Рак излечим (М. В. Кутушов)

В этой книге выдвинута теория о причинах возникновения рака и гипотеза о происхождении жизни на Земле. Эмбриология и эволюция, в свете этой теории, являются фрактальными частями одного и того же процесса. Дана принципиально новая оценка сущности диссимметрии в живых организмах. Доказано, что 80 % воды и 16 % белка, из которых мы состоим, и есть место ее «обитания», причем эти 96 % живут своей особенной жизнью, но в содружестве с биохимией и генетикой. Высказана мысль, что сознание является разновидностью симметрии и имеет фрактальное строение. Сделана попытка установить динамическую связь пространства с геометрией, математикой и живыми существами. Установлена связь живых существ с их кристаллическим прошлым. Доказано, что по мере снижения энтропии и уровня симметрии, возрастает независимость и степень свободы живого существа, усложнение его регуляторных систем, но возрастает также и беззащитность перед глобальными и резкими изменениями в окружающей среде. Лечение рака, основанное на этой теории – диссимметрирующая терапия, является не только патогенетическим, но и этиологическим лечением. Автор уверен, что фармакологические препараты, устройства и философия этого лечения будут неотъемлемой частью при лечении всех болезней. Этот вид терапии безвредный и эффективный при лечении всех видов рака, несмотря на то, что в настоящее время используется только часть его арсенала. Практические результаты лечения, полученные в течение 12 лет, доказывают превосходство над существующими в современной онкологии и подтверждают правоту нашей теории. Эта книга должна помочь новой науке синергетике встать на ноги и занять подобающее ей место в естествознании.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Рак излечим (М. В. Кутушов) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 1. Геометрия пространства и диссимметрия жизни

Симметрия являет собой невидимое отображение объективной реальности.

Автор

До настоящего времени никто не в состоянии ответить на вопрос о том, что такое жизнь, дать четкое определение этому явлению. Но прежде чем начнем разбираться в этом феномене, всмотримся глубже и шире в понятие объективная реальность. Об эту философскую глыбу разбился не один корабль с исследователями, представителями разных наук… Мы попробуем подойти к ней с несколько неожиданной стороны. Во-первых, зададим несколько вопросов по поводу тех вещей, которые мы видим воочию, из чего состоим, но объяснить, почему это так, не в состоянии. Затем попробуем по мере возможности ответить на них. Всем известна геометрия, ее интересные особенности, «золотое сечение», числа Фибоначчи и т. д. Все мы прекрасно видим физические тела, живые организмы, их золотые пропорции, различные виды симметрии, знаем об их фрактальном строении, уверены, что они «скроены» по этим чертежам… Но что связывает эти феномены – ответа нет! Наша с Вами задача найти эту ускользающую субстанцию, ее материальный (или нематериальный), возможно пространственный или энергетический эквивалент. Непостижимым, казалось бы, способом «золотое сечение» и числа Фибоначчи представляют своего рода «технологический рецепт» оптимизации живых структур и организмов. В них входят не только менее сложные живые системы, но наряду с ними и «мертвые» вещества: кислород, углерод, азот, вода, и в этой трансформации принимают участие золотые числа. Золотые числа устанавливают оптимальную связь между живыми и неживыми системами. Несомненно, что природа избрала золотое сечение как один из «способов» оптимального сопряжения систем как живой, так и неживой природы. Живая природа в процессе длительной эволюции создала такие системы, в которых отрицательная энтропия «усмиряется» и зависимость от окружающей среды сведена к минимуму. В роли укротителя и связующего элемента выступают, на наш взгляд, законы, которые формируют кристаллы и симметрию.

Давно известно, что в науке открытия совершаются либо случайно, по ошибке, либо с помощью очень простых опытов. И, как ни странно, в наше высокотехнологичное, компьютеризированное время мы попробуем ответить на поставленные вопросы, также применяя «примитивные» способы: сравнение подобий, обобщение фактов, опыт и знания тибетской философии и медицины. Что из этого выйдет, судите сами. Мы знаем только некоторые свойства живого вещества, которые сопровождают его жизнедеятельность: оно должно быть способно к метаболизму и редупликации и формировать петли отрицательной обратной связи, обеспечивающие стабильность (сохранение гомеостаза). Однако всеми этими свойствами могут обладать и материальные системы, которые мы никак не можем отнести к живому веществу. Но, оказывается, существует и еще одно свойство, которым должно обладать живое существо и даже продукты его жизнедеятельности. Хотя, к сожалению, и это свойство не позволяет нам ответить на вопрос: а что все-таки означает словосочетание «живое вещество». В начале 40-х годов ХIХ века Луи Пастер обнаружил, что любое живое существо и многие продукты его жизнедеятельности в одном отношении подобны кристаллам: они обладают способностью поляризовать свет. Еще через 30 лет Пьер Кюри объяснил причины этого явления. Оказалось, что атомы и молекулы любого вещества всегда расположены определенным образом: они образуют некоторую структуру. Это знали еще и до Кюри, но именно он установил, что кроме данной структуры атомы и молекулы могут образовывать и ее зеркальное отображение, обладающее теми же физико-химическими свойствами. Другими словами, молекулы могут быть правыми и левыми. Обычное косное вещество обладает свойством хиральности: левые и правые молекулы смешаны в нем приблизительно в одинаковой пропорции, поэтому они и не поляризуют свет. А вот живое, как объяснил Кюри, этим свойством не обладает. Вещество может входить в живой организм (или усваиваться) только в том случае, если оно обладает вполне определенным типом симметрии. Так, например, молекулы всех аминокислот в любом организме могут быть только левыми (редко правыми), а сахара – только правыми! Это свойство носит название диссимметрии. Благодаря нему живое вещество и поляризует свет. Факт, установленный Пастером и объясненный Кюри, получил название закона Пастера-Кюри. Этот закон имеет фундаментальный характер! Таким образом, если вещество не поляризует свет, то оно не может быть живым. Но обратного утверждения мы, к сожалению, сделать не можем, поскольку существует множество заведомо неживых объектов косного мира, которые поляризуют свет. Пример тому – кристаллы. Следовательно, исходя из этого, можно сделать вывод: в живых организмах существуют кристаллоподобные светопроводящие, светореактивные структуры и закрученные в разные стороны сверхплотные нано-магнитные и торсионные поля. Иначе как объяснить способность живых существ «поляризовать» молекулы. Мало того, некоторые представители животного мира, к примеру, диатомовые – обладают сверхъестественной «неживой» симметрией и точностью рисунка, как у кристаллов. Налицо негетическая связь кристаллов и живого вещества.

И все же закон Пастера-Кюри имеет исключительное значение, которое еще до конца не оценено. Так, по своим химическим свойствам правые и левые молекулы почти неразличимы. Мы их не можем различать ни в какой химической лаборатории, а живое вещество их различает! Оно подобно физику, владеющему электронным микроскопом и прочей современной оптической и рентгеновской техникой. Оно не только их различает, но и способно делать выбор: отбраковать один тип молекул и использовать другой! Другими словами, живое вещество каким-то непостижимым образом получает информацию о природе симметрии молекул, с которыми оно взаимодействует, и распоряжается ею по непонятным для нас правилам. Оно отбраковывает и не использует молекулы, не обладающие нужной ему структурой – типом симметрии. Живое вещество обладает новым и для нас непонятным принципом отбора. Может, это отбор по принципу устойчивости? Какой из физических факторов внутри живого организма «поляризует» их? Ответом на этот каверзный вопрос может послужить следующий простой опыт с зеркалом и полупрозрачным экраном. Источник света находится сзади, Вы поднимаете правую руку, тень на экране поднимет тоже правую. Перед зеркалом, если Вы поднимете правую руку, то Ваше отражение поднимет левую. Если между Вами и зеркалом поставить тот же полупрозрачный экран и осветить сзади, то мы увидим, что Ваше отражение-тень также поднимет правую руку… Постепенно повышая прозрачность экрана, можно добиться такого состояния тени-отражения, когда этот раздел исчезнет. Это не дифракция и не дисперсия света. Это, по сути, новое физическое явление. Над этим стоит задуматься. По законам той же физики, нельзя получить отражение от несуществующего объекта! Или даже созданного светом, поскольку в линейной оптике существует принцип суперпозиции: свет от одного источника не взаимодействует со светом от другого, они проходят друг друга насквозь. Но экран свидетельствует: что-то отражается в его глубине! В общем, не физика, а сплошная мистика! Надо полагать, что между атомами и молекулами в живом находится этот квазипространственный экран. Именно он призван заниматься сортировкой молекул и собственно диссимметризацией как таковой. Забегая немного вперед, скажем: свойствами этого двухслойного диссимметрирующего «экрана» обладают аллотропная форма протеина и вода, а также липотропные жидкокристаллические метастабильные системы. Это особое квантум-гелевое, когерентное состояние материи и пространства, которое «отбраковывает», сортирует молекулы, поляризует свет и т. д. Жизнь в свете этой парадигмы можно представить как гармоничное, временное диссимметричное сосуществование материи, энергии и пространства.

«Верх, низ, право, лево – таковы не только в отношении нас: ведь для нас они не всегда тождественны, а становятся тем или иным, смотря по положению, как мы повернемся (поэтому одно и то же бывает справа и слева, вверху и внизу, спереди и сзади), но в самой природе каждое из этих направлений определено особо», – говорил Аристотель. Кант, как мы помним, утверждал, что пространство и время являются формами нашей чувственности, формами нашего созерцания предметов внешнего мира до всякого опытного соприкосновения с ними, причем важно учитывать, что опытом он называет операции научные, основанные на данных механического естествознания его века. К ньютоновским доказательствам существования абсолютного пространства Кант добавил еще одно доказательство, или, более точно выражаясь, догадку. В работе «О первом основании различия сторон в пространстве» он соглашается с Аристотелем: пространство и его свойства – не простая условность, связанная с самим человеком. В то же время, в соответствии со своим основным принципом априорности (который соответствует принципу абсолютности времени у Ньютона) Кант полагает, что свойства пространства не являются свойствами вещей «самих по себе». Нам только кажется, что пространство определяется положением одной вещи по отношению к другой, на самом деле оно детерминируется отношением «системы этих положений к абсолютному мировому пространству». Различение сторон, то есть направление пространства, так же как и направление времени, не заключено в самих вещах, не может быть из них выведено. Всякое протяжение есть часть абсолютного пространства, а не относительного. «Абсолютное пространство, – указывал Э. Кант, – обладает собственной реальностью, независимо от существования всякой материи и даже в качестве первого основания возможности ее сложения». Первым основанием Кант называет отношение сторон пространства положению нашего тела. Так, правое и левое, которое кажется нам связанным с положением нашего тела, может быть отличено только по отношению к абсолютному пространству. Вот наша правая рука. Кажется, что она называется так только по отношению к левой руке. На самом деле это иллюзия. Обе наши руки нельзя совместить никакими их поворотами. Нельзя правую руку сделать левой и, наоборот, левую превратить в правую. Они и равны, и полностью подобны у одного человека по размерам и строению, но не взаимозаменяемы. Это новый вид пространства, относящийся к человеческому измерению, к трехмерным объектам. И, следовательно, проявление таинственного внутреннего, а не внешнего свойства пространства связано не с взаимоотношением тел и их частей, а с их отношением к абсолютному пространству. «Вот почему, – писал Кант, – понятие пространства, взятое в том значении, как его мыслит геометр, вдумчивый читатель не станет рассматривать как чистый плод воображения, хотя нет недостатка в трудностях, связанных с этим понятием, когда его реальность, ясно созерцаемую внутренним чувством, хотят постигнуть посредством понятий разума». «Свойство геометрических фигур обладать равенством и подобием, но не совместимостью можно встретить не только у человека, но и в других областях природы», – говорил Кант. В «Пролегоменах» он предлагает тем, кто все еще считает пространство и время свойствами вещей самих по себе, следующий парадокс. Две равные и подобные плоские геометрические фигуры могут быть заменены, поставлены одна на место другой, то есть полностью симметричны (хотя Кант слово «симметрия» здесь не употребляет). Но фигуры на сфере (например, изображенные на обоих полушариях глобуса треугольники, имеющие общим основанием ту или иную дугу экватора) могут быть совершенно равны и сторонами, и углами, тем не менее, их нельзя поставить один на место другого. Есть внутреннее различие, говорит Кант, которое никаким рассудком нельзя показать как внутреннее, хотя оно проявляется для нас как внешнее. И далее Кант (своим универсальным способом – через знаменитое «Ding an sich») пытается объяснить это необычное явление: «Эти предметы не представлены в вещах, каковы они сами по себе и какими бы их познавал чистый рассудок, а чувственное созерцание, то есть явления, возможность которых основывается на отношении некоторых самих по себе неизвестных вещей к чему-то другому, а именно к нашей чувственности, – писал Э. Кант, – что касается нашей чувственности, то пространство есть форма внешнего созерцания, внутреннее определение всякого пространства возможно только благодаря определению [его] внешнего отношения ко всему пространству, частью которого будет каждое отдельное пространство (частью отношения к внешнему чувству), то есть часть возможна только благодаря целому, а это имеет место только у одних явлений, а никак не у вещей самих по себе как предметов чистого рассудка». Поэтому, говорит он, нельзя объяснить различие подобных и равных, но не конгруэнтных вещей, улиток, например.

Явление, к которому прикоснулся Кант, открыто уже не только в философии и геометрии, но и в положительных научных дисциплинах, хотя не объяснено до сих пор. Вопрос заключается, если говорить просто, в том, почему наши руки несовместимы, будучи зеркально идентичными. Трехмерные фигуры можно совместить, только если вывернуть их наизнанку. Так, перчатку с одной руки можно, вывернув, надеть на другую. Но рука-то не перчатка. В общем, проблема сводится к особенностям симметрии. Симметрия любых – плоских и трехмерных – фигур основана на наличии у них определенных элементов поворота, которые создают возможность совмещения. У большинства симметричных тел обязательно должны быть такие элементы, как центр, ось, или плоскость симметрии. (Самая совершенная в смысле симметрии фигура – это шар: у него есть и центр, и ось, и плоскости симметрии). Тогда они симметричны целиком, но странным образом: если их вывернуть наизнанку. Эти фигуры и называются энантиоморфными (то есть рукоподобными), или изомерами. Каждое из таких подобных, но не совместимых тел может быть только двух видов – или левым, или правым.

Их изучение и описание шло постепенно и, следовательно, кантовская проблема вновь и вновь возникала в разных науках. Например, в первой половине ХIX века она появилась в чистой (по кантовской терминологии) математике, перешедшей к новым неэвклидовым разновидностям геометрии. Можно рассмотреть поэтапно геометрические и математические элементы, странным образом являющиеся «костяком» физических объектов… Существует заметное различие между гиперболическими геометриями живой и неживой природы. Гиперболическая геометрия неживой природы основывается на классических гиперболических функциях, которые лежат в основе геометрии Лобачевского. Сущность этой геометрии выражается с помощью числа е, которое наряду с числом π является одной из важнейших констант математики. Гиперболическая геометрия живой природы основывается на гиперболических функциях Фибоначчи и Люка, сущность которых выражается с помощью золотой пропорции, являющейся фундаментальной константой живой природы. Живое от неживого отличается динамикой поворота. Поэтому, найдя причины различия двух геометрий, мы найдем причину жизни, ее геометрический эквивалент, а затем и их физическую основу. Геометрия Лобачевского и функции Фибоначчи и Люка, по всей вероятности, имеют связующее звено, связи нематериального характера. Подобные связи мы видим, когда системы неживые и живые находятся в сплошном когерентном состоянии (как кристалл, если рассматривать его как сплошное тело). Этот же механизм мы видим в стае рыб, птиц, когда они мгновенно, как по команде, все меняют направление движения. В живых организмах физическим проводником этих связей являются белок и вода, находящиеся в квантум-гелевом состоянии.

Известно, что рост любого биологического объекта (в том числе и человека) сопровождается изменением его конфигураций на основе законов биосимметрии. В их основе лежат конформные (круговые) преобразования. Напомним, что «конформным отображением» в данной точке называется непрерывное отображение, сохраняющее углы между кривыми, проходящими через данную точку. Если отображение является конформным во всех точках некоторой области, то его называют конформным и в этой области. В нулевой точке вращения нет никакого напряжения, и поэтому ее можно считать осью торсионных полей, вокруг которой вращается параллелепипед. Параллелепипед – это матрица, которая в организмах представлена как «клетка-домен» (см. далее), а от скорости и динамики его «поворотов» зависят свойства аллотропной и других форм протеина. При комбинации поворота параллелепипеда с трансляцией его составных частей появляются так называемые торсионные поля, вызывающие спирализацию некоторых структурных элементов клетки и живого организма.

При конформных преобразованиях в общем случае изменяются как размеры, так и форма тела. Что является преобразователем? Преобразователем являются именно внутренние сверхплотные правовращающиеся нано-магнитные и торсионные поля, а также внешние электрические поля! На уровне геометрии это проявляется в том, что собственный фрактал при его интеграции преобразуется в форму тела.

Проблемы взаимоотношений пространства с живыми существами и, вообще, с физическим миром волнуют человека с тех пор, как появилось сознание. И до сих пор не стихают споры по этому поводу. Далее мы попробуем «разместить» и расставить все по своим местам в пространстве и разобраться, что же это такое… Живые системы только на первый взгляд кажутся сверхсложными, но, присмотревшись, в них можно разглядеть некую простоту, проявляющуюся в следующем:

1. Чем сложнее системы, тем более они схожи.

2. Чем сложнее системы, тем лучше развиты обратные связи между элементами, вплоть до появления связей нефизического характера.

3. Чем сложнее системы, тем больше энергии из большего спектра возможных они получают и в больший же спектр трансформируют. При этом система может ее накапливать в наиболее удобном виде. Происходит усложнение ее элементов (как подсистем). Затем, используя запас энергии для нарушения отрицательной обратной связи в рамках метасистемы, система превращает ее в положительную обратную связь и скачком занимает наиболее выгодное энергетическое положение (минимум потенциальной энергии).

4. Чем сложнее система, тем сложнее ее подсистемы (как элементы) – до появления разных уровней синергетики. Системе выгодно, чтобы ее элементы эволюционировали, рождались и умирали. Так они могут выполнять различные функции на различных временных отрезках и, в зависимости от внешних условий, обновлять содержание системы. Это позволяет ей быть пластичной и тонко реагировать на изменения энергетического потока, на котором она эволюционирует.

5. Все живые существа состоят из однотипных клеток.

6. Все биологические структуры – это апериодические кристаллы.

7. Самосборке субклеточных структур соответствует фрактальная модель морфологии органов.

8. Все живые организмы, независимо от их размеров и уровня организации, питаются только одним пространственным изомером, или правым или левым.

9. Все живые системы открытые, и в них за счет аллотропной формы (эпитаксиальных пленок) протеина происходит упорядоченный переход разных видов симметрии, с нано– до макроуровня.

10. Все живое обладает отрицательной энтропией.

11. Все организмы состоят из 4-х элементов: Н, О, N и С. Эти элементы самые распространенные в Космосе, но не на Земле. Их валентность составляет 1, 2, 3 и 4.

12. Через любое живое существо проходит «мировая пространственная линия», независимо от вида его симметрии.


Как происходит материализация вещества, в том числе и живого? Получается такая последовательность: неоднородности взаимопроникающих потоков пространств, в совокупности превышая некий допустимый уровень энергии, «консервируются» в массу. Как система они должны существовать за счет двух информационных потоков (потоков пространственных подоснов): это поток, формирующий сами объекты, и поток, формирующий их связь между собой. Потоки – это набегание пространств друг на друга, где частицы являются динамическим «уплотнением» постоянно взаимодействующих элементов обоих потоков. Взаимоотношения между частицами тоже подчиняются характеристикам потоков. Сами же потоки упорядочиваются электромагнитным излучением, рожденным взаимодействующими частицами. Это позволяет усложняться и частицам, и их взаимоотношениям, то есть материальным системам, и живым в том числе. Реализуется реальный физический процесс, обязанный своим существованием динамической симметрии, который приводит к появлению дискретных физических и биологических объектов из непрерывного физического вакуума, что в математическом описании представлено как достижение физическими величинами своих предельных значений. Не исключено, что процесс материализации выглядит следующим образом. Пространства «текут» друг относительно друга. Течение может быть ламинарным, турбулентным и кавитационным. Первые два вида течения создают материю и энергию, а жизнь – это кавитационная форма пространственных потоков. Живые существа нарождаются, как кавитационные пузырьки, существуют и «схлопываются» после выполнения своей функции… Помня о подобии, невольно укрепляешься в мысли: «Живое – это порождение кавитации пространств, воплощенное в материи». Упрощенно на примере молекул воды можно представить, как это происходит. Кавитационные полости возникают в воде, как трещины в твердом теле. Ввиду того, что молекулы воды сильно полярны, кавитация концентрирует энергию и вызывает свечение их на противоположных концах. Белок в аллотропной фазе фотоактивен, и вода при определенных условиях светится. Вот вам и светоносный квантум-гель, диссимметратор, материальная основа жизни…

Теперь мы можем смело искать истоки времени в динамической симметрии биологических систем всего лишь только потому, что это одно и тоже. Все живые (и не только) организмы построены на дискретности, на волнах и квантах, только масштабы структур разные. Обобщенная волна, соответствующая данной структуре или системе, как кванту, может полностью или частично входить в ближнее или дальнее поле структуры (системы). Поэтому первоначально остановимся на соотношении функций и ответственности контролеров волны и кванта. Поясним читателям, что может входить в понятие контролеров: это аттракторы, индукторы, невидимые оси симметрии и т. д. Можно выделить два предельных случая, анализ которых представляет значительный интерес. Иногда возникают такие обстоятельства, что иерархические процессы, происходящие от кванта и волны, доходят друг до друга и вступают в резонансное взаимодействие, создавая новые устойчивые резонансные структуры, во многом более устойчивые, чем сформировавшие их квант и волна. Наиболее интересным примером может служить формирование многоклеточных организмов, имеющих масштабы, промежуточные между клеткой и биосферой. Человек также является примером такой резонансной структуры. Здесь необходимо сделать некоторые замечания. Во-первых, о предпочтительных масштабах таких резонансных процессов и структур. Некоторые предположения могут быть сделаны на основании имеющихся эмпирических данных. Ранее мы указывали на то, что часто наблюдается иерархия соотношений квант-волна. Эта иерархия обладает квазифрактальным свойством, а именно, соотношение мер (например, масс) в этих иерархических цепочках представляет иногда очень большие величины приблизительно одного порядка. Можно предположить, что резонансными оказываются структуры, квадрат меры которых приблизительно равен произведению мер кванта и волны, то есть структуры, которые оказываются волнами меньшего масштаба для сформировавших их квантов и квантами более крупного масштаба для волны, явившейся их прародителем. Если эту гипотезу удастся обосновать теоретически, то она станет еще одним фундаментальным законом природы, объясняющим фрактальность окружающего нас мира, да и нас самих. Так как появление такого рода резонансов, по-видимому, является результатом двух фрактальных цепочек структуроформирования, то, появившись, эти резонансные структуры вновь стимулируют образование двух новых типов резонансных структур, лежащих между первичными квантами и вновь появившимися резонансами и между вновь появившимися резонансами и первоначальной волной. Этот процесс может продолжаться достаточно долго, он формирует различные типы промежуточных иерархических структур между первоначальным квантом и первоначальной волной.

На каждом уровне иерархии существует некоторое количество более или менее идентичных структур, то есть формируется иерархия субволн и суперквантов. В простейшем случае между количествами и мерами суперквантов (макроквантов) устанавливается следующее соотношение: число суперквантов, находящихся в первичной волне, умноженное на величину их меры, есть величина постоянная и равная числу квантов в первичной волне. Этот результат соответствует предложенной модели идеального трансформера и подтверждается эмпирическими данными, полученными при исследовании сложных иерархических систем, состоящих из большого числа элементов с различной мерой. Возможно, здесь кроется объяснение известного эмпирического факта, состоящего в том, что основными статистическими распределениями в иерархических системах являются степенные распределения.

Из дополнительных резонансных соображений могут быть найдены также и минимальные коэффициенты пропорциональности между мерами и числом членов иерархии, которые оказываются близкими либо к числу 2, либо к числу 1.6180339…, называемому, как известно, золотым сечением. Не зря это число называется символом гармонии.

В действительности, вследствие неоднородности квантов, а также в результате внешних воздействий формирование иерархической цепочки происходит часто со значительными отклонениями от простого гиперболического закона. Рассмотрим простейший случай. Пусть между квантом и сформировавшейся волной появилась лишь одна резонансная структура промежуточного по мере масштаба, которая может участвовать в собственных бифуркационных процессах. Тогда наряду с контролерами кванта и волны возникает новый контролер этой резонансной структуры, а увеличение количества контролеров может (хотя и не всегда) привести к увеличению энтропии – информации, перерабатываемой каждым из них и передающейся с одного уровня иерархии на другой. Появление такой возможности может увеличить энтропию – информацию, перерабатываемую на каждом уровне иерархии, что резко увеличивает безопасность системы за счет возможности делегировать управляющие функции в нужный момент на тот уровень иерархии, на котором наблюдается максимальная опасность для системы в целом. Тем самым, создав иерархию масштабов элементов натуральных систем, природа создала систему оптимального в данных условиях распределения управляющих функций между возникающими и существующими функциями подструктур и их контролеров. Такими контролерами, например, в клеточных мембранах являются шапероны и интермедиаты, то есть посредники. В более масштабной структуре – в организме – этот закон продолжает функционировать через аллотропную форму протеина, автоволновой процесс, молекулы ДНК и РНК. Эта проблема решается по-разному, однако можно высказать один принцип, который можно считать бесспорным. Выживают и живут долго те иерархические системы, которые обеспечивают своим квантам и подсистемам оптимальный для них уровень обмена мерой между собой и с окружающим полем и оптимальное распределение информации и управляющих характеристик между контролерами различных квантов и уровней иерархии. Оптимальность определяется обеспечением максимальной скорости роста энтропии-информации, управляемой всеми контролерами системы. Если такой рост прекращается, то система стабилизируется, что приводит к нарастанию внутренних противоречий между ее контролерами и снижению управляемости системой энтропии-информации, а затем деградации системы и ее гибели от внутренних противоречий либо от резкого изменения условий поля, которым не сможет противостоять совокупность контролеров системы.

Наиболее четко такая дифференциация квантов-клеток, управляемая порождающим контролером-геномом, прослеживается в организмах растений и животных, в частности, в организме человека (как обобщенной волны). Однако такое же расщепление квантов-людей в волне – человеческом обществе – частично унаследовано от прачеловека и, существенно меняясь, наблюдается в течение всего времени существования человечества как вида. Именно это расщепление является одной из причин формирования иерархии промежуточных резонансных структур и соответствующих им динамических процессов между квантом-человеком и волной-человечеством. Дифференциация людей может играть в этих процессах как структурообразующую, так и структуроразрушающую роль, в зависимости от внешних условий и степени дифференциации.

Таким образом, введя континуальную составляющую поля и геометрию n-мерного многообразия, в котором структура взаимодействует с полем, мы получили одно из возможных условий, определяющих приближение, а возможно, и свершение того процесса, который ранее был назван нами бифуркационным событием. Во многих случаях условием свершения бифуркационного события является сближение взаимодействующих структур на такое расстояние, что невозможно выделить у них сверхближнего поля. Этот случай является наиболее интересным для анализа механизма прохождения бифуркационного взаимодействия структур и систем, и его изучение позволяет вскрыть глубинные причины бифуркационных событий и классифицировать их в случае взаимодействия двух или нескольких структур (как это было сделано нами в случае классификации бифуркационных трансформаций изолированных волн, вихрей и грибовидных структур). Эти положения отражают процессы, объясняющие появление раковых структур, момент появления бифуркации в развитии тканей.

Интенсивно изучаемые в настоящее время процессы взаимодействия солитонов, ударных волн и границ, вихревых процессов, грибовидных и мультипольных структур обнаруживают все новые и новые закономерности этих процессов, моделируемых при изучении взаимодействия особых областей комплексных дифференцируемых многообразий.

О том, что в живых организмах квантовые и автосолитонные механизмы являются основными в интеграционных процессах, говорят следующие факты. По образному выражению академика Гольданского, уже на предбиологической стадии эволюции вместо стохастической химии требуется алгоритмическая химия. Ни для кого не секрет, что процесс самоорганизации биологических систем достаточно иерархичен. Именно в этом радикальное отличие живого. Но элементы иерархии наблюдаются и в неживых системах, в чисто физических системах – спиновых стеклах, кластерах, наночастицах, больших молекулах и биополимерах. Физика таких систем и структур – очень интересна, потому что именно тут физики столкнулись с серьезными теоретическими проблемами. Оказалось, что иерархическую «конструкцию» очень неудобно описывать той математикой, которая основана на естественных для нас представлениях о числах. И это не техническое неудобство. Это проявление законов, которые нам еще предстоит изучить.

Есть понимание того, что противоречие носит глубинный характер. Здесь возникает вопрос о необходимости появления новой математики. Р-адические числа и т. д., но это уже тема отдельного разговора. Это противоречие убирается, если в силу вступают законы, описанные в квантовой физике. Кванты могут играть роль связующего звена между алгоритмической химией и физическими системами. Все системы организма, его ткани ведут себя как сплошное тело. В нем с невероятной скоростью происходят миллиарды реакций синтеза и распада молекул. Мало того, одновременно с этими процессами идет сортировка по пространственному признаку на право– и левовращающиеся молекулы… Только опираясь на квантовый механизм считывания и передачи информации (разделенные кванты помнят друг о друге независимо от расстояния между ними), можно укладывать и соединять макромолекулы того же белка с такой быстротой и точностью. Несомненно, верховной организующей силой наводящей порядок в системах: кластеры, наночастицы, биополимеры, клетки и ткани, – является сила, исходящая из пространства, ее анизотропии. В ряде случаев анизотропия порождает скручивание пространства с порождением торсионных и аксионных полей. А они, в свою очередь, при некоторых обстоятельствах «скручивают» свет, и наоборот. Эти умозаключения подтверждаются результатами исследований физиков. С одной лишь оговоркой – если допустить, что в живых организмах существуют: полярно противоположные торсионные, аксионные, магнитные, энергетические и оптические вихри. Все процессы структурообразования зависят от кинетики, скорости вихрей и их динамики. Рассмотрим пространство не как пустоту, а как физическую субстанцию, но живущую по своим законам…

Построение математических моделей привело к созданию особого вида топологий – индукторных пространств. В них происходит отказ от симметричного вхождения точек в окрестности друг друга. Это позволило сформулировать на едином языке многие факты и теоремы, которые ранее требовали различных формулировок для непрерывных метрических и топологических пространств, дискретных графов и структур (частичных порядков). Интересным классом пространств являются конические пространства, в которых топология аналогична пространству Г. Минковского (множество последовательных миров, где каждый отдельно взятый момент – это самостоятельная реальность), что удобно для волновых, релятивистских моделей. Конические пространства могут объяснить и существование анизотропного пространства. Было известно, что линейные автоморфизмы таких пространств образуют группу Лоренца, или аттрактор Лоренца (он же фрактал). Однако известны и нелинейные автоморфизмы. При размерностях пространства, начиная с трех, все автоморфизмы конических пространств линейны. Отсюда следует, в частности, что волновые процессы в пространстве определяют его линейную структуру, если размерность достаточно велика. На примере коллоидных и живых систем можно видеть их синхронную работу при формообразовании. Они формируют автоморфизм структур с микро– до мегауровня, и задают форму организмам. По всей вероятности, этот же механизм задействован в образовании и светового конуса при конденсации белка и в коллоидальных средах.

Свойства пространства материальных объектов, достаточно доходчиво описываются топологией.

ТОПОЛОГИЯ, раздел математики, занимающийся изучением свойств фигур (или пространств), которые сохраняются при непрерывных деформациях, таких, например, как растяжение, сжатие или изгибание.

ТОПОЛОГИЧЕСКОЕ ПРЕОБРАЗОВАНИЕ одной геометрической фигуры на другую – есть отображение произвольной точки Р первой фигуры на точку Р` другой фигуры, которое удовлетворяет следующим условиям: 1) каждой точке Р первой фигуры должна соответствовать одна и только одна точка Р` второй фигуры, и наоборот; 2) отображение должно быть взаимно непрерывно. Например, имеются две точки Р и N, принадлежащие одной фигуре. Если при движении точки Р к точке N расстояние между ними стремится к нулю, то расстояние между точками Р` и N` другой фигуры тоже должно стремиться к нулю, и наоборот. То есть по большому счету это признаки зеркальной симметрии. Это относится к точкам, если же мы имеем дело с формами или точнее с фигурами, то мы сталкиваемся с ГОМЕОМОРФИЗМОМ. Геометрические фигуры, переходящие одна в другую при топологических преобразованиях, называются гомеоморфными. Окружность и граница квадрата гомеоморфны, так как их можно перевести друг в друга топологическим преобразованием (т. е. изгибанием и растяжением без разрывов и склеиваний, например, растяжением границы квадрата на описанную вокруг него окружность). Это как-то проливает свет на странное свойство рака переводить нормальные клетки из одного топологического состояния в неуправляемое, беспрерывное и бессмертное. Кстати к вопросу о бессмертии. Исходя из этого же положения, можно констатировать неутешительный вывод, в многоклеточном организме нельзя долго вести «двойную» игру, омолаживать клетки и эффективно их контролировать. В динамической системе, при изменении со временем ее общей топологии и гомоморфизма, неизбежно наступает «поломка». Однако поиск «золотой середины» дело небесперспективное… Рак можно рассматривать как «вывих» части клеток из общего гомеоморфологического портрета организма, или как его топологический дефект.

Область, в которой любую замкнутую простую (т. е. гомеоморфную окружности) кривую можно стянуть в точку, оставаясь, все время в этой области, называется односвязной, а соответствующее свойство области – односвязностью. Если же некоторую замкнутую простую кривую этой области нельзя стянуть в точку, оставаясь все время в этой области, то область называется многосвязной, а соответствующее свойство области – многосвязностью. Вывод: находиться постоянно и диссимметрично между этими «областями» долгое время – есть основное свойство живого. Рак нарушает этот принцип, переходя в односвязное состояние. Его фрактальная размерность стремится к единице. Эти факты говорят еще и о том, что он начинается из бесконечно малой точки, которая вероятнее всего является либо неспаренным электроном, либо фотоном, либо центром торсионного или наномагнитного вихря. Не исключено, что этой точкой или линией являются представители фантомного мира, т. н. графалы и фракталы… Но наиболее вероятным центром автокаталитического процесса под названием рак является «раковый белок». Кажется, что между живым веществом, геометрией, нумерологией и физикой существуют непреодолимые границы, но это не так. Они перетекают друг в друга просто и без напряжений при определенных условиях. Объяснением, как это может происходить, служит известная в математике проблема Пуанкаре. Если натянуть резиновую ленту на яблоко, то можно, медленно перемещая ленту без отрыва от поверхности, сжать ее до точки. С другой стороны, если ту же самую резиновую ленту соответствующим образом натянуть вокруг бублика, то никаким способом невозможно сжать ленту в точку, не разрывая ленту или не ломая бублик. Говорят, что поверхность яблока односвязная, а поверхность бублика – нет. Доказать, что односвязная только сфера, оказалось настолько трудно, что математики ищут правильный ответ до сих пор. Проблема Пуанкаре относится к области так называемой топологии многообразий – особым образом устроенных пространств, имеющих разную размерность. Двухмерные многообразия можно наглядно представить себе, например, на примере поверхности трехмерных тел – сферы (поверхности шара) или тора (поверхности бублика). Легко вообразить, что произойдет с воздушным шариком, если его деформировать (изгибать, скручивать, тянуть, сжимать, пережимать, сдувать или надувать). Ясно, что при всех вышеперечисленных деформациях шарик будет изменять свою форму в широких пределах. Однако мы никогда не сможем превратить шарик в бублик (или наоборот) без нарушения непрерывности его поверхности, то есть не разрывая. В этом случае топологи говорят, что сфера (шарик) негомеоморфна тору (бублику). Это означает, что данные поверхности невозможно отобразить одну на другую, т. е. они не энантиомерны. Говоря простым языком, сфера и тор различаются по своим топологическим свойствам. А поверхность воздушного шарика при всевозможных его деформациях гомеоморфна сфере, равно как поверхность спасательного круга – тору. Иными словами, любая замкнутая двухмерная поверхность, не имеющая сквозных отверстий, обладает теми же топологическими свойствами, что и двухмерная сфера. Проблема Пуанкаре утверждает то же самое для трехмерных многообразий (для двухмерных многообразий, таких как сфера, это положение было доказано еще в XIX веке). Как заметил французский математик, одно из важнейших свойств двухмерной сферы состоит в том, что любая замкнутая петля (например, лассо), лежащая на ней, может быть стянута в одну точку, не покидая при этом поверхности. Для тора это справедливо не всегда: петля, проходящая через его отверстие, стянется в точку либо при разломе тора, либо при разрыве самой петли. В 1904 году Пуанкаре высказал предположение, что если петля может стягиваться в точку на замкнутой трехмерной поверхности, то такая поверхность гомеоморфна трехмерной сфере. Доказательство этой гипотезы оказалось чрезвычайно сложной задачей. Сразу уточним: упомянутая нами формулировка проблемы Пуанкаре говорит вовсе не о трехмерном шаре, который мы можем представить себе без особого труда, а о трехмерной сфере, то есть о поверхности четырехмерного шара, который представить себе уже гораздо труднее. Но в конце 1950-х годов неожиданно выяснилось, что с многообразиями высоких размерностей работать гораздо легче, чем с трех– и четырехмерными. Очевидно, отсутствие наглядности – далеко не главная трудность, с которой сталкиваются математики в своих исследованиях. Задача, подобная проблеме Пуанкаре, для размерностей пять и выше была решена в 1960 году Стивеном Смэйлом (Stephen Smale), Джоном Стэллингсом (John Stallings) и Эндрю Уоллесом (Andrew Wallace). Подходы, использованные этими учеными, оказались, однако, неприменимы к четырехмерным многообразиям. Для них проблема Пуанкаре была доказана лишь в 1981 году Майклом Фридманом (Michael Freedman). Трехмерный же случай оказался самым сложным; его решение предлагает Григорий Перельман. Специалисты считают, что решение проблемы Пуанкаре позволит сделать серьезный шаг в математическом описании физических процессов в сложных трехмерных объектах и даст новый импульс развитию компьютерной топологии. Метод, который предлагает Григорий Перельман, приведет к открытию не только нового направления в геометрии, топологии, но и раскрытию тайны симметрии и диссимметрии живого. К нашей работе имеет прямое отношение не только проблема Пуанкаре, но и еще несколько гипотез, и в частности: гипотеза Ходжа и уравнения Янга-Миллса. В задачу данной книги не входит рассмотрение деталей всех математических работ, но их прикладное значение для биологии еще не оценено до конца. В ХХ веке математики открыли мощный метод исследования формы сложных объектов. Основная идея заключается в том, чтобы использовать вместо самого объекта простые «кирпичики», которые склеиваются между собой и образуют его подобие. Гипотеза Ходжа связана с некоторыми предположениями относительно свойств таких «кирпичиков» и объектов. Уравнения квантовой физики описывают мир элементарных частиц. Физики Янг и Миллс, обнаружив связь между геометрией и физикой элементарных частиц, написали свои уравнения. Тем самым они нашли путь к объединению теорий электромагнитного, слабого и сильного взаимодействий. Из уравнений Янга-Миллса следовало существование частиц, которые действительно наблюдались в лабораториях во всем мире, поэтому теория Янга-Миллса принята большинством физиков, несмотря на то, что в рамках этой теории до сих пор не удается предсказывать массы элементарных частиц. Теперь мы имеем хоть какое-то представление о месте «перехода» геометрии в физику и обратно.

Природа в процессе своего развития гармонизируется, самоорганизовывается, эта закономерность была обнаружена еще в античные времена. Со времен Пифагора («детства» математики) возник интерес к числам и к их гармонии. Числа и пространства имеют генетическую связь – это обнаружили Пифагор, Платон, Аристотель и другие мыслители. В те времена науки не были растащены по углам, и естествознание было цельным «живым организмом». В наше время наука синергетика пытается реставрировать и оживить его расчлененное гармоничное тело, но жрецы науки, боясь всего нового, всячески пресекают эти попытки. Консерватизм хорош, но до определенной границы. Дальше начинается умышленный саботаж! Несомненно, количество информации и знаний современной науки и науки древности несопоставимы, но каков был подход!? Проблемы золотого сечения, чисел Фибоначчи, симметрии и гармонии на протяжении вот уже нескольких веков не дают покоя многим исследователям. Надо отдать должное ученым и философам, открывшим много в этих областях, но, как ни странно, создается впечатление, что воз и ныне там… Происходит нечто загадочное: мы видим золотое сечение, симметрию, восхищаемся числами Фибоначчи, все они свойственны нам самим, но объяснить толком, что же это на самом деле, не можем. Или нам это не дано? Дано, если мы найдем общий механизм перехода цифр в явления или тела. По мнению автора, этим механизмом могут быть только волны определенной частоты и амплитуды. Они являются тем самым местом перехода виртуальной составляющей мира в материю. В настоящее время все-таки появился какой-то просвет в этом «туннеле». И этим светом, конечно же, является открытие некоторых свойств геометродинамики. Надо, наконец, признать, что связь чисел с виртуальной геометрией, геометрией и материей более глубокая, чем мы это себе представляем. Предметы квадратной и прямоугольной формы оказывают отрицательное действие, а предметы заостренные кверху и округлые – положительное. Нелишне здесь упомянуть эффект полостных структур. Ячейки пчелиных сот угнетают жизнедеятельность микробов и корней растений (форма этих сот – шестиугольник). Сильным, направленным вдоль оси излучением обладают спирали и соленоиды. Интересно, что если количество витков нечетное, то излучение положительное, если четное, то отрицательное. В пространство от 0 до 2-х уложено все, что есть в этом мире…

В нумерологии число «3» – триединство. Тройка создает высшее единство из противостояния единицы и двойки, что прекрасно видно из примера с пирамидой и из постулата тибетской медицины о триединстве организма. При этом три – число возможности роста и становления. Число, которое первым обозревает многое: прошлое, настоящее и будущее. Четыре – число порядка, твердого фундамента, развития, толкования, его можно отождествить с «клеткой-доменом», то есть основанием пирамиды. Пятерка – пограничное число, число перехода в другой мир или другое измерение. Поскольку число пять придает смысл, оно отображает естество человека, то есть его фрактал – пентаграмму. Число шесть является первым совершенным числом, поскольку числа, делящиеся на шесть, в сумме дают снова шесть. Число шесть делится на один, два, три. Складывая их, мы получаем «6». Число шесть является символом пересечения видимого и невидимых миров, как это выражено в гексаграмме: существуют два накладывающихся друг на друга треугольника. В природе часто встречается гексагональное строение структур живых существ. Таким образом, влияние геометрии и пространства на живые существа подтверждается этим неоспоримым фактом. Ритм в организме человека подчинен числу семь. В таблице Менделеева под этой цифрой находится азот – основа белка, основа жизни; к кристаллам она также имеет прямое отношение. На семерке основывается гармония (семь цветов в спектре, семь нот в звукоряде). Восемь – число бесконечности; солнце описывает «восьмерку» на небосводе. Девять – конец начала, являющегося в то же время началом конца. Если умножить какое-либо число на «9», то суммой цифр опять будет «9».

Сознание – это тоже обычные натуральные числа, и оно находится там же, где натуральные и топологические числа. Сознание подчинено как квантовому эффекту, так и натуральным числам. Известно, что топологические числа имеют форму дерева. Ту же форму имеют практически все энергетические структуры: разряды молнии, река с ее притоками, растения, артериальная система, нервная система с головным мозгом в организме человека, разломы в ГПК при конденсации плазмы и т. д. Все виды рецепторов в живых системах, все системы без исключения имеют форму дерева или корня. Но главным отличием «живого» от «неживого» является направление диссипации энергии в этих структурах, в зависимости от формы оно противоположно.

Одним из важнейших экспериментальных фактов является существование в природе идентичных объектов, событий, процессов. Именно с взаимодействием идентичных, или почти идентичных, структур связаны основные динамические информационные особенности окружающего мира. Природа построена как иерархия волн-квантов, участвующих в бифуркационных процессах.

Линия одномерна, плоскость двухмерна, любая объемная фигура – трехмерна. Самая простая и загадочная трехмерная фигура – пирамида. Какова ее размерность и ее отношение к фракталам? Ее, кажется, изучили вдоль и поперек, но до сих пор этот вопрос не имеет ответа. Влияние пирамиды, самой простой трехмерной фигуры, на наш мир огромно, и мы попробуем объяснить, как ее свойства и закономерности управляют нашим миром. Никто в настоящий момент не в состоянии ответить на вопрос, где геометрия переходит в физическое явление, физическую реализацию. То, что было перечислено выше: симметрия, золотое сечение – это элементы одного и того же явления, лежащего вне нашего восприятия и исходящего из эфира, который не является вакуумом, пустотой в обычном понимании. Вакуум, прежде всего, проявляет себя в том, что форма первична по отношению к материи. Существуют подтверждения того, что движение формирует материю, но формирование идет под контролем законов пирамиды. Пирамида нашего пространства формирует и детерминирует все процессы, происходящие в ней. Должно произойти то, что должно произойти, и ничто другое. Пирамида – это генератор торсионных полей, из чего следует, что всеми динамическими процессами в нашем мире «заправляют» они, только масштабы закручивания разные.

У пирамиды существует качество, которого нет ни у одной из геометрических фигур. Это свойство – самосохраняемость. Самосохраняемость – особая форма устойчивости сохранять свое основное качество как следствие внутренних реакций, возникающих в системе в ответ на внешние относительно нее, в том числе направленные, воздействия. Например, в организме потеря самосохраняемости системой гомеостазиса приводит к гомеостазическому переключению. Система локального гомеостазиса, благодаря установившемуся после гомеостазического перехода внутреннему равновесию, вступила в новую систему отношений – симметрии, ее структуры и возникшей функции. Это отражается достижением однородности ее структурных характеристик. Проблему гармонии на Земле и во Вселенной принято считать вечной. Древние мыслители сводили цель науки к поиску объективной гармонии. Аристотель писал о пифагорейцах: «Число есть сущность всех вещей, и организация Вселенной в ее определениях представляет собой вообще гармоническую систему чисел и их отношений». О каких же отношениях идет речь в высказывании Аристотеля? Отвечая на этот вопрос, необходимо рассказать о принципе кратных отношений, впервые сформулированном пифагорейцами, и о делении отрезка в крайнем и среднем отношении, названном впоследствии золотым сечением. Одной из высших ценностей пифагорейцы считали число 10, которое они называли «четверицей», в котором видели, по выражению Эмпедокла, «вечно текущей природы… корень источный». Как известно, четверица может быть представлена в виде суммы первых четырех натуральных чисел (10 = 1 + 2 + 3 + 4), которые согласно учению Пифагора несли особую идейную нагрузку. Единица, или монада, по Пифагору, обозначала дух, и из нее проистекал весь видимый мир. Из единицы происходит двойка, или диада (2 = 1 + 1), которая символизировала материальный атом. Принимая в себя единицу, диада превращалась в триаду (3 = 2 + 1), которая являлась символом живого мира. Триада и единица образуют тетраду (4 = 3 + 1), которая символизировала целое, то есть видимое и невидимое. Сумма этих чисел – четверица (10 = 1 + 2 + 3 + 4) выражала собой «все».

Как оказалось, внутренние пропорции четверицы обнаруживаются среди многих естественных явлений объективного мира, в частности, в законе колебаний струны. Созданные на этой основе пропорции музыкального звукоряда обеспечивали наилучшее (так называемое консонансное, или гармоничное) созвучие: отношение каждого элемента четверицы к предыдущему давало октаву (2:1), квинту (3:2), кварту (4:3). Так на примере звукового волнового процесса впервые в истории познания было обнаружено важнейшее свойство всех волн – их кратность. «Музыкальная гармония», открытая на основе изучения четверицы, подтверждалась в опытах с обычной струной; в звуках, издаваемых сосудами, которые были заполнены водой в заданной пропорции; в перестуках кузнечных молотов различного веса и т. д.

Постепенно зрело убеждение в универсальности принципа четверицы, чем и была подготовлена почва для перенесения этой модели на Космос.

Золотое сечение функционирует как один из «способов» оптимального сопряжения систем как живой, так и неживой природы. Анализ организации сердца млекопитающих показывает, что живая природа в длительной эволюции создает такие системы, в которых энергоматериальная зависимость от окружающей среды сведена к минимуму. Мало того, при патологии клетка перекрывает и информационные каналы.

Читатель вправе задать вопрос, почему автор так долго и назойливо «досаждает» информацией о математике и геометрии… Только с одной целью: чтобы в умах читателя закрепилось убеждение, что геометрия, математика и физический мир – это совместимые подобия… элементы единого пространства, суть объективной реальности. Как существует много геометрий, так же существует и множество пространств. К загадкам пространства мы будем возвращаться еще много раз. Рассмотрим Диофантовы уравнения 3-й, 4-й степени и т. д. Например, алгебраическое уравнение x2 + y2 = z2, связывающее стороны x, y, z прямоугольного треугольника. Натуральные числа; х, у и z, являющиеся решениями этого уравнения, называются «пифагоровыми тройками». Таковы, например, числа 3, 4, 5. Треугольник с такими сторонами назывался «священным» или «египетским», он был положен древними египтянами в основу пирамиды Хефрена. Математики Древней Греции знали все пифагоровы тройки, которые они получали с помощью следующих формул: х = m2– n2, y = 2mn, z = m2 + n2, где m и n – целые числа, причем m > n > 0.

К работам Диофанта имеют непосредственное отношение и математические исследования французского математика Пьера Ферма. Считается, что именно с работ Ферма началась новая волна в развитии теории чисел. И одна из его задач – это знаменитое «уравнение Ферма»: xn + yn = zn. Это уравнение Ферма привел на полях принадлежащей ему книги Диофанта, где он сделал следующую приписку: «Невозможно разложить ни куб на два куба, ни биквадрат на два биквадрата и вообще никакую степень большую квадрата на две степени с тем же показателем. Я открыл этому поистине чудесное доказательство, но эти поля слишком узки». Другими словами, уравнение при n > 2 не имеет решений в натуральных числах. Однако в 1995 году она была решена и доказана английским математиком А. Уайлсом.

Формулировка теоремы очень проста, но почему решение этой элементарной задачи вообще может иметь какое бы то ни было значение для науки? Несмотря на простоту формулировки, для решения теоремы были использованы самые совершенные методы современной математики, которая, находясь на стыке с биологией, помогает решить вопросы биологической самоорганизации. Здесь имеется в виду наука, обладающая огромным богатством накопленных результатов; ее основы так же просты, как и основы жизни. Одно может объяснить суть другого. Хорошо известно, как использовать числа при измерении длины. Например, пусть у нас имеются два отрезка на прямой: один маленький, другой больше. Тогда мы можем провести измерение, прикладывая маленький отрезок вдоль большего, определенное число раз. Казалось бы, очевидно, что если мы приложим маленький отрезок достаточно большое число раз, то сможем достичь границы большого отрезка и затем превзойти ее. На самом деле это утверждение не только не очевидно, но и не может быть доказано. Оно формулируется как независимое утверждение и называется аксиомой измеримости Архимеда. Аксиома Архимеда имеет место в обычной эвклидовой и римановой геометрии, которые используются для описания пространственно-временного континуума в специальной и общей теории относительности.

Однако, в конце ХIX века было обнаружено, что могут существовать неархимедовы геометрии. Они обладают очень непривычными свойствами. Для координатного описания обычной архимедовой (как части эвклидовой) геометрии используются обычные вещественные числа (то есть бесконечные десятичные дроби). Для координатного описания неархимедовой геометрии используются р-адические числа. Для каждого простого числа р определяется континуальное семейство р-адических чисел. Все обычные натуральные и дробные числа являются также и р-адическими, но, кроме того, имеются также и р-адические числа, которые не сводятся к обычным вещественным. Р-адическая геометрия выглядит странно. Например, каждая точка р-адического шара точек, либо один шар содержится в другом (как две капли ртути). Однако эта странная геометрия хорошо приспособлена для описания иерархических структур. Живые существа и биологические системы как раз и являются сложными иерархическими структурами. Причина эта заключается в следующем. Р-адический шар обладает естественной иерархической структурой. Он состоит из конечного числа шаров меньшего радиуса без пустот. Иерархические структуры объясняют связь биологических законов и чисел. Они являются квазисистемой, связывающей натуральные числа и живое, или, точнее, производят переход геометрии в материю.

Если учесть, что все живое триедино и подчинено дуализму, то уравнение Ферма, решенное в условиях, когда n · 2, явится индикатором смещения дуализма от границы ее раздела к золотому сечению троичности, то есть к гармонии. Этот индикатор проявляется в виде спиральности во всех процессах. Гравитация, ее оппонент – жизнь, меж– и внутриатомные связи, межгалактические связи, связи между Вселенными – все в своей основе имеет спиральную форму. Однако наиболее исследованными эти проблемы оказались в науке, изучающей «затвердевшую» форму пространства, то есть в кристаллографии.

Теперь подробнее расскажем о «золотом сечении», которое является загадкой и в то же время «костяком» жизни. Закон этот впервые сформулирован Евклидом. Он дал этому такое определение: отношение целого к большей части должно равняться отношению большей части к меньшей. А по Платону достигается ощущение «наиболее совершенного единого целого». Если разделить отрезок прямой на две неравные части, чтобы его длина (а+в) относилась к большей части (а) так, как эта большая часть к меньшей (в), получим результат, который называют золотым сечением. Это иррациональное число равняется 1.618 или 0.618, его принято обозначать греческой буквой Ф. Части же целого отрезка (а+в), взятого за 1, выражают в относительных величинах: а=0.62, в=0.38 или в процентах 62 % и 38 %. Пентаграмма в древние времена (у пифагорейцев) была символом жизни и здоровья; в средние века – магическим знаком, применявшимся против дьявола. Сейчас это всем известная пятиконечная звезда. Пентаграмма является и фракталом – звезда! Платон вообще говорил, что наша Вселенная представляет собой икосаэдр-додекаэдр! Разлагая вещество, мы придем к геометрическим фигурам… Не исключено, что мы с вами находимся в каком-то одном из «золотых треугольников» Вселенной. Если учесть всеохватывающий механизм под названием автоморфизм, то форма жизни в этом икосаэдр-додекаэдре выглядит как гормоны роста. Только этим можно объяснить, почему живое растет, причем в одном направлении, отталкиваясь от его «осей».

Истории науки еще предстоит ответить на вопрос, почему именно 80-90-е годы ХХ столетия стали тем историческим периодом, когда особенно проявился интерес к проблемам чисел Фибоначчи и золотого сечения (термин принадлежит Леонардо да Винчи). Именно в этот период ученые различных научных направлений выдвинули гипотезы, связанные с использованием золотой пропорции, и сделали открытия, которые имеют фундаментальное значение для развития как науки в целом, так и отдельных ее отраслей.

Особо следует отметить одно направление «фибоначчиевых» исследований, которое возникло в 70-е годы в советской науке и которому не уделялось должного внимания в Фибоначчи Ассоциации. Как известно, математики-фибоначчисты обращаются к «задаче о размножении кроликов», введенной Фибоначчи в 1202 году в своей знаменитой книге «Liber abaci». Но не менее известной является его «задача о выборе наилучшей системы гирь для взвешивания на рычажных весах», называемая также «задачей о взвешивании», или «задачей Баше-Менделеева» (в русской историко-математической литературе). «Задача о взвешивании» была обобщена украинским ученым А.П.Стаховым.

Наиболее результативным в изучении роли золотого сечения оказался 1984 год. 12 ноября этого года в небольшой статье, опубликованной в авторитетном журнале «Physical Review Letters», было дано экспериментальное доказательство существования металлического сплава с исключительными свойствами (автор открытия – израильский физик Дан Шехтман). Кристаллическая структура этого сплава имела «икосаэдрическую» симметрию, то есть симметрию 5-го порядка, что строго запрещено классической кристаллографией. Сплавы с такими необычными свойствами названы квазикристаллами. Этот факт подтверждает мысль о том, что в живых существах естественным образом уживаются все виды симметрии. Еще Пуанкаре писал, что в город с таинственным названием «Тайны Мироздания» ведет множество дорог: в него можно зайти и через заставу музыки, и через заставу математики, и через какие-либо другие отрасли знаний, если только вникнуть в них достаточно глубоко. Понятно, что одни из них могут оказаться ближе, а другие дальше от центра этого условного города «мировых проблем». Однако существуют такие, где сходятся пути многих наук. Одной из них является застава с удивительным названием «Золотое сечение». Через нее, возможно, лежит самый короткий путь до центра, в котором находится главная «тайна космоса» – Законы Гармонии Мироздания. И что удивительно, именно славянские ученые дальше всего продвинулись в этом направлении. Не потому ли, что загадочная славянская душа ближе к истине, чем более рациональные, прагматичные и сытые нации? Вся космическая пропорциональность у Платона покоится на принципе золотого сечения, или гармонической пропорции. Космология Платона основывается на правильных многогранниках, называемых «телами Платона». Представление о «сквозной» гармонии мироздания неизменно ассоциировалось с ее воплощением в этих пяти правильных многогранниках, выражавших идею повсеместного совершенства мира вследствие совершенства каждой из составляющих его «стихий» (или «начал»). И то, что главная «космическая» фигура – додекаэдр, символизировавшая тело мира и вселенской души, была основана на золотом сечении, придавало ему смысл главной пропорции мироздания. Все эти примеры подтверждают удивительную прозорливость Платона.

Значительна роль тетраэдра, октаэдра и икосаэдра на субатомном уровне: они возникают при рассмотрении электронных пар.

Долгое время считалось, что в неорганической природе почти отсутствуют додекаэдры и икосаэдры, имеющие так называемую пятерную (или пентагональную) ось симметрии, но пентагональная ось симметрии является постоянным спутником жизни. Икосаэдр – геометрическое тело, форму которого принимают вирусы, состоящие из ДНК и белка, то есть икосаэдральная форма и пентагональная симметрия являются фундаментальными в организации живого вещества.

Однако в неорганической природе происходят точно такие же эволюционные процессы. Симметрия неживой природы в процессе этой эволюции превращается в симметрию квазикристаллов и пентагональную, живую симметрию, и фрактальная геометрия ей также не чужда.

В понятие гармонии Пифагор включал и симметрию, и отношения целого и его частей (золотое сечение). С точки зрения всей античной космологии мир представляет собой деления «золотого сечения». Такое представление о гармонии распространялось не только на макрокосм (Вселенную), но и на микрокосм, то есть на человека как «маленькую Вселенную». Используя принцип подобия и перенося строение и свойства Вселенной на человека и на все живое, можно с уверенностью сказать: да, они оказались правы! Некоторые ученые, в частности А.Волохонский, который установил соответствие между общей структурой генетического кода, рядом биномиального разложения 26 и одним из Платоновых тел – икосаэдром. Он также полагает, что икосаэдральная форма и пентамерная симметрия являются фундаментальными в организации живого вещества. Такие форма и симметрия известны и для неорганических тел. С этой точки зрения генетический код представляется Волохонским не как случайный продукт эволюционных блужданий, а как закономерное и необходимое следствие исходных принципов – икосаэдральности и пентамерной симметрии, выбранных живой природой для его осуществления.

В современной науке появляется все больше доказательств достоверности одной из наиболее удивительных гипотез пифагорейцев о том, что золотая пропорция и есть главная пропорция Мироздания. Всплеск интереса к «золотому сечению», проблемам гармонии и симметрии отражает закономерный путь развития современной науки, которая движется к раскрытию законов гармонии мира. Побуждает к созданию на их основе новой научной картины мира и возобновлению утерянных в процессе исторического развития глубинных связей между Наукой и Искусством – двух взаимно дополняющих друг друга способов раскрытия и отображения объективной гармонии мироздания. Медицина по всем параметрам относится и к миру искусства, и к науке. Поэтому через нее и биологию можно найти тот кратчайший путь к центру города под названием «Тайна Мироздания». Но еще быстрей к центру города нас приведет раскрытие тайны симметрии всего сущего и диссимметрии живого… Вселенная является несимметричной на всех уровнях – от субатомного уровня до макроскопического. Что также указывает на то, что она живая… Проблема энантиоморфности пространства возникла как проблема внутреннего строения вещества. Было замечено, что при пропускании поляризованного света через некоторые вещества плоскость его вращалась в какую-либо сторону – влево или вправо, а в других случаях этого не происходило. Явление само по себе открыто в 1808 году французским ученым Малю. Разрешил загадку поляризации Луи Пастер, но при этом он столкнулся с той самой проблемой, на которую впервые указал Кант.

Для того, чтобы выяснить пути влияния этой соразмерности симметрии на живые существа, начнем с их основы – с химических веществ и их чувствительности к пространству. Атом углерода – асимметричный и самый стереочувствительный. Потому что из «стройматериала» живых существ только он находится в нейтральной части, в IV периоде таблицы. У азота свойства несколько иные, но и он также небезразличен к пространству, оно его втягивает. Необходимо отметить еще одно важное обстоятельство. По принципу оптимального вхождения в живые системы организационно входят не только менее сложные живые системы, но и, наряду с ними, «косные» системы: кислород, азот вдыхаемого воздуха и вода; в организации этого вхождения также принимают участие золотые числа. Золотые числа позволяют установить оптимальную связь между живыми и неживыми системами. В этом можно видеть способность живого оптимальным образом использовать свойства косных элементов окружающей среды.

В живых организмах мирно сосуществует до поры до времени несколько конформаций (или изомеров), которые состоят из одних и тех же атомов, но резко отличаются по отношению друг к другу и к пространству. Это может быть геометрически разная конфигурация, или оптическая изомерия (предмет и его зеркальное отражение как правая и левая рука). У оптических изомеров одинаковые физические свойства, но разный знак вращения плоскости поляризации – так называемая энантиометрия, которая проявляет себя и на уровне молекул, и на уровне макроорганизма. Существуют еще так называемые диастереоизомеры – пространственные изомеры, не являющиеся по отношению друг к другу пространственными антиподами. Они отличаются не только оптическим вращением, но и температурой кипения, плавления, растворимостью и т. д.

Современная цивилизация с ее технологиями создала неисчислимое множество молекул-уродов, так называемых транс-изомеров. Они не только не вписываются в энантиометрию организма, но ферментная система, работающая с веществами как ключ-замок, не подходит к ним вообще, так как молекулы-уроды имеют другую структуру в пространстве. Они так же наносят непоправимый урон здоровью, как и другие «контуженные» цивилизацией вещества…

Как проявляет себя асимметрия на уровне атомов, если с них «содрать» электронные оболочки. По отношению к пространству, мировой линии, таблицу Д.И. Менделеева можно разделить на три части:

Углерод и Олово находятся в IV группе, то есть имеют по четыре электрона во внешнем энергетическом уровне, и им не хватает по четыре электрона до полного набора. Это нейтральные по отношению к пространству вещества. По ним проходит граница мировой линии.

Медь, Алюминий и другие находятся в левой части таблицы (группы I, II и III). У них во внешнем энергетическом уровне число электронов меньше, чем число недостающих до полного набора электронов. Эти элементы отталкиваются от нейтральной границы. Они левые.

Азот, Кислород, Железо, Кобальт, Никель находятся в правой части таблицы (группы V, VI, VII и VIII), в их внешнем энергетическом уровне число электронов больше, чем число недостающих до полного набора электронов. Эти элементы притягиваются к мировой линии. Они правые. Отсюда следует, что и структура ядра, и электронные оболочки являются определяющим фактором при формировании симметрии и диссимметрии. Но большей чувствительностью к пространству, его мировой линии, несомненно, обладают ядра химических элементов. Кроме того, вещества в таблице можно разделить по отношению к магнитному полю: невосприимчивые к нему и магниточувствительные. Как известно, живое состоит на 99 % из атомов всего 4-х элементов – это C, N, O, H. В таблице они расположены справа от нейтральной ее части. И только углерод «цепляется» за мировую линию, поэтому он асимметричен. А «цепляется» он по одной причине. Тетраэдрическая направленность связей и структура внешнего электронного слоя его очень активны. У кислорода 8 положительных частиц и число электронов тоже 8. Если к этой оболочке присоединяется еще 1 электрон, то получается фтор. Собственно говоря, это яд. Это своего рода «контузия». Поэтому не стоит удивляться, что кислород воды и воздуха, да и азот уже не те, что были 50–60 лет назад… Органические молекулы, состоящие в основном из правых молекул, выстраиваясь в определенные структуры, подчиняются пространству и его свойствам. Считается, что 90 % материи нашей Вселенной – левозакрученной формы, а 10 % – правозакрученной. Причем этой видимой материи всего 4 %. Остальное – 23 % – невидимая холодная материя, которая вращается в неизвестном направлении, и 73 % приходится на невидимую постоянно расширяющуюся, которая также неизвестно куда выталкивается и вращается… Эти неоспоримые данные указывают на связь виртуальной геометрии (эфира) с видимой симметрией, материей и существованием разных видов «вращения»… Отсюда вывод: вещества, принимающие участие в формировании жизни, относятся к пространству очень даже чувствительно и асимметрично, и их действительно втягивает, соединяет какое-то поле. Это поле имеет физическую природу. Его можно разделить на отрицательное и положительное, и зовется оно низкотемпературной плазмой, эфиром, если хотите. Эфир влияет на все в этом материальном мире, на физические законы, химические вещества, на диссимметрию. Они настроены на него по принципу радиоприемника: как его не поверни, с выбранной волны он не собьется… Как известно, раковые клетки с удовольствием поглощают одни и выбрасывают другие химические элементы. Другая симметрия, иная жизнь – иной набор химических веществ…

Надо полагать, что наша Вселенная в данный момент времени находится в особом когерентном состоянии, подобном состоянию ГПК живых организмов, и поэтому любая информация передается мгновенно по всей Вселенной из любой точки. Нарушение сформированной в течение всей эволюции гармонии между живым и неживым влечет за собой разрушения и страдания. Анизотропия Вселенной и анизотропия ГПК – это продолжение одного в другом, а видимое невооруженным глазом их подобие подтверждает это. Если внимательно посмотреть на спираль вортекса в центре «клетки-домена», то создается впечатление, что это Космос… с его спиральными галактиками, звездными системами и туманностями. Если сравнить подобия, то, как и в вортексе «клеток-доменов», в центре всей нашей звездной системы должна быть огромная черная дыра, или две, вокруг которых, как по струнам, несутся галактики, постепенно всасываясь в нее, переходя в Извилистое Ничто, точную копию «миелиновых фигур»… По краям Вселенной идут резкие линейные разрывы пространства прямоугольной формы. Поэтому модель нашей Вселенной – это точная копия «клеток-доменов» и «миелиновых фигур». Миелиновые фигуры, в свою очередь, точная копия коры головного мозга, сенсора Сознания и мышления… Круг замкнулся… Существуют и другие веские доказательства о подобии живого и Космоса.

1) Самые распространенные во Вселенной атомы составляют основу живого.

2) Подобие форм живых существ и скоплений галактик.

3) Автоволновой процесс в ГПК и «реликтовое излучение» во Вселенной.

4) Асимметрия космоса и диссимметрия живых организмов.

5) Обнаружение в Космосе скоплений аминокилоты глицина и винилового спирта.

Перечислять подобия и похожесть живого и Вселенной можно долго, но мы возьмем самое яркое подобие – так называемое «реликтовое излучение» Вселенной. Подобный процесс присутствует в предбиологических и живых системах и называется автоволновым процессом ГПК (см. далее). Он такой же однонаправленный, размеренный и стабильный, как «реликтовое излучение» во Вселенной. В живых системах ему отведена роль движителя, регулятора митоза, «второго рабочего признака генов», производителя биоэнергии совместно с торсионными полями и их дериватами. Именно эти автоволны, а не химические волны или тепловые воздействия, двигают биологические машины, генетику и эволюцию!

Утверждение, что фракталы – это геометрия природы, верно, но не совсем… Если мы желаем установить истину, то рано списывать геометрию Евклида со счетов. Она больше подходит для объяснения анизотропии, спиральности, симметрии, чем другие виды геометрии… Не лишено основания и утверждение древних о додекаэдро-икосаэдральном строении Вселенной, а существование анизотропии и конусных пространств подтверждают их правоту. Тем более додекаэдро-икосаэдральное строение Вселенной более укладывается во всеохватывающую и всепроникающую симметрию. Выявление причин появления симметрии и великого разнообразия видов симметрии позволит построить прикладную, а не описательную теорию симметрии. Постепенно физика открывает все новые виды симметрии законов природы. Если вначале рассматривались лишь пространственно-временные (геометрические) виды симметрии, то в дальнейшем были открыты ее негеометрические виды (перестановочная, калибровочная, унитарная и др.). Последние относятся к законам взаимодействий, и их объединяют общим названием «динамическая симметрия», а она исходит из так называемого вакуума…

Раз уж разговор пошел о пространстве, стоит упомянуть и так называемое время. Пространства, их анизотропия, симметрия и то, что называют временем, связаны, взаимозависимы и подобны. Пространство – объективная реальность, время – его субъективное ощущение. Эйнштейн говорил: «Два события… являются одновременными, если не могут быть причиной или следствием друг друга». Считается, что у живых существ есть только безвариантное прошлое и многовариантное будущее, а настоящее – это тот промежуток, где могут происходить любые процессы. Это и есть область диссимметрии, вернее, ее отсутствие, место предполагаемой бифуркации, место, где постулат Эйнштейна нерелевантен. В местах отсутствия симметрии принцип причины и следствия очень даже может нарушаться… Это своего рода тоннель времени. «Диаметр» тоннеля времени сильно зависит от вещества, из которого состоит объект, его массы и от амплитуды колебаний его поверхности. Другими словами, если поверхность клетки, организма по каким-то причинам колеблется, то внутри организм или клетка (а они автоморфичны) раздваиваются, и центр этого образования можно называть серым по аналогии с тем самым «туманным» местом, где исчезла симметрия, и появился тоннель времени. Чем ближе мы приближаемся к области поляризации, тем она более выражена. Это похоже на застежку-«молния»… Большая часть веществ, из которых состоят живые существа (азот, кислород и водород), отклонится вправо, а влево устремится только углерод. Поэтому силы симметрии, которые стараются все «поправить», сравнимы с атомными силами, однако что-то еще более сильное сдерживает их… Если человечество оседлает эти силы, то ядерная энергия покажется нам детской забавой. А сила эта по всем приметам и есть то самое «время» или, вернее, зазор между вектором пространства и вектором живого. В общем, пространство хоть как-то можно измерить или увидеть его «иллюзию», но время, как физическую величину, никто не взвесил, не измерил, его только условно разбили на отрезки. На наш взгляд, время – это разница, «зазор» между материальным (положительным полем) и фантомным миром (отрицательным полем), эфиром. Этот «зазор» очень малых размеров, порядка 2,0 нм – 0,01 мкм, и чувствуют его только живые организмы. Напрямую его можно обнаружить у поверхности зеркала… Этот зазор можно отождествить с мировой линией, диссимметрирующей Вселенную и живые организмы. Термин «Время» можно изменить на «Сознание» и, надо полагать, вряд ли найдутся желающие оспаривать это.

Опять вернемся к материи, к тому, как пространство проявляет себя на материальном уровне, в самоподобии. Гипотеза о фазовых состояниях Вселенной дает ответы на некоторые вопросы ее развития. Как упоминалось ранее, Вселенная – живая, а жизнь – это волновое и дискретное движение в пространстве, и все что в нем существует: симметрия, дуализм, троичность, спиральность, золотое сечение и числа Фибоначчи – все это порождение электромагнитных волн, плазмы, их различные виды и комбинации. Ни для кого не секрет, что все в природе (материя, поля, энергия и само пространство) – это волны, видимые и невидимые. Если посмотрите на все физические процессы упрощенно, без «формул» из законов, то вырисовывается очень интересная картина. В физическом мире нет цветов, запахов, звуков, а есть только волны различной длины. Их спектр растянут от тысяч километров (переменный ток) до гамма-излучения 0,01 мм. Мир для нас проявляется в очень узком диапазоне от 300 до 780 нм и то, что находится за его пределами, мы можем увидеть только с помощью приборов.

Скорее всего, Вселенная может находиться в 5 фазовых состояниях, подобных суспензии, гелю, золю, аллотропной фазе и твердокристаллическому состоянию. В данный момент Вселенная находится в «аллотропной» стадии. Эти фазы совпадают с моментом образования вещества и жизни как таковой. Между такими фазовыми состояниями должны происходить фазовые переходы. При некоторых условиях, нам пока неизвестных, возможны переходы материи из нашего пространства в подпространство или надпространство, и наоборот. Наиболее вероятно, что такие фазовые переходы происходят на квантовом уровне, вернее, в особых квантовых когерентных состояниях, но больше всего привлекательна для этих целей во всех отношениях плазма. Для осуществления переходов такого рода необходимо воздействие с большим энергетическим потенциалом, которое охватывало бы всю нашу фазу Вселенной, то есть необходим модификатор, или аттрактор первого порядка. Такое воздействие оказывают нулевые точки вращения, они же обусловливают рост энтропии. Расширение пространства в результате фазового перехода кванта подпространства в квант пространства и вызывает видимое разбегание галактик. Другими словами, галактики не разбегаются друг от друга, а увеличивается пространственное расстояние между ними.

Этот процесс можно отождествлять с изменением свойств кристаллов под действием деформации, сжатия или расширения.

Возьмем такой объект органической природы, как живая клетка. Это ярко выраженная самоорганизующаяся система, но физика бессильна объяснить загадку живой клетки. Возьмем кристалл – объект неживой природы. О кристалле физика знает почти все, однако перед загадкой кристалла как самоорганизующейся системы она тоже бессильна. Почему природа, попробовав строить живые существа из кремния, остановилась на диатомовых? Почему сложилась такая ситуация? Вероятно, «не все ладно в датском королевстве». Вот уже более 2000 лет философия утверждает, что неорганическая среда развивается. Но до сих пор физики игнорируют это утверждение. В этом и заключается их ошибка. Вселенная являет собой несимметричный процесс в Мире. Получился некий логический каркас, связывающий воедино известные нам физические явления. Каркас этот дан в предельно упрощенной форме, при более детальном анализе возникают нюансы, усложняющие конструкцию. Любопытно, что если проанализировать процесс фрагментации материи от первого нуклона до нынешнего состояния и развернуть этот процесс во времени, то материя предстанет ветвящимся фракталом – «деревом».

Нам также известно, что природа всячески избегает равновесия, а живая – тем более. Видеть можно лишь то явление (или предмет), которое периодически повторяется, но в то же время эти явления (или предметы) должны избегать равновесия, что собственно мы и видим в живых системах. В нашей Вселенной действуют две силы, определяющие все изменения в ней. Это бесконечное расширение и беспредельное сжатие, отталкивание и притяжение. Все это очень напоминает большой электромагнит, в поле которого мы живем. Из всего этого следует, что мы находимся в потоке пространств с завихрениями, кавитацией и проявлениями его в материальном мире в виде энергий, полей, веществ и живых существ… Никакому времени в этой системе места нет. Время – это движение пространств друг относительно друга, и не больше того. Но третьим членом в этом процессе, его сенсором, несомненно, является Сознание. Что общего между черепахой, попугаем, щукой и секвойей? Долголетие. Со времен Древнего Рима известно крылатое изречение: «Senectus ipsa est morbus» – «Старый возраст – это болезнь». Как известно, после летаргического сна происходит быстрое возвращение в свой возраст. Синдром быстрого старения (прогерия Хатчинсона-Гилфорда) возникает из-за мутации всего лишь одного гена – гена LMNA. Жертвы синдрома прогерии стареют в 10 раз быстрее обычных людей. У полуторагодовалых детей начинает необратимо стареть кожа, выпадают волосы, замедляется рост. У них начинают проявляться болезни старческого периода, однако их разум развивается в соответствии с их реальным возрастом так, что их старение нельзя считать абсолютно аналогичным старению здорового человека. К 13 годам они умирают, как правило, от сердечных приступов или кровоизлияний в мозг. Обнаруженная мутация вызывает аномалию в процессе строительства белков внутри клетки. В итоге получается аномальный белок ламин А, в котором не хватает порядка 50 аминокислот. При исследовании обнаружено, что 50 % ядерных мембран этих больных – деформировано. Если вспомнить самоподобие «клеток-доменов», клетки и организма, то это подсказка, где прячется возраст вообще… Это, прежде всего, ось и край вортекса, хромосомы, их белковая часть, мембраны ядра клетки, тимус и половые клетки. К старости тело, которое человек в молодости не ощущает, начинает напоминать о себе все настойчивей, прежде всего тяжестью во всем теле, усталостью и болями. Тело возвращается в состояние детства. Нарушается координация, мышление, эмоции и чувства притуплены. Все это напоминает спиральную структуру, где концы этой разорванной спирали оказываются рядом, но разделенные пространством (временем).

Клоны также очень быстро стареют. Время в них срочно догоняет свой возраст. Возраст клона почти совпадает с возрастом соматических клеток «родителя». ДНК является частичным механизмом в «хронометре» организма, и только частично отвечает за скорость течения времени в организме. Как образец «старчески обусловленных» болезней можно упомянуть раковые опухоли, которые во многом являются следствием ослабления с возрастом как иммунной системы организма, так и «усталости» ГПК. Женскую яйцеклетку, сперматозоид и уже оплодотворенную яйцеклетку можно хранить сколько угодно времени и потом оживить. С куриным яйцом этот фокус не проходит. Почему? Слишком много воды, которая при замерзании превращается в лед, т. е. в кристалл. При размораживании она разрушает все структуры эмбриона. Эти примеры говорят о материальном носителе жизни и времени.

В половых клетках понятие времени практически отсутствует. Они тотипотентны, но в них уже заложена пространственная организация. Они ждут свою вторую половину, чтобы дать начало новому организму и «задать» вектор времени. Ребенок, родившийся от старика или от молодого мужчины, ничем не оличается. Раковые клетки монопотентны, моноклональны и ретроэволюционны. Они никого не ждут, так как являются вполне самодостаточными системами. Следовательно, исходя из всего сказанного, можно сделать вывод – сенсор времени в живых организмах имеет конкретную материальную базу. Это белок и вода в особом состоянии. Причем все это скручено вправо. Вывод второй – в раковых клетках время может «течь» в обратную сторону, то есть там закрутка времени противоположна. Пространство циклично, и поэтому каждый встречается со своим прошлым, потом в будущем. Сознание в определенном состоянии может выхватывать из пространства события, которые произойдут. Хазары говорили: «…на дне каждого сна лежит Бог». Сны – это передвижение субъективного сознания по пространству, выхватывание фрагментов из прошлого и будущего. Это наложение функционального состояния мозга на течение пространства, его движения… Ощущение времени, как было сказано выше, существует только в биологических системах, и его «эквивалент» обратно пропорционален ритму и порядку. У стариков и молодых время течет по-разному, с разной скоростью. Частота фазовых переходов ГПК у молодых быстрая, четкая, для них время течет медленно. У стариков фазовые переходы замедленные (уставший белок), поэтому для них время течет быстро. Это же относится к онкологическим больным и беременным: время для них идет не так, как у здоровых. Для беременных – медленно, для тяжелых раковых больных – молниеносно, или «останавливается», так как в опухоли оно течет в обратную сторону. Похоже, в настоящий момент происходит изменение пространственных структур, смена симметрии, быстрое старение тканей и, как следствие, катастрофический рост числа раковых больных. Здесь не важно, насколько точны молекулярные часы. По крайней мере, по сравнению с радиоуглеродными часами они менее точные, хотя бы потому, что статистические закономерности, лежащие в их основе, проявляются не на миллиардах атомов, а всего на тысячах нуклеотидных остатков, если учитывать какой-нибудь один ген. Надо полагать, что биологические часы построены на основе белка и настроены на частоту атомов азота. Генетические механизмы по всей вероятности производят их корректировку с поправкой на эволюцию вида. Только живые системы чувствуют анизотропию пространства, отождествляя его с течением времени. Это две стороны одной медали! Время мудрецы Древнего Китая не считали однородным. Известно, что разные феномены обладают разной геометрией и темпоральностью. Например, установлено, что биологическое пространство диссимметрично и имеет определенную закрутку (по принципу «правизна – левизна»). Пространство в организмической модели мира, которую выработали философы Древнего Китая, должно обладать свойствами, характерными для биологических объектов. Модель древнекитайских пространственных представлений имеет несколько срезов, в которых можно найти аналогии биологическому пространству. Поскольку данная модель не статична, содержит в себе динамические компоненты, она не может рассматриваться без учета понятия времени, которое приобретает в ее контексте определенную специфику. Организм можно представить как сумму различных движений, которые имеют свое время. Следовательно, время организма полимерно. Исходя из того, что организм существует в трехмерном пространстве, все виды его внутренних движений можно свести к трехмерной пространственной модели и, следовательно, к трем измерениям времени. Но организм как целостность не расчленяется по координатам пространства и времени. В китайской философии подобная целостность выражается в понятии пути – дао, которое представляет собой смену полярностей в трех измерениях, свертывающихся в одно единое – пространственно-временную траекторию. Системный характер арифмосемиотики предполагает наличие эталона времени. Имеется в виду, что любая арифмосемиотическая система представляет собой некий набор циклических процессов, которые могут тем или иным способом сравниваться друг с другом и предоставлять системе информацию о ее внутреннем времени. Так, собственно, организуется биологическое время. Это просто регистрация организмом соотношения внутренних ритмов.

Согласно предположению, выдвинутому еще И. Кантом, только постоянное может изменяться, изменчивое же подвергается не изменению, а смене. Это определяется тем, что изменения являются чередой способов существования одного и того же предмета, и «поэтому то, что изменяется, есть сохраняющееся, и сменяются только его состояния», так как «смена касается только определений, которые могут исчезать или возникать». К гомеостазу все это имеет непосредственное отношение. Детерминация всего живого календарно-хронологическими ритмами действует до определенных пределов. По причине своей нераздельности с организмом Космоса живые существа должны синхронизировать свои внутренние циклы с внешними, но в зоне «люфта» им предоставляется свобода, которая может быть творчески использована для выработки индивидуального пути во времени.

Проблема антагонизма статики и динамики времени определенным образом решается в арифмосемиотике на основе подразделения потока времени на несколько слоев. В такой модели слои, выражающие постоянство, можно связать со статическим аспектом времени, а изменчивость и сменяемость – с динамическим. Определив конкретный порядок и триграмму, соответствующую настоящему состоянию исследуемого события, можно без труда рассчитать, в какую фазу оно войдет через тот или иной промежуток времени. Этот расчет, разумеется, будет также приблизительным, поскольку не учитывает действие случайных изменений. Но самое удивительное: по нему можно предсказать будущее с большой степенью вероятности. На этом примере видна связь символов и чисел с реальным физическим миром… Клетки живых организмов развиваются из стволовых, совершенно недифференцированных «туманных» клеток, в которых нет признаков симметрии и времени. В стволовых клетках отсутствует связь между пространством, самоподобием и самоорганизацией. Точно в таком же положении находились органические вещества в предбиологическом состоянии. Стволовые клетки с уже начавшейся дифференциацией и помещенные в пробирку возвращаются в прежнее недифференцированное, тотипотентное состояние. Для того, чтобы они развились в ткани, органы и системы, им необходим внешний аттрактор и внутренняя симметрия. Функцию внешнего аттрактора играет форма живого организма, его внешняя огранка. Пробирка очень отдаленно напоминает форму организма, поэтому клетки «теряются».

Сейчас очень модно работать со стволовыми клетками. В них, несомненно, заложены неограниченные возможности. Старых и смертельно больных людей за то, что они согласны применять их для омоложения или лечения, осуждать нельзя. У них нет времени на рассуждение, хорошо ли это, этично, не этично, главное достичь результата, а вот молодым пациентам и их потомкам введение стволовых клеток будет совсем небезразлично… Несомненно, выращивание органов для реципиента из собственных стволовых клеток, своего рода аутотрансплантация – это прорыв в трансплантологии. Однако и тут на пути встретятся подводные камни в виде добро– и злокачественных опухолей, иммунных нарушений и т. д. Похоже на старый анекдот, в котором Мичурин сломал себе шею, когда упал с сосны, собирая на ней помидоры. Нечто похожее может произойти со стволовыми клетками… Сейчас во всем мире ведутся тихие, а иногда и настоящие войны, причиной которых являются трансгенные продукты питания. Производители утверждают – они безопасны, противники отвечают – бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Вопрос: а использование и введение тотипотентных стволовых клеток в еще живой организм – это не одно и то же? В результате генной инженерии появились уже и суперсорняки. Они устойчивы к гербицидам. А устойчивость эта передается им от генетически модифицированных растений (ГМ). Эволюция выбирала тот или иной живой организм в общем контексте и в течение миллионов лет. «Инженеры», не просчитав последствий, взорвали статус кво всего живого мира, последствия которого мы пока представить не можем. Это же относится и к синтезированным веществам, число которых исчисляется миллионами. Есть законы, по которым развивается живой организм. Существует жесткий запрет на обмен генетической информацией между далеко отстоящими видами. В природе это аксиома. В случае ее нарушения имеет место патология. Генная инженерия нарушает этот запрет. Уже сейчас созданы ГМ-растения, способные накапливать белки рыб, бактерий, насекомых и других организмов. Поэтому шея Мичурина ничто по сравнению с тем, что могут, если уже не натворили, его не в меру ретивые последователи…

Вернемся к нашим тотипотентным стволовым клеткам. Какая-то сила заставляет их принимать ту или иную форму, ту или иную специализацию. Сформированные и специализированные клетки выполняют свою функцию, делятся и ждут своего часа. Они находятся в «тисках» тканевой специализации и генетики. Стволовые клетки находятся только во власти формы организма и диссимметрии их внутреннего пространства. В них время и структура разделены… Для ГПК левое и правое не одно и то же, их нельзя поменять местами. Причем существует градация диссимметрии – от полностью гомохиральных структур, а именно самых главных – зародышевых ДНК и РНК, до полностью рацемичных, когда левое и правое представлено в равной степени. Причина связности времени и пространства, неразделенности и единства – свойство ГПК. Только в живом нельзя отделить время от пространства, их связность инициирована, подчинена единству структуры и функции, строения и движения. Наиболее ярко оно проявляется в понятии морфогенеза, то есть назначении структуры. Во всех остальных науках структуру от функции отделить более или менее просто, в биологии это невозможно. Только в живом функция подчиняет структуру, но в то же время она сама регулирует ее. Соответственно, внешнее и внутреннее пространства организма связаны и взаимозависимы… Все в природе подчинено геометродинамике и ее старшей сестре – симметрии. Понятия симметрии и противоположного ей свойства природы асимметрии являются одними из базовых понятий в современном естествознании. Качественный переход всех наук на новый уровень произойдет только тогда, когда мы раскроем тайны симметрии.

Луи Пастер, как мы уже знаем, разрешил загадку поляризации. Луи Пастер был не просто химиком, он счастливо сочетал в себе и химика, и кристаллографа, и оптика, и физика. Совсем молодым человеком Пастер работал в химической лаборатории своего учителя Био, который открыл множество веществ, обладающих оптической поляризацией, но природа самой оптической поляризации оставалась неясной. Решающий опыт Пастер поставил в 1848 году в работе над кристаллами паравинной кислоты (паратартратов). По своему химическому составу, свойствам и внешнему виду кристаллы паратартратов были похожи на кристаллы винной кислоты (тартраты). Они имели сходную форму и одинаковый скос на одной из граней (это т. н. гемиэдрия). Различие состояло только в том, что растворы паратартратов не вращали плоскость поляризации, иначе говоря, были оптически неактивны, а тартраты отклоняли поляризованный луч, то есть были оптически активны. Работая над проблемой сходства и различия этих веществ, Пастер обнаружил, что кристаллы паратартратов представляют собой смесь двух видов кристаллов: все они обладали гемиэдрией, но скос у них находился на разных гранях. Кристаллы являлись как бы зеркальным отражением друг друга. Значит, между гемиэдрией и вращательной оптической способностью кристаллов существует какая-то связь! Далее Пастер просто отделил кристаллы с правой гемиэдрией от кристаллов с левой гемиэдрией и по отдельности растворил их. Правые вращали плоскость света вправо, левые – влево. Смешав снова кристаллы и растворив их, Пастер получил раствор, который называется нейтральным, то есть не вращающим плоскость поляризации.

Итак, выяснилось, что паратартраты были смесью кристаллического вещества с двумя разновидностями гемиэдрии – правой и левой, а тартраты состояли из кристаллов одной разновидности. Первая смесь получила название рацемической смеси, или рацемата. Вторую, дающую поляризацию, Пастер назвал диссимметрической, а явление – диссимметрией. Термин означал, что вещество обладает как бы двойной несимметричностью, усугубленной асимметрией. Мало того, что сами по себе фигурки кристаллов асимметричны, но еще и возможный зеркальный двойник пропал, и они стали диссимметричными, то есть дважды «неправильными».

Таким образом, всего лишь один признак – отсутствие двойника с одной скошенной гранью при полностью идентичном строении и одинаковом химическом составе – создавал вещества с разными свойствами. Иначе говоря, различие зависело от пространства самого по себе, от пространственного направления, чего-то, казалось бы, эфемерного.

Но чем больше Пастер экспериментировал с диссимметрией и чем глубже размышлял о ней, тем более загадочным становилось для него это явление. В конце жизни он считал именно диссимметрию самым важным из всех своих многочисленных открытий. Почему? Проблема диссимметрии связана со многими науками: с кристаллографией, химией, оптикой и даже (неожиданно!) с биологией, поскольку кристаллы принадлежали к органическим соединениям, продуктам винограда.

Это был такой период в истории науки, когда ученые стремились установить связь между строением веществ и их свойствами. Берцелиус открыл изометрию – явление различных свойств у веществ одного и того же химического состава; Дюма прибавил к этому концепцию молекулярной изометрии; в кристаллографии исследовались проблемы изоморфизма, то есть явления, когда разный химический состав, наоборот, дает одни те же свойства в силу одинакового строения и гемиэдрии. Диссимметрия Пастера представляла собой новый шаг в изучении связи свойств и веществ, их пространственного строения. Однако неясно было назначение диссимметрии. Она не относилась к чисто кристаллическому строению, поскольку способность вращать плоскость поляризации сохранялась в растворах на молекулярном уровне. В то же время она не являлась следствием химического, то есть именно молекулярного состава, поскольку один и тот же химический состав, одни и те же одинаково уложенные молекулы давали разные оптические свойства у веществ левого и правого строения. Необходимо было найти первопричины диссимметрии. К таким первопричинам Пастер отнес пространственное строение. В лекции «Низшие организмы и строение материи» он попытался разделить все вещества на два класса по этому признаку: те, которые можно совместить с их зеркально отображенной копией, и другие, зеркальные изображения которых совместить с оригиналом невозможно. И казалось, что он фактически провел границу между живым и неживым, потому что к первым относятся разнообразные, создающиеся человеком (то есть искусственные), тела и существующие в природе минеральные соединения, создающиеся неживым, а ко вторым – что самое важное – относятся вещества, составляющие биологические ткани: клетчатка, крахмал, камедь, сахара, винные, хинная, таниновая кислоты, морфин. Масса разнообразных веществ, которые мы получаем в результате жизнедеятельности живых существ, обладает диссимметрией. Причем есть множество веществ, которые образовались именно из диссимметрических, но утеряли диссимметрию, превратились в нейтральные. Это можно назвать деградирующей диссимметрией…

Таким образом, было обнаружено новое явление: в природе существует кардинальное разделение между живыми телами и продуктами их жизнедеятельности – диссимметричными и неживыми – рацемичными. «Но каким образом возникает диссимметрия?» – спрашивал себя Пастер. Почему возникает конкретная диссимметрия, а не противоположная ей? Вот одна из великих загадок. Пастер обнаружил, что дрожжи, например, питаются винной кислотой только правого типа. Он наливал в сосуд с дрожжами нейтральную винную кислоту, и начиналось брожение. Потом оно прекращалось, и оказывалось, что дрожжи переработали только правую винную кислоту. Бывшая нейтральная право-левая кислота начинала вращать плоскость поляризации влево. Он обнаружил также, что одно органическое вещество синтезируется организмами только в левом виде (например, кислоты), другое – только в правом (к последним относятся различные сахара). Причем правые кислоты и левый сахар ничуть не отличаются по своим лабораторным свойствам ни от своих естественно созданных антиподов, ни от их смеси. Зачем растениям и бактериям диссимметричный продукт? Ведь для этого нет, так сказать, никаких химических резонов. Однако они питаются одним изомером или только его и производят. У высших представителей данное свойство также ярко выражено, оно не зависит от уровня организации, и от размеров животного.

Факт оставался фактом, и он вызвал у Пастера, как человека широко мыслящего, недоумение. Загадка состояла в том, как вообще может существовать диссимметрия. В природе действие должно иметь противодействие. Как может быть левое без правого, верх без низа? Все эти свойства существуют не сами по себе, а только в оппозиции. Случаются однорукие люди, но они воспринимаются только как отклонение, а однорукость есть недостаток, неправильность и неполноценность; нормой является наличие обеих рук. Но вот для живых организмов нормой является диссимметрия – невозможное для природы в целом состояние.

Все эти необычные факты позволили Пастеру сделать очень важный вывод, что при всем химическом разнообразии мира диссимметрия есть «единственное, отчетливо выраженное различие, которое мы можем обнаружить между химией неживой природы и химией живой природы».

Мы называем правое и левое по отношению к собственному телесному строению. Но оказалось, как и предупреждали Аристотель и Кант, что это условность, или, по терминологии Ньютона, относительное пространство. Различие правого и левого существует до всякого опыта и рассуждения в нашей собственной природе. А вместе с нами и все остальные, по-видимому, живые существа хорошо различают правое и левое, несмотря на отсутствие рук. Невозможно заставить их употребить левое, если они питаются правым и наоборот. Это очень важно: по всем остальным признакам – химическим, физическим, энергетическим – существует плавный переход от неживого вещества к живому, здесь же налицо резкий разрыв. Иначе говоря, у Пастера было ощущение, что он обнаружил в мире какую-то очень реальную, четко выраженную, но не имеющую в науке определений границу. Сейчас настало время, когда кому-то из ученых надо перешагнуть через нее… Границу эту можно назвать мировой линией. Вокруг этой линии вертятся, в прямом и переносном смысле, все процессы: симметрия, диссимметрия, эволюция, эмбриология и т. д. Движение относительно ее создает ощущение времени, на нее «нанизано» наше бренное тело, «зауженное», а иногда и раздвоенное сознание.

Какова же причина диссимметрии? Заключена ли она в самом организме или находится за его пределами? «Не является необходимым и достаточным предположение, – писал А. Пастер, – что в момент образования в растительном организме различных соединений в наличии имеется диссимметрическая сила». Вот единственное, что можно утверждать, и Пастер предлагает в той же статье различные гипотезы, даже не гипотезы, а вскользь брошенные фразы о влиянии космических причин (разумеется, без всякой мистики). Может быть, вызывающая диссимметрию сила находится в самом геометрическом характере пространства космоса, сквозь которое пролетает Земля? Или в свойствах солнечного света, который тоже может быть диссимметрическим? Или в магнитных и электрических влияниях на живое? Но его вопросы до сих пор остались без ответа. Осмелюсь высказать наше мнение: диссимметрия живого вещества – это проявление свойств виртуального пространства, мировой линии, или плоскости внутри и снаружи живых организмов. Если принять живой организм за «прозрачный» кристалл, то условия, когда он ведет себя как сплошное тело, и есть то, что мы называем диссимметрией. Но телом, поляризующим не только свет, но «поляризующим» и пространство. Внутри же собственно некоторых структур тела происходит и поляризация света. Диссимметрия является нам в неравенстве количества левых и правых молекулярных (и не только) структур организмов. Как раз в «астрономически сложном» наследственно-генетическом материале это неравенство абсолютное, полное, то есть такое, в котором полностью отсутствует один из двух возможных в природе изомеров данной молекулы. Современные исследования показывают, что полностью диссимметричны только нуклеотиды: первичные звенья ДНК, РНК и ферментов гомохиральны. Гомохиральность, или, если перевести термин, однорукость (есть правое, нет левого – или наоборот) и есть полная абсолютная диссимметричность.

Отсюда, из наследственных структур и до самых отдаленных от поверхности сфер, вещество, упрощаясь, движется к равновесию, основанному на втором начале термодинамики (в соответствии с градиентом сложности и степенью диссимметрии). Стремление к уравновешенности соответствует всем физическим и термодинамическим правилам, оно являет собой аналог энтропии.

Но жизнь питается отрицательной энтропией. Иначе говоря, любая структура, поскольку она всегда может образовываться в правых и левых вариантах атомного строения, обязана состоять, согласно энтропии, из равного количества этих изомеров, то есть быть рацемичной. Рацемичной является почти любое косное вещество и на поверхности, и в недрах планеты. Почти, но не совсем, все вещество в целом – и живое, и неживое – располагается на некой лестнице рацемичности, обладает разными ее степенями, различным процентным соотношением неравенства в равенстве левого и правого вещества. Свойство гомохиральности играет важную роль в иерархии самоорганизующихся структур любого порядка и вида. Правые и левые изомеры энергетически неэквивалентны, левые слабее правых, поэтому их диссимметрия начинается на уровне сверхслабых взаимодействий в макроогранизме там, где «туман», то есть предполагаемая ось симметрии. «Туманное» место (то есть место предполагаемой оси симметрии) имеет вполне материальную базу, неравенство зеркальных энантиомеров начинается на уровне атомного ядра, числа нейтронов в нем. Граница симметрии – мировая линия – начинается с ядер атомов IV периода таблицы Д.И. Менделеева, так как здесь располагаются элементы, нейтрально относящиеся к мировой линии. К этому явлению мы будем обращаться не раз. Соединения, способные более эффективно обеспечить гомохиральность природных объектов, обладают энергетически выгодным «правым» свойством.

Тиозамещенные аналоги ДНК, в которые она входит в состав или замещает фосфатные группы скелета ДНК, резко отличаются от обычных молекул. Расчеты показали, что для них разность концентраций на три порядка превосходит ранее найденные значения, и при этом более энергетически выгодным оказывается энантиомер с естественной правой спиралью.

Второй шаг в описании диссимметрии сделал Пьер Кюри. В его биографии, написанной Марией Кюри, говорится об интересе, который вызвало у П. Кюри понятие симметрии. Ученый назвал ее состоянием «пространства» и относил к тем «первопричинам», которые определил Пастер. «Две среды, обладающие одинаковой диссимметрией, связаны между собой особым образом, и отсюда можно вывести некоторые физические следствия», – писал П. Кюри.

Пьер Кюри сформировал несколько теоретических абстрактных обобщений, которые определяли отношения диссимметрических объектов или фигур при их генетической связи. Одно из них гласит: «Когда некоторые причины производят некоторые действия, элементы симметрии причины должны обнаруживаться в этих произведенных действиях. Когда некоторые действия проявляют диссимметрию, то эта диссимметрия должна обнаруживаться и в причинах, их порождающих». А закон о диссимметрии он сформулировал так: «Некоторые элементы симметрии могут сосуществовать с некоторыми явлениями, но это не обязательно. Необходимо, чтобы некоторые элементы симметрии отсутствовали. Это и есть та диссимметрия, которая создает явление». П. Кюри писал о том, что понятие диссимметрии следует распространить на всю физику, потому что там, где есть диссимметрия, можно ожидать новые физические эффекты. Асимметрия порождает диссимметрию. Стало быть, нет никакой мистики в формировании формы предметов, этот процесс определяют физические законы.

Нельзя сказать, что идеи Пастера и их интерпретация Кюри были забыты. Они исследовались, но только в биохимическом аспекте, не выходя на уровень причин и следствий.

Истоки симметрии следует искать в фантомном пространстве, содержащем форму предмета, и в котором идут процессы структурообразования. Симметрия зависит от того, какие действия разрешается проводить над объектом. Например, билатеральную симметрию нельзя переставлять. Если ограничиться только физически выполнимыми операциями, то билатеральной симметрии не будет! Небольшая вариация объекта, как правило, уничтожает весь запас присущей ему симметрии. Именно поэтому природа выбрала для высших животных и растений на внешней огранке самую низшую, билатеральную симметрию. Симметрия вездесуща, ее энергия (скрытая) намного больше ядерной, однако в живых системах она находится под властью сверхслабых взаимодействий.

Если определение симметрии выбрано, то оно позволяет установить между изучаемыми объектами отношения эквивалентности. Все объекты делятся на классы. Все объекты, принадлежащие к одному и тому же классу, могут быть переведены друг в друга надлежаще выбранной операцией над симметрией. В то время как объекты, принадлежащие различным классам, ни одной операцией над симметрией друг в друга переведены быть не могут. Но если учесть, что здоровые клетки – неполносимметрические, то такой перевод возможен с помощью проводников, которыми в биологических системах являются белок в аллотропной фазе, вода, магнитные поля и УФ-фотоны. Перед нами стоит задача – определить лучшие из проводников, тем более что при лечении рака надо переводить кубическую симметрию в диссимметрию и в «золотое сечение».

Отметим влияние геометрии, чисел (в виде чисел Фибоначчи) золотого сечения, кристаллических классов, как на живое, так и неживое. И, как ни странно, живое в своем развитии вобрало все виды симметрии для решения внутренних дел и только несколько видов для огранки внешних форм. Что это, игра природы или закон, с которым мы не знакомы? Математически строгое представление о симметрии сформировалось сравнительно недавно – в ХIX веке. В трактовке известного немецкого математика Германа Вейля современное определение симметрии выглядит так: симметричным называется такой объект, который можно как-то изменять, получая в результате то же, с чего начали. Современное представление о симметрии предполагает неизменность объекта по отношению к каким-то преобразованиям, выполняемым над ним. Необходимо заметить, что в работах ведущих ученых имеется разночтение самих терминов «симметрия», «асимметрия», «антисимметрия» и «диссимметрия». В строгом понимании по Н.В. Тимофееву-Рессовскому и Ю.А. Урманцеву, «симметрия», упрощенно говоря, это строгая соразмерность в расположении чего-либо без малейших отклонений, «асимметрия» – полное отсутствие симметрии, «диссимметрия» – переходное состояние от симметрии к асимметрии, все промежуточные случаи отклонения от строгой симметрии. В этих терминах мы должны были бы говорить в нашей работе и о «флуктуирующей диссимметрии». Например, флуктуирующая симметрия, ее целесообразность в животном и растительном мире. Это не только отбор более симметричных и гармоничных особей, но и «выравнивание» особи относительно мировой линии. Смещение половины тела от нее вправо или влево больше допустимого ведет к вырождению породы… По этой линии самки ориентируются, кто будет их партнером в деле продолжения рода. Тот, кто ближе к «середине» и пропорционален, обречен на успех. Внешняя огранка – это отражение внутренней симметрии. Асимметрия и диссимметрия должны присутствовать в любом организме, но они должны быть гармоничными в пределах нормы.

Симметрия как таковая – это прерогатива математики и физики, но диссимметрия – биологии и физики. Геометрия теоретически решает пространственные задачи. Однако теория теорией, а решать, где же она переходит в реальность, материализуется, образует и формирует диссимметрию, необходимо, и как можно быстрее… Физики давно ищут место переходов симметрии в физике элементарных частиц. Интересной проблемой квантовой теории поля является включение в единую калибровочную схему и сильного взаимодействия («великое объединение»). Другим перспективным направлением объединения считается суперкалибровочная симметрия, или просто суперсимметрия. Предполагается, что вакуум является симметрией более высокого порядка, чем известные на сегодня виды симметрии. Нарушения симметрии, которые мы видим повсюду, не затрагивают динамическую симметрию вакуума. Динамическая симметрия вакуума не противоречит идее развития, потому что симметрия вакуума сохраняется и тогда, когда нарушаются другие виды симметрии.

В динамических системах процессы формообразования зависят от типа поведения системы, и от т. н. аттракторов. ГПК – это динамическая система с индивидуальными частотными характеристиками. Это система с обратной связью, то есть – она зациклена. Такие динамические системы могут иметь четыре типа поведения: состояние равновесия, периодическое движение, квазипериодическое и хаотическое движение. Этим типам решений соответствуют аттракторы системы в виде устойчивого равновесия, предельного цикла, квазипериодического аттрактора (p-мерного тора) и хаотического (или странного) аттрактора. Важным является то, что простейшие типы квазипериодических и хаотических аттракторов могут реализовываться в динамических системах с размерностью фазового пространства не менее трех. Эти данные указывают нам направление поиска истоков и механизмы сохранения диссимметриии в живом веществе.

Недавно появились работы, посвященные биологической симметрии, но ни математики, ни биологи не указывают, как формируются симметрия и диссимметрия на физическом уровне, какие физические факторы и законы движут ими, где места переходов симметрии в реальность, материю.

Симметрия предметов и ландшафта влияет на людей, и фэн-шуй не даром существует на белом свете уже несколько веков… Симметрия – это порождение квантового, очень странного мира. Это доказывает игра под названием «невозможное ожерелье». Каждая четная бусина зеленого цвета, нечетная красного и, что интересно, первая и последняя бусина всегда оказываются одинакового цвета. На плоскости можно изобразить и так называемые «невозможные» фигуры. Все это разные проявления одного и того же явления… Объяснение этим феноменам можно найти в геометродинамике и, надо полагать, в квантовой физике. Симметрия и асимметрия в семье порождает различные заболевания, в том числе рак, и это в тибетской медицине не вызывает сомнений. Тибетские врачи всегда лечат мужа и жену одновременно. Симметрию мы видим, щупаем, нюхаем, но точно определить, что это такое, пока не можем. Она дискретна (прерывиста) – то появляется, то исчезает в одном и том же объекте на разных уровнях. Возьмем, к примеру, хиральную – самую «сильную» симметрию в живых организмах. На уровне всего организма мы ее видим: есть правая и левая половины тела. Например, на уровне тканей она исчезает; мы не сможем определить из правой или левой ноги кусочек ткани. На уровне органов и клеток она появляется в «смазанном» виде, проявляя себя точно таким же «смутным» образом и на уровне систем. Симметрия почти «смазана» в аллотропной фазе протеинов, но в твердокристаллическом состоянии вновь проявляется отчетливо. То, как симметрия проявляет себя на разных уровнях организма, указывает нам, на каком уровне искать причину рака (рис. 1).



Рис. 1. Дискретное проявление хиральной симметрии.

1 – первичная структура белка; 2 – вторичная структура белка; 3 – третичная; 4 – глобулы; 5 – клетка; 6 – ткани; 7 – органы; 8 – организм.


Поэтому точнее будет сказать топологически, где отсутствует симметрия, и структурно, где нарушена диссимметрия, там появляется рак…

Симметрия связана с понятием середины и целого. В древнегреческой философии и искусстве понятие «середины, центра связано с представлением о цельности бытия». Середина – «избегание крайностей» (Аристотель) – отражает принцип уравновешенности. «Везде грек видел нечто цельное. А это и значит, что он, прежде всего, фиксировал центр наблюдаемого или постороннего предмета… Без понятия „середины“ немыслимо античное учение о пропорциях, мере, симметрии или гармонии». По всему выходит, что «середина» – это какая-то физическая сущность, не определяемая приборами, но видимая воочию. Это, конечно, парадокс. Если вспомнить, что устойчивость любому явлению передает только одно – периодизм, то «середина» – это настойчивое повторение одного и того же процесса, или материализация «центра» некоего фрактала этого явления. Надо полагать, вокруг «середины» всегда располагаются невидимые части фрактала, недостаточно повторяемые, но объективно существующие (что мы и обнаруживаем в виде «ауры»), которые существуют в виде полей… Создается такое впечатление, что физические законы в геометрии не действуют. Но значит ли это, что законы геометрии являются матрицей для физического, видимого мира? Вероятнее всего – да. В космологии – эволюция топологических дефектов Вселенной (Yurke, 1992) хорошо описывается фрактальной моделью – кластеризацией материи (Lucchin, 1985).

Как известно, чудо фрактальной геометрии заключается в том, что чрезвычайно сложные формы могут получаться в результате простых процессов генерирования. Еще один сюрприз преподносит нам учение о динамических системах: простые, детерминированные уравнения могут порождать такой хаос, при котором система никогда не возвращается в стабильное состояние. Часто такие системы ведут себя вполне нормально и до некоторого определенного значения ключевого параметра, потом происходит имеющий две возможности дальнейшего развития, потом четыре и, наконец, хаотический набор возможностей. Не кажется ли Вам, что эти переходы очень напоминают деление белка и изолецитального яйца, но в укороченном варианте?! Однако все живое имеет нехаотический, а вполне закономерный набор возможностей развития. Если учесть, что живой организм – это единый фрактал, то многое становится на свои места. Во-первых, математическое выражение превращается во фракталы, а они, в свою очередь, – в симметрию. Во-вторых, после следующей итерации эстафету подхватывает более «округлая» биологическая симметрия, которая сохраняет все предыдущие геометрические составляющие. Сложность рождается из простоты. Фракталы придают структуру и красоту хаосу. Поэтому нелинейность и фрактальность являются геометрией хаоса, а симметрия – геометрией порядка.

Хотя живая природа как бы отвергает симметрию, но следует ей. А хаос, как известно, тесно связан с порядком. Эта связь осуществляется с помощью указанных выше свойств фракталов. Но рак, казалось бы, хаотическая система, как ни странно, в упорядоченной системе (организме) создает хаос, но с элементами более упорядоченных структур. В Евклидовой геометрии приближающийся объект становится проще. У фракталов это свойство теряется. Трехмерный параллелепипед становится двухмерной плоскостью, затем одномерной линией и, наконец, точкой.

Многие структуры организмов устроены на принципах фракталов (в частности – энергообразующие и информопроводящие). Можно сказать, что деревообразность свойственна фрактальному скейлингу, или гипотезе самоподобия. Организм человека – тоже фрактал, и генетика начинается с этих скрытых пространственных структур, корни которых уходят также в фантомный мир.

Фракталы и симметрия несут на себе не только геометрическую нагрузку, но и пространственное отражение физических законов, физических полей, и им подчиняются химические реакции. Природа кодирует изображения живых и неживых объектов с помощью изощренных, но, в то же время, очень простых по сути способов. Фрактальные методы используются ею для сокращения объема хранимой информации самоподобием, при любом масштабе это так называемые вейвлет-методы, которые для сокращения объема хранимой информации о вейвлетно преобразованной области используют избыточность масштаба. То есть, природа вначале кодирует изображение, затем «обкусывает» лишнее. Кластеризация фракталов – это проявление временных совпадающих физических и пространственных характеристик, нужных объекту в данный промежуток времени (кластеры молекул воды и когерентное состояние молекул белковых структур тому подтверждение). Вот так просто функционируют «простые» методы природы. Многие объекты в природе (например, человеческое тело) состоят из множества фракталов, смешанных друг с другом, причем каждый фрактал имеет свою размерность, отличную от размерности остальных. Например, двухмерная поверхность человеческой сосудистой системы изгибается, ветвится, скручивается и сжимается так, что ее фрактальная размерность равна 3.0. Но если бы она была разделена на отдельные части, фрактальная размерность артерий была бы только 2.7, тогда как бронхиальные пути в легких имели бы фрактальную размерность 1.07. Фрактальная размерность клеточных мембран равна 3, а фрактальная размерность мембран раковых клеток понижена и, вероятнее всего, равна или ниже 1.0! Вопрос о природе фракталов остается открытым. То же самое мы испытываем, когда имеем дело с золотым сечением, симметрией, числами Фибоначчи. Эти явления, несомненно, имеют одну природу, и время создания общей теории, объединяющей их наподобие Общей Теории Относительности, давно назрело. Мало того, составляющие общей теории относительности и эти геометрические «невидимки» должны очень тесно взаимодействовать, ведь они вместе и составляют суть объективной реальности… В этой реальности: «…каждый последующий уровень опирается на предыдущий, причем реалии предыдущего уровня гораздо грубей реалий последующего» (Тибетская медицина). Строгая иерархия подчинения является основой живого, поэтому все в нем самоорганизуется, структурируется и упорядочивается.

Интуитивно симметрия в своих простых формах понятна любому человеку, и часто мы выделяем ее как элемент прекрасного и совершенного. В известной мере симметрия отражает степень упорядоченности системы. Например, окружность, ограничивающая каплю на плоскости, более упорядочена, чем размытое пятно на этой же площади, и, следовательно, более симметрична. Поэтому можно связать изменение энтропии как характеристики упорядочения с симметрией: чем более организовано вещество, тем выше симметрия и тем меньше энтропия. Одно из определений понятий симметрии и асимметрии дал В. Готт: «Симметрия – понятие, отражающее существующий в природе порядок, пропорциональность и соразмерность между элементами какой-либо системы или объекта природы, упорядоченность, равновесие системы, устойчивость, то есть, если хотите, некий элемент гармонии. Асимметрия – понятие противоположное симметрии, отражающее разупорядочение системы, нарушение равновесия и это связано с изменением, развитием системы». Таким образом, мы приходим к выводу, что развивающаяся динамическая система должна быть неравновесной и несимметричной. Этот тезис напрямую касается такого понятия, как жизнь. В ряде случаев симметрия является достаточно очевидным фактом. Например, для определенных геометрических фигур нетрудно увидеть эту симметрию и показать ее путем соответствующих преобразований, в результате которых фигура не изменит своего вида. Однако в общем смысле понятие симметрии гораздо шире, и ее можно понимать как неизменность (инвариантность) каких-либо свойств объекта по отношению к преобразованиям, операциям, выполняемым над этим объектом. Причем это может быть не только материальный объект, но и закон, математическая формула или уравнения, в том числе и нелинейные уравнения, которые, как мы уже знаем, играют большую роль в самоорганизующихся процессах. Дать более конкретное определение симметрии, чем у Готта, в общем случае затруднительно еще и потому, что она принимает свою форму в каждой сфере человеческой деятельности. Что касается математических построений, то там также имеют место симметричные многочлены, которые можно использовать для существенного упрощения решения алгебраических и дифференциальных уравнений. Особенно полезным оказалось использование симметрийных представлений в теории групп с введением инварианта, то есть такого преобразования, когда соотношения между переменными не изменяются. Отражением связи пространства, симметрии и законов сохранения может служить мысль великого французского математика А. Пуанкаре: «Пространство – это группа». Логика подсказывает – группа не может существовать одна. Отсюда следует – пространств множество, и иначе быть не может… Наиболее наглядное и непосредственное применение идей симметрии имеет место в кристаллографии и физике твердого тела, изучающих физические свойства кристаллов в зависимости от их строения. Даже непосвященному человеку хорошо видна здесь ассоциация с неким совершенством, порядком и гармонией. Симметрия является для мира кристаллов естественной базой их физической сущности. Один из создателей современной физики твердого тела Дж. Займен вообще считал, что вся теория твердых тел основана на трансляционной симметрии. Здесь симметрия проявляется при совмещении геометрических тел, например, правильных многогранников при повороте их в пространстве на определенные углы, а также при перемещениях в атомной решетке на определенные величины векторов трансляции, кратных периоду решетки. Более глубокое понимание и применение симметрии связано с изучением и обоснованием законов сохранения, отражающих фундаментальные свойства пространства-времени. Напомним, что симметрия относительно произвольного сдвига во времени приводит к закону сохранения энергии для консервативных (замкнутых) систем. Неизменность характеристик физической системы при произвольном перемещении ее как целого в пространстве на произвольный вектор приводит к закону сохранения импульса. И, наконец, симметрия относительно произвольных пространственных поворотов (изотропность пространства) связана с законом сохранения момента импульса. Так как категория симметрии относится к любому объекту или понятию, то она в полной мере применяется, например, к физическому закону. А поскольку суть физического закона – нахождение и вычисление идентичного в явлениях, то для инерциальных систем, согласно принципу относительности Галилея, эти физические законы будут во всех системах одинаковы. Следовательно, они инвариантны относительно описания явлений как в одной инерциальной системе, так и в другой, и тем самым сохраняют симметрию. В 1918 году были доказаны теоремы Нетер, смысл одной из которых состоит в том, что различным симметриям физических законов соответствуют определенные законы сохранения. Эта связь является настолько всеобщей, что ее можно считать наиболее полным отображением понятия сохранения субстанций и законов, их описывающих, в природе. Как сказал физик-теоретик Р. Фейнман: «Среди мудрейших и удивительных вещей в физике эта связь – одна из самых красивых и удивительных». Различие видов симметрии связано с разными способами пространственно-временного преобразования одной инерциальной системы в другую инерциальную систему. Остановимся на этом несколько подробнее. Каждому такому пространственно-временному преобразованию соответствует определенный вид симметрии. Так, перенос начала координат в произвольную точку пространства при неизменности физических свойств, связан с симметрией таких преобразований (это как раз и есть трансляционная симметрия), и означает физическую эквивалентность всех точек пространства, то есть его однородность. Поворот координатных осей в пространстве связан с физической эквивалентностью разных направлений в пространстве и означает изотропность пространства. Симметрия относительно переноса во времени связана с физической эквивалентностью различных моментов времени, что должно также отражать идею независимости хода времени от его начала (время протекает одинаково). Откуда, кстати, следует, что однородность времени проявляется в его равномерном течении. Такое заключение позволяет полагать, что относительная скорость всех процессов, протекающих в природе, одинакова. Этот факт равномерности течения времени был установлен экспериментально с точностью до 10-14 секунд за период ~10 миллионов лет. В качестве примера можно привести тот факт, что спектральный состав излучения атомов звезд, испущенного миллионы лет тому назад и воспринимаемого нами только сейчас, такой же, как спектральный состав таких же атомов на Земле. Заметим также, что проблемы симметрии-асимметрии оказываются связанными между собой глубже, чем это кажется, исходя из бинарной структуры этих понятий (да-нет). В качестве примера можно привести состояние человека во вращающейся центрифуге. Есть симметрия вращения (поворота), но относительность покоя и вращательного движения нарушается, и человек в такой центрифуге по своему состоянию (вестибулярные ощущения) может определить, что его вращающаяся закрытая (герметизированная) камера на центрифуге вращается. Таким образом, возникает ситуация, при которой физические законы не инвариантны относительно вращения, то есть налицо асимметрия. То же можно сказать и о так называемых преобразованиях подобия, связанных с изменением масштабов физических систем. Асимметрия относительно масштабных преобразований связана с тем, что порядок размеров атомов имеет одинаковое для всей Вселенной значение (~10-10 м). И если мы будем уменьшать размеры, например, изделий микроэлектроники, в том числе и пленочных, то характер поведения электронов в них изменится (возникают размерные эффекты), то есть опять-таки может возникнуть асимметричность процессов при таких размерах. Другой пример несимметрии относительно масштабов в биологии приводит Б. Свистунов: «Несмотря на похожесть окраски, нельзя, например, раскормить осу до размеров тигра, так как при массе 10-100 кг она потеряет способность летать – возникает другое качество».

В связи с этими примерами имеет смысл рассмотреть другие виды симметрии. Упомянутые выше пространственно-временные симметрии условно объединяют одно общее свойство – они являются как бы «внешними» симметриями (огранками) в том смысле, что отражают глубокие свойства структуры пространства-времени, представляющей собой форму существования любого вида материи, и поэтому справедливой для любых мыслимых взаимодействий и физических процессов. Весь физический опыт познания мира показывает отсутствие нарушений инвариантности законов природы относительно указанных пространственно-временных преобразований. В этом уже не только физический, но и философский смысл познания и установления объективности законов природы. Однако во «внешних» симметриях не затрагивается «внутренний мир» физического объекта, и он никак не связан с внешними свойствами. Совершенно иное мы видим в биологических объектах, они связаны и подчиняются закону триединства живых организмов. Этот закон идентичен закону сохранения физических величин.

В природе кроме рассмотренных законов сохранения энергии, импульса и момента импульса существуют и другие законы сохранения, которые выполняются с той или иной степенью общности, в частности, закон сохранения электрического заряда. В физике элементарных частиц, как мы видели, имеются и другие сохраняющиеся (или, по крайней мере, введенные так) величины, подобные электрическому заряду, – барионное число, четность, изоспин, ароматы (странность, очарование, красота и т. д.). Эти, по сути, квантовые числа обусловлены фазовыми преобразованиями волновой функции ψ и в целом не связаны со свойствами пространства-времени. Симметрия играет важную роль в исследовании физики микромира. Наш физик-теоретик А. Мигдал считал, что главными направлениями физики XX века были поиски симметрии и единства картины мира. Сохранение подобных величин, непосредственно не связанных со свойствами пространства-времени, относится к понятию «внутренней» симметрии.

Прежде чем перейти к другим «внутренним» симметриям, остановимся еще на двух видах дискретной симметрии, которые отличаются от рассмотренных «непрерывных» симметрий сдвига и поворота. Это уже давно хорошо известная нам зеркальная симметрия, которая описывается пространственной инверсией, то есть отражением системы координатных осей. Инверсия пространства осуществляется «сразу» (в зеркале), а ее повторное применение возвращает систему в исходное состояние. Это отражение называется операцией изменения «четности» (пример с теннисистом в зеркале). Другой дискретной симметрией является симметрия относительного обращения времени, приводящая к тому, что в симметричной Вселенной законы природы не изменяются при замене направления течения времени на обратное (t= – t и наоборот). Надо полагать, обратное течение не времени, а пространств (авт.). Применение данной симметрии показывает, что направление возрастания времени (движение в одну сторону) не играет существенной роли. С равной вероятностью возможен и обратный процесс. Другими словами, установить путем наблюдения направление развития событий в будущее или в прошлое для равновесной симметричной системы невозможно. Если вы помните, мы приходили к такому же результату для детерминированной механики Галилея – Ньютона в замкнутых системах. Но одновременно мы уже знаем и о существовании «стрелы времени» для открытых неравновесных систем. И это еще раз доказывает, что время все-таки «течет» от прошлого к будущему, и наша Вселенная неравновесна и асимметрична. Это, как мы помним, признаки живого… Заметим, однако, что понятие энтропии неоднозначно применимо к микромиру, и, следовательно, изучая его, нельзя установить направление времени. Дальнейшее расширение количества физических симметрий связано с развитием квантовой механики. Одним из специальных видов симметрии в микромире является перестановочная симметрия.

Исследование реакций с участием элементарных частиц и античастиц, а также процессов их распада привело к открытию некоторых новых свойств симметрии, а именно зарядовой симметрии, или, более точно, зарядовой симметрии частиц и античастиц. При изучении ядерных взаимодействий нуклонов (сильные взаимодействия) было обнаружено, что эти ядерные силы почти не зависят от типа нуклонов, то есть при этих взаимодействиях нет различия между нейтроном и протоном, оба они есть два состояния одной частицы нуклона. Аналогично, μ-мезон может находиться в трех состояниях, соответствующих трем различным частицам. Такие состояния называются изотопическими, и они характеризуются изотопическим спином, или изоспином. Симметрия, связанная с этими процессами, и получила название изотопической симметрии.

С теорией элементарных частиц, типами взаимодействия полей и попыткой введения единого поля связаны еще два вида симметрии: кварк-лептонной и калибровочной. Кварк-лептонная симметрия проявляется в единой теории поля. Считается, что по существу кварки и лептоны не различимы в области очень больших энергий. Но, в случае спонтанного нарушения симметрии и в области низких энергий, они приобретают совершенно различные свойства. Тем самым установлено, что между кварками и лептонами возможны переходы. Этот факт может служить еще одним убедительным доказательством единства природы. Калибровочная симметрия связана с масштабными преобразованиями, представляющими сдвиги нулевых уровней скалярного и векторного потенциалов полей. Сам термин «калибровочное поле» (преобразование, инвариантность) выдвинул немецкий математик Г. Вейль. Смысл идеи состоит в том, что физические законы не должны зависеть от масштаба длины, выбранного в пространстве, и не должны изменять свой вид при замене этого масштаба на любой другой. С обычной логикой это вроде бы самоочевидно: почему действительно законы Ньютона будут другими, если мы будем измерять путь в метрах, сантиметрах или в мегапарсеках. Однако значение изменения масштаба состоит в том, что оно имеет принципиально нефизический характер, так как вызвано не какими-либо физическими воздействиями, а геометрическими, в частности, изменение длины обусловлено лишь особенностями структуры пространства-времени. Тем самым пространство-время перестает быть лишь пассивным резервуаром вещества и поля, где происходят физические процессы, оно само начинает активно влиять на эти процессы. Геометрия приобретает динамический характер. Можно добавить, что она влияет и на энергетику физического и биологического объекта. Это ярко проявляется при делении овоидов Кассини. Об этом интересном явлении будет подробно рассказано в следующей главе.

Особое значение приобретает принцип калибровочной инвариантности, если преобразования приходят локально в каждой точке пространства-времени и неоднородно, то есть с изменяющимся соотношением от точки к точке. Вот это преобразование Г. Вейль и назвал масштабным, или калибровочным. Его формулировка звучит так: все физические законы инвариантны относительно произвольных (однородных и неоднородных) локальных калибровочных преобразований. В таком виде принцип Вейля является по существу развитием общего принципа относительности Эйнштейна, что все физические законы в любой системе отсчета (инерциальной и неинерциальной) должны иметь одинаковый вид. Уместно в связи с этим заметить, что теория Эйнштейна была первой теорией, в которой геометрический фактор (искривление пространства-времени) напрямую связывался с физической характеристикой (гравитационной массой), что послужило в настоящее время дальнейшему развитию идей геометродинамики. Эти преобразования масштаба оставляют силовые характеристики поля (например Е и В для электромагнитного поля) неизменными. На основе калибровочной симметрии построены теории электрослабого и электросильного взаимодействий. Из этой симметрии следует, что частицы, обладающие определенными свойствами, которые объединяются понятиями «заряда» (электрический, барионный, лептонный), «цвета» кварков, являются источниками полей, если хотите, материальными носителями этих полей. Теория сильных взаимодействий, опирающаяся на представление о цветовых зарядах, получила название квантовой хромодинамики. Эта теория практически завершена для малых расстояний между кварками, но для больших расстояний еще имеются трудности. Тем не менее, применение принципов глобальной и локальной унитарной симметрии способствовало существенному продвижению в области классификации адронов и описания сильных взаимодействий. Вместе с тем на этом пути имеется еще ряд проблем.

Для классификации и описания взаимодействий, наиболее тяжелых и короткоживущих адронов (так называемых резонансов) потребовалось ввести еще три кварка, получивших названия c,b,t. Вместе с лептонами кварки образуют три поколения элементарных частиц, аналогично следует разбить и античастицы. Имеется теоретическое обоснование того, что число поколений должно исчерпываться тремя. Эти повторения поколений представляют собой главную загадку физики элементарных частиц. Возможно, они вновь указывают на составной характер этих частиц и на новую, более глубокую симметрию, уходящую корнями в динамическую симметрию вакуума.

Вопросы симметрии играют решающую роль в современной физике. Динамические законы природы характеризуются определенными видами симметрии. Эти принципы относятся к законам природы так же, как законы природы относятся к явлениям, то есть симметрия «управляет» законами, а законы «управляют» явлениями. Если бы не было, например, инвариантности законов природы относительно смещений в пространстве и времени, то вряд ли наука вообще смогла бы устанавливать эти законы. В общем смысле под симметрией физических законов подразумевают их инвариантность по отношению к определенным преобразованиям. Необходимо также отметить, что рассмотренные типы симметрий имеют, естественно, определенные границы применимости. Например, симметрия правого и левого существует только в области сильных электромагнитных взаимодействий, но нарушается при слабых. Это положение говорит нам о двух вещах: на уровне тканей правой и левой половин тела существуют сильные электромагнитные поля, а ближе к оси симметрии и в клетках – слабые. Изотопическая инвариантность справедлива только при учете электромагнитных сил. Для применения понятия симметрии в физике можно ввести некую структуру, учитывающую четыре фактора.

1. Объект или явление, которое исследуется.

2. Преобразование, по отношению к которому рассматривается симметрия.

3. Инвариантность каких-либо свойств объекта или явления, выражающая рассматриваемую симметрию. Связь симметрии физических законов с законами сохранения.

4. Границы применимости различных видов симметрии.

Заметим также, что изучение симметричных свойств физических систем или законов требует привлечения специального математического анализа, в первую очередь представлений теории групп, наиболее развитой в настоящее время в физике твердого тела и кристаллографии. Раньше мы уже говорили об инверсионной симметрии. Но обладают ли такой симметрией физические законы? Долгое время считалось, что обладают, пока опыты китаянки Цзяньсюн Ву (США) по изучению β-распада ориентированных в магнитном поле ядер кобальта 60Co, проведенные в 1957 г., не показали, что на слабые взаимодействия инверсионная симметрия не распространяется. Однако для большинства физических законов инверсионная симметрия соблюдается. Подчеркнем следующее важное обстоятельство. Если какое-либо уравнение инвариантно относительно определенных операций симметрии, то это не означает, что все его решения обладают такой же симметрией (хотя для части решений это возможно). Дело в том, что на формирование решений влияют еще начальные и граничные условия. Например, несмотря на то, что гравитационное поле Солнца можно считать сферически симметричным, планеты движутся вокруг Солнца не по круговым, а по эллиптическим траекториям. Другой пример – кристалл инвариантный при дискретных трансляциях (кратных постоянных решетки), хотя электрические силы, действующие между его атомами, не меняются при любых смещениях кристалла в целом. Симметрия материальных структур, образуемых за счет фундаментальных взаимодействий, может быть намного ниже, чем симметрия последних. Учитывая это, можно говорить о структурной симметрии материальных объектов. Априорное определение возможных видов симметрии устойчивых материальных структур часто представляет собой трудную проблему. В целом же из законов сохранения, которые, как мы уже поняли, являются следствием пространственно-временной симметрии законов самой природы, следует условность разделения физики на механику, термодинамику, электродинамику и т. д. и, следовательно, налицо неразрывность единства всей природы.

Рассмотрим идеи симметрии-асимметрии применительно к проблемам объектов живой и неживой природы. По существу, это философский, если хотите, но с естественнонаучной точки зрения вопрос о возникновении, развитии и сущности жизни. Чем отличаются молекулы живых веществ от неживых? В какой-то мере это связано с симметрией, точнее зеркальной симметрией. Если рассмотреть пример зеркального изображения двух молекул неорганического вещества воды и органического, но «неживого» вещества – бутилового спирта, то принципиальное различие проявляется в том, что молекула Н2О зеркально симметрична, а молекула спирта зеркально асимметрична. «Левая» и «правая» молекулы не совпадают как левая и правая рука человека. Как теперь мы знаем, в природе хиральностью обладают и «живые», и «неживые» молекулы, но «живые» всегда только хиральны. Причем «неживые» хиральные молекулы равновероятно встречаем и в левом, и в правом варианте, а «живые» – только или в левом, или в правом. В этом смысле молекулы живых организмов хирально чисты. Так, ориентация ДНК-спирали всегда правая. Основополагающим признаком возникновения и развития жизни и является способность живых организмов извлекать и конструировать из симметричных и хирально нечистых молекул окружающей среды хирально чистые молекулы, необходимые для живого организма. Примером может служить извлечение растениями из симметричных молекул воды и углекислого газа в процессе фотосинтеза асимметричных молекул крахмала и сахара. Наряду с другими питательными веществами эти молекулы поступают в пище живых организмов и из них образуются уже хирально чистые молекулы. То есть живое выступает в качестве фабрики по изготовлению разных видов асимметрии, а в общем диссимметрии из любого вида симметрии. Это своего рода пространственный преобразователь, или пространственная дыра с отрицательной энтропией… Живой организм очень напоминает кавитационный пузырь, только вместо жидкости основную роль в его появлении играет пространство… В общем смысле мы можем считать, что и возникновение жизни в целом связано со спонтанным нарушением имевшейся до того в природе зеркальной симметрии. Этот процесс, по существу, также является процессом самоорганизации. В какой-то точке бифуркации и произошел самоорганизующий акт возникновения уже живой материи.

Уместно теперь связать симметрию с энтропией живых организмов. Переход вещества на более высокую степень организации, упорядоченности, как мы уже отмечали, снижает энтропию как меру хаотичности. Но наибольшей симметрией обладает как раз равновесное хаотическое состояние. Значит, уменьшение энтропии неизбежно приводит к снижению уровня симметрии. Чем выше уровень организации живой материи, тем меньше энтропия и симметрия. На примере эволюции видов это проявляется достаточно ясно. Человек обладатель самой низкой симметрии, является самым высокоорганизованным существом на Земле. Нарушение этого фундаментального закона ведет к развитию рака. В раковой опухоли появляются признаки выраженной кубической симметрии и как следствие, непозволительное увеличение энтропии. Это выглядит как «тяготение» его клеток и тканей к неживой природе. Для снижения энтропии живым организмам, как открытым системам, обменивающихся энергией и материей (пища и отправления) с окружающей средой, необходима энергия, причем значительная, которая, как мы увидим далее, вырабатывается в соответствующих частях клеток (митохондриях) живых организмов за счет пищи, то есть поглощения энергии внешней среды (Солнца и биосферы). Можно образно сказать, что мы забираем от природы более организованную структурированную материю, обладающую меньшей энтропией, то есть подпитываем себя негэнтропией (отрицательной энтропией), а отдаем ей неструктурированную материю, обладающую большей энтропией. «Питаемся», так сказать, с энергетической физической точки зрения отрицательной энтропией, а отдаем положительную энтропию. Поэтому утверждение, что жизнь – это сбалансированный, переходный продукт между энергией, материей и пространством, не лишен смысла. И когда в естественных условиях этот баланс нарушается, то наступает некоторое динамическое равновесие. Обмен энтропией между человеком и окружающей средой стабилизируется, энтропия системы человек – окружающая среда возрастает, в результате чего живой организм гибнет (энтропия его возросла). Поэтому биологическая смерть организма – это рост энтропии до ее уровня в окружающей среде. Раковая опухоль ведет себя так агрессивно, потому что уровень ее энтропии равен или выше, чем у окружающей среды. Отсюда вывод: лечить раковую опухоль надо только одним, снизить ее энтропию до уровня энтропии нормальных тканей. Добиться этого можно только убив энергетические станции клеток, митохондрии, и восстановив фолдинг протеинов… Повышение же энергетического потенциала в живом организме при «нормальном» обмене энтропией его с окружающей средой увеличивает химическую активность клеток и дает возможность самовоспроизведения и развития. Можно сказать, что по мере усложнения в ходе развития жизни асимметрия все больше и больше превалирует над симметрией, вытесняя ее из биохимических и физиологических процессов. Однако и здесь имеет место динамический процесс: симметрия и асимметрия в функционировании живых организмов взаимосвязаны.

Внешне человек и животные симметричны, однако их внутреннее строение асимметрично на разных уровнях тканей органов и систем. Если у низших биологических объектов, например, низших растений, размножение идет симметрично, то у высших имеет место явная асимметрия – разделение полов, где каждый пол вносит в процесс самовоспроизведения свойственную только ему генетическую информацию. Устойчивое сохранение наследственности есть проявление в известном смысле симметрии, а в изменчивости проявляется асимметрия. У раковых клеток и тканей преобладает симметрия, как у представителей растений, что по многим показателям роднит их. В целом же глубокая внутренняя связь симметрии и асимметрии в живой природе обусловливает ее возникновение, существование и развитие. Таким образом, теоретики, обращаясь к начальным стадиям развития Вселенной, рассматривают все более симметричные варианты квантовой теории поля, однако каждый свой шаг им приходится сопровождать предположением о спонтанном нарушении этой симметрии в развивающемся мире. Иначе говоря, по мере остывания Вселенной, возникшей, вероятно, с очень высокой степенью симметрии, происходило быстрое ее понижение с переходом высших типов в скрытую форму. Энтропия ее также претерпевала подобные изменения… Причины этого явления остаются неясными. Указывает ли это на несовершенство самого мира или на несовершенство наших знаний о мире? На этот вопрос наука ответа пока не дает. Удивительной чертой многих видов симметрии является их весьма абстрактно-математический характер. Их описание и использование требует знания высших разделов математики и, прежде всего, методов теории представлений непрерывных групп. Еще Ю. Вигнер отмечал непостижимую эффективность математики при описании явлений природы. Можно много еще что рассказать о симметрии относительно обращения времени, классификации электронных и колебательных состояний молекул и кристаллов, описании фазовых переходов в кристаллах. В основе своей мир устроен по законам математики, симметрии, красоты, но причины этого нам неизвестны. Создается впечатление и в общем все выглядит так, будто нас кто-то водит за нос… Поэтому пока нас не «увели» совсем в другую сторону, можно задаться вопросом, есть ли другие виды симметрии и связанные с ними законы сохранения. В чем состоит глубокое значение законов сохранения электрического заряда, лептонного и барионного чисел, странностей, изотопического спина и т. д.? Как это связано со свойствами абстрактного пространства? В чем смысл наличия «черных дыр» как неких «пропускных пунктов» из нашего пространства, мира в другой антимир? К сожалению, пока на эти вопросы мы ответа не имеем, хотя и хорошо, что современная наука дает возможность их задавать.

Теперь, когда мы убедились в том, что вещества небезразличны к пространству, разберем, по каким законам и правилам живут кристаллы – самые «дисциплинированные» пространственные образования. Для начала, чтобы представить их разнообразие и богатство, продемонстрируем классификацию этого «застывшего» пространства.

Гексагональная сингония:

• Центральный

• Инверсионно-планальный

• Инверсионно-примитивный

• Планаксиальный

• Планальный

• Примитивный

Кубическая сингония:

• Аксиальный

• Центральный

• Планаксиальный

• Планальный

• Примитивный

Моноклинная сингония:

• Аксиальный

• Планальный

• Планаксиальный

Ромбическая сингония:

• Аксиальный

• Планальный

• Планаксиальный

Тетрагональная сингония:

• Аксиальный

• Центральный

• Инверсионно-планальный

• Инверсионно-примитивный

• Планаксиальный

• Планальный, октаэдр, тригонтриоктаэдр, тетрагонтриокта¬эдр, дидодекаэдр и т. д. и т. п.

• Примитивный

Триклинная сингония:

• Центральный

• Примитивный

Все сингонии подразделяются еще и на виды. Например, кубическая сингония: куб, ромбододекаэдр, пентагондодекаэдр положительный, пентагондодекаэдр отрицательный и т. д.

Что же такое кристаллы и чем они уникальны? Как известно, кристаллами называются все твердые тела, в которых слагающие их частицы (атомы, ионы, молекулы) расположены строго закономерно, наподобие узлов пространственных решеток. В течение столетий геометрия кристаллов была малоизученной областью науки. Многие великие умы (Роберт Гук, Михаил Ломоносов, Рене Жюст Гаюи, Браве и др.) трудились над изучением тайны кристаллов. Итогом этих изысканий было открытие важнейшего закона кристаллографической симметрии, согласно которому для кристаллов возможны оси симметрии лишь первого, второго, третьего, четвертого и шестого порядков. Таким образом, на кристаллических фигурах никогда не бывает симметрии пятого порядка, а также осей симметрии выше шестого. Однако был найден важнейший закон, проводящий разницу между симметрией кристаллов и симметрией растений и животных. Для кристаллов пятерные оси и оси порядка выше шестого категорически запрещены. Но жизнь умудрилась получить квазисимметрию и квазикристаллы. Как получить квазикристаллы? При нестандартных условиях образуется сплав, упорядоченный в узоре, характерном для симметрии икосаэдра, который наряду с додекаэдром обладает осями симметрии 5-го порядка (то есть симметрия зависит от условий их образования). Исходя из этого, можно сделать три предположения, при каких условиях произошло жизнеобразование:

1. Живое образовалось в условиях совершенно не похожих на сегодняшние условия.

2. Произошел фазовый переход в окружающем пространстве, изменение ее симметрии.

3. Трудно представить – строение веществ было иным.

Кристалл – строго упорядоченное состояние вещества; атомы (или молекулы) находятся в узлах правильной решетки, никуда особо не движутся, а только слегка колеблются около положения равновесия. Жидкость же, напротив, есть совершенно неупорядоченное состояние вещества; атомы в ней движутся хаотично. Поэтому плавление происходит, когда атомы твердого тела начинают колебаться настолько сильно, что могут «сорваться» со своих мест и начать свободно гулять по кристаллу. Вот так на атомарном уровне выглядит кристалл, а так выглядит жидкость. Самая интересная часть – пропущена. Мы так и не ответили на вопрос, как зарождается фазовый переход, как же начинается плавление. Целый ворох вопросов. И задавая их, мы уже понимаем, что окунулись совершенно в другую область физики. В область, которая изучает не только стабильные начальные и конечные состояния системы, но и то, как процесс разворачивается во времени, как одно переходное, нестабильное состояние сменяет другое. Эта область физики называется кинетикой, в самом широком смысле этого слова. Существуют ли особенности плавления двухмерных кристаллов. Такая постановка вопроса может вызвать у читателя некоторое недоумение: а что, есть какая-то разница в поведении 1-, 2– и 3-мерных кристаллов? Да, оказывается, разница имеется, и притом существенная! Плавление двухмерных кристаллов оказалось настолько интересным и необычным процессом, что исследователи стали искусственно создавать двухмерные кристаллы (а точнее, системы, которые ведут себя как двухмерные кристаллы) с целью проверить предсказания теории. По современным представлениям плавление обычного, трехмерного кристалла происходит так. При повышении температуры амплитуда тепловых колебаний увеличивается, а значит возрастает подвижность отдельных атомов и групп атомов. Это – так называемая стадия предплавления. При температуре, равной температуре плавления, концентрация дефектов достигает критического значения – материал теряет прочность, кристалл распадается на множество мелких островков, которые начинают «плавать». При дальнейшем подводе тепла эти островки разваливаются на отдельные атомы – так получается жидкая фаза. Почему мы так долго задержались на физике кристаллов? Только потому, что только они дают ответы на вопросы, связанные с поведением молекул белка, их кинетикой в зависимости от условий и причин их самоорганизации. Теперь начинается интересное. Для контраста давайте рассмотрим одномерный кристалл, то есть просто бесконечную одномерную цепочку атомов, связанных между собой межатомными силами. Статистическая физика такой системы приводит к неожиданному результату: оказывается, в таком кристалле энергетически выгодно рождать коллективные длинноволновые колебания-фононы. Настолько выгодно, что при любой конечной температуре они будут самонарождаться: энергия тепловых колебаний атомов перейдет в энергию коллективных колебаний. И если амплитуда коллективных колебаний достигнет в данной точке определенной критической величины (а это рано или поздно случится), то кристалл в этом месте попросту разорвется! Заметьте, насколько важна здесь одномерность: то, что в трехмерном случае привело бы всего лишь к точечному дефекту, в нашем случае влечет за собой разрыв всего кристалла – ведь достаточно порваться всего лишь одной связи, и кристалл разрушится! Из этой качественной картины следует поразительный вывод: в одномерном случае при любой конечной температуре не существует устойчивого кристаллического состояния вещества! Как мы знаем, в белках все виды его построены из одномерных цепей, и только β-структуры двухмерные. Теперь можно предположить, что автоколебания самозарождаются из одномерных цепей белка, а появление дефектов в третичной структуре белка есть не что иное, как разрыв полимерной цепи. В двухмерном кристалле эти дефекты будут выглядеть как щель… Уж не эта ли щель и является свободной энергией, заставляющей самоорганизовываться белок? И последнее, цепи α-структуры не могут находиться в кристаллическом состоянии, следовательно, согласно нашей теории, они имеют только косвенное отношение к раковому процессу. А вот β-структуры самое непосредственное.

Кристаллографическая систематика, первоначально «придуманная» для минералогической кристаллографии, потом перешла и в физику твердого тела. Впоследствии, надо полагать, она перейдет и в биологические системы, и в космологию. Немецкий ученый Л. Зонке заменил кристалл дискретной системой материальных точек: кристалл из эмпирического объекта превратился в геометрический. Потом точки заменили лучами, а это уже в пределах физики… Инверсиальную систему можно распространить на все исследуемые объекты. Но без ответа остался вопрос, где инверсия геометрии на физические субстанции и живые системы. На наш взгляд, кристаллы – это материальное воплощение симметрии, место пересечения геометрии и материи. Кристаллы дали толчок и программу развития живым существам, явно и завуалировано присутствуя в них до настоящего времени. Живое подчиняется законам, которым подчиняются кристаллы. Хотя в живых существах оптическая ось симметрии заменилась на оси и плоскости тела, их структуры все равно продолжают оставаться оптическими системами. Полосатость хромосом, мышц, фотоактивность белка, воды, светочувствительность холестерина, флавопротеинов, цито– и криптохромов указывают на то, что свет является одним из основных регуляторов и интеграторов в живых организмах. Наши опыты показывают, что сфокусированные по спектру и по геометрии луча нормальные клетки при патологии рассеивают свет, а при раке этот «разброс» очень велик и поляризация луча незначительная. Образования светового конуса в коллоидных системах и аллотропной фазе протеина, а также и узкий, сжатый диапазон гемопротеидов (in vitro) подтверждают вышесказанное.

На наш взгляд, механизм, который участвует в кристаллообразовании и стереочувствительности химических веществ, задействован и в живом. Он же влияет на генетику и на течение биохимических реакций, которые находятся под его контролем. Все это позволяет говорить, что биофизика и симметрия, в плане интеграции, превыше биохимии в живых системах любого уровня. Характерной особенностью кристалла является периодичность его внутренней структуры. Параллелепипед, построенный на трех некомплиментарных векторах, образует примитивную ячейку кристалла. Регулярное повторение примитивной ячейки в трех направлениях без изменения ориентации вызывает получение идеального кристалла. Примитивная ячейка «кристалла» может быть аналогом «светлого» и «темного» магнитного домена, гипотетической «прямоугольной ямой» для решения проблем стоячих волн и т. д. Кроме трансляционной симметрии кристаллы обладают и вращательной симметрией. В живом мире эти две симметрии руководят всем и вся. Комбинация поворота с трансляцией приводит к появлению винтовой оси. При анализе явлений, которые можно назвать макроскопическими, кристалл ведет себя как однородное сплошное тело. В этом случае свойства кристалла зависят только от направления света в нем. Сложная структура примитивной ячейки не важна при анализе оптических, тепловых и упругих свойств кристаллов. В каждой группе имеются образующие элементы (генераторы), позволяющие получить все остальные элементы симметрии группы. Общее число элементов группы называется порядком группы. Все строго, все периодично, все по порядку. Всего имеется 27 некубических кристаллических классов и 5 кубических. Здесь уместен вопрос: на каких масштабах законы «кристаллообразования» заканчиваются и начинаются? Судя по всему, этот закон распространяется на всю неживую и живую объективную реальность… В неживой природе это разделение выражается в различных свойствах кристаллов, в живых системах это разделение играет ключевую роль в диссипативных процессах с участием белков, дифференцировании тканей, их внутренней сегментации и клеточной специализации. При нарушении соотношения 5:27 появляются не только соматические и психические болезни, но и рак! Рак появляется тогда, когда соотношение сдвигается в пользу кубических классов. Следовательно, рак – это необоснованный порядок и симметрия в асимметричной системе, появление в ней «кубизма» (который ближе к неживой материи).

…«Открыто явление квантованности симметрийных распределений минералов. Суть явления состоит в том, что распределения по сингониям кристаллических веществ всех известных „генеральных“ объектов (литосфера и верхняя мантия Земли, литосфера Луны, метеориты, биоминералы и синтетические неорганические соединения), выраженные в процентах от числа кристаллов в объекте, квантованы по 11 % и близки к числам арифметической прогрессии: 11, 22, 33, 44, 66». Нам необходимо выявить сколько «кристаллов» в человеческом теле и как они квантованы (авт.)…

Некоторые пояснения к приведенной цитате. Явление относится не только к кристаллам минералов, но и синтетических соединений, что ясно из дальнейшего изложения цитаты. В цитате и в нижеследующем изложении словом «кристаллы» обозначаются как минералы, так и синтетические вещества, неорганические и органические.

Распределения кристаллов по сингониям (кубической – К, гексагональной – Г, тригональной ТР, тетрагональной – Т, ромбической – Р, моноклинной – М и триклинной – TK; в порядке понижения симметрии) изучались многими предшественниками. Это в основном были исследования минералов земной литосферы. Квантованность в те времена не была замечена, хотя некоторые ее проявления «бросались в глаза».

Отметим еще раз, что квантованность симметрии присуща только кристаллам генеральных (общих, «глобальных») объектов, перечисленных выше. Это объекты планетосферные. Для литосфер и верхней мантии это очевидно. Метеоритное вещество, выпавшее на поверхность Земли, представляет собою специфическую космосферу нашей планеты. Биоминералы – часть биосферы, а синтетические соединения являются частью техносферы Земли. Локальные объекты – малые части планетосфер.

Все кристаллы разделены на гидриты и ангидриты. Гидриты содержат водород (hydrogenium) в виде структурных групп H+OH – или H2O. Ангидриты этих групп не содержат. Симметрийные характеристики гидритов и ангидритов резко различны. Распределение гидритов по сингониям контрастное (до резко выраженного) ромбо-моноклинное, а у ангидритов неконтрастное ромбо-кубическое. Эти распределения квантованы по 11 %, но схемы квантования их разные.

Поскольку в реальных объектах представлены смеси гидритов и ангидритов в разных соотношениях, становится ясным, что квантованность в этих смесях заметить непросто. Особенно в живых организмах и Космосе (авт.). Приступая к изучению таких объектов, полезно следующее предупреждение: «Осторожно! Смесь гидритов и ангидритов!».

Квантованность симметрии реальных объектов (генеральных!) выявляется после разделения их на две группы: «кубические» (преобладают ангидриты) и «моноклинные» (гидриты существенно распространены). Модельная схема этих распределений (%):


Сингонии К Г ТР Т Р М ТК Сумма

«Кубические» 22 11 11 5.5 22 22 5.5 99

«Моноклинные» 11 11 11 5.5 22 33 5.5 99


Здесь суммы могут быть очень близки к 100 %, поскольку модельные числа не являются целыми, а представляют собою частное от деления «сотенных» чисел 100, 200, 300… на 9. Эти числа: 11.1(1); 22.2(2); 33.3(3) и т. д.

Результаты наших подсчетов здесь приводятся по несколько упрощенной схеме. Даются проценты для главных сингоний (К, Р, М), сумма процентов главных сингоний – сумма 1 = К+Р+М и сумма 2=Г+ТР+Т+ТК. Приводим средние значения этих процентов для «кубических» (верхняя мантия Земли, литосфера Луны, биоминералы и синтетические неорганические соединения) и для «моноклинных» (литосфера Земли, метеориты) объектов:

К Р М 1 2

«Кубич.» 22.4 22.4 21.3 66.2 33.8

Модель 22 22 22 66 33

«Монокл.» 12.9 22.8 30.2 65.9 34.1

Модель 11 22 33 66 33


Как видим, особенно четко проявлена квантованность у «кубических» объектов. Применимо к нашей теории возникновения рака и жизни на Земле эта часть статьи имеет самое прямое отношение. Во-первых, мантия Земли кубическая, во-вторых, синтетические соединения имеют кубическую симметрию (авт.)…

Как же обстоит дело с квантованностью распределений, полученных нашими предшественниками в «рентгеновский» период? Покажем это на примере распределений минералов литосферы Земли (данные Поваренных, 1966; Шафрановского, 1982; 3-х современных банков машинных данных 1995, 1997, 2000), среднее из 5:


К Р М 1 2

Среднее 11.0 21.8 31.9 64.8 35.2

Модель 11 22 33 66 33


Приведем данные Новацкого, 1942 по «кубическому» объекту:


К Р М 1 2

Объект 23.1 22.4 22.0 67.5 32.5

Модель 22 22 22 66 33


Таким образом, распределения, полученные нашими предшественниками, четко квантованы по 11 %!

Что можно сказать о квантованности симметрии кристаллов органических соединений? Их симметрия резко специфична. Кубических кристаллов нет, резко преобладают ромбические и моноклинные. Поэтому схему представления результатов необходимо изменить. Представляем их не по сингониям, а по категориям сингоний: высшая (К), средняя (Г+ТР+Т) и низшая (Р+М+ТК). Как выше отмечено, здесь К отсутствует, поэтому представляем по средней (С) и низшей (Н) категориям. Приводим данные об органических минералах из справочника В. Г. Фекличева, 1989 (% от 18):


С Н

Минералы 11.2 88.9

Модель 11 88

Итак, квантованность распределения органических минералов (состоящих из С, Н, О и N) выражена четко. Точно такую же четкость мы видим при анализе основной массы веществ живых организмов, их число 4, это (С, Н, О и N). Эти вещества, как мы знаем, самые распространенные в Космосе, но не на Земле (авт.).

Сведения о симметрийном распределении кристаллов синтетических органических соединений (гомомолекулярных соединений в количестве 4432) взяты нами из капитального труда «Современная кристаллография. Том 2. Структура кристаллов» (1979) (табл. 14, с. 167) (% от 4432):


С Н

Соединения 11.3 88.7

Модель 11 88


Как видно, современные данные показывают, что кристаллы гомомолекулярных органических соединений четко квантованы по 11 %. Этой особенности авторы данного капитального труда не заметили. Не заметили или не обратили внимания, причем никто, и на такой факт. Солнце имеет четкую 11-летнюю активность. Как это не связать с квантованием 11 %?! (авт.)

В общем химический состав органических соединений по числу химических элементов прост: главные С, Н, О и N. Такие вещества будем называть монохимическими, в отличие от полихимических, которыми являются многочисленные неорганические вещества. Но среди неорганических веществ есть «еще более изохимические», чем органические. Это химические элементы. Приводим распределения 122 полиморфных модификаций 86 химических элементов по предыдущей схеме (% от 122). Здесь низкосимметричные в явном меньшинстве. Преобладают кубические кристаллы:


В+С Н

Вещества 88.5 11.5

Модель 88 11


Квантованность по 11 % этого распределения выражена великолепно.

Итак, выявились два монохимических объекта (органические кристаллы и кристаллы химических элементов), распределения которых по сингониям зеркально противоположны и достоверно квантованы по 11 %.

Установлена и еще очень важная закономерность. Степень квантованности распределений кристаллов по сингониям не зависит от природы объектов и от числа изученных кристаллов, а зависит от процента «старых» кристаллографических данных в изучаемом массиве кристаллов. Чем таких данных меньше, тем точнее выражена квантованность. Конечно, при очень малом числе кристаллов в массиве исследования данного типа теряют смысл.

Делаем общий вывод: «Симметрия царства кристаллов квантована по 11 %». В этом явлении отражена «ступенчатость» вероятностей реализации кристаллических структур разной симметрии в реальных условиях кристаллогенезиса.

Установленная закономерность имеет общенаучное значение, открывает неизвестную область исследований не только царства кристаллов. Возможно, она может быть обнаружена в царстве организмов, а также в характеристиках космических объектов. Однако, надо полагать, что именно кристаллография и ее законы являются основополагающими для формирования и существования Вселенной вообще, и ее составляющей – Жизни, в частности. Вывод однозначный, и не противоречит выводу сделанному древними греками – мы живем в кристалле! А наш вывод более гуманный: жизнь – это порождение кристаллов и квантования. Рак в свете этого – есть стремление синергоэластических кристаллов организма к параэластическому состоянию. В целом же это выглядит как нарушение квантования. И последнее, на нерешенные вопросы, оставленные Кантом и Пастером, теперь можно будет ответить без дополнительных мучений… (авт.).

Теперь мы знаем, что совокупность простых осей и плоскостей составляет кристаллические классы – и их всего 32! «Кристаллические» законы проявляют себя в предбиологических, живых структурах и вообще во всех областях жизни по-кристаллически очень четко. В предбиологической стадии, при делении капли во время конденсации белка на «клетки-домены», в твердокристаллической фазе число делений достигает тридцати двух. В живых системах это выглядит почти точно так же: изолецитальное яйцо делится с двух до тридцати двух, у человека 32 позвонка и 32 зуба, 16 % азота в белках, если умножить на 2 получим 32, в генетике количество достигаемых конечных сочетаний триплетов 64, если разделить 64 на 2, то получим 32. Число направлений и спинов электронных облаков S-, P– и F-орбиталей равно 32. Даже число клеток на шахматной доске – 64, поделив их на черные и белые получим 32, число направлений розы ветров 32… Практически во всех языках мира, за редким исключением, в алфавите, как правило, в среднем 32 буквы-звука. Можно с уверенностью сказать, что у первобытных людей в речи были односложные звуки, постепенно количество звуков увеличивалось по закону кристаллических классов и «заморозилось» на уровне 32-х. Как выглядел язык людей 2–3 тысячи лет назад, можно видеть на примере латинского языка или возрожденного иврита. В них мало букв-звуков, и в иврите встречаются односложные слова, типа пар-пар, кум-кум, лав-лав и т. д. Однако удивительным образом этот «блочный» язык прекрасно звучит в песнях! Отсюда следует, что с древних времен звуки в языках фрагментировались и усложнялись под действием закона, который разбивает кристаллы на классы и сингонии, а затем золотое сечение, среда обитания, погодные условия формируют собственно язык и придают ему живость и красоту…

Расцвет языков пришелся на конец XIX – начало XX веков. И странным образом они начали «сереть» по мере развития научно-технического прогресса. Деградация современных языков, в частности русского, началась с приходом большевиков к власти, а так называемая «перестройка» окончательно добила его… В настоящее время в молодежной среде идет процесс «перевертывания» языка, резкое сужение словарного запаса, сленгизация и «проглатывание» букв. Несомненно, что к этому приложили руку искусственный простой английский язык и так называемая американская культура, которая агрессивно «гарлемизировала» пол земного шара… Но видимо еще что-то более мощное, помимо этого, сдерживает языки от усложнения и дифференциации… Грядущая научно-техническая компьютерная революция приведет, вероятнее всего, к еще большему «огрублению» бытового языка и появлению понятийного, компьютерного, «кристаллического» языка, который и будет определяющим, основным для людей на долгие столетия…

Кто после этого скажет, что можно провести «плоскость» между живым и неживым? Для более полного понимания этого чуда природы давайте подробней рассмотрим теоретические и физические аспекты кристаллографии. Тем более, что в них скрыта основная причина рака… 32 группы кристаллов разбиваются на блоки, сформированные из групп родственных по типу симметрии. Такие блоки называются сингониями. Генераторы групп или точечные группы разбиваются или, наоборот, собираются (кому как удобно) в (на) следующие сингонии: 1) триклинная (не имеет осей и плоскостей симметрии); 2) моноклинная (имеет ось второго порядка); 3) ромбическая (имеет три перпендикулярные оси второго прядка); 4) тригональная, тетрагональная, гексагональная (их объединяет наличие выделенной высшей оси третьего, четвертого и шестого порядков). Это одноосные кристаллы. Эти сингонии являются костяком, основой живого. Однако, квазикристаллическая симметрия, которая перемежается с вышеупомянутыми видами симметрии внутри организма, на верхней огранке доминирует. И последняя, высшая сингония – кубическая – включает самые симметричные кристаллы. И они же самые «мертвые», то есть ближе к неживой материи. В живых системах их «матрица» вызывает возврат к неживой материи, что выражается у высших животных в виде рака. В кубической системе «стоячая» волна автоволнового процесса не укладывается в клетку, и это влечет за собой резкое увеличение энергии. Незначительная энергия «покоя», которая характерна для клеток прямоугольной формы (золотой прямоугольник), не свойственна кубическим.

Теперь попробуем доказать, что рак это порождение кубической симметрии. Это доказательство будет служить и подтверждением наличия информационных интегрирующих кристаллоидных структур (ИКСоидов) в живых организмах.

Известно, что раковый процесс неуправляем, к тому же он чрезвычайно энергоемкий. Откуда берется эта чудовищная энергия? Если представить клетку как прямоугольную яму с бесконечными стенками (то есть область пространства для частиц ограничена), то возникает дискретная зона. Если же частица находится в пространстве, где действующие на нее силы равны нулю (свободное движение), ее энергия может принимать любые значения! При возникновении дискретности, то есть волн, внутри ямы устанавливаются стоячие волны, а энергия состояний принимает дискретные значения. Энергии состояний растут квадратично от частоты. В 1924 году Луи де Брольи предположил, что фотоны и любые другие частицы материи обладают волновыми свойствами. Стало быть, правила для клетки и для гипотетической ямы равнозначны. Если перенести это правило на живую клетку, то можно предположить, что в нормальной (прямоугольной) клетке стоячие волны, создаваемые автоволновыми колебаниями ГПК, укладываются в норму, как по частоте, так и по амплитуде. В квадрат они не помещаются, а автоволновый процесс в ГПК, с его постоянным фронтом, функционирует как ткацкий станок, в результате возникает «междисциплинарный» конфликт. На уровне геометрии – это нарушение правила деления овоидов Кассини. На уровне физики – в магнитных полях, изменение направлений их вращения и увеличение или уменьшение углового момента в 45 градусов (колуна). На уровне физколлоидной химии – это нарушения, связанные с фазовыми переходами коллоидных структур, изменением поверхностного натяжения клеточных и межклеточных структур и мембран. И, наконец, на уровне цитологии и генетики – нарушение митоза с образованием доброкачественных и злокачественных опухолей. Эти же механизмы участвуют и в возникновении соматических и психических заболеваний. В нормальном состоянии энергии фазовых переходов белка (автоколебаний) достаточно для совершения митоза, при раке эта энергия, зависящая от частоты автоволн, от формы клетки и ее величины, огромна. Однако клетки не обладают кубической формой! Эту форму могут принимать только надклеточные тканевые структуры – ИКСоиды. Поэтому изменение только их формы, под влиянием законов геометрии, ведет к изменению количества энергии внутри них! Из этого следуют два важных вывода: первый неутешительный – если мы не переведем кубическую сингонию ИКСоида в нормальную сингонию, любая терапия обречена на провал. Второй оптимистический – если нам известны размеры клеток, частота автоволновых колебаний и длина волны в ГПК, то можно рассчитать частоту и длину волн и в раково-измененных клетках и тканях. Этот момент важен с двух позиций; используя найденную частоту волн, можно проводить и диагностику, и волновое лечение. И наконец последнее – нам удалось найти способы возвращения сингоний в нормальное состояние.

В живых существах, как уже говорилось, ось симметрии подобна оптической оси кристаллов. Но сами кристаллы на макроуровне сплошные, как стекло… Нечто подобное однородности кристаллов мы видим в биологических системах – в организме, стае скворцов, стае рыб, толпе людей и т. п. В движении они ведут себя как целое однородное тело! Способ передачи информации у них идентичен и носит не совсем материальный характер…

Элементы симметрии любого физического свойства должны включать элементы точечной группы кристалла. Что собой представляют на физическом уровне эти точечные группы? В разных средах это разные вещества или сконцентрированные поля, или магнитные домены и «ямы» из стоячих волн. Свойства, описываемые скалярами, полносимметричны. Они вообще не зависят от симметрии и от системы координат. Если физические свойства кристаллов описываются вектором, то его симметрия – это симметрия конуса!!! А конус (световой), как известно, появляется в коллоидных системах в определенной стадии конденсации, в частности, в аллотропной фазе белка. Свойства кристаллов зависят только от направления выделенной оси и описываются вектором. Существует различие между тензорами, описывающими свойства кристалла (так называемые материальные тензоры), и тензорами «состояния» кристалла (полевые тензоры). Первые, такие как магнитная восприимчивость, поток фотонов и т. д., имеют определенную ориентацию в кристаллах, и их симметрия должна согласовываться с симметрией кристалла. Полевые же тензоры (тензор напряжения, деформации и т. п.) могут иметь любую ориентацию и по «смыслу» близки к силе, приложенной к кристаллу. В этом случае полевые тензоры подобны электрическому полю, которое, естественно, может иметь любое направление в кристаллах. Поэтому они заведуют внешней огранкой живого существа, а материальные занимаются внутренними делами. Отсюда еще один вывод: в живых существах материальные тензоры поддерживают внутренний гомеостаз, а полевые – энергетическую и геометрическую их составляющую.

Тензоры третьего ранга описывают взаимоотношения между тензорами второго ранга и векторами. При этом возможны следующие сочетания: 1) полярный тензор – полярный вектор; 2) аксиальный тензор – аксиальный вектор; 3) полярный тензор – аксиальный вектор и 4) аксиальный тензор – полярный вектор. Аксиальный вектор – это пироэлектрический коэффициент. Как мы видим, всего таких сочетаний 16. Количество азота в белке также 16 %, незаменимых аминокислот в белках 8, и если их удвоить, то мы опять получим 16! Причем незаменимых аминокислот, не важно каких, должно быть ровно 8! В молекуле ДНК 4 основания (2 – пуриновых и 2 – пиримидиновых), которые, объединяясь в триплеты, образуют основу генетики. Несложные математические действия с этими цифрами опять приведут нас к 32-м… В общем куда ни кинь взгляд, везде «кристальная» цифра 32! Тензорами четвертого ранга описываются обобщенный закон Гука (который описывает связь между тензорами деформаций и напряжений), фотоупругость, квадратичный электростатический эффект (эффект Керра), электрострикция. Как мы уже договорились, на живые существа распространяются общие законы кристаллических классов и, с некоторой оговоркой, законы оптики.

С позиций оптики все прозрачные вещества можно разделить на две группы: изотропные и анизотропные. К изотропным кристаллам относятся кристаллы кубической системы и некристаллические вещества, например, стекло. В изотропных веществах свет распространяется во всех направлениях с одинаковой скоростью, поэтому такие вещества характеризуются одним показателем преломления. Раковые ткани подобны этим состояниям, они кубические, аморфные и изотропные. Группу анизотропных веществ составляют кристаллы всех других кристаллографических систем. В веществах этой группы скорость света и показатель преломления непрерывно изменяются при переходе от одного кристаллографического направления к другому. Когда свет входит в анизотропный кристалл, он разделяется на два луча, колеблющихся под прямым углом друг к другу и распространяющихся с разными скоростями.

Это явление называется двойным лучепреломлением; всякий анизотропный кристалл характеризуется двумя показателями преломления. Для гексагональных и тетрагональных кристаллов указывают максимальный и минимальный, то есть «главные» показатели преломления. Один из них соответствует лучу света, колеблющемуся параллельно оси, а другой – лучу света, колеблющемуся под прямым углом к этой оси. У орторомбических, моноклинных и триклинных кристаллов имеются три главных показателя преломления: максимальный, минимальный и промежуточный, определяемые лучами света, колеблющимися в трех взаимно перпендикулярных направлениях. Поскольку показатели преломления зависят от химического состава и строения материала, они являются характеристическими величинами для каждого кристаллического твердого вещества, и их измерение служит эффективным методом его идентификации. Анизотропия материи и пространства взаимозависимы и взаимодополняемы, поэтому еще раз внимательно рассмотрим анизотропию, ее особую сущность.

Примем как должное, что законы, которым подчиняются кристаллы, распространяются и на живое. Причиной жизни является диссимметрия, а она в свою очередь является порождением анизотропии… Видимая симметрия живых организмов – это совместный динамичный продукт анизотропии и материи. Анизотропия твердых тел – зависимость равновесных физических свойств твердого тела от направления. Величины, описывающие макроскопические свойства вещества, делятся на скаляры, псевдоскаляры, векторы и тензоры различных рангов. Скалярная характеристика (например, средняя плотность вещества, температура, теплоемкость, энтропия) задается одним числовым значением, которое не связано с понятием направления в пространстве и не изменяется при вращении. Подобная характеристика однородного тела в состоянии равновесия не может обладать анизотропией. Псевдоскалярные характеристики (например, удельное вращение плоскости поляризаций) также изотропны, так как их численное значение сохраняется при поворотах тела или системы координат (но они меняют знак при отражении). Для задания векторной величины (например, средней намагниченности кристалла) требуется указать 3 компонента вектора в некоторой системе координат. Эти компоненты являются проекциями вектора на оси координат, они изменяются при вращении системы координат. Примером физических свойств, описываемых симметричными тензорами второго ранга, могут служить электропроводимость и теплопроводимость, а также диэлектрическая и магнитная проницаемость твердых тел. В общем случае в некоторой системе координат тензор второго ранга имеет 9 компонент. Если тензор симметричен, то независимыми являются лишь 6 из них: три диагональных и три недиагональных элемента матрицы. При повороте системы координат матрица тензора преобразуется по определенному закону. Всякий симметричный тензор второго ранга может быть приведен к главным осям, то есть существует такая система координат, в которой матрица этого тензора диагональна; соответствующие 3 диагональных элемента называются главными значениями тензора. Если главные значения не совпадают, имеет место анизотропия, а направления главных осей определены однозначно. Так, для всех кристаллов, кроме кубических, направление электрического тока обычно не совпадает с направлением приложенного электрического тока. Если, однако, поле приложено вдоль одной из главных осей кристалла, возникающий ток будет параллельным полю и, измеряя значения проводимости вдоль трех главных осей, можно определить главные значения тензора электропроводности кристалла. Аналогично могут быть определены главные значения тензоров теплопроводности, диэлектрической и магнитной проницаемостей. Если для тензора два главных значения совпадают, говорят, что в отношении данной тензорной характеристики вещество является одноосным; вещество с несовпадающими тремя главными значениями называется двухосным. Если все три главных значения симметричного тензора второго ранга одинаковы, матрица тензора диагональная во всякой системе координат и не изменяется при вращениях системы координат. В этом важном частном случае для задания тензорной характеристики достаточно указать всего одну величину. Это означает, что в отношении данной характеристики вещество изотропно.

Вещество может обладать и более сложными тензорными характеристиками. Так, коэффициент пьезоэлектрического эффекта образует тензор третьего ранга, а характеристики упругих свойств вещества образуют тензор упругих модулей четвертого ранга, для задания которого в произвольной системе координат необходимо указать значения 34–81 его элементов. Учет симметрии позволяет значительно понизить число независимо задаваемых компонент. Анизотропия кристаллов связана с симметрией их кристаллической структуры.

Чтобы вещество обладало векторной характеристикой (например, спонтанной поляризацией в случае сегнетоэлектриков), его кристаллическая решетка не должна быть симметричной относительно преобразования инверсии, то есть не должна обладать центром симметрии. Этот центр можно условно идентефицировать с местом диссимметрии в живых организмах. Если принять за аксиому, что в тканях существуют кристаллоидные структуры из разных сингоний, то возникновение рака объясняется очень легко. Как мы знаем, все кубические кристаллы изотропны в отношении характеристик, описываемых симметричными тензорами второго ранга (например, электропроводности или диэлектрической проницаемости), поэтому в раковых клетках увеличиваются токи деполяризации. Выше сказанное относится к раковым тканям и клеткам, но перед этим в них, не очень выраженно, проявляются изохромные свойства. Менее симметричные кристаллы обладают анизотропией в отношении этих свойств. Тензорный характер диэлектрической проницаемости проявляется, в частности, в эффекте двойного лучепреломления для некубических прозрачных кристаллов и живых тканей. Например, в хрусталике и, надо полагать, вообще в любых тканях. Существует мнение, что наше пространство изотропно. Изотропное пространство – это когда все направления равны. Но этого не может быть по определению, что подсказывают живые существа фактом своего существования, своей диссимметрией. В здоровых живых организмах (и в Космосе) пространство анизотропно, то есть неоднородно во всех направлениях. Только это свойство предопределило появление живых организмов. Только благодаря анизотропии возможно появление в системе белок-вода – автоволн, «клеток-доменов», спирализации «ядер» и их «митоз» (рис. 2 и 3).



Рис. 2. «Клетки-домены» с энергетическим ядром – «реликтовым вортексом» (микроскоп, увеличение 20х40).



Рис. 3. Момент деления «клетки-домена» и ее «ядра» под действием анизотропии (микроскоп, увеличение 20х40).


На рис. 3 видно деление центра «ядра» и возникновение зеркальной симметрии. Этот механизм выстраивает конусы в конусе, трубки в трубке, в центре «ядра» по ходу пространственного вектора (подробно об этом явлении мы расскажем в следующей главе). Этот конус создают сами пространства за счет волнового процесса. Энергия, или так называемая биоэнергия, исходя из этого положения, черпается непосредственно из пространства, из физического вакуума. Но вакуума как такового быть не может, исходя из того, что пространство анизотропно… Именно этот антагонизм, «скольжение» неоднородных пространств относительно друг друга, в волновом режиме вызывает кавитацию и скручивание пространств, что мы видим как спирализацию. Этот же механизм играет решающую роль в образовании материи, живых существ и биоэнергии.

В рамках предложенного нами сценария, в ГПК живых организмов, в их тканях при малигнизации исчезает анизотропия, двойное лучепреломление, о симметрии говорить не приходится – ее там нет, и именно поэтому изотропия всегда сопровождает эту патологию тканей. При автоволновом процессе в ГПК белки регулярно совершают переход из одной стадии жизни в другую. В какой-то момент они теряют «устойчивость», и именно тогда анизотропия и ее сателлиты решают – быть раку или нет. Если быть еще точней, все зависит от триптофанзависимых полипептидных цепей, и их стереочувствительности.

Анизотропия может быть искусственно вызвана внешним воздействием. Поликристаллические материалы, состоящие из огромного числа случайно ориентированных мелких монокристаллов, могут приобрести анизотропию в результате механической обработки, например, прокатки. Искусственная оптическая анизотропия может быть создана в кристаллах и изотропных средах под действием внешнего электрического или магнитного поля, либо путем акустического и механического воздействия. Это также может быть использовано исследователями в поисках диагностики и лечении рака, так как восстановление анизотропии тканей любым путем – это уже здоровье.

Формально анизотропия однородной безграничной среды означает неинвариантность ее свойств относительно группы вращений. Поскольку у реальной среды обычно есть границы, при строгом подходе к определению анизотропии необходимо иметь в виду не абстрактную безграничную среду, а сделанный из этой среды макроскопически однородный шар. Среду следует считать анизотропной, если существует экспериментально обнаруживаемый поворот вокруг центра указанного шара.

Анизотропия среды может быть обусловлена несколькими причинами: анизотропией образующих ее частиц, анизотропным характером их взаимодействия, упорядоченным расположением частиц, мелкомасштабными неоднородностями. В то же время анизотропные при анизотропном взаимодействии частицы могут образовывать изотропную среду (например, аморфные вещества или газы и жидкости, в которых изотропия обусловлена хаотическим движением и вращением частиц). Анизотропная среда может образоваться под действием внешних полей, ориентирующих или деформирующих частицы. Даже физический вакуум во внешних полях (электромагнитном, гравитационном и др.) ведет себя как анизотропная среда. Физические поля и вещество искривляют само пространство, которое приобретает анизотропные гравитационные свойства. Анизотропные свойства сплошной среды описывают тензорными величинами; в неоднородной анизотропной среде они меняются от точки к точке. Анизотропные среды для одного класса явлений могут вести себя как изотропные по отношению к другому классу. Так, механические свойства кристаллической поваренной соли NaCl анизотропные (ее упругость различна вдоль ребер и диагоналей кубической решетки), тогда как тепловые и оптические свойства изотропны с высокой степенью точности. Видимо поэтому в организме каждую молекулу соли так трепетно сопровождают до 400 молекул воды… Анизотропные среды обычно классифицируют по типу симметрии их структуры, которая характеризуется распределением частиц в пространстве и корреляцией между ними. Это связано с тем, что симметрия любого физического свойства не может быть ниже симметрии структуры среды (принцип Неймана).

В случае трехмерного упорядочения частиц (кристаллическая решетка) существуют всего 32 точечные группы симметрии анизотропных сред (кристаллические классы). Если же пространственное упорядочение частиц является только двухмерным (одномерным) или отсутствует вовсе (жидкие кристаллы и анизотропные жидкости), то число типов симметрии анизотропных сред возрастает и определяется, например, взаимной корреляцией между ориентациями частиц.

Другим типом нарушения симметрии среды, отличным от анизотропии, является гиротропия. Среда гиротропна, если ее свойства меняются при зеркальных отражениях. Свойства гиротропных сред описываются псевдотензорными величинами. Гиротропия имеет прямую связь с очень важным явлением – спиральностью.

Как было сказано выше, среда меняется при зеркальном отражении и поэтому кроме эффекта двойного лучепреломления пространственная дисперсия в анизотропных средах может проявляться в виде вращения плоскости поляризации (оптической активности – гиротропии). В этом случае по мере прохождения среды вдоль ее оптической оси плоскость колебаний линейно поляризованного света поворачивается на некоторый угол j. В отличие от двойного лучепреломления вращение плоскости поляризации объясняется различной скоростью распространения в гиротропной среде право– и левоциркулярного света (ведь линейное колебание можно представить как векторную сумму двух вращений частоты w). Оптическая активность реализуется в микроволновом диапазоне при пропускании поляризованных электромагнитных колебаний через объем, хаотично заполненный пружинами с одинаковым направлением закручивания. Характерно, что при заполнении объема в равных количествах левыми и правыми спиралями поворот не наблюдается. Гиротропия по всей вероятности является стабилизатором динамических (вращающихся) процессов в стерических структурах, с нано– до макроуровня. Наибольшее влияние этот фактор оказывает на уровне организма и тканевом локальном гомеостазе. Нарушение гиротропии в тканях сопровождается изменениями в скорости и направлении вращения макромолекул и торсионных полей, что является толчком для развития многих болезней, в т. ч. и ракового процесса. Как мы писали в предыдущей книге – рак это правое в правом.

В оптическом диапазоне значительной гиротропией обладают растворы глюкозы, молекулы которой имеют спиральную D-форму. Вот почему в раковую область так неудержимо стремятся ее молекулы. Сахарный диабет возникает почти по тем же причинам, поэтому лечение, направленное против рака, будет и противодиабетическим.

С анизотропией (и гиротропией) связаны разнообразные явления. Однородная анизотропная среда оказывает существенное влияние на свойства распространяющихся в ней нормальных волн, определяя, в частности, их поляризацию и различные направления распространения волнового (фазового) фронта и энергии волн. В неоднородной анизотропной среде может происходить линейное взаимодействие поляризованных волн, приводящее к перераспределению энергии между нормальными волнами, но не нарушающее принцип суперпозиции. Последнее нарушается в случае нелинейного взаимодействия волн, которое в анизотропных средах также обладает своеобразными анизотропными свойствами.

Опираясь на вышесказанное, с определенной долей уверенности можно утверждать, что законы симметрии неживых веществ и живых организмов, их взаимоприемлемость, взаимозависимость налицо. Необходимо только сделать небольшую оговорку. Конечно же, законы оптики, которым подчиняются прозрачные кристаллы, только частично подходят к плотным тканям живых организмов, но другие физические составляющие кристаллов (магнитная, электрическая, волновая и т. д.) – подходят. Эти, казалось бы, далекие от биологии вещи, типа анизотропии, гиротропии, кристаллов и законов, по которым они «живут», формируют жизнь и определяют наше с вами здоровье. Анизотропные свойства кристаллов не могут существовать сами по себе. Если система находится внутри другой системы, они подобны и взаимосвязаны, то есть если наше пространство анизотропно, то все, что входит в него, также анизотропно. Организация и самоорганизация материи зависит как от свойств ее самой, так и от совокупности составляющих ее элементов, их свойств и, естественно, анизотропии пространства. На любом уровне организации живой системы, между ее элементами должны быть связующие квазисистемы, подобные резонансным. В живых организмах таким связующим звеном с нано– до макроуровня могут быть только белок, вода и неспаренные электроны в них. Причем белок и вода являются интегрирующими и связующими звеньями: белок только в аллотропной, мезоморфной фазе, а вода в особом квантум-гелевом, квазикристаллическом состоянии.

Как мы знаем, существуют виды симметрии, которым не нужен центр или ось. Так, если вообразить себе бесконечную решетку из пересекающихся на равном расстоянии вертикалей и горизонталей, то такая решетка обладает симметрией движения: сдвигая ее на величину одной ее ячейки, картина не будет изменяться. Таким видом симметрии, например, обладают кристаллы. Это явление широко представлено в живых системах. В биологических структурах в процессе динамических флуктуаций возникают апериодические кристаллы. Причем у полимеров в процессе фазовых переходов преобладает стеклоподобная, а не кристаллическая структура. На формирование этих структур и другие процессы в живых системах огромное влияние оказывает вода, ее необычные свойства. Многочисленные исследования свойств воды и водных растворов показали, что вода является весьма неординарной жидкостью, трудно поддающейся не только непосредственному экспериментальному изучению, но и моделированию. Многие из ее параметров аномальны и существенно отличаются от аналогичных параметров других жидкостей, что может быть связано со структурой водной среды. В ходе экспериментов было установлено, что вода по своей структуре является неоднородной. При этом структура водных систем существенным образом влияет на эффективность физических процессов, регламентирующихся расстоянием между взаимодействующими молекулами. Все вместе объясняет поведение макроструктуры как единого целого. При этом наноструктуры играют посредническую роль в макроскопической организации, отражая поверхностную нековалентную химию при аморфности материала на микроуровне. В неравновесных условиях качественно изменяется фазовый переход – гель переходит в жидкий кристалл. Значит, геометрические размеры структур определяются параметрами морфологии. Это подтверждает наличие крупных кристаллоподобных структур на уровне тканей для восстановления апериодичности и порядка в выше и нижестоящих структурах.

Жизнь, как нам представляется, это одна из форм пространства, разновидность ее симметрии, которая имеет физическую составляющую. Вода при этом является средой ее обитания, а белок – ее сенсором и материальным воплощением. Живое самоорганизуется из элементарных составляющих, понижая симметрию и энтропию. Эти свойства указывают на ее информационную и полевую физическую основы.

Есть некоторые основания полагать, что вся система восприятия образной информации, отражающей окружающий нас материальный мир, способна работать в обратимых режимах. Может быть, поэтому в полупрозрачном экране, расположенном между зеркалом и наблюдателем, он видит свое когерентное необращенное изображение? Подобное происходит в организме со всеми веществами… Мы знаем, что диссимметрия порождает диссимметрию по принципу обратной связи. Нам также известно, что наличие обратной связи радикально меняет свойства (возможности) системы, где она применяется. Таким образом, включение обратной связи между побуждающей причиной и следствием привело к созданию системы, способной к интересному действию – генерации – автоматическому повторению (воспроизведению) рабочего цикла, свойства, ранее не имевшего места. То есть природа всегда между двумя явлениями «вставляет» третье. Для чего? Ответ напрашивается сам собой: для того чтобы контролировать их в динамике, и для усиления устойчивости. В трехмерном мире все должно быть трехчленным. Если же мы обратим внимание на то обстоятельство, что «третий член», несомненно, является фрагментом окружающей среды, то естественно он подвержен воздействию всех внешних факторов (полей, сил, энергий, пространств и т. д.), определяющих текущие и будущие состояния материального мира, то поймем, что он может быть использован организмом в качестве своего рода датчика информации и даже в роли «машины времени», т. е. выдавать информацию о происходящем (как в прошлом, так и в будущем). В живом организме «третьим членом» вероятнее всего являются ИКСоиды. Что же касается самого организма, то, как теперь модно говорить, он, защищая свой суверенитет, постоянно противостоит разрушительному воздействию на него окружающей среды, создает вокруг себя зону комфорта, где влияние всех этих факторов снижено, затушевано, стерто, что затрудняет, видимо, направленный сбор информации, снижает возможности организма. Представляется вероятным, что этот свой «органический недостаток» организм может преодолеть, «сотрудничая» с «третьим членом», воспринимающим воздействие факторов окружающей среды в полной мере. То есть вырисовывается возможность искусственного создания человеком рукотворной замкнутой системы с обратными связями. Для наглядности рассмотрим замкнутые системы с обратными связями и на возможную в них роль и место «третьего члена». Нам известны химические, энергетические, информационные, пространственные прямые и обратные связи организма и среды. И все они могут быть использованы для организации эффективных цепей обратной связи. Световая информация является главной на всех уровнях живых систем, а зрение занимает особое место в организации внешних искусственных цепей обратной связи. Ведь именно зрение – основной орган восприятия человеком окружающего. Зрение – это порождение света, основного источника информации и энергии для живых существ. В системах с положительной обратной связью сигнал управления, поступающий с выхода системы на ее вход, совпадя по фазе с входным сигналом, многократно усиливает его. Такие системы склонны к генерации (то есть к возникновению стабильных колебаний), что нередко полезно и даже необходимо, а порой бывает явлением побочным и нежелательным. Следует обратить внимание читателя на то, что «подвывание» усилительных систем очень чувствительно к вариациям заполнения ограниченного пространства, прочим характеристикам озвучиваемого объема и несет в себе информацию о состоянии среды. Кстати, среда в рассмотренной системе весьма напоминает то, что мы именуем «третьим членом» (материальное тело в цепи обратной связи системы). Это важно для понимания дальнейшего материала. В случае с раком имеет место не «подвывание», а «рев», который выглядит как разупорядоченная передача информации в ГПК. Сигнал на «входе» из решетки ближнего порядка не совпадает по частоте, но совпадает по амплитуде с сигналом на «выходе» – решетке дальнего порядка. Обратно этот сигнал не вернется, либо вернется в искаженном до неузнаваемости виде. Поэтому лечить тот же рак можно нормализуя частотно-специфические характеристики ГПК, его составных частей. Легче всего это получается на тканевом уровне и на крови. Как видим, наличие цепей обратной связи существенно меняет и расширяет возможности и параметры систем, в которых они применяются, придает этим системам новые интересные свойства. Что касается положительной обратной связи, то она позволяет резко увеличить коэффициент усиления системы вблизи порога генерации (то есть поднять чувствительность системы, в том числе и к воздействию внешних сил и факторов), а это для нас крайне интересно! Итак, можно предположить, что «третий член», будучи включенным в организм в виде ИКСоидов, способен привести организм в состояние максимального восприятия внешних воздействий. Тут-то и проявляются, или резко усиливаются, все отрицательные стороны испорченной среды в виде нарушения диссимметрии, флуктуирующей симметрии, рака и т. д. Живое самоорганизуется, стремясь к понижению уровня симметрии по принципу синусоиды. Начало эволюции – симметрия зеркальная, потом расплывчатая, затем – хиральная с элементами асимметрии, следующий этап – разнообразие симметрий: сферическая, радиальная и, наконец, человек – хиральная симметрия. На первый взгляд понижение симметрии не связано с усложнением организмов. Но это на первый взгляд… Как мы успели заметить, одновременно с упрощением симметрии уменьшается энтропия и увеличивается объем информации получаемой системой. Живая система, таким образом, упорядочивается, доводится до идеала. Отсюда следует, что симметрия живого организма играет роль сателлита, а энтропия роль триггера информации.

Самоорганизация – что это такое? Специально остановимся на математике и числах, потому что в них скрыт смысл самоорганизации систем. Попытка связать теорию информации с физикой и через ее посредство с биологией была осуществлена французским физиком Л. Бриллюэном, исследовавшим негэнтропийный принцип информации, сравнивавшим статистическое выражение энтропии Больцмана с выражением неопределенности Шеннона. Из этого следовало, что полученная информация увеличивает негэнтропию организма. Эту идею довел до логического завершения Г. Фестер, доказавший, что с получением информации система упорядочивается (организуется).

В результате движения науки к решению проблемы жизни возникла новая парадигма, основанная не только на качественной, но и на математической взаимосвязи понятий информация – негэнтропия – упорядоченность (организация) – эволюция. Новая парадигма, в согласии с принципом Н. Бора, включила в свою четырехзвенную цепочку понятий двухзвенную цепочку предыдущей парадигмы: негэнтропия – упорядоченность – организация. Это породило множество математических и экспериментальных исследований, рассматривавших жизнь как стационарный поток вещества и энергии, текущей сквозь организм. Жизнь приравнивалась к стационарному потоку, режим которого неизменен во времени. Описание такого потока было очень удобно: с физической точки зрения он устойчив, с математической – баланс прихода и расхода энергии в нем равен нулю. Единственная сложность его математического описания связана с ненулевым балансом энтропии из-за производства ее в самом потоке. Но эта трудность, казалось бы, преодолевается теоремой Глансдорфа-Пригожина, из которой следует, что производство энтропии системой в стационарном состоянии минимально.

Теоретические разработки в этой области опирались на эксперименты двух видов. К первому относились опыты с физическими стационарными потоками, удаленными от равновесия: тепловым и гидродинамическим. При микровоздействиях на эти потоки в них происходили скачкообразные изменения режима (бифуркации), в результате которых возникали упорядоченные структуры (в тепловом потоке – гексагональные клетки Бенара, в водном – вихри). Это не противоречит нашему допущению, что живое образуется при кавитации пространств. В процессе самоорганизации белка можно рассмотреть нечто подобное. Молекула аминокислоты – первичная структура (одномерность) – вторичная (двумерность) – третичная (спиральность) – четверичная (клубки) и наконец пятеричная сруктура, когда при конденсации (микровоздействиях) протеин и вода выстраивают еще более организованные пространственные формы – решетки-«клетки-домены» с вихрем-«ядром» в центре. Причем «клетка» имеет только прямоугольную форму, а «ядро» – форму эллипса или овоида. В живом организме вихрь представлен овалом ядра, так как овал – это диссимметричный эллипс. Пространственная структура «миелиновых фигур», которые являются основой мембран, зависит от структурообразующих факторов в процессах роста. На различных пространственных масштабах эти факторы проявляют себя по-разному: микро – взаимодействия отдельных молекул; мезо – их сборка в надмолекулярные агрегаты, упаковка в пространственные структуры; макро – заполнение пространства мезофазами. И здесь мы видим действие бифуркационных законов и структурирующих законов – триадности и триединства… Дальнейшая эволюция упорядочивающих симметрию и понижающих энтропию структур прослеживается на простейших формах жизни. Например, на прямоугольных и квадратных бактериях. Доказательством того, что после «клеток-доменов», которые были родоначальниками жизни в очень агрессивной среде, эстафету подхватили подобные им, квадратные и прямоугольные создания, служит следующее сообщение. Группе австралийских учёных во главе с микробиологом Майком Дьялл-Смитом из университета Мельбурна удалось впервые вырастить в лабораторных условиях уникальные, подобные бактерии клетки прямоугольной и квадратной формы. Большинство бактериальных клеток имеют либо сферическую форму, либо похожи на прутик. Впрочем, клетки с прямыми углами – не совсем бактерии – это древняя, но только недавно описанная группа форм жизни. Их называют «квадратными бактериями Уолсби» («Walsby» s square bacteria») по имени человека, открывшего их 25 лет назад. Они – самый общий тип клеток, найденных в солёных озёрах, где они часто объединяются друг с другом, чтобы сформировать двухмерную мозаику, которая придаёт озёрам характерную розовую окраску. Эти двухмерные создания могут указать точное «место» перехода пространства в «клетки – домены», а затем в прямоугольные «бактерии». Энтропия в двухмерных созданиях стремится к уменьшению и будет совсем не удивительно, если обнаружится, что они состоят в основном из веществ подобных гормонам растений. Нами отмечена интересная закономерность, все гормоны растений при контакте с водой дают розовое окрашивание. Уж не эта ли часть спектра, «розовая» длина волны, уменьшает энтропию на уровне одноклеточных? На основе энергетических и синергетических представлений о живых организмах, как о сложных открытых неравновесных самоорганизующихся системах, складывается современное физическое понимание явлений жизни и эволюции.

Самоподобие и самоорганизация материи, в том числе и живой, предопределяется не только внешними, но и внутренними факторами нематериального характера. Разгадка этого вопроса – самый глобальный вопрос для всех наук вместе взятых. Самоорганизация распространяется на все и вся, начиная с полей, молекул, космоса и кончая самоорганизацией всего человечества, законы для них одинаковы. Государства, культуры, семьи, войны, революции, религии даны людям для самоорганизации наций и всего человечества. Саморегуляция и самоорганизация не допускает такие понятия как жалость, гуманизм и т. п. Поэтому извечный вопрос, если Бог есть, то почему он так жесток, лишается всякого смысла… Самоорганизация и самоподобие это проекция «геометрического» фантомного мира на материальную реальность. Подобия всех проявлений жизни – суть гармонии… Надо полагать, что наша Вселенная в данный момент времени находится в особом когерентном состоянии и поэтому любая информация в ней передается мгновенно по всей Вселенной из любой точки всем живым существам. Нарушение гармонии, сформированной в течение всей эволюции между живым и неживым, в любой форме, влечет за собой разрушения и страдания. Буддизм не рекомендует убивать даже комара, тем более: «кто убивает человека – убивает целый мир», потому что мы и все окружающее одно и то же… Клетки живых организмов развиваются из стволовых, совершенно недиференцированных «туманных» клеток, в которых нет признаков симметрии. И какая-то сила заставляет их принимать ту или иную форму, ту или иную специализацию.

Получается, что практически каждая клетка стоит перед выбором: кем ей быть? Но память о тканевой специализации заставляет ее принимать нужный путь развития… И в обыденной жизни человек не раз сталкивался с дилеммой: что делать? В этот момент он как будто выбирает свое будущее из многих предлагаемых ему судьбой, но на самом деле выбирает не он, а выбирают его, его прошлое, прошлое его предков… То есть, это судьба. Как уже было сказано, судьба это не термин гадалки, а жесткая матрица, система, имеющая физическую основу. На ладонях «нарисован» путь индивида в пространстве и все, что ждет его впереди. Буддизм утверждает: судьба – это своего рода «туннель», где возможны незначительные отклонения. Следовательно, судьбой можно управлять, но не радикально… Астрология не зря занимает умы человечества столько времени. Видимо ее наработки имеют под собой прочную основу… Для того, чтобы общество было здоровым, оно должно напоминать здоровый живой организм, соответственно, самоорганизация нации требует и демократию, и долю тоталитаризма, и сильную личность, и, как ни странно, – религию. На уровне человеческого сообщества религия является инструментом ее самоорганизации. Причем именно она выбирает нацию, а не наоборот…

В истории есть примеры, когда народ, приняв религию, не свойственную ему, – исчезает бесследно… На разных этапах своего развития человечеству необходимо и то, и другое, и третье в разных пропорциях и дозах. Когда эти пропорции нарушались в ту или иную сторону, то народы на себе испытывали эти «перекосы» неисчислимыми бедствиями и страданиями. Вера в Бога является самым тонким и самым правильным инструментом самоорганизации человеческого сообщества. К великому сожалению понятие греха в современном мире утратило свою изначальную роль. Библия говорит о грехе как о «промахе» или «сознательном бунте» человека против Бога. Состояние современного человечества указывает на то, что с ним творится что-то неладное… Когда тело покидает душа, оно разлагается, подобно этому растлевается общество, когда его покидает искренняя вера в Бога. Корень злодеяний в нашем сердце… Проблемы, возникшие в результате греховности людей, мы видим и в своей жизни, и в жизни общества: эгоизм, одиночество, депрессия, насилие, лицемерие, безнадежность, ссоры, побои, разводы, феминизм, аборты, убийства, наркомания, алкоголизм, нетерпимость…

Как известно, преступление влечет за собой наказание. Выпивший яд, должен отравиться. Принцип этот универсален… Разрушающее действие беззакония все больше очевидно в мире. Христос приходил на нашу Землю, чтобы дать нам противоядие, и ранами Его мы исцелились… Эти слова были написаны за 730 лет до распятия Христа пророком Исайей. После этого трудно не верить в Бога и в невозможность Его существования. Пророк Мухаммед принес миру от Бога новую религию, которая жестко относится к «западной цивилизации», которая в своей основе порождает грех. Самые страшные и непримиримые войны – религиозные и гражданские. Почему?! Потому что эти войны зиждутся на самой тонкой и нематериальной «материи» – душе и свободе совести… Буддизм, как самая миролюбивая религия, и как сказал Ницше «религия зрелых народов», являясь «золотой серединой» между идеализмом и материализмом, завоюет души всех землян. Любая религия хороша, лишь бы человек был искренне верующим, а не религиозным, и терпимым к другим религиям…

Диссимметрия является двигателем прогресса в гармоничном человеческом сообществе. Она должна присутствовать, но она должна быть умеренной, регулируемой… Ясно одно – плановое ведение хозяйства не совсем подходит для человечества, но придерживаться его – нелишне. План лишает человека свободы творчества. Нужна, как всегда, «золотая» середина… По одному человеку, если он не открывает рот, нельзя определить его национальную принадлежность, а вот когда собирается группа, сразу видно, откуда они. В больших массах (тканях) отражаются свойства клеток, а свойства индивида в нации, и наоборот.

При раке происходит нечто подобное: одна малигнизированная клетка не в состоянии вызвать его, но сообщество таких «уродцев» – вполне. На примере царской России и Германии можно показать модель «озлакачествления» нации. Ленин и Гитлер были только катализаторами, индукторами тех процессов, которые зрели в этих нациях. В Германии нездоровая тяга немцев к порядку вылилась в немецкий фашизм, а в России неистребимая любовь народа к общинности – переросла в большевистский и затем в сталинский режим. Поэтому так быстро трансформировались богобоязненные и законопослушные обыватели и с радостью участвовали в этой вакханалии. Сами тираны, как правило, особи с физическими, сексуальными и психическими расстройствами. В обществе, где не было денег, со своими данными самое большее чего бы они достигли, это собирать объедки возле костра или чесать спину вожаку… В современном обществе, к сожалению, вожаками становятся не лучшие и сильные люди. Вместо них верховодят люди, обладающие харизмой, что является признаком отклонения от нормы, или случайные, временные «вожди». Именно эти «особи» и деньги ведут человечество к пропасти…

Раковые, химерные белки, являющиеся центром раковой кристаллизации, подобны им, они уродливы. Рак можно уподобить некой «идее» в живом многоклеточном организме. Он рождается в толще клеток, в массиве, то есть в тканях, узурпирует власть… и многообразие уступает место единообразию, налицо изотропия. Придя к власти, коммунисты и фашисты безжалостно уничтожали нормальных мыслящих людей или обращали их в свою «веру», рак поступает точно так же с нормальными клетками и тканями. Коммунизм и фашизм это две стороны одной медали. Первые гомогенизировали свои народы, убивали умных и инакомыслящих, превращая все нации в непонятно что, вторые «очищали» свой народ, убивая инакомыслящих, умалишенных, гомосексуалистов и инвалидов. Лозунги разные, цель одна – безраздельная власть над всем человечеством. Узурпировав власть у себя дома, они стали захватывать новые территории с помощью пропаганды и прямой агрессии.

При коммунистах и национал-социалистах, по мере усиления организованного руководства, разнообразие уступает место единообразию. Приветствуется серость и усреднение масс, однообразие во всем, стремление «осчастливить» всех и вся. Происходит удушение инакомыслия, появляется наплевательское отношение к жизни и т. д., и т. п. Ну, чем не рак?! Самоорганизация уничтожила (пока) эти уродливые структуры, но метастазы остались. К великому сожалению история мало чему учит людей, и вновь мы видим, как некоторые нации оглядываются назад… Не осудив коммунизм и фашизм, как человеконенавистнические идеи, народы, испытавшие на себе эти чудовищные по масштабам эксперименты, рискуют потерять все: уважение других народов, свои территории и даже самих себя…

Вышесказанное относится к социологии, но живые организмы и человеческое сообщество подобны, вплоть до мелочей… Аналогия налицо! И самая страшная аналогия, о которой не хотелось писать. Человечество, с ее деградирующей моралью, непомерно быстрым ростом числа людей и озлокачествлением среды обитания, само по себе стало напоминать раковую опухоль на теле Земли… В больших массивах типа стаи, вида, этноса или нации действует и правило синхронизации, которому они подчиняются и следуют. Для того, чтобы проявиться и быть устойчивым, явление должно повторяться, повторяться и повторяться… Колебания – это порождение асимметрии. Этому правилу подчиняются космические, физические, социальные, биологические и вообще любые явления объективной реальности. Например, в местах совместного проживания большого количества девушек у них синхронизируется менструальный цикл. Каждая страна и нация имеет свою вибрацию и ритм… В клетках мы видим, что вибрация цитоскелетных нитей приводит к жесткости, то есть это вибрационная жесткость, в основе которой лежат повторяющиеся колебания. Это явление лежит в основе того, что каркас клеток и, в конечном счете, тканей, органов и систем зависит от него. С этих же позиций можно объяснить и феномен материализации мыслей огромного количества людей. Известно, что намоленое или проклятое место приобретает непонятную силу. Эти феномены подтверждают наличие в живых сообществах и живых организмах связей нематериального характера. Причем связи эти носят волновой характер, а следовательно в их основе все же лежат физические процессы… Когда расстояние между клетками очень велико, организм болеет и умирает, потому что нет интеграции и синхронизации. Подобное можно видеть на примере государств, их географического расположения, размеров и их государственного устройства. Для долгого и благополучного существования размеры государства и численность населения (и качество) должны быть оптимальными. Империи не живут долго, потому что они огромны, тяготеют к раздроблению, к модификации, как и все самоорганизующиеся системы. Среди долгожителей не бывает людей огромного роста… Государству с большой территорией и недисциплинированным населением необходимо централизованное управление, но не тирания; ей нужен в современных условиях «коллективный царь». Для того, чтобы сложная и огромная иерархическая структура просуществовала долго, надо либо периодически изменять ее размеры, либо внутренние административные границы, либо периодически менять управляющую верхушку этих субъектов. По крайней мере так поступают живые организмы. Демократии достойны только дисциплинированные, но не раболепные нации. Поэтому поговорка «… нация имеет того правителя, которого она заслуживает» вполне объективна. Если государство строит высокие соборы, небоскребы, то ему обеспечен взлет и рассвет. Высокие строения это энергетический центр со множеством связей… Если разрушаются символы государства – государство обречено… Если лишить государство или человека нравственной опоры или идеи – это гарантированная гибель. Любой процесс в одной системе имеет подобие в другой… Это закон фрактальности мира и закон симметрии – асимметрии…

Теперь о том, почему все-таки случаются революции. Это не политизирование, а ответ на то, по каким законам, вследствие чего появляются болезни, от чего зависит скорость старения в живых организмах. Все, что связано с живым, в том числе и общество, подчинено иерархии, и поэтому сложные иерархические системы в принципе не могут развиваться без «потрясений». В иерархических системах нельзя пройти «большие расстояния», двигаясь «малыми шагами». Образно говоря, каков «шаг» – настолько и «уйдешь». Другое дело, что если говорить о социальных системах, то эти «потрясения» не обязательно должны быть связаны с мировыми войнами или иными катаклизмами, уносящими огромное число людских жизней. Научно-технические революции, например, в считанные годы преображают состояния огромных социумов, которые до этого существенно не менялись сотни лет. Компьютерные технологии и нанотехнологии могут скачкообразно перевести человечество в качественно новое состояние. Когда разрозненное сознание людей сольется со всепланетным сверхразумом машин, у человечества, как у кристаллов, появится еще одно свойство – «сплошное состояние», которое приведет к абсолютной управляемости… Но это же грозит ему полным уничтожением или деградацией… Более развитые многоуровневые, иерархические структуры более устойчивы к резким изменениям. То есть, образно говоря, «укрепление вертикали власти» противоречит устойчивости системы, то есть устойчивости самой власти, как это ни парадоксально звучит. Конечно, в неразвитых обществах «жесткая вертикаль власти» – порой единственный механизм государственного управления. Но эта же «вертикаль» разрушает иерархическую структуру общества. В результате, если «жесткой властью» пользоваться непозволительно долго, то произойдет катастрофа – скачкообразный переход в сильно неупорядоченное состояние, и затем иерархическая структура будет создаваться заново. И это всего лишь следствие иерархической динамики. Видимо даже в политике правые и левые названы не случайно, так как они устанавливают некий «центр» в политической диссимметрии… Организмы состоят из клеток, а их содержимое это динамические материалы, это среды, физические параметры которых (плотность, жесткость, электромагнитные свойства) изменяются как во времени, так и в пространстве диссимметрично, но тяготея больше к правой стороне. В человеческом сообществе нации с постоянной незначительной «правой» ориентацией более демократичные и процветающие… По истории видно, что в человеческом сообществе каждая нация выполняет свою функцию, как в организме: кто фермента, кто ядра, кто клетки, а кто и органа. По непонятным причинам исчезают целые этносы, размножаются и продолжают катастрофически разбухать другие. Из онкологии известно, что доброкачественная опухоль может малигнизироваться, или же своими размерами перекрывает «кислород» другим органам и тканям. Боюсь прослыть недобрым оракулом, но эта диспропорция скоро станет возможной причиной войн. Самоорганизация потребует остановить подобный «моноклональный» рост. В «здоровом организме» все должно быть пропорционально, гармонично… Рак похоже «ниспослан» на человечество все той же самоорганизацией… В человеческом сообществе, как и в любом многоклеточном организме, существуют паразиты, но вот только «головного мозга» пока что-то не видно! И будет ли человечество жить или ему суждено вымереть, зависит и от каждой нации и от каждого человека. Человечество с трудом, но умнеет. Вопрос только один, хватит ли у нас времени на самоорганизацию? Одна надежда, живое – очень живуче…

Жизнь сама по себе очень агрессивна и, что интересно, чем выше по эволюционной лестнице, чем более развито мышление, тем нетерпимее и агрессивнее становится особь к себе подобным, особенно это наглядно видно в городах-мегаполисах, когда быстро растет плотность населения. Животное никогда преднамеренно не убьет себе подобного, чего не скажешь о гомо сапиенс… Не даром говорят: убийство – это чисто человеческий поступок… Из всех приматов шимпанзе самое агрессивное существо, ну а за человека говорит сама история. На примере развития орудий убийства и темпов этого процесса мы можем судить о скорости озлобления человечества к человеку… Крайняя степень остервенения – это, конечно, терроризм, уродливое дитя убожества ума и черной зависти. Именно терроризм, а не войны подтолкнут человечество к тоталитарно-демократическому или демократически-тоталитарному устройству всех землян. Это произойдет по одной простой причине. На войне враг известен и существует линия фронта. Террориста нет возможности идентифицировать. Организм поступает просто – макрофаги знают все обо всех… Видимо к этому идет человечество, которое структурируется так, что вынуждено будет для того, чтобы выжить, в точности повторять системы и функции живого организма. А компьютеры в этом им помогут… Надо полагать, если бы человеческое сообщество было бы изначально устроено по типу и подобию живого организма, то на Земле было бы меньше страданий, неоправданного насилия, жертв и крови. Но никто не может сказать и то, что подобное общество было бы раем на Земле. Ибо сказано «… благими намерениями устлана дорога в ад». Поэтому человечество так мучительно самоорганизуется и ищет дорогу в этом мире, и другого пути нам не дано… В общем, куда ни взгляни, за что ни возьмись: подобное подобие подобно подобному подобию… И это не тавтология – это принцип построения объективной реальности, способ выражения самоорганизации, автоморфизма и фрактальности мира…

Самоподобие – это ключевое свойство, характеризующее фракталы. Когда вы смотрите на фрактал, то видите набор элементов, который всегда остается одним и тем же. Большинство объектов утрачивает при приближении некоторые свои признаки (такие как симметрия, подобие), фракталы – никогда. Дробная размерность сближает их. Что же такое самоподобие: закон природы или математические конструкции? В качестве рабочего определения можно взять следующее: система называется самоподобной, если из конечного набора ее копий можно собрать, как из детского конструктора, такую же систему, которая больше начальной в определенное количество раз. При упаковке шаров наиболее плотные известные конфигурации обладают решетчатой структурой; для упаковки дисков на плоскости – это гексагональная решетка, в трехмерном пространстве задача еще не решена, предполагается, что это будет кубическая решетка. Для многих веществ, обладающих самоподобием, оптимальная конфигурация атомов – кристаллическая или квазикристаллическая. Для живого оптимальной является их смесь, но со смещением… Аллотропная форма протеина – основа живого – упакована как рецимат этих конфигураций. Из этих и других примеров становится ясно, что при соревновательных механизмах формирования оптимальной конфигурации самоподобие может играть определяющую роль.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Рак излечим (М. В. Кутушов) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я