимал посетителей, поставили большой стол. Все уже были в сборе. Единственный пустующий стул, по-видимому, предназначался для Габриэля. При нашем появлении голоса притихли, и на меня уставились несколько пар удивленных глаз.

– Позвольте представить, – обратился Габриэль к присутствующим, выталкивая меня вперед, – леди Ксения, хранительница Боллаты.

В лице изменились абсолютно все. Люба обеспокоенно завздыхала, ее муж скривился, будто у него разболелись разом все зубы, а наши дорогие гости… Девушка скорчила недовольную гримаску, а ее спутник лишь слегка приподнял аккуратную светлую бровь.

Я окинула зал царственным взором и радушно улыбнулась (ну, по крайней мере, постаралась). А Габриэль между тем продолжал:

– Хранительница, позвольте представить вам наших друзей из Ардрады. – Он прямо-таки источал доброжелательность. Ну вот может же, когда захочет. Всегда бы так. – Властелин Ардрады, господин Леонерс Арслард тор Радеррин и его жена – хранительница Ардрады леди Рогенда.

– Можно просто Лео, – проговорил блондин, улыбаясь.

– Рада приветствовать вас в Боллате.

Когда с формальностями было покончено, меня усадили за стол, принесли еще один стул для Габриэля, и ужин начался. Хотя какой там ужин – меня так трясло от страха, что кусок в горло не лез!

Мысленно вспомнив добрым словом бабушку, благодаря которой мне удалось не запутаться в столовых приборах, я попыталась сосредоточиться на еде. Атмосфера царила напряженная. Словно над нашими головами сгустились тучи, готовые в любой момент взорваться оглушительным раскатом грома.

– Сколько тебе лет, деточка? – нарушила затянувшуюся тишину Рогенда.

Тоже мне, нашлась старушка. Хотя… Приглядевшись к гостям чуть внимательнее, я поняла, что они намного старше, чем кажется поначалу. У молодых людей просто не бывает таких глаз. Они будто видели вечность.

– Восемнадцать. – Продолжение фразы – «будет через два месяца» – я предусмотрительно не стала произносить вслух.

– Алексэрта потянуло на развращение детей? – заломил бровь Лео.

Я судорожно вцепилась в край скатерти, сделала глубокий вдох и постаралась, чтобы мой голос звучал холодно:

– С каких это пор молодость стала недостатком?

– И когда же вы успели пожениться? – испытующе глядя на меня, продолжил допрос властелин Ардрады.

Едва я собралась сказать «никогда», как…

– Неделю назад, – ответил за меня Габриэль.

Я возмущенно захлопнула рот. Обзаводиться мужем, пусть даже лишь на словах, в мои планы не входило. Нет, я, конечно, помню, что хранительница обычно является женой властелина, вот только… Мы же вроде как исключение? Или нет?

Пока я приходила в себя, Рогенда зашла с другой стороны:

– И давно она здесь? Насколько я помню, наш вестовой, который месяц назад был в Боллате, ничего о ней не говорил.

У-у-у… Зря она об этом упомянула.

– А он вообще хоть что-нибудь успел тебе сказать? – ухватился за свою излюбленную тему Габриэль.

– На что ты намекаешь?! – взвизгнула Рогенда.

– Я? Намекаю? Да нет, я прямо говорю, что до Ардрады Чед не доехал.

– Ты обвиняешь нас во лжи? – проревел Лео, вставая. – Я могу расценить это как оскорбление!

– С каких пор правда считается оскорблением? – Габриэль тоже поднялся.

Ситуацию спасла Люба (кто бы сомневался!).

– Немедленно прекратите! – Она тоже вскочила и замахала руками перед готовыми наброситься друг на друга мужчинами. – Только дуэли нам здесь еще не хватало!

Дуэли? Ха! По-моему, этим благородным способом разрешения конфликтов тут и не пахнет. Вот дракой – это да.

Мужчины, наградив друг друга испепеляющими взглядами, опустились на свои места. Остаток ужина прошел в тяжелом молчании. Правда, Люба с Дармиром пару раз попытались разрядить обстановку, но даже их миролюбие не помогло.

Я кромсала куриную ножку, разрезая ее на мелкие кусочки и развозя по тарелке. Когда же все это кончится? О боги, как же мне сейчас не хватает Алекса! Будь он здесь, мне бы вообще не пришлось ломать комедию. Хорошо хоть Габриэль помог. Кстати, и почему это я его сегодня не боюсь?

Ну да, я давно догадывалась, что мой необоснованный страх перед ангелом – скорее отклик на его неприязнь ко мне. И что я ему такого сделала? Раз я так остро чувствую колебания энергетического фона, – по крайней мере, когда дело касается темной магии, – то что мне мешает ощущать волны неприязни, направленные лично на меня? Правильно – ничего. Эх, все же я ровным счетом ничего не знаю ни об ангелах, ни об их способностях. Надо на досуге восполнить этот пробел.

От мыслей меня отвлек звук отодвигаемых стульев. Гости встали из-за стола, церемонно раскланялись с хозяйкой, то бишь со мной, и удалились в отведенные им покои. Фу, наконец-то мои мучения закончились! Чувствуя себя выжатым лимоном, я направилась к двери.

И тут мне в голову пришла очередная сумасбродная мысль. Ну прямо не голова, а проходной двор какой-то! А почему бы мне не прогуляться мимо гостевого домика? Глядишь, что-нибудь интересное услышу. Самодовольно улыбаясь, я развернулась и резко сменила направление.

На цыпочках, стараясь не производить лишнего шума, подкралась к гостевому дому. Мне повезло – одно из окон оказалось приоткрытым. Примостившись рядышком, я обратилась в слух.

– Говорил же, что затея бредовая, – устало пробормотал Лео.

– Но попробовать стоило.

– Попробовали! Теперь мы с ними окончательно расплевались.

– Да ладно тебе! – беспечно отмахнулась его жена. – Выкрутимся!

– Во что ты опять нас втравила! – Еще один страдальческий вздох раздался у самого окна. – Зачем надо было связываться с этими магами?

Что ответила Рогенда, я так и не узнала, потому что ее супруг закрыл окно. Вот леший! На самом интересном месте! Впрочем, услышанного мне вполне хватило, чтобы сообразить: во всей этой истории замешан кто-то еще. И вероятно, именно этот кто-то и заварил всю кашу.

Лео мне почему-то было жалко. Какой-то внутренний голос подсказывал, что он все-таки хороший человек. Или это его обаяние на меня так подействовало? В любом случае такую жену, как Рогенда, я бы и врагу не пожелала.

– И что он в ней нашел? – задумчиво спросила я темноту.

– Настоящая любовь, как правило, бывает вопреки, – ответила темнота тягучим голосом Габриэля.

Желанный цветок я все-таки получила и теперь пересаживала его в новый глиняный горшок. Кстати, как выяснилось, цветок назывался розой. Его, то есть ее, Любе привез какой-то знакомый из Экларии.

Рядом вертелся Колин. В отсутствие властелина он взял на себя обязанность развлекать меня. А я особо и не возражала. Как выяснилось, сидение в одних кустах сильно сближает! Гм, и почему, интересно, подслушивание под одним окном не действует сходным образом? Габриэля я с того вечера больше не видела, чему, честно говоря, даже рада.

– Эх, скорей бы уже властелин вернулся, – вздохнул Колин. В третий раз за последние полчаса.

– А может, это он специально от тебя подальше смотался, – ехидно предположил вредный Лапус. – А то таскаешься за ним, как банный лист! Никакого покоя от тебя нет.

– А и правда, – поддакнула я, – что ты к нему прицепился?

– И ничего я ни к кому не цеплялся, – насупился мальчик. – Он мне жизнь спас. И вообще…

В начале лета в Боллату приезжали Рогенда и Лео. Медом им здесь намазано, что ли? А когда они наконец отправились в свои владения, Алекс решил проводить гостей до Страшного леса (наверное, чтобы по дороге не передумали и не вернулись) и взял с собой всех желающих. Среди этих самых желающих было несколько мальчишек, в том числе и Колин.

У кромки леса решили устроить привал. Пока взрослые занимались обедом, дети затеяли опасную игру. Они решили устроить охоту на медведя в Страшном лесу. Заостренные палки играли роль копий. Мальчишки притаились в кустах и стали поджидать добычу.

Долго ждать не пришлось. Вскоре перед охотниками появился большущий бурый медведь. Животное, не прельстившись ролью дичи, с ревом направилось в сторону незадачливых охотничков. Дети с криками бросились наутек. Только Колин растерянно застыл на месте. Правда, придя в себя, мальчик запустил в медведя палкой, но это мало помогло.

Тут-то и появился властелин.

– Вы представляете, – восхищался Колин, – он справился с медведем голыми руками!

Я пожала плечами. Конечно, он же маг! Зачем ему меч, если он умеет колдовать.

Тут мое внимание привлек Габриэль. Он стоял, небрежно прислонившись к стене. Увлеченная рассказом Колина, я и не услышала, как вошел новый гость. Да и привычного страха не испытала.

Наши взгляды скрестились. Пока мы играли в гляделки, мальчишка и кот поспешили смыться.

– Ну? – наконец не выдержала я.

– Просто я хотел сказать, что, возможно, ошибался на твой счет. – С этими словами ангел повернулся и вышел вон.

Оглавление

Из серии: Вредность – не порок

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Вредность – не порок (Катерина Полянская, 2013) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я