Мифы и предания Древнего Рима (Д. А. Лазарчук, 2014)

Мы привыкли ассоциировать Древний Рим с разнузданной роскошью пиршественных залов и железной поступью легионов Цезаря, а римскую культуру считать калькой с греческой. В действительности это не так. Римская культура самобытна, и наша книга посвящена лишь одному ее аспекту – мифам и преданиям Рима: тому, во что и как верили древние жители Италии, каких богов просили о помощи в минуту отчаяния, почему гордились своим благородным происхождением, и чьи имена поколениями трепетно передавались из уст в уста, пока римские историки не увековечили деяния смельчаков в своих трудах. Под этой обложкой вы найдете изложенный в соответствии с античными источниками рассказ о римских богах и их служителях, о праздниках и жертвоприношениях, о легендарных героях и правителях, о самоотверженности граждан и безумии императоров. Книга станет прекрасным подарком для всех, кто, стремясь развеять стереотипы, желает познакомиться с культурой Вечного города.

Оглавление

Из серии: Классика в иллюстрациях

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Мифы и предания Древнего Рима (Д. А. Лазарчук, 2014) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Пантеон и верования Древнего Рима


О римской мифологии


Прежде чем начать рассказ о римских мифах, следует сказать пару слов о сущности древнеримской мифологии как таковой. Часто мы воспринимаем римскую мифологию как заимствованную у греков, что едва ли верно. На самом деле древнеримская религия очень самобытна и все греческое влияние на нее – довольно позднее, хотя и внушительное. Римский пантеон крайне обширен и сложен по своему составу и функциям входивших в него божеств, при этом различные аспекты верований пронизывали все сферы жизни древних римлян.

Римская религия развивалась в течение многих столетий по мере роста римского государства – от небольшого города до огромной империи. Попробуем коротко и поверхностно разобраться в различных аспектах формирования классического римского пантеона – того, с которым все мы скорее всего знакомы еще по греческой мифологии.

Самыми древними объектами религиозного почитания у римлян были духи – покровители рода, культ которых старше самого города Рима. Сами римляне считали, что почитание этих духов пришло в Рим из Лавиния и Альбы-Лонги, более древних городов Италии. К таким духам-покровителям относятся маны – тени умерших, оберегающие свой род после смерти, домашние божества пенаты и лары. Пенаты, лары и маны не имели собственных имен, не персонифицировались и почитались римлянами как некое безымянное множество. Подробнее речь о них пойдет в соответствующих разделах.

Культ покровителей рода имел, конечно же, частный, семейный характер. Часто покровителем рода был некий легендарный предок, например род Юлиев чтил в этом качестве Юла, сына Энея. По мере формирования государства и утраты значимости родовой организации некоторые родовые боги стали почитаться в пределах целого государства, сменив приписываемые им функции. Есть мнение, например, что культ Фавна, веселого бога – покровителя пастухов, изначально принадлежал родам Фабиев и Квинктилиев.

Как и большинство известных нам древних народов, римляне обожествляли также ручьи и источники. Как пенаты и лары, эти силы представлялись римлянами в виде безымянного множества духов. Группу таких водяных духов римляне почитали под именем «камены». Каменам легендарный римский царь Нума Помпилий посвятил источник в Риме, в их честь строились маленькие бронзовые часовенки в рощах, где приносили в жертву воду и молоко. Их аналогами в некотором роде были греческие нимфы, а впоследствии камены отождествились с греческими музами, богинями искусств и наук.

Важнейшей отправной точкой формирования классического римского пантеона являются так называемые аграрные культы: обряды и верования, связанные с земледелием и скотоводством. Многие важнейшие боги римского пантеона, получившие в будущем иные функции, ведут свое происхождение именно от аграрных культов. Так, например, Марс, бог войны в классическую эпоху, в древности считался богом оплодотворения, покровителем земледелия и скотоводства; Венера, отождествленная впоследствии с греческой Афродитой и превратившаяся в богиню любви и красоты, изначально была божеством садоводства и виноградарства.

В значительной мере сложный состав римского пантеона порожден пестротой групп, составивших римскую общину: в нее входили латинские, сабинские и этрусские племена. Каждое племя, каждый род привносили в римский пантеон своих божеств. Со временем римское государство разрасталось, и когда территория его включала в себя новые земли, римский пантеон обзаводился и новыми богами со всей Италии.

Надо отметить, что древнеримская мифология в сравнении с греческой довольно бедна на яркие образы богов и запоминающиеся мифы об их деяниях. О почитании безымянных множеств духов мы уже упоминали, также распространены были культы таких божеств, как Мир, Надежда, Доблесть, Справедливость. Эти абстрактные понятия были практически обезличены, их нельзя даже считать настоящими олицетворениями. Тем не менее в их честь приносились жертвы и строились храмы.

Любопытно, что часть древних римских богов не имела определенного пола, например древнейшее божество пастухов Палес упоминается и как бог, и как богиня. Зачастую жрецы сами не были уверены, к какому полу принадлежит божество, и обращались к нему «sive deus, sive dea» – «или бог, или богиня».

Так же скупы и формальны были римские обряды. Почитание богов сводилось к совершению четко регламентированных действий и произнесению узаконенных формул. Самым страшным было отступление от выверенного ритуала, сулившее божественную кару. В молитвах римлянин подробно перечислял, что он хотел получить от бога и что готов был дать ему взамен. Часто такая пунктуальность в отношениях сводилась к искусству обманывать бога так, чтобы не дать ему ничего лишнего, например вместо скольких-то голов (скота) римлянин подносил богу столько же головок чеснока и полагал себя в расчете с высшими силами.

Древнеримская религия, сухая и практичная, оказалась очень восприимчивой к влиянию греков с их яркими поэтичными мифами и сложными взаимоотношениями между богами, каждый из которых имел свою историю и выраженный характер. Самое раннее влияние на римлян шло через греческие колонии на западном побережье Италии: Кумы и Неаполь. Тогда к римлянам попали бог Аполлон и Геракл, обожествленный герой, в силу созвучия объединившийся с римским Геркулесом и ставший сперва общенародным покровителем войны, а после – торговли.

Серьезное влияние на римскую религию греки оказали и после подчинения Риму греческих колоний в Южной Италии; влияние это тем более усилилось после покорения самой Греции во II веке до н. э. Постепенно римляне перенимали богатую греческую мифологию и переносили ее на своих богов. Так сложился синкретический греко-римский пантеон, и сами верующие перестали различать происхождение богов.

Римский поэт Энний пишет о двенадцати главных богах Древ него Рима, во многом сходных с древнегреческим олимпийским пантеоном. Вместе эти божества составляли совет Юпитера и несли ответственность за сохранение мирового порядка. Вот они:

– Юпитер (у греков Зевс) – бог неба, грома и молнии, отец богов, верховное божество римского пантеона;

– Нептун (у греков Посейдон) – бог морей;

– Вулкан (у греков Гефест) – бог огня и кузнечного ремесла;

– Аполлон – бог света, наук и искусств;

– Меркурий (у греков Гермес) – бог торговли;

– Марс (у греков Арес) – бог войны;

– Юнона (у греков Гера) – богиня брака, жена Юпитера;

– Минерва (у греков Афина) – богиня мудрости и ремесел;

– Церера (у греков Деметра) – богиня плодородия;

– Венера (у греков Афродита) – богиня любви и красоты;

– Веста (у греков Гестия) – богиня семейного очага;

– Диана (у греков Артемида) – богиня охоты.

Они назывались dii consentes, боги-советники. Впоследствии к ним добавилось еще восемь богов: Янус, Сатурн (у греков Кронос), Гений, Плутон (у греков Аид), Либер-отец, Земля, Солнце и Луна. Все вместе они именовались dii magni, великие боги. Существовало также огромное число самых различных dii minores, младших богов.

Большинство римских мифов о великих и младших богах тождественно греческим. Мы не видим необходимости пересказывать их в этой книге и рекомендуем интересующемуся читателю обратиться за ними к сочинениям по греческой мифологии. Мы же ставим своей целью в этой главе познакомить читателя со специфическими римскими верованиями и мифами, не имеющими аналогов у греков, а также характерными чертами римских религиозных праздников и суеверий.

Янус

Происхождение бога Януса, который не почитался нигде, кроме Рима, вероятно, очень древнее. В ранних текстах Януса называли «богом богов» и «добрым создателем», что, возможно, является отголоском мифа о Янусе как творце всего мира. Во времена более поздние Януса видели уже не демиургом, а божеством дверей, входа и выхода, но он оставался одним из наиболее чтимых римских богов.

Имя его, по всей видимости, происходит от слова ianua – «дверь», хотя Цицерон связывал его с глаголом inire – «наступать», Овидий же возводил имя «Янус» к «Хаосу», из которого тот якобы и появился в момент сотворения мира. В древности, говорят, Янус жил на месте Рима на холме Яникуле.

Так как Янус был богом дверей, храм его, построенный по преданию Нумой Помпилием в северной части римского форума, представлял собой двойную, с крышей и стенами, арку. Это были символические ворота римского государства, в центре которых, внутри, возвышалось изображение Януса.

Храм Януса служил показателем войны и мира в Риме: когда начиналась война, царь или консул отпирал храм и через эти ворота, перед ликами бога, проходили отправлявшиеся в поход римские воины. На время войны ворота оставались открытыми и запирались только тогда, когда во всем государстве наступал мир. Отсюда, по всей видимости, некая связь Януса с Квирином, сабинским богом войны. По крайней мере, храм-ворота Нума Помпилий посвятил, по преданию, божеству Янусу Квирину, так же именуют его в торжественной формуле объявления войны жрецы-фециалы.

Будучи богом входа, Янус считался в Риме покровителем любого начала. Римляне говорили: «В руках Януса – начало, в руках Юпитера – все». При обращении к богам первым провозглашалось имя Януса. В честь него назывался первый месяц двенадцатимесячного года, январь – januaris, ему посвящался сам праздник нового года – январские календы, когда в жертву Янусу приносили белого быка. Любые календы, то есть первый день месяца, также были посвящены Янусу, как и утренние часы каждого дня. Постепенно Януса стали почитать как божество, управляющее движением года и времени вообще. На некоторых его изображениях на пальцах рук Януса начертано разбитое надвое римское число CCCLXV (на правой CCC, на левой – LXV), то есть 365 – по количеству дней в году.

Вдобавок Януса полагали божественным привратником, именуя его Замыкающим и Отворяющим, так как утром он открывал небесные врата и выпускал на небосвод солнце, а на ночь запирал его обратно. Поэтому Януса изображают с ключом в одной руке и посохом в другой.

Но самый известный внешний атрибут Януса – его двуликость, причем лица Януса смотрят в противоположные стороны. Черту эту объясняли тем, что двери тоже ведут как наружу, так и внутрь, а еще тем, что Янус смотрит одновременно в прошлое и в будущее.

Несмотря на то что Янус был одним из наиболее уважаемых государством богов, в народе культ Януса не получил широкого распространения. Однако простые люди считали Януса также покровителем дорог и путников, а римские мореходы подносили ему дары, так как верили, что именно он научил людей строить первые корабли.

Некоторые говорят, что Янус был женат на нимфе Ютурне, сестре рутульского царя Турна, имевшей свой источник близ реки Нумиция. Ютурна родила ему сына Фонта, бога родников.


Танец под музыку времени. Художник Н. Пуссен


Рассказывают также историю о Янусе и нимфе Карне, в которую он был влюблен. Карна избегала общества мужчин, предпочитая охотиться с дротиками на зверей и птиц. Много юношей искали ее любви, и самым настырным она говорила, что при свете солнца ей стыдно ответить их просьбам, но предлагала пройти в темную пещеру, где обещала ласки. Сама же, вместе того чтобы идти за ними, пряталась в густом кустарнике.

Так же отвечала Карна и влюбленному Янусу, но забыла, что у Януса два лица и он спиной видит, куда она спряталась. В зарослях под самой скалой Янус настиг нимфу и, уже обнимая, пообещал взамен утраченной девственности сделать ее богиней дверных петель и подарил ветку белого терновника, которым отвращали от дверей дома несчастья.

Однажды Карна спасла от ночных птиц, питавшихся кровью и внутренностями младенцев, пятидневного Проку, будущего царя Альбы-Лонги. Окропив водой порог и пожертвовав птицам свиные потроха, Карна оставила на окне царского дома белую ветку Януса, и больше ночные птицы не трогали младенца. С тех пор Карну почитали как защитницу детей и хранительницу внутренних органов человека.

Сатурн

Бога Сатурна римляне почитали с глубокой древности и очень широко, повсюду были его святилища, а сама Италия, по преданию, изначально называлась Сатурновой землей. Сатурна считали богом плодородной земли и посевов (имя его происходит от латинского satus – посев), но образ его постепенно слился с фигурой греческого бога Кроноса, отца Зевса, которого тот сверг и заключил в бездне Тартара.


Сатурн с косой, сидящий на камне и обрезающий крылья Амуру. Художник И. Акимов


В умах римлян это предание преобразилось и звучало так: когда Юпитер сбросил Сатурна с трона, тот сел на корабль и после долгих скитаний причалил к берегам Лация, центральной Италии, где жило племя латинов и где будет со временем построен вечный город Рим. По Тибру Сатурн поднялся на корабле до холма Яникула, где его гостеприимно принял Янус. Сам Сатурн обосновался на другом берегу реки, у подножия Капитолия. У того же холма стояло и древнейшее его святилище. В те давние времена жившие поблизости люди были дикими и добывали себе пропитание охотой. Сатурн собрал их в единое племя, научил обрабатывать землю, выращивать фрукты и виноград. Говорят, сама эта земля получила название «Лаций» от слова latere, «скрывать», потому что укрыла бежавшего от сыновнего гнева Сатурна.


Золотой век Художник Э. Дж. Пойнтер


Время, когда бог правил латинами, называли Золотым веком. Тогда все люди жили в мире и изобилии и были равны, не делились на рабов и свободных, бедных и богатых. Но со временем Сатурн покинул Капитолий, и Золотой век ушел в прошлое. В честь Сатурна, создателя земледелия, и в память о его временах в конце каждого года римляне справляли веселый праздник Сатурналии, посвященный сбору последнего урожая, когда рабы уравнивались в правах с хозяевами. Также называли сатурновым поколением мирных земледельцев, живущих на лоне природы, и сатурновым стихом – незатейливый размер, которым писали древнейшие поэты.

Во времена Республики на месте древнего святилища воздвигли храм в честь Сатурна и его жены, богини Опс, которую ассоциировали с греческой Реей. Под этим храмом как под охраной бога держали римскую казну и договоры о государственных долгах и доходах.

Рассказывали также, что у Сатурна был сын по имени Пик, бог полей и лесов. Был он прекрасен телом и душой, и многие нимфы заглядывались на него, но он отдал свое сердце лишь одной – дочери Януса Каненте, славившейся своим не обыкновенным голосом. Однажды Пик отправился в леса Лаврента охотиться на кабанов. Там увидела его волшебница Цирцея, собиравшая травы, и остолбенела, пораженная красотой Пика: он ехал через лес на коне с двумя дротиками в руках и в алом плаще-хламиде, сколотом золотой пряжкой. С первого взгляда Цирцея влюбилась в Пика и, чтобы выманить его подальше от свиты, сотворила призрак вепря, увлекший Пика в глухую чащу.


Цирцея. Художник Дж. У. Уотерхаус


В чаще подкараулила волшебница Пика и стала умолять его о любви. Пик же отвечал, что любит лишь свою жену Каненту и будет хранить ей верность. Оскорбленная отказом Цирцея выкрикнула заклинание, и почувствовал Пик, что превращается в птицу. В досаде бил он клювом деревья, но человеческий облик к нему не вернулся. Только оперенье птицы сохранило следы былого наряда Пика: крылья ее красноватые, а вокруг шеи – золотой ободок. Мы называем эту птицу дятлом.

Тщетно спутники Пика искали его по лесам, нашли только Цирцею. Они узнали могущественную волшебницу и стали требовать, чтобы она вернула им Пика, но коварная Цирцея воззвала к безднам и превратила спутников Пика в диких зверей.

Канента же никак не могла дождаться мужа. Она рыдала, в горе рвала волосы и шесть дней и ночей без сна и еды бродила по лесам и полям, разыскивая Пика. Наконец пришла она к берегу Тибра и там без сил опустилась на землю, чтобы спеть свою последнюю песню. Канента пела и потихоньку таяла в воздухе, пока совсем не исчезла. В память о Каненте место, где ее не стало, называют Певчим.

Юпитер

Культ Юпитера, отца богов, главы всего римского пантеона, прошел в своем развитии долгий и интересный путь. В позднейшие времена мы находим Юпитера отождествленным с греческим Зевсом, но сам его культ, конечно, намного старше греческих заимствований. Можно сказать, что культ Юпитера развивался с трех разных сторон и впоследствии слился в образ могущественнейшего из всех богов.

Юпитер, безусловно, почитался с незапамятных времен как бог молнии и света. Одно из свидетельств тому – посвящение Юпитеру всех полнолуний, или, как их называли в Риме, ид: времени, когда светло даже ночью. В иды, как свидетельствуют античные историки, освящали храмы Юпитера, в иды же приносили Юпитеру в жертву белую овцу – белый цвет считался особенно угодным богу. Другим жертвенным животным Юпитера был белый бык, которого консулы приводили к алтарю на Капитолии в день вступления в должность новых магистратов. Отсюда, возможно, пошла известная поговорка: «Что положено Юпитеру, не положено быку». Другой вариант ее происхождения – отсылка к греческому мифу о похищении прекрасной Европы Зевсом-Юпитером, принявшим облик этого животного.

Олицетворяя всю небесную стихию, Юпитер считался также повелителем туч, оттого в засуху крестьяне молились ему о даровании дождя. Заранее прося у бога дать достаточно влаги для посевов, земледельцы приносили ему дары и перед началом полевых работ. Особо чтили Юпитера виноградари, освящавшие в его честь начало сбора урожая. Однако бог неба проявлял себя не только с благой стороны: он посылал на землю грозы и молнии, с которыми у римлян связано огромное число суеверий. Так, например, человек, выживший после удара молнии, приобретал славу божественного избранника.

Первый храм в Риме, по преданию, был заложен Ромулом, основателем города, после победы над городом Ценина и посвящен Юпитеру Феретрию. Имя это возводили либо к слову ferire – «бить», либо к feretrum – так назывался помост, на который складывали снятые с павших врагов доспехи, часто впоследствии жертвуемые божеству, покровительствовавшему стороне победителей. Чести принести такую жертву удостаивался лишь предводитель войска: так и Ромул принес к священному дубу на месте будущего храма Юпитера доспехи убитого им ценинского вождя Акрона.


Юпитер и Фетида. Художник О. Энгр


Феретрий – древняя ипостась Юпитера, свидетельствующая о том, что он почитался как покровитель военных вождей. Оттого особой формой дани Юпитеру у римских полководцев был триумф – торжественный въезд в город военачальника после успешной кампании, где он представал в образе самого бога, даровавшего войску победу. Триумфатор въезжал в Рим на золотой колеснице, облаченный, как статуя Юпитера Капитолийского: в тунику, расшитую пальмовыми ветвями, и пурпурную с золотом тогу; лицо триумфатора разрисовывали красной краской, чтобы оно больше напоминало выкрашенное киноварью терракотовое изваяние бога. В руке он сжимал скипетр из слоновой кости, увенчанный фигурой орла, а для еще большего сходства со статуей специальный раб, стоявший за спиной, держал над его головой золотой венок.

С триумфатором в город входили пленники, захваченные на войне, и вносилась дорогая добыча. За ним ехали военачальники и шли солдаты победоносной армии. Вся эта процессия проходила по городу к храму Юпитера, там совершалось благодарственное жертвоприношение, и триумфатор оставлял у ног статуи лавровый венок, которым был увенчан как победитель, тем самым разделяя с Юпитером свой военный успех. Стать живым воплощением великого бога триумфатор мог только на время своего триумфа, и чтобы он не забывал, что на самом деле остается лишь обычным человеком, по преданию, раб, несший за ним золотой венок, нашептывал ему на ухо: «Memento mori», что в данном случае можно перевести как «Помни, что ты смертен».

В храме Юпитера Феретрия хранилась и древнейшая реликвия – священный камень Юпитера, бывший его олицетворением до тех времен, когда богам начали ставить статуи. Камень это был, видимо, кремнем для высекания искры, потому что действие это по виду немного напоминало вспышку молнии.

Интересным образом характеризует Юпитера и фигура его жреца, flamen Dialis. Принято считать, что эту должность учредил царь Нума Помпилий, а до него функцию главного жреца Юпитера исполняли сами цари. На жреца Юпитера ложилась масса различных сакральных ограничений. Так, например, он не должен был прикасаться к покойнику и вообще ко всему, что относилось к культу мертвых: бобам, собаке, козе, и даже само слово «бобы» он не имел права произносить. Это оттого, что в древности люди полагали, будто бы царь-жрец обладал особой магической силой, обеспечивающей благоденствие всей общины, и боялись, как бы он не осквернил эту силу прикосновением к нечистому.

Точно так же опасались ограничить, связать его магическую силу, поэтому жрецу Юпитера запрещалось носить кольца и узлы на одежде, а также принимать в своем доме человека в оковах: последнего тут же расковывали, а оковы выбрасывали.

Во многих ранних культурах есть следы таких, странных на первый взгляд, табу: они окружали вождей, наделенных как военной, так и сакральной властью. Это вполне убедительно свидетельствует, что в древнейшие времена жрецами Юпитера были предводители общин, а значит, и сам Юпитер считался покровителем верховной власти.

По мере роста римского могущества культ Юпитера Всеблагого стал олицетворением величия государства, которым римляне необычайно гордились и ставили превыше всего. В честь Юпитера устраивались приуроченные к идам осени великолепные Римские, Капитолийские и Плебейские игры с конными и атлетическими состязаниями, а самой грозной и нерушимой клятвой как в частной, так и в общественной жизни римлян стала считаться клятва Юпитером.


Триумф Тита. Художник Л. Альма-Тадема

Марс и Квирин

Культ Марса был одним из самых распространенных по всей Италии. Многие племена называли его именем первый месяц весны, а в древности и первый месяц нового года. Изначально Марсу не строили храмов, а приносили жертвы в священных рощах, в праздники Марса принято было убирать дома лавром. Ученые трактуют образ Марса как бога-покровителя племени, точнее, можно сказать, что у каждой общины, избравшей его своим заступником, был собственный Марс.

С почитанием Марса связан интереснейший обычай – «священная весна». Если племени грозила опасность, Марса просили отвести ее и клялись принести ему в жертву детей и скот, родившихся ближайшей весной. На практике детей щадили и не убивали, но когда они достигали зрелости, выселяли за границы племенной территории. В результате таких изгнаний молодежь основывала новые общины – недаром покровителем всех ищущих новые места поселения считался волк, священное животное Марса. Другим животным Марса называли дятла.

Надо заметить, что представления древних о Марсе весьма противоречивы. В них можно выделить два направления: Марса почитали как божество природы и земледелия, с одной стороны, и как божество войны – с другой. Вторая его ипостась более известна.

В святилище Марса в Регии, «царском доме» у подножия Палатина, хранились копья Марса. Если они сами собой сдвигались с места, это считалось предзнаменованием войны. Там же находились щиты Марса, по преданию, выкованные во времена Нумы Помпилия. По древнему обычаю, полководец, выступавший в поход, касался сперва щита, а потом копья с возгласом: «Пробудись, Марс!»

Марсу приносили жертвы и молились перед каждым сражением и после его окончания. От его имени присуждали награды отличившимся воинам. Наивысшая награда полагалась военачальнику, который спас свой легион или целое войско, например вывел его из окружения. Она называлась corona graminea, и ее сплетали из травы и цветов, сорванных непосредственно на месте сражения.


Бог войны Марс. Художник Д. Веласкес


Марсу с незапамятных времен был посвящен луг на берегу Тибра, Марсово поле. Раз в пять лет вооруженные римские граждане собирались там на праздник религиозного очищения: приносили в жертву животных и упражнялись в военном искусстве. Однако Марс был не просто богом войны, обе его функции равно важны. Вероятно, будучи племенным божеством, Марс становился богом войны или земледелия в зависимости от того, кто и когда обращался к нему за помощью. Для крестьян он был покровителем природы, для воинов – защитником поселения.

Квирин был племенным божеством сабинян. Как Марс считался отцом Ромула, так и Квирин – отцом основателя сабинской общины Модия Фофидия. Его имя происходит либо от названия сабинского города Куры, либо от слова quiris – копье. Культ Квирина связан с холмом Квириналом, где находилось древнее сабинское поселение и старейшее святилище Квирина.

Как и Марс, Квирин имел две ипостаси: военную и земледельческую. Существовали две симметричные коллегии жрецов-салиев, совершавших обряды в честь Марса и Квирина. Изначально, до появления изображений богов, Квирин, как и Марс, почитался в образе копья. Со временем Квирином стали считать обожествленного Ромула, который, по преданию, не умер, а сделался покровителем своего города.

В такой трансформации нет ничего странного. Ромул, конечно, считался сыном Марса, но римская община складывалась из разных племен, и в первую очередь – латинов и сабинян. Можно было бы назвать Марса и Квирина богами-двойниками, но почитались они как два разных бога и имели собственных жрецов-фламинов. Вместе с Юпитером Марс и Квирин составляли архаическую триаду самых могущественных римских богов.

Римские богини

Древние видели в женщине главным образом мать семейства, оберегающую дом и детей в то время, пока мужчины занимаются своими мужскими делами. Воспроизведение рода было крайне важно, ведь от детей зависело выживание общины в будущем, поэтому в традициях закрепилось большое уважение к женщине как к матери, а также хранительнице мира и порядка. Оттого многие женские божества, которых мы встречаем в архаичных культурах, являются в той или иной степени производными от образа богини-матери.

Одним из древнейших женских божеств у римлян была Теллура – олицетворение матери-земли: землю в то время и представляли весьма буквально – как женщину, принимающую в свое лоно семена и рожающую по истечении срока. В жертву Теллуре приносили беременных свиней и коров, у которых вырезали из чрева еще не родившихся детенышей и сжигали их. Верили, что родящая сила животных способна оказать магическое влияние и на засеянное поле. Интересно, что Теллуре также приносили искупительные жертвы те, кто не оказывал должного почтения мертвым в течение года. Теллура, как мать-земля, не только вынашивала посевы, но и принимала в себя умерших.

С культом Теллуры тесно связан культ Цереры, богини урожая. Но если Теллура олицетворяла собой непосредственно плодородную почву, мать-кормилицу, то Церера оберегала зреющие на полях хлеба. Воплощение духа урожая в облике женщины, пожалуй, неслучайно: в примитивном земледелии работа мужчины сопряжена с тяжелым физическим трудом, но большинство трудоемких операций выполняют женщины. Как и греческая Деметра, с которой они слились в единый образ, Церера почиталась в основном деревенскими жителями.


Флора и Церера. Художник К. А. Лоренцен


В античные времена мир со всем его пространством, занятиями и обязанностями делился на мужской и женский куда в большой мере, чем сейчас. Существовала масса женских дел, которых не подобало касаться мужчине, и в их числе, например, домашняя работа. Воплощением всех специфических женских функций, включая, конечно, и рождение детей, была Юнона, покровительница брака.

Ее культ имел широкое распространение по всей Средней Италии. В Риме ее отдельно чтили под именем Юноны Луцины, святилище которой находилось на Эсквилине. В этой своей ипостаси Юнона покровительствовала разрешению от бремени, и ей, как воплощению деторождения, приносили в жертву одно из самых плодовитых животных – козу. В целом Юнона покровительствовала не только замужним женщинам, но и девушкам, созревшим для брака.

По мере роста римского государства Юнона стала считаться супругой Юпитера, и за отправлением ее культа следила жена фламина (жреца) Юпитера – фламиника. Как жена отца богов, Юнона стала покровительницей римской общины, наряду с Юпитером и Минервой образовав так называемую капитолийскую триаду наиболее чтимых небожителей, со временем сменившую прежнюю, более воинственную архаичную триаду.

Богиня Минерва имеет древнее италийское, по всей видимости, этрусское происхождение. По крайней мере, этруски с давних пор почитали ее как покровительницу ремесел и искусств, а также всяческих мирных занятий на благо семьи и общества. В этом качестве Минерва утвердилась и в римском пантеоне, заняв нишу богини ремесленников и рукодельниц, не свойственную Юноне. С распространением греческого влияния Минерва объединилась с Афиной, вероятно, тогда и заимствовав у последней черты богини мудрости и войны.


Минерва и кентавр. Художник С. Боттичелли


Юпитеру, Юноне и Минерве как защитникам государства был возведен совместный Капитолийский храм, своего рода религиозный центр Рима, строительство которого началось при царе Тарквинии Гордом, а закончилось в первый год римской республики. По имени храма и холма Капитолий, на котором его воздвигли, этих богов и называют капитолийской триадой.

Связь с богиней-матерью можно проследить даже для девственной Дианы, богини-охотницы, объединившейся с греческой Артемидой. Поздние авторы изображали ее в коротком хитоне, охотящуюся со свитой в глухих лесах и жестоко карающую мужчин, осмелившихся поднять взгляд на воинственную богиню. В древности же, однако, Диану почитали как богиню леса, сочетавшуюся священным браком с лесным царем, духом деревьев и растений, погибавшим и возрождавшимся год от года. Диану воспринимали как покровительницу всех лесных животных и вдобавок растительности как таковой.

Диану полагали также богиней луны. По мнению древних римлян, фазы луны непосредственно влияли на функции женского организма. От ночного светила, как полагали римляне, зависели не только женские месячные циклы, но и зачатие ребенка, поэтому римские женщины приносили жертвы Диане как помощнице в делах деторождения.

Перечень главных римских богинь мы хотели бы закончить Венерой, хотя в действительности богинь в пантеоне значительно больше. Будучи изначально богиней весны и садов, Венера позднее приняла на себя функции греческой Афродиты, культ которой, вероятно, попал в Италию довольно рано из греческих колоний на Сицилии. Так она стала богиней красоты и воплощением всего, что может быть привлекательным и желанным в женщине. Постепенно под влиянием более формальной и организованной римской культуры Венера превратилась в богиню любви, преимущественно супружеской, и покровительницу брака. Особой популярностью в государственных масштабах ее культ стал пользоваться только с приходом к власти Юлия Цезаря, род которого, по преданию, восходил к легендарному герою Энею, сыну Венеры. Тогда Венере начали поклоняться как прародительнице римского государства.


Рождение Венеры. Художник А. В. Бугро

Веста и весталки

Отдельно от прочих следует рассказать о Весте и ее служительницах. Весту почитали как богиню домашнего очага и семьи и отождествляли с греческой богиней Гестией. Однако в отличие от Гестии, культ которой у греков был относительно скромным, Веста занимала важнейшее место в государственной религии Рима и воспринималась в качестве хранительницы всей римской общины как большой семьи, собранной у единого городского очага.

Кроме очага, сакрального центра дома, Весте была посвящена прихожая, так называемый «вестибул». Несложно догадаться, что отсюда и пошло известное нам слово «вестибюль», означающее просторное помещение при парадном входе.

Веста приходилась сестрой Юпитеру и была известна тем, что избегала мужского общества и хранила девственность. Существует старинная легенда о том, как Весту домогался Приап, бог садов, известный своей похотливостью. Однажды боги, а заодно нимфы и сатиры, собрались на шумный пир. Пока боги пили вино и плясали, Веста прилегла отдохнуть в тени, наслаждаясь тишиной, и задремала. Ее приметил Приап и то ли не узнал и принял за нимфу, то ли узнал, но не подал виду. Влекомый блудным желанием, Приап на цыпочках стал подкрадываться к Весте. И тут неожиданно закричал осел, пасшийся неподалеку на берегу ручья. От ослиного крика Веста проснулась и увидела над собой Приапа, которого с позором прогнала. Оттого в день праздника Весты, 9 июня, ослов освобождали от всякой работы и они участвовали в торжественной процессии.


Сатир и спящая нимфа (фрагмент). Художник Я. Амигони


Весте служили жрицы-весталки, ревностно, как и их богиня, хранившие свое целомудрие. Коллегия весталок состояла всего из шести женщин, и служба богине требовала от них полного сосредоточения. Весталки, единственные из римских жриц и жрецов, все свое время отводили исполнению священных обязанностей и даже жили замкнуто, в особом доме при храме Весты, редко выходя в город. Первейшей их обязанностью было поддерживать огонь на жертвеннике, ведь люди верили, что, пока он горит, Рим будет стоять нерушимо. Также весталки наводили в храме чистоту и приносили жертвы богине.


Весталки. Художник Ж. Рау


Когда одна из весталок навсегда оставляла храм, новая избиралась жребием из двадцати девочек благородного происхождения в возрасте от шести до десяти лет. Удостоенную великой чести ожидало тридцать лет служения. Первые десять лет ее обучали тому, что она должна была делать, следующие десять она исполняла свои обязанности, а в последнюю треть срока передавала знания молодым преемницам.

По истечении тридцати лет весталка могла сложить с себя жреческий сан и вернуться к обычной жизни, даже выйти замуж. Немногие, однако, пользовались этим правом, предпочитая до самой смерти служить богине, а про тех, кто все-таки заводил семью, рассказывали, что они были несчастливы в браке. Существовало даже поверье, будто брак с весталкой сулит беду.

Однако в награду за самоотверженную службу весталки пользовались большими привилегиями и почестями. Сам консул при встрече уступал весталкам дорогу. Весталки могли собственноручно, без поручителя, распоряжаться своими делами, что другим римским женщинам в большинстве своем не разрешалось. На улицу весталки выходили только в сопровождении служителя-ликтора, и если по пути им попадался преступник, приговоренный к казни, то с этого счастливчика снимали приговор и отпускали. Весталке только следовало поклясться, что встреча эта оказалась случайной.


Весталка. Художник Ф. Лейтон


Весталки были неприкосновенны, и даже за легкое оскорбление, нанесенное одной из них, обидчику грозила смертная казнь. Наказывать их мог только великий понтифик, страж священных дев, который за провинности сек весталок розгами. Поводом для наказания могло послужить то, что весталка небрежно поддерживала в храме огонь, ведь это было важнейшей и каждодневной обязанностью жриц Весты. Рассказывали историю, как одна весталка, увидев, что священный огонь догорает, взмолилась богине и кинула в пламя кусок своего одеяния, после чего огонь благоволением Весты заново разгорелся.

И все же раз в году огонь в храме Весты тушили и разводили заново – в день Нового года. Считалось, что в Новый год все должно обновляться, даже негасимый огонь Весты. Разжигали его исключительно трением двух палочек – только такое пламя считалось «чистым».

За одну лишь провинность весталок наказывали крайне жестоко: за утрату целомудрия, ведь тем самым они предавали свою девственную богиню. Нарушившую обет чистоты девушку живьем зарывали в землю. Для этого в земляном валу у Коллинских ворот устраивали маленькую подземную камеру со входом сверху. Там оставляли постель, горящий светильник и немного еды, чтобы Веста не была оскорблена тем, что ее жрицу, причастную священных тайн, простые люди уморили голодом. Осужденную в закрытых носилках проносили через форум, и за ней молча следовала толпа. День казни весталки был в Риме днем глубокого уныния. Наконец, у вала закутанную с головой весталку выводили и, когда она спускалась под землю, лестницу поднимали, а вход заваливали и сравнивали с землей.


Казнь весталки. Художник Г. Ф. Фюгер


Рассказывают, впрочем, что Веста ревностно оберегала своих служительниц от наветов и лживых слухов. Так, некий человек обвинил весталку Тукцию в потере невинности и тем самым, казалось бы, обрек девушку на мучительную смерть. Тукция же, зная, что обвинение ложно, и желая доказать свою непорочность, взмолилась богине: «Веста! Если я служила тебе чистыми руками, сделай же так, чтобы эти руки в решете донесли воду в твой храм от самого Тибра!» На глазах у всего города Тукция зачерпнула в решето речной воды и, не пролив ни капли, дошла до храма, что стоял неподалеку от форума на склоне Палатинского холма. Так Веста оправдала свою жрицу перед всеми римскими гражданами.

Храм Весты в Риме построил легендарный царь Нума Помпилий. Храм этот имел необычную круглую форму: считалось, что он повторяет очертания домашнего очага. В центре храма горел священный огонь, бывший одновременно и воплощением самой богини, так как изваяния ее в храмах не ставили. Лишь изредка Весту изображали в виде богато одетой девушки с накинутым на голову покрывалом. Служительницы ее носили во время обрядов похожие покрывала, в городской толпе же весталку легко было узнать по белоснежной тунике.


Весталка Тукция собирает воду в решето. Художник Г. Л. Леру


В храме Весты, недоступные для глаз обывателей, хранились священные реликвии, вывезенные Энеем из горящей Трои: домашние боги-пенаты, покровительствовавшие всей римской общине, и палладий, деревянная статуя Афины Паллады (у римлян Минервы), которая, по легенде, упала с неба в ответ на молитвы Ила, основателя Трои. Палладий считался талисманом Рима, оберегавшим его от опасностей.

Ни один мужчина не имел права переступать порог храма Весты и видеть эти реликвии. Рассказывают, однако, что в 241 году до н. э. в храме Весты случился страшный пожар. Беспомощные весталки, распустив волосы, громко плакали перед храмом, видя, как погибают в пламени столь чтимые всем народом святыни. Видя их горе, великий понтифик Метелл взмолился Весте простить его святотатство и бросился в горящий храм. Смелым своим поступком Метелл спас драгоценные реликвии из огня, но, как говорят, ослеп: то ли от жаркого пламени, то ли оттого, что увидел нечто, недоступное взгляду мужчины.

Свой храм Весты был в каждом городе, и если жители его отправлялись навсегда в необжитые еще земли, то брали с собой частичку храмового огня, чтобы возжечь от него пламя на новом жертвеннике и заручиться покровительством доброй богини.

Младшие боги

На самом деле римский пантеон поистине неисчислим. Помимо великих богов существовало огромное количество богов младших, большинство из которых олицетворяло не более чем отдельные стороны человеческой жизни древних римлян. Едва ли не каждому периоду, действию, событию или ремеслу покровительствовал свой бог или богиня. Конечно, запомнить такое число божеств простому человеку было не под силу. Для этого в IV веке до н. э. понтификами был составлен список божеств, называвшийся Indigitamenta. Он не сохранился до наших дней, но известно, что в нем указывалось, в какие моменты, как и к какому богу надлежало обращаться благочестивому римлянину.

Сфера влияния многих таких божков была крайне узка. Так, были малые боги, оберегавшие человека от зачатия до рождения, помогавшие при рождении, охранявшие мать и ребенка после родов, заботившиеся о детях в их первые годы, боги взросления, боги брака и так далее.

Например, богиня Эдука учила ребенка есть, а Потина – пить. Начать говорить маленькому римлянину помогали сразу три бога: Фарин учил его произносить звуки, Фабулин нашептывал первые слова, а Локутий объяснял, как составлять из них предложения. Богиня Оссипаго укрепляла кости ребенка, а Карна – мышцы. Куба помогала подросшему ребенку перебраться из колыбели в кровать, а Павентия отгоняла от него страхи. Буквально каждый шаг человека попадал под покровительство какого-либо божества.

Зачастую эти многочисленные полезные божества не имели даже собственного имени, а назывались по выполняемой ими функции (скажем, os на латыни означает «кость»).

Вертумн и Помона

Помона была богиней древесных плодов. Рассказывают, что она не любила ни лесов, ни полей и все время проводила в своем саду, заботясь о фруктовых деревьях. В саду была вся страсть Помоны, мужчин же она к себе не подпускала, как ни старались соблазнить Помону удалые сатиры. Более всех любил прекрасную Помону Вертумн, бог времен года, но и к нему была она холодна.

По-разному представал перед ней упорный Вертумн: то как жнец приносил ей сжатые колосья, то как пахарь тащил на плече тяжелую оглоблю, то как садовод являлся с серпом в руках… Воин при мече, рыболов с удочкой – какой только образ не принимал перед Помоной бог, но ко всем его ликам оставалась она равнодушна. Наконец, обернувшись дряхлой старухой, Вертумн пришел в сад Помоны и, похвалив налившиеся плоды, присел отдохнуть.

Увидев вяз с обвившей его виноградной лозой, так стал говорить Вертумн своей возлюбленной: «Когда бы не были вместе лоза и вяз, любовались бы мы лишь видом его голого ствола, лоза же безвольно стелилась бы по земле. Но ты не смотришь на них, Помона, ты до сих пор одна, хотя женихов у тебя больше, чем у Елены Прекрасной или жены Улисса Пенелопы! Но если ты умна и ждешь лишь хорошего брака, выбери из всех Вертумна, того, кто любит тебя больше прочих.


Помона и Вертумн. Художник Ф. Мельци


Вертумн и Помона. Художник Г. Хендрик


А чтобы ты лучше меня поняла, расскажу тебе одну историю, что случилась на Кипре. Жила там знатная женщина по имени Анаксарета, и с первого взгляда полюбил ее Ифис, человек низкого рода. Разными способами пытался добиться он внимания гордой красавицы, но она оставалась жестче железа и тверже камня. Отвергла и осмеяла его Анаксарета.

„Что ж, ты победила, отныне я не буду тебе докучать. Умру! Веселись, железное сердце!“ – произнес отчаявшийся Ифис и повесился на притолоке ее дома.

Похоронная процессия, несущая тело к костру, проходила как раз мимо дома Анаксареты. Вышла она к окну, но увидав на носилках тело Ифиса, побледнела и попыталась скрыться. Не вышло – камень, что был в ее сердце, по воле мстительных богов, занял постепенно все тело и Анаксарета превратилась в статую. Помни, нимфа, этот рассказ, и молю, откинь свою гордость!»

И с такими словами принял Вертумн свой истинный облик. Взглянула Помона на прекрасного юношу и полюбила его так же крепко, как и он ее.

Анна Перенна

Анна Перенна была римской богиней благополучного нового года. Имя ее, вероятно, восходит к латинским словам annus, что означает «год», и perennis – «вечный». Праздник ее приходился на мартовские иды, то есть 15 марта, так как первоначально римский год начинался с первого месяца весны. В этот день на берегах Тибра строили шалаши из зеленых ветвей, пили много вина, водили хороводы и распевали непристойные песни, чествуя Анну Перенну.

Интересно, что об Анне Перенне существует несколько мифов, расходящихся по содержанию друг с другом. Так, рассказывают, что первоначально Анна Перенна была смертной, сестрой карфагенской царицы Дидоны. Дидона полюбила странствующего троянского героя Энея, плывшего из разрушенной Трои в Италию и вынужденно попавшего на ливийский берег. Когда Эней покинул Дидону и уплыл, та покончила с собой, бросившись на его меч. Анна страшно горевала о смерти сестры, но была изгнана из Карфагена и отправилась в плавание в поисках нового дома.

Однажды корабль Анны застиг шторм, и по воле волн его принесло в Италию, где он и разбился. Анна оказалась на берегу вблизи Лаврента, города, где нашел пристанище Эней. В тот момент сам Эней с одним лишь спутником прогуливался по берегу и встретил бредущую по песку несчастную Анну. Эней проводил ее в свой дом, прося принять его гостеприимство, и наказал жене Лавинии любить Анну, как сестру. Лавиния же, зная, кто такая Анна, и ревнуя Энея, затаила в сердце злой умысел и желала гостье смерти.

Когда Анна спала под кровом Энея, во сне ей явилась Дидона с запекшейся кровью в спутанных волосах, и она просила сестру как можно скорее бежать из этого зловещего дома. Напуганная Анна через окно выскочила в поле и бросилась к реке Нумиций. Не зная, что делать, она кинулась в воду и утопилась.

Эней со спутниками долго искал Анну и наконец нашел следы на прибрежном песке. Тогда шум потока стих, и раздался тихий голос: «Теперь я нимфа Нумиция, зовите меня отныне Анна Перенна».

Впрочем, полагают, что совмещение образа богини Анны Перенны и легендарной сестры Дидоны – позднейший вымысел римских ученых. Есть иная, более историчная версия происхождения этой богини.

В 494 году до н. э. плебеи, простой народ Рима, борясь за свои права, покинули город и удалились на Священную гору, где вынуждены были голодать. Когда у них закончился хлеб, из пригорода пришла старуха по имени Анна Перенна и принесла пироги, которые напекла на всех. Каждый день она носила на Священную гору хлеб, и когда плебеи добились того, чего хотели – получили право избирать своих представителей, народных трибунов, то вернулись в Рим и воздвигли изваяние Анны Перенны в память о том, как она спасла народ от голода.

Есть еще одна интересная история, которая объясняет, почему в день мартовских ид римские девушки пели срамные песни. Когда Анна Перенна уже стала богиней, к ней за помощью обратился бог войны Марс, влюбленный в девственную Минерву. Он просил старуху помочь ему соблазнить Минерву, а взамен обещал, что Анну Перенну люди будут почитать в его месяце года – в марте.

Анна Перенна в шутку согласилась и долго изводила Марса обещаниями. Наконец она шепнула Марсу, чтобы тот готовил брачный чертог, а сама, скрыв фатою лицо, явилась к богу вместо Минервы. Грозный Марс уже приготовился поцеловать свою нареченную, как узнал под фатой старуху Анну Перенну. Над одураченным Марсом долго смеялись и Минерва, и Венера, богиня любви, а девушки с тех пор пели неприличные песни в память о том, как Анна Перенна провела самого бога войны.

Прибытие Эскулапа

Некогда в Риме разразился мор и погибло бессчетное число граждан. Видя, что никакие лекарства не помогают, римляне снарядили послов в Дельфы, к оракулу Аполлона, чтобы просить бога о помощи. В Дельфах услышали римляне ответ, что не сам Аполлон, а его сын сможет спасти Рим от болезни. Сыном Аполлона был бог врачевания Асклепий, или, на римский лад, Эскулап. К берегам Эпидавра, где жил Эскулап, римляне и направили свой корабль.

Слезно просили римские послы жителей Эпидавра разрешить увезти бога в Рим, где погибают от мора их жены и дети. Греки принялись совещаться: позволить ли пришельцам забрать с собой Эскулапа? Спорили до самой ночи и ничего не решили. Ночью же одному из римлян явился во сне сам Эскулап, с длинной бородой и деревенским посохом в руке. Он обещал отправиться с римлянами, но не в том виде, в котором все его узнают, а в облике змеи.


Сон Эскулапа. Художник С. Риччи


Наутро и греки, и римляне собрались в храме Эскулапа молить бога, чтобы тот сам выбрал, в каком городе хочет остаться. Только закончили молиться, как из глубин храма выползла огромная золотая змея, и от движения ее сотрясались алтари и двери. «Это бог!» – закричал эпидаврский жрец, и все, не зная, что за бог перед ними, выказали ему величайшее почтение. Змея благосклонно пошевелила гребнем и соскользнула по ступеням храма на улицу.

Петля за петлей, огромная змея проползла через благоговейно замерший город до самого римского корабля. Корабль просел под божественным грузом, но отправился по волнам обратно к латинским берегам. Всю дорогу змея возлежала на палубе, положив голову на нос корабля. Когда же судно вошло в Тибр и стало подниматься к Риму, весь народ, ликуя, встречал его на берегах, воскурив на алтарях фимиамы и принося в жертву Эскулапу животных, сама же змея высматривала с палубы новое пристанище. У самого Рима она соскользнула с корабля на остров посреди Тибра и там осталась, приняв привычный облик Эскулапа. Вскоре болезнь покинула город.


Больной ребенок, приведенный в храм Асклепия. Художник Дж. У. Уотерхаус


На острове римляне возвели храм Эскулапа, а после, когда отделывали набережные этого небольшого острова, придали им форму корабля, а «нос» украсили статуей бога.

Пенаты и лары – духи-покровители дома

Дом со всеми его обитателями находился в ведении благоволивших людям духов – пенатов. Название их происходит от латинского слова penus, которое означает провизию или съестные припасы. Поэтому считается, что первоначально пенаты олицетворяли домашнюю житницу или кладовую.

Как покровители кладовых, пенаты ведали запасами дома и пользовались ими наряду с другими обитателями, участвуя в домашних трапезах. Во время трапезы за общим столом пенатам бросали в очаг кусочки пищи или ставили на стол фигурки пенатов, а перед ними солонку и глиняные мисочки с едой.

Явно прослеживается связь пенатов с домашним очагом, которая в принципе характерна для домашних божеств многих народов. Очаг был местом приготовления пищи, у очага собиралась вся семья – такая связь между пенатами и огнем неудивительна. Близ семейного очага, где постоянно поддерживался огонь, в сердце дома помещались и изображения пенатов. Их изготовляли из глины, камня или дерева и хранили в специальном закрытом шкафчике.


Домашние боги. Художник Дж. У. Уотерхаус


Благодаря связи пенатов с очагом их культ стоял близко к культу Весты и ее священного огня. В некотором роде Веста была ответственна за духовное благополучие семьи, а пенаты – за материальное. Они заботились о насущном хлебе семьи, охраняли каждого из ее членов.

Пенатам приносились благодарственные жертвы, когда в семье происходили радостные события, такие как свадьба или рождение ребенка. Если семья переезжала в другой дом, то пенатов забирали с собой и их первыми вносили в помещение.

С развитием римского государства возник культ и общественных пенатов. Одной из главных святынь Рима считались пенаты римского народа. Верили, что их перевез Эней из Трои в основанный им город Лавиний. Поэтому римские консулы приносили им жертвы, называя пенатами Лавиния. Эти пенаты помещались во внутренней части храма богини Весты и считались залогом нерушимости Рима. В торжественных клятвах к пенатам взывали наряду с обращением к Юпитеру.

И конечно, известная поговорка «вернуться в родные пенаты» звучала первоначально как «вернуться к родным пенатам», то есть к хранителям дома, его душе.

Заботы о семье пенаты разделяли с ларами. Однако лары в отличие от пенатов почитались и за пределами дома. Считалось, что лары охраняли хозяев и во время путешествий, на войне, на полевых работах. Верили также, что лары наказывают тех, кто в должной мере не чтит семейные отношения, в частности тех, кто слишком жестоко относится к рабам. Интересно, что римские рабы наряду со своими хозяевами почитали именно ларов, но не пенатов.

Культ ларов был сосредоточен на перекрестках. Ежегодно после окончания полевых работ, в декабре римляне отмечали посвященный ларам праздник Ларалии, или Компиталии. Он объединял всех, чьи владения сходились на одном перекрестке, и ларам соседи приносили совместную жертву. На перекрестках во время Компиталий главы семей развешивали шерстяных кукол и клубки шерсти, изображавшие соответственно свободных членов семьи и рабов. Есть мнение, что это были символы, замещающие человеческие жертвоприношения.

Пиршество на Компиталии было совместным для свободных и рабов. На этот народный праздник урожая было принято совершать нечто смешное и непристойное, и для этого участники Компиталий надевали маски из древесной коры, чтобы оставаться неузнанными, творя всяческие неподобающие поступки.

В городе улицы также имели своих покровителей-ларов, алтари которых ставились на перекрестках и украшались во время Компиталий.

Ларам приносили жертвы на все семейные праздники. Так, римская невеста брала с собой из родительского дома три медные монеты, одну оставляла на перекрестке, вторую приносила в дар ларам семьи, третью отдавала мужу.


Уличный алтарь. Художник Л. Альма-Тадема


Когда семья покидала дом, пенаты следовали за ней, но лары оставались в доме и оберегали его во время отсутствия хозяев. Изображения ларов хранились в особом шкафчике-ларарии у очага, по соседству с изображениями пенатов, и также изготавливались из камня или металла. Позднее их начали ставить при входе в дом или рядом со спальней.

Как и пенаты, существовали также общественные лары, хранители города и государства. В качестве таковых почитали близнецов Ромула и Рема, их кормилицу Акку Ларентию и других легендарных персонажей, которых чествовали на Компиталии.

Культ ларов и пенатов был в Риме чрезвычайно популярен и живуч: один из последних императорских указов, направленный против язычества в Риме – указ Феодосия от 392 го да, – запрещал именно семейные обряды, посвященные пенатам и ларам.

Маны и лемуры – представления о загробной жизни

Таких детальных и красочных представлений о загробной жизни, какие имели греки, у римлян изначально не было. Не было царства мрачного Аида-Плутона и его прекрасной жены Прозерпины, не было трехглавого Цербера, сторожившего выход из подземного мира, и седого Харона, перевозившего души умерших через Ахерон, – все это со временем пришло в Рим из Греции. Источники сообщают, что изначально римляне верили, будто жизнь у умирающего отнимает богиня смерти Морс, бог Цекул закрывает ему глаза, а душу из тела исторгает бог Видуус.

Как и большинство древних народов, римляне полагали, что тень умершего поддерживает связь с живыми и нуждается во всем том, что имела при жизни, поэтому на могилу предков приносили соль, вино и хлеб. Интересно, что римские гробницы часто строили рядом с дорогами и высекали на них обращения от имени мертвого с просьбой вспоминать его и оставлять приношения на могиле.

В верованиях римлян существовали добрые и злые души умерших. Добрые называли манами, поэтому на римских надгробиях часто писали: «D. M. S.», то есть «Dis manibus sacrum» – священным манам. Считалось, что маны – это души предков, которые защищают и оберегают свой род. Манам был посвящен февральский праздник Паренталии, родительские дни. На это время закрывались все храмы и запрещались церемонии, от которых ожидали благоприятного исхода, например свадьбы.

Под конец Паренталий открывалась запертая в остальное время «камнем манов» особая яма-мундус. Она находилась на Палатинском холме, и римляне верили, что в ней, глубоко под землей, обитают маны. Открыв ее, жрецы совершали торжественные церемонии в честь покровителей-предков и подносили им жертвенные вино и молоко.

Манов считали добрыми божествами, но, как и все потустороннее, относящееся к миру смерти, они были по-своему опасны: с ними была связана страшная подземная богиня Мания, насылавшая безумие. Полагают, что в древности манам приносили даже человеческие жертвы.

Злые души безродных покойников, которых некому было кормить, назывались лемурами или ларвами. Верили, что по ночам лемуры скитаются по земле, пугая живых. Чтобы обезопасить себя и умилостивить лемуров, римляне отмечали в мае посвященный им праздник Лемурии, когда тоже запирались все храмы и нельзя было жениться.

В середине ночи на каждую их трех ночей Лемурий отец семейства вставал с постели и босиком шел к двери. Он омывался чистой водой и, стоя спиной к двери, бросал за порог черные бобы и девять раз выкрикивал: «Этими бобами выкупаю себя и своих». Бобы были важной частью культа подземных богов: верили, что голодные лемуры подбирают и едят их. Затем отец семейства омывался, шумел медными сосудами, отпугивая лемуров, и снова девять раз восклицал: «Вон, духи дома!» Считалось, что после такой процедуры злые духи изгнаны и не тронут людей.

Гении и юноны – личные покровители

У каждого римлянина и каждой римлянки был личный дух-покровитель. Мужские духи назывались гениями, а женские – юнонами. Гении и юноны считались чем-то вроде второго «я» человека. Они охраняли его с момента появления на свет, защищали от невзгод и болезней, определяли его характер. Отсюда представления о гениальности как о благоволении к человеку доброго гения, наделившего его особыми талантами. В свой день рождения римлянин обязательно приносил жертвы гению: курения, цветы и вино. Гений отца семейства занимал важное место среди домашних богов, его именем клялись все домочадцы.

Изначально гении и юноны, по всей видимости, отвечали за продолжение рода – о том свидетельствует происхождение их имен. Слово «гений» восходит к корню gen и означает «тот, кто рождает», а «юнона» происходит от латинского слова, обозначающего молодость. Функция эта была крайне важна, так как от рождения детей зависело благополучие рода, его дальнейшая судьба. С течением истории гении трансформировались сперва в персонификацию качеств и достоинств римлянина, а потом – в личное божество, рождавшееся вместе с человеком, сопровождавшее его до самой могилы, а после – бродившее по земле неподалеку от места погребения.

Помимо личных гениев существовали многочисленные гении местности, представляемые в виде змеи. Гении местности отчасти близки к ларам, и вряд ли сами римляне могли провести между ними четкую грань. Свои гении были у целых провинций, общин, колоний, даже у театров и легионов. Существовал гений всего римского народа, и каждый римлянин чтил его наряду со своим собственным. Его статуя стояла на римском форуме, а на Капитолии ему был посвящен щит с надписью «Гению города Рима, или мужчине, или женщине». Такая надпись по одной версии объясняется тем, что в древности не было разделения на мужских и женских духов-покровителей, по другой – что имя и пол гения Рима скрывались, чтобы его не переманили враги.

В позднейшее время всенародным почитанием пользовались гении императоров. Эта традиция началась с Октавиана Августа, поставившего статуи своему гению во всех провинциях римского государства. С тех пор самой прочной клятвой в Риме считалась клятва гением императора, и нарушение ее приравнивалось к оскорблению императорской власти.

Парки

В поздней римской мифологии парки отождествлялись с греческими мойрами, тремя сестрами, владеющими нитью жизни человека. У каждой мойры была своя функция: Клото, Пряха, пряла нить человеческой жизни, Атропос, Судьба, определяла длину этой нити, а Лахесис, Неотвратимая, обрезала ее, когда наступал срок.

Но любопытно, что имена римских парок не имеют никакого отношения к прядению, а значит, это местные италийские божества со своей долгой историей. Их звали Нона, Децима и Морта, и изначально парки отвечали за деторождение. Нона и Децима – Девятая и Десятая – отвечали за рождение ребенка соответственно на девятом или десятом месяце после зачатия. Понять функцию третьей, Морты, сложнее: по всей видимости, от нее зависело рождение мертвого ребенка.


Три мойры. Художник Содома


Полагают, что изначально Парка была одна и почиталась как богиня рождения, родственная другому римскому божеству, Карменте. Кармента, ведущая происхождение, вероятно, от речных божеств, считалась покровительницей беременных женщин, принимала ребенка во время родов и предрекала его судьбу. У подошвы Капитолия стоял храм Карменты, а в январе отмечался посвященный ей женский праздник Карменталии.

Парки были важным элементом народных верований и в позднейшее время стали известны как «фаты». Ранее фатами называли прорицательниц, и в народном языке благодаря им возникло имя и понятие фей – на латыни fata.

Гадания

Гадания и толкования предзнаменований играли очень важную роль как в частной, так и в общественной жизни римлян. Богов спрашивали об исходе любого значимого дела, будь то военный поход или строительство здания. Этим целям служила четко выверенная система гаданий, которыми занималась специальная коллегия жрецов-авгуров. Авгуры пользовались большим влиянием и, если предзнаменования были дурными, могли даже отменить принятый закон.

Гадания авгуров назывались ауспициями и делились на несколько классов. Самым распространенным было гадание по крикам или полету птиц. Для первого подходили вороны и совы, для второго – соколы, орлы и коршуны. Играли роль даже мельчайшие детали. Например, карканье вороны возвещало удачу, только если доносилось с левой стороны.

Прежде чем приступить к наблюдению за полетом птиц, следовало очертить небольшую площадку на земле, откуда велось наблюдение, и широкое пространство на небе. Для этого авгур жезлом проводил в небе две воображаемые пересекающиеся линии – с севера на юг и с востока на запад. Линии эти он так же мысленно обрисовывал прямоугольником, внутри которого и предстояло высматривать птиц. Точно так же авгур очерчивал площадку на земле, и наблюдающему следовало сидеть в месте пересечения воображаемых линий. Такая площадка называлась templum – отсюда и пошло понятие, обозначающее римский храм как таковой. Как правило, за птицами наблюдал не сам авгур, а тот, кто испрашивал божественной воли, авгур же только толковал знамения.


Любимцы императора Гонория. Художник Дж. У. Уотерхаус


Еще распространены были гадания по небесным явлениям, таким как гром и молния, и по клеванию или неклеванию зерен птицами. Первое возвещало удачу, второе – наоборот. Такое гадание пользовалось особым уважением на войне, поэтому за легионом часто следовал специальный человек с целым фургоном кур.

Достойным доверия гаданием считалось также гадание по внутренностям жертвенных животных, преимущественно по печени. Им занимались особые гадатели – гаруспики, которые знали массу тонкостей и гадальных значений каждого участка печени. Само гадание пришло в Рим из Этрурии, и лучшими гаруспиками в Риме на протяжении столетий считались этруски.

Даже когда вера в богов в высших кругах Рима пошатнулась, ауспиции продолжали играть роль мощного политического рычага, а авгуры пользовались большим уважением.

Римляне подходили к гаданию так же формально, как и к исполнению религиозных церемоний. Известна анекдотическая история, когда один римский консул, видя воодушевление солдат, собирался напасть на противника и испросил у авгура предсказания. Авгур разделял настроения войска и, совершив гадание, ответил консулу, что куры хорошо клюют зерно и бой пройдет успешно. Однако перед началом сражения консул случайно узнал, что авгур соврал ему и предзнаменования неблагоприятны. Консул сказал: «Что ж, это дело жреца. Мне было объявлено, что боги благоволят нам, и я считаю, что это так». Консул выиграл сражение, а вот авгур, как гласит предание, был убит в бою.

Большое влияние на жизнь римлян оказывали случайные происшествия, которые они, как правило, истолковывали неблагоприятно. Например, народное собрание должно было немедленно разойтись, если с кем-то из присутствующих случался эпилептический припадок. Действительно, римляне были очень суеверны, как мы сказали бы сейчас, и даже незначительные на наш взгляд события могли изменить их решения. Так, рассказывают, что не вовремя раздавшийся писк полевки заставил одного человека снять с себя обязанности диктатора, а другого уйти с поста начальника конницы.

Жречество, изображения богов и храмы

В Риме, в отличие от ряда других культур, не существовало особого жреческого сословия. Жрецы были должностными лицами, избиравшимися из круга римских граждан. Они полноценно участвовали в общественной жизни и образовывали коллегии с фиксированным кругом обязанностей. Известны коллегии фламинов, фециалов, понтификов, луперков, салиев, арвальских братьев, гаруспиков, авгуров и весталок.

Фламинами называли служителей отдельных богов, их коллегия насчитывала пятнадцать человек. Среди фламинов трое считались старшими: это были жрецы Юпитера, Марса и Квирина, они пользовались наибольшим почетом, но на них налагались и строгие ограничения. Так, фламин Юпитера не имел права ездить верхом, иметь узлы на одежде, оставаться за пределами города после заката солнца, так как ему каждодневно надлежало приносить жертву Юпитеру, и так далее. Отличительным признаком фламина была конусовидная шляпа белого цвета, сшитая из шкуры жертвенного ягненка. В эпоху империи к коллегии присоединились фламины обожествленных императоров.


Скульптура Цереры. Художник П. П. Рубенс


Фециалы, пожалуй, были в большей степени чинов никами, чем другие древнеримские жрецы. Они исполняли функции вестников и послов, следили за соблюдением регламента международных отношений: объявления войны и мира, выдачи пленных и так далее. В их же ведении находились международные договоры. Коллегия фециалов насчитывала 20 человек. Само их название интерпретируют по-разному: его возводят к слову fides – верность или foedus – договор.

Понтифики, число которых век от века менялось и ко времени императоров достигло пятнадцати, следили за работой других жреческих коллегий. В их ведении находился календарь, священные праздники и жертвоприношения, понтифики знали благоприятные и неблагоприятные дни, хранили память об исторических событиях, а также давали свое заключение относительно всех сакральных дел в общественной и семейной жизни. Глава коллегии, великий понтифик, надзирал над всеми религиозными вопросами и считался по сути главой римской религии. Начиная с Юлия Цезаря этот титул принадлежал римским императорам и со временем перешел к римскому папе.

Коллегии салиев, луперков и арвальских братьев имеют отношение скорее к древним земледельческим культам, чем к государственной религии Рима. Салии подразделялись на две коллегии по двенадцать человек – жрецов Марса и Квирина. Они носили короткие пурпурные туники и священные щиты, в марте и октябре салии совершали публичные шествия, во время которых плясали и пели. Будучи жрецами бога земледелия и войны, салии обладали прямой связью с римской военной организацией. Мартовское шествие салиев представляло собой обрядовую подготовку римского войска к выступлению в поход, октябрьское знаменовало завершение периода военных действий.

Коллегия луперков насчитывала пятнадцать человек, и жрецы ее служили, по всей видимости, Фавну и его пастушескому культу, хотя празднования свои устраивали только раз в году, в середине февраля на день Луперкалий, о чем подробнее и написано в соответствующем разделе. Арвальские братья, братья-пахари, числом двенадцать, служили божествам земли и плодородия. Внешними их отличиями были венки из колосьев и белые головные повязки. В мае они устраивали торжества и приносили жертвы богине земледелия, называемой Деа Диа. По всей видимости, она была одной из ипостасей Опс, жены Сатурна, отождествленной с греческой Реей.

Особое место среди жрецов занимали гадатели, авгуры и гаруспики. Коллегия авгуров состояла из пятнадцати членов, и в их обязанности входило толковать божественные знамения, в основном явления природы, и устраивать гадания-ауспиции по всем значимым поводам. Авгуры также выясняли причины несчастий, постигших римскую общину: неурожаев, болезней и тому подобного. Римские государственные деятели обязаны были прибегать к гаданиям авгуров накануне всех серьезных военных и гражданских событий. Гаруспики, гадавшие по внутренностям животных, получили статус коллегии только при императоре Клавдии, и коллегия эта насчитывала шестьдесят человек.

Жриц Весты, весталок, всегда было только шесть, и они выбирались из девочек 6–10 лет, происходивших из самых знатных семей Рима, на тридцатилетний срок. Весталки давали обет целомудрия и поддерживали священный огонь в храме Весты. Считалось, что они также выполняют некие обряды, скрытые от глаз непосвященных. Весталки имели право владеть собственностью и самостоятельно распоряжаться своим имуществом, и единственные из всех жрецов получали нечто вроде заработной платы.


Жертвоприношение богине Весте. Художник С. Риччи


Что касается самих форм почитания богов, то в древнем Риме они были довольно сухи и рациональны. О молитвах и ритуалах мы уже упоминали в самом начале, стоит коснуться также изображений богов и храмовых помещений. Обычай делать статуи богов римляне заимствовали у греков, первоначально же символами богов служили те или иные характерные предметы: Марса олицетворяло копье, Юпитера – камень, Весту – очаг. Храмов как таковых изначально тоже не было, были лишь священные места, такие как огороженный templum для гаданий. Уже в более позднее время, по примеру греков, римляне начали строить монументальные храмы и украшать их великолепными статуями богов своего пантеона.

Римский календарь и основные праздники

Самый древний римский календарь был аграрным, то есть основывался на сроках проведения сельскохозяйственных работ. Он насчитывал десять неравных месяцев: в некоторых не было и двадцати дней, в некоторых – тридцать пять, а то и больше. Начинался древний римский календарь с марта, когда земледельцы приступали к работе. Двенадцатимесячный лунный календарь ввел легендарный римский царь Нума Помпилий, который добавил два новых месяца: январь и февраль. Ученые расходятся во мнениях, когда начало года было перенесено с 1 марта на 1 января: при Нуме или уже при Юлии Цезаре.

Некоторые месяцы римского года были напрямую посвящены тем или иным богам. Так, январь – месяц Януса, март – Марса, май – богини плодородной земли Майи, июнь – Юноны, супруги Юпитера. Остальные месяцы назывались просто пятым, шестым и так до десятого. Правда, когда начало года было перенесено с марта на январь, все сместилось и март превратился в третий месяц года, а значит, пятый по счету месяц стал седьмым, шестой – восьмым и так далее. Римскими названиями этих месяцев мы пользуемся по сей день: девятый месяц года, сентябрь, мы именуем седьмым (от латинского septem – семь), десятый, октябрь – восьмым (octo – восемь), одиннадцатый и двенадцатый – девятым и десятым соответственно (novem и decem – девять и десять). Слово «февраль» происходит от латинского februare, что означает «очищать», так как февраль считался месяцем религиозного очищения, а «апрель» – от aperire, «открывать», так как именно в апреле появлялись первые побеги растений.

Откуда же возникли названия «июль» и «август»? В древности они назывались просто «пятый» и «шестой», но получили новые имена в честь Юлия Цезаря и его преемника Октавиана Августа. Император Домициан тоже попытался дать месяцам свои имена, назвав сентябрь «германиком», а октябрь «домицианом», но после его смерти к ним вернулись прежние названия.

Числа месяца римляне определяли, отсчитывая их от трех главных дней, первоначально связанных с лунным календарем: это календы, ноны и иды. Календы – первый день месяца, который приходился на новолуние, ноны – день первой четверти луны, а иды – середина месяца, полнолуние. В марте, мае, июле и октябре иды приходились на 15-е, ноны на 7-е число, а в остальные месяцы – иды на 13-е, а ноны на 5-е число.

От календ, нон и ид дни отсчитывались назад, например говорили: «Это было в пятый день перед июньскими календами». Календы принадлежали Янусу, богу всех начинаний, а иды считались днем, посвященным Юпитеру, – в середине каждого месяца жрец Юпитера приносил в жертву овцу. В культурном европейском контексте особую известность получили мартовские иды, став понятием нарицательным, так как в этот день в 44 году до н. э. был убит Юлий Цезарь.

В году римляне отмечали более пятидесяти праздников в честь разных божеств. О некоторых, самых интересных и важных, мы расскажем подробнее.

В поздние времена в январские календы, первого числа, римляне отмечали праздник нового года. В этот день приносили ладан и вино в жертву Янусу, богу начала и конца; принято было желать друг другу добрых начинаний и дарить деньги, так как на медных ассах изображался сам двуликий Янус. Янусу же был посвящен и январский праздник Агоналии, приходившийся на 9-е число, когда богу приносились очистительные жертвы.


Приготовления к празднику. Художник Л. Альма-Тадема


15 февраля справляли посвященный Фавну, покровителю стад, праздник Луперкалии. Церемонию проводили жрецы одной из древнейших коллегий – луперки, которые собирались в пещере Луперкаль у подножия Палатинского холма, в самом древнем святилище Рима, где, по преданию, волчица вы кормила близнецов Ромула и Рема. Там луперки приносили в жертву козу или козла, одного из самых плодовитых животных, а после устраивали пир. На пиру двух юношей из благородных семей подводили к месту заклания животных, и там один жрец касался их лбов окровавленным жертвенным ножом, а второй тут же стирал кровь смоченной в молоке шерстяной тряпицей.


Пан. Художник М. Врубель


Затем луперки нарезали из козьих шкур ремни и, вооружившись этими ремнями, в одних набедренных повязках бежали вокруг Палатинского холма, а после по Священной дороге, главной улице Рима, до основания Капитолия и обратно. Всех встречных луперки били ремнями, и бездетные женщины специально подставлялись под удары луперков, так как считалось, что это поможет им забеременеть.

Существуют различные мнения об истоках и значении этого праздника. Еще в античности знали несколько легенд о происхождении Луперкалий. Согласно одной из них, Ромул и Рем после победы над Амулием с ликованием помчались туда, где их вскормила волчица. Суть праздника – подражание этому бегу, окровавленный нож ко лбам двух юношей прикладывают как напоминание об опасностях и убийствах, окружавших близнецов, а очищение молоком – символ пищи, которой были вскормлены Ромул и Рем.

Античные авторы полагали Луперкалии церемонией очищения, так как весь февраль, последний месяц древнего календаря, считался месяцем очистительных обрядов. Возможно также, что цель обрядов луперков – увеличение плодородия. Еще бытует мнение, что Луперкалии – не что иное, как праздник первого выгона стад на луга, и обряды луперков символизируют защиту скота от волков, поскольку лесной бог Фавн считался покровителем стад и пастухов, а «луперк» переводится как «гонитель волков».

В феврале же проводились и Паренталии, родительские дни, исчислявшиеся с 13-го по 21-й день месяца. Это были дни поминовения умерших, когда у могил родственников или на дорогах оставляли цветы, преимущественно фиалки, фрукты, соль и хлеб. Считали, что праздник этот введен в обиход благочестивым Энеем, который стал ежегодно приносить жертвы своему отцу Анхизу. В поминальные дни закрывались храмы всех богов, запрещалось совершение браков, а римские должностные лица снимали знаки своей власти. Бытовало мнение, что в это время по земле путешествуют души мертвых и вкушают оставленные им приношения. Заканчивались Паренталии большим празднеством, Фералиями, когда на Палатинском холме приносили жертвы манам.

27 февраля и 14 марта отмечали посвященный Марсу праздник Эквирии, предположительно основанный его сыном Ромулом, когда проводились конные состязания на Марсовом поле и ритуальное очищение коней. Праздники предшествовали месяцу бога войны и символизировали начало времени военных походов. Закрывали «военный сезон» октябрьские иды, праздник Октябрьского коня с приношением Марсу жертвенных животных. В марте и октябре проходили и шествия салиев, знаменующие начало и конец времени военных действий.

В мартовские календы римляне праздновали Матроналии, устраиваемые в честь богини Юноны. В нем принимали участие только замужние женщины – свободные жительницы Рима. По преданию, праздник этот был также учрежден Ромулом в знак почтения к римским женам, остановившим битву с сабинянами. В тот же день на Эсквилинском холме был заложен храм Юноны Луцины, покровительницы деторождения, которой женщины молятся в Матроналии, прося безболезненных родов. И в этот день домочадцы преподносят подарки римским матерям и женам.


Приготовления в Колизее (фрагмент). Художник Л. Альма-Тадема


С 19 по 23 марта проводились Квинкватрии в честь Минервы. На второй день празднеств устраивали гладиаторские бои как отражение воинственной натуры этой богини, в остальное же время Квинкватрии справляли те, чьим занятиям Минерва покровительствовала: ученики и учителя, вязальщицы и прядильщицы, различные ремесленники и художники, врачи и поэты. В июне проходили малые трехдневные Квинкватрии, устраиваемые флейтистами.


Весна. Художник Л. Альма-Тадема


В честь Цереры, богини плодородия и земледелия, возник праздник Цереалии, приходящийся на дни с 12 по 20 апреля. В основном Цереру чествовали плебеи, так как культ богини получил наибольшее распространение среди простого народа, особенно в сельской местности. Даже в Риме храм Цереры находился у подножия Авентинского холма, в районе, где жили преимущественно плебеи. В жертву Церере приносили свиней, люди же в эти дни надевали белые одежды, собирали праздничные угощения и посылали друг другу цветы.

В мае проводили Лемурии, призванные задобрить неспокойные души умерших, и Флоралии, торжества в честь Флоры, богини цветения.

С 7 по 15 июня устраивали Весталии в честь Весты, хранительницы очага, а в разгар лета, 23 июля, отмечали Нептуналии, посвященные богу всех потоков Нептуну, прося его предотвратить засуху. О праздновании Нептуналий известно немного: строились хижины из ветвей, в которых, надо полагать, и отмечали торжество, предаваясь обильным возлияниям. Во времена империи в это же время шли игры в честь Нептуна.

Осень в Риме была временем публичных игр, посвященных Юпитеру, – Римских в сентябре и Плебейских в ноябре, в декабре же римляне пышно отмечали праздник Сатурналии.

Сатурналии проходили с 17 по 23 декабря и ознаменовывали окончание всех земледельческих работ. Название праздника связано с тем, что именно Сатурну римляне приписывали изобретение земледелия. Сатурналии носили характер общенародного фестиваля: на это время приостанавливались все государственные дела, нельзя было объявить войну, закрывались суды, прекращались занятия в школах и запрещалось наказывать преступников.

Празднество начиналось с жертвоприношения в храме Сатурна, после чего устраивался пир для сенаторов и всадников. В римских семьях в честь Сатурна закалывали свинью и дарили подарки, среди которых были восковые свечи и выпеченные из теста фигурки. Первые – в честь того, что окончание Сатурналий приходится на зимнее солнцестояние, самую долгую ночь в году, после которой солнечный день начинает прибывать; вторые символически замещали человеческие жертвоприношения, видимо, полагавшиеся Сатурну в древности.


Праздник урожая. Художник Л. Альма-Тадема


В дни Сатурналий улицы Рима были запружены людьми, которые приветствовали друг друга традиционными выкриками: «Io, Saturnalia!» В течение всего фестиваля продолжались пиры, гулянья, различные игры, так что праздник пользовался большой любовью у римского народа. На время Сатурналий рабы уравнивались в правах со свободными людьми – возможно, в память о всеобщем равенстве, царившем на земле в Золотой век Сатурна. Это, пожалуй, самая известная особенность Сатурналий: рабы получали право сидеть за одним столом с хозяевами, свободно распоряжаться собой и даже ругать господ и отдавать им распоряжения.

Этот повторявшийся из года в год распорядок праздников и обрядов составлял неотъемлемую часть жизни римского общества.

Культ императоров

Власть римских магистратов, должностных лиц, с древнейших времен носила некий сакральный характер, они получали полномочия на основании «священного закона». Но со временем сакральность и неприкосновенность магистратов была утрачена. Естественным заполнением этого идеологического вакуума стал проявлявшийся в различных формах культ римских императоров. Однако сразу стоит сказать, что для Рима было характерно обожествление не конкретной персоны, а самих властных полномочий.

Начало этому положил Юлий Цезарь, который, впрочем, обожествлял не себя, а насаждал культ Венеры Прародительницы, от которой шел род Юлиев. К богам Юлия Цезаря причислил его преемник Октавиан, также учредивший в Риме поклонение своему личному гению. Гений Октавиана Августа был объявлен общегосударственным божеством, во время клятв его имя упоминалось следом за Юпитером, а в кварталах Рима были устроены святилища Гения. Образовалась даже специальная коллегия августалов, следивших за отправлением культа. Со временем в провинциях появились и святилища самого Августа – с его высочайшего со изволения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

Из серии: Классика в иллюстрациях

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Мифы и предания Древнего Рима (Д. А. Лазарчук, 2014) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я