Надрез
Марк Раабе, 2012

На глазах маленького Габриэля застрелили его родителей. Власти обвинили в убийстве мальчика. Все, что ему оставалось, – забыть прошлое и начать жизнь с чистого листа. Но много лет спустя таинственный безумец похищает его подругу. Габриэль понимает: теперь ему придется вспомнить прошлое, чтобы спасти девушку и выжить самому.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Надрез предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

© Ullstein Buchverlage GmbH, Berlin, 2012

© Тrevillion.com / Felicia Simion, обложка, 2016

© Hemiro Ltd, издание на русском языке, 2016

© Книжный Клуб «Клуб Семейного Досуга», перевод и художественное оформление, 2016

* * *

Посвящается Майкэ

Мы сами — дьявол свой, и целый мир Мы превращаем в ад[1].

Оскар Уайльд

1979

Пролог

Западный Берлин, 13 октября, 23: 09

Габриэль стоял в дверном проеме и всматривался в темноту. Из коридора на лестницу, ведущую в подвал, проникал свет, но кирпичные стены словно впитывали его.

Габриэль ненавидел этот подвал. Особенно он пугал мальчика ночью. Конечно, неважно, светло снаружи или темно. В подвале всегда царила ночь. Но днем можно было сбежать от этой темноты, укрыться в саду, выбраться на солнечный свет. А ночью темно было повсюду, и на улице тоже, и в каждом углу таились призраки. Призраки, которых не видел никто из взрослых. Призраки, которые только и ждали, как бы вонзить когти прямо в затылок маленькому мальчику. Габриэлю было всего одиннадцать лет.

Подвал пугал его, но он не мог отвести взгляда и как зачарованный смотрел вниз, где свет угасал.

Дверь!

Она была приоткрыта!

Между темно-серой стеной и дверью зияла черная щель. А за дверью — лаборатория, темная, как «Звезда смерти» Дарта Вейдера.

Сердце часто-часто забилось в груди. Габриэль рассеянно вытер вспотевшие руки о пижаму — это была его любимая пижама, на груди красовался Люк Скайуокер из «Звездных войн».

Черный проем высокой двери притягивал его, точно по волшебству. Мальчик медленно опустил босую ногу на лестницу. Шероховатая деревянная ступенька предательски скрипнула. Но Габриэль знал, что они его не услышат. Родители ссорились, закрывшись в кухне. Ужасная ссора. Куда страшнее, чем обычно. И Габриэля это пугало. «Хорошо, что Дэвид этого не слышит», — подумал он. Хорошо, что он позаботился о безопасности младшего братика. Дэвид бы расплакался.

И все-таки сейчас хорошо было бы оказаться здесь не в одиночестве. В этом подвале с призраками. Габриэль сглотнул. Щель в двери, черная, как врата преисподней.

«Посмотри, что там! Люк бы посмотрел».

Отец пришел бы в ярость, если бы застал здесь Габриэля. Лаборатория была папиным секретом. Надежная, как крепость, с металлической дверью. Черный дверной глазок поблескивал. Никто и никогда не входил в эту лабораторию. Даже мама.

Габриэль ступил на бетонный пол подвала и зябко поежился. Деревянные ступени лестницы были такими теплыми, что пол показался ему ледяным.

«Сейчас или никогда!»

И вдруг с первого этажа донесся грохот. Звук исходил из кухни — та располагалась прямо над подвалом. Словно стол протащили по кафельному полу. Габриэль подумал, не вернуться ли ему. Мама осталась там с папой совсем одна, а мальчик знал, каким страшным бывал отец в гневе.

Но затем он вновь взглянул на приоткрытую дверь. Может быть, больше не представится такого шанса.

Когда-то он уже спускался в подвал, года два назад. Тогда отец забыл закрыть верхнюю дверь на засов. Габриэлю было девять лет. Он долго стоял в коридоре и смотрел вниз. Любопытство победило, и он спустился по лестнице. Он боялся призраков, но не решился включить свет и шел в полной темноте.

И дверной глазок вдруг вспыхнул красным, точно око сказочного чудовища.

Тогда мальчик бросился бежать со всех ног, к Дэвиду, в детскую, под одеяло.

Но теперь ему уже исполнилось одиннадцать. И он вновь стоял перед этой дверью. Но око чудовища не вспыхнуло. Дверной глазок оставался черным, холодным, мертвым. В слабом свете в глазке отражались стены подвала — и сам Габриэль. Чем ближе он подходил, тем больше казалось его лицо.

Но почему тут так отвратительно пахнет?

Осторожно ступая по бетонному полу, он вдруг коснулся босой ногой чего-то влажного, рыхлого. «Рвота. Это рвота!» Так вот почему тут так воняет. Но почему кого-то стошнило именно здесь?

Превозмогая тошноту, мальчик вытер ступню о сухой пол, но между пальцами что-то застряло. Ему отчаянно хотелось взять носовой платок или мокрую тряпку и вытереть ногу, но лаборатория была важнее. Габриэль протянул руку, опустил пальцы на дверную ручку, осторожно открыл дверь чуть шире и юркнул в темноту. Его окутала странная тишина.

Как в могиле.

В нос мальчику ударил едкий запах химии, как на кинофабрике, куда папа как-то отвел его после съемок.

Сердце выскакивало из груди. Оно билось так быстро, так громко. Габриэлю захотелось оказаться подальше отсюда, рядом с Дэвидом, под одеялом.

«Люк Скайуокер ни за что не стал бы прятаться под одеялом».

Пальцы левой руки потянулись к стене. Мальчик, дрожа, искал выключатель, но боялся нащупать что-то другое. Что, если они прячутся здесь, эти призраки? Вдруг они схватят его за руку? Вдруг он случайно сунет чудовищу руку прямо в пасть — и зубы сомкнутся на запястье?

Вот оно! Прохладная пластмасса.

Он нажал на кнопку выключателя, и под потолком вспыхнули три красные лампы. Комнату залило странным багровым светом.

Все вокруг казалось красным, как в животе у чудовища.

По спине у Габриэля побежали мурашки. Он застыл на пороге лаборатории, словно впереди пролегла невидимая граница, которую он не хотел переступать. Прищурившись, мальчик внимательно осмотрелся.

Лаборатория оказалась куда больше, чем он думал: три метра в ширину и семь в длину. Прямо перед ним висела плотная штора из черного мольтона. Кто-то сдвинул ее в сторону.

Под бетонным потолком протянулась бельевая веревка, на ней были развешаны фотографии. Часть из них сорвали и бросили на пол.

Слева стоял фотоувеличитель, справа вдоль стены тянулись полки с оборудованием. Габриэль удивленно распахнул глаза: он узнал кино-и фотокамеры «Аррифлекс», «Болье», «Лейка» и другие, поменьше. В журналах, громоздившихся в папином кабинете на первом этаже, много писали о таких камерах. Когда папа выбрасывал журнал, Габриэль доставал его из мусорного ведра, прятал под подушку и перед сном читал под одеялом, подсвечивая себе фонариком, пока не начинали слипаться глаза.

Рядом с камерами лежал с десяток объективов, некоторые были длинными, точно ствол ружья; рядом — мелкие фотоаппараты, глушители для моторов камер, позволявшие записывать чистый звук, 8-и 16-миллиметровые кинопленки, стопка из трех кассетных видеомагнитофонов, четыре монитора и наконец две новенькие видеокамеры. «Пластиковая дрянь», — ругал их папа. Но Габриэль как-то прочитал в одном из папиных журналов, что этими новыми видеокамерами можно снимать почти два часа, не меняя пленку, — невероятно! К тому же «пластиковые дряни» не шумели, как кинокамеры, а вели запись беззвучно.

Габриэль восторженно обозревал эти сокровища, его глаза блестели. Ему так хотелось показать все это Дэвиду! При мысли об этом встрепенулась его совесть. В конце концов, находиться тут опасно. Нельзя приводить сюда Дэвида. К тому же братишка уже наверняка спит. Он правильно поступил, заперев дверь в комнату.

И вдруг опять что-то громыхнуло. Габриэль испуганно оглянулся. Но в подвале никого не было. Ни родителей, ни призраков. Мама и папа все еще скандалили в кухне.

Мальчик снова обвел взглядом лабораторию, эти сокровища. «Иди сюда», — словно шептали они. Но Габриэль все еще стоял на пороге, у шторы. Страх не отпускал. Он еще мог вернуться. Он ведь увидел лабораторию, зачем ему входить туда?

«Одиннадцать! Тебе уже одиннадцать! Ну же, не будь трусом!»

А сколько лет было Люку?

Поколебавшись, Габриэль шагнул внутрь. Шаг, еще один.

Что же это за фотографии? Нагнувшись, мальчик поднял с пола снимок и всмотрелся в размытое зернистое изображение. К горлу подступила тошнота, внизу живота как-то странно засосало. Он поднял взгляд на фотографии на бельевой веревке. Снимок прямо над его головой притягивал взгляд, точно магнит. Мальчика бросило в жар, щеки побагровели — стали красными, как и все в этой комнате. И в то же время ему было не по себе. Это выглядело таким… настоящим… или это актеры? Будто в фильме! Эти колонны, стены — как в средневековье. И черные наряды…

Он наконец заставил себя отвернуться, и его взгляд упал на развороченные груды оборудования на полках, на видеомагнитофоны. На их боках поблескивал крошечный логотип фирмы — «JVC». Нижний магнитофон был включен, на зеркальной панели светились цифры и значки. «Как в “Звездных войнах”, в кабине космического корабля», — подумал он.

Рука Габриэля точно сама потянулась к магнитофону, палец нажал на кнопку. Мальчик вздрогнул, когда внутри магнитофона что-то громко клацнуло. Еще раз и еще, потом послышалось жужжание моторчика. Кассета! В магнитофоне была кассета! Щеки Габриэля горели. Он быстро нажал еще на одну кнопку. Опять послышались щелчки — и по монитору рядом с магнитофоном побежали полосы. Изображение дрогнуло — и выровнялось. Размытое, с нечеткими цветами, странное — будто окно в другой мир.

Габриэль невольно подался вперед — и отпрянул. Во рту у него пересохло. То же изображение, что и на снимке! То же место, те же колонны, те же люди, только теперь они двигались. Он хотел отвернуться, но не мог. Вдохнув затхлый воздух подвала, он, сам того не замечая, задержал дыхание.

Образы пронзали его сознание, словно молнии, а он ничего не мог с этим поделать, не мог отвернуться, мог только смотреть.

Нож взрезал черную ткань платья.

Светлый треугольник на белоснежной коже.

Спутанные длинные светлые волосы.

Хаос.

И еще одно движение ножа — яростное, резкое. И словно нож вонзился Габриэлю в живот, его затошнило, все вокруг начало вращаться. Зловеще мерцал экран монитора. Дрожа, мальчик нажал на кнопку.

Прочь отсюда! Скорее!

С глухим «вввумп» картинка съежилась и исчезла, точно в мониторе образовалась черная дыра, как в космосе. Звук пугал и в то же время успокаивал. Габриэль посмотрел на темный экран — там отражалось его побагровевшее лицо, будто на него взирал испуганный призрак.

«Только не думай об этом! Только не думай об этом»

Он взглянул на фотографии, на беспорядок в лаборатории — все, что угодно, лишь бы не смотреть на монитор.

«Чего ты не видишь, того нет!»

Но оно было. Где-то там, в мониторе, в той черной дыре. Из видеомагнитофона донесся тихий скрежет. Габриэлю хотелось зажмуриться — и открыть глаза где-нибудь в другом месте, проснуться. Неважно где. Только не здесь. Он все еще стоял перед своим призрачным отражением в мониторах.

И вдруг мальчика охватило жгучее желание увидеть что-нибудь красивое — или просто что-нибудь другое. Словно повинуясь своей внутренней воле, его рука потянулась к другим мониторам.

«Вумп». «Вумп». Два экрана вспыхнули. Два размытых изображения постепенно приобрели четкость, к красному свечению в лаборатории прибавилось голубоватое мерцание. На одном экране был виден коридор и открытая дверь в подвал, на лестнице царила тьма. На втором — кухня. Кухня… и его родители. Из динамиков доносился голос отца.

Габриэль широко распахнул глаза.

«Нет! Пожалуйста, не надо!»

Отец ударился о кухонный стол. Ножки стола со скрежетом проехались по кафелю. Этот звук шел не только из магнитофона, он проникал сквозь потолок подвала. Габриэль вздрогнул. Отец рывком открыл ящик, что-то достал оттуда…

Мальчик в ужасе смотрел на экран. Хотелось зажмуриться, ослепнуть! Ослепнуть и оглохнуть. Но этого не произошло.

Слезы навернулись ему на глаза.

Вонь химии смешалась с тошнотворным запахом рвоты в коридоре — и Габриэля вырвало. Ему хотелось, чтобы кто-то пришел, обнял его, успокоил.

Но никто не придет. Он один.

Понимание этого обрушилось внезапно, как удар. Кто-то должен что-то предпринять. И он был единственным, кто мог что-то сделать.

«Как поступил бы Люк?»

Тихо ступая босыми ногами — он уже не чувствовал исходивший от пола холод, — мальчик вышел из подвала. Красная комната за его спиной полыхала, как преисподняя.

Если бы только у него был световой меч! И вдруг Габриэлю в голову пришла другая мысль. У него было кое-что намного, намного лучше меча.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Надрез предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

1

Цитата приведена в переводе В. Брюсова. (Здесь и далее примеч. пер.)

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я