Демоны моих желаний

Мелина Боярова, 2020

Бойся своих желаний, потому что всегда найдется тот, кто их осуществит. Эту истину усвоила сразу, как попала в жестокий мир демонов. Эти нечеловечески красивые создания разучились чувствовать. Радость, любовь, ненависть, боль – это наркотик, от которого демонам сносит крышу. Мое спасение в жестком контроле, чтобы ни одна эмоция не просочилась наружу. * дилогия в одном томе

Оглавление

  • Темный эллерат

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Демоны моих желаний предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Темный эллерат

Глава 1

— Любимая, давай начнем сначала, — эта фраза преследовала с тех пор, как застала собственного мужа в постели с подругой.

Поначалу было больно. Все попытки оправдаться, считала издевательством. Ну, что можно придумать, если собственными глазами видела Алекса и Наташку? Не пазлы же они собирали? Голышом. В нашей кровати. И что мне стоило прислушаться к внутреннему голосу, что возвращаться плохая примета, и пойти на работу без чертового передника?

Нет. Считала его счастливым. Глупая. В наше время, будь ты хоть трижды гениальный шеф-повар, дальше раздаточной ни в одну забегаловку не пустят без связей. До этой самой гениальности мне было далеко. Подумаешь, отучилась три года на повара! Таких умелиц, да после девятилетки, пруд пруди.

Замужество посчитала счастливым билетом. Хотя бы мужа буду радовать вкусными обедами и изысканными ужинами. Видно, тем и взяла, лишний раз, подтвердив аксиому, что путь к сердцу лежит через желудок. Путь-то я нашла, а вот сделать так, чтобы он стал особенным и неповторимым, не сумела. Нашлись другие. Наглее. Предприимчивей. И далеко забираться не стали, ограничившись более короткой и проторенной дорожкой.

И все же грела мысль, что Алекс переживает, волнуется, звонит по сто раз на дню, шлет цветы, открытки с разбитым сердцем и мягкие игрушки. Знает, чем меня взять. Не избалована я знаками внимания, вот и таю от каждой подобной милой мелочи. Другая бриллианты, да меха требовала, а у меня язык не повернется попросить. Знаю ведь, что не по карману такие расходы. Бюджет, как-никак, последние два года общий был.

— Лен, ну, прости дурака, — завел знакомую песню Алекс, едва взяла трубку, — приглашаю тебя на свидание. Придешь? В Мориц-плаза. Я столик заказал на завтра. И вино твое любимое. И мороженое. Мы просто проведем вечер вместе. Я ни к чему не обязываю. Просто хочу показать, как был неправ. Ты у меня самая лучшая и самая красивая. Что скажешь, шоколадка?

— Хорошо, — бастион пал. Мне так не хватало мужа, наших вечеров, жарких ночей, что подумывала простить его. Плохо одной. Да и Мориц-плаза! Новый отель, расположенный на верхнем этаже единственной на весь город двадцатипятиэтажной высотки, был на слуху. Все только и говорили, что о необыкновенном дизайне ресторана, копирующем красоты морского дна, да изысканных блюдах, которые подавали красавцы-официанты. Ну и тем, что посетить такое заведение стало мечтой каждой мало-мальски ведущий светский образ жизни девушки.

Само собой, совместный ужин подразумевал и дальнейшую развлекательную программу. Во времена, когда Алекс за мной ухаживал, мы посетили все приличные — и не очень — дискотеки города. Предполагала, муж не изменит традициям. Во всяком случае, к нему (вернее, к нам) на квартиру не поеду.

Еще чего! У меня от одного воспоминания об увиденном истерика накатывала. Алексу придется выкинуть кровать. И постельное белье. И, вообще, сделать ремонт, чтобы ничего не напоминало о том дне.

Как бы там ни было, а готовилась к свиданию с особой тщательностью. Прежде всего, упросила Ирку из салона записать на следующий день вне очереди. Такой повод, как мировая с мужем, должен затмить других клиентов. Каким-то чудом уболтала и мастера Сашку на новенький маникюр. Косметолог Верунчик, вообще, лучшая подруга, так что ради меня отменила на этот вечер все брони. В общем, если я хотела выглядеть идеально, никто не в силах этому помешать.

Спать легла пораньше, чтобы никаких темных кругов под глазами, а только свежий, цветущий вид. Алекс должен понять, какое сокровище чуть не потерял. Утром питательная маска для лица и гимнастика. Потом трехчасовой шопинг, итогом которого стало умопомрачительное платье насыщенного синего цвета. Еще безумно дорогое белье, на которое ушла треть сбережений. Хорошо, что подходящие туфли и сумочку я уже купила. Как раз в разгар депрессии по поводу разрыва с мужем и старта сезонных распродаж.

— Ирка, ты волшебница! — высоко оценила работу парикмахерши. Из моих непослушных и неравномерно кудрявых волос она сотворила очередное чудо.

С удовольствием покрутилась перед зеркалом, наблюдая как мягкие, каштановые волны красивым каскадом ниспадают на плечи. Прямо как в рекламе. Именно из-за этого шедевра, однажды сотворенного на голове, Алекс и прозвал меня шоколадкой. Помнится, в тот вечер он сделал предложение. Хотелось верить, что и сегодня удастся очаровать настолько, что думать позабудет о всяких там Наташках.

И вот, в назначенный час, и даже на пятнадцать минут больше, чтобы не думал, что прибежала по первому зову, стояла перед местной достопримечательностью. Новое здание из стекла и металла смотрелось чужеродно среди типовых пятиэтажек и частного сектора. Но от этого интерес к нему только возрастал. Чего только стоили современные подъемники, курсирующие по торцам высотки! Из стеклянных кабин открывался панорамный вид на город. Поговаривали, охранники пускали некоторых прокатиться на лифте, как на аттракционе. И брали за это немалые деньжищи.

Что же, мне доведется испробовать это совершенно бесплатно. Волшебным пропуском служила небольшая карточка-приглашение с тисненым золотым вензелем Мориц-плаза.

Миновав вежливого охранника, вошла в фойе бизнес-центра. Девушка на ресепшен подсказала, в какую сторону пройти, чтобы попасть к лифтам. Не без внутренней дрожи ступила на гладкий пол стеклянной кабины, две стенки которой были абсолютно прозрачными. Я нажала кнопку нужного этажа и в волнении прильнула к стеклу. Людей, поначалу, набралось прилично. Пользуясь тем, что мне нужен последний этаж, забилась в дальний угол. От стремительного набора высоты кружилась голова. Постепенно взгляду открывался поистине волшебный вид на родные просторы.

— Невероятно! — прошептала едва слышно, — это на самом деле потрясающе красиво. Обязательно расскажу девчонкам!

На семнадцатом вышел последний пассажир. Оставшийся путь проделала в полном одиночестве. Предвкушая триумфально появление, подбирала наиболее эффектные позы. Благо встроенное в непрозрачную стену зеркало открывало широкий простор для экспериментов. И вот когда на табло зажглась цифра двадцать пять, и я, нацепив самую соблазнительную улыбку, приготовилась к встрече с мужем, произошло то, чего никак не ожидала. Лифт вдруг дернулся. Потом еще и еще раз. Замер. Как сумасшедшие, замигали кнопки на табло. Над головой что-то затрещало и взорвалось, обдав меня снопом искр.

Взвизгнув, вжалась в угол рядом с дверью. Попыталась разжать створки, но куда там!

Испугалась не на шутку, стала давить на кнопку вызова персонала.

— Помогите! Кто-нибудь! Вытащите меня отсюда!

Но связь отрубило. Я слышала завывание ветра за стеклом, звуки музыки, доносящиеся из-за дверей. Вот только мольбы о помощи уходили в пустоту.

Все будет хорошо! — твердила, как мантру, — это небольшая поломка. Скоро меня спасут. Кто-то хватится. Поймет, что лифт сломался. Меня вытащат. Подумаешь, лифт застрял. Бывает. Это же современные технологии. Такой лифт не может упасть. Меня обязательно спасут.

В подтверждении молитвам, кнопка вызова обслуживающего персонала вдруг ожила.

— Эй! Отзовитесь! Кто-то есть в кабине? Ответьте.

— Да, да! Есть! — закричала я, — вытащите меня отсюда!

— Девушка, не волнуйтесь. Как вас зовут.

— Елена.

— Леночка, не стоит паниковать. С лифтом произошла небольшая поломка. Мы работаем над этим. К сожалению, вам придется провести там некоторое время. Вы справитесь?

— Да, думаю да. Только вытащите меня! И, пожалуйста, сообщите моему мужу. Он ждет в Мориц-плаза. Александр Маслов.

— Мы свяжемся с вашим супругом. Нам потребуется около получаса, чтобы устранить неполадки.

— Я подожду.

Многообещающий вечер, примирение с мужем, новые впечатления, — все катилось коту под хвост из-за злосчастного лифта. От бессилия пнула ногой плотно сомкнутые дверцы. Зря. Над головой что-то опять бумкнуло, затрещало. Лифт снова дернулся, спустившись на полметра. От страха подогнулись колени, и я медленно сползла на пол. Противный скрежет, как от несмазанных петель, не затихал. К своему ужасу, я подозревала, что может издавать такие звуки, — стальной трос. Я хорошо его разглядела, когда стояла на улице. Огромный, с запястье толщиной, он цеплялся за ролик, закрепленный на крыше кабины. Оставалось только гадать, что помешало ему свободно двигаться.

Скрежет повторился. Позеленев от страха, вцепилась руками в поручни. Зеркальный потолок, на котором попыталась рассмотреть признаки грядущей катастрофы, отражал лишь насмерть перепуганную меня, неловко распластавшуюся в углу кабины. Невольно отметила, что даже так, с застывшим в глазах ужасом, я выглядела привлекательно. Этакая беспомощная жертва, которая ждет своего спасителя.

Тьфу, ты! — нервно усмехнулась, — какие глупости лезут в голову. Какая разница, как я выгляжу, если в итоге превращусь в кровавое месиво? Упав с такой высоты, разобьюсь в лепешку.

— Мамочки! Вытащите меня отсюда! — на высокой ноте завыла я, — не хочу умира-ать!

Только никому не было дела до моих страхов. Над головой что-то со свистом лопнуло, и лифт стремительно понесся вниз. От собственного визга заложило уши. Он оборвался так же резко, как и остановившаяся кабина. Я пролетела этажей пять или шесть, и уже попрощалась с жизнью, когда судьба подарила шанс.

— Эй! Вы там? — раздался голос из-за сомкнутых створок.

— Да! Да, я здесь. Пожалуйста, вытащите меня! — метнулась к дверям и забарабанила по ним кулаками.

— Вы одна? — уточнил голос, — как вас зовут?

— Я… я одна. Е-елена. А вы? Кто вы? Можете вытащить меня? Умоляю, откройте эту дверь! Кажется, лифт вот-вот рухнет.

— Я Олег. Девушка… Елена, я помогу. Только успокойтесь. Вы вызвали мастера?

— Да, они сказали, что скоро придут. Но я… я так боюсь.

— Сейчас, только найду чем поддеть створку и…

Двери раздвинулись на десяток сантиметров и тут же захлопнулись. Я успела заметить лишь вихрастую рыжую макушку, торчащие в разные стороны уши и тонкие побелевшие от напряжения пальцы. Комплекции мой спаситель был худощавой. Не верилось, что у него хватит сил. Однако, Олег не оставил попыток, и вот снова между створками появилась щель. Сообразив, что вдвоем, у нас получится быстрее, я со своей стороны также принялась раздвигать дверцы. Лифт совсем немного не доехал до этажа. Всего-то и нужно, что сделать щель хотя бы тридцать — сорок сантиметров. А там я протиснусь и спрыгну на пол.

Олег кряхтел от натуги, и даже язык высунул от усердия. Совсем мальчишка. Лет шестнадцать на вид. Субтильный. Силенок маловато. И я не отличаюсь крепким телосложением. Немудрено, что в какой-то момент руки у него соскользнули, и дверцы вновь захлопнулись. Лифт дернулся и просел на несколько сантиметров. Я плюхнулась на попу, зажав ладонью отбитые пальцы. От бессилия и обиды на глаза навернулись слезы. Впору забиться в истерике. Но сдаться я не могла. Помощь вот-вот подоспеет, спасение близко, так что рано отчаиваться.

— Давай еще раз! — крикнула пареньку. Тот не отозвался, а я почувствовала, как неприятный холодок пробежал по спине.

Неужели бросил? — самостоятельные попытки открыть двери ни к чему не привели. Изнутри дверцы настолько плотно прилегали друг к другу, что даже ухватиться не за что. Только ноготь сломала.

— Эй! Ты еще там? — раздался радостный голос Олега, — я тут помощь привел. Сейчас живо тебя вытащим.

— Правда? — я воспрянула духом. Особенно когда увидела, как раздвигаются чертовы створки под напором крепких мужских рук. И обладатель этих рук оказался достойным. Открытое улыбчивое лицо, добрые глаза и… кольцо на пальце. Спаситель протянул широкую ладонь, в которую я не замедлила вложить свою. Оставалось только протиснуться в проем и все. Но именно в этот миг раздался очередной мерзкий скрежет, и кабина сорвалась.

От сильного толчка, я отлетела к противоположной стенке. За стеклом свистел воздух, стремительно приближалась земля. А мою руку по-прежнему сжимала мужская ладонь, вот только ее владелец остался по ту сторону дверей. Завизжав, как резаная, попыталась стряхнуть с себя ЭТО. Потом к горлу подкатила тошнота, в глазах резко потемнело, из носа хлынула кровь, а я провалилась в спасительное беспамятство. Оглушительного удара уже не услышала.

Сознание вернулось вместе с душераздирающим криком. Мне снился жуткий сон, будто я в лифте, падаю и вот-вот разобьюсь. Спина взмокла от липкого пота. В глаза, будто кто песка насыпал, да и дыхание было каким-то рваным, жадным. Словно под водой пробыла долгое время или стометровку пробежала. Прошел десяток минут, прежде чем успокоилась и немного пришла в себя.

Первое, что бросилось в глаза, кровь на руках. Затем платье, на которое угодило несколько капель и странный пол, на котором, как оказалось, я сидела. Несколько мгновений непонимающе пялилась на стеклянные стены, панель с кнопками и злополучные дверцы. А затем вдруг осознала, что мне ничего не приснилось. Я действительно ехала в этом лифте, который… который…

Господи! — едва подавила рвотный позыв при виде отрезанной кисти. На безымянном пальце все еще поблескивало обручальное кольцо. — Так, это не сон! Но ведь я должна была… я же не…

С силой ущипнула за ногу, потом живот. Ощупала лицо, шею, плечи. Все указывало на то, что я живая. Вот и сломанный ноготь, и наливающиеся синим подушечки пальцев, и ссадины с засохшими корочками.

— Но как? — понять, где находится кабина, не могла. Почти до самой крыши снаружи подступал песок. Красноватый с черными прожилками крупный песок.

Одно радовало: я на земле. А это значило, что падать больше некуда. Правда, и выбраться я по-прежнему не могла. Тот же самый песок, в котором утоп лифт, не оставлял ни малейшего шанса открыть дверцы.

— Эй! Кто-нибудь! Я здесь! Помогите! — стянув туфельку, я металлической набойкой барабанила по щитку с кнопками. Звук получался очень громким. Кто-нибудь, да должен услышать.

Однако прошло полчаса, час, а так никто и не пришел на помощь. Я уже охрипла от криков. Хотелось пить, есть, и просто домой. Да еще жара, от которой плавилось тело. Будто из родного дома, где хоть и жаркое, но вполне комфортабельное лето, попала в тропики. И отрезанная рука на такой жаре стала уже попахивать.

Расслышав чьи-то шаги, которые в странных песках отдавались гулким шуршанием, вновь замолотила по стене, привлекая внимание.

Что же, мне это удалось! Вот только результат вышел не тот, на который рассчитывала. В стенку лифта, чуть ниже линии песка, врезалось что-то крупное. Металл прогнулся вовнутрь.

Судорожно сглотнув, отскочила в противоположный угол и затихла. Судя по всему, явился кто-то сильный и любопытный. Очень хотелось надеяться, что не голодный. Каждый новый удар встречала тихим всхлипом.

Казалось, я схожу с ума. Пережить такую катастрофу практически без последствий, и угодить на обед неведомому монстру, по меньшей мере, обидно.

Неизвестность пугала более всего. Умом я понимала, что не могла выжить, что нигде в окрестностях нашего городка нет такого песка. Да что там! Вряд ли и в России найдется. Я, конечно, не знаток, но никогда о таком не слышала. Лифт мог упасть только на площадку перед высоткой. А это место такое странное и жуткое, что невольно задумаешься: его просто не может быть. Только если все обстоит именно так, то и меня больше нет. Я умерла, а душа оказалась навечно запертой в чертовом лифте.

Но ведь сердце по-прежнему бьется, голод напоминает о том, что телу необходима пища, а боль, — с силой ударила кулаком о пол, — такая реальная, что дальше некуда.

Да, что же это? — обхватив голову руками, тихонечко заскулила. Монстр снаружи, будто услышал что-то и стал ломиться с удвоенной силой. Зажав рот рукой, вздрагивала всем телом, гася рвущийся изнутри крик.

Если думала, что хуже быть не может, то жестоко ошиблась. Пока я не видела зверя, что явился на зов, страх подпитывался только силой скудного воображения. Ну, змея какая-нибудь крупная или варан.

Что еще водится в песках? Откуда мне знать?

Да только тварь после множества безуспешных попыток прорваться, решила зайти с другой стороны. Как раз с той, где располагалась стеклянная стенка. Тут уже впору было искать пятый угол. Потому что такой жуткой морды я ни в одном фильме ужасов не видела. Огромная круглая пасть, усыпанная короткими острыми зубами. Из глотки вместо языка торчало щупальце с жалом на конце. Невероятно мощное, оно выбрасывалось вперед, проминая стенки лифта. Стекло, на мое счастье, оказалось толстым, небьющимся, потому от ударов не пострадало. Единственным слабым местом была крыша. В некоторых местах она прогнулась, зеркала потрескались и только каким-то чудом еще держались на месте. Впрочем, на это грех сетовать. Если бы не потерявший целостность потолок, я тут давно задохнулась. Судя по тому, что никакого дискомфорта не ощущала, в кабине образовались пробоины, через которые и поступал свежий воздух.

А тварь, похоже, была очень настойчивой и голодной. Убедившись, что меня не достать, она упорно продолжала биться в стенки. Мало того, вскорости к ней присоединились другие особи. Они непрестанно атаковали, пытаясь добраться до лакомого кусочка, до меня.

— Господи! — взмолилась вслух, — если ты есть, помоги. Пошли помощь, спасение.

Однако Бог оказался глух к молитвам. Еще несколько часов провела в заточении, мучаясь от голода, жажды и задыхаясь от запаха гниющей плоти и испражнений. Туалетов в лифте никто не предусмотрел, а естественные потребности тела никуда не делись.

Еще одним доказательством того, что оказалась в персональном аду, это нескончаемо длящийся день. В теперь уже прошлой жизни свидание было назначено на семь вечера, а когда я попала сюда, то невидимое солнце жарило изо всех сил. И можно бы предположить, что пробыла без сознания всю ночь и первую часть дня, но кисть моего неудачливого спасителя при пробуждении оказалась свежей. В том, как быстро разлагается плоть, убедилась на живом примере.

Ночь в песках наступила внезапно. Ощутила ее приближение лишь по уменьшившейся жаре. А вот свет исчез так, как будто кто лампочку резко вывернул. Пристроившись около непрозрачной стены, задремала. Хищники к этому времени, угомонились. Далеко не уползли, сквозь стекло были видны их трубчатые тела, но хотя бы ломиться перестали.

Проснулась из-за жуткого холода. Тело затекло от неудобной позы, мышцы задеревенели. Стоило только сменить положение, как они закололи мелкими иголками, возвращая чувствительность. Во рту скрипел невесть как попавший туда песок, руки-ноги тряслись, зубы отбивали чечетку. Скудная вязкая слюна едва смачивала горло, а живот возмущенно урчал от голода.

По щекам полились бессильные слезы. Отчаяние и страх захлестнули с такой силой, что заломило виски. По всему выходило, что конец уготован один. Либо медленная смерть от голода, либо быстрая в зубах тех тварей, что кружили снаружи. О том, чтобы выбраться и сразиться, речи не шло. Никудышный из меня боец. Да и вскарабкаться на крышу, в которой еще проход пробить нужно, никогда не смогу. Вот уж когда пожалеешь, как мало времени уделяла спорту и физическим нагрузкам. Что ожидало там, в песках? Сколько тех опасностей таится в красных барханах? В какой-то момент пожалела, что не погибла сразу. Возможно, я ничего бы не почувствовала. Очень уж вовремя потеряла сознание.

Однако судьба надо мной смилостивилась. Прошло едва ли пару часов с момента восхода солнца, когда песок, окружающий кабину, вдруг отхлынул в стороны, застыв сыпучей стеной в полуметре от стен. Сдавленно охнула и вытаращилась на это чудо.

Разве такое возможно?

Лихорадочным движением нащупала сумочку. Зеркальце, влажные салфетки, пудра. Меньше минуты ушло, чтобы убрать следы слез и потеки туши. В остальном макияж, нанесенный в прошлой жизни, с блеском выдержал суровые испытания. Тем временем, на песок спрыгнул кто-то, обутый в высокие кожаные сапоги. Наличие у гостя двух конечностей и довольно крепких бедер обнадеживало. Все лучше, чем неизвестные твари, а с разумным человеком всегда можно договориться. Незнакомец обошел лифт по кругу и остановился у створок. После небольшой заминки, они сами разъехались в стороны. Будто невидимый лифтер ненадолго включил питание. Пригнувшись, мой спаситель протиснулся внутрь. Первое, что он сделал, зажал нос рукой.

Немудрено, запашок тут стоял аховый! Я уже как-то принюхалась, а вот ему, видимо, пришлось несладко.

Воспользовавшись заминкой, во все глаза разглядывала мужчину. Довольно высокий, широкоплечий, со смоляными волосами до плеч и жгучим взглядом серо-стальных глаз, в глубине которых плескались алые искорки. От мощной фигуры незнакомца веяло властностью и невероятной сексуальностью. Лица полностью не рассмотрела, но и увиденного оказалось достаточно, чтобы осознать, насколько этот индивид в моем вкусе. Да еще в роли спасителя. Вот только в собственной привлекательности сильно сомневалась. Разве есть кому-то дело до внешности, когда на кону собственная жизнь? Возможно, потом, в безопасности, буду перебирать в памяти момент нашей встречи и наверняка жалеть, что не стала флиртовать или заигрывать с незнакомцем. Но сейчас мечтала лишь о том, чтобы выбраться из треклятого лифта.

— Помогите мне! Пожалуйста, — пролепетала, нервно стискивая в руках сумочку.

Что ответил незнакомец, не поняла. Необычные гортанные звуки низкого слегка рокочущего голоса, вызвали непонятную дрожь в теле. На мгновение замерла, прислушиваясь к себе. Внутренний голос твердил о том, что этот человек может быть много опаснее песчаных тварей. Но когда он приглашающе протянул руку, раздумывать не стала и смело вложила в нее ладонь.

Глава 2

Хватка у незнакомца оказалась не просто крепкой, стальной. Ладонь будто клещами стиснули. Затем меня резко дернули к себе. Сама не поняла, как очутилась на руках. От столь стремительного перемещения сердце ухнуло куда-то вниз, а потом забилось с неистовой силой. Близость мужского тела взволновала, как и то, насколько явственно сквозь одежду ощущалась каменность литых мышц. Пока я тихонько офигевала от спасителя, он выбрался из кабины и одним прыжком взобрался на поверхность. Песок, который удерживали неведомые силы, вдруг потерял опору и хлынул к лифту, погребая его под многотонной тяжестью. Пустое пространство заполнилось за считаные секунды. Лишь на поверхности виднелась крыша с остатками троса и роликами передвижного механизма.

Я с огромным удовольствием вдохнула разгоряченный, но кажущийся таким свежим воздух. Немного обмякла, чувствуя, как по телу разливается волна облегчения.

Спасена! — ликовала каждая клеточка. Хотелось смеяться и даже петь, хотя в последнем не была так уверена, да и хорошим слухом никогда не отличалась. В порыве благодарности, обвила мужскую шею руками и звонко чмокнула в щеку.

— Спасибо! Огромное спасибо!

Мужчина странно дернулся, повел носом. Тонкие губы искривились в довольной усмешке, а во взгляде, готова поклясться, промелькнул неприкрытый интерес. Сказав несколько слов на гортанном языке, перехватил меня одной рукой, а свободной сделал несколько странных пассов в воздухе. Выглядело это настолько нелепо, что на мгновение усомнилась в его умственных способностях. Но только дальше пришлось сомневаться в себе, потому как вспыхнувший зеркальной рамкой овал, с клубящимися внутри него частичками тумана, перевернул все представления о том, что возможно, а что нет.

Это, что же? Портал? — ничего нелепее на ум не пришло.

Тем не менее незнакомец шагнул прямо в гущу туманного марева. Вместе со мной, разумеется. Вот только предупредить о том, что ждало по ту сторону, никто не удосужился. Все тело облепили сгустки влажного воздуха, который, казалось, обрел плотность. Забивая нос и рот, он перекрыл возможность дышать. Той толики кислорода, что успела вдохнуть в самом начале, не хватило. Я забилась от ужаса, понимая, что еще несколько секунд и задохнусь. Перед глазами уже мельтешили красные точки, а грудную клетку раздирало от бессильных спазмов, когда мы, наконец, вышли из портала. Вывернувшись из рук мужчины, который и не сильно-то удерживал, некрасиво опустошила желудок. Поскольку я уже больше суток ничего не ела, то и рвало желчью. Но довольно долго, пока измученный организм вконец не обессилел. Меня и хватило только на то, чтобы отползти немного в сторону и отключиться.

Как меня поднимали, переносили в комнату, обмывали и переодевали, так и не узнала. Проснулась уже в мягкой кровати. Отдохнувшая, бодрая и дико голодная. Даже осмотреться не успела, обдумать, куда попала и как дальше быть. Все затмил невероятный запах еды. Вероятно, он и привел в чувство. Подле кровати находился столик, заставленный всяческой снедью, кувшин с водой, еще какие-то напитки, вроде травяного отвара или молока. Большая чашка мясного бульона, незнакомые фрукты, сыры и копчености. Первым делом осушила кувшин воды.

Вот уж не думала, что способна одним махом выпить больше литра! Смогла.

Затем настал черед бульона. Горячего, наваристого. Как раз того, что требовалось ослабевшему организму. Обжигаясь, жадно глотала янтарную жидкость, попутно запихивая в рот куски мягкой душистой лепешки, и сыра, и колбаски. Со стороны, наверное, смотрелось дико, но не могла сдержаться. Остановилась, только когда бо́льшая часть тарелок опустела. Запила все это дело отваром, и только тогда перевела дух и огляделась.

Свидетелем бессовестного обжорства, стал тот самый незнакомец. Он сидел чуть в сторонке, развалившись в кресле, и попивая что-то из золоченого кубка, ехидно посмеивался. Щеки моментально запылали. Так стыдно стало за свое поведение, что захотелось провалиться под землю. И еще я надеялась произвести на этого красавца какое-то впечатление? Определенно, произвела. Вот только не то, на какое рассчитывала.

Тут уже взгляд, который как прилип к полу, так и не смог оторваться, выцепил детали моей одежды, и теперь, казалось, покраснела до самых пяток. Тонкая ночная рубашка, состоящая из полупрозрачных кружев, не столько скрывала, сколько демонстрировала все мои, гм, прелести. Тонко взвизгнув, отпрянула к середине кровати и натянула одеяло до самого подбородка. По изогнувшимся бровям красавца, сообразила, что мое поведение вызвало у него изумление.

Спрашивается, чего он там не успел разглядеть? И с какой стати я вдруг стала такой стеснительной?

На эти вопросы нашлись железобетонные ответы. Раз находилась без сознания, то и стыдиться нечего. Может, это и не он меня переодевал! Ну а стыдливость… я не считала себя настолько раскрепощенной, чтобы щеголять перед чужим мужиком в неглиже. Да и грыз червячок сомнения, что после того, как предстала перед спасителем в самом неприглядном виде, рассчитывать, что он влюбится по меньшей мере глупо. Хотя последнее, обидно. Мне-то незнакомец понравился. Даже очень. Одни глаза колдовские чего стоили! А тело? Я до сих пор помнила ощущение близости и защищенности, когда он с легкостью нес на руках и прижимал к себе.

Затихарившись, я нет-нет, да поглядывала в сторону незнакомца. Он по-прежнему сидел в кресле, попивал напиток, и насмешливо наблюдал. Похоже, вспышки моего смущения и интереса его забавляли. В какой-то момент, это разозлило, потому в ответ открыто стала разглядывать этого наглого и очень привлекательного мужчину. Что и говорить, одно то, что волосы у него были длинные, густые и ухоженные, вызывало глухую зависть. Ну, ни один из моих знакомых, не носил подобной длины! И в нашем городке ни разу не встречались такие модники. И ведь этому наглецу все к лицу!

— Кто ты? — незнакомец нарушил тишину, — как попала в Красную пустыню? Как тебя зовут?

— Ох! — вот это волна прошлась по телу! Низкий, немного рокочущий голос, казалось, проник под кожу, влез в голову, опутал мысли. И мысли эти отнюдь не невинные. — Ле… Ле…кхе-кхм…а, — в горле снова пересохло. Не сразу вспомнила, как меня зовут.

— Леа? — по-своему понял мужчина, — Леа. Леа, — покатал имя на языке. Ему интересно, а у меня от волнения живот «прилип» к спине. Наваждением показался взгляд пепельных глаз, проникающий внутрь и читающий мои желания. А в них я пробовала на вкус его губы, расстегивала пуговки на рубашке и терлась щекой о жесткую ладонь, умоляя о ласке.

— К-кто т-ты? — впившись ногтями в кожу, попыталась унять внутреннюю дрожь, — где…

— Крейгсхарт Дискаменон, первый аррей Темного эллерата. Для тебя, Леа, просто Рей.

Сама не поняла, как мужчина так быстро переместился из кресла на кровать, но имя он выдохнул в губы.

Что я творю? — промелькнуло в отголосках сознания, но там же и угасло. Требовательные поцелуи, сбившееся дыхание и смелые прикосновения незнакомца, — ах, Рея! — свели с ума.

Сильные, и в то же время бережные объятия. Ощущение горячих ладоней сквозь тонкую ткань. Ураганный напор, с которым меня целовали, гладили и сжимали в руках, пробуждали неведомые в прошлом эмоции. Опыт в этом деле накопился весьма скромный, но еще никому не удавалось вызвать столь сильное влечение и желание близости. Я будто заново открывала себя. Тело, знакомое до самой последней родинки, реагировало так, словно чувствовала его впервые. Или все дело в умениях Рея? Пусть так. Но то, как он ласкал языком грудь, прикусывая кожу, в то время как пальцы выписывали узоры на внутренней части бедра, доводило до исступления. Я уже давно была готова к тому, чтобы принять его в себя, но он медлил. При всей напористости, медлил, подвергая самой сладкой и невыносимой пытке.

— Пожалуйста, Рей! — никогда не думала, что буду просить кого-то об этом, но… изнывающее чувство пустоты там, где должно быть наполнение и жаркая теснота, сметало все барьеры. — Возьми меня, Рей. Прошу.

Мой разгоряченный шепот, скользящие по мускулистой спине пальцы, рваные прикосновения к коже губами, несомненно, подстегивали мужчину к активным действиям. Я чувствовала его напряженность. А хриплые стоны, срывающиеся с губ, налитый силой член, касающийся головкой бедер и нижней части живота, свидетельствовали о том, что Рей сам жаждет большего. Так, почему медлит? Почему продолжает истязать изнывающее от страсти и истекающее соками тело?

— Рей!

— Кто ты? — хрипло выдохнул он, — расскажи. И тогда я дам все, что ты так настойчиво просишь!

— Я? — удивляться уже не успевала. Не один раз исследовав самые чувствительные точки, мужчина принялся заново их изучать, — ох! Кто я? Человек, обычный человек. Кто же еще?

— Как ты попала в пустыню? — горячее дыхание опалило живот, и влажный язык прочертил дорожку, останавливаясь там, где хотелось продолжения.

— Не знаю… а-аах! Лифт. Он сорвался… ооо! Я думала, что погибла. После такого не выживают. С такой высоты… Еще… А-ах! А вместо города — песок. Не понимаю. Такого не бывает. Что-то перенесло меня вместе с лифтом. Как ты. Портал.

— Где ты раньше жила?

— N-ск, Россия… Земля… Рей, что все это значит? Я и так расскажу, что знаю. Зачем ты мучаешь нас? Ведь ты хочешь, не меньше моего. Почему?

— Последний вопрос. Как твое настоящее имя?

— Елена… ах… Евг-геньевна Ани… аникина.

— Леа, — мужчина подтянулся, чтобы оказаться лицом к лицу. В потемневших грозовых омутах засверкали огненные искры. Влажные губы искривились в довольной усмешке, — теперь ты только моя, Леа. Телом, сознанием, мыслями и всей жизнью. Закрой глаза, будет немного больно. Ты согласна?

— Да, но… — хотела возмутиться, что давно не девственница, но под ставшим вдруг холодным и пронизывающим взглядом не осмелилась. Он вошел одним движением, заставив выгнуться навстречу всем телом. И сразу же с губ сорвался протяжный вскрик, потому что плечо обожгло прикосновением раскаленного металла, вмиг расплавившего кожу.

— Все! Все, уже все. Успокойся, — непонятно откуда появившийся холодный ветерок уменьшил боль, которая и забылась сразу, как только Рей ритмично задвигался внутри меня.

Сколько продолжалось наше безумство, не берусь определить. Казалось, достигнув вершины наслаждения, уже ни на что не способна. Но Рей, будто изголодавшийся по женской ласке узник, снова и снова целовал, тискал в объятиях, ласкал и вбивался в меня, каждый раз затрагивая такие струны, от которых я вся звенела, плавилась и горела желанием.

Проснулась от жуткого рева. Казалось, будто воздух дрожал. И стены тоже. Стекла на окнах тихо позвякивали. Статуэтки на каминной полке медленно подрагивали и двигались к опасному краю. Хотела подняться, чтобы узнать, что творится снаружи и, если потребуется, бежать куда подальше, но не смогла. Рухнула на постель, застонав в голос от боли, пронзившей каждую клетку.

Мышцы. Сколько их в организме? Я знала только пару-тройку названий и их приблизительное местоположение. Но сейчас! Я чувствовала их все. И каждая ломила, ныла и отзывалась жуткой болью на малейшее движение. Меж ног саднило, словно там один сплошной синяк. Помню те ощущения, когда, забравшись на край ванны (полезла ведь, зачем-то!), поскользнулась и приложилась о металлический край так, что искры из глаз посыпались. Отечность и синяки два месяца сходили, прикоснуться не могла. Сейчас было похожее ощущение.

Неужели, это Рей меня так обработал? Он. Больше некому. Если решит повторить вчерашний марафон, я же сдохну! Ну, уж нет! Я еще пожить хочу.

Легкое движение в комнате оповестило, что я не одна. Дверь открывалась бесшумно, но поток воздуха, пробежавший невесомым ветерком, да усилившийся ор, не оставляли сомнений, что у меня гости.

— Кто здесь? — хотя бы говорить могла, не кривясь от боли. А вот повернуть голову без того, чтобы не поморщиться, оказалось сложнее.

— Чейт эр Аскменон, госпожа, — представился вошедший и приблизился, оказавшись в поле зрения.

— Мамочки! — простонала зажмурившись.

Нет. Это не привиделось! Я не сошла с ума, а все же умерла. Да, это оптимальное объяснение.

— Госпожа Леа, не бойтесь. Простите, если напугал. Давно не встречал людей, которые бы впервые видели демонов. А это еще до Раскола было. Сейчас на обоих континентах даже ребенок знает, как выглядят низшие демоны. Это только подтверждает ваши слова о Портале и другом мире.

— К-какие слова? Какой мир? Что за портал? — существо, что стояло передо мной, еще и разговаривало. Впрочем, те вещи, о которых оно поведало, больше склоняли к тому, что я все же свихнулась.

Нет, ну, разве можно назвать обычным нечто с буро-красной кожей? С графитовыми глазами, внутри которых вместо зрачка плескалось живое пламя? С большой натяжкой предположу, что в результате множества пластических операций реально добиться такого эффекта. Но рога? Торчащие в стороны, витые, начинающиеся у височной доли и тянущиеся вдоль черепа? А хвост? Сперва, я списала бурый отросток на слишком толстую веревку, болтающуюся на руке, или плеть. Да мало ли! Но когда заостренный кончик взметнулся к морде и почесал подбородок, поросший редкой растительностью, сомнения отпали.

— Вы демон? — решила уточнить, а то вдруг не так расслышала. Или галлюцинации начались. А что? Вполне правдоподобное объяснение. Все лучше, чем признать существование таких вот существ.

— Низший демон, госпожа Леа, — гость улыбнулся, обнажив ряд белоснежных заостренных зубов, — к вашим услугам. Меня прислал господин Крейгсхарт, чтобы я позаботился о вас.

— К-каким образом? — если демон полагал, что улыбка поможет наладить контакт, то ошибся. Демонстрация акульей пасти убедила только в том, что меня, возможно, сожрут живьем.

— Госпожа, я обладаю редким для низших демонов даром врачевания. Господину подарил меня великий эллерванг, да продлит Темный его столетия, Дезварт Анилок за особые заслуги перед Темным эллератом. Смею вас заверить, что лучшего лекаря ни в Темном эллерате, ни в Светлой империи не найти. Я вижу, что вы страдаете от боли. Позвольте, я помогу?

Из всей речи, что с воодушевлением толкнул демон, разобрала только слово «врач» и «помогу». Тело гудело от неприятных ощущений. Боль зубодробительным буром пронизывала мышцы. И если избавить от этого мог краснокожий чудик, то флаг ему в руки.

— Да, — выдохнула ответ и застонала от новой порции ощущений.

— Ого, как все запущено, — сняв одеяло, поцокал языком демон. И цокот этот такой звонкий получился, что резануло по ушам. — Госпожа Леа, не беспокойтесь. Сейчас станет легче.

Действительно, после нескольких восьмерок, выписанных красными пальцами в воздухе, меня окутало приятным теплом. Я даже вздохнула свободнее. С благодарностью посмотрела на демона.

— Мне уже лучше, спасибо!

— Госпожа Леа, — булькнул закаменевший Чейт, пожирающий плотоядным взглядом, — извините. Отойду на минуту. Я сейчас, — перед тем, как уйти, краснокожий накрыл меня одеялом, случайно коснувшись затвердевшего от прохладного воздуха соска. Руку он отдернул как ужаленный, после чего стремительно выскочил за порог.

Что это было? Краснокожий не соврал, говоря о том, что поможет. И помог. Неприятная ломота исчезла, движения уже не причиняли боли. Значит, Чейт на самом деле, врач. А для таких нет понятия, мужчина или женщина перед ним. Главное — пациент, и уже потом, какого он пола. Это я к тому, что слишком яркая реакция на обнаженное тельце. Конечно, природа не обидела меня формами, но всего в меру. Средний рост, пропорциональное сложение, бюст второго размера. В общем-то, и все достоинства. Так, чего этот хмырь завелся с пол-оборота?

Я же еще и синяя, вдобавок! — приподнявшись на локтях, заглянула под одеяло, чтобы убедиться в этом. Многочисленные засосы, синяки, следы зубов и отпечатки пальцев — красавица просто. Без слез не взглянешь. Мда, озабоченный, что ли, доктор попался?

Долго размышлять на эту тему не стала. Все равно ни до чего хорошего не додумаюсь. Сколько времени провела в этом месте, а так и не удосужилась осмотреться. Комната досталась довольно большая. Конечно же, солидную ее часть занимала кровать с массивным изголовьем из красного дерева. Сама планировка немного необычная, пятистенная. Наличествовало кресло у широкого окна, забранного решетками. Туалетный столик с зеркалом в золоченой рамке. Два пуфа, тумбочки у кровати. Одну из стен занимал настоящий камин, на широкой столешнице которого расположились резные статуэтки и кубки. Пол каменный, лишь у кровати тканый половичок. До половины стены обиты красным деревом, дальше отшлифованная каменная кладка. С десяток канделябров со свечками расставлены в хаотичном порядке. В изножье громадный сундук, в котором три меня бы поместилось. Арочные проемы двустворчатых дверей. Высокий побеленный потолок с разделяющими его на равные части деревянными балками.

Смахивает на средневековье. Но не совсем уж дремучее, а вполне осовремененное. Есть даже стиль такой в дизайнерском оформлении, не помню, правда, как называется. Не хватало только привычных глазу лампочек, отопительных труб и розеток. Но, проблему отопления с успехом решал камин. Стопка дров в резной поленнице, кочерга и угли на кострище лучшее доказательство тому, что он работал. Освещение сейчас естественное, но ночью, помнится, яркими бликами на стенах колыхалось пламя свечей.

Воздух, насколько успела понять, чистый. С примесью свечного воска и душистых трав. Травами, а также следами плотских безумств пропиталась вся постель. Стоило зарыться носом в подушку и вдохнуть, как хмельной аромат страсти ударил в голову, вызывая яркие воспоминания прошлой ночи. Или дня?

Кстати, какое сейчас время суток? — соскользнув с кровати, обнаружила туфли, чем-то напоминающие закрытые матерчатые тапочки. — Правильно, пол наверняка холодный. Нечего ноги морозить! — обулась, а сама закуталась в одеяло.

Из окна открывался вид на хозяйственный двор, окруженный высоченным забором. Массивные, окованные железом ворота. Дозорные башни, на которых мелькали краснокожие воины с поблескивающими на свету мечами. Самого солнца я не разглядела. Вероятно, оно ушло за верхушки дома и освещало его с обратной стороны. Но вот в том, что нахожусь в самом настоящем замке, сомнений не осталось.

Теперь бы осознать, куда я попала. Почему? Зачем? И главное, как вернуться?

Все вокруг кричало о самой безумной, на первый взгляд, теории. Я попала в другой мир. Мир, населенный красивыми ненасытными мужчинами. А еще демонами. И пусть вокруг все та же синь неба и зелень трав, но нечто неуловимое, непривычное все же присутствовало. И я никогда бы не смогла объяснить, что именно. Просто чужое, и все. Волновал гораздо более важный вопрос, что со мной будет? Слова Рея о том, что теперь принадлежу ему, ночью казались романтичным бредом, который шепчет мужчина в порыве страсти. Но сейчас, вкупе с открывшимися подробностями, они приобретали несколько иной смысл. Судя по всему, Рей владелец всех этих земель. И люди, тьфу, демоны, а точнее, один конкретный демон все время называл его Хозяином. С большой буквы хозяином, и никак иначе. А я? Каково мое место здесь? В качестве кого?

Глава 3

Внизу, во дворе, разыгрывалось обыденное действие. Для местных, наверное. Но не для меня. Откуда-то из замка (мне не было видно, откуда) приволокли нескольких краснокожих демонов. Возраст отсюда не определить, да и сложно это сделать, когда лица похожи на отбивные. Следы побоев, и то, что парни не держались на ногах, говорили о том, что им здорово досталось.

Что они собираются делать? — меня прошиб холодный пот.

Парней привязали за руки к цепям, накинутым на крюки. Те были закреплены в толстенных брусьях, расходившихся велосипедными спицами от центрального опорного столба. Красная кровь на коже демонов не сильно выделялась, но взбухшие рубцы ударов заметны даже отсюда. Кожаным кнутом с многочисленными металлическими нашлепками бедолаг стегал здоровущий демон. На голову выше и мощнее наказуемых, он смотрелся несокрушимой горой. Несчастные, едва касаясь ногами земли, медленно брели по кругу, тогда как бугай хлестал и подгонял их кнутом.

О, боже! — отвращение, страх, ужас и страстное желание спасти или хоть чем-то помочь захлестнули с головой. Отшатнувшись от окна, вжалась спиной в стену. — Что эти бедняги такого сделали? За что над ними так издеваться? И главное, кто…, — впрочем, кто, я и так поняла. Пусть расстояние было приличным, но не разглядеть единственную человеческую фигуру из множества зрителей, вышедших поглазеть на экзекуцию, не могла. Как и не увидеть того, что именно Рей отдал приказ добить обессилевшего парня. Бугай, кивнув хозяину, выхватил короткий меч и полоснул им по животу несчастного, вываливая внутренности прямо на землю.

Это зрелище так и стояло перед глазами, зарождая тошноту и рвотные спазмы. Опрометью кинулась к ближайшей дверце. В памяти отложилось, что ночью Рей носил меня туда, чтобы смыть следы любви.

Чудовище! Рей? Такой красивый, страстный, притягательный? Маньяк и садист? А что ждет меня рядом с ним? — в голове не укладывалось. Что такого нужно натворить, чтобы заслужить столь жестокую расправу? — А если я сделаю что-нибудь не так, меня тоже ждет цепная карусель?

— Госпожа, с вами все хорошо? — из комнаты раздался голос лекаря.

— Нормально. Я хочу принять ванную. Мне уже лучше. Спасибо, — я надеялась, что он уйдет. Но не тут-то было.

— Сейчас пришлю служанку, чтобы помогла. В таком состоянии лучше не рисковать. И да, госпожа Леа, оставлю вам настойку. Как выйдете, выпейте сразу. Иначе она потеряет целебные свойства. Я только приготовил, так что три четверти у вас есть.

Три четверти? Это сколько? Три раза по пятнадцать минут? Гм, наверное.

Девушка пришла спустя минуту, и меня ждал очередной культурный шок. Она тоже была рогатенькой, хвостатой и краснокожей. Хорошенькая. Этого не отнять. Густоте смоляных волос можно позавидовать. А рожки не такие, как у Чейта. Аккуратные, изящные, кокетливо перевязанные ленточками.

— Сцина, — представилась она, присев в реверансе, — почту за честь помочь госпоже.

Вообще-то, помощь мне требовалась. Синяки и ссадины доставляли массу неудобств. Но не ожидала, что за меня возьмутся так рьяно. Мочалкой из сушеной травы намылила кожу. Мыло здесь было жидким и хранилось в деревянном маленьком бочонке. Для мытья волос Сцина использовала то же мыло, но капнув в него средства из стеклянного флакона. Для рта предложила палочку с пучком конского волоса на конце и рассыпчатый синий порошок. Сама бы, наверное, ни в жизнь не догадалась, что для чего предназначено. На выходе она закутала меня в душистую простыню, промокнула влагу и указала на кушетку.

— Прилягте, госпожа Леа. Я вотру в кожу специальную мазь от синяков.

Что же, ручки у краснокожей красотки оказались мягкими и сильными. Вкупе с растираниями мне сделали легкий массаж. Совсем немного времени понадобилось, чтобы убедиться, мазь действительно чудодейственная. Следы прошлой ночи исчезли на глазах.

— Ммм, — не сдержала стон блаженства, так стало хорошо.

— Госпожа Леа, вы не могли бы… так не делать, — прерывисто задышав, попросила служанка, — нет сил противиться такому мощному желанию. Я всего лишь слабая женщина. — Не хочу оказаться на цепи.

— О чем ты, Сцина? Я же ничего не сделала!

— Простите! Я не должна была… глупо. Простите. Господину аррею только не говорите! Умоляю!

— Не собиралась рассказывать. Потому что не понимаю, о чем речь. Правда, не понимаю. Ты тоже прости, если по незнанию сделала что-то не так. О каких цепях ты говорила? Это как-то связано с наказанием во дворе?

— Почему вы считаете себя виноватой? — девушка в удивлении распахнула глаза, — парням, конечно, не позавидуешь. Но нечего было пускаться во все тяжкие. Господин и за меньшее на цепи отправляет.

— Виноватой? — нахмурилась, — ты неправильно поняла. — Мне было неловко, что Сцина помогает, ухаживает, а я доставляю неудобства. И только. — При чем тут те бедняги? Как я могла им навредить?

— Вы не понимаете? Странно. Простите, иной раз не могу удержать язык за зубами. Я не должна разговаривать на эту тему. Еще раз, простите.

— Да, все в порядке. Правда. Я не держу зла, и Рею не скажу. Может, объяснишь, что происходит?

Но служанка промолчала, сделала вид, что не поняла вопроса. Вообще, как-то замкнулась, всем видом показывая, как сожалеет о допущенной оплошности.

Ну, и ладно! Есть и более важные дела. Например, выяснить, где нахожусь и как вернуться. Что я знаю об этом месте? Немного. Оно очень похоже на Землю. И здесь живут демоны. Со слов Чейта, низшие. Такие, как Крейгсхарт, называют себя хозяевами и за серьезную провинность убьют не задумываясь. Ничего не забыла? Ах да, этот хозяин заявил, что принадлежу ему. Надеюсь, это не то, о чем думаю.

— Госпожа Леа, вам нравится платье? — Сцина прошлась следом до кровати, белье на которой уже кто-то заменил на свежее, и указала на одежную стойку, где висело нечто воздушное и откровенно-сексуальное.

Мда-а! В общем-то, и на служанке было не так много одежды. Что-то наподобие топа, крепящегося на золотое кольцо, свободно болтающееся на шее, и короткой юбки, едва прикрывающей стратегические места. Ткань, не удержавшись, попробовала ее на ощупь, похожа на мягко выделанную кожу. На лапах, слишком уж большими казались ступни Сцины по сравнению с ростом, плетеные сандалии. Несколько золотых сережек в ушах и золотой браслет на запястье. Еще вначале обратила внимание на кокетливые бантики на рожках демоницы. Точно такой красовался и на кончике хвоста, венчавшегося пушистой кисточкой.

— Почему госпожа так смотрит? — Сцина вспыхнула румянцем. Наверное. Просто красные щечки девушки вдруг потемнели, приобретая багровый оттенок.

— Извини, если смутила. Впервые вижу кого-то, похожего на тебя. Мне удивительно. Вот и хочу рассмотреть получше, запомнить. А это платье не слишком вызывающе смотрится? Я не привыкла к таким вещам.

— О! Уверяю вас, нет. К тому же хозяин распорядился подать именно это.

— А белье? — глупый вопрос. Кружево прикрывало тело, но не предполагало ничего иного.

Сцина помогла просушить волосы, нанесла какие-то мази на лицо, пуховкой прошлась по щекам и лбу, а на губы нанесла блеск. К наряду полагались серьги с крупными красным камнями, широкий браслет и кулон на шелковой ленте, которая мягко обняла шею. Туфли надела свои, потому как предложенные сандалии не очень-то смотрелись с платьем.

— И что за праздник предстоит? — поинтересовалась у демоницы. Мне нравилось то, что видела в зеркале. Нарядно, эффектно, вызывающе. В таком виде не грех где-нибудь на великосветском приеме появиться.

— Господин ожидает к ужину, устроенному в вашу честь. Вас представят обитателям замка Дискаменон.

— Оу! Это обязательно? — почему-то предстоящее мероприятие напугало. Меня появление Чейта поразило, про сцену во дворе до сих пор забыть не могу. И сам Рей уже не казался привлекательным. С того самого момента, как отдал приказ об убийстве провинившегося демона. Пусть, они не люди, но живые существа. И…

— Почему вы боитесь? — в глазах служанки таился не меньший страх, — я чем-то напугала вас? Что-то не так сделала? Оскорбила?

— Нет, Сцина, твоей вины, что нервничаю из-за мероприятия, нет. Это скорее страх перед неизвестным. Опасения. Вдруг сделаю что-нибудь не то, скажу что-то лишнее. Может, развеешь мои страхи? Расскажешь о замке, его обитателях? Или покажешь? Найдется немного времени, чтобы прогуляться?

— Если только недалеко, — согласилась Сцина, — по этому этажу замка. Он предназначен для гостей аррея, и другие слуги сюда не сунутся.

— Ну, и что значит, не сунутся? Нужно этого опасаться?

— До тех пор, пока хозяин вас не представил, да. Конечно, это формальность, метку аррея любой демон почувствует и не посмеет навредить. Но из-за ночного инцидента, это необходимая мера предосторожности. Как оказалось, некоторым глупцам, нанесшим личное оскорбление самому Дискаменону, плевать на последствия. Надеюсь, их мучения продлятся подольше! — на последней фразе Сцина зло сплюнула под ноги.

Это она про тех парней? О какой метке речь?

— А что они натворили-то?

— Госпожа, спросите у господина Дискаменона, пожалуйста.

Прежде чем прогуляться, выпила настойку, что оставил Чейт. На вкус, гадость несусветная. Но служанка заверила, что это очень хорошее средство. Мертвого на ноги поставит. И что характерно, склонна этому верить. Потому что самочувствие полностью пришло в норму. От страданий, испытанных при пробуждении, не осталось и следа. Как и от синяков, что украшали тело.

Что же, прогулка не принесла новостей, кроме тех, что хозяин безмерно богат и может позволить настоящую позолоту и полудрагоценные камни в отделке. А еще понимание того, что нечего и думать бродить тут одной, без сопровождения. Стражи, краснокожие полуголые демоны, стояли молчаливо, недвижно, но смотрели так, что мороз пробирал до костей. Это были взгляды озабоченных кобелей на потекшую сучку. И они пугали похлеще угроз.

Проводить меня в столовую поручили Чейту. В прошлый визит я не обратила внимания на его одежду. Сейчас же на голом торсе красовалась расшитая золотыми нитями жилетка, свободные шаровары подпоясаны широким атласным поясом. На шее золотой плоский обруч с подвешенными к нему амулетами, серьга в ухе и браслет. Как я заметила, все встреченные мною демоны щеголяли в подобных украшениях.

— Вы не могли бы в двух словах рассказать, что за мероприятие намечается?

— Ничего сложного, — охотно ответил демон, — господин официально представит вас обитателям замка. А потом состоится праздничный ужин, на котором будут присутствовать только доверенные лица аррея. Это ваш покорный слуга, — учтивый поклон, — начальник замковой стражи и управляющий.

— Так мало? — я удивилась. Насколько успела заметить, всюду встречались краснокожие демоны. Казалось, замок кишит ими, а на ужине будут присутствовать всего лишь трое из рогатой братии.

— Войти в ближний круг высшего демона, — хмыкнул Чейт, — такой чести удостаиваются немногие.

— Какого высшего демона? — услышав новое определение, навострила уши.

— Как какого? Я про нашего господина говорю.

— В смысле, — гулко сглотнула, — не хотите же вы сказать, что Рей тоже демон?

— Именно это и я сказал. Крейгсхарт Дискаменон — высший демон, аррей, правая рука Дезварта Анилока эллерванга всего Темного эллерата.

У меня мозги закипели от такого количества новых слов и непривычных имен. Но особенно поразил факт, что Рей не человек. Я ведь не видела ни рожек, ни хвоста. Кожа вполне себе обычная, немного загорелая, правда, но под здешним палящим солнцем другой и быть не могло.

— Как он может быть демоном, если нет эээ… — нервно всплеснула руками. Удивительно, но Чейт понял, что имела в виду.

— Так, потому и нет отличительных признаков, что господин высший демон. Внешне легко спутать с человеком, но поверьте, в боевой форме у хозяина есть и рога, и хвост. Вот только те, кто видел его в таком обличии, уже никогда и ничего не расскажут. Мы пришли! — лекарь остановился перед огромным залом, двери в который были приглашающе распахнуты. Стражи по бокам вытянулись в струнку. А я робко замерла, опасаясь входить в помещение, наполненное не одной сотней краснокожих демонов. — Ну, же, смелее, госпожа Леа, — подбодрил Чейт, — не демонстрируйте слугам страх или неуверенность. По положению, вы намного выше. Можете щелчком пальцев приказать убить любого.

— З-зачем это? — успокоить у демона не получилось. Наоборот, живот скрутило от таких милых подробностей.

— Ну, что же вы, госпожа Леа, — мужчина цокнул языком и покачал головой, — так дело не пойдет. Вот, — выудил из недр необъятных шаровар стеклянный флакончик, — выпейте. Это снимет волнения и поможет успокоиться.

Мне действительно сейчас требовалось какое-нибудь успокоительное, поэтому без раздумий опрокинула содержимое в рот и, поморщившись, проглотила.

У демона хоть одно зелье имеет нормальный вкус? Или только жуткая горечь водится? Даже знать не хочу, из чего он варит эти настойки!

Тем не менее блаженная волна спокойствия прошлась по телу, расслабляя напряженные мышцы и оттесняя страхи на задворки сознания.

— Спасибо! — нашла силы улыбнуться, — и как долго длится эффект?

— По-разному. От пары часов до суток, зависит от организма. Если бы у меня было время подготовиться, то создал бы индивидуальный эликсир. А так, будем надеяться, что двойной концентрат не навредит.

Скажи он это перед тем, как приняла лекарство, то призадумалась бы, а стоит ли? Сейчас же равнодушно пожала плечами и первой вошла в зал. Сотни две — три демонов, не сосчитать, но от обилия красных лиц, рогов и сверкающих взглядов зарябило в глазах, почтительно склонились при моем появлении.

— Идите вперед, госпожа, — подсказал Чейт, — к господину. Когда подойдете, остановитесь за пару шагов перед ним, склоните голову. После займете место по левую руку.

В другой раз я, может, возмутилась или оробела. Но сейчас было все равно. Надо, так надо. Покорно подошла к Рею, выглядевшему на редкость торжественно и красиво, остановилась. Кланяться, как говорил демон не собиралась. Непривычная я к этому. Просто стояла и смотрела мужчине в глаза. Какая-то часть меня любовалась Реем, другая подмечала малейшие нюансы и кропотливо искала различия между человеком и демоном в человеческом обличье. Ничего такого не обнаружила. Единственной яркой чертой были глаза. Притягивал необычностью их цвет. Грозовое небо, графит, мокрый асфальт — такие земные определения приходили в голову. Слишком насыщенный оттенок, слишком ровный. Ну, и язычки настоящего пламени в черных зрачках, которые, расширяясь, закрывали радужку, и тогда уже не оставалось сомнений, что передо мной существо иной расы.

Рей что-то говорил. Отрывисто, резко. Хлесткие слова (или даже угрозы?) срывались с губ, обещая жестокую расправу за непослушание.

Это он меня собрался наказывать? За что? А не все ли равно? Надо поклониться? Этим выказываю непочтение повелителю этих земель? Вот еще!

— Госпожа! — увидела в стороне посеревшего Чейта, — пожалуйста, госпожа Леа.

Я скорее догадалась, чем расслышала, что демон просил о чем-то. И что же им всем надо? — удивительное спокойствие, разлитое в каждой клеточке тела. Нежелание что-либо делать. Вязкие, плавающие в киселе, мысли. Чейт о чем-то говорил недавно. О чем-то важном и…

Какая-то сила ударила под колени, и я полетела вперед. Только и успела, что выставить руки и затормозить, иначе крепко приложилась бы лицом о пол.

Неловко-то как! Грохнуться в такой момент! Теперь точно посмешищем стану, — невольно сжала плечи, ожидая смешков в спину. Но нет, ничего подобного. Только резкий голос Рея, несколько раз упомянувший мое имя, нарушил царившую в зале тишину.

Я порывалась подняться, но не могла. Было впечатление, что мышцы налились такой свинцовой тяжестью, что даже дыхание давалось с трудом. Затем меня кто-то схватил за плечи и вздернул, как куклу. Подталкивая в нужном направлении, поставил слева от хозяина и развернул лицом к зрителям. Хватка на плечах ослабла, и я, лишившись поддержки, пошатнулась. Но не упала. Скованность исчезла, будто ее и не было совсем, вернулся контроль над телом. Обернулась посмотреть на помощника и едва сдержала вскрик. Тот самый здоровенный демонище, который проводил экзекуцию во дворе замка. Вблизи он еще ужаснее, чем на расстоянии. Возможно, потому, что раньше не видела, какой яростью и презрением полыхали его глаза.

— Леа, позволь представить тебе Рхана, начальника замковой стражи и моего первого помощника, — назвал незнакомца Рей, — а также Рийша, управляющего замком.

Рхан толкнул меня в бок, чтобы повернулась к хозяину, а заодно увидела того, кого сейчас представили. Я могла бы сказать, что все краснокожие демоны схожи между собой, но не в этом случае. Лицо Рийша украшал корявый шрам, вывернутые края которого уродовали и без того не блещущего красотой демона. Очевидно, что-то острое рассекло левую половину лица, оставив след не только на коже, но и на стесанном роге. Удивительно, как глаз остался цел, разве что хорошему обзору мешало наплывшее верхнее веко. Тем не менее взгляд первого помощника Рея светился умом, живостью. Почему-то сразу становилось понятно, что у демона царил идеальный порядок и ни один чих не происходил без его ведома.

Ответить что-то вразумительно на приветствие не смогла. Кивнула только. Дышащий в затылок Рхан морально давил, отчего находилась в банальном ступоре. Страха, благодаря успокаивающему зелью не испытывала, но язык будто онемел, а тело задеревенело.

На негнущихся ногах кое-как добралась до столовой. Если бы не Чейт, придержавший под руку, точно где-нибудь шлепнулась. По причине заторможенности не рассмотрела ни зала, ни роскошного убранства помещений, ни дороги к ним. Да и во время ужина едва ли пару ложек жаркого протолкнула. Как-то иначе представляла себе праздники. Хорошо, что никто не донимал разговорами. Рей обсуждал какие-то текущие вопросы с помощниками, изредка кидая многообещающие взгляды. В другой раз меня бы бросило в жар, а так, ничего. Никакой реакции. Ни трепетных волн по телу, ни мурашек. Только печальное осознание факта, что остаток вечера и, возможно, всю ночь, хозяин замка намеревался провести в моем обществе. Немного волновал вопрос, как быстро ему надоест заторможенная женщина в постели?

До комнаты проводил Чейт. Там уже поджидала Сцина, сразу потянувшая меня в ванную. Не сопротивляясь, — а зачем? — позволила снять одежду, искупать и втереть в кожу ароматные масла. Облачили меня в тонкую прозрачную рубашку, отделанную ручным кружевом. Сверху надели не менее прозрачное то ли платье, то ли халат, который легко снять, потянув за завязки под грудью. На ноги полагались матерчатые туфельки без каблуков.

— Госпожа Леа готова, — доложилась Сцина кому-то в коридоре. После чего накинула добротный плащ с капюшоном, который полностью скрыл меня от посторонних взглядов, и вывела наружу.

За дверью топтался Рхан. Он придирчиво осмотрел меня с ног до головы, но вряд ли что-либо увидел под плотной тканью. Удовлетворенно хмыкнув, сделал знак идти за ним. Кивнув, что поняла, сильнее закуталась в плащ и шагнула вперед. Через некоторое время почувствовала, что позади следуют еще двое демонов. Откуда они появились, как могли так бесшумно двигаться, сложно сказать. Если бы не тени, отбрасываемые светильниками на стенах, вообще, их не заметила. Такая серьезная охрана наводила на грустные мысли. Неужели кто-то мог навредить? Напасть? Разве это дело, если по замку безопасно только в компании трех воинов? Впрочем, вопросы отпали, едва мы достигли конечной цели. Не знаю, что ожидало дальше, но вот огромная кровать Рея, расставленные по полу свечи, накрытый столик с фруктами и вином, и сам мужчина, вольготно развалившийся в кресле у полыхающего камина, пугали больше, чем весь замок и демоны вместе взятые. Тут даже зелье Чейта не помогало. Вмиг пересохший рот и чувство пустоты в животе были этому ярким подтверждением.

Глава 4

— Проходи! — кивком указал демон на низкий пуф у своих ног.

Других стульев или кресел не было, так что я не сочла это оскорблением, подошла и буквально рухнула вниз. Несомненно, действие успокоительного подходило к концу, но я уже как-то попривыкла к заторможенному состоянию и непроизвольно вела себя так, чтобы не чувствовать липкого страха перед этим мужчиной. И все же гусиная кожица, озноб, дрожь в пальцах выдавали растущее волнение. Возле открытого огня, да в теплом плаще в другой раз уже семь потов бы сошло. А сейчас нет. Только что зубы не стучали.

— Боишься? — хмыкнул демон, — правильно делаешь. Тебе разве не объяснили порядок церемонии? Уверен, не один раз. Мои слуги исполнительны. От тебя не так много требовалось, всего лишь склонить голову, признавая меня хозяином. А что сделала ты? — он резко подался вперед, схватил за подбородок двумя пальцами и вынудил смотреть ему в глаза. — Даже высшие ллеры гнули колени. Неужели, думаешь, что сильнее их и сможешь выдержать мой гнев? Достаточно лишь немного сжать… — широкая ладонь легла на шею, перекрывая дыхание.

— Н-не надо, — пискнула, с ужасом глядя на того, кто мог с легкостью оборвать жизнь. — П-простите. Я волновалась. Сильно. И Чейт дал успокаивающего зелья. Я просто забыла, что должна сделать, не понимала, что происходит и чего от меня хотят, — с губ срывался сиплый шепот вперемешку со всхлипами. Но демон понял и, кажется, поверил объяснениям. Потому что давление пальцев ослабло.

— Страх, — чувственные губы искривились в довольной ухмылке, — он пропитал тебя насквозь. Еще немного, и попробую его на ощупь. Или на вкус.

Притянув к себе, Рей впился поцелуем. Требовательным, жестким, подчиняющим. Он сминал губы, царапая их зубами, сплетал языки, гасил судорожные вздохи и всячески подавлял попытки вырваться из стальных объятий. Ладонь на шее то сжималась, перекрывая кислород, и в такие моменты темнело в глазах, то расслаблялась, давая ложное ощущение свободы.

Внутри закручивалась тугая пружина, состоящая из коктейля эмоций. Главенствовал среди них ужас перед демоном, но глупая надежда, что все это только игра, была сильнее. Путь жестокая и злая, но игра. Просто Рей так наказывал за непослушание. И очень скоро на смену злости придет страсть и тогда волшебная ночь, проведенная с ним, повторится.

От одной мысли о тех удовольствиях, что мы доставили друг другу ранее, низ живота налился тяжестью, а тело содрогнулось предвкушающей судорогой. Вкупе с адреналином, бушующим в крови, страхом, толикой брезгливости к самой себе и раздирающими на части противоречиями, окончательно потеряла голову. Единственное, чего хотела, чтобы Рей взял меня прямо сейчас. Грубо, резко. Без прелюдий и ласк.

И демон, угадывая мысли, поднялся. Рывком посадил меня на кресло и развернул спиной к себе. Одним движением стянул платье вместе с рубашкой. Я даже успела сделать глубокий вдох, прежде чем его ладонь вернулась на шею. Расположившись между моих ног, он коленом раздвинул их в стороны. Второй рукой надавил на спину, вынуждая прогнуться. Лицом я впечаталась в прохладную кожаную обивку, которая уже через минуту нагрелась от моего дыхания. Сбившиеся волосы перекрыли обзор и навязчиво лезли в нос и рот.

Плотно прижавшись, Рей потерся о ягодицы затвердевшей частью, чтобы прочувствовала, насколько он возбужден. Прикосновение грубой ткани брюк к нежным складочкам было настолько чувствительным, что я всхлипнула. Хруст отлетающих пуговиц, глухой рык, и демон резким движением наполнил меня собой. Секундная заминка, мой стон и пронизывающая каждую клетку дрожь, которая тут же передалась и Рею. А после яростные толчки вбивающегося на всю глубину естества, и волны жара, зарождающиеся в глубине тела и разрядами распространяющиеся по организму.

— А-аах! — сбившийся рваный ритм движений и неприлично громкие вскрики, которые не могла сдерживать, завершились мощным взрывом удовольствия. Следом за мной и Рей задрожал всем телом, с силой стискивая бедра и выплескивая семя. Звериный рык он заглушил, впиваясь зубами в шею. Боль на пике эмоции прибавила остроты ощущениям, и я только крепче сжала мышцы, стремясь продлить обоюдное удовольствие.

Быстрая разрядка лишь немного приглушила особенный голод. Рей глубоко дышал и все еще находился внутри, но той налитости и полной внутренней наполненности, что была недавно, уже не чувствовалось. Тогда как мне хотелось продолжения. Хотелось его настойчивых губ и поцелуев, жадных ласкающих рук, горячего дыхания и пульсирующей плоти внутри.

— Ре-ей! — изогнувшись, я развернулась и обняла демона за шею. Потянула его вниз. Шальным потемневшим взглядом он оценил позу, в которой мы оказались. Я — полулежа на кресле, с раздвинутыми в стороны ногами, а он — на коленях передо мной. Как раз на уровне груди, на которую и уставился голодным взглядом.

Голодным? — я вздрогнула, когда его ладони сомкнулись на полушариях и крепко их стиснули. Языком он очертил одну из ареол, оставляя на коже влажный след. После легонько подул, отчего сосок превратился в тугую горошину. Затем настал черед второй груди, с которой проделали то же самое. Дальше целая дорожка поцелуев по покрывающемуся гусиной кожицей животу и заминка на нижней части.

В крови бушевало пламя. Низ живота пульсировал от каждого прикосновения, наливался тяжестью и закручивался в тугую спираль, или ухал в пустоту, превращая тело в оголенный нерв. Внутреннюю часть бедер и лепестки губ холодило от влаги. Моей собственной, смешанной с семенем Рея. Искры магии, сорвавшиеся с рук демона, пощипывая, пробежались по коже, уничтожая следы страсти. Вместе с пальцами они проникли и внутрь, отчего возмущенно взвизгнула. Но визг сменился продолжительным «О-о!», когда на смену пальцам пришли губы Рея и его наглый вездесущий язык.

Время для меня остановилось. Под умелыми ласками, я выгибалась, стонала и царапала демону спину. Второй пик наслаждения был более продолжительным, но не менее острым. Потому что в последний момент Рей ворвался внутрь, воплощая сокровенное желание снова ощутить в себе каменную твердость.

Прилипающая к коже обивка кресла незаметно сменилась прохладной шелковистостью простыней. И теперь уже я вся от макушки до кончиков пальцев принадлежала этому ненасытному мужчине.

Безумство продлилось полночи, пока обоих не свалила усталость. Ну, меня так точно. Последний раз, когда Рей достиг удовольствия, чувствовала себя опустошенной и неспособной на какие-либо действия. Засыпая, не смогла удержать довольной улыбки, когда меня подтянули к себе и заключили в кольцо рук. Мерное дыхание мужчины, согревающее шею, его запах, пропитавший насквозь, чуть липкая подсыхающая влага на бедрах — все свидетельствовало о том, что небезразлична и желанна.

Проспала я недолго. Открыв глаза, какое-то время пялилась в пустоту, пытаясь осознать, что меня разбудило. Рей находился рядом, разве что, не обнимал, как прежде, а отвернулся на другой бок. В камине тлели угли, скудно освещая часть комнаты. Из-за неплотно прикрытой шторы пробивался рассеянный бледно-желтый свет.

Скользнув на пол, прошлась босиком до окна. Так и есть, ночное светило, раза в два большее по размеру, чем земная луна, разгоняло ночную мглу. Очертания противоположного крыла замка, внутренние постройки, стены и деревья виделись серыми тенями. Даже воинов у закрытых ворот можно различить.

Зябко поежилась от пробирающего до костей холода. Отыскав брошенные вещи, оделась. Присела на пуф, пододвинув его как можно ближе к камину. Попыталась пригладить растрепанную шевелюру, но оставила это бесполезное занятие на потом. Так и замерла, склонившись к коленям и запустив руки в волосы. Разные невеселые мысли лезли в голову.

Что за безумие находит, стоит только Рею приласкать меня? Где гордость и чувство собственного достоинства? С каких пор позволяю душить себя во время секса? Рей ведь не человек даже. Демон. Местный царек, с легкостью распоряжающийся жизнями подданных. Что будет, когда секс ему надоест? — серьезные чувства даже не рассматривала. По крайней мере, с его стороны. — Как тут поступают с бывшими? Убивают? Или отдают на потеху воинам? — ни один вариант меня не устраивал, — но что остается? Выживать, и только? Приспосабливаться? Искать любую информацию об этом месте и тогда решать, как жить дальше? Если задуматься о происходящем, свихнуться можно.

После того, что пережила в лифте, как чудом избежала смерти, жажда жизни горела намного ярче. Раньше я не задумывалась, как короток человеческий век. Чтобы там не ожидало в будущем, теперь точно знала, не пропаду и выживу, чего бы это ни стоило.

Прежде всего, нужно выстроить правильное поведение с Реем. Не так уж я сильна в психологии отношений, но сейчас сердцем чувствовала, никакого подчинения с моей стороны быть не должно. В разумных пределах, конечно. Пока во мне привлекает новизна. Наверное. Но как быстро это приестся? Рей красивый, сильный, властный. Глупо думать, что до меня у него никого не было или не будет после. Удивительно другое. Предстала я перед ним в худшем виде, но это не оттолкнуло, не вызвало неприязни. Если трезво рассудить, то внешность у меня вполне обычная, земная. И в постели едва ли похвастаюсь какими-либо умениями. Инициативы всегда ожидала от мужчины и редко проявляла ее сама.

Что во мне особенного? — это должна выяснить в первую очередь. Странности в поведении Сцины не выходили из головы, и взгляды стражников в коридоре. И то, почему демон воспылал вдруг такой страстью, не понимала. Мне это, несомненно, льстило, но разум упорно напоминал, что никогда не было толпы поклонников, я не разбивала сердца и не слыла роковой красоткой.

— С тобой удобно, — так говорил бывший муж. Теперь уже точно бывший, потому что в той жизни Алекс наверняка похоронил меня. Что удивительно, для меня он также остался в прошлом и за все время впервые вспомнила о нем. — Ты знаешь, когда нужно промолчать, никогда не лезешь с разговорами, если на душе погано, поддержишь, если это необходимо, и, конечно, всегда вкусно накормишь.

Была у меня такая черта, но я считала ее врожденным чувством такта. Это помогало в общении, способствовало хорошим отношениям с друзьями, родителями, коллегами. Я редко конфликтовала, подбирая слова-ключики к каждому человеку. Бывало, что и пользовалась этими способностями, вынуждая людей поступать так, как мне нужно. Но никогда не злоупотребляла, искренне считая, что манипулировать другими нехорошо.

Так, может, в это все дело? В моей способности чувствовать? — на ум пришло странное слово «эмпатия». — А что если здесь эта особенность переросла в нечто новое? В этом мире существует магия. Удивляться уже устала всему необычному. Так, почему бы и мне не обладать каким-нибудь даром? Должно же хоть в чем-то повезти?

Чем больше я размышляла на эту тему, анализировала, тем понятнее становились поступки окружающих.

— О, господи! Это же все, что я чувствовала… все, что мы с Реем вытворяли… об этом весь замок знает? О-ох, — щеки запылали, а вместе с ними и уши, — стыдно-то как!

И эти взгляды, и поведение слуг. Боже мой! Да я же никому в глаза посмотреть не смогу после такого! А Рей? Он же сам говорил про то, как сильно чувствует мой страх. А страх — это такое же чувство, как и все остальные. Ревность, обида или… желание.

Гм, неудивительно. Это все объясняет. Рей же мне с первого взгляда понравился и в мыслях я, конечно, представила, каково это — быть с таким мужчиной? А он… всего лишь воплотил тайные желания в жизнь.

Неслышно ступая, подошла к кровати, присела. Несколько непокорных прядей закрывали лицо Рея. Нежным касанием отвела их в сторону. Во сне черты лица демона смягчились, и он казался спящим ангелом. Воплощенным идеалом. Длинные пушистые ресницы, которым позавидовала бы любая девушка, гладкая кожа, безупречной формы нос, едва заметная складочка над левым краем губ. Это от дурной привычки все время презрительно кривиться.

Будь мы на Земле, обратил бы такой мужчина на меня внимание? — ответ не требовался. Его и так знала. Но от этого лишь росло внутреннее ликование, — Рей — мой! Я ему нравлюсь, и когда его голодные глаза, наполненные ненасытным желанием, смотрят на меня с восхищением, готова простить ему все. Многое.

В груди стало тесно от нахлынувшей волны радости и нежности. Я ничуть не удивилась тому, что Рей это почувствовал и проснулся. Его руки сомкнулись на талии и собственническим жестом притянули к себе. А губы, жадно встретившиеся с моими, впервые не жгли поцелуями, а дарили ласку и мягкую чувственность. Сейчас со мной был совершенно другой человек (демон). Не сорвавшийся с цепи изголодавшийся по сексу маньяк, а трепетный любовник, предугадывающий малейшее желание и стремящийся вознести на запредельный пик наслаждения.

Заснула я совершенно обессиленной только утром, когда прямоугольник солнечного света, пробивающего сквозь щель между шторами, пересек противоположную стену. Рей оставил невесомый поцелуй на щеке и ушел по своим делам. Сквозь проваливающееся в сладкую дрему сознание, слышала, как он собирался и раздавал приказы слугам. Многие распоряжения касались и меня. Их смысл сводился к обеспечению безопасности и удовлетворению всевозможных потребностей. Единственное, что строго воспрещалось, покидать территорию замка и передвигаться без охраны.

Заботится, — губы растянулись в глупой улыбке, — значит, небезразлична.

О том, что сама все глубже погружалась в пучину по имени «Рей», старалась не думать. Без него я бы умерла в пустыне, без него мне не выжить в этом мире, без него не представляю дальнейшей жизни.

Глава 5

Мне снилось что-то хорошее, светлое. Наполненное домашним теплом и приятными воспоминаниями. С одной стороны, я понимала, что рядом близкие и те люди, которым была дорога, но с другой — совершенно не видела лиц. Лишь силуэты, постепенно растворяющиеся в закоулках памяти. Проснувшись, еще долго лежала с закрытыми глазами, пытаясь сохранить дорогие образы прошлого. Но они ускользали, размывались. Будто невидимый художник растушевывал и затирал лица на портретах или фотографиях.

Возможно, так принимал меня новый мир. Истончал связи с прошлым, крепче привязывая к настоящему, и настойчиво подбрасывал самые яркие моменты моего пребывания здесь. Мама, папа, старший брат и племянники. Сашка. Друзья. Меня для них более не существовало. Я не помнила лиц. Только то, что крепко любила их когда-то. Но Ленка Аникина умерла, разбилась, превратившись в кровавое месиво. А у новой Леа, кроме имени, ничего нет. Даже вещи, в которых прибыла, куда-то исчезли. Все, что у меня есть, — это Рей. Быть может, если бы он полюбил меня, этого было достаточно. Но вспыхнувшая страсть, как наваждение. Дикий голод, утолив который демон вернется к прежней жизни, в которой уже не будет меня.

Ощущение уязвимости и собственной слабости липкой паутиной опутало сознание. Забеспокоилась и Сцина, присутствие которой поначалу не заметила. Она дремала, притулившись на пуфе и облокотившись на боковину хозяйского кресла. Багровый отпечаток с полосой изогнутого шва остался на красной коже. В полусонных глазах сквозила тревога.

— Доброго дня, госпожа, — девушка склонилась, придирчиво рассматривая мое лицо, будто могла отыскать следы кошмарных сновидений, — плохой сон? Вы выглядите напуганной.

— Добрый… эээ, день. Все нормально. Что-то действительно приснилось. Не помню уже.

— Желаете принять ванну? Я уже приготовила. Пойдемте. Если голодны, распоряжусь насчет завтрака. Вы где предпочитаете есть? Можно накрыть в столовой. Или в ваших покоях. Или в гостиной господина Крейгсхарта.

— Пожалуй, останусь здесь, — немного подумав, решила, что так будет лучше. Передвигаться по замку, даже в компании служанки и охраны, побаивалась. Та же охрана и нагоняла страха голодными взглядами.

Хозяйская ванна поразила размерами и вычурностью. Не купальня, а целый бассейн, выложенный натуральным камнем бордово-красного цвета с вкраплениями золота. Зеркальный потолок и стены из черного гранита. Позолоченные кариатиды и фигурные колонны, визуально делящие помещение на небольшие зоны. Что и говорить, демон жил в роскоши. Вчера не удосужилась осмотреться, а сегодня возможностей для этого хоть отбавляй. Одна только кровать размером с вертолетную площадку поражала массивностью и неординарным дизайном. Мощные ножки будто лапы какого-то чудовища. Панель у изголовья инкрустирована камнями. Деревянные колонны по бокам выточены в виде грозных горгулий, глаза которых горят кровавыми рубинами. Вместо прикроватных ковриков, серебристые шкуры гигантских кошек. Одна стена полностью увешана холодным оружием, вторую занимает камин, в очаг которого может поместиться взрослый мужчина. Над кроватью висит громадный щит в два человеческих роста. Внешне выглядит простовато: деревянная основа с натянутой кожей какого-то зверя, металлические заклепки, полустертое изображение оскаленной горгульи, старые царапины и вмятины. Но только даже неискушенному зрителю, вроде меня, становится ясно, что это ценная реликвия, не нуждающаяся в дополнительных украшениях. Сцина рассказала, что щит принадлежал Ришваю Дискаменону, основателю рода и первому эллервангу, объединившему разрозненные кланы и создавшему Темный эллерат.

Насколько поняла, эллерат — это что-то вроде империи, соответственно эллерванг — император. Сейчас Темным эллератом правил эллер Дезварт Анилок. Под его началом находились арреи — главы кланов. Они же первые претенденты на место эллерванга. По всему выходило, Рей занимал один из высших постов в иерархии демонов. Первый аррей — это правая рука императора, Советник и Военный министр в одном флаконе.

— Наш хозяин, — благоговела и восторгалась Сцина, — первый меч эллерата. Сам эллер Анилок не смог победить его на турнире арреев.

Вот это да! — мысленно охнула, — неудивительно, что он пришел в ярость, когда не захотела склониться перед ним.

— Ллеру Дискаменону принадлежат четыре домена, а это треть всей территории Эллерата. Если бы не твари Красной пустыни, прорывающиеся через Пустые земли, хозяин давно стал эллером.

— Сцина, ты что-то про ванную говорила, — напомнила увлекшейся рассказом девушке про насущные вопросы. Не то чтобы мне было неинтересно, но не хотелось мыться в холодной воде. А без помощи служанки я бы не обошлась. Пусть мышцы болели не так сильно, как в прошлый раз, но ссадины и синяки доставляли неудобства, да раздражала непривычная слабость в теле.

Опомнившись, демоница виновато захлопала глазками и забормотала что-то в оправдание. Она споро усадила меня на каменное ложе, установленное прямо в бассейне, и принялась намыливать тело мягкой мочалкой. Затем сделала восстанавливающий массаж и нанесла целебную мазь. Через полчаса я уже восседала за столом в гостиной Рея и уплетала молочную кашу с фруктами, запивая ее ароматным травяным взваром.

Насытившись, решила продолжить изучение апартаментов Рея. Ванная, спальня, гардеробная, гостиная — комнаты были обставлены в темных тонах и изобиловали зеркалами, золотом и холодным оружием. Вся мебель изготовлена из красной древесины, а обивка диванов, кресел и стульев выполнена из мягкой черной кожи. Тяжелые двери окованы металлом, открывались на удивление легко и бесшумно. Кроме одной.

— Что там? — поинтересовалась у Сцины.

— Кабинет хозяина, — пояснила она, — никто, кроме него и тех, кого он пригласит, не смеет входить туда.

— Гм, ладно, — несколько раз подергала ручку и сдалась. Слова демоницы разожгли неуемное любопытство. Впрочем, оно быстро угасло, когда узнала о ловушках и страшных смертях тех несчастных, кто нарушил запрет.

— Расскажи об этом месте, — попросила служанку.

— Про замок? А что о нем рассказывать? Это родовое гнездо нашего ллера и носит название рода, Дискаменон. Его предки жили здесь не одну тысячу лет, можно сказать, что со времен сотворения мира. Род Дискаменонов очень древний и могущественный, недаром же все мужчины в нем носители сильного магического дара. А это значит, они могут выбрать себе в пару любую женщину, все равно ребенок унаследует силу отца.

— Разве бывает по-другому? — я удивилась. Такой, как Рей, никогда не останется в одиночестве. Древний род, высокое положение в обществе, да и сам весьма привлекателен. Будь он хоть последним нищим, я бы…

— Бывает! — заверила девушка, — союзы между высшими заключаются из соображения выгоды и одаренности. Чем больше в клане сильных магов, тем крепче власть и стабильнее положение в обществе. Среди знати популярны брачные контракты, когда пары образуются лишь с одной целью — зачать потомство. Любая демоница обязана выполнить долг перед кланом и родить не менее трех детей от тех мужчин, на кого укажет глава.

— Какое счастье, что я не демоница и никто не заставит рожать по указке! — вырвалось помимо воли.

— Конечно! — радостно поддержала Сцина, — вы же теперь собственность ллера, и дети у вас могут быть только от него.

— Что? Ты? Сказала? — от накатившей злости перехватило дыхание, — какая собственность?

— Госпожа Леа, — испуганно попятилась к дверям служанка, — чем я прогневала вас?

— Какая собственность? — прорычала, впиваясь пальцами в край стола.

— Р-рода Дис… дис-каме-нон! — пролепетала девушка, — вон же метка у вас на плече. Вы ведь сами согласились. Метка принадлежности лучше, чем ошейник повиновения, — нервным движением она коснулась золотого диска на шее.

— Что-о? — пулей выскочила из-за стола и подлетела к ближайшему зеркалу. Без всякой жалости рванула дорогую ткань платья. — Проклятье! Как? Когда? — в памяти мгновенно всплыл момент нашей первой близости и ощущение острой боли в левом плече. — Р-ре-эй!

Сцину, как ветром сдуло. Зато вместо нее примчался запыханный Чейт.

— Госпожа Леа, что… — демон осекся, заметив разодранное платье, — кто посмел? Охрана! — четверо краснокожих влетели в ту же секунду, рассредоточились по комнате, заглянули во все закоулки. Недоуменно переглянулись и вопросительно уставились на лекаря. — Недоумки! — заорал он на парней, — все бы огненное пойло жрать да баб тра… — осекшись, посмотрел на меня, вздохнул и продолжил, — кто входил и выходил в покои?

— Личный подавальщик господина и служанка госпожи, — отрапортовал старший из стражей, — и вы.

— Ответ неверный! — демон щелкнул пальцами и четверка, скорчившись от боли, повалилась на пол.

Ошалелыми глазами я смотрела на это представление и в голове не укладывалось, с чего вдруг Чейту понадобилось демонстрировать такое отношение к низшим. А тут Сцина подоспела и еще какой-то демоненок. У девушки глаза расширились от страха, а потом она тихонько завалилась на стену и сползла вниз. Парень присоединился к стражам, попав под воздействие магии.

— В чем дело, Чейт? — злость на Рея развеялась переживаниями за Сцину и этих парней, — что с ними? И, главное, почему?

— Госпожа Леа, не гневайтесь! Я выясню, кто на вас напал и жестоко покараю. Эти бездельники поплатятся первыми.

— Кто напал? Куда напал? Никто не нападал. Что вы такое говорите? Да с чего, вообще, решили, что мне что-то угрожает? Не надо никого наказывать.

— А как же платье, синяки? — растерялся краснокожий демон, — не сами же вы его порвали?

— Эээ, ну в том-то и дело, что сама. А синяки, ну… это Рей… — к щекам прилила краска и уши запылали от смущения. Яркие фрагменты о действиях одного ненасытного демона и понимание того, что весь замок опять был невольным свидетелем, нахлынули одновременно. Ухмылявшиеся красные рожи стражей только подтвердили, что они в курсе происходящего в хозяйской спальне.

— Чего скалитесь, уроды? — Чейт размахнулся и вдарил рукой по воздуху. Тот невидимым хлыстом впечатал бедолаг в стену. Сцина только пискнула, придавленная одним из стражников. — По десять плетей каждому, а этим, — указал на девушку и поваренка, — и пяти хватит.

Я мявкнуть не успела, как вся компания вымелась из комнаты. А демон, совершенно спокойный и умиротворенный, подошел ко мне и принялся сводить синяки. И платье удивительным образом восстановилось. Минуту я осознавала, что все это магия в исполнении демона, а устроенное представление лишь реакция на мой плачевный вид.

Но Сцина-то ни в чем не виновата! — запоздало, додумалась я, — и никто не виноват. Так, за что их наказывать? Он серьезно говорил про плети? Их будут пороть?

— Чейт, вы могли бы никого не наказывать? — молитвенно сложила руки на груди, — они же ни в чем не виноваты. Это я порвала платье, чтобы посмотреть на метку. Я не знала о ней и… что она означает? Это навсегда?

— Ничего отменять я не буду, госпожа Леа. Тем более что плетей они уже получили. И в том, что не виноваты, заблуждаетесь. Они грязь под ногтями. Низшие. И должны благодарить Создателя, что не запорол до смерти.

— Но Сцина…

— Тоже заслужила! Она обязана следить, чтобы вы ни в чем не нуждались. И сразу позвать меня, чтобы залечил раны. Прикажу выкинуть ее на скотный двор, пусть свиней обслуживает и свинопасов. Вам пришлют более достойную служанку.

— Не нужно, прошу вас! — испугавшись, что моя несдержанность обернулась такими последствиями, вцепилась в руку демона, — Сцина меня во всем устраивает. Ей же успели дать плетей, наказали. Пусть останется. Пожа-алуйста.

— Только из уважения к вам, госпожа Леа. Второго шанса у девчонки не будет. Малейший проступок, и на цепи пойдет.

— С-спасибо, — гулко сглотнув, представила, что бедная Сцина, да на той цепи, где взрослые мужики умирали, и круга не продержится.

— Госпожа, не стоит так переживать из-за каких-то навозных червей. Ваша забота — это господин Крейгсхарт. А метка, про которую спрашивали, как раз подтверждала, что он ценит вас. Ваша жизнь принадлежит только ему. И любой, кто косо посмотрит, прикоснется или навредит, подвергнется пыткам и умрет. Снять ее может только тот, кто наложил, или…, впрочем, другой способ вам вряд ли понравится.

— П-почему?

— Потому что в этом случае вы погибнете, — хмыкнул демон, — ну-с, оставим эту тему. Я, собственно, как раз и направлялся к вам, когда почувствовал… эээ, всплеск эмоций. Сильных. Господин поручил разобраться в этом вопросе, разрешил осмотреть и провести несколько опытов.

— Каких еще опытов? Я вам что, свинка морская? Крыса? — в воображении предстало мрачное подземелье, безумные ученые и жертвы вивисекторов, привязанные к столам в окружении кучи трубок и пыточных приспособлений.

— Ни в коем случае! Не бойтесь. Это не займет много времени и совершенно безболезненно, — заверил Чейт.

— Ну, если так, то согласна.

Сделав знак, чтобы следовала за ним, демон направился к выходу. Кабинет и лаборатория лекаря располагались отдельно от основной части замка. Мы миновали несколько залов и длинный крытый переход, соединяющий башни, а после совершили утомительный подъем по винтовой лестнице. Первым впечатлением от вотчины Чейта было ощущение жуткого беспорядка. Многочисленный столы с какими-то трубчатыми конструкциями, керамические трубы, спиралью уносящиеся под потолок, шкафы с многочисленными склянками. Свитки и книги, разбросанные, где попало, чертежи. Магический очаг с громадным котлом на треноге, колбочки, мисочки, пестики и ступки. Один угол полностью завален и завешен пучками различных трав.

Логово сумасшедшего алхимика!

— Не обращайте внимания, госпожа, — демон без труда определил, какое впечатление произвел его «кабинет», — как бы ни пытался навести тут порядок, а стоит увлечься работой, все одно получается это. Присаживайтесь! — смахнул с ближайшего стула ворох свитков, протер рукавом сиденье, — я просканирую вас магически. Потом сделаю ряд тестов. Еще понадобится немного вашей крови.

Тяжко вздохнув, кивнула и устроилась на предложенном месте. Чейт встал за спиной и замер. По тому, как голову окутало теплыми потоками, что волнами пробежались по телу, догадалась, что он магичит. На самом деле, ничего страшного, наоборот, приятно и усыпляюще.

— Гм, — демон обошел вокруг, захватил мой подбородок, покрутил лицо, оттянул одно веко, другое, — откройте рот, покажите язык, скажите «А-а». Гм. Странно.

— Что-то не так?

— Да в том-то и дело, что все так. Вы ни разу не маг, госпожа Леа. Абсолютная бездарность. Но только никак не пойму, откуда у вас эта способность? Я же отчетливо чувствую волнение. Оно насыщено нотками страха и любопытства. Это необычно, знаете ли. И то, что вы сейчас спокойны, говорит о мощи воздействия. А вот сильные эмоции ощущаются на огромном расстоянии, и никакие магические барьеры им не помеха. Больше того, вы заставляете других испытывать то же самое.

— К-как это?

Демон развел руками.

— Я бы поверил, будь вы воздушным или водным магом. У них врожденные ментальные способности. Парадокс! Магии нет, а воздействие есть. И я никак не пойму природу этого феномена.

— Может, это потому, что я из другого мира? У нас нет магии. Совсем. Лишь единицы обладают какими-то способностями, и то в сфере предчувствий или предсказаний. Некоторым удается лечить людей, но официальная наука не признает таких мастеров.

— Нет магии, говорите, — лекарь задумался, — такого не бывает. Она есть везде, буквально разлита в воздухе, насыщая собой все живое и неживое. Предположу, что на вашей Земле нечто блокирует ее, но не до конца. Думаю, что попади на Дхаар любой из тех, в ком проявились способности там, здесь он бы стал довольно сильным магом. Вот как, например, это получилось с тобой! Господин рассказал, при каких обстоятельствах обнаружил тебя. Прежде всего, произошел всплеск необычной магии. Именно это привлекло его в сердце Красной пустыни. Потом он обнаружил странный короб из неизвестного металла и стекла. Его не смогли пробить даже песчанники. Жуткие и смертоносные твари, скажу я вам. А тот дикий ужас и страх, каким тянуло из загадочного места, разлился на сотню ардов и притягивал, как магнит. Ллер уже готовился сразиться с новым чудовищем, потому как очень уж все смахивало на ловушку, в которой приманкой служат чистые эмоции, но вместо монстра нашел вас. Прелестное создание, все мысли и чувства которого как на ладони. Изысканный деликатес для нас, демонов. Искушение и дурман, вкусив которого будешь требовать еще и еще.

— Не понимаю. Что это значит? — насчет магии худо-бедно понятное объяснение. А вот каким боком к ней отношусь я и почему это так влияет на местное население, вопрос.

— Мы слишком долго живем, — печально вздохнув, пояснил Чейт, — быстро взрослеем и обрастаем эмоциональной броней. Это помогает нам быть сильными, чтобы бороться за существование. Малыши считаются неприкосновенными до десяти лет, и это самое счастливое время в жизни каждого. Воспоминания о том времени бережно хранятся в глубинах памяти, лелеются и вытаскиваются на свет очень редко. Крепнущая с каждым годом броня покрывает их толстой коркой равнодушия и жестокости. И однажды наступает момент, когда мы просто не в силах вызвать это неповторимое ощущения счастья. Не хватает остроты, живости, натуральности. Заменой всему этому служит азарт хорошей схватки, смертельный риск, плотские наслаждения, чужая боль и страдания. Ни один демон никогда не пропустит драку, даже больше, сам ее спровоцирует. Ни один не пройдет мимо хорошенькой самки и ни один не откажется от пыток. В этом искусстве мы непревзойденные мастера.

— А я… — гулко сглотнув, поежилась. Мысли скакали с одной на другую. По всему выходило, что бесчувственные чурбаны кайфовали за мой счет. А что, если простых эмоций им станет мало, и они начнут давить, или даже пытать, чтобы получить дозу? Они же хуже наркоманов, поголовные садисты.

— А вы, госпожа Леа, как глоток живительного зелья, мгновенно проникаете внутрь, прямо под толстую броню. Это сродни экстазу. Бесконечный источник истинного наслаждения. Концентрат чувственности. Ллер Крейгсхарт не зря поставил метку, у высших нюх на диковинки и болезненный азарт в коллекционировании редкостей. Могу заверить, среди сокровищ господина, вы исключительной чистоты адамант.

Все же вещь! — скрипнув зубами, промолчала. Демон светился такой убежденностью в оказанной мне великой чести, что возмущений и претензий по этому поводу просто не понял бы. А вот обернуть себе на пользу можно, наверное.

— Чейт, — несмело начала я, — можно ли как-то контролировать мою способность? Не думаю, что Рею понравится, если все подряд будут пользоваться тем, что принадлежит ему. Ну, скажем, сделать так, чтобы мои эмоции чувствовал только он?

— Гм, признаться, я и сам ломал голову над этим. Да только это не мой профиль. Тут артефактор нужен, специализирующийся на амулетах от ментального воздействия. Если можно защититься от ментальной атаки извне, то должен быть способ не дать воздействию вырваться наружу. Проблема в том, что вы, госпожа Леа, не ментальный маг. Поговорю с господином, только он волен принимать подобные решения.

На этом разговор с демоном заглох. Он сцедил полстакана крови, залечил порез и проводил в покои. Едва за ним закрылась дверь, я бросилась к колокольчику, через который вызывали прислугу. На зов явилась новая девушка.

— А где Сцина? — поинтересовалась у нее, — и как тебя зовут?

— Фесса, госпожа Леа, — демоница сделала книксен, — а Сцина не может работать, пока спина не подживет.

— Ей сильно досталось?

— Как и всем. Рхан никому поблажек не дает. Повезло, что сухой плетью бил, а не вымоченной в солевом растворе. После нее шрамов почти не остается. Только кожа слезает. Ну да это не страшно, новая нарастет.

Мне плохо сделалось от таких подробностей. Понятное дело, что не увижу служанку, пока она не подлечится. Да и изменить ничего уже не в силах. Но вот помочь кое-чем можно.

— Подожди, — сунувшись в купальню, обнаружила заживляющую мазь от синяков и ссадин. Мне она тоже требовалась, потому как наутро представляла собой жертву сексуального маньяка, но можно и потерпеть без нее. Демонице сейчас лекарство гораздо нужнее, — вот! Передай Сцине и скажи, что жду ее обратно.

По тому, как обиженно надула губки Фесса, догадалась, что та уже мнила себя моей служанкой. Неужели и тут существует конкуренция? По большому счету не было большой разницы в том, какая из девушек останется. Но к Сцине я уже вроде привыкла, она спокойная и незлобивая. А эта… завистливая, что ли. И взгляд у нее любопытно-злой, характер строптивый. Откуда я все это узнала, сама не поняла. Вроде стоит скромненько, голову склонила, глазки в пол опустила, коробочку с мазью в руках перебирает. И чего, спрашивается, выжидает?

— Иди сейчас же к Сцине. И распорядись насчет обеда. Пусть накроют в гостиной, — девушка будто только этих слов и ждала. Радостно выдохнула и легкой походкой направилась к выходу, — помоги нанести мазь на раны, я позже навещу Сцину и проверю, — брошенная вслед фраза заставила служанку замереть на месте. Не видела выражения лица, но остро почувствовала ее досаду.

Нда, такая служанка мне точно не нужна.

Глава 6

Следующие три дня выдались спокойными и в какой-то мере скучными. Рей умчался на границу домена. Твари Красной пустыни не давали расслабиться и жить спокойной жизнью. Что это за твари, уже успела познакомиться, так что искренне сочувствовала беззащитным жителям, которым приходилось отбиваться от Этого. Насчет беззащитных тоже не совсем верное утверждение. Демоны сами по себе опасны, и с самого детства учатся управляться с оружием. Но твари брали количеством, против которого не каждый воин выстоит, не то что старики, женщины и дети.

Обо всем этом рассказал Чейт. А также о том, что мир называется Дхаар и населяют его в основном демоны и люди. Причем последние сосредоточены в Светлой империи и даже относительно свободны. Тогда как в Темном эллерате существовали только в положении рабов. Исключение составляли маги. Их побаивались, уважали и всячески привечали. У демонов магией владели высшие ллеры, и лишь в смесках из низших, вроде Чейта, встречались проблески дара. Столица Темного эллерата называется Архшен, Светлой — Шатон. Расположены империи на единственном материке, разделенном на две неравные части Красной пустыней и окружающими ее Пустыми землями. Новое летоисчисление ведется с даты Великого Раскола, причиной которому послужила война между могущественными кланами. Где-то в сердце Красной пустыни, точного местоположения не сохранилось, столетиями процветал плодородный край Водных демонов. Многочисленные реки и озера, богатые рыбой, выход к Одисскому морю, плодородная почва и леса, полные живности, были предметом гордости одних и эпицентром зависти других родов. В итоге огненные, воздушные и земляные кланы объединились и напали на соседей, истребив их подчистую. Сильнейшие ментальные маги водников, умирая, проклинали предателей, дрались за каждый клочок земли, окропляя его собственной кровью и кровью врагов. Когда демоны опомнились и стали искать виновных, зачинщики бойни, несколько сотен огненных, опасаясь расправы, ушли в неизвестность через межмировой портал. Именно массовый переход и колоссальный выброс магии при этом, превратили земли водных в безжизненную пустыню. А через истончившееся пространство хлынули полчища жутких голодных монстров. По сей день они наводняют пески и кишат в глубинах теперь уже Мертвого моря.

Земли Дискаменонов вытянулись вдоль Пустых земель, ощетинившись высокими заборами, боевыми заклинаниями и сторожевыми башнями. Богатые дичью и зверьем леса оскудели, проклятые земли постепенно отвоевывали новые пространства. А демоны, приспособившиеся к жизни в постоянной опасности, научились охотиться на тварей. Их шкуры, когти, яд и внутренности высоко ценились на рынке алхимических зелий. Наиболее отважные охотники за приключениями ходили в Пустые земли за редкостями и артефактами. И неважно, что после Раскола минуло более четырех тысячелетий, бывшее поле битвы представляло собой гигантское древнее кладбище. Желающих попытать счастья на ниве кладоискательства было хоть отбавляй. За броню высшего демона той эпохи можно купить целый замок. А за меч и боевой амулет обеспечить безбедную жизнь себе и своим потомкам. Еще Пограничный домен Рея славился первоклассными воинами и наемниками. Несмотря на изолированность эллератов, жажда наживы и бешеный спрос толкали людей и демонов на отчаянные поступки. Вот и подряжались местные проводниками или же наемниками в караваны торговцев, которые еще и приплачивали за разрешение пройти через пограничные земли. Десятую часть чистого дохода ллер забирал себе, охотно выкупал у счастливчиков редкие трофеи, часть которых оседала в личной коллекции Рея, а другая шла на продажу. В целом эта деятельность приносила неплохой доход, позволяла содержать маленькую боеспособную армию и обеспечивать население надежной защитой. Второй домен Дискаменона располагался близ столицы и служил зимней резиденцией ллера, а также фермой по разведению неккери, каких-то магических лошадок. Активность тварей в холодное время года снижалась, и все жители Пограничья могли свободно вздохнуть и перевести дух. Третий и четвертый домены поставляли продовольствие и сельскохозяйственные ресурсы. Пятый, затерянный где-то в предгорьях Гнолльей гряды (это теряющиеся в небе отвесные скалы искусственного происхождения), представлял собой концентрат всевозможных военных школ и тренировочных полигонов. Со слов Чейта, гнолльские наемники считались лучшими в обоих империях.

Сцина оправилась от наказания уже к вечеру, и я с радостью отослала Фессу туда, откуда она появилась. Поначалу, правда, едва не пожалела о решении. Потому что прежняя служанка слишком бурно выражала признательность, постоянно благодарила, пару раз падала на колени и принималась целовать ноги и, вдобавок, тараторила без умолку. Пришлось пригрозить тем, что отправлю ее в свинарник. Девушка обиделась и даже дулась на меня, минуты две — три. А потом снова бухнулась на пол, умоляя простить ее. Если бы не Чейт, которому срочно понадобилась для какого-то повторного теста, точно не сдержалась и выполнила обещание.

Где-то после обеда третьего дня в замок явился незнакомец. Привлек он мое внимание необычным цветом кожи. К красным демонам я уже попривыкла, а вот серых видеть не доводилось. Тем не менее гость был пепельно-серым и отличался от красных наличием роговых чешуек на лице и расположением рожек на голове. Из окна комнаты я отлично видела, что прибытия гостя ожидали, потому что навстречу ему вышли Чейт и Рхан. И если Рхан присутствовал больше для солидности и помалкивал, то лекарь заливался соловьем и чуть не пританцовывал вокруг серого. А важности тому было не занимать. С надменным видом он благосклонного принимал все пляски с бубном вокруг своей персоны, степенно кивал и скалил клыки в вежливой улыбке.

— Кто он? — спросила у Сцины.

— Суолк — маг-артефактор нашего эллерванга, — пояснила она, — неплохой менталист. Пользуется огромным доверием эллера Анилока.

— А почему он такой… эээ, другой и серый?

— Так, ведь мать из низших Воздушников, а отец высший. Об этом чешуйки на лице говорят. Это же почти боевая форма, — в голосе служанки просквозила неприкрытая зависть и восхищение.

— Ааа, — многозначительно протянула я, — это все объясняет. Угу. Чейт поэтому перед ним козликом скачет?

— Так, ведь мастер! Его амулеты сам эллерванг не брезгует носить. И никому еще не удалось обойти его защиту. Так-то вот!

— Гм, — бросила растерянный взгляд на опустевший двор, — а к нам его каким ветром занесло?

— Ну-у, ллер Крейгсхарт часто заказывал у него амулеты, да и редкие ингредиенты поставляет. Вот и бывает Суолк у нас частенько. Но вот в отсутствие господина ни разу не появлялся. Стало быть, что-то важное произошло.

Догадывалась я, в связи с чем пожаловал серый демон. Сама же просила Чейта о чем-нибудь таком, что блокирует эмоции. Стало быть, Рей дал добро. Но то, что этот рогато-хвостатый артефактор примчался, когда хозяина нет дома, настораживало. Особенно в свете того, кому он служит. Про собственность демонов и то, с каким азартом высшие охотились за всем новым и необычным, уже наслышана. Но и справляться с эмоциями как-то надо, а то из покоев нос боюсь высунуть.

— Как думаешь, не из-за меня ли этот Суолк пожаловал? — осторожно поинтересовалась у Сцины, — Чейт говорил, что можно оградить посторонних от моих чувств с помощью ментального амулета.

— Мне нет хода в жилое крыло ллера, — скривила мордашку девушка, — только по особому разрешению. Но я постараюсь узнать у Руана, — на мой нахмуренный непонимающий взгляд дополнила, — мальчишка, что приносит еду господину. Я ведь с ним мазью заживляющей поделилась, так что он должен мне. Вам. За помощь.

— Хорошо. Только будь осторожной, второго шанса Чейт тебе не даст и мое заступничество не поможет. Если ничего не получится, то и не надо. Переживу как-нибудь. В конце концов, сама у Чейта спрошу.

Вернулась служанка минут через двадцать. Ничего интересного она не узнала. Только то, что лекарь с гостем закрылся в башне и никого к себе не пускал. А из-за дверей слышались их возбужденные, спорящие о чем-то голоса. Еще одна новость состояла в том, что скоро прибудет господин. Рийш, управляющий, уже получил распоряжения на этот счет. А вот это прибавило волнения, да так, что на месте усидеть не могла.

Что Рей скажет? Как поведет себя? Будет ли повторение нашей, ммм, ночи? А хорошо ли я выгляжу? А связан ли приезд демона с появлением артефактора? — мешанина из мыслей и вопросов.

— Не переживайте так сильно, все образуется, — Сцине передалось эмоциональное возбуждение, и она невольно занялась тем, что ей привычно: вытерла несуществующую пыль, расставила косметические средства на столике, перестелила кровать. Все и так было идеально, но жажда деятельности требовала чем-то себя занять. Как и мне.

Решено!

— Набери ванную, пожалуйста, — попросила я, — вода успокаивает нервы и снимает стрессы. Обеим полезно будет, — последнего вслух не сказала, но меня и без слов поняли. И шустро кинулись выполнять, благо в этом мире существовало понятие водопровода и канализации. Доступное лишь аристократам, конечно, но тем не менее.

Ароматная теплая водичка, плавные движения Сцины, массирующие и перебирающие каждую прядку волос, сделали свое дело. Я успокоилась и расслабилась, наслаждаясь приятными процедурами. Позволила натереть себя душистым маслом и облачить в новое атласно-кружевное платье, в котором только в спальне и можно показаться. Демоница как раз досушивала волосы, когда за мной пришел слуга.

— Господин Крейгсхарт приглашает вас в большую гостиную, — передал он послание, — просил поторопиться.

Вмиг сердце забилось быстрее, а легкую сонливость как рукой сняло. Сцина, как и низший демон, судорожно сглотнули. И так это у них слаженно получилось, что я опешила.

Неужели настолько сильно чувствуют? Спокойнее. Глубокий вдо-ох. Выдох. Все. Можно идти.

Дополнительных провожатых мне не выделили, так что Сцину потащила с собой. Оставаться наедине со стражниками побаивалась, несмотря на то, что поверх платья как паранджу накинула плотный длинный плащ с капюшоном. Я готовилась к встрече с Реем, предвкушала его объятия, поцелуи. Хотела увидеть потемневший взгляд, который лучше любых слов скажет, как он соскучился. Что все эти дни мечтал о встрече. Как и я. Осознание этого пришло легко и ничуть не удивило, лишний раз подтвердив худшие опасения, что слишком быстро этот мужчина ворвался в мою жизнь, и теперь сложно представить, как бы я без него справилась.

Перед входом слуга почтительно поклонился и распахнул двери, а служанка шустро высвободила меня из кокона плаща и тихонько отступила в сторону. Сделав пару шагов, я замерла. Прищурилась. После полумрака коридоров и брони из толстой ткани, на секунду ослепла от яркого света.

Меня позвал Рей. Это был его дом, эта комната пропиталась его запахом и неудивительно, что появившуюся в поле зрения мощную фигуру я приняла за него. Сама бросилась навстречу, чтобы тут же осознать: это не он! Я дернулась назад, но крепкие руки, в которых оказалась, и не подумали отпускать. Забилась раненой птицей, но не тут-то было. Испуг и подспудный страх возможных последствий, заставили паниковать. Забарабанила кулаками по стальной груди. — Но что демону тщедушные человеческие усилия? Пыль. Он даже не заметил.

— Пустите меня! Немедленно! — тут и злости прибавилось, и осознания, что никаких сил не хватит вырваться, и со мной могут сделать что угодно.

Но нахал, который вблизи оказался тем самым серым демоном, только хмыкнул и с жадностью втянул воздух, зарывшись носом в непросохшие до конца волосы. Утробно зарычал, стискивая ручищами мою пятую точку. Я лишь взвизгнула, потому как это болезненно оказалось и шлепнула похотливого кобеля по морде. Еще и еще раз.

— Да что ты будешь делать? Отвали, зараза такая!

— Мгмм, ргхррр, — вот и весь ответ, вдобавок к которому вездесущие лапы.

— Что здесь происходит? — раздался не рык, а настоящий рев.

Я тут же была отброшена в сторону. Неуклюже плюхнулась на пол, тогда как демон отскочил шагов на пять, будто и не при делах вовсе. Морда еще такая недовольная, что прервали на самом интересном месте. А на Рея смотреть страшно. Зверское выражение лица, бугрящиеся мускулы, вздувшиеся на шее вены, скрип зубов и мощные кулачищи. И весь он как-то вдруг шире стал, и выше. На коже то и дело проступали чешуйчатые пластины алого цвета, воздух искрил, облекая фигуру в полупрозрачное облако. Оно увеличивалось, будто его раздували изнутри, а по внутренней поверхности то и дело пробегали росчерки тончайших молний. Глаза, так полная жуть. Зрачки расширенные, черные, а в них то и дело вспыхивают алые искры. Один в один те же, что и в окружающем Рея воздушном коконе.

Вот если бы уже не сидела на полу, то точно оказалось на нем. От такой жути коленки дрожали, живот ухал в пустоту и все тело дрожало от страха и холодного пота, что крупными каплями стекал по спине. Единственное, что не позволяло впасть в истерику и визжать до потери пульса, это осознание того, что гнев высшего демона направлен не на меня. Но тут и рядышком побыть уже поджилки тряслись.

Скривилась в усмешке, когда увидела, что и серого проняло. У того также задрожали коленки, и он рухнул на пол.

— Моя вина, ллер Крейгсхарт, — признал он, — все получилось случайно, и я не сдержался. Это выше моих сил. Готов принести извинения и приму любое наказание.

— Ты будешь крепко должен Суолк, — выплюнул слова Рей, — защитные амулеты на дакт воинов. Столько же восстанавливающих концентратов. И экранирующий амулет для нее, — кивнул в мою сторону демон, — за твой счет.

По тому, как облегченно выдохнул серый, догадалась, что он, видимо, легко отделался.

— Леа, возвращайся к себе. Я навещу тебя позже.

Рей даже не взглянул в мою сторону, а это значило, что впереди тяжелый разговор и непредсказуемые последствия. Однако ослушаться не посмела. Поднялась и, пошатываясь, направилась к выходу. Когда за мной захлопнулась дверь, донеслось:

— Ты принесешь кровную клятву, — а затем глухой звук ударов и сдавленный стон серого демона.

Втянув голову в плечи, я закуталась в плащ, что накинула сверху Сцина, и торопливым шагом направилась к себе. Страх, возникший при виде разгневанного демона, никуда не делся. Наоборот, креп и рос в ожидании того, чем обернется встреча с Реем.

Глава 7

Рей прислал за мной ночью, когда устала ждать, бояться и собиралась лечь спать. Внешне, благодаря стараниям Сцины, выглядела безупречно. А вот внутри царил полный раздрай. Накрутила себя так, что ожидала скандала, плетей или даже отправки на цепную карусель. Смутная надежда, что все обойдется, затеплилась, когда меня проводили в спальню, а не в гостиную. От демона разило спиртным, но пьяным он не был. Только шальной блеск в угольных глазах, да кривая усмешка на губах. В руках бокал с рубиновым напитком, который, поманив пальцем, чтобы подошла поближе, сунул мне в руку.

— Пей! — приказал он, и я не посмела ослушаться.

Признаться, у самой в горле пересохло, так что приятное на вкус вино утолило жажду, оставив после себя легкую терпкость и алые капельки в уголках губ. Несколько из них стекли по подбородку. А я, запылав от собственной неуклюжести, хотела вытереть их, но меня опередили. Собрав влагу рукой, Рей растер ее между пальцев. После мазнул ими по моим губам, прочертил дорожку по подбородку и, добравшись до шеи, захватил горло и несильно сжал его.

— Любую другую женщину на твоем месте, я бы заковал в цепи и заставил смотреть, как пытают ее любовника. После заживо замуровал в подземелье вместе с трупом, где бы она мучительно сдохла, страдая от голода и надрываясь от криков. Но ты другое дело. Ты — особенная. Чейт просветил тебя по этому поводу. Калечить или убивать я не буду. По крайней мере, пока не родишь наследников с твоим редким даром. Но кто-то должен быть наказан. Поэтому я выберу троих из твоего окружения. Сначала они три дня проведут на цепи без еды и воды, а после с них сдерут кожу. И если кто-то еще будет жив, то засуну его к песчаным муравьям, которые любят полакомиться свежей плотью. И делают они это очень, очень медленно.

— Н-не надо, — от спокойного тона, каким описывал пытки демон, мурашки шли по телу. Не возникало и тени сомнения, что именно так он и поступит. — Это же случайность. Ты меня позвал, я соскучилась и… яркий свет на миг ослепил, так что не разглядела, что это не ты. Как только осознала ошибку, потребовала отпустить. Но он… он…

— Я все знаю. Суолк показал мне, — Рей отпустил горло и очертил пальцами линию подбородка, коснулся волос, поправив выбившийся локон, — но это не отменяет того, что никто не смеет прикасаться к тебе. Никто из мужчин. Эта метка, — рука скользнула по изгибу шеи и стиснула плечо, — говорит сама за себя. И смерть тому, кто посмеет покуситься на то, что принадлежит мне!

— Я не вещь, — с вызовом посмотрела Рею в глаза. Боялась его при этом до икоты, но и отступить не могла. Все внутри противилось и восставало против чужой власти, — ты обманом поставил этот знак, и я не понимала, на что соглашалась. В моем мире нет рабства и все люди свободны…

Меня встряхнули за плечи, а я, набравши воздуху, чтобы выдать новую фразу, поперхнулась, клацнула зубами и прикусила язык. Помимо воли, из глаз брызнули слезы.

— Хочешь свободы? — нет, демон не разъярился, но состояние злой радости и превосходства пугало еще больше, — а что будешь с ней делать? Без моего покровительства ты даже из замка выйти не сможешь. Первый же низший оприходует на месте и нацепит ошейник повиновения. У стражей общая казарма, и четкая структура власти. Повезет, если попадешься десятнику или дактору, а если простому воину, то обслуживать будешь их всех. Но даже если случится чудо, и ты выберешься целой и невредимой, за стенами таится куда больше опасностей. Твари, что прорываются из Пустых земель и нападают на одиночек. Крестьяне, которые еще и работать заставят, и пользоваться будут с не меньшим азартом, чем стражники. Или у тебя есть деньги на крепкую охрану? На еду и другие расходы? Может, связи или знакомства, которые помогут устроиться и осесть в каком-нибудь тихом месте? Молчишь?

Ну, да. Ответить на это нечего. Рей прав, это сейчас я расхрабрилась, а сама лишний раз из комнаты не высовывалась. Потому-то пыл угас, а вот страх никуда не ушел. Тошно так стало. Никуда-то мне не деться, и не сбежать. Ни умирать, ни становиться рабыней не хотелось, так что, кроме как, принять судьбу и постараться вжиться в отведенную роль, ничего не оставалось. Вздохнув, посмотрела на демона, который выжидающе наблюдал за мной и наверняка отслеживал всю бурю эмоций, что сейчас испытывала. Судя по всему, нужно извиниться. Но как же противно признавать поражение и переступать через себя!

— Прости, была неправа, — пробурчала, уставившись на ворот рубашки и участок шеи, которая резко контрастировала своей смуглостью с белоснежной тканью. Встретиться с Реем взглядом не смела, опасаясь увидеть там все то же превосходство и самоуверенность.

— Повтори, я не расслышал! — потребовал он, — не понял, за что именно ты извиняешься.

— Прости. Меня. Пожалуйста, — слова приходилось выдавливать из себя, но это все, что на данный момент могла сказать.

Какие еще нужны объяснения?

Меня цепко схватили за подбородок и задрали лицо кверху. Все, как и предполагала: масса самодовольства и уверенности в собственной власти. Слишком быстро демон успокоился, и слишком доволен происходящим. А что из этого следует? Эту ситуацию Рей обратил себе на пользу. Во-первых, преподнес урок, ткнув носом в то, что без него мне не выжить. А во-вторых, прижал Суолка, который, мало того, что будет ему обязан, так и еще всю работу сделает бесплатно. А что пару-тройку слуг можно пустить в расход, это мелочи. Развлечение и тренировка для Рхана, исполняющего обязанности палача.

Минуту мы играли в гляделки. Я умирала от страха и переживаний, не в силах отвести глаз от пронизывающего насквозь взгляда. А Рей впитывал мои эмоции и растягивал удовольствие. Это было заметно по трепетавшим крыльям носа, жадно втягивающим воздух. И по чуть подрагивающей нижней губе, которую демон непроизвольно покусывал. И по темнеющим расширенным зрачкам со сверкающими в них огненными искрами. Сейчас, как никогда, Рей был притягателен и в то же время смертельно опасен. Я же чувствовала себя хрупкой бабочкой, которая прекрасно знала, как губителен для нее огонь, но летела к нему, расправив крылья. И лишь в нескольких мгновениях, что находилась рядом, заключался смысл ее существования. Ради этого она родилась и прожила короткую жизнь, чтобы испытать вселенское счастье и, вспыхнув, сгореть, как спичка, едва достигнув цели.

— Ре-ей! — с облегчением выдохнула в его губы, что накрыли мои ураганным поцелуем.

Бушующая стихия, которую демон скрывал внутри, вырвалась наружу жадными ласками, резкими, разрывающую одежду в лохмотья, движениями и стремительным напором. Как одурманенный мотылек, я сама кидалась в огненные объятия. Искры, что срывались с пальцев демона, оставляли ожоги, губы клеймили засосами, а душившие в объятиях руки, щедро рассыпали синяки. Я не задумывалась над тем, что наутро буду представлять жалкое зрелище, что мышцы будут нещадно ломить от непосильной нагрузки, а раны и ссадины покроют кожу сплошным ковром. Сейчас я не чувствовала боль. Только желание. Свое и Рея, многократно усиленное, яркое, затмевающее прочие чувства и ощущения. Наши эмоции накладывались друг на друга, сплетались и смешивались. Я не понимала, где заканчивались мои желания и начинались его. Это мне хотелось до умопомрачения целовать вылепленное из мускулов тело. Я впивалась ногтями, раздирая кожу в кровь, кусалась и кричала от переполняющего каждую клетку восторга. А взрыв наслаждения выплескивался горячим семенем и лавой растекался по жилам, принося долгожданное удовлетворение.

Утро встретило жаркими лучами солнца, пробивающимися через неплотно прикрытые шторы, ломотой в мышцах и головной болью, вызванной нудными надрывными вскриками.

— Сцина! — позвала в пустоту комнаты, даже не надеясь, что она отзовется. Но нет, повезло. Служанка находилась неподалеку и явилась на зов уже через секунду. Увидев ее, слабо улыбнулась, — позови Чейта, пожалуйста, — попросила голосом умирающего лебедя.

Понятливо кивнув, демоница бросилась исполнять поручение. А у меня образовалось несколько минут, чтобы собрать мысли в кучу и признать, что я непроходимая дура.

Как же! И пальцем не трону! — вспомнились слова Рея, — да тут каждая ночь с ним может оказаться последней. О чем только думала? Крышу ведь сносит от нашей близости. И я сама, сама (!), требую еще и прошу его не сдерживаться. Мазохистка! Неужели нельзя пораскинуть мозгами и просчитать последствия? Нет! Мало, мне еще и еще надо. А ну как сердце не выдержит такой нагрузки? Конечно, Чейт следит за моим здоровьем. Без его помощи я бы не была такой храброй и ненасытной. Что, если его не окажется рядом?

Ненасытной! — хмыкнула, вспомнив, что награждала таким эпитетом Рея. А на деле оказалось иначе. Сама в нимфоманку превратилась. Дуреха! Демону от меня дети нужны, вот и старается. Сам об этом сказал. А как только получит желаемое, стану не нужна. Отпустить — не отпустит, а на поводок посадит. Куда ж я от собственного ребенка денусь?

От очередного вопля дернулась и глухо застонала. Виски прострелила такая боль, что чуть мочевой пузырь не опорожнился. С трудом сдержалась.

Где же этого Чейта носит?

Не успела подумать, как хлопнула входная дверь и к постели приблизился краснокожий лекарь. Кивком обозначив приветствие, он сразу приступил к лечению. И по мере того как с теплыми волнами приходило облегчение, мышцы расслаблялись, искаженное от боли лицо разглаживалось, а стиснутые и искусанные губы растягивались в блаженной улыбке.

— Спасибо! — поблагодарила спасителя.

— Рад, что вам уже лучше, госпожа Леа. Рекомендую принять расслабляющую ванну, а потом выпить укрепляющий настой. Я оставлю его здесь. Плотный завтрак, разумеется, пойдет на пользу.

— Да, о ванной я как раз и думала, — ответила демону, не в силах убрать довольную улыбку с лица, — обязательно исполню все ваши рекомендации.

— Что же, — Чейт поклонился, — рад был помочь. А теперь извините, меня ждут неотложные дела.

— Одну минуту, Чейт, подожди, — задержала его, — а Рей в замке?

— Нет. Уехал с рассветом. Вместе с Суолком и дактом воинов. Из-за артефактора хозяину пришлось оставить людей в Рессне и порталом вернуться в замок. Вместе с подкреплением он торопился обратно. Еще день или два понадобится, чтобы очистить от тварей дальнюю заставу.

— Ясно, — глубоко вздохнула. Сама себя не понимала. То ли радовалась очередной передышке, то ли расстроилась из-за разлуки. — Чейт, мне все равно нечем заняться, могу ли я посетить библиотеку ллера?

— У господина Крейгсхарта обширная коллекция древних свитков, — задумчиво ответил лекарь, — они хранятся в закрытой секции замка и только ллер может дать допуск к редкостям. Спросите лучше у него разрешения. Но я могу ознакомить вас с собственным собранием книг. В основном это общедоступные трактаты по магии зельеварения и целительству. Если госпоже будет угодно, то…

— Мне угодно, Чейт, — хотела адресовать демону благодарственную улыбку, но расслышав очередной надрывный вскрик, поморщилась, — что это?

Впрочем, сейчас, когда болевые ощущения сошли на нет, стала лучше соображать. Догадаться, что за вопли раздаются там, где расположен внутренний двор с площадкой для пыток и наказаний, не составило труда. Накинув на плечи халат, любезно поданный Сциной, подошла к окну. Так и есть, не ошиблась. Трое несчастных брели по кругу, и Рхан систематически охаживал бедолаг плеткой, после которой оставались заметные багровые полосы.

— За что их? — вопрос застыл комком в горле, потому что вспомнила вчерашние угрозы Рея и узнала наказанных демонов. Это двое стражей, что частенько видела у дверей и поваренок, носивший еду хозяину.

В глазах поплыло от навернувшихся слез. Едва взглянула на Сцину и Чейта и догадалась, что предположения верны. И если краснокожий демон был равнодушен к судьбам несчастливой троицы, то служанка явно переживала.

— Я ничего не могла для них сделать, — произнесла больше для себя, чем для Сцины.

— Такова воля хозяина, — флегматично заметил Чейт, — если не передумали насчет чтения, то после завтрака жду вас в башне. Будет интересно провести пару экспериментов и узнать, насколько вы расположены к магии.

Рассеянно кивнув лекарю, с трудом оторвалась от неприятного зрелища. Хорошее настроение испарилось, а тяжелые мысли и мрачные предположения, наоборот, вернулись. Ни ароматная ванна, ни массаж, ни завтрак, за которым едва проглотила пару кусочков сыра, не исправили положение. Да и как это возможно, если кричал демоненок все громче и надрывнее? Какие надо нервы, чтобы спокойно прохлаждаться в роскоши и довольстве, когда рядом мучается живое существо? Да я паранджу надеть готова и из комнаты носа не высовывать, лишь бы его мучения прекратились.

Башенка лекаря оказалась спасением. Из-за удаленности ее от основной части замка, звуки сюда не доносились. Разве что птицы какие могли потревожить царившую под самой крышей тишину, но их я еще не встречала.

— Зря переживаешь, — «успокоил» Чейт, — Хозяин в своем праве. Он владеет каждой пядью земли в этих местах, каждой травинкой, деревцем или демоном. Низшие на то и низшие, чтобы верно служить господину, угождать ему во всем и с улыбкой принимать смерть, дарованную его волей. Это рабы, созданные из грязи и пепла, оживленные магией наших Богов, бездушные и никчемные. Низший должен пройти не менее трех перерождений, прежде чем Высший обратит на него внимание и примет под свою опеку. Все живущие в замке не зря носят ошейники. Каждый доказал верность и право на личную собственность Дискаменонов. Когда ллер действительно хочет кого-то наказать, то просто лишает покровительства и вышвыривает за стену. Ни один род не примет отщепенца, никто не заговорит с ним и не подаст корки хлеба. А когда низший ослабнет от голода, с ним расправятся хищники. Останки сгниют, а сущность впитают духи земли. Пытки же, боль и мучения, что испытывают низшие перед смертью, наоборот, закаляют характер, а наша суть остается невредимой для духов, и полностью перевоплощается в новом рождении. Так из воинов получаются десятники, из десятников дакторы, а уж из дакторов, если повезет, в личную стражу господина попасть можно. Так что тот поваренок через десяток-другой лет главным поваром станет, а то и распорядителем замка. Уж больно смышленый и верткий. Стражи тоже на повышение пойдут, когда мастерством вновь овладеют, да прежнюю память вернут.

— Эээ, — от рассказа демона, перевернувшего с ног на голову все мое мировоззрение, немного зависла. Слишком уж нереальными и фантастичными выглядели его откровения, — а где же они находятся, после смерти-то?

— Так, знамо где, в стихии огненной, родовом очаге Дискаменонов. Каждый Древний замок строился вокруг средоточия силы. У огненных демонов — это живое пламя, вырывающееся из недр земли. Оттого и цвет кожи у нас такой, что рождаемся мы из самого пекла. Если бы ты обладала магическим зрением, то увидела, какая мощь плещется в каждом таком символе, — Чейт бережно погладил золотое кольцо на шее, — и это не только знак принадлежности, а магия рода, удерживающая жизнь и служащая проводником к знаниям.

— Гм, то есть, низших демонов вывели искусственно? И самки низших, то есть женщины, никогда не рожали?

— Ну, почему же, не совсем так, но смысл уловила верно, — демон поморщился, будто ему была неприятна эта тема, однако продолжил, — изначально низших создавали как послушных слуг и воинов. А самок лишь для того, чтобы угождать мужчинам. Для удовлетворения естественных потребностей или как награду особо отличившемуся низшему. Семьи среди низших редки, да и не принято это в нашем эллерате. Однако это не говорит о том, что женские особи неспособные к деторождению. Тут дело в несостоятельности мужской части низших к зачатию. Ты сама, наверное, обратила внимание, что демоницы красивы, хрупки и абсолютно не воинственны. Случалось, что и Высшие одаривали их лаской. Вот после таких встреч, спустя три — четыре месяца, и рождались дети-полукровки. Такие, как я, например. С клеймом низшего демона и со способностями к магии.

Или как Суолк, — сообразила я.

— А серый цвет кожи как получился? И какие еще разновидности демонов существуют? — не могла не задаться этим вопросом.

— Серые служат воздушным демонам. Их суть зарождается в стихии ветра, мощнейших торнадо, уничтожающих все на пути. Оттого и цвет такой, серый, потому что происходят они из плотных сгустков пыли. Есть еще желто-коричневые демоны и синие. Соответственно суть их земля и вода.

Информации для осмысления через край, потому я и довольствовалась краткими характеристиками населяющих Дхаар низших. А на вопросы, которыми засыпала демона, тот пообещал ответить в другой раз. Безошибочно выудив из сваленных в одну кучу свитков нужные, он вручил их мне.

— Изучай, запоминай и не мешай.

Усадив меня на обнаружившийся под завалами одежды и бумаг диванчик, Чейт занялся приготовлением зелий. Какое-то время наблюдала, как он, сверяясь с потрепанным свитком, собирает ингредиенты, отмеряет порошки и коренья, взвешивая их на настольных весах. Что-то толчет в ступке, кипятит на горелке, над спиральной поверхностью которой ровным светом полыхает огонь. Процеживает, смешивает, сосредоточенно чешет макушку и бормочет непонятные заклинания. Казалось, это занятие никогда не надоест, но я краем глаза зацепилась за выведенные каллиграфическим почерком первые строчки свитка, и потерялась, погрузившись в увлекательное чтение.

Какой-то безымянный маг-полукровка рассказывал о первых обитателях Дхаара и о происхождении магии, о том, что она буквально разлита в воздухе, таится в земле и воде, течет в крови каждого существа и пылает в первозданном огне. Что так было с момента сотворения мира, и что первые Высшие демоны стали живым воплощением главенствующих стихий: огня, воды, земли и воздуха. Почти богами. Имея возможность менять пол по своему желанию, создали союзы, стали плодиться и размножаться, наделяя потомков силой стихий. И чем выше росла численность кланов, чем глубже расселялись они по плодородному материку, тем меньше оставалось места молодняку. А все эти крепкие и сильные демоны хотели власти, земель и красивых демониц. Ничего нового. Высокая конкуренция, зависть, интриги и заговоры. Очень скоро демонское общество погрязло в бесконечных войнах, без жалости бросая лучших мужчин в бой, обескровив многие кланы. Четверка первых демонов, которых называли Древними, дабы не допустить полного истребления детей своих (очень уж кровожадными они получились), вмешались и, осадив главных зачинщиков, полностью перетряхнули устои сложившегося разрозненного общества. Для начала объединили все земли в один Эллерат, править которым надлежало самому достойному, одаренному и сильнейшему демону. Навели порядок. Создали Низших — слуг, помощников и воинов — которым надлежало гибнуть в неизбежных стычках и конфликтах. И наделили Высших способностью ходить порталами не только в пределах Дхаара, но и в другие миры, в которых можно снискать славы, богатств, земель и рабов. Так, новые завоеватели обнаружили, что за высокими горами и непроходимыми чащами живут другие существа, люди. И что земли их не менее плодородны, женщины красивы и желанны, а мужчины весьма изобретательны в искусстве уничтожения себе подобных. Нашлось им, чем встретить незваных гостей и дать отпор. Новый враг заставил враждующие кланы объединится, стать единым целым. Мобилизовать все силы и умения. И никому не было дела, что это демоны вторглись на чужую территорию. Для них весь Дхаар был домом, а какие-то людишки — всего лишь паразиты. Гниль, которую нужно вырвать с корнем и стереть с лица земли. Но рогатые получили достойный отпор. Люди гибли сотнями, тысячами, но не переставали бороться. Для демонов, чья жизнь исчислялась веками, такое самоистребление и упорство короткоживущих, было удивительным и непонятным. Чтобы они не делали, как бы ни давили жалких людишек, те, словно сорняки, лезли изо всех щелей, больно жалили, кусали и стремительно прятались. Две сотни лет продлилось противостояние людей и демонов. А победить последние смогли лишь тогда, когда, научившись принимать человеческий облик, проникли в самое сердце мятежных земель и вырезали всю верхушку власти. Человеческая империя пала, богатства подверглись разграблению, а население было обращено в рабство. Демоны быстро поделили добычу, подавили последние очаги сопротивления, распределили новые земли и осели на новых местах. На какое-то время на Дхааре воцарился мир.

По демонским меркам тысячелетие — это не срок, по человеческим — громадная веха, за которую сменился десяток поколений. Молодым воинам, кому достались захваченные земли, вынужденным самим поддерживать порядок во владениях и укреплять авторитет, волей-неволей приходилось носить человеческий облик. Со временем это вошло в привычку, как и мирное сосуществование с бывшими хозяевами. Бо́льшая часть рогатых наплодили смесков, удивительным образом соединивших в себе способности к магии, людскую внешность и миролюбивый характер. А эллерат продолжил гнить изнутри, порастая пороками, непомерной жадностью и спесью. Нашлись злопыхатели, недовольные сытой жизнью соседей, подговорившие истинных демонов вновь взяться за оружие и истребить «порченое семя», поганых смесков, осквернивших себя связью с земляными червяками. Старая империя объявила войну новой. Снова пять столетий смертей, голода и разрухи. Но не всем истинным было по нраву воевать со своими же родичами, особенно в свете того, что под шумок уничтожались неугодные старой власти семьи. В итоге в эллерате произошел переворот. Слишком задержавшихся на этом свете истинных демонов, гордых, кичащихся чистотой крови и принадлежностью к Древним спесивцев, вырезали за одну ночь. А пришедшие к власти кланы заключили мирное соглашение со смесками, провозгласившими себя Новым эллератом, стали восстанавливать страну и перекраивать наделы.

Однако мир в Старом эллерате продлился недолго. Кровавый заговор и новая бойня сотрясла Дхаар. По ложному обвинению в предательстве, Огненные напали на Водников, а с помощью Воздушных и Земляных кланов прошлись огнем по прибрежным землям и истребили его население подчистую. Цветущий плодородный край превратился в выжженную пустыню, а почва так сильно пропиталась пролитой кровью, что поменяла цвет на кроваво-красный. Огненные уже вовсю орудовали на опустевших землях, когда вскрылся чудовищный подлог. Против заговорщиков выступило объединенной войско обоих эллератов. Опасаясь справедливой мести, Огненные демоны решили сбежать и открыли гигантский межмировой портал. Они ушли, забрав семьи и награбленное добро, а напоследок, чтобы не отследили их путь, сбили все настройки и заклинили переход магическим взрывом. Возмущение силового поля планеты и прореха в пространстве привели к гибельным последствиям. Огромная территория земель просто расплавилась. Сильнейшая радиация уничтожила все живое на десятки километров, включая акваторию прилегающего моря. А через портал хлынула такая мерзость, что мир содрогнулся. Старый эллерат превратился в живое кладбище и полигон для охоты постоянно прибывающих чудовищ. Костлявая собрала обильный урожай смертей на тысячу лет вперед.

Катастрофа разделила время на до и после. Именно с нее началось новое летоисчисление, а Старый эллерат получил название Темный. Потому что лица демонов были черны от крови нежити, дома и замки от копоти пожаров, а души от бессильной ярости и злобы. Прошли тысячелетия, прежде чем земли были очищены от скверны. Ее загнали на территорию Красной пустыни, в которую превратились мертвые земли водников. На границе установили магический барьер, а прилегающие территории стали щитом и заслоном. Форты, крепости, заставы служили живыми преградами для прорвавшихся отрядов тварей, а патрули и разъезды отлавливали и уничтожали одиночек. Темный эллерат придерживался старых традиций, по-прежнему считая демонов венцом божественного творения. Здесь процветало рабство, а человеческая жизнь не стоила и цхерта (медной монетки). Ллеры боролись за чистоту крови, эксплуатировали низших и презирали смесков. Тогда как в Светлом эллерате, ставшем империей, демоны вполне мирно сосуществовали с людьми и предпочитали человеческих слуг и наемников низшим искусственно созданным существам.

Такая вот краткая и поучительная история Дхаара. К огромному сожалению, попала я как раз в Темный эллерат. И то, что меня нашел Рей, приютил, приблизил к себе, дал защиту, можно считать необыкновенным везением. За стенами замка ожидала мучительная смерть. Демон ни грамма не приукрасил, расписывая возможные опасности. А его крутой нрав и жесткость во всем — насущная потребность, необходимая для выживания в этом мире.

Глава 8

Рей вернулся через два дня. Все это время я пропадала в башне лекаря, не в силах слушать вопли несчастных низших под окном. Чейт, как и грозился, провел несколько экспериментов для выявления способностей. Результат по-прежнему был неутешителен: во мне нет магии! Не определялась она никаким способом, которых испробовали с десяток, наверное. Зато ярко выражена склонность к изготовлению зелий, особенно тех, что предназначены для исцеления и улучшения здоровья живых существ. Теперь мазь для заживления ранок и синяков готовила сама, а еще укрепляющее зелье, бодрящее и успокоительное. Однако те же яды совершенно не получались. После того как загубила почти готовый состав, демон едва не выгнал меня из лаборатории. Я расстроилась и следующий декокт также сгорел в уничтожителе отходов. Не прибил меня Чейт лишь потому, что ингредиенты во второй раз были использованы простые, да и идея у него возникла, отчего со мной такие странности творятся.

— Это потому тебе целительские составы удаются, — почесав макушку, выдал он, — что ты своим даром на него влияешь. Вот, о чем ты думаешь, когда готовишь, к примеру, мазь?

— Вспоминаю, как она мне помогла, и представляю, что такое же облегчение принесет и другим людям. То есть демонам, — честно ответила на вопрос.

— Во-от! — лекарь назидательно ткнул указательным пальцем в потолок, — твое эмоциональное состояние оказывает влияние не только на разумных, но и на обычные предметы и вещества. Оттого и зелья на порядок действенней получаются. В них самих магии и нет совсем. Только целебные свойства растений и других компонентов. А ты их усиливаешь в несколько раз. Но это ли не магия? Парадокс! Господин будет доволен!

Действительно, уставший и измотанный после рейда по приграничным землям, Рей на себе испробовал одно из зелий полного восстановления. Чейт поступил хитро, в красках расписав, как, не щадя себя, борется с тварями благодетель и защитник, глава рода, Крейгсхарт Дискаменон. И восстанавливается после такой рубки несколько дней. И зелье, что готовил сам лекарь, лишь облегчало состояние, но вот должного эффекта от этого рецепта добиться так и не удалось. Уровень магии не тот. А вот если я попробую усилить его, то, кто знает…

Ну, конечно же, я переживала за Рея. И видела, в каком виде он проехал в ворота замка. Закопченный и помятый доспех, сгустки бурой гадости, налипшей на одежду, суровая складка над переносицей и осунувшееся лицо. Вдобавок прихрамывающий эээ… конь, — зверюга, на которой разъезжал демон лишь отдаленно напоминал земную лошадь. Скорее четвероногое чудище с полыхающим огнем глазами и клыками как у саблезубого доисторического тигра. — Так что проблем, чтобы всем сердцем пожелать Рею скорейшего выздоровления, не было.

Уже через пару часов посвежевший и помолодевший хозяин собрал всех приближенных на поздний ужин. Я также входила в этот список, поэтому оказалась за одним столом с хозяином дома и его гостями. Помимо Рхана, Чейта и Рийша присутствовали еще пятеро незнакомых демонов. Тоже высшие, вояки, внешностью чем-то неуловимо похожие. Мне представили их как Иллизара, Брандта, Эриха, Сулерма и Рокгорта Дискаменонов. Как оказалось, все младшие родственники Рея, костяк клана. Мужчины все видные, привлекательные, но во всем явно уступающие главе рода. От него исходила такая мощь и внутренняя сила, что не возникало ни малейшего сомнения, занимаемое место принадлежит ему по праву.

Почувствовав мой интерес, демоны также стали проявлять внимание. Сначала поедая взглядами, потом ухаживаниями, постоянно предлагая отведать то или иное блюдо, выпить вина, просьбами передать соль или соус. И даже молчаливое неодобрение Рея их не останавливало. Кто как, а я точно чувствовала накалившуюся атмосферу, и от этого волновалась еще сильнее.

— Довольно! — рявкнул Рей, — Леа, иди к себе. Ужин принесут в комнату. Чейт, проводи.

Я молча поднялась и последовала к выходу. Когда за нами захлопнулась дверь столовой, расслышала начало гневной отповеди, а в воздухе отчетливо запахло чужим страхом. Глотнув его, зябко поежилась. Чейт лишь нервно повел плечом.

— Госпожа Леа, вам стоит лучше контролировать эмоции, — в голосе низшего не было поучительности или злобы, только участие и желание помочь. — Не стоит всерьез рассчитывать на амулет. Сейчас его нет, и в будущем всякое может быть. Прежде всего нужно самой научиться справляться с даром. Контролировать его. От этого зависит ваша жизнь, а также жизни тех, кто вас окружает.

— Но как? Как это сделать?

— Самое простое — медитации. Любой маг начинает обучение именно с них. Это полное отрешение от реальности и погружение во внутренний мир. Поиск своего я, истока, оазиса. Того места, где всегда будешь в безопасности и откуда можешь черпать силы. Это источник. И каков он будет для тебя, сложно сказать. Магам в этом плане проще, их источники тождественны главенствующей стихии дара. Будь то пламя, вода, воздух или земля. Есть определенные методики, следуя которым одаренные осваивают первые шаги.

— Вы подскажете, как научиться этому контролю? Я ведь не делаю ничего особенного, и большинство эмоций просто не замечаю, не подозреваю о них. Вот что такого произошло за ужином?

— Хм, а ты не поняла? — за разговором мы дошли до покоев и остановились у входа. Я прислонилась к стене, обхватив плечи руками, поежилась. От холодного камня озноб прошел по коже. Магические фонари освещали лишь малую часть пространства, предметы, попадающие в зону видимости, отбрасывали причудливые тени. Даже стражники, застывшие статуями, казались чудовищами из детских страшилок. — Опиши, о чем думала в тот момент.

— Ну, мне было любопытно посмотреть на родственников Рея, — подавив внутреннюю дрожь, вымученно улыбнулась. Для Чейта мое состояние не было секретом. Он даже подался вперед, намереваясь то ли защитить, то ли согреть. Но я покачала головой и, вытянув руку, обозначила границу, которую не стоило пересекать. Демон покосился на подрагивающие кончики пальцев, едва касающиеся его груди, перевел взгляд на стражников, дружным жестом опустивших ладони на рукояти мечей, вздохнул и отступил, — еще обрадовалась тому, что восстанавливающее зелье помогло. И повар приготовил то нежное мясо с острым соусом, которое вчера так понравилось.

— Ага, — лекарь задумчиво пожевал нижнюю губу, — видишь ли, я почувствовал совершенно иное: радость, повышенный интерес, предвкушение наслаждения и легкое возбуждение с терпким привкусом страсти. Для мужчины такие знаки более чем понятны. Тем более что мы острее чувствуем запахи. В то время как ты получала удовольствие от полюбившегося блюда, я расценил это как желание женщины заполучить мужчину. Неважно, отчего ты испытываешь удовольствие или тот же страх, химия тела реагирует одинаково. И только по насыщенности эмоционального фона можно различить нюансы ощущений. Но кому нужно разбираться в подобных мелочах?

— Я поняла. Спасибо, Чейт, что проводил. Поздно уже. Пожалуй, лягу спать.

— А ужин? Ты толком ничего не съела!

— Не хочется уже. Да и время позднее. Доброй ночи!

Не дожидаясь Сцины, переоделась, наскоро ополоснулась и легла спать. Удивительно, что несмотря на волнения, отключилась сразу, как только голова коснулась подушки. Спустя какое-то время сквозь сон почувствовала крепкие руки, бережно поднимающие с кровати, секундное головокружение, будто кто-то перекрыл кислород, а после прохладный шелк простыней и жар горячего тела, приятно согревший спину. Тяжелая рука, чуть придавившая сверху, притянула к себе и замерла, по-хозяйски стиснув одно из полушарий груди. Шею опалило дыханием, которое довольно быстро выровнялось и стало размеренно-спокойным. Настолько, что и я провалилась в глубокий сон, чувствуя себя защищенной, нужной и чуточку счастливой.

Рассвет еще только угадывался на посветлевшем небе, когда сонную негу растревожили жадные прикосновения и поцелуи. Тело отозвалось раньше, чем вернулась способность соображать, а я осознала, что нахожусь в спальне Рея. Предрассветные сумерки, в которых слабо угадывались черты демона, сверкающие искры магии в его глазах, едва уловимая нежность в ласках, и страсть, заставляющая тела дрожать в предвкушении удовольствия. Я чувствовала, что Рей сдерживается изо всех сил. Что как бы ни хотел смять и подчинить своей воле, стиснуть в объятиях до хруста костей, вбиться на полную мощь и заклеймить поцелуями, просто не мог этого сделать. Что ему, как и мне, удивительно ощущать рождение чего-то большего, чем простой секс. Чего-то трепетного и интимного. Того, что делало нас целым, соединяя на ином уровне. Его, высшего демона, хозяина этих земель, и меня, простую человечку, пришедшую из другого мира. Буквально под кожу въедалось желание мужчины обладать и оберегать меня. Тогда как сама каждой клеточкой стремилась принадлежать и подчиниться. Но не потому, что Рей как-то воздействовал или принуждал, а потому, что это казалось правильным и естественным. Он мой идеал, защитник, глава семьи, смысл жизни, а я его хрупкая половина, его пара и часть души.

Как такое возможно? Почему и что из этого следует? — этими вопросами я задавалась уже после… оглушительной разрядки, когда мой стон и его рык слились в один голос. После нежных поцелуев и удивительной заботы, с которой демон укутал меня в одеяло. Казалось, приревновал к наглым солнечным лучам, что смело скользили по коже. После его чуть хриплого «спи моя маленькая эрите» и мимолетного касания губ. Наверное, Рей применил магию, потому что куча вопросов, готовых сорваться с языка, позабылись, и я послушно закрыла глаза, погружаясь в сон.

Амулет, блокирующий мои чувства для окружающих, изготавливался в течение месяца. И все это время я проводила либо в компании Чейта и Сцины, либо с Реем. Бывало, что он отлучался на два — три дня, но неизменно возвращался. И даже небольшая разлука делала наши встречи яркими, а дни и ночи насыщенными. Могу с уверенностью сказать, что этот период был самым счастливым. Рей называл меня «маленькая эрите», осыпал подарками и вниманием, окружил заботой и любовью. Чтобы не скучала в его отсутствие, разрешил Чейту заниматься со мной зельеварением, а также дал доступ в личную библиотеку. Под присмотром одного из приближенных, разумеется. Но я почти и не бывала там, поскольку труды, собранные за многие века, содержали в себе исключительно магические знания. И мне, не магу, в их изучении не было смысла. Развлекательной литературы тут не водилось совсем. А те книги и свитки со стихами или занимательными историями, что Рей привозил специально для меня, оказались, мягко говоря, примитивными.

Жаркое лето, в разгар которого попала на Дхаар, подходило к концу. Близился сезон дождей, во время которого земли превращались в расхристанные хляби. Довольно неприятный период и в то же время долгожданный. Твари Красной пустыни, как оказалось, также не жаловали непогоду, в следствие чего их активность значительно снижалась. Жители могли вздохнуть свободно, а защитники насладиться отдыхом и относительным покоем. Аристократия по большей части отсиживалась в замках, подсчитывая прибыль от продажи урожая, который к этому времени старались убрать с полей, устраивая балы и приемы. Другая же часть, как правило, высокородная и воинственная, стекалась в столицу и другие крупные города. Это было время для зрелищных состязаний между высшими демонами, где новички стремились показать себя, бравые вояки жаждали схлестнуться в схватке с достойным противником, и у самых-самых из них появлялась возможность бросить вызов арреям — лучшим воинам Темного эллерата. Насколько я знала, Рей десять лет подряд выигрывал состязания арреев и доказывал право на место по правую руку от эллерванга. И со слов Чейта, мог бы победить и его. Да только Дезварт Анилок больше не выступал в поединках, предоставляя Крейгсхарту право защищать его честь. Их последняя схватка закончилась ничьей и то, только потому, что Рей поддался. Не мог эллерванг проиграть. Все это понимали и делали вид, что не понимали причину, по которой Анилок не выходил против первого аррея. Согласно правилу, установленному с древнейших времен, арреи всегда бились до смерти. Проигрыш равноценен смерти. Тем не менее ежегодно находилась парочка самонадеянных глупцов, готовых рискнуть всем и бросить вызов самому Крейгсхарту Дискаменону. Трофейные клинки, добытые в таких поединках, украшали покои первого аррея и напоминали о славных победах.

— Это уже пятое приглашение Деза, — поморщился Рей, кидая свиток из вощеной бумаги и печатью с рогатым ликом на красном сургуче к стопке таких же документов.

Пока демон занимался делами, я всегда находилась поблизости. В данный момент, устроилась на двухместном диване, обитом кожей рейхала, и, придвинув поближе резной столик, занималась тем, что старательно счищала кожицу с местного яблока. Яблоком этот фрукт я прозвала за схожий вкус и сочную мякоть. На самом деле плод носил гордое название мельтор и представлял собой сильно вытянутый овал темно-вишневого цвета, покрытый жесткой тонкой скорлупой. Снималась она мелкими кусочками, что жутко нервировало, потому как вызывало стойкую ассоциацию с яичной. Мельторы можно было есть сырыми либо запекать на костре, а также некоторые умельцы делали из него слабоалкогольный мельторовый сидр.

Вообще, в плане ассортимента спиртного, Дхаар недалеко ушел от Земли. Здесь также произрастал виноград, на местном — лиранг, из которого делали прекрасные лиранговые вина. Из косточек и шкурок от плодов, переработанных особым способом, получали льяс, очень крепкий самогон, а уже из него, помещенного в веллорные бочки (веллор — аналог земного дуба), путем долгого настаивания в темном и холодном помещении, рождался любимый напиток высших демонов вельяж. Настолько подробными знаниями о виноделии я располагала потому, что именно Чейт, как отличный зельевар, на громадном самогонном аппарате перерабатывал лиранговый жмых в льяс и разливал его по бочкам, хранящихся в прохладных подвалах. Близость Красной пустыни делала климат приграничных земель сухим и жарким, а полноводная река Дисса, огибающая замок и протекающая через все владения Дискаменонов, обеспечивала плантации виноградников необходимой для роста и созревания влагой.

— И что означает это приглашение? — поинтересовалась я, раз уж Рей первым заговорил. Обычно он предпочитал работать в тишине, однако мое присутствие его не раздражало. Наоборот, со слов, было спокойнее и лучше думалось.

— Это означает, что нам придется переехать в столичный дом в Архшене, — ответил демон. Я вскинула удивленный взгляд, но не успела спросить о подробностях, как он добавил, — хотел отложить выезд до той поры, пока не будет готов амулет. Но Дез настаивает. Восточные ллеры сеют смуту и недовольство среди знати. Они считают, что преференции пограничные земли получают незаслуженно и опасность со стороны пустынных тварей сильно преувеличена. Грязные дхарги! Видите ли, лиранговые плантации не могут приносить богатый урожай, если мы подвергаемся постоянным нападениям. А то, что эта мерзость уничтожает целые деревни, им плевать. Нечисть не интересуют лирангники, она питается живой плотью. Это мои поданные, мои люди! — мужчина хлопнул кулаком по столу, отчего стеклянная чернильница тихонько звякнула. — Этим жадным уррам только дай лапу наложить на соседские земли. Мои вельяж лучший в обоих эллератах, а вина поставляются ко двору самого эллерванга.

— Может, мне лучше остаться здесь?

— Нет! — резко ответил Рей, — твое место рядом со мной. Лучше потороплю Суолка. Собирай вещи, завтра на рассвете отправимся в Архшен. Иди.

Когда демон говорил таким тоном, с ним лучше не спорить. Злился, когда кто-то ломал его планы. Пусть даже этот кто-то сам эллерванг. На пороге я запнулась, вспомнив об одной очень важной вещи.

— Что-то еще? — недовольно рыкнул хозяин.

— Рей, скажи, а я могу взять с собой Сцину? И Чейт… он тоже поедет?

— В столичном доме безупречно вышколенная прислуга. Нет нужды тащить с собой какую-то служанку. Чейт нужен здесь. Сбор урожая в самом разгаре, и он лично следит, чтобы ни одной лиранговой ягоды не пропало. С нами отправится Рхан и дакт воинов.

— Рей, пожалуйста! — опасение оказаться одной в незнакомом месте пересилило страх перед недовольством ллера, — прошу. К Сцине я уже привыкла, и мне будет не так одиноко в твое отсутствие.

— Хорошо! Будь по-твоему, — сдался Рей, — но учти, за любой проступок наказание последует в двойном размере.

— Спасибо!

От радости и переполнившего волнения, что выдержала непростой спор, сбилось дыхание. Даже Рей почувствовал, потому как судорожно втянул воздух и опалил потемневшим многообещающим взглядом. Я не так давно научилась определять состояние демона по глазам. Когда он спокоен, то они глубокого ровного серого цвета, но стоит разозлиться, то расширяющийся темный зрачок полностью закрывал радужку. Это очень схоже с моментом, когда мужчину охватывает желание, но там ни с чем не перепутаешь, потому как одновременно с этим выплескивалась мощная волна возбуждения и страсти, заставляющая трепетать каждую клетку. Впрочем, злость тоже содержит сильный посыл подчинения и ужаса. Хуже, когда в темных омутах начинают сверкать огненные искры магии, предвестники крайнего состояния демона и его готовность перейти в боевую форму.

Чтобы не провоцировать Рея, готового кинуться на меня прямо в кабинете, что уже пару раз случалось, выскользнула наружу и чуть не бегом помчалась в комнату. Только и успела, что сообщить Сцине новости и перевести дух, как с грохотом распахнулась дверь и на пороге возник хозяин замка. Я пискнуть не успела, как меня подхватили поперек талии и швырнули в открывшийся портал. Вывалилась прямо на кровать в хозяйской спальне, жутко кашляя и судорожно хватая ртом воздух. Никак не привыкну к этим переносам, во время которых перекрывается доступ кислорода в легкие. Однако Рей, явившийся следом, не дал опомниться, с рыком раненого зверя принялся сдирать одежду. И очень скоро рваное дыхание, и стоны мы разделили на двоих.

— Никогда не смей убегать от меня, — прошептал он, властно прижимая к себе. Ему нравилось, когда я практически лежала на нем, обвив руками и ногами мощное тело. Нравилось перебирать пальцами мои волосы, зарываться в них носом и вдыхать запах. Ласкать грудь, стискивая так, что я охала от боли. Выводить узоры на коже и ловить малейшую реакцию на свои действия. — Глупенькая. Разве ты на самом деле сможешь убежать? От высшего демона? Только разозлишь и растревожишь охотничьи инстинкты.

— Прости, я думала, что у тебя полно работы и не хотела отвлекать.

— Отвлекла уже. И теперь ни за что не выпущу из спальни, пока мы еще пару раз не повторим… ммм, — его губы нашли мои и с жадностью первооткрывателя принялись их исследовать. А руки вновь зажили отдельной жизнью и с удвоенной энергией заскользили по коже, сминая ее пальцами и сжимая будто пластичную глину.

Безумие тел продолжалось весь остаток вечера и ночь. Не засни я сразу после очередной бурной разрядки, возможно, затянулось и до утра. Рей будто хотел насытиться впрок, и вспыхивал страстью снова и снова. Но я все же человек и не способна выдерживать такие нагрузки. Организм просто отключился, и я проспала до тех пор, пока меня не разбудила Сцина. Мышцы и каждая клетка снова гудели так, будто попали под каток. Укусы и царапины, щедрой россыпью украшающие тело, нещадно саднили и ныли. Непонятно, с чего демон так сорвался, когда последние две недели после наших ночей сносно себя чувствовала и даже восстанавливающими зельями не пользовалась. А тут пришлось применить полный комплекс средств, а потом еще и Чейта просить о помощи.

Что удивительно, Рей ни разу не заикнулся о том, что причинял боль, не извинился. Да и ощущения самой вины за ним не замечала. Наоборот, моя физическая слабость его раздражала. Иначе, почему неизменно исчезал по утрам, оставляя на попечение лекаря и служанки? Было обидно. Вот только любая попытка завести разговор об этом заканчивалась постелью, потому что демону хватало лишь намека, чтобы вспыхнул и загорелся страстью. А там уже забывала обо всем. Отдаваясь во власть бушующих эмоций, теряла себя, абсолютно не различая, от чьего желания, моего или Рея, обоим сносит крышу.

После завтрака, во время которого хозяин замка был немногословен, а его гости выглядели хмурыми и помятыми, мы отправились в столицу. Заранее собранные вещи и мою служанку демон переправил стационарным порталом, соединяющим его владения. Меня же ждали надежные руки, крепко прижимающие к себе во время перехода, и знакомое головокружение с тошнотой и кашлем, разрывающим грудную клетку.

Глава 9

Что и говорить, новый дом отличался роскошью и помпезностью. По форме напоминал треугольник, вершины которого венчались круглыми башнями. Белоснежный камень искрился на солнце, устремленные вверх шпили придавали воздушности и легкости массивному строению. Основательное, с надежными крепкими стенами, и в то же время вычурное за счет обилия портиков, колонн и кариатид. Глухой забор, полностью опоясывающий дом и прилегающие земли, венчали кованые ворота. Мраморными изваяниями у входа застыли фигуры могучих животных, отдаленно напоминающих земных тигров.

Внутренний двор, куда мы перенеслись, был пустынен. Безупречно подстриженная трава зеленым ковром укрывала лужайку, которую разрезали выверенные линии мощеных дорожек. Широкая аллея с раскидистыми деревьями, в тени которых установлены резные скамейки, раскинулась по обе стороны от зеленой площадки. Почти по центру располагалась каменная белоснежная беседка с купольной крышей. По всей поверхности ее опоры и стенки обвивало плетущееся растение с крупными ярко-красными цветами. С трех сторон двор опоясывал дом, а четвертая пологим спуском уходила к зеркальному прудику. Красота!

Едва отдышавшись, изумленно уставилась на это великолепие. После суровых видов замка, такой пейзаж казался нереальным, искусственным и в то же время живым.

— Нравится? — прошептал Рей, обнимая за плечи.

— Да, очень! Но это… все настоящее? — я поняла, что еще, помимо картинной красоты и идеальной лужайки, поразило больше всего. Тишина. Вокруг царила просто идеальная тишина, не нарушаемая ни гомоном птиц, ни шевелением ветра, ни мелким жужжанием насекомых. Ничего этого не было. Абсолютно.

— Мама очень любила это место. Все, что ты видишь здесь, ее заслуга, — казалось, угадал мысли демон и снизошел до объяснений, — но она категорически не терпела посторонних, ненавидела шум и тех, кто его производил. Поэтому помимо внешнего контура защиты, в доме установлен дополнительный купол, отсекающий посторонние звуки. Лужайка очищена от живности, и ее состояние поддерживается обыкновенной бытовой магией. Здесь никогда не припекает солнце, в тени властвует прохлада и, подстраиваясь под желания хозяйки, гуляет освежающий ветерок.

— Эмм… очень необычно, но мне нравится, — поспешила заверить хозяина дома, потому как он явно ожидал моей реакции. — Ты поэтому сразу сюда нас переместил? Чтобы показать это?

— Отчасти, — даже не видя лица мужчины, стоящего за спиной, поняла, что тот улыбается. — Я родился и вырос здесь. Не представляешь, сколько было шума и криков, когда притаскивал с улицы какое-нибудь насекомое или животное. Сколько раз меня наказывали за… а, ладно, — наверняка это нахлынули воспоминания. Иначе, почему вокруг Рея сгустились тучи, а мои волосы взметнул внезапно налетевший ветер? — Пойдем в дом, посмотришь комнату, освежишься с дороги.

Безупречно вышколенные слуги в ало-золотой униформе скользили по дому невидимыми тенями. Рей представил мне управляющего Ройсо, велев тому исполнять любые пожелания. Я удостоилась мимолетного взгляда и легкого наклона головы. Ни слова, ни грана любопытства или других эмоций. Что очень странно, я еще никогда не встречала демонов, которые бы настолько хорошо владели собой.

Перепуганную Сцину обнаружила в комнате. Она не смела головы оторвать от пола, и ее потряхивало от беззвучных рыданий.

— Что случилось? На тебе лица нет! Тебя кто-то обидел? — усадила девушку в кресло, укрыла сдернутым с кровати покрывалом, сунула в руки стакан с водой. Сама устроилась по-соседству.

— Н-ни-чего. В-все хорошо, — врать Сцина не умела. Об этом свидетельствовали синие пятна, проступившие на красной коже. Люди краснели, смущаясь или волнуясь, а демоны, вот синели или багровели. А волновалась служанка сильно, боялась чего-то, переживала. Не нужно быть знатоком эмоций, чтобы это понять.

— Не бойся. Ты можешь рассказать. Это Ройсо, да?

Сцина не ответила, но по тому, как дернулась от его имени, и так догадалась.

— И чего он хотел?

— У-учил п-правильному п-поведению.

— Как? Он бил тебя? Запугивал? Издевался? Я так этого не оставлю! — возмущение захлестнуло с головой. — Какой-то низший. Как он посмел? — осеклась, сообразив, как это звучит. Особенно из уст той, кого здесь считают человечкой. — Я пожалуюсь Рею.

— Нет! Госпожа Леа, не надо! — Сцина сползла с кресла, бухнулась на колени, и вцепилась в мою руку. — Только хуже будет. Не надо.

— Послушай, я…

— Госпожа Леа, ллер Крейгсхарт просит вас срочно явиться в кабинет. Я провожу.

От незнакомого почти механического голоса, раздавшегося за спиной, дернулась, будто током ударило. Медленно обернувшись, увидела замершую посреди комнаты служанку. Она безучастно смотрела в пол, не выражая никаких эмоций. А вот меня от них просто распирало.

— Кто такая? Как оказалась здесь?

— Меня зовут Ронда, госпожа. Я ваша личная служанка, — при этом девушка одарила Сцину презрительным взглядом, выражающим полное превосходство над ничтожной низшей, посмевшей занять ее место. Я даже на секундочку ощутила бурю чувств, бушующих за фасадом спокойствия. И это мгновенно отрезвило.

— Сцина — моя личная служанка, а не ты, — огрызнулась я. — И это ей позволено входить в любое время суток. Если еще раз посмеешь ворваться в мои покои, пугать или указывать, что делать, будь уверена, Рей об этом сразу же узнает.

— Госпожа Леа, — ни одни мускул не дрогнул на лице, доказывая безупречное владение собой, — желания хозяина — закон. Он позвал вас, и я выполню поручение, чего бы это ни стоило.

— Ах, вот как? — демонстративно уселась в кресло, сложила руки на груди, — да я с места не сдвинусь! И как же ты намереваешься выполнить поручение?

— Я? Вы… — демоница вспыхнула. Маска равнодушия слетела в одно мгновение. — Но как же? Воля хозяина — закон! А вы, что же… — она жадно ловила ртом воздух, чуть не дымилась от возмущения, тогда как глаза метали молнии.

Ну вот, — отметила с каким-то злорадным удовлетворением, — не все тут, оказывается, безразличные амебы. Вон как завелась!

— Л-леа! — портал, из которого шагнул демон, раскрылся посредине комнаты, — ты заставляешь себя ждать! Что случилось?

Уверена, Рей сразу сообразил, что тут происходит, но сделал вид, что это его не касается. Подумаешь, какая-то низшая трясется от страха, а вторая, так просто умирать приготовилась. Побледнела вся, позеленела. Тьфу, то есть посинела. Стала багровой в фиолетовую крапинку. А я? А мне вот жалко ее стало. Но за то, что Сцинку обидела, пусть помучается. Вот, не буду заступаться! Или буду? Черт! Дура же добродушная.

— Прости, дорогой! — улыбнувшись, легко подскочила с кресла и подошла к мужчине. Обняла за талию и прижалась к груди, — место новое и слуги тоже. Мы просто знакомились. А Ронда сказала, что ты меня ждешь. Ты ведь ждал, правда? — задрав голову, посмотрела в глаза. — Не будешь сердиться? Нет? Покажешь дом? Тут есть библиотека?

Рей хмыкнул, давая понять, что не поверил в устроенный спектакль. Да и как тут поверишь, если эмоции говорили сами за себя? Но рядом с демоном проблемы и горести отходили на второй план. Я млела от близости его тела, тонула в грозовых озерах глаз и вспыхивала томительным предвкушением от каждого прикосновения.

Ну, разве так можно реагировать? Даже воздух искрит, когда мы в одном помещении. А демоны? Сцина уже привычная, Ронду же, как мешком пыльным пришибли. Вон как задышала, немаленькая грудь ходуном заходила, глазки масляными стали, и пятнышки ровным оттенком на щеках засинели.

— Брысь! — грозно шикнул Рей на служанок, и обеих, как ветром сдуло. Слаженно так, будто всю жизнь тренировались. — Предлагаю начать осмотр дома со спальни, — это уже ласковое, с хрипотцой в голосе, мне.

Спальню осматривали до обеда, потом настал черед кабинета и библиотеки. Хотя там я лишь присутствовала рядом с демоном, знакомилась с книгами по хозяйству. Не особо интересное времяпрепровождение, но все лучше, чем сидеть без дела, пока Рей погряз в бумагах и отчетах. Одних только писем штук сто или двести. Плюс вестники, вспыхивающие один за другим, доставляя приглашения на встречи либо срочные послания. После прочтения одного такого, явившегося в виде хищной птички с внушительным набором зубов, Рей смачно выругался и резким движением отшвырнул пернатого в сторону. Золотистый посланник с хрустом впечатался в стену, жалобно пискнул и сполз на пол. Механические части вестника продолжали работать, отчего тот забавно перебирал лапками и щелкал зубастым клювом, а вот крылышки висели безвольным грузом, изломанные и перебитые у основания.

— Рахт агнагар! Уррский выкормыш! Отрыжка пустыни! Леа, иди сюда! Быстро!

Вздрогнув от неожиданности, тем не менее выполнила просьбу-приказ. И едва подошла, Рей резко дернул к себе, усадил на колени, обнял, стиснув до хруста, и, зарывшись носом в волосы, часто задышал. Вот точно подушкой антистресс себя почувствовала. Как же он раньше справлялся? Впрочем, это риторический вопрос. Гнев демон выплескивал на низших или же на тварях Красной пустыни.

Вспышка злости постепенно ослабевала. Демон заряжался спокойствием и приходил в себя. Сердце уже не колотилось, как сумасшедшее, объятия сделались нежнее, дыхание выровнялось. Только я уже успела испугаться. Проступившая броня даже через одежду больно впилась в кожу. Когти, стиснувшие плечо, выглядели жутко, как и сама лапа, покрытая наростами и острыми гребнями, венчающими каждый сустав. Помнится, Чейт говорил, Рей способен принимать боевой облик, и те, кто это видел, никому уже ничего не расскажут.

А видела ли я? — на секундочку прикрыв глаза, обнаружила, что руки у мужчины вполне обычные. Очень даже красивые, загорелые, с тонкими и сильными пальцами, аккуратно подстриженными ногтями. На внутренней части ладони кожа грубее. Но это норма для того, кто владеет мечом в совершенстве. И уж я точно знала, какими нежными могут быть эти руки.

— Тебе не нужно бояться, — стальная хватка исчезла, а мое лицо оказалось в плену ладоней, вынуждая смотреть прямо в грозовые озера, — даже в крайней степени гнева я не причиню вреда. Но мой тебе совет, постарайся совладать со страхом и никогда не убегай, иначе… — по губам Рея скользнула многообещающая улыбка, — кто-то рискует быть пойманной и наказанной. Мне не нравится, что после этого приходится прибегать к услугам Чейта. Это единственный мужчина, которого готов терпеть рядом с тобой. Остальных же…

Я судорожно сглотнула, отметив, как расширились зрачки демона, заполняя черным радужку, а в самой глубине яркими искрами вспыхнуло пламя. Жутко, и в то же время завораживающе. В такие мгновения особенно остро ощущала, что рядом со мной не человек, а смертельно опасное существо.

Слова Рея не сразу, но дошли до моего сознания. Из того, что успела узнать о демонах, следовал пугающий до пустоты в животе вывод: я вошла в самый ближний круг. Очень немногие удостаивались чести, когда высший привязывался и доверял кому-то настолько, что мог контролировать агрессию даже в боевом облике. Ближний круг составляла семья демона, супруга и дети, да и то женщина должна стать истинной парой, заключивший пожизненный брак. А дети, как только подрастали, стремились к самостоятельности и отдалялись от родителей.

Робкий лучик надежды, что стала чем-то большим и значимым для Рея, согрел сердце и развеял страхи. Я чувствовала искренность, непоколебимую уверенность и даже толику удивления и беспокойства. Скорее всего, и для Рея такое стремительное сближение в новинку. Отсюда постоянное желание держаться поблизости, ненасытность в постели и много чего еще, что не передать словами. Я просто знала, что нужна ему. Как воздух или магия, без которых Высшие демоны не смогли бы существовать.

— Кто бы знал, как хочется схватить тебя в охапку и вернуться в замок! — обдав горечью эмоций, признался демон. Едва сдерживаемая ярость, которая лишь недавно улеглась, вспыхнула с новой силой. — Постараюсь уладить проблемы и вернусь к вечеру. Осмотри дом. В библиотеке должно быть полно развлекательных книжек. Ллера Дискаменон испытывала слабость к слезливым историям. Ну а вечером… — волна желания, хлынувшая от Рея, прокатилась горячей лавой, — грр, как же я тебя хочу! Все! Уходи. Иначе пошлю всех к дхаргам.

Перехватив дыхание подчиняющим, сминающим губы, поцелуем, Рей раскрыл портал и резким броском зашвырнул меня в него. Мявкнуть не успела, как вывалилась прямо на кровать в комнате, чем изрядно напугала Сцину, примостившуюся на самом краешке. Пока прокашлялась, пока угомонились разбушевавшиеся гормоны, служанка набрала горячую ванну и распорядилась насчет легкого перекуса. Воздушные пирожные, спелая гроздь лиграна и мельторы после ванных процедур оказались весьма кстати. Поправиться на сладостях я не боялась, ночи с Реем сжигали такое количество калорий, что ни один фитнес не способен убрать. И это притом, что кормили здесь на убой.

На ужин Ронда пригласила в малую столовую, но я отказалась, предпочитая спокойно поесть у себя, нежели давиться каждым куском под взглядами Ройсо, доверенных лиц и слуг. Почти до полуночи прождала Рея, но он так и не пришел. Не было его и за завтраком, и за обедом. Отсутствовал весь день и следующую ночь. Так бывало, когда он уходил охотиться в Красную пустыню или приграничные земли. Но в столице? Видимо, хищники тут поопаснее будут. Тревожно стало на третий день, когда приехал Иллизар Дискаменон, младший родственник Крейгсхарта, с категоричным распоряжением никого не впускать в дом и перейти на осадное положение.

О, да! Тут, оказывается, возможно и такое. Тяжелые ставни закрыли окна первого этажа, на втором и третьем их заменили коваными решетками, которые словно шипы, выросли прямо из стен. По всей протяженности высокого забора активировали силовой купол, который на солнце переливался, словно мыльный пузырь.

— Что это значит? — задала волнующий вопрос Иллизару, с которым встретились только за обедом. Все остальное время проводила в комнате в компании Сцины, Ронды и внушительной стопки любовных романов. Редкие прогулки по внутреннему дворику проходили под усиленной охраной из десятка молчаливых слуг, во внешности и поведении которых все кричало о том, что это матерые воины.

— Ничего такого, о чем вам, госпожа Леа, стоило бы беспокоиться, — с улыбкой ответил демон.

Ага, он всегда улыбался, уводя разговор в сторону или просто отшучиваясь. Внешне Иллизар лучился оптимизмом и спокойствием. Не чувствуй я той бури эмоций, что скрывалась за вполне привлекательным фасадом, может, и поверила бы. Но тут только слепой не увидел, назревали серьезные проблемы.

— То есть, — я тоже умела мило улыбаться, — вот это все, — кивнула на решетки и вытянувшихся у стен стражей, — по-вашему, ничего? Вы, господин Ройсо, тоже так считаете? — это уже управляющему, который хмурой тучей присутствовал на каждом приеме пищи в малой столовой, будь то завтрак, обед или ужин.

Хорошо, что от меня не требовали подобного, а то давно хотелось разобраться, чем ему не угодила Сцина. Повезло, что они с Рондой нашли общий язык и просто поделили обязанности между собой. А вот то, что над девушкой издевались, до сих пор простить не могла. Останавливало только длительное отсутствие Рея и неизвестность. Конечно, он оставил конкретные распоряжения насчет меня, но, что если с ним что-нибудь случится? Иллизар здесь зачем, для моей охраны? Почему именно он? Впрочем, выбор в пользу этого Высшего был очевиден: он менее всех реагировал на мое присутствие. Еще тогда, в замке. Неужели, Рей проверял их, заранее выбирая, кому доверит мою жизнь? Соглашусь, из той пятерки Иллизар самый спокойный и адекватный. И сейчас при общении не чувствовала похоти в мыслях или жажды убийства. Но! Низшие в этом доме тоже обладали недюжинной выдержкой. Случись так, что демон просто хорошо себя контролирует или использует амулеты, то его выдержка, яйца выеденного не стоит. Всего лишь раз застала врасплох и перехватила взгляд, в котором полыхало пламя нешуточного желания, и этого хватило, чтобы держаться от Иллизара подальше и свести контакты к минимуму. Да только новости о Рее беспокоили гораздо больше каких-то там пошлых намерений демона.

— Ллер Крейгсхарт сейчас в северных доменах усмиряет взбунтовавшуюся знать, — ответил Иллизар, — подозреваем, у бунтовщиков есть союзники в столице, потому дом и переведен на осадное положение. Поверьте, для беспокойства повода действительно нет. Все северные ллеры вместе взятые в подметки не годятся главе Дискаменон, — правильно оценил причину тревоги высший, — а меры безопасности приняты во всех владениях нашего рода. Мы не исключение. К слову, Брандт, Эрих и Рокгорт направились в опорные крепости приграничных земель, а Сулерм руководит обороной родового гнезда Дискаменон. Это необходимая мера предосторожности. Важно, чтобы во главе стояли те, в ком течет кровь нашего рода.

И вроде бы слова Иллизара должны успокоить. Из разговора Сцины и Ронды, которая оказалась той еще болтушкой, узнала, что не без основания слуги тут задирают нос и смотрят свысока. Защита дома ничуть не уступала дворцовой, которую Рей и помогал устанавливать, а мужская половина обслуги сплошь элитные воины. Тот же Ройсо служил первым дактором. Ага, вместе с Рханом из замка они были личными телохранителями Рея во времена кровавых войн и переворотов. Это, кстати, объясняло угрюмость управляющего. Он привык к битвам, хлещущему через край адреналину и смертельным опасностям, а вынужден прозябать управителем, погрязшим в быту и бумажках. Для кого-то из низших, тепленькое место в доме первого аррея считалось лакомым куском и недостижимой мечтой. А для Ройсо — затянувшейся пыткой и изощренным наказанием. Тот же Рхан отрывался в походах и при нападении нечисти, дрессировал молодняк и держал в страхе обитателей замка. В Архшене таких вольностей не было, да и слуги-вояки знали свое дело и вели себя безупречно. Однако тревожное предчувствие не отпускало. Наоборот, с каждым мгновением росло ощущение чего-то неотвратимого. Самое поганое заключалось в том, что не могла как-то повлиять на ситуацию. Ничего не оставалось, кроме как, ждать и бороться с внутренними страхами.

Глава 10

Это случилось на третий день вынужденного затворничества. После того разговора за обедом, я питалась исключительно в своих покоях в компании служанок. Дважды в день под охраной из пятерки слуг выходила на прогулку, а все остальное время проводила в библиотеке или кабинете Рея. Хорошо, доступ туда не ограничивали. Да и какой смысл, если важные сообщения хозяин дома получал лично, а повседневную почту либо счета мог вскрыть только тот, кому они предназначены?

Выбор женских романов был огромен, но сюжеты в них повторялись и не блистали лихо закрученными интригами или накалом событий. А весь амур-лямур напоминал об отсутствии Рея и вгонял в невыносимую тоску. Потому-то и обрадовалась, обнаружив детские книжки по магии. С яркими картинками, написанные доступным языком, подробно разжевывающие каждый шаг будущего мага, они стали настоящим открытием. Конечно, при моей бездарности глупо рассчитывать на какие-то успехи в этой области, но знания основ никому не помешают. Тем более что существовали такие разделы, в которых требовались серьезные навыки в расчетах, пространственное мышление и еще много чего, что дети на Дхааре постигали десятилетиями и продолжали учиться, будучи уже вполне состоявшимися демонами. Базовые заклинания состояли из геометрических фигур, которые начинающий маг рисовал сначала на пергаменте, затем воспроизводил в мыслеформе и только потом наполнял силой. Сложность заключалась в том, чтобы настолько четко рассчитать вливаемую энергию, чтобы на выходе получилось именно то, что задумано, а не пшик или, того хуже, большой бум. Вот эти самые расчеты меня и увлекли. Для человека, у которого за плечами средняя школа и училище, задачки по алгебре и геометрии за пятый шестой класс не представляли никакой сложности. Решение подобных примеров приравнивалось тут к редким способностям, а уж сложные схемы заклинаний — это высший уровень знаний архимага.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Темный эллерат

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Демоны моих желаний предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я