Психология взаимопонимания. Неправда, ложь, обман (В. В. Кузнецов, 2008)

Неослабное внимание к проблемам межличностного понимания продиктовано, в частности, существованием такого социального феномена, как обман. Он бытует в самых разнообразных формах и оттенках. Мы пользуемся обманом, от него защищаемся, пытаемся его раскрывать, обманываем не только других, но и себя, не только с корыстной целью или из страха, но и спасая других под угрозой наказания. По сути, в этом мире обмана мы и живем. В книге рассмотрены виды, способы и инструменты обмана, выделены добродетельный и корыстный обман, обман умолчанием, самообман, описаны факторы, облегчающие и затрудняющие обман. Книга может быть рекомендована в качестве дополнительного материала студентам, изучающим курс социальной психологии, а также адресована всем тем, кого интересуют проблемы психологии общения.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Психология взаимопонимания. Неправда, ложь, обман (В. В. Кузнецов, 2008) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава I. Обман есть обман

Mundus vult decipi – мир хочет быть обманутым.

Латинское изречение

Люди не могли бы жить в обществе, если бы не водили друг друга за нос.

Франсуа де Ларошфуко

1. Обман и история

Каждый человек по своему опыту рано или поздно узнает, что такое обман, так как им пропитаны все сферы нашей жизни. Трудно найти такие формы деятельности и поведения, в которых его нет. Мы не обладаем прямыми и достоверными доказательствами начала применения обмана человеком, но вероятнее всего, оно приходится на то же доисторическое время, когда зародилась речь. О распространённости обмана во все времена человеческой истории говорит тот факт, что мы встречаем высказывания о нём как у мудрецов глубокой старины, так и у наших современников. Нашёл обман отражение и в народном творчестве: пословицах, поговорках, сказках, былинах. История человечества – это история обмана во всех сферах жизни человека, на всех социальных уровнях. Это не только способ добывания богатства, завоёвывания власти и почестей, удовлетворения неудержимых страстей человеческих, но и способ выжить в этом жестоком, злом, несправедливом мире.

Одно из самых исторически ранних упоминаний об обмане мы находим в древнейшем манускрипте христианства, Библии, которая связывает первый обман человека с его грехопадением. Можно сказать, что все началось с обмана змеем, самым хитрым животным, которого создал Господь Бог, Евы (жена Адама – первого человека). Бог предупредил её, что если они с Адамом испробуют плодов с дерева, растущего в раю, то умрут. Вот как описано это событие в Библии:

«И сказал змей жене (Еве): подлинно ли сказал Бог: не ешьте ни от какого дерева в раю? И сказала жена змею: плоды с дерев мы можем есть, только плодов дерева, которое среди рая, сказал Бог, не ешьте их и не прикасайтесь к ним, чтобы вам не умереть. И сказал змей жене: нет, не умрете, но знает Бог, что в день, в который вы вкусите их, откроются глаза ваши, и вы будете, как боги, знающие добро и зло. И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что дает знание; и взяла плодов и ела; и дала также мужу своему, и он ел. И открылись глаза у обоих, и узнали они, что наги» (Быт., 3: 1–7).

Библия отразила содержание и уровень развития общественного сознания людей того далёкого времени и не могла, конечно, не отметить такой феномен, каким является обман. Уже в те давно ушедшие времена люди отмечали, что обман – зло. Приведём выдержки из Библии, в которых говорится об обмане, представленным тогда в основном ложью.

«Отвергнув ложь, говорите истину каждый ближнему своему, потому что мы члены друг другу» (Еф. 4:25). «Я сказал в опрометчивости моей: всякий человек ложь» (Пс. 115:2). «Не лгите на истину» (Иак. 3:14). «Всякая ложь не от истины» (1 Ин. 2:21). «Для чего ты так обманула меня?» (1 Цар. 19:17). «Чтобы нам продавать… (надо) уменьшить меру, увеличить цену сикля и обманывать неверными весами» (Ам. 8:5). «Если хочешь приобрести друга, приобретай его при испытании и не скоро вверяйся ему» (Сир. 6:7). «Удар языка сокрушит кости» (Сир. 28:20). «Ненавижу ложь и гнушаюсь ею» (Пс. 118:163).

Притчи царя Соломона

«Когда мудрость войдет в сердце твоё, и знание будет приятно душе твоей, тогда рассудительность будет охранять тебя, дабы спасти тебя от пути злого, от человека, говорящего ложь» (2:10–12).

«Отвергни от себя лживость уст, и лукавство языка удали от себя» (4:24).

«Человек лукавый, человек нечестивый ходит со лживыми устами, мигает глазами своими, говорит ногами своими, дает знаки пальцами своими; коварство и сердце его» (6:12–14).

«Неверные весы – мерзость пред Господом, но правильный вес угоден Ему» (11:1).

Исторические свидетельства дают нам массу примеров того, что обман характерен для любых эпох. Развивалось человечество, развивался и обман, менялись его масштабы, методы и формы осуществления. Познакомимся с описанием двух периодов в истории России, отстоящих от нас в глубине истории на три и полтора столетия: царствование Бориса Годунова и Александра II, где обман фигурирует как фактор, присущий этим эпохам.

Известный историк Н. И. Костомаров так описывал смутное время, переживаемое нашей Родиной при царствовании Бориса Годунова («Русская история. Царь Борис. 1584 год»):

«Власть принадлежала тому, кто оказался всех способнее и хитрее. Таким в придворном кругу тогдашнего времени был Борис… В минуту собственной опасности всякий человек, естественно, думает только о себе; но когда такие минуты для русских продолжались целые десятилетия, понятно, что должно было вырасти поколение своекорыстных и жестокосердечных себялюбцев, у которых все помыслы, все стремления клонились только к собственной охране, поколение, для которого при наружном соблюдении обычных форм благочестия, законности и нравственности не оставалось никакой внутренней правды. Кто был умнее других, тот должен был сделаться образцом лживости: то была эпоха, когда ум, закованный исключительно в узкие рамки своекорыстных побуждений, присущих всей современной жизненной среде, мог проявить свою деятельность только в искусстве, посредством обмана достигать личных целей. Замечательно, что лживость, составляющая черту века, отразилась сильно и в русских источниках той эпохи до того, что, руководствуясь ими и доверяя им, легко можно впасть в заблуждения и неверные выводы; к счастью, явные противоречия и несообразности, в которые они впадают, обличают их неверности».

В 1855 году сын автора повествования «Семейная хроника» и «Детские годы Багрова-внука», русский публицист, историк и поэт Константин Аксаков в записке Александру II «О внутреннем состоянии России» писал:

«Современное состояние России представляет внутренний разлад, прикрываемый бессовестной ложью… При потере взаимной искренности и доверенности всё обняла ложь, везде обман. Правительство не может при всей своей неограниченности добиться правды и честности… Все лгут друг другу, видят это, продолжают лгать и неизвестно, до чего дойдут. Всеобщее развращение или ослабление нравственных начал в обществе дошло до огромных размеров… Это сделалось уже не личным грехом, а общественным; здесь является безнравственность самого положения общественного, целого внутреннего устройства» (цит. по: Соловьёв В. С. Собр. соч. в 2 т. Т. I. – М.: Правда, 1989. – С. 449).

Советский период жизни России не только не уменьшил пространство распространения обмана, но увеличил его разнообразие и глубину. В эти годы право на обман было признано практически государственно необходимым и морально допустимым. Он был необходим для сокрытия страшных реалий жизни и создания обволакивающей народные массы эйфории наступления коммунизма в ближайшие годы. Ведь без привлекательного и респектабельного образа страны и превращения мечты о светлом будущем в практическую задачу масс, создания мифа о необходимости коммунистической партии как направляющей и ведущей силы обойтись было невозможно. Да и реалии современной России не дают оснований и надежды на уменьшение сферы распространения обмана в обществе. Моральная ценность честности катастрофически убывает: значительная часть населения страны считает неправду неотъемлемой чертой нашего бытия. Соответственно, люди воспринимают обман как феномен, на который нельзя закрывать глаза из-за того зла, что приносится им. С другой стороны, человек склонен думать, что с ним практически невозможно бороться, его надо принимать как данность. Может быть, обман является таким обычным и естественным действом, что проявлять по этому поводу беспокойство слишком тривиально?

С. Гусейнов в статье «Загадка бескорыстного обмана», помещённой в журнале «Социум» № 3 за 1995 год, отмечал: «Не хочется упрощать сложный феномен обмана. Но и мистифицировать его, целиком загонять в иррациональные глубины истории и человеческой психологии – тоже не лучшее решение. Во всяком случае есть одна вполне ощутимая и очень важная линия детерминации, которая позволяет психологию обмана свести к его социологии и бытовую, повседневную ложь интерпретировать как отражение, реакцию на ложь государственную, политическую. Большевистское руководство страны, принимая то или иное решение, всегда решало две разные задачи: во-первых, что делать и, во-вторых, что сказать (как, в какой форме, с какой полнотой информировать о принимаемом решении коммунистов, своих граждан, мировую общественность и информировать ли вообще)…

Это разграничение двух пластов политического поведения – самих действий и их интерпретации – имело совершенно определённый вектор: если логика действий определялась чувством реализма и целесообразностью, то их интерпретация не должна была выходить за рамки догм, согласно которым марксистская идеология является самой передовой, социализм развивается от успеха к успеху, народ горячо любит партию и поддерживает её политику и т. п. Разумеется, приукрашивание собственных действий не является изобретением большевиков. Оно свойственно любой власти, любому обществу, как, впрочем, и любому человеку. Однако такое нарочитое, абсолютно не считающееся с реальностью приукрашивание, которое практиковалось советской властью, – явление по-своему уникальное и, быть может, единственное в своём роде. Достаточно сказать, что такие вековечные и массовые общественные пороки, как воровство или массовое пьянство, интерпретировались в качестве пережитков прошлого и следствия внешнего буржуазного воздействия».

2. Почему и зачем люди обманывают?

Люди активны и деятельны, чтобы удовлетворить свои потребности, реализуемые затем в соответствующих действиях, поведении, деятельности. Что же движет человеком, если не они! Вся жизнь построена на том, чтобы их удовлетворить. Одни удовлетворяются бессознательно и неосознанно, а чтобы удовлетворить другие, необходимо прилагать немалые сознательные усилия. Речь идет о таких потребностях, как:

• физиологические потребности человека, заключающиеся в необходимости для его организма, как любого живого существа, пищи, воды, воздуха, движений, ощущений;

• потребность в половом партнёре, реализация которой заложена

• природой для продолжения рода; потребность в безопасности, когда человеку никто и ничто не угрожает, не причиняет вреда и не наносит ущерба, не вызывает страха, страданий, депрессии;

• потребность в свободе, в отсутствии зависимости от кого-либо или чего-либо, возможности распоряжаться собой по собственному усмотрению, делать то, что считаешь нужным, полезным и справедливым, вправе высказывать своё мнение, не боясь за это что-либо потерять, в возможности избавления от всяческих ограничений со стороны общества и принуждения с чьей-либо стороны;

• потребность в принадлежности к определённой социальной группе, в крепких связях и контактах, надёжном общении, в преданных друзьях и товарищах;

• потребность во власти, то есть обладании и возможности управлять другими людьми, событиями и вещами, требовать исполнения своих требований и повиновения;

• потребность в обладании и приумножении уважения, авторитета, признания, собственных заслуг; потребность в наслаждениях и даже страданиях; потребность познать себя, смысл жизни и мира;

• потребность в истине, правде, справедливости; потребность жить и действовать для других, характеризуемая добрым бескорыстным отношением к ним, заботой, вниманием,

• оказанием помощи без желания получить что-либо взамен, готовностью разделить радость и горе.

Этот список был бы неполон, если бы мы не включили в него потребности, отрицательно воздействующие на человека. К ним, в первую очередь, относят вредные привычки и низменные пристрастия: табакокурение, приём алкоголя, потребление наркотиков, азартные игры, чревоугодие и прочие излишества, которые тоже требуют удовлетворения. А поскольку общество осуждает такие пристрастия, то в некоторых случаях их не только удовлетворяют с помощью обмана, но и скрывают.

Чтобы удовлетворить все эти естественные и неестественные потребности, нужны определённые ресурсы – материальные, денежные, энергетические, информационные, профессиональные, интеллектуальные, различные социальные связи (родственные, дружеские, корпоративные и др.), которые, в свою очередь, можно рассматривать как потребности второго порядка. Обман также является ресурсом, который как способ удовлетворения потребностей часто значительно выгоднее, экономичнее, рациональнее, чем все остальные, если, конечно, совесть не беспокоит, а санкции за его применение маловероятны и нестрашны. Более того, люди вынуждены использовать обман ещё и потому, что он очень часто является единственным способом удовлетворить свои потребности и оградить себя от опасностей жизни.

Так что же это за феномен – обман?

Несмотря на его распространённость, определение, удовлетворяющее всех нас, мы нигде не найдём. Толковый словарь русского языка[1] объясняет обман как слова, поступки, действия, ложные представления и многое другое, чем одни намеренно вводят других в заблуждение.

Но зачем?

Наиболее осознаваемая людьми цель применения обмана – приобретение материальных ценностей, денег, власти за счёт других. Поэтому во втором издании «Большой Советской энциклопедии» обман определяется как «намеренное введение другого лица в заблуждение с целью извлечения материальной или иной выгоды».

Существуют три способа изъятия и присвоения чужой собственности:

1) прямое, открытое насилие, осуществляемое накачанными мышцами и наличием пистолета, при котором под угрозой лишения здоровья, жизни и всего того, что дорого для человека, он отдаёт свою собственность грабителю, бандиту, рэкетиру, вымогателю;

2) воровство, при котором присвоение собственности происходит тайно, без участия и согласия собственника;

3) обман.

«Украсть» и «обмануть» – равные по смыслу слова. И то и другое означают «тайно похитить». Но есть и существенная разница, заключающаяся в том, что при краже жертва не участвует в похищении, а при обмане участвует, при этом сознательно, по своей доброй воле передаёт что-либо своё обманщику, не подозревая, что по воле других действует себе во вред, убеждаясь в этом только спустя какое-то время, после того, как обман уже совершился.

Почему же люди идут на обман?

Ведь есть много других, вполне цивилизованных способов приобретения желаемого и нужного? Так, каждому необходимы денежные знаки, чтобы существовать в этом мире, но один добывает их трудом, а другой их подделывает. Какой способ выбрать, зависит от очень многих факторов. И один из них – экономичность. П. М. Ершов в книге «Режиссура как практическая психология» справедливо заметил:

«Если данной, возникшей у человека цели, можно достичь разными путями, то человек пытается использовать тот, который по его представлениям требует наименьшей затраты сил, а на избранном пути он расходует не больше усилий, чем, по его представлениям, необходимо».

Человек никогда не пойдёт окольными путями, а выберет прямую дорогу, если, конечно, он не убегает от преследователей. Этим качеством, как никто другой, обладает обман. И если бы цивилизованные способы, без насилия, были бы так же выгодны, экономичны и эффективны, как обман, сколько бы мошенников ходило в честных людях. Обман экономичнее потому, что ввести человека в заблуждение, создать ложную картину мира в голове другого значительно легче, чем изменить саму действительность. Чтобы заработать, нужно поработать, а с помощью обмана принесут на блюдечке с голубой каёмочкой, да ещё поблагодарят при этом. Ведь человек при обмане сам отдаёт, считая, что действует в собственных интересах, а на самом деле – в интересах обманщика в ущерб себе.

Обман соответствует принципам любой экономической формации, как на уровне личности, так и на уровне государства. В Программе КПСС[2] было в своё время отмечено, что достижение в интересах общества наибольших результатов при наименьших затратах – непреложный закон хозяйственного строительства.

Таков же закон и капиталистического общества.

А поскольку обман – один из способов экономии, то и выходит, что он будет существовать так же долго, как и само человечество. Поэтому приходится мириться с обманом, как с врагом, преобладающим в мире, так же, как с глупостью и невежеством. Вселяет надежду только то, что в самом человеке не заложено стремление к обману как способу удовлетворения своих потребностей за счёт другого. «Обманного гена» учёные пока что не обнаружили, и будем надеяться, потому что его нет, но есть «ген социальный», воспитываемый обществом, человеком разумным. А поскольку общество пока что не может, да и, по-видимому, не сможет в ближайшем будущем удовлетворить свои потребности цивилизованным способом, без интеллектуального насилия, то и приходится человеку идти по пути удовлетворения своих потребностей за счёт других. В частности, люди предпочитают не создавать материальные, культурные и прочие ценности, а моделировать их, что экономичнее и эффективнее, хотя и менее справедливо. Объяснить необходимость в применении обмана можно и по-другому, но наука пока что никаких объяснений нам не дала. И таких отраслей науки или хотя бы ответвлений, как «Обманология», «Обманистика», «Ложнистика» или «Вристика», тоже пока что нет.

Так зачем, с какой целью люди обманывают?

Обманывают, чтобы сохранить личную и семейную тайны от посягательств людей, которые могут использовать их против интересов личности. Человек стремится сохранить в тайне сведения о себе, характеризующие его отрицательно как с точки зрения его самого, так и с точки зрения общества, его морали и законов.

Обманывают, чтобы скрыть наличие «дурной» болезни, любовной связи, вредных пристрастий, привычек и пороков, физических недостатков, сведения, порочащие дружеские и деловые связи, и т. д.

Встретив знакомую, выходящую из кожно-венерологического диспансера, женщина интересуется: «И что ты там делала?» – и получает ответ: «Заходила к подруге».

Мать отбывающего наказание в колонии дитяти на вопрос: «Где сынок-то?» – отвечает: «За границей. В командировке».

На реплику: «Что-то ты неважно выглядишь; поругались что ли?» отвечают: «Что ты, просто устала».

Обманывают, чтобы защитить своё «Я» от назойливых папарацци, соседей и других любопытствующих субъектов, которые настойчиво и назойливо лезут в душу, когда их об этом совсем не просят. Запрет для недоброжелателей на такую информацию закреплён даже в Конституции Российской Федерации как право каждого гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (статья 23 Конституции РФ). И это право нужно защитить. Одним из таких способов защиты и являются сокрытие правды и ложь о себе, которые в этом случае оправданы, а с точки зрения этики и права допустимы.

Люди обманывают, чтобы скрыть истинные мотивы, желания, намерения, цели, поступки, вызывающие осуждение других, которые могут оказать противодействие в их осуществлении, привести к осуждению, к социальной изоляции, наказанию за неисполнение того, что предписано обычаями, моралью, социальным окружением, государством. Когда такие поступки и действия становятся известными, они, как правило, оправдываются ложью. Например:

• жене: «Задержался на работе», хотя играл в покер или был у дамы сердца; «Схожу-ка я в магазин (на почту, в библиотеку…)» вместо искреннего «Пойду в пивную»;

• начальнику на работе: «Троллейбусы стояли, пробка была», хотя опоздание было вызвано тем, что проспал после обильного застолья.

Надежда избежать наказания или хотя бы смягчить его движет преступником, когда он «раскаивается», произнося лживые слова сожаления о совершённых деяниях. Удивительные по красочности легенды, россказни, байки, фантазии сочиняются с единственной целью – уйти от ответственности: прикрыться другим преступлением меньшей тяжести, создать ложное алиби и т. д.

Люди также обманывают, чтобы защитить собственные ценности от людской зависти и посягательства на них злоумышленников: воров, мошенников, вымогателей, бандитов. Умалчивание того, что есть, ложь в виде высказываний «какая уж там зарплата», «не прибыль, а слёзы» и т. д. имеют в нашей среде постоянную прописку. Миллионер А. И. Корейко, герой романа И. Ильфа и Е. Петрова «Золотой телёнок», из-за опасности привлечь к себе внимание мог жить только как бедный бухгалтер, не позволяя себе ничего лишнего.

А как вызвать к себе жалость и сочувствие без обмана? Приходится прикидываться жалким и несчастным, петь лазаря, лить крокодиловы слёзы, плакаться в жилетку, пускать пыль в глаза.

Человек идет на обман и с целью облегчить совместное житьё-бытьё, установить и поддерживать контакты при общении, добиться расположения, избежать враждебного отношения, вызвать доверие.

А как можно скрыть от соседа, сослуживца, начальника, просто знакомого плохое о них мнение? Кроме притворства мимикой, голосом, лестными словами скрыть свою неприязнь нечем. Даже если человек настроен к другому крайне отрицательно, для успешного взаимодействия с ним он должен притворяться и лицемерить, демонстрируя расположение к нему, то есть казаться учтивым, внимательным, отзывчивым, проявлять уважение и доброжелательность. На первом месте здесь стоит вежливость, проявляющаяся в речевом этикете, жестах и мимике. Она полезна и необходима, если даже отсутствует доброжелательное отношение и уважение между людьми, поскольку помогает решать задачи, которые без общения решить невозможно. И пусть человек лицемерит и притворяется. Это всё же лучше, чем искреннее хамство.

Говорят же при встрече «здравствуйте» человеку, не вызывающему уважения. «Какая прекрасная погода!» – в ситуации, когда погода отвратительная. «Как здоровье?», хотя здоровье адресата совершенно не интересует спрашивающего. «Я бы хотел поблагодарить вас», хотя благодарить то и не за что. «Я бы хотел извиниться», хотя не считают себя виновным. «Приходите снова» – гостям, когда надоели они до чёртиков. Мы не выражаем свою обиду, нанесённую собеседником разными неприличными словами вроде «сам дурак», «перестань пороть глупости» и другими, могущими вызвать аналогичную реакцию. Тактично говорят: «Это не совсем так», а думают: «Это совсем не так».

Читатель сам найдёт ещё массу примеров из своей жизни. Мы же приведём ещё один. Марку Твену приписывают такой случай.

Начинающий автор, который уже был известен как писатель бесталанный, спросил однажды у Марка Твена его мнение о своей только что изданной книжке.

– Но я прошу вас высказать всё, что вы думаете, совершенно искренне.

– Нет, – ответил Марк Твен тактично, – лучше останемся друзьями.

Метко заметил Сервантес, что «ничто не обходится нам так дёшево и не ценится так дорого, как вежливость», которую Шопенгауэр назвал «фиговым листком эгоизма». Тем не менее мы же простим человеку это лицемерие и будем к нему доброжелательны, когда он говорит, что покупает ливерную колбасу для собачки, а сам при этом облизывается.

В некоторых ситуациях общество диктует человеку такие правила поведения, что не подчиниться им – значит противопоставить себя обществу. На похоронах не принято выражать радость, если даже умер богатый родственник, завещавший тебе всё своё состояние. Будет осуждён тот, кто засмеётся в церкви, если ему что-то и показалось смешным. Не найдёт понимания человек, плачущий на свадьбе, если даже у него увели невесту или жениха. Это обман, требуемый обществом, и человек вынужден поступать не так, как хочет, говорить не то, что думает, выражать чувства, которые не переживает. Это дань традициям, обычаям, правилам приличия, а, может быть, в некоторых случаях и сиюминутной моде. Так принято, так полезно, так выгодно не только себе, но и другим. Только при таких условиях это лицемерие этично и нравственно. И неудивительно, что американская журналистка Джудит Мартин заметила: «Лицемерие – не столько грех перед обществом, сколько общественная добродетель». Этикет позволяет, а часто и предписывает притворяться, лицемерить, чтобы расположить к себе, не обидеть, не нажить врага, чтобы…

Да мало ли можно привести ситуаций, требующих вести себя так, как подобает человеку!

А может быть, не притворяться и не лицемерить? Быть всегда искренним, честным и правдивым перед людьми? И да и нет. Условности в человеческом общении прошли долгий и тернистый путь, доказав своё право на жизнь пользой и целесообразностью, став одной из сторон общечеловеческой культуры. Но так было не всегда и не везде.

Наиболее яркими противниками таких условностей были в России в конце ХIХ века нигилисты. Вот как писал о них ведущий теоретик русского анархизма П. А. Кропоткин в статье «Нигилизм и нигилисты»:

«Прежде всего нигилизм объявил войну так называемой условной лжи культурной жизни. Его отличительной чертой была абсолютная искренность. И во имя её нигилизм отказался сам – и требовал, чтобы то же сделали другие, – от суеверий, предрассудков, привычек и обычаев, существования которых разум не мог оправдать. Нигилизм признавал только один авторитет – разум, он анализировал все общественные учреждения и обычаи и восстал против всякого рода софизма, как бы последний ни был замаскирован… Вся жизнь цивилизованных людей полна условной лжи. Люди, ненавидящие друг друга, встречаясь на улице, изображают на своих лицах самые блаженные улыбки: нигилист же улыбается лишь тем, кого он рад был встретить. Все формы внешней вежливости, которые являются одним лицемерием, претили ему… С тою же самою откровенностью нигилист отрезывал своим знакомым, что все их соболезнования о “бедном брате” – народе – одно лицемерие, покуда они живут в богато убранных палатах, на счёт народа, за который так болеют душой. С той же откровенностью нигилист заявлял крупному чиновнику, что тот не только не заботится о благе подчинённых, а попросту вор.

С некоторой суровостью нигилист дал бы отпор и “даме”, болтающей пустяки и похваляющейся “женственностью” своих манер и утончённостью туалета. Он прямо сказал бы ей: “Как вам не стыдно болтать глупости и таскать шиньон из фальшивых волос?”» (Кропоткин П. А. Этика. – М.: Изд. политической литературы, 1991. – С. 404–405).

Такое пренебрежение к условностям не редкость и в современном обществе. Крайним случаем искреннего пренебрежения к правилам общежития является поведение циника, который демонстративно выражает своё пренебрежение и презрение к моральным ценностям общества. Оно выражается в подобающих этому словах и выражениях и воспринимается обществом как надругательство и пренебрежение к личности. Циник честен, он не скрывает своих взглядов, но его честность не основана на уважении к другим, а является способом унизить их и возвысить себя над обществом, выразить протест и презрение моральному лицемерию и фарисейству, царящим в обществе. Циник искренен, но эта искренность является защитой той опустошённости души, которая характерна для людей, не нашедших своего места в обществе.

Другую точку зрения высказывал Блез Паскаль, подчёркивая необходимость условностей:

«…если человеку хочется расположить нас к себе, он не станет оказывать услугу, нам неприятную, и будет обходиться с нами так, как мы сами того желаем: скроет от нас правду, ибо мы её ненавидим; начнёт льстить, ибо мы жаждем лести; обманет, ибо мы любим обман. Вот и получается, что с каждым шагом по пути мирского успеха мы на тот же шаг отдаляемся от правды, так как чем полезнее людям наше расположение и опаснее неприязнь, тем больше они страшатся нас задеть… Наша жизнь – нескончаемая иллюзия: мы только и делаем, что лжём и льстим друг другу. В глаза нам говорят совсем не то, что за глаза. Людские отношения зиждутся на взаимном обмане… Итак, человек – это сплошное притворство, ложь, лицемерие не только перед другими, но и перед собой. Он не желает слышать правду о себе, избегает говорить её другим. И эти наклонности, противные разуму и справедливости, глубоко укоренились в его сердце».

Особенно важно для человека показать себя таким, каким хочет видеть его социальная группа, членом которой он по воле судьбы, обстоятельств или собственного желания оказался, показать, что он согласен с её законами и требованиями. Мы ведём себя так, как принято, часто не соглашаясь в душе с тем, что делаем, высказываем убеждения группы, выдавая их за свои. И всё для того, чтобы получить поддержку или заслужить одобрение и поощрение группы или избежать наказания. Конформность, как называют такую необходимость, может носить истинный характер, когда человек меняет свои установки и поведение под влиянием группы, и мнимый, ложный, когда человек, внешне соглашаясь с мнением группы и даже меняя под её давлением своё поведение, внутренне остаётся на прежней позиции. Если в группе большинство её членов одобряет обман, то необходимость и желание быть членом группы, принадлежать ей вынуждает, чтобы быть принятым и затем не быть отторгнутым, делать вид, что человек разделяет мнение группы, и обманывать, показывая, что его взгляды и действия соответствуют общепринятым.

Выгоден ли ложный конформизм личности и выгоден ли он группе? Личности – бесспорно, поскольку даёт привилегии и поддержку группы в получении определённых, значимых для личности ценностей. Даже тогда, когда группа понимает, что конформизм личности является ложным, она не выступает против неё открыто, поскольку проявление «единства» взглядов, убеждений и поступков отдельных членов группы является всё же показателем, хотя и иллюзорным, силы, мощи и единства этой группы. Таким «единством и сплочённостью» было показное единодушие при «одобрении» политики КПСС, проявляющееся при голосованиях на собраниях, пленумах и съездах, что и явилось одной из причин моментального развала партии в 1991 году.

В противоположность представлениям об обмане как корыстном способе воздействия лгать заставляет также желание сделать другому добро, оградить человека от информации, могущей отрицательно повлиять на него, успокоить, внушить надежду, поддержать советом и добрым словом, проявить сочувствие. Сын скрывает от матери, что смертельно болен. Чем, как ни замалчиванием правды и заверениями, что «всё нормально», он может осуществить своё желание не беспокоить близких? Анатолий Жигулин в автобиографической повести «Чёрные камни» вспоминает случай такой добродетельной лжи, когда он по просьбе своего друга, смертельно раненного при попытке бежать из колымского лагеря, убеждал его мать, что в лагере была «…и работа лёгкая, и харчи хорошие, и умер Федя легко, а на могиле его – берёзка (не столбик с номером вместо имени…)».

Обманывают, чтобы служить великой цели, идеалу, Родине, народу, партии, концессии, учению. Прославивший Россию на Олимпийских играх в Мельбурне великий Владимир Куц, приписав себе лишние пару лет, шестнадцатилетним подростком ушёл воевать с гитлеровскими захватчиками. И таких было тысячи.

Это и альтруизм, готовность жертвовать своими интересами для блага других людей, не ожидая от них ни благодарности, ни вознаграждения. Не ради же собственного интереса, рискуя своей жизнью, а то и жизнью своих детей, прятали, скрывали солдат Советской армии, попавших в окружение, сельские жители оккупированных территорий во время Великой Отечественной войны.

Обман используют также, чтобы сделать гадость другому. Надёжный и весьма распространённый способ – клевета. Вот, например, один мужчина солгал другому, что его жена имеет сердечного друга на стороне. Почему он это сделал? Может быть, потому что она отказала ему в любезности, может быть, из-за зависти, а может быть, потому что у него такой характер? Ведь есть такие люди, которым тогда хорошо, когда другим плохо.

Люди обманывают по принуждению, в силу обстоятельств, по убеждению. Обманывают также, чтобы выполнить долг, вытекающий из служебных, деловых, клановых отношений, являясь в ряде случаев необходимым условием успешной профессиональной деятельности.

Отнимите обман у политиков, чиновников, теологов, коммерсантов, и они ни дня не продержатся в своих креслах. Для власти и политиков, преследующих и объясняющих непопулярные для народа цели, скрывающих факты, подрывающие их авторитет, особенно необходимо уметь не просто лгать, а делать это утончённо, вежливо, культурно и убедительно.

А как обойтись без обмана кандидатам в депутаты всевозможных дум? Уже на подступах к власти они про себя такое говорят, что хоть до избрания – в рай. Лгут про конкурентов, наговаривая про них такое, что ни в какие ворота не лезет. Обещают народу златые горы, сами не веря в возможность этого.

Ещё в 1928 году русский философ и вынужденный эмигрант И. А. Ильин в статье «Яд партийности» указывал на то же самое:

«Партийные честолюбцы обращаются ко всем средствам и не останавливаются даже перед самыми низкими. Они лгут в доказательствах и спорах; заведомо обманывают избирателей; клевещут на конкурентов и противников. Одни продают свои “голоса”, другие их покупают – то за деньги, то за почести, то раздавая места, то устраивая прибыльные дела. Одни борются сплетней, инсинуацией и интригой; другие, будучи депутатами, берут деньги у правительства; третьи организуют партийные заговоры и перевороты; четвёртые прибегают к ограблению (“экспроприации”) и политическим убийствам. Люди начинают думать, что “цель оправдывает средства”; воцаряются деморализация и авантюризм; облик политического лидера приобретает черты профессионального лжесвидетеля, взяточника и бандита» (Педагогическое наследие русского зарубежья в 20-е годы. – М., 1993. – С. 38).

А. Г. Здравомыслов в книге «Социология конфликта» о необходимости обмана в политике пишет следующее:

«В политике скрытой доминантой всех отношений является борьба за власть. Но эта доминанта никогда или почти никогда не декларируется открыто. Она облекается в сложные нравственные, правовые и идеологические одежды. Дело в том, что любой политик и любая политическая партия нуждаются в поддержке со стороны общественного мнения и в самооправдании. Поэтому ни один из участников политического конфликта не может заявить прямо: “мои оппоненты пользовались властью, теперь настала моя очередь”. Такое откровенное и циничное заявление сразу же лишило бы претендента на власть искомой поддержки. Он должен представить прежнюю власть как не соответствующую интересам народа, нации, общества, мешающей прогрессу, свободе и вообще должен включить в свою аргументацию как можно более широкий круг аргументов. При этом вопрос о том, верит ли претендент этим аргументам или нет, не имеет принципиального значения» (1995, с. 93).

Если же в государстве властвует только одна идеология, то сам обман становится политикой режима.

«Нет необходимости тратить время на опровержение утверждений тоталитарных идеологий, – писал Эрих Фромм в эссе “Человек для себя”, – прежде всего они лицемерны, ибо маскируют, скрывают сверхэгоизм “элиты”, стремящейся к подавлению и желающей власти над большинством народа. Их идеология бескорыстия имеет целью обманывать тех, кем эта элита управляет, и усилить их эксплуатацию и манипулирование ими. Далее, тоталитарные идеологии вводят народ в заблуждение, уверяя, что государство воплощает собой принцип бескорыстия, тогда как на деле оно воплощает принцип преследования безжалостным образом эгоистических интересов» (Фромм Э. Психоанализ и этика. – М., 1993. – С. 150).

Люди используют обман как инструмент для манипуляции другими, то есть скрытно воздействуют на них помимо их воли, с целью изменения их намерений и действий, не совпадающих с их желанием и намерениями. Таких методов, основанных и на психологии человека, очень много.

Рассмотрим один из них, применяемый в торговле, – правило дефицита. Его можно сформулировать так: ценность чего-либо позитивного увеличивается, если оно становится менее доступным, или менее доступное – более желанное.

Часто в магазинах и на рынках можно слышать от продавцов: эта пара, этот костюм, эта колбаса и т. д. последние. Всякие сомнения в необходимости покупки немедленно улетучиваются, и мы тотчас же решаем купить вещь, когда слышим, что она последняя. Очередь никогда не уменьшается, если нам сообщают, что «всем не хватит». Тактика «сообщения об ограниченном количестве» на поприще товарообмена усваивается продавцами с первых шагов. Создайте для товара дефицит, и его реализация обеспечена.

Так, по легенде, старорусский купец реализовал залежавшуюся у него соль. По совету опытного торгаша этот человек отказал покупательнице-старушке продать пять фунтов соли, о чём она просила, согласившись отпустить ей только фунт. Он объяснил ей, что соли очень мало и на всех не хватит, а также попросил её, чтобы она об этом никому, боже упаси, ни одной живой душе не рассказывала. К концу недели вся соль была распродана.

Ещё пример. Чтобы отвлечь ребёнка от опасного занятия, мать переводит его внимание на другой, отсутствующий в поле зрения объект: «Смотри, какая птичка летит». Желая выпроводить ребёнка погулять, она, не имея, конечно, истинных намерений наказывать ребёнка за непослушание, грозится не пускать его на улицу. У него сразу возникает желание погулять именно сейчас. Этот способ манипулирования основан на свойствах психологической реактивности человека. Когда он чувствует, что на него каким-либо способом оказывают давление или ограничивают его возможности и вынуждают принять определённое решение не в его пользу, у него появляется желание поступить наоборот, противодействовать оказываемому давлению, чтобы спасти свою личную свободу и право поступать так, как считает нужным.

Обманывают, чтобы развлечься самому, повеселить других посредством шутки и прикола, что одно и то же. Шутка – ложь, сообщаемая с целью разыграть собеседника и посмеяться вместе с ним над его доверчивостью и несообразительностью. Обычай подшучивать имеет давнюю историю. У многих народов существует традиция первого апреля обманывать друзей и знакомых. Эта традиция появилась на Руси в царствование Петра I. Вспомним А. С. Пушкина:

Брови царь нахмуря,

Говорил: "вчера

Повалила буря

Памятник Петра!"

Тот перепугался:

– Я не знал… Ужель?

Царь расхохотался:

– Первый, брат, апрель!

В истории можно найти немало случаев розыгрыша не только отдельных людей, но и целых групп, клюнувших на приманку шутников. Реальный случай такой шутки приводит венгерский писатель Иштван Рат-Вег в «Комедии книги».

Летом 1840 года было объявлено об аукционе в небольшом бельгийском городке Бенш богатой библиотеки графа Форса, состоящей из 52 уникальных книг, существующих, по заявлению организатора аукциона, в одном экземпляре. Многие частные лица и библиотеки изъявили желание приобрести эти книги. К началу аукциона были забронированы все номера в гостиницах города. Однако за несколько дней до аукциона через газету было сообщено, что он отменяется ввиду закупки всей коллекции библиотекой этого городка. Библиофилы поняли, что их разыграли – аукцион был блестяще сфабрикованной мистификацией, организованной членом Бельгийской королевской академии, господином Шалон.

Критерием допустимости использования обмана в форме шутки является прежде всего желание добра объекту шутки. Если вы испытываете к человеку неприязнь и не знаете, как он отнесётся к вашей шутке, она недопустима. Кроме этого, шутка недопустима в ситуациях, когда смех, этот необходимый результат шутки и знак, что шутка удалась, неприличен: в церкви, на похоронах и т. д. Одним словом, там, где не до смеха. Гилберт Кинг Честертон по этому поводу заметил: «Смеяться можно над чем угодно, но не всегда угодно. Мы шутим по поводу смертного ложа, но не у смертного ложа. Жизнь серьёзна всегда, но жить всегда серьёзно – нельзя».

Шутить в ситуации, когда человек вам незнаком и вы не знаете, как он отнесётся к вашей шутке, – себе вредить и выставлять себя, если шутка не удалась, радостным идиотом.

Если человек без чувства юмора, если он воспринимает всё в буквальном смысле, то он не объект для шуток. И поэтому прежде чем шутить, необходимо помнить то, что сказал Жан де Лабрюйер, великий моралист Франции: «Не следует позволять себе даже самую невинную шутку иначе, как с людьми вежливыми и умными». Может, не зря Ф. М. Достоевский как-то заметил, тактично указав на ограниченность людей: «Дурной признак, когда перестают понимать иронию, аллегорию, шутку».

Но может оказаться и так, что шутка будет не к месту из-за состояния человека. Трудно представить человека, радующегося шутке, если в это время у него кошки скребут на душе из-за неурядиц на работе или дома. Шутка может превратиться в издевательство, если она осуществляется в присутствии лиц, от которых зависит объект шутки или имеется какое-либо неравенство. Не обязательно это должны быть отношения «начальник – подчинённый». Зависимость и неравенство могут быть любые: психологические, физические, эмоциональные, экономические, властные. Шутить над хромым может только хромой. Шутить над подчинённым может только руководитель, а подчинённый может только тогда, когда ему терять нечего. Непедагогично шутить над учениками учителю в школе. Не воспринимается шутка, если она затрагивает какие-либо ценности личности: веру, убеждения, национальность, друзей.

Недопустимыми шутками являются такие, которые унижают человеческое достоинство. Шутки типа «у тебя мать умерла, дом сгорел» и тому подобные недопустимы в любых случаях. Дальнейшие оправдания такого умника: «Что тут особенного, я пошутил» – могут раздаваться уже вслед уезжающей «скорой помощи», увозящей объект шутки с обширным инфарктом.

Шутка должна использоваться с учётом ситуации. Так, она неуместна на последнем этапе деловых переговоров, когда всё внимание сосредоточено на результатах встречи, и вполне уместна для участников «мозгового штурма».

Необходимым элементом шутки, её заключительным аккордом, если объект шутки сам не догадался о розыгрыше и воспринял её как правду, является признание шутника в обмане сразу же после реакции объекта шутки.

Недопустимы шутки-глупости и жестокие шутки.

При ремонте автомашины, стоящей на домкрате, наставник-слесарь пошутил над своим учеником, попросив его подлезть под машину за гаечным ключом. Когда парнишка был под машиной, он выбил домкрат, и парнишка был доставлен в больницу с переломом позвоночника.

Пример жестокой шутки. С целью проверить верность, не откажется ли любимая жена от него, боевой солдат пишет ей из госпиталя, что остался без рук и ног.

Приведём пример-анекдот такой глупой и жестокой шутки. Приходит мамаша домой, а сынок ей кричит с порога:

– Мама! Мама! Наш папа на балконе повесился!

Бедная женщина со всех ног – на балкон, а там никого нет. Сынуля смеётся:

– Первый апрель – никому не верь! Он в кухне висит!

Но шутка может иметь неприятные последствия для самого шутника. Ещё до новой эры такой пример привёл мудрец Эзоп в басне «Пастух-шутник».

Пастух выгонял своё стадо от деревни подальше и частенько развлекался вот таким образом. Он кричал, будто волки напали на овец, и звал сельчан на помощь. Два-три раза крестьяне пугались и прибегали, а потом возвращались домой осмеянные. Наконец волк появился в самом деле: он стал губить овец, пастух стал звать на помощь, но люди подумали, что это его всегдашние шутки, и не обратили на его крики никакого внимания.

Я сам был очевидцем вот такого случая. На вокзале пассажиры ждали прихода поезда. Неожиданный крик привлёк внимание ожидавших. Оказывается, мужчина неслабого телосложения, почувствовав, что к нему в карман лезет вор, не оборачиваясь, бьёт карманника. А на месте злодея была его жена, неудачно пошутившая над мужем.

Шутка может превратиться в уголовно-наказуемое деяние, когда она перерастает в хулиганство в форме телефонного терроризма. «Шутники» «закладывают бомбы» в школах, магазинах, вокзалах и прочих местах массового нахождения людей, поднимая на ноги медицинские службы, пожарных, милицию, ФСБ и внося беспокойство и страх в сердца людей, волей «шутника» оказавшихся заложниками великовозрастных школят, уставших от занятий, алкоголиков, которых после возлияний тянет на подвиги, людей, обиженных жизнью и желающих выместить свою злобу на других. Такие «шутки» дорого обходятся обществу, в связи с чем статья 207 УК РФ за заведомо ложное сообщение о готовящихся взрыве, поджоге или иных действиях, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, предусматривает различные меры наказания, вплоть до лишения свободы на срок до трёх лет.

3. Инструменты обмана

Как и любой способ деятельности, обман должен иметь для своего осуществления определённые инструменты, пользуясь которыми обманщик может создать у адресата обмана ложную картину действительности, которая, вводя в заблуждение, заставила бы его действовать так, как нужно обманщику. Таких инструментов у обмана много. Но самый известный – это мир знаков – тот мир, который создал человек, чтобы облегчить себе жизнь. Ни одно живое существо на земле, кроме человека, не выстраивает между собой и природой символическую среду в виде знаков. К этому миру принадлежат естественные и искусственные языки, денежные и дорожные знаки, ордена и медали, форменная одежда и знаки различия на ней, даже гербы и флаги – всё то, что отражает что-либо и этим чем-либо не является. Каждый понимает, что слово «дом» не есть сам дом, что денежная купюра – это бумажка, обозначающая отношения между людьми, что ордена и медали – это не металлические побрякушки, а знаки отличия, которыми отмечают некоторых из нас за заслуги перед государством. Как язык через ложь, так и другие знаки можно использовать как инструмент обмана тогда, когда они применяются не по своему прямому, истинному назначению.

В большинстве своём обман осуществляется с помощью лжи, не только как основного инструмента обмана, но и как единственного его элемента, особенно на уровне житейского общения, когда люди говорят не то, что воспринимают, чувствуют, думают и знают, а совершенно другое, высказывают неправду, для того чтобы ввести человека в заблуждение, создать неверное представление о действительности, создать ошибочное мнение о чём-либо и использовать их, эти неверные представления, в своих корыстных целях. Рассмотрению лжи как инструменту обмана посвящена глава II.

Обманывать, как уже отмечалось ранее, можно разными способами. В частности, такими как:

1) «обман ролью», когда обманщик выдаёт себя за милиционера, священника, нищего, работника собеса, когда он подделывается под тех, кто популярен, строя из себя демократа, аристократа, христианина;

2) «обман событиями», которые инсценирует обманщик, – аварию, несчастный случай, кражу, нападение;

3) «обман состояниями», когда воспроизводят внешние проявления и признаки соответствующих состояний и свойств, для них нехарактерных в противовес истинным. Сюда относятся случаи, когда люди прикидываются спящими, больными, усталыми, обиженными, оскорблёнными, непонимающими, глухими, слепыми, хромыми, картавыми, любящими, неравнодушными, добрыми, трезвыми или, наоборот, – пьяными. Сюда же относится симуляция, заключающаяся в имитации болезни или отдельных её симптомов. Её мотивами могут быть получение определённых льгот, уклонение от исполнения обязанностей и избегание ответственности, стремление привлечь к себе внимание, вызвать жалость и т. д. Здоровый симулирует болезнь, чтобы получить больничный лист или инвалидность и на её основе пенсию. Ребёнок симулирует недомогание, чтобы не делать уроки и не ходить в школу или, может быть, чтобы вызвать жалость у родителей. Военнообязанный симулирует болезнь, чтобы избежать призыва в армию. Преступник косит под психического больного, чтобы избежать уголовного наказания, и т. д.

Интересный пример обмана такого рода приводит профессор П. В. Симонов:

«На всю жизнь я запомнил тщедушного мальчишку, с которым предпочитали не связываться отборные силачи нашего класса. “Уйди, покалечу, – вопил он во время драк, зажав в руке булыжник, – я за себя не ручаюсь”. – “Псих, – говорили о нём ребята, – убьёт и отвечать не будет. У него справка из психоневрологического диспансера”. А “псих” бесчинствовал. Ему ничего не стоило оскорбить учителя, швырнуть книгой во время урока в классную доску. Когда приходили завуч или директор, “псих” начинал трястись, плакать, продолжая выкрикивать бранные слова, немыслимые в присутствии взрослых. Почему-то его не исключали, и каждый новый скандал только усиливал ореол исключительности этого малолетнего тирана. Однажды к нам в класс пришёл новичок. Он не был ни смелее, ни крепче других, он просто не знал, что в классе есть “псих”. В первой же стычке, когда скандалист выхватил перочинный нож, новичок вывернул ему руку и деловито стал возить “психа” носом по крышке парты. Потом повернулся спиной и, не оглядываясь, пошёл на своё место. Класс замер: сейчас произойдёт непоправимое, “псих” ударит новичка ножом… Но этого не случилось. Жалкий и растерянный, гроза школы сидел за партой, хлюпал носом и выкрикивал угрозы, в которые не верил сам…» (Симонов П. В. Болезнь неведения. – М., 1967. – С. 7).

Возможно также поведение, противоположное симуляции, – диссимуляция, при которой человек скрывает симптомы болезни, которые создают объективно или субъективно неприемлемые для него ситуации.

Человеку необходимо выписаться из больницы.

Врач, к которому он обратился с просьбой о выписке, спрашивает его: «Больной, как вы себя чувствуете?»

Пациент: «Прекрасно, доктор». А на самом деле сердце жмёт, и под лопаткой слева колет, но как нужно на работу! И уходит он из больницы, чтобы вскорости вернуться обратно.

Или ситуация при прохождении периодического медицинского осмотра, которому подвергаются лица вредных и опасных профессий: водители транспорта, электрики, газовики, верхолазы, шахтёры и многие другие. «Что-то не то со здоровьем, но до пенсии всего год осталось, потерплю, а там видно будет», – думает работник и лжёт, что всё в порядке.

Мы осудим его? Мы – возможно, а он себя? Необходимость? Что заставляет его рисковать здоровьем или даже жизнью? Он выбирает, и Бог ему судья.

Одна из разновидностей «обмана ролью» – приписывание человеком себе такой социальной роли,[3] которая на самом деле ему не принадлежит.

Исполнение различных ролей – это естественный и необходимый способ поведения людей в зависимости от их статуса или позиции в системе межличностных отношений. Обман же ролью осуществляется тогда, когда человек выдаёт себя за другого, приписывает себе статус и качества, которыми он не обладает. С начала 90-х годов мы могли не раз наблюдать, как притворяются, подделываются, перекрашиваются, маскируются под демократа, аристократа, христианина лица, не являющиеся таковыми. Особенно ярко это проявляется в массовом порядке среди политиков, которые поворачиваются туда или сюда, в зависимости от того, куда дует ветер, чтобы он только не дул в лицо.

Обман ролью – любимый приём всевозможного рода мошенников, авантюристов, аферистов и проходимцев. Вспомним бессмертного Остапа Бендера, литературного героя из «Двенадцати стульев» Ильфа и Петрова. Бендер выступает то инспектором пожарной охраны, то гроссмейстером, то сыном предводителя дворянства, то женихом мадам Грицацуевой, то доверенным лицом отца русской демократии и особы, приближенной к императору.

В своё время бродили по Руси юродивые – глуповатые, психически больные люди, которым людская молва приписывала дар прорицания. Попадались среди них и лжеюродивые, прикидывающиеся дурачками, невменяемыми, обиженными судьбой нищими, вызывающими у людей жалость и неплохо спекулирующими на ней. Приведём описание такого лжеюродивого, Ксенофонта Пехорского, донесённое до нас из XIX века знатоком народной русской культуры и быта И. Г. Прыжовым:

«Он был крестьянин, жил работником на постоялом дворе и, соблазнённый примером Ивана Степаныча, променял труды, хотя тяжёлые и неприбыльные, но честные, на лёгкое и выгодное, но подлое добывание денег юродством. Сметливый мужик, он понял, как и чем можно действовать на людей. Здоровый человек лет тридцати, он вдруг предстал болящим, постящимся, стал ходить босиком с большою палкою в руках, с непокрытою головою и начал говорить тёмные речи, вполне уверенный, что на его век станет дураков, которых бы он руководствовал на пути к спасению.

Из деревни он пришёл в Москву, а тогда в Москве было холерное время, в которое чернь особенно падка на таких фокусников. И начал он лжеюродствовать. Водки не пил, по ночам читал книги и в речи свои вставлял тексты из писания; чаю пил мало, да и то не иначе, как с деревянным маслицем от лампадки, смотрел вниз, вздыхал и с горничными не заигрывал, как обычно делают все лжеюродивые, одним словом, выдержал себя, как следует быть смиренному человеку. Раза три он ходил на богомолье, собрав предварительно деньги на вспоможение скитам и монастырям; но так как у него, по случаю, карманы были очень длинны, то и неудивительно, что набранные деньги и оставались там навсегда… Промыкав такую жизнь года с три и видя, что холера прошла и доходов становится всё меньше и меньше, отец Ксенофонт решился раз пересчитать свою казну, нашёл в ней тысчонку-другую и, подумав маленько, в одно прекрасное утро скинул с себя послушническое платье и оделся опять мужиком. Теперь он прасол, женился и живёт припеваючи, рассказывая под весёлую руку о своих похождениях между московскими купчихами и барынями, величая каждую по имени, отечеству и призванию» (Прыжов И. Г. История кабаков в России. – М., 1992. – С. 348).

Обман ролью осуществляется также в случаях выдачи себя за другую конкретную, обычно весьма известную личность. Достаточно вспомнить целую галерею самозванцев, претендующих на российский престол. Был и Лжедмитрий I – Гришка Отрепьев, выдававший себя за сына Ивана IV – царевича Дмитрия. Был и Лжедмитрий II. Было множество Лжепетров третьих, пытавшихся отобрать российский престол у Екатерины II. Не погнушался использовать этот способ для укрепления своего влияния в массах и Емельян Пугачёв, выдавая себя за очередного Петра III.

Современный мошенник, чтобы представить себя в другой, чужой социальной роли, поднять свой статус, которым не обладает, надевает ордена и медали, которые не заслужил, а приобрёл на рынке, надевает форму, подобающую для запланированной аферы, обзаводится фальшивыми документами: паспортом, удостоверением, свидетельством, дипломом, лицензией, справкой и т. д. Поэтому неудивительно, что государство предусматривает уголовную и административную ответственность не только за использование официальных документов, но и за их подделку, изготовление и сбыт, а также за использование и изготовление государственных наград, печатей, штампов, бланков.

Приведём пример обмана ролью «чекистов», орудовавших в Москве и Московской области.

К господину с деньгами, законное происхождение которых он объяснить не мог, подъезжал внушительный джип, сидящие в нём предъявляли жертве удостоверения сотрудников ФСБ и увозили перепуганного бедолагу на какую-то загородную дачу. Причём по пути всегда усиленно пользовались рацией: «Товарищ генерал, задание выполнено!». Подобные переговоры ещё больше добивали жертву.

На даче в присутствии липового генерала СВР, одетого в настоящую форму, начинался самый ответственный момент обработки клиента. Ему сообщали, что спецслужбы выполняют решение правительства о возвращении незаконно отправленных за рубеж денежных средств. И что существует секретное постановление Совета безопасности, разрешающее спецслужбам даже убивать нечистых на руку коммерсантов. Когда гибель, казалось, была неминуема, махинаторы протягивали жертве «руку помощи» – предлагали в течение 24 ч перевести на указанный счёт или уплатить наличными 75 тыс. долларов. А заодно брали у него подписку о готовности содействовать спецслужбам. Человек с радостью на всё соглашался и ещё считал, что легко отделался.

А вот более свежий, современный, по-своему уникальный случай обмана ролью, который приводит газета «Комсомольская правда» за 22 ноября 2002 года, описывая похождения трёх близнецов из Чувашии. Были они так похожи, что родная мать путала их – кто Владлен, кто Роман, а кто Руслан. Братья рано поняли, как можно извлечь из этого выгоду для себя. Например, школа: милое дело – задурить головы учителям! Рома по математике и русскому языку лучше всех рубил, отметки на троих зарабатывал. Руслан нормы по физкультуре за себя и братьев сдавал. Всё у них поровну. Через некоторое время братья-близнецы приладились воровать. Дорога известна, и ни один из них её не миновал. Первый раз, в 1992 году, Руслан был осуждён за кражу и отбывал в краях не столь отдалённых свой срок. К нему на свидание приехал Роман. Руслану пришла мысль поменять свою неволю на свободу брата, временно, разумеется. Рассчитывали, что Руслан чуть погуляет, отдохнёт от зоны и сменит Романа. Замена прошла успешно, и Руслан стал Романом. Для начала Руслан снял со сберкнижки Романа 200 руб. Дальше – больше: сошёлся с девушкой Романа. Та не сразу поняла, что произошла подмена. А когда поняла – что ж, размен-то равноценный… Когда пришло время вклеивать в паспорт вторую фотографию (после 25 лет), Руслан вклеил в паспорт Романа свою. В 1993 году Руслан попался на разбое. При себе – паспорт Романа. Под именем брата пошёл в зону на девять лет. Тем временем настоящий Ромка досиживал срок «в шкуре брата». Для других осуждённых и граждан-начальников он был Русланом Дубининым целый год, один месяц и 22 дня, которые не досидел настоящий Руслан. Вышел Роман и узнал, что Руслан опять на зоне под его, Романа, именем. Мать уговаривала его поменяться именами, но он не послушался её. Взявшись за старое, Роман, оттрубив на зоне три года под именем брата, вернулся на родину, где вскоре опять за воровство попал за решётку, и опять под именем Романа.

Ещё один пример о мошеннике в рясе («Московский комсомолец» за 8 августа 1998 года). С осени 1994 года в приёмные руководителей различных городских фирм и предприятий Санкт-Петербурга зачастил представительный осанистый мужчина в священнической рясе и с крестом на груди. Представляясь «референтом митрополита иеромонахом Владимиром Валаамским», он просил под разными предлогами оказать благотворительную помощь Церкви: от восстановления храмов и обеспечения едой и одеждой воспитанников монастырских школ до сервировки торжественных банкетов прибывающих в Петербург с визитами различных иерархов как Русской, так и зарубежной Православных Церквей. «Отец Владимир» просил оказать Церкви не только денежную помощь, но не брезговал и предложенными ему товарами: продовольственными и промышленными. Из тридцати его обращений в разные организации прокол у него вышел только в одном месте – на комбинате пищевых продуктов, где Рудневу отказали в выделении «для стола митрополита» 60 бутылок ликёра и 20 бутылок водки. Во всех остальных случаях проблем не возникало, хотя «батюшка» порой и вызывал подозрение шедшим от него запашком спиртного, чрезмерно бегающими глазками, а также странным видом его бомжеватых помощников. Среди поживы мошенника были и бакалейные товары, и сладости, и свежемороженая рыба, и овощи, и прохладительные напитки, и детские игрушки… На некоторые предприятия Руднев обращался не по одному разу и неизменно получал требуемое. Руднев использовал подложные документы: бланки канцелярии митрополита Петербургского и Ладожского с поддельными печатями и угловыми штампами. Подписи иерархов мошенник подделывал тоже собственноручно.

Существуют и социально оправданные, общественно полезные случаи обмана ролью. Не обойтись без этого разведчику в стане чужого государства, когда он скрывается под личиной секретаря посольства или корреспондента иностранной газеты (нелегал дела). Разведчик может быть нелегалом личности, если он скрывает своё истинное лицо, когда он из Петрова на своей родине превращается в мистера Виссона в чужой стране. Часто эти две формы совмещаются, что требует от разведчика большого искусства конспирации, целью которой является ежечасное сокрытие всего того, что характеризует подлинную личность, и выдача за настоящее всего, что именуется легендой.

Обманывают сокрытием своей деятельности всевозможные властные структуры. Так, скрывают своё истинное лицо секретные фигуранты ФСБ и МВБ, к которым относятся осведомители, называемые шпиками, сыщиками, информаторами, секретными агентами, агентами-провокаторами, шпиками-подстрекателями. Осведомители – это лица, как правило, выходцы из преступной среды, связанные с органами и скрывающие эту связь. Секретные агенты, являясь кадровыми сотрудниками силовых структур, внедряются в преступную среду с соответствующими легендами и фальшивыми документами, конспиративными квартирами, превращаясь временно в воров, бандитов, торговцев наркотиками и т. д. К провокаторам относятся как первые, так и вторые, которые, выполняя задания милиции и ФСБ, с целью добывания нужной этим органам информации втягивают людей в уголовно-преступные деяния. Одну из разновидностей агентов, добывающих информацию подобным образом, называют подсадными утками. Эти лица, выдавая себя за подследственных и втёршись в доверие к объектам внимания работников правоохранительных органов, выпытывают интересующую их информацию. На языке Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности РФ» такое мероприятие называется оперативным внедрением.

К обману ролью можно отнести и деятельность различного рода шарлатанов, выдающих себя за различного рода специалистов, не обладающих соответствующими знаниями, навыками, опытом и полномочиями. Особенно серьёзно необходимо относиться ко всякого рода знахарям, прикрывающим своё невежество народной мудростью веков. В самой природе знахарство, шаманство и другие виды народной медицины основаны на секретах, озарениях и «откровениях» врачевателей, которые не могут быть наблюдаемы со стороны, проверены объективными научными методами и процедурами, не могут быть объективно подтверждены или опровергнуты, что создаёт благоприятную почву для обмана.

Закон ставит заслон перед шарлатанами от медицины не потому, что государство не признаёт опыт народа, а потому, что за личиной истинного знатока народного опыта часто стоит мошенник. Опасность знахарства даже не в том, что оно очищает кошельки страдающих, а в том, что, не осуществляя объективно лечение больного, оно отвлекает его от своевременного лечения и приводит к той черте, за которой лечение уже бесполезно.

Обманывать может и профессия человека, заключающаяся в той социальной роли, которую он играет. Она может подтверждаться дипломом, но имеющий его не обладает соответствующими знаниями и умениями. Обманывает пациента врач, клиента – адвокат; дети – родителей, так как попали в институты за их деньги и не учились, а «отсиживали» там; любые люди, не имеющие знаний по своей профессии, но делающие вид, что исполняют эти обязанности. У них есть неподдельные дипломы по форме и фальшивые по существу.

Обманывать может и возраст. Входя в общение с человеком, мы вправе ожидать от него поведения, соответствующего его возрасту. Но… в жизни вокруг нас всегда достаточно много взрослых, которые ведут себя так, как будто бы им 20, 15, а то и 10 лет. «Впал в детство», – говорят в таких случаях. Главный принцип избежать обмана возрастом заключается в понимании, что быть человеком взрослым не означает быть зрелой личностью. Пословица «жизнь прожил, а ума не нажил» довольно точно отражает несоответствие возраста ожидаемой от пожилого человека мудрости.

Обманывают предметами, представляя их такими, какими они должны быть на самом деле, но каковыми не являются или по качеству, или по свойствам, или по количеству.

Обманывает всё, что имеет сходство с оригиналом, но таковым не является. Предметы, которые выдают за подлинные, носят самые различные названия: подделка, фальшивка, бутафория, имитация, пустышка, подлог, кукла, плацебо.

Способом обмана также является камуфляж, цель которого – сокрытие каких-либо признаков объекта или самого объекта, делая его неотделимым от чего-либо другого, незаметным на фоне окружающей обстановки или неправильно воспринимаемым, не представляющего опасности для жертвы обмана в противоположность того признака или объекта, который опасен для неё. Камуфлируют, иначе – маскируют, одежду военнослужащих, танки, орудия, здания и т. д. окраской, соответствующей окружающей обстановке с различными по конфигурации пятнами, полосами и разводами.

Подделывают денежные знаки, драгоценности, произведения искусства. Состоятельным любителям старины предлагают иконы Андрея Рублёва, «подлинники» картин Рубенса, Айвазовского, Поленова, часы Буре, «драгоценности» фараонов из «египетских пирамид» и многое-многое другое, что пользуется спросом.

С момента появления денег и до наших дней существовали люди, подделывающие денежные знаки. Фальшивомонетчиков не останавливали даже жесточайшие меры по борьбе с этим видом фальсификации: лишение жизни через повешение и бросание в кипяток в Средние века и пожизненное заключение в наше время. Баловались этим и коронованные особы и правительства.

Французский король Филипп IV даже в историю вошёл с прозвищем «король-фальшивомонетчик». Английский король Генрих VI выпустил целую партию медных монет под видом серебряных. В германских государствах начала XVII века князья, фальсифицируя монеты, отказывались, как правило, принимать в уплату налогов и пошлин собственные деньги, а требовали монеты прежних выпусков.

Наполеон Бонапарт для ослабления экономики противника организовывал подделку австрийских бумажных денег и разменной монеты, английских банковских билетов и русских ассигнаций. Гитлеровская Германия широко использовала изготовление фальшивых купюр не только своих противников, но и союзников. На поток было поставлено изготовление американских долларов, английского фунта, русского рубля. Во время Великой Отечественной войны на территории нашей страны было распространено такое количество фальшивых денег, что это стало одной из причин проведения денежной реформы в 1947 году.

Не брезговала этим и наша страна. Из книги «Роковые иллюзии» (авторы О. Царёв и Д. Костелло), написанной по архивным материалам КГБ, мы узнаем, что в Москве было напечатано более 10 млн фальшивых долларов США. В заключение напомним, что искусство российских фальшивомонетчиков постоянно вызывает восхищение сотрудников МВД и ФСБ, о чём всегда надо помнить при общении с денежными знаками.

А разве выпуск ассигнаций, не обеспеченных ресурсами государства, не является фальсификацией благополучия государства? Дело в том, что человек, видя перед собой, например, 100-рублёвую банкноту, предполагает, что за нею стоят вполне реальные, хотя и недоступные, ценности государства и что он может в любое время, подчёркиваем, в любое время, приобрести за неё соответствующий товар. Но государство, имея в своих закромах неизменное, а то и меньшее количество ценностей, выпускает деньги, за которыми ничего нет, тем самым обесценивает те, которые имеют определённую стоимость. Рынок, то есть то пространство, где обращаются деньги, немедленно реагирует на это повышением цен на товары, стараясь сравнять реальную стоимость товаров с реальной наличностью рубля. Таким образом, возникает девальвация денег, что влечёт, в свою очередь, инфляцию. Возникает инфляционная психология – неверие правительственным заверениям, что цены не будут расти, заставляющая принимать меры, предупреждающие возможные потери при дальнейшем повышении цен.

Рассказ о фальшивомонетчиках занял бы не одну страницу, поскольку развитие множительной техники и снижение требований к квалификации «специалиста» создали весьма благоприятные условия для распространения этого вида промысла, чем и пользуются злоумышленники.

Поскольку фальсификация требует профессиональных знаний и умений, а при подделке произведений искусства незаурядного мастерства и даже таланта, многие фальсификаторы были не только заключенными, но и знаменитостями в своей области подделок. И несмотря на суровость властей к фальсификаторам, этот метод обмана не теряет своей привлекательности для любителей лёгкой наживы, людей одарённых и энергичных. Многие из них этим ремеслом оставили даже свой след в истории человечества. Достаточно вспомнить братьев Гохман из Одессы, торговавших «подлинниками» античной культуры, гениального фальсификатора – итальянского скульптора Альчео Доссена, удостоенного эпитетами своими современниками «великий» и «гениальный». Иногда дело доходило до курьёзов, как в случае с нидерландским художником, картины которого продавались дороже тех оригиналов, которые он подделывал.

История похожа на захватывающий детективный роман, сочинённый только при очень богатом воображении. В 1945 году в Амстердаме был арестован художник Ван Меегерен. Ему предъявили обвинение, что он в обход законов страны в 1943 году продал рейхсмаршалу Генриху Герингу картину художника Яна Вермеера Дельфтского «Христос и грешница». Геринг заплатил за неё более миллиона гульденов. Ван Меегерену светил вдали длительный тюремный срок. Понимая это, он вдруг признался, что продал не подлинный шедевр, а подделку, выполненную собственными руками, и что подобных подделок он изготовил не один десяток. Чтобы проверить эту версию, Ван Меегерена изолировали в собственной мастерской, где постоянно дежурили полицейские. Для экспертизы он выбрал одну из картин – полотно Вермеера «Христос среди учителей», подделанное им в своё время шесть раз. Именитой комиссией специалистов по подделкам было признано, что Ван Меегерен может быть автором фальшивых Вермееров. Затем такая же авторитетная комиссия, изучив шесть «Вермееров» и двух «де Хохов», пришла к выводу, что Хан Ван Меегерен действительно является автором этих подделок! Самое удивительное в этой истории то, что устанавливалась не подлинность картин, приписываемых художникам прошлого, а подлинность подделок!

Ещё пример великой мистификации XIX века, вошедшей в историю и ставшей прообразом романа Альфонса Доде «Бессмертный». Это было так называемое «дело Врэн-Люка». Член Французской академии Мишель Шале приобрёл «подлинники» записок, писем, рукописей, научных трудов, трактатов и других документов великих мира сего. Одно перечисление этих имён приводило в изумление: Овидий, Сократ, Платон, Пифагор, Коперник, Декарт, Леонардо да Винчи, Рафаэль, Александр Македонский, Цезарь, Нерон, Пётр I, Екатерина II и многие другие. Были даже письма проповедников к Иисусу Христу. Все эти документы, а их было ни много ни мало 27 тыс., ему всучил за 150 тыс. франков рядовой переплётчик Врэн Люка. Это был великий фальсификатор, но и он был разоблачён, несмотря на применение особых чернил и специальных методов обработки бумаги, чтобы она приобрела вид старинной, довольно прозаично: все манускрипты были изготовлены на бумаге, изготовленной в 1836 году, когда должны были быть выполнены на пергаменте, да и грамматических ошибок и лексических несоответствий было предостаточно.

Приведём ещё один пример фальсификации печатной продукции, содержания того, что там напечатано. Йоркский бизнесмен Ф. Л. Коффман издал «пособие» для кладоискателей – «Атлас сокровищ», в котором «указано» местонахождение более трёх тысяч затонувших судов с кладами. Эту фальшивку без сомнения можно причислить к фальшивкам высшего пилотажа, поскольку никто из американцев, воспользовавшихся этим атласом, не разбогател. Но их страстное желание разбогатеть продолжает пополнять карманы Коффмана до сих пор.

Фальсификация может применяться и на государственном уровне. Показной блеск, прикрывающий истинное, неблагоприятное состояние чего-либо, очковтирательство, фальсификация, спрессованные годами в выражение «потёмкинские деревни», возникли, конечно, раньше времени царствования Екатерины II, когда она путешествовала в 1787 году в Крым после присоединения его к России. Её фаворит, генерал-фельдмаршал А. Г. Потёмкин, организовавший эту поездку, по словам современников, с целью показать процветание России, возводил на пути следования императрицы декорации селений, выставлял для её встречи празднично одетых людей, пригнанных из других мест, но выдававшихся за местных жителей, показывал хлебные склады, набитые мешками с песком вместо зерна, перегонял по ночам из одного места в другое одно и то же стадо скота, высаживал на несколько дней «сады», гибнущие после проезда великой особы, построил в Херсоне крепость, не выдержавшую первой же грозы, соорудил корабль, который нельзя было спустить на воду, и т. д.

Эти традиции сохранились и до наших дней. Незадолго до открытия в 1980 году Олимпиады в Москве жителям подмосковного посёлка Дорохово, расположенного по пути олимпийского огня, за счёт поссовета был выдан шифер для ремонта крыш. Шифер выдавался только тем, чьи дома стояли вдоль автострады, по которой должны проезжать гости Олимпиады. Количество шифера также ограничивалось – только на ту часть крыши, которая обращена к дороге («Хроника текущих событий», вып. 57, 1980. – С. 108).

Особенно активно в настоящее время подделываются товары массового спроса населения. Эти предметы фальсифицируют другим продуктом или тем же, но плохого качества, сохраняя только упаковки – вместо чая мусор, мёд, разбавленный крахмалом, парфюмерия, которая не пахнет, водка без этилового пищевого спирта, «святая» вода или «боржоми» из водопроводного крана и т. д. и т. п. Вещи фальсифицируют посредством названий, марок, этикеток, принадлежащих популярным фирмам-производителям. Последние подделываются особенно активно. По данным Торгово-промышленной палаты РФ подделывают табачных изделий – 23 %, безалкогольных напитков – 24 %, лекарств – 31 %, кассет, CD, DVD – 37 %, продуктов питания – 46 %, алкогольных напитков – 47 %, одежды и обуви – 51 % («Российская Газета» от 26 ноября 2003 года).

Обманывают предметами, создающими искажённую действительность имитацией объектов, которых в реальности нет (ложные военные сооружения, подделки под мрамор, красное дерево и т. д.). Такой обман широко используется для введения в заблуждение противника в военном деле. Во время Великой Отечественной войны с гитлеровскими захватчиками строились ложные аэродромы, оборудовались фальшивые партизанские базы, создавались бутафорские танки и орудия, которые не только ставили там, где их должен увидеть враг, но и с этой же целью демонстрировали по железным и прочим дорогам.

Приведём ещё два вида подделок, изготовляемых специально для обмана, один – для мошенничества, а другой – для добродетельного обмана.

«Кукла» – это «пачка» денег, где купюры лежат только сверху и снизу, а внутри – бумага по размерам купюр. «Куклы» делают не только уличные, но и солидные мошенники, наживающиеся на операциях с золотом, делая слиток-«куклу»: сверху и снизу чистое золото, а внутри специальный сплав, не содержащий золота. Выявить такую «куклу» не позволяет даже спектральный анализ, который указывает только на состав верхнего слоя.

Плацебо, от латинского placebo – «буду нравиться», представляет из себя по форме определённое лекарство, не содержащее активно действующего вещества – лекарства. Оно воздействует психологическим путём, исключительно на вере, что это «лекарство» поможет. Если больной возлагает на лекарство большие надежды, ждёт от него избавления от страданий, верит в чудодейственную силу лекарства, то эффект от плацебо всегда налицо. Эффектом плацебо объясняется факт воздействия на больного нового, иностранного и весьма дорогого лекарства. Вспоминается реплика старушки, выходящей из кабинета врача с претензией на выписанные лекарства: «Как же мне помогут эти лекарства, если они отечественные и такие дешёвые». Эффект плацебо основан на внушении, оказываемом преднамеренно или невольно врачом, пользующимся большим авторитетом. Когда больные убеждены в эффективности предлагаемого им лекарственного препарата или предписываемого режима, у них очень часто можно наблюдать желаемые эффекты, хотя на самом деле ни препарат, ни режим никакого действия не оказывают. Можно в этом смысле говорить и о плацебо физиотерапевтических процедур, плацебо операции, плацебо бальнеологии.

Обманывают событиями, которые не произошли, но которые представляются другим как происшедшие. Человек инсценирует аварию, несчастный случай, ограбление, кражу, если он организует эти события таким образом, чтобы другие приняли их за действительно произошедшие. Приведём пример из книги И. Ф. Крылова «Были и легенды криминалистики».

В одном солидном учреждении был обнаружен в бессознательном состоянии ответственный сотрудник. У него были раны на голове и левой руке, а во рту – кляп. По кабинету были разбросаны документы, мебель и даже деньги. По словам пострадавшего, были похищены важные документы. Эксперт, профессор судебной медицины, дал заключение, что потерпевшему причинены телесные повреждения в области головы тупым тяжёлым предметом, а резаные раны на ладони левой руки образовались, очевидно, когда пострадавший, оказывая сопротивление преступнику, ухватился за острорежущее оружие. Но осмотр места происшествия и опрос пострадавшего вызвали сомнение в его правдивости. Была проведена повторная судебно-медицинская экспертиза, а затем комиссионная экспертиза, поскольку первая и вторая экспертизы противоречили друг другу. Было признано, что раны на голове резаные, а не рваные, и нанесены не тяжёлым и тупым предметом, а раны на руке поверхностные, линейные. Дальнейшее расследование установило, и пострадавший вынужден был признаться, что симулировал нападение, чтобы скрыть потерю документов с грифом «секретно».

Человек обманывает не только другого человека, но и себя своими органами чувств, когда он видит, слышит, чувствует не то, что есть, или, воспринимая действительность, искажённо видит, слышит, чувствует то, чего нет.

Обманывает память, выдав не то, что требовалось, или неполностью вспомнив то, что было на самом деле, или же неточно воспроизведя то, что человек воспринял ранее.

Обманывают надежда и ожидания, предчувствия и мечты, если не произошло то, что должно было бы по мнению или желанию человека произойти. Обманывают обстоятельства, события, факты, если они оказались не такими, какими представлялись человеку, и сыграли не ту роль, на которую рассчитывал человек, принимая то или иное решение. Человек говорит, что его обманула погода, когда он, рассчитывая на хорошую, ясную погоду, не взял зонтик.

Обманывают фильм, книга, теле– или радиопередача, которые оказались не такими интересными, как ожидалось.

Обманывают идеи, взгляды и убеждения, руководствуясь которыми человек не достигает того, к чему стремился, и не получает того, на что рассчитывал.

Обманывают лозунги:

• «Вперёд к победе коммунизма!» И люди идут к нему, не оценивая прошлое, не видя настоящего и не задумываясь над будущим;

• «За свободу!» И люди выходят на улицу, слабо представляя себе, что это такое и какая свобода нам нужна, для чего и от чего.

Обманывают приборы, неправильно указывающие измеряемую величину – вес, температуру, уровень радиации, расход и т. д. Обманывают часы, показывая неправильное время.

Даже природа «обманывает» нас, подсовывая для продолжения человеческого рода любовь, чувства, а не разум, который, как она «полагает», не гарантирует решения этой задачи, «считая», что он весьма ненадёжен.

Мы не рассматриваем здесь обманные движения в спортивных играх, называемых финтами, ложное маневрирование и манипуляции, применяемые игроками в соревнованиях, поскольку такие хитрости разрешены правилами, узаконены. Эти правила обязывают всех участников игр строго их соблюдать, что даёт игрокам равные шансы на выигрыш, на победу, без учёта, конечно, интеллекта, опыта, физической подготовки и его величества случая.

Человек обманывает не только другого, не только себя, но и животных. Охотник обманывает утку, звуком манка имитируя её крик. Заманивает мышей в мышеловку запахом «бесплатного» сыра. Животные обманывают своих врагов: человека и других животных, чтобы спастись. Приведём несколько примеров такого их поведения.

Заяц-русак. Коренной житель России. Браться разыскать его по следам, оставленным на снегу, – дело безнадежное. Погуляв и покормившись на поле, он уходит в глубину оврага или чащу кустарника, уходит, круто поворачивая и прыгая в стороны. Его путь никогда не прямолинеен.

Так называемый резиновый удавчик, живущий в западных штатах США, – совершенно безобидное существо, хоть и родственник гигантским и очень опасным удавам, при опасности скручивается в шар, пряча под тело голову, а сверху выставляя кончик хвоста. На него, принимая за голову, и нападают враги.

Другая, также безвредная свиноносая змея встречает агрессора с напускной храбростью: она раздувает тело, угрожающе раскрывает пасть, вибрирует хвостом и шипит. Если обман не удаётся, змея переворачивается на спину, широко раскрывает пасть и притворяется мёртвой. Подняв голову, змея проверяет, ушёл ли враг. Если опасность не исчезла, она вновь опрокидывается на спину и всем видом показывает, что она мертва.

«Хитрость» у животных явилась результатом многотысячелетней приспособляемости к среде обитания всех предыдущих поколений животных, переданной по наследству в виде инстинктов. Если уж животные хитрят со своими врагами, то человек, обладая второй сигнальной системой, имеет значительно больше возможностей хитрить с главным объектом своей среды обитания – человеком. Так может быть обман – это способ приспособления человека к социальной среде обитания и поэтому – постоянный спутник человека?

Есть ещё один инструмент обмана – цифра. Человек, чтобы выразить количественное разнообразие мира, изобрёл знак, назвав его цифрой, который сам по себе только математический символ количества. Если цифра характеризует какой-либо процесс, явление, объект, то она уже не цифра, а сведения, подтверждённые числовыми, количественными, конкретными данными, а это уже информация, которой можно оперировать. А простор для манипулирования цифрами весьма широк.

Одним из распространённых способов обмана с помощью цифр, применяемого чиновниками, является сообщение относительных, а не абсолютных цифр, характеризующих то или иное явление, событие, факт.

Рассмотрим такой пример. Средняя зарплата по стране – 500 руб., средний возраст населения страны – 58 лет (цифры взяты условно). Что это значит? Даже из того факта, что средняя зарплата и средняя продолжительность жизни по сравнению с предыдущим годом повысились, вывод, что жить в стране стало лучше, будет ошибочным. Почему? Из средних данных нельзя сделать вывод о нижних и верхних показателях рассматриваемой зависимости, а также о том, как количественно и качественно распределяется эта зависимость. Средняя цифра должна быть мерой определённого свойства качественно однородных единиц, а этого-то при использовании средних чисел и не происходит. До каких нелепостей можно дойти при неправильном, ненаучном применении средних данных, если не интересоваться существом тех явлений, для которых эти средние исчисляются, продемонстрировал Глеб Успенский в рассказе «Четверть лошади»: «В деревне Присухине… школа имеет 30 учеников, в деревне Засухине – 20, а в деревне Оплеухине – всего два ученика… Из этого, извольте видеть, следует такой средний вывод, что средним числом на школу – по 17 человек и ещё какой-то нуль, да около нуля какая-то козявка… Это всё равно, ежели бы я взял миллионщика Колотушкина, у которого в кармане миллион, присоединил бы к нему просвирню Кукушкину, у которой грош, так тогда в среднем выводе на каждого и вышло бы по полумиллиону». Рассмотрим пример. В городе с населением 200 тыс. человек продано 320 млн сигарет. На каждого жителя в среднем приходится в день


Основная причина несостоятельности оперирования средними цифрами состоит в том, что мы сопоставляем количество проданных сигарет с общим числом жителей города, а не с числом курильщиков, то есть принимаем неоднородную для данной цели исследования совокупность. В неё входят и все некурящие взрослые, и младенцы, что, безусловно, уменьшает среднее количество сигарет, приходящееся на курящих. Поэтому-то и нельзя делать какие-либо серьёзные выводы на основании средних данных.

Сбербанк объявляет, что в связи со сложившейся временно обстановкой процент по вкладам уменьшается на 20 %, но через квартал процент на вклады снова возрастает на 20 %. На первый взгляд, ситуация с процентами через квартал возвращается к прежнему уровню. Проверим. Если процентная ставка была 50 %, то при её снижении на 20 % она будет составлять 40 %. При повышении ставки через квартал на 20 % она будет составлять 48 %, а не 50, как было ранее. В чём же дело? За основу первоначального уменьшения процентной ставки взята ставка в 50 %, а при повышении взята ставка в 40, а не 50 %.

Ещё пример. Если администрация предприятия увеличила зарплату рабочим на 100 %, а затем уменьшила на 50 %, то зарплата вернётся к прежнему уровню. Утверждение администрации, что она всё же повысила зарплату на 50 %, будет софизмом. Через месяц рабочие сами в этом убедятся, а администрация будет в лучшем случае объяснять, что она ошиблась.

Пример из сферы производства. В Российской Федерации при расчёте коэффициента частоты производственного травматизма, то есть количества травм, приходящихся на тысячу работающих за определённый отчётный период, берётся среднесписочное количество работающих, то есть количество принятых на работу лиц, включая и находящихся в вынужденных отпусках без содержания, и больных. В США травматизм подсчитывается по методике, предложенной Десятой международной конференцией статистиков труда, принятой в 1962 году. В соответствии с этой методикой учитывается чистое время работников, находящихся на работе, то есть в условиях воздействия на них опасных и вредных производственных факторов. Таким образом, коэффициент частоты определяется как отношение числа несчастных случаев к числу отработанных человеко-часов всеми работниками, которые подвергались воздействию опасных факторов в течение определённого периода, не включая сюда потери человеко-часов этих работников от отпусков, прогулов, невыходов на работу по болезни и т. д. Такой подсчёт коэффициента частоты, безусловно, более объективно характеризует уровень травматизма, чем его подсчёт по методике Министерства труда и социального развития Российской Федерации. Действительно, даже при равном количестве несчастных случаев и работающих коэффициент частоты в США будет больше, чем в России.

И последний пример обмана цифрами. На дверях продовольственного магазина висит объявление: «Пенсионерам скидка 5 %». Естественно, что такое объявление вызывает в пенсионерах чувство благодарности к владельцу магазина и желание приобщить его к славной когорте меценатов. Но какова ситуация в действительности? В магазине все продукты дороже, чем в соседних, на 10 %. Таким образом, продавая свой товар со скидкой в 5 %, владелец продаёт его на 5 % дороже, чем в соседних магазинах. Обман рассчитан на отсутствие у покупателей «отжившей» категории граждан информации о ценах в соседних магазинах и чувстве благодарности к этому «меценату» за понимание бедственного положения пенсионера. Стоило бы на дверях и витринах этого магазина вывесить объявление: «Не давайте обмануть себя в других магазинах, покупайте только у нас».

Интересен пример ошибки, которую можно было бы использовать в качестве инструмента обмана. Речь идёт о 2000 годе, который воспринимается благодаря трём нулям как начало столетия и тысячелетия. Но так ли это? Действительно, если считать этот год началом нового столетия и тысячелетия, то необходимо считать 1999 год последним годом столетия и тысячелетия, то есть принять, что в столетии 99, а не 100 лет. Таким образом, 2000 год – последний год уходящего столетия и тысячелетия, а первый год столетия и тысячелетия – 2001 год. Приведём анекдот. Алкаша спросили: «Почему новый век начался с 2001 года, а не с 2000-го?» На что он ответил: «Потому что новый ящик с водкой начинается с двадцать первой бутылки, а на двадцатой заканчивается предыдущий!»

Это только малая толика примеров манипуляций с цифрами. Способов обмана с их использованием очень много. Желающих познакомиться с ними мы отсылаем к учебникам по статистике, хотя, как остроумно заметил по этому поводу Марк Твен: «Существуют три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика».

4. Отражение обмана в языке

Многообразие обмана, его различных форм, инструментов отношений к нему со стороны обманщика и жертвы широко отразилось в языке. Поскольку чаще обман связан с насилием над личностью и утратой ею каких-либо ценностей, он характеризуется жертвой обмана резко отрицательно, как бессовестный, бесстыдный, бесстыжий, вероломный, гнусный, грубый, грязный, демагогический, дерзкий, дьявольский, жалкий, жестокий, злой, злонамеренный, злостный, изощрённый, коварный, лживый, лукавый, мелкий, мелочный, мерзкий, лицемерный, наглый, намеренный, несправедливый, ничтожный, подлый, постыдный, преднамеренный, предумышленный, страшный, унижающий, ужасный, хитрый, чудовищный.

Характерно, что эти оценки жертвами обмана с лёгкостью переносятся и на самих авторов обмана.

Такое же множество определений имеет и сам обманщик: симулянт, провокатор, оборотень, хамелеон, маска, проходимец, льстец, мошенник, авантюрист, аферист, карьерист, лицемер, плут, прохиндей, мерзавец, негодяй, подлец, грабитель, эксплуататор, вымогатель, интриган.

Слово «обмануть» также, как и «обман», имеет массу синонимов, которые кроме коренного значения его как корыстного действия содержат и иные смыслы, определяемые разнообразием жизненных ситуаций, возникающих между индивидуумами и отражающих многоликость этого действа: втереть очки, оставить в дураках, с носом, провести, обвести, бросить, кинуть, надуть, обдурить, одурачить, оболванить, околпачить, обжулить, нагреть, объегорить, облапошить, обставить, охмурить, обштопать, обвести вокруг пальца, обуть на обе ноги, прикинуться (больным, влюблённым, дурачком), притворяться, маскироваться, пускать пыль в глаза, кривить душой, играть комедию, отливать пули, заправлять арапа, морочить голову, напускать туману.

Разнообразна и современная лексика, заменяющая слова «обман» и «обманывать», у различных групп общества, создавших свой собственный сленг.

У молодёжи «обманывать»: петь Алябьева, прогнать балду, вертануть, вешать, гнуть, лепить горбатого, грузить, жбанить мозги, замутить, звездить, пихать ишака, кидать, кинуть, сыпать лапшу, обуть, парафинить, парить, взять на понт, гнать пургу/голландию, туфту (фуфло), тухнуть.

Обманщик: надувала, лгун, гонза, грузин, грузчик, динамо, залетчик, лепила, накольщик, процент, туфтарь, туфогон, туфлогон.

Существует специальный жаргон, применяемый в криминальной среде, который также не обошёл такие понятия, как «обман» и его различные модификации.

Обман– фуфло, фазан, лажа, макли, солнце в мешке, фонарь, шкек.

Обманывать, обмануть: буровить, бросить, выкрутить, гнать пульку, замазать глаза, захер-фокус, крутить, мацать, опорофинить, финтить, раскинуть темноту.

Обманщик: баламут, батало, базарило, бесогон, бурогон, кукольник, рыкло, чернушник.

Ложь: пурга, свисток, свист.

Симулировать: падать на крест, сакать, косить (на цингу, на смуряка), закасить, лашить, восьмерить, гнать гусей, замастырить.

Обман как представление о корыстном действии с различными оттенками отношения к нему как со стороны обманщика, так и со стороны жертвы получил широкое отражение в фразеологизмах, часть из которых мы приводим в каждой главе.

Мы рассмотрели активный обман, при котором обманывающий должен приложить определённые усилия, чтобы представить действительность в искажённом, но в правдоподобном виде, чтобы потенциальная жертва восприняла её как подлинную. Но есть и другой способ обмана – пассивный, при котором обманщик не сообщает то, что должен сообщить, скрывает из соображений безопасности. Такой вид обмана мы рассмотрим в главе III.

5. Высказывания об обмане

Я обманываю, значит – существую.

Приписывают Рене Декарту

Запомни: без обмана и насилия достичь великой цели невозможно.

Джонсон Бенджамин – английский драматург

Все люди рождаются правдивыми, а умирают обманщиками.

Люк Вовенарг

Обманут жизнью был во всём.

И ненавидя, и любя.

М. Ю. Лермонтов

Мир желает быть обманутым, так пусть его обманут.

Павел IV

Ничто так не маскирует человека, как его лицо.

Девиз древнехивинских косметологов

Обман есть осознанная необходимость брать у других на халяву.

Приписывают Карлу Марксу

Обманывая, поднимаясь наверх, помни, что, может быть, тебе придётся спускаться той же дорогой.

Из кодекса альпиниста

Как много нужно сил, чтобы обмануть равного себе.

Из неопубликованного

Обман есть высшее проявление человеческой мудрости, использующее глупость людей на благо людей умных.

Из неопубликованного

Обмануть дьявола не грешно.

Даниэль Дефо

Каждое утро мы раскрываем глаза, как купец – ставни своей лавки, и выставляем себя напоказ, чтобы обманывать ближнего; а вечером снова закрываем их, потратив целый день на обман.

Жан де Лабрюйер

Обманывать и быть обманутым, безусловно, одинаково мерзко, но обманывать всё же приятнее.

Шутка шумерских чиновников

Чтобы не умереть, нужно жить, а чтобы жить, необходимо обманывать.

Приписывают графу Калиостро

За малый обман можно попасть в тюрьму, за большой – в историю.

Из неопубликованного

Искусство требует жертв, а искусство обмана их создаёт.

Из неопубликованного

Если бы обман облагался налогом!

Мечта древнеримского налоговика

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Психология взаимопонимания. Неправда, ложь, обман (В. В. Кузнецов, 2008) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я