Энергия наших мыслей. Влияние человеческого сознания на окружающую действительность
Константин Коротков, 2009

Узкоматериалистическая парадигма науки меняется! Это убедительно доказывает новая книга известного во всем мире ученого, профессора К. Г. Короткова. Представители передовой науки признают существование в природе и человеке духовного начала, независимого от материи, и утверждают, что сознание человека поистине способно творить то, что люди обычно называют чудесами. Энергия, душа, сознание – это и есть основа всех чудес в Космосе, в природе и в человеке.

Оглавление

  • Часть 1. Энергия сознания

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Энергия наших мыслей. Влияние человеческого сознания на окружающую действительность предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

«Много лет размышлял я

над жизнью земной,

Непонятного нет для меня под луной.

Мне известно, что мне

ничего не известно!

Вот последняя правда, открытая мной.

Я — школяр в этом лучшем

из лучших миров,

Труд мой тяжек:

учитель уж больно суров!

До седин я у жизни хожу

в подмастерьях,

Все еще не зачислен в разряд мастеров…»

Омар Хайям

Часть 1

Энергия сознания

Введение

Недавно меня пригласили принять участие в телевизионном «круглом столе», посвященном проблеме лечебных свойств воды. Тема интересная, в дискуссии принимали участие достойные люди, высказывались разные мнения, но один аспект этой передачи показался мне совершенно не к месту. Был показан короткий сюжет о женщине, которая лечит различные болезни, заговаривая воду. Она сама присутствовала в студии. Ведущий и журналист-скептик начали нелицеприятно нападать на эту женщину, всячески убеждая телевизионную аудиторию, что перед ними очередной маг-шарлатан. Один из вопросов, заданный ей ведущим, был следующим:

— Вы хоть ведете учет принимаемых пациентов? У Вас есть хоть какое-то медицинское образование?

— Естественно, — ответила женщина. — Я врач, много лет проработала в хирургии, во многом разочаровалась и вернулась к практике целительства, которой занимались и моя бабушка, и прабабушка. Они все лечили больных травами и заговоренной водой. Кстати, моей бабушке 102 года, она в полном уме и здравии, живет с нами и еще занимается хозяйством.

Такая информация не укладывалась в схему разоблачения шарлатанства, и ведущий оперативно переключился на другой сюжет.

Почему же эта тема возбуждает столько разговоров, такой интерес и столь противоречивое отношение? От яростного отрицания до слепого поклонения. Давайте попытаемся разобраться, посмотрим, какие данные предоставляет нам современная наука и что в этой теме относится к мистике и суевериям, а что можно использовать в современной жизни.

За многие годы занятий научной деятельностью мне не раз приходилось сталкиваться с людьми, демонстрирующими аномальные способности, в том числе в ходе профессиональной деятельности. В то же время регулярно попадались шарлатаны или просто фантазеры. Однако примеров торжества человеческого духа над жизненными обстоятельствами и невзгодами бытия было гораздо больше. Множество ярких примеров дали занятия со спортсменами-паралимпийцами — это одна из основных тем исследований в Санкт-Петербургском научно-исследовательском институте физической культуры (СПбНИИФК), где я работаю в последнее время. Паралимпийское движение — это спорт инвалидов, людей, в силу рождения или обстоятельств ограниченных в своих возможностях. Только благодаря высокой силе духа эти люди преодолевают физические ограничения, боль, злосчастные обстоятельства, упорно тренируются и выходят на олимпийскую арену. Сразу после окончания Олимпийских игр на тех же площадках проводятся Паралимпийские игры. Глядя на этих людей, видя их упорство и силу духа, понимаешь, что человек может многое сделать, только если не ленится и не боится преодолеть себя.

Наше Сознание обладает Энергией. Она не образуется из физического вакуума или космических лучей, это процесс использования внутренних ресурсов нашего тела под влиянием волевых посылов, процесс, когда тело подчиняется Сознанию и в едином импульсе мощно реализует скрытый резерв. На страницах этой книги вы найдете множество примеров использования людьми уникальных возможностей, их проявления в экстремальных ситуациях, но только в последнее время наука стала понимать сущность происходящих при этом процессов.

Эта книга во многом — о торжестве человеческого духа, о преодолении привычных границ, о том, что вы можете использовать в своей ежедневной жизни, и о том, как современная наука ищет пути для объяснения многих феноменов нашей психики.

Обаяние мечты

«Существуют два способа быть одураченным. Один — верить в то, что неверно; другой — отказываться поверить в то, что верно».

Серен Кьеркегор (1813—1855)

Вы никогда не задумывались, почему во все времена так ценили поэтов, сказочников и философов? Они не производили товаров и не строили домов, не завоевывали империи и не изобретали новых машин. Все, что они умели делать, — это мечтать и рассказывать о своих мечтах и видениях другим людям. В разные века и в различных цивилизациях эти мечты приобретали различную форму: эпосы Гомера и софистские видения Мухи ал-Дин ибн Араби; сказки Андерсена и философия Достоевского; реалистические фантазии Джона Фаулза и гаррипоттеровские приключения Роулинз. Что объединяет все эти произведения и тысячи других, написанных в разные эпохи истории Человечества? Разный язык, разные стили, эпохи, нравы и континенты. Общее у них одно — это все мечты, фантазии, образы, рожденные в мозгу писателя, философа или религиозного мистика, образы, превращенные в слова и ставшие достоянием Цивилизации. Почему же эти сказки так ценятся другими людьми, почему же материальные достижения эпохи — одежда, утварь, украшения, богатства — исчезали, не оставив следа, а тончайшая вереница слов сохранялась, переживала своего создателя и через некоторое время становилась гордостью нации? Почему нас, людей, так тянет к сказкам и фантазиям? Что мы надеемся найти для себя в этих придуманных кем-то историях?

Некоторое время тому назад мне довелось побывать в столице Американских игр — Лас-Вегасе. Когда едешь на машине по пустыням Юты и Невады, вокруг на сотни миль тянутся красноватые каменистые холмы. Великая Плоскость на многие тысячи миль. Здесь невозможно выращивать пшеницу или разводить скот — земля бесплодная и неприветливая. Летнее солнце дотла сжигает все живое, а зимние ветра обрушиваются смерчами и ураганами. Большой Каньон пропастью разрывает тело Земли, за миллионы лет прогрызая ее в глубину на сотни метров, и невозможно поверить, что это работа тонкого ручейка, текущего по дну каньона.

Тем более неожиданно, когда среди этого плоского лунного пейзажа вдруг возникают башни Лас-Вегаса. Только что мчался по однообразному шоссе с редкими комплексами бензоколонок и вдруг оказываешься в центре сверкающих огнями небоскребов. Только и успеваешь вертеть головой, пытаясь ухватить смысл вывесок, реклам и переливающихся огней — как вдруг город заканчивается так же внезапно, как и начался, и приходится судорожно ловить ближайший съезд с автострады, чтобы попасть внутрь этой Империи Сказок.

Да-да, именно сказок. Лас-Вегас — это квинтэссенция мечты, иллюзии, сказки, воплощенная в реальной жизни, созданная великими знатоками тонкой человеческой психики. Все ваши сокровенные мечты, тайные желания, запретные страсти становятся реальностью.

Вы мечтали о роскошной жизни — пожалуйста, за очень скромную плату вы получите номер люкс в пятизвездочном отеле, который в любом другом городе мира стоил бы месячной зарплаты. Вы приходите в ресторан — и за 15 долларов можете хоть целый день провести за шведским столом, и симпатичные девушки с милыми улыбками будут предлагать вам всевозможные напитки. Вы можете целый день ходить по этому городу и удивляться новым и новым чудесам: живые белые тигры, известные лишь из сказок, и ручные африканские львы; рыцарский турнир на покрытой песком арене и самое грандиозное в мире шоу с сотнями «Мисс Мира» в бикини и без.

Но главное в этом городе — это, конечно, Игра. Ты заходишь в здание казино — и оказываешься в лабиринте коридоров, залов, садов и лифтов. Отсюда можно не выходить неделями. Здесь есть все, что нужно для поддержания жизни и восстановления сил для очередного раунда за игорным столом. Тысячи автоматов уходят в глубь полутемного зала. Несколько переходов — и ты видишь по стенам огромные экраны, где транслируются скачки, бои, гонки и матчи, проходящие в данную минуту в любом конце земного шара. Хочешь сделать ставку — заполняй бланк и иди к служащему. Он проверяет в компьютере и сообщает, по какому курсу казино готово принять эту ставку и возможна ли спутниковая трансляция данного матча. Я специально проверил: можно ли поставить на исход матча «Зенит — Торпедо», который начинается в 4 утра по американскому времени? Вопрос не вызвал удивления, но потребовал минут 10 компьютерной работы, после чего мне было сообщено, что ставку принять могут, но трансляцией займутся только при наличии определенной суммы на кону. И это было вполне обоснованное заявление. С американской разворотливостью повесить над стадионом «Зенит» вертолеты с телекамерами — вполне реальное дело.

На следующих этажах казино — залы с рулеткой, покером, блек-джеком и другими играми более высокого класса, не говоря уж о таинственных закрытых комнатах, где вдали от непосвященных Сильные Мира Сего проигрывают друг другу поместья, акции Майкрософта и длинноногих рабынь.

Что же заставляет тысячи людей нести свои денежки в Страну Дураков и зарывать их на Поле Чудес? Ведь не все же здесь тратят проценты от миллиардных состояний? Большинство целый год выкраивает из текущих доходов, чтобы скопить некоторую сумму и за пару дней спустить ее за зеленым столом. Зачем же они это делают? Никто ведь не заставляет, не пристает с пистолетом, сами приходят и закапывают свои денежки.

Причина этого явления та же, что у фантастической популярности фантазий о Гарри Поттере. В том и другом случае — это погружение в Мечту, в Сказку, в Сон наяву. Не скучная череда будней с работой, школой, проблемами, заботами, а мгновенная удача, Счастливый Случай, Выигрыш, который меняет вашу жизнь, превращает вас в миллионера и делает богатым, свободным. И всего-то требуется — удачно сыграть за зеленым столом. Сколько рассказов про тех, кому это удалось!

Но, оказывается, все не так просто. В азарте, в постоянной гонке за призрачной мечтой, за ускользающим счастьем.

В Лас-Вегасе рассказывают историю о профессиональном игроке, который месяцами жил в казино и спускал там свое не очень большое, но достаточное для жизни состояние. Такие люди — не редкость в игорной столице. Одни приезжают на несколько недель, другие живут месяцами. При определенной ловкости в карточных играх можно даже поддерживать положительный баланс. Служители казино знают таких завсегдатаев и относятся к ним с особым вниманием, даже если это простой клерк, а не узбекский шейх. И вот однажды ночью игроку начало везти. Он выигрывал за карточным столом, и к середине ночи сумма выигрыша уже составила пятизначную цифру. Тогда он поставил весь свой выигрыш в рулетку, на зеро. Казино обязано принять эту ставку, даже если на кону фигурирует огромная сумма. Вокруг стола собралась толпа, и все, затаив дыхание, ждали, где же остановится колесо рулетки. Зеро — и игрок в 10 раз увеличивает свой выигрыш, любая другая цифра — и он теряет все. Крупье с невозмутимым видом запустил рулетку, колесо закрутилось, сначала быстро, потом все медленнее и, наконец, остановилось. Стрелка указывала на зеро! Зал взорвался криками восторга. Это был самый крупный выигрыш за всю историю игорного бизнеса. Выигрыш, составивший шестизначную цифру! Игрок заказал шампанское и икру для всех присутствовавших в зале. Через некоторое время появился владелец казино, которого по такому случаю подняли с постели, — и с радостной улыбкой обнял игрока. Налетевшие неведомо откуда репортеры щелкали вспышками. Владелец казино широко улыбался: потеря, конечно, была большая, но статьи, которые завтра появятся во всех газетах Америки, привлекут в казино дополнительные толпы народа. Шум и веселье затихли только к утру. Игрока торжественно, с пьяными криками и объятиями, проводили в его номер на 40-м этаже казино. Какие-то девицы намеревались остаться в номере, чтобы продолжить праздник в более интимной обстановке, но он решительно выдворил их за дверь. Сбросил на пол пиджак, снял галстук и подошел к огромному окну, из которого открывался вид на красноватые холмы. Достал сигарету и с удовольствием затянулся. Пить уже не хотелось, но последняя сигарета доставляла особое удовольствие. Потом он подошел к письменному столу, открыл ящик, достал оттуда пистолет, проверил заряд в патроннике, приставил дуло к виску и нажал курок. Жизнь для него больше не имела смысла. Он достиг немыслимого, и это уже не могло повториться.

Кстати, владельцы казино потратили массу сил на поиски наследника Игрока. Он был одинок, и только после скрупулезных поисков в Миннесоте был найден дальний родственник Игрока. В присутствии десятков репортеров ему был вручен чек на 8 миллионов долларов. Самое страшное для казино — это потеря репутации. Не дай бог если подумают, что они причастны к гибели Игрока.

К чему я все это рассказываю? Чтобы обосновать главную идею этой книги: наша жизнь — это погоня за мечтой, поиск невозможного, дарованного нам Вселенной для того, чтобы мы могли участвовать в постижении Великой Тайны Жизни.

Я пишу эти строки, сидя за столиком кафе во французском городке Шамони. Этот крошечный городок является духовным центром мирового альпинизма. Здесь когда-то начались первые европейские восхождения в горах, и отсюда доктор Паккард покорил Монблан — высшую точку Европы. Вершина Монблана, покрытая вечными льдами, сияет в лучах яркого солнца прямо напротив того места, где я пью свой кофе. Отсюда она кажется гигантской и недоступной, но в прошлый раз, когда мы решили подняться на самый верх, это заняло у нас два дня. Естественно, перед этими днями были годы тренировок, накопленный опыт позволял нам правильно выбирать каждый шаг, каждое движение, легкие с натугой захватывали разреженный горный воздух, но каждый шаг приближал нас к Вершине. Зачем? Опять-таки, для достижения мечты, фантазии, сложной, опасной и абсолютно непрактичной.

Итак, я еще раз сформулирую основной тезис этой книги: мы с вами отличаемся от всего животного мира еще и тем, что помимо реальной практической жизни живем в наших мечтах. Для большинства это фантазии, сказки, романы и фильмы. Для некоторых — это открытия, изобретения, корабли и самолеты. Казалось бы, лишь немногим удается претворить свою мечту в реальность: стать голливудской звездой, олимпийским чемпионом, достичь мировой известности или найти вход в пещеру Алладина. Но в какой-то мере это доступно каждому. Стоит лишь сильно захотеть, и вы будете греться на солнце во дворике французского кафе и перед вашими глазами будут сверкать ледяные вершины. Вы можете достигнуть этого Энергией Ваших Мыслей.

— Во сне, что ли? — удивленно спрашивает симпатичная читательница.

— Нет, наяву, и достижение желаемого зависит только от вас.

— Да ерунда какая-то. Для всего нужны деньги, а где их взять? К тому же существует реальная жизнь, практические дела, которыми надо заниматься, и ваши рассуждения о мечтах только отвлекают людей от настоящей жизни. Работать надо, а не мечтать!

Это в разговор вмешался Скептик. Он уже появлялся в нашей предыдущей книге «Загадки живого свечения», а на самом деле он сопровождает меня всю жизнь. Это настоящий материалист, человек, крепко стоящий ногами на земле, уверенный в своей жизни и активно выступающий против всяких мечтателей. И всяческой «лженауки». «Всегда доволен самим собой, своим обедом и женой». Благодаря своей практичности Скептики легко поднимаются по служебной лестнице, надежно оккупируют руководящие позиции и, как им кажется, уверенно управляют жизнью. Хотя на самом деле это не так. На верхних ступеньках любых человеческих институтов — будь то политика, администрирование, наука или искусство — находятся Мечтатели. Люди, которые силой своей мысли преображают жизнь и создают следующий виток развития нашей Цивилизации. Эти люди задумывают грандиозные проекты и внушают другим уверенность в их осуществимости. Правда, зачастую никто их не слушает и только крутят пальцем у виска. Отчего это зависит? Во многом от текущего исторического момента, от расположения солнца, луны и звезд. Об этом мы еще поговорим. И обсудим вопрос: как мечту сделать реальностью? Путем совершенно конкретных практических шагов.

Правда, давайте с самого начала договоримся, что эта книга — не учебник по достижению успеха в делах и не руководство к освоению эзотерических наук, это рассуждения и воспоминания, основанные на личном опыте автора и экспериментальных фактах.

Наследники Остапа и комиссия по борьбе с метеоритами

Почему мы так легко верим в чудеса?

— Гадание на костях, ногтях и чешуе мамонта.

— Целительница восьмого поколения из глухой Cестрорецкой[1] деревни лечит карму и заговаривает воду в бесплатных массовых сеансах.

— Египетские халдеи записывают энергоинформационную матрицу мозга, структурируют биоплазму воды и заливают в жезлы Фараона.

— Гималайские вершины — это пирамиды цивилизации гипербореев, в недрах которых 1200 лет спят хранители Знаний Коллективного Поля.

— Центр «Стержень Мира», работающий под эгидой ООН и Совета Космических Старцев, излечивает от импотенции, простатита и болезней сушумны[2] за три посещения и организует мгновенные лотереи.

Знакомо? Не правда ли? И все это расходится тиражом в миллионы экземпляров, позволяя шумным толпам современных цыган и Остапов не только выпивать и вкусно закусывать, но и неплохо устраиваться на просторах Российской империи. Причем это характерно не только для нашей страны и нашего времени. Маги, чародеи и предсказатели были всегда, во все времена неспокойной истории человечества. Можно ли найти хоть одно поколение, прожившее без войн, без катаклизмов, без насилий и убийств? «Человек предполагает, а Господь располагает» — вся вековая история оправдывала мудрость этой пословицы. Людей всегда тревожила неопределенность завтрашнего дня, невозможность предвидения и хрупкость человеческих планов. Поэтому-то так хотелось и так хочется верить в Чудо, в Деда Мороза, в лотерею, в магическое исцеление. Эта детская вера помогает жить, помогает справляться с рутиной каждодневной жизни, находить в этой жизни что-то новое и интересное. Но, к сожалению, есть масса прохвостов, готовых воспользоваться этой верой и извлечь из нее доходы. История Цивилизации — это и история шарлатанства. Во все времена лиса Алиса и кот Базилио водили буратинок закапывать денежки на Поле Чудес. И буратины послушно шли за ними, и еще стояли всю ночь в очереди у кассы МММ, чтобы сдать свои последние денежки. Дело Остапа не умирает, и лавры его не вянут! Только современные Остапы освоили псевдонаучную терминологию, пооткрывали центры энергоинформационных технологий, и неискушенному слушателю крайне сложно отличить их разглагольствования от действительно серьезных разработок.

«При этом использовалось в качестве индивидуализирующих признаков сто миллионов сопоставительных форм для инвариантной системы. Детерминант матриц, соответствующих сегментам событий, переведенным в форму, имеет одно и то же численное значение».

«Безграничная вариативность торсионных полей позволяет ему находить желаемые информационные структуры, входить с ними в резонанс и «считывать» полезную информацию».

«В качестве структурной единицы в механизме межуровневого обмена информацией и структурного элемента головного мозга, спиновая система которого в составе мозаики участвует в создании идеи на уровне физического вакуума, следует рассматривать возбужденную нервную клетку».

Подобных цитат можно было бы привести множество. Для рядового читателя они звучат как заклинания на неведомом языке и вызывают невольное уважение: «Надо же, как они умеют выражаться! Наверное, это страшно научно!» Однако у профессионального ученого подобные наборы высокоученых слов ничего, кроме пренебрежительной усмешки, не вызывают.

Самое досадное, что в наше время любой шарлатан с пылким воображением может объявить себя народным целителем, за разумные деньги получить диплом от народной Академии и заняться высокодоходной практикой. Ограничений и контроля практически нет. Ну а разобраться, что к чему и кто есть кто, без собственного печального опыта практически невозможно. Слова все говорят красивые, и дипломы у всех с настоящими печатями. А платят за все это наши с вами легковерные сограждане.

Официальная медицина неоднократно пыталась включить целителей, или биоэнерготерапевтов, в практику своей работы. И в нашей стране, и в мире достаточно много врачей, открытых новым идеям. Целителей приглашали работать параллельно с врачами на регулярной основе, то есть каждый день приходить на регулярный прием и постоянно работать с больными. Существует очень немного учреждений, где такое действительно получилось. Как правило, либо целители не выдерживали регулярной работы, либо эффективность ее оказывалась ничтожно малой.

В то же время невозможно отрицать, что существуют явления, лежащие за гранью современной научной парадигмы. При этом академическая научная среда прилагает огромные усилия, чтобы эту парадигму сохранить и не допустить ничего нового и необычного. Известная чеховская фраза «Этого не может быть, потому что этого не может быть никогда» преобразовалась в лозунг «Этого не может быть, потому что это противоречит положениям науки». А ученые мужи выступают в роли жрецов, осененных вселенской мудростью и бесконечными знаниями. Но сколько раз эта мудрость препятствовала прогрессу!

Ночью 26 апреля 1806 г. жителей маленькой французской деревушки Ле Агле разбудил шум падающих камней — более 2000 скальных обломков упало на их деревню с неба. Этот феноменальный дождь метеоритов разбудил не только деревенских жителей, но и членов Французской Королевской Академии Наук. После тщательного изучения они вынуждены были признать, что камни действительно могут падать с неба.

Весь предыдущий век до этого события Академия Наук Франции — ведущее научное учреждение того времени — категорически отрицала возможность падения камней с неба. «Камни не могут падать с неба, потому что на небе нет камней!» — провозгласил Антони Лавуазье, отец современной химии. Все сообщения о метеоритах были официально признаны лженаучными. И редко в каком европейском музее можно обнаружить образцы метеоритов, собранные до 1806 г. Они были выброшены на свалку, как ненаучный хлам.

Другой пример, из следующего века. 9 октября 1903 г. газета New York Times писала: «Машина, которая действительно будет летать, может быть построена в результате совместных творческих усилий математиков и инженеров через миллион или десять миллионов лет». В тот же день велосипедный механик Орвилл Райт записал в своем дневнике: «Мы начали строительство нашей машины». Через несколько месяцев эта машина поднялась в воздух. И далее в течение 5 лет, с 1903 до 1908 года, два молодых механика пытались привлечь к себе внимание, утверждая, что они построили машину тяжелее воздуха и могут на ней летать. Научные обозреватели ведущих американских газет, опираясь на мнение передовых ученых, а также эксперты американской армии убедительно доказали, что это невозможно и на утверждение братьев Райт можно не обращать внимания. Симон Ньюкомб, профессор математики ведущего американского университета имени Джона Хопкинса, опубликовал статью, научно доказывающую, что управляемые полеты «абсолютно невозможны». Адмирал Джордж Мелвилл, шеф-инженер американского флота, написал в «Североамериканском Ревю», что попытки летать являются «абсурдными». И в течение пяти лет братья Райт летали на своем самолете, и в округе они были известны как чудаки, но никто на них не обращал серьезного внимания, так как все знали, что «с научной точки зрения полеты на самолетах невозможны». Однажды один из сенаторов США ехал по железной дороге. Он взглянул в окно и увидел летящий самолет.

«Что это?» — воскликнул сенатор.

«Это местные чудаки, которые утверждают, что они построили летающую машину. Однако все знают, что это невозможно. Так было написано во всех газетах».

«Но ведь я вижу это своими глазами!» — воскликнул сенатор, глядя в окно на летающий кругами самолет.

«Но в газете было написано, что это невозможно!»

После этого персональное распоряжение президента США Теодора Рузвельта об организации специальной комиссии позволило официально открыть эру авиации.

В 1879 г. Томас Эдисон находился на пике славы, запатентовав более 150 изобретений, среди которых были телеграф и фонограф. Его называли «Наполеоном Науки» и волшебником из Менло-Парка, места в Нью-Джерси, где находились его исследовательские лаборатории. Более года Эдисон занимался разработкой идеи практичной электрической лампочки. Имевшиеся к тому времени образцы ламп с угольными электродами были дорогими и недолговечными. Важной проблемой была также возможность соединять лампы в параллель, чтобы выход одной из них из строя не погружал весь дом в темноту.

Более года Эдисон работал над этой проблемой, и после множества экспериментов ему удалось разработать прообраз современной лампы накаливания: вакуумированную колбу с металлической нитью, имеющей высокое сопротивление. Такие лампы можно было соединять параллельно.

Когда «Наполеон Науки» объявил о своем достижении, научный мир отреагировал с недоверием. Использование нитей с высоким сопротивлением считалось невозможным. Сэр Уилльям Сименс, несколько лет работавший над этой проблемой, заявил: «Подобное заявление должно быть воспринято как неприемлемое наукой и несовместимое с реальным научным прогрессом». Профессор Генри Мортон писал: «Я протестую от имени настоящей науки. Эксперименты Эдисона — это явная неудача, подаваемая как успех. Полный обман публики». Профессор Дю Монсел: «Необходимо потерять всякое чувство реальности, чтобы принять подобные утверждения. Волшебник Менло-Парка, по-видимому, совершенно не знаком с основами электрической науки. Мистер Эдисон тянет нас назад».

И в то время, как лаборатория Эдисона освещалась ярким светом электрических ламп, сэр Уиллиам Пирс, шеф-инженер Британского Почтового Союза, читал лекцию для членов Королевского Общества в Лондоне в полумраке комнаты, освещенной мерцающим светом газовых ламп. Сэр Пирс объяснил своей аудитории, что параллельное соединение ламп — это «абсолютно идиотская идея». Кстати, тремя годами ранее этот же сэр Пирс отказался от внедрения телефонов в почтовом ведомстве. Он заявил, что «в Британии достаточно маленьких мальчиков, чтобы доставлять послания».

Естественно, высоконаучные мнения не смогли воспрепятствовать внедрению изобретений Эдисона. Но произошло это прежде всего благодаря вере в его технический гений со стороны инвесторов, таких, как Дж. Морган и В. Вандербильд. Но сколько замечательных изобретений в течение долгих десятилетий не могли пробить себе дорогу или вообще оказались похороненными в архивах.

Достаточно упомянуть идею бронированной машины — танка, выдвинутую в 1912 г. австралийским изобретателем де Молем и отвергнутую Британским военным офисом.

Первая демонстрация работающего телевизора, проведенная в 1926 г. британским изобретателем Бэйардом для членов Королевского Общества, была воспринята как некий фокус. Половина членов комиссии просто не поверили своим глазам, остальные прокомментировали увиденное, как «полная чепуха», «непонятно, зачем это нужно?», «какой полезной цели это может служить?».

Большинство идей великого мечтателя Николы Тесла так и остались на бумаге. Причем речь идет не только о передаче энергии на расстояние, но и о паровой турбине оригинальной конструкции, которую многие считают более эффективной, чем турбина Чарльза Парсонса, принятая во всем мире. Кстати, и Парсонсу потребовался не один десяток лет и незаурядная изобретательность, чтобы доказать значимость своего открытия. Дело было так.

4 июля 1897 г. Британский флот, самый сильный в мире на тот период, давал парад в честь бриллиантового юбилея Ее Величества Королевы Виктории. 166 боевых кораблей были выстроены в пять рядов, каждый по пять миль длиной. По периметру эскадру патрулировали торпедные катера — самые быстрые суда королевского флота.

Внезапно, к изумлению всего адмиральского состава, маленький кораблик, всего 100 футов длиной, вторгся в расположение безукоризненно выстроенной эскадры и гордо поплыл по направлению к королевской трибуне. Тотчас же два торпедных катера рванулись в сторону нарушителя, но он начал легко уходить от своих преследователей и скоро оставил их далеко позади. Маленький кораблик развил скорость 34 узла — почти 40 миль в час, что вдвое превосходило скорость его преследователей. Капитаном этого корабля был Чарльз Парсонс, более 20 лет пытавшийся предложить Адмиралтейству изобретенную им паровую турбину. Все было напрасно, пока он не решился на дерзкую демонстрацию перед лицом королевских особ и всего адмиральского флота. Только после этого началось триумфальное шествие турбинного флота по мировым океанам. Хотя, кто знает, может быть, турбина конструкции Теслы была бы более эффективной?

Так что же получается? С одной стороны, нам грозят многочисленные жулики и шарлатаны, с другой — оголтелые борцы за «чистоту науки», готовые не просто выплеснуть ребенка вместе с водой, но задушить его при рождении. Как же разобраться и не потерять голову в этом море информации? Есть ли объективные критерии, позволяющие понять, что вот это — великое достижение науки, а вот то — фантазии полуграмотного инженера?

К сожалению, приходится признать, что таких критериев нет. Каждый случай требует индивидуального рассмотрения, и каждый случай таит в себе неразгаданную тайну. Основным критерием, конечно, является время, и с высоты нашего столетия наглядно видны интеллектуальные взлеты и досадные заблуждения предыдущих поколений. Новые идеи легко входят в жизнь, когда поколения, к которым принадлежали критики этих идей, из жизни уходят. Но есть ли у нас время ждать сто лет, чтобы быть услышанными? Конечно, нет. Вот и приходится опираться на здравый смысл, интуицию и профессиональное чутье. Сохраняя при этом непредвзятость и широту мышления, горячее сердце и холодный ум. Очень непростая позиция. Гораздо легче заниматься критиканством и громить чужие идеи, не влезающие в прокрустово ложе собственных представлений.

Например, вот что пишет нобелевский лауреат, создатель теории, объединившей слабые и электромагнитные силы в природе, Стивен Вайнберг (Steven Weinberg):[3]

«Наряду с главным потоком научного познания существуют изолированные маленькие заводи, в которых плещется то, что я (выбирая самые нейтральные термины) назвал бы паранаука: астрология, гадание, передача мыслей, ясновидение, телекинез, креационизм и множество их разновидностей. Если бы удалось доказать, что хоть в одном из этих понятий есть какая-то истина, это было бы открытием века, значительно более важным и заметным, чем все то, что происходит сегодня в нормальной физике».

Однако в конце главы Вайнберг приходит к заключению:

«Я думаю, вы все же решили бы, что мы уже достаточно знаем о Техасе, что большая часть его территории используется и заселена, так что просто бессмысленно пытаться искать сказочные золотые города. Точно так же открытие связной сходящейся структуры научных объяснений сослужило большую службу, научив нас, что в природе нет места астрологии, телекинезу, креационизму и другим предрассудкам».

Как тут не вспомнить Генриха Шлимана, открывателя Трои, и подобные слова, которые говорили ему профессиональные археологи! В этом проявляется снобизм профессиональных ученых, которые достигли высот в своей области, которым некогда и не хочется отвлекаться на чужие идеи и которым проще от них отмахнуться, чем разбираться.

Хотя, как показывает практика, скептиками зачастую становятся люди творчески бесплодные. Импотенты, которые уже ничего не могут сами, но с пеной у рта критикующие все новое и необычное. Академики, выработавшие свой творческий потенциал, но не растратившие пробивной энергии своей молодости. Они потратили массу сил на то, чтобы добраться до своего кресла, и каждую новую идею воспринимают как покушение на личную собственность. Цепные псы Системы, с лаем отстаивающие здание своей Парадигмы.

В то же время есть внутренняя логика научного прогресса, и действительно значимые идеи обязательно пробивают дорогу в жизнь. Как трава, проламывающая асфальт и вылезающая к солнцу. К тому же для каждой новой идеи должна созреть социальная, техническая и культурная среда. Должны быть созданы внутренние условия для смены научной парадигмы, и тогда абсурдное вчера становится естественным сегодня. Так что не надо бояться трудностей, надо работать и двигаться вперед. Здесь уместно привести слова выдающегося исследователя природы Ж. Ламарка:

«Но лучше, чтобы истина, раз понятая, была обречена на долгую борьбу, не встречая заслуженного внимания, чем чтобы все, что порождается пылким воображением человека, легковерно воспринималось».

Давайте же от общих рассуждений перейдем к конкретным примерам и рассмотрим, пожалуй, наиболее противоречивую область научной деятельности — исследование влияние Сознания на процессы материального мира. Эта область вызывает огромный интерес со стороны людей творческих, злобную ненависть со стороны научных евнухов и является полем как для удивительных открытий, так и для беззастенчивого мошенничества.

Экстрасенсы, целители, биоэнерготерапевты…

По образованию я физик-экспериментатор, поэтому основная часть моей работы была посвящена экспериментальной физике. После окончания института я был оставлен на кафедре сначала инженером, затем аспирантом и в течение нескольких лет спокойно занимался исследованием физических процессов, протекающих при абсорбции двухкомпонентных систем на поверхности поликристаллического вольфрама.

Мое внимание к экстрасенсам, к их воздействию на наш материальный мир и на нас самих было привлечено Вадимом Борисовичем Поляковым, ныне покойным. Это был действительно неординарный человек, очень мощный сенсетив, талантливый инженер, кандидат технических наук, преподаватель. В 70-е годы он активно занимался развитием различных экстрасенсорных методик, несмотря на то что в те годы это не очень-то приветствовалось. Мы познакомились с ним на каком-то научном собрании, разговорились, понравились друг другу и с тех пор многие годы, вплоть до самой его трагической гибели, периодически встречались. Но первое сильное впечатление от работы В.Полякова было достаточно неожиданным.

Поляков работал тогда преподавателем военно-воздушного училища. Это был очень активный, худощавый молодой человек, делавший успешную военную карьеру. Единственная загвоздка была в том, что он обладал мощнейшим даром целительства. Проявился этот дар совершенно случайно, когда ему удалось путем наложения рук вылечить от головных болей и радикулитов сначала свою жену, потом нескольких сослуживцев. Он стал развивать эти способности. Начал доставать редкие по тем временам книги по йоге. Однажды кто-то под большим секретом принес ему книгу Е.П. Блаватской, изданную «самиздатом». Тогда в Советском Союзе это была запрещенная литература. Не то чтобы за нее можно было попасть в тюрьму, но неприятности могли быть большие. При этом существовал круг людей, которые эти книги доставали, переводили и издавали «самиздатом». За одной книгой потянулась другая, за первой встречей — следующая. Вадим поднялся до высокой степени саморазвития. И будучи обычным преподавателем физики, одновременно на свой страх и риск занялся исследованием паранормальных явлений.

После первого знакомства мы несколько раз встречались в разных компаниях, и у нас возникла взаимная симпатия. Это было обычное, ни к чему не обязывающее знакомство, пока однажды не возникла очередная точка бифуркации. Моя жена тогда часто болела то одной болезнью, то другой. Это была естественная реакция ухода от жизненных проблем: постоянного безденежья, унылой работы, двоих болезненных детей. И вот во время одного из посещений врача ей сделали УВЧ-терапию, совершенно обычную по тем временам процедуру. Через несколько часов у нее возникли жуткие боли в нижней части живота. Врачи, к которым мы обращались, сказали, что такое бывает, посоветовали принимать анальгин и подождать, пока это пройдет. Прошло несколько дней, никакие процедуры не помогали, она мучилась, а сделать мы ничего не могли. Тогда мне в голову пришла мысль — я позвонил Вадиму и спросил:

— Вадим, может быть, ты сможешь помочь?

— С удовольствием, — ответил он.

И как-то вечером, после работы, он приехал к нам домой. Мы поужинали, выпили полбутылочки коньячка. После этого он сделал массаж спины моей жене, и через несколько мгновений боль полностью исчезла.

— Это энергетический массаж, — пояснил он. — Я научился ему у одного из величайших массажистов России, который работал в Кировском (Мариинском) театре. Он снимал боль у танцовщиц и танцоров. Говорят, к нему приводили самую высшую знать. Его неоднократно приглашали перейти в больницу для привилегированных коммунистический деятелей. Он всегда отказывался, ссылаясь на то, что его занятие — это балет. Очевидно, ему нравилось общаться с юными, прекрасными девушками и юношами. Это доставляло большое удовольствие его душе, и переходить на толстых коммунистических боссов и их жен, несмотря на большую зарплату, ему не хотелось.

У этого человека Вадим проработал подручным несколько лет, и тот передал ему все секреты своего колдовства.

Этот случай настолько поразил меня, что я как-то однозначно поверил в реальность экстрасенсорных явлений. Эта тема завладела моим воображением и стала на много лет одной из тем научных исследований.

После пятнадцатиминутной процедуры Полякова жена начала порхать вокруг, щебеча и подкладывая нам закуски. Обсуждая ситуацию, мы с Вадимом допили коньяк, и я спросил его:

— Таким образом, ты можешь, наверное, влиять не только на людей, но и на физические приборы?

— Конечно, — ответил Вадим. — Я могу повлиять на что угодно, весь мир един и одинаков в своей сущности. Если знаешь, каким образом на него воздействовать, то можно работать как с людьми, с животными, так и с нематериальными объектами. Они подчиняются единым законам.

— Давай попробуем! Проведем какие-нибудь эксперименты.

— Давай. Придумай, что можно сделать, и мы это организуем вместе.

Эксперимент

Когда людей станут учить не тому, что они должны думать, а тому, как они должны думать, то тогда исчезнут всякие недоразумения.

Георг Кристоф Лихтенберг

Присутствуя на собраниях общества естествоиспытателей, я пришел к мысли, что для регистрации влияния сознания человека на физический мир надо пробовать различные физические системы. Если люди могут влиять друг на друга, общаться с животными, то при определенных условиях, возможно, они могут влиять и на физические процессы окружающего мира. Во всех сказках и легендах об этом только и говорится. Посмотрел ты на галушку, а она сама прыг — и в рот.

У меня возникла идея: такой физической системой может быть система, находящаяся в нескольких фазах. То есть в нескольких устойчивых состояниях, так, чтобы переход из одного состояния в другое мог бы происходить под влиянием слабого воздействия. И эти состояния должны существенно отличаться по параметрам, чтобы переход можно было легко зафиксировать. Представьте, что гусеница медленно ползет по наклонной веточке. Если смотреть на нее, то заметить ее движение крайне сложно, потому что она медленно переползает с места на место. Продвижение будет видно только через длительный период времени. В то же время, если гусеница свалится с веточки и упадет на нижнюю, вы это заметите с первого взгляда. Таким образом, есть плавные процессы, и изменение плавного процесса увидеть очень сложно. А есть процессы скачкообразные, при которых сразу легко заметить переход из одного состояния в другое или из одной фазы в другую.

После некоторых размышлений я смастерил датчик из подручных материалов. Надо отметить, что в нашей лаборатории подручными были материалы достаточно экзотичные: вольфрамовые и хромовые пластинки, молибденовые проволоки, кварцевые пластины и сосуды. Сделать любую конструкцию из стекла не представляло большого труда, потому что у нас была хорошая стеклодувная мастерская с опытными мастерами. И вот через некоторое время я сделал такую конструкцию, разместил ее в специальную установку, проверил. Убедился, что при стабильных условиях напряжения и внешней среды эта конструкция работает в течение длительного времени, сохраняя одни и те же выходные параметры, а при небольшом изменении напряжения скачкообразно перескакивает из одного состояния в другое или из одной фазы в другую. Проведя день в экспериментах, я позвонил Вадиму и пригласил его как-нибудь вечерком зайти в лабораторию для опытов.

Он пришел на следующий вечер. Из сотрудников уже никого не было — только дежурный на этаже, не хотелось сообщать кому бы то ни было о таких странных экспериментах — смеху потом не оберешься. Я включил установку, объяснил Вадиму принцип работы и попросил, чтобы он усилием воли постарался перевести состояние устройства из одной фазы в другую. При этом на экране осциллографа я наблюдал количество импульсов, соответствующих той или иной фазе. Вадим встал на расстоянии двух метров от прибора. Сосредоточился. Лицо его приняло какой-то особо отрешенный, задумчивый вид. Позднее я видел его таким несколько раз при работе с пациентами.

На экране осциллографа бежала подпрыгивающая линия импульсов тока. Они были как солдатики — кто выше, кто ниже, но в среднем примерно одинаковыми. И вдруг, через некоторое время, импульсы тока начали дрожать и скачкообразно увеличились в размере и количестве.

— Ну, как? — спросил Вадим через некоторое время.

— Да вроде что-то происходит, — ответил я.

— Ну что ж, давай отдохнем! — Вадим расслабился, улыбнулся, и через секунду импульсы вернулись к исходному состоянию.

Мы повторили эксперимент еще раз. Результат повторился. Под воздействием мысленной концентрации Полякова прибор воспроизводимо изменял свои показания. Для меня это было полным шоком. Честно говоря, даже готовя этот эксперимент, я никогда не верил в то, что что-то может получиться. Уж больно это не укладывалось в законы нашей материалистической физики, к которой я был приучен. Но все сработало, и я собственными глазами наблюдал изменение фазы состояния прибора.

Потом мы попили чаю и снова повторили эксперимент. И снова с положительным результатом.

— Если бы я не видел это собственными глазами, я бы этому никогда не поверил, — признался я Вадиму.

Он усмехнулся:

— Да, большинство людей и выступают в роли Фомы Неверующего. Они должны все сами потрогать.

— Давай тогда все, что мы делали, запротоколируем документально.

— Давай, — согласился Вадим.

На следующий день я приготовил аппаратуру для съемки с осциллографа. Вадим пришел в лабораторию часов в 7 вечера, и мы просидели до полуночи, записывая и фотографируя условия опыта. Из десяти попыток его воздействия восемь оказались удачными. Две последние проходили уже очень поздно, Вадим устал, и поэтому, возможно, последние опыты не дали результата. Таким образом, у нас, как мы считали, накопились совершенно объективные, неопровержимые доказательства воздействия сознания человека на физическую систему. Этот результат мы повторили еще через три дня. И опять-таки с положительным эффектом. После этого я взял результаты всех экспериментов, описал их, подготовил материалы и торжественно положил на стол шефа.

Нельзя сказать, что они вызвали у него большой энтузиазм. После долгих раздумий он предложил создать комиссию и еще раз провести эксперименты. Последовала серия консультаций с руководством, при этом никто не проявлял энтузиазма и не торопился что-то делать. У меня это вызвало большое удивление. Казалось бы — мы можем открыть новое явление окружающего мира, доказать влияние Сознания на Материю. Разве это не интересно? Почему же надо медлить и раздумывать?

Лишь много лет спустя мне стала понятна причина такого отношения. Действительно, эти эксперименты полностью подрывали основу материалистической науки. И советским бонзам в начале 80-х годов это уже становилось ясно. Как раз в это время шла напряженная борьба за сохранение советской системы. Борьба, которая велась прежде всего в сфере духа и идеологии. Возникло мощное движение диссидентов, участниками которого оказались тысячи людей. С ними боролись, их сажали в тюрьмы, в концлагеря, их всеми средствами высылали из страны. Тогда прошли волны массовой эмиграции в Израиль, США. Всех, кто вызывал хоть какие-то опасения, пытались выкинуть из Советского Союза. Эта была эпоха судебных процессов против диссидентов. Вся страна единым фронтом выступала против предателя Сахарова, не зная, не представляя, что он делает и о чем говорит. За пределы страны были выдворены Солженицын, Бродский, Шемякин, сотни деятелей культуры. Церковь была формально разрешена, но фактически подавлялась и преследовалась.

Поэтому эксперименты с влиянием сознания, влиянием духа на материальный мир представляли для советской системы реальную угрозу.

Мир должен быть материальным! Всё в мире основано на первичности материи. Человеческие чувства, человеческие эмоции не имеют никакого отношения к этому миру. Любовь служит для размножения. Советские бонзы, как могли, поддерживали эту философию, поскольку, будучи людьми умными и опытными, прекрасно понимали опасность любых движений, даже косвенно подтверждавших роль Сознания, роль Души в нашем мире.

Экстрасенсорика с самого начала была движением душевным, идеалистическим. Она в корне подрывала основы материалистической теории марксизма-ленинизма. Она говорила о том, что помимо физической оболочки, помимо бренного мира есть еще что-то. Что-то, нам не ведомое. А советская жизнь была основана на том, что власти все известно и никаких тайн для нее не существует. Борьба шла несколькими путями. Официальный путь заключался в том, что в газетах, самых престижных, самых читаемых, публиковались разгромные статьи ведущих профессоров, в которых говорилось о том, что «этого не может быть, потому что этого не может быть никогда», «это неизвестно науке и противоречит ее законам». Среди подобных авторов особенно выделялся известный биофизик Волькенштейн, который являлся крупным специалистом в своей области. Он пользовался авторитетом, писал хорошие книжки по традиционной биофизике и вместе с тем категорически выступал против всего нового и непонятного.

Другим способом борьбы было прямое запрещение каких-либо экспериментов в этой области. Рассылались специальные закрытые циркуляры, предназначенные только для руководящих работников. Один из таких циркуляров категорически запрещал любую работу по исследованию необычных психических явлений. Такие работы проводились только в секретных лабораториях КГБ.

Откуда мне тогда было знать все это! Я был далек от каких-то политических идей, всегда сторонился диссидентских движений. Единственное, что меня увлекало, — это наука, новые знания и альпинизм. Поэтому эксперименты с Поляковым пришлось оставить в стороне, тем более что он сам во многом потерял к ним интерес. Как человек увлекающийся, он считал, что все уже доказано, и повторять одно и то же по много раз просто-напросто скучно.

А летом произошла ситуация, которая опять, в который раз, показала, что есть какие-то силы, направляющие нашу жизнь и нашу судьбу. В Советском Союзе было несколько «семитысячников» — вершин высотой выше семи тысяч метров, которые являлись Меккой для всех альпинистов. Подняться на «семитысячник» означало перейти в следующую категорию альпинистской элиты. Было даже особое звание — «снежный барс», которое давалось тем, кто поднимался на все четыре советских «семитысячника». Конечно, для этого требовалась отличная физическая подготовка, великолепная тренированность, наличие особых физических и моральных качеств. Но помимо всего прочего, необходимо было принадлежать к определенной системе, потому как в Советском Союзе все поездки в горы оплачивались не лично гражданами, а определенными профсоюзными организациями. Просто так приехать и пойти на восхождение было практически невозможно. Действовала мощнейшая система контроля, которая проверяла каждого, кто поднимался в высокие горы. Система служила для безопасности, она обеспечивала достаточно низкий уровень аварийности. Но в то же время она была средством контроля. Еще одна контрольная система, созданная гениальным иезуитским умом Иосифа Сталина!

И вот объявили об организации экспедиции на один из семитысячников — Пик Ленина. Экспедиция была юбилейная, в ней принимало участие множество желающих. Все обставлялось с большой помпой. Считалось, что принять участие в этой экспедиции очень почетно. Мне было предложено в ней участвовать. Но перед этим я уже пообещал участвовать в экспедиции в горах Памира для восхождения на одну из технически сложных вершин. Надо было решать: либо участвовать в восхождении на «семитысячник», отказавшись от стенного восхождения, и поставить этих ребят в сложные условия, либо постараться каким-то образом совместить оба мероприятия.

После некоторых размышлений я решил, что если уж обещал, то слово надо держать. Тем более что у нас сохранялась традиция воспитания юных альпинистов. Это считалось священной обязанностью каждого. Поэтому я решил сначала съездить на Памир и 20 дней поработать с молодыми ребятами, а уж потом, если все будет нормально, поехать на «семитысячник» и постараться успеть принять участие в юбилейном восхождении.

После 20 дней, проведенных на Памире, и успешного восхождения я вернулся в Ленинград, для того чтобы провести несколько дней дома и затем отправиться на «семитысячник». И тут пришла жуткая весть. Все, кто был на Пике Ленина, все, кто отправился в эту экспедицию, погибли.

Ситуация казалась совершенно неправдоподобной. В течение многих десятков лет восхождение на этот пик шло по одному и тому же отработанному маршруту. Еще в первый раз, в 30-е годы, экспедиция под руководством наркома Крыленко поднялась по этому пути от базового лагеря на нижней поляне до мощного плеча на высоте пять с лишним километров, где был установлен первый лагерь. Место было совершенно спокойное и безопасное — огромное ледовое плато, раскинувшееся на несколько километров. Оттуда просматривался крутой ледовый склон, выводящий практически на вершину. Выйдя с плато ранним утром, можно было подняться на вершину и к вечеру вернуться обратно. В течение десятилетий каждое лето альпинисты приходили на это плато, ставили свои палатки и оттуда совершали восхождение.

Вот и в этот год на плато собралось несколько десятков экспедиций — более сотни людей. Погода в этом году была необычная даже для Памира. Каждый день сыпал снег, и альпинистам приходилось заново протаптывать дорожки в глубоких сугробах. Как рассказал позднее один из моих друзей, один из шести человек, оставшихся в живых:

— Когда уже к вечеру мы поднялись на это плато, то увидели, что все палатки, стоявшие там, практически полностью засыпаны снегом, торчат только коньки.

Люди поднимались на плато в течение всего дня, ставили свои палатки, а снег все сыпал и сыпал. Альпинисты забирались в свои засыпанные снегом, но от этого еще более уютные убежища, разводили примусы, пили чай, рассказывали друг другу анекдоты и отдыхали до утра, чтобы еще затемно выйти на следующий этап восхождения. К вечеру весь лагерь был полностью занесен снегом, трудно было и догадаться, что под белым покровом скрыт целый лагерь.

Леша с приятелем поставили свою палатку поверх снега, оказавшись выше всех остальных. Подошли к ближайшему коньку палатки, торчащему из-под снега, и снежной лопаткой прокопали траншею ко входу. Оттуда лениво высунулись знакомые лица, опухшие от долгих часов лежания в спальнике. Поздоровались, обсудили ситуацию. Все казалось спокойным и идущим по плану. Попрощавшись до следующего утра, ребята забрались в свою палатку, попили чаю, залезли в спальные мешки и, положив ботинки под голову, заснули спокойным юношеским сном.

Ночью они проснулись от страшного грохота. Казалось, гремел сам воздух. В полной темноте Леша стал нащупывать фонарик, чтобы посмотреть, что происходит. И в то мгновение, когда он взял фонарик в руку, мощная волна подхватила их на воздух и понесла. Понесла, перекатывая, поднимая в воздух и бросая на снег. Все смешалось в диком грохоте, вое, реве. Так продолжалось буквально несколько десятков секунд. Затем все стихло. Наступила полная тишина.

Леша пришел в себя, открыл глаза и увидел, что над ним абсолютно ясное, звездное небо. Вокруг полная тишина, он лежит почти полностью засыпанный снегом. Он начал выкарабкиваться, судорожно гребя руками и ногами, выбрался из-под снежного завала и только в этот момент почувствовал кристальный морозный воздух высокогорной ночи. Посмотрев на себя, Леша увидел, что стоит в одном тренировочном костюме, без ботинок, без шапки, без куртки. Когда он оглянулся вокруг, то увидел абсолютно ровную снежную пустыню. Он бросился бежать, проваливаясь по пояс в снег, и наткнулся на что-то твердое. Он начал судорожно копать и через несколько мгновений наткнулся на человеческую руку. Лихорадочно раскапывая снег, он откопал своего друга, который лежал на метровой глубине под снегом. Леша вытащил его, потряс, тот медленно открыл глаза и спросил: «Что случилось? Где мы?» Когда друг пришел в сознание, вдвоем они стали пытаться разобраться, что же произошло.

Как выяснилось впоследствии, произошла ситуация, которую никто не мог предвидеть. Этот год был очень снежным. Снег падал целыми днями, и в горах скопились огромные снежные пласты. И вот, то ли под давлением снежного пласта, то ли из-за небольшого землетрясения, высоко в горах, на расстоянии более двух километров от плато, сорвалась огромная снежная лавина. Она покатилась вниз, набирая скорость, проскочила широкую ледовую трещину, выкатилась на равнину ледника и помчалась по этой равнине двухсотметровой снежной волной, сметая все на своем пути.

Эта лавина полностью накрыла лагерь, в котором отдыхали несколько десятков альпинистов. А воздушная волна, которая шла перед лавиной, смела одиноко стоявшую сверху палатку и выбросила двух ребят на поверхность, оставив их единственными живыми свидетелями происшествия.

Когда они поняли, что произошло, естественно, не до конца, только в общих чертах, то как были, в тренировочных костюмах и носках, бросились голыми руками раскапывать место, которое было лагерем. Но сколько они ни рыли, никаких следов товарищей не обнаружили. В дальнейшем туда поднялись несколько экспедиций с лопатами, с большим запасом продуктов, но после недели упорных раскопок единственной добычей было несколько вещей. Так эта снежная пустыня оказалась могилой для 70 человек. И никто никогда не узнает, какой ужас пережили все эти ребята, медленно задыхающиеся под слоем снега.

Единственная команда, которая уцелела в этой трагедии, — это команда Володи Балыбердина, выдающегося спортсмена, одного из сильнейших альпинистов мира. Он был одним из первых альпинистов в мире, которые смогли подняться на высочайшую вершину мира — Джомолунгму — без использования кислорода. Он, без сомнения, был самым сильным альпинистом Советского Союза и обладал удивительным чутьем в горах. Поэтому вечером накануне схода лавины он вдруг поднял свою группу (еще троих человек) и сказал:

— Идем вверх!

Его стали отговаривать:

— С ума сошел! Кто идет вверх в семь часов вечера! Зачем? Переночуй и иди завтра в четыре часа утра.

— Нет, мы должны поработать. Мы должны потренироваться в разбивке лагеря ночью, поэтому встаем и идем вверх прямо сейчас.

Отговаривать Володю было бесполезно. Если он принимал какое-то решение, то не слушал уже никого. У него было внутреннее чутье. Это создавало ему всегда массу проблем с друзьями. Да у него их практически и не было, но вместе с тем это делало его самым великим альпинистом Советского Союза того времени.

Он поднял свою группу. Они надели тяжелые ботинки, каски, взяли снаряжение, рюкзаки и ушли в ночь. Они поднялись на 200 м, но этих 200 метров было достаточно, чтобы они услышали грохот лавины сверху. Через час они спустились вниз, попытались что-то сделать, но найти кого-то было уже невозможно.

В своей книге «Свет после жизни» я уже писал о законах жизни и смерти. Одним из этих законов является то, что быть все время удачливым — очень опасно. Крупные удачи ведут к крупным катастрофам. За все приходится расплачиваться. Лучше иметь периодически мелкие проблемы. Тогда они предохраняют от проблем крупных. В альпинизме это видно буквально на каждом шагу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Часть 1. Энергия сознания

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Энергия наших мыслей. Влияние человеческого сознания на окружающую действительность предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

1

Сестрорецк — небольшой курорт вблизи С. — Петербурга, на берегу Финского залива.

2

Сушумна — в индийской традиционной медицине обозначение энергетического потока вдоль позвоночного столба.

3

Вайнберг С. Мечты об окончательной теории. М., УРСС. 2004.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я