Оборванный след (Юрий Иванович, 2014)

Жизнь Дмитрия Петровича Светозарова, всемирно известного Торговца эпохами, всегда была насыщенной. А после получения известия о начавшейся войне драконов с умбонами, ему и вовсе было не продохнуть. Любимой жене приходилось уговаривать Светозарова, или, как его называли в мире Зелени, графа Дина Свирепого Шахматного, поспать хотя бы пару часов. Неудивительно, что далекое путешествие в мир хаерсов граф воспринял как долгожданный отдых. Все-таки не в каждом мире Светозаров был желанным гостем. Впрочем, отдых отдыхом, а война по расписанию…

Оглавление

Глава 2

Новый титул

Хорошо, что зал прибытия и отправки графского замка строился с запасом. Хватило места для всего, что Светозаров доставил. Только ему самому пришлось с мадам Денса из плена ящиков и коробок выбираться мини-прыжком в коридор. И уже там раздавать инструкции пялящимся на груды дежурным:

– Отключайте сигнал, чего он на нервы давит! Здесь я, здесь! А там – оружие, устройства и боеприпасы к ним. Ну и ускорители… Первые – сразу передать Шу’эс Лаву – для опробования. Вот здесь список и спецификации, раздать куда надо и обеспечить инструкциями. Эрлиона, ты меня слышишь?

– Давно и внимательно, – тут же отозвалась магическая сущность.

– Помоги ребятам. И сразу давай мне сводку по событиям здесь. Крафа объявился? Мариам, идёте со мной по замку? Заодно пообедаете с нами… Тогда оставляйте свою сумку вот на этом столике. Он специально здесь поставлен для багажа транзитных путешественников.

Сумка была оставлена, генерал пристроилась за хозяином замка чуть сзади и сбоку, и они двинулись в сторону лаборатории. Потому что первым делом Эрлиона сообщила: союзник не появлялся, хотя посланный за ним Хотрис совсем недавно «заглянул» с сообщением, что ждёт Трибуна Решающего и у него всё в порядке. А вторым делом – что всё-таки удалось учёным и целителям снять метки Янтарного мира с детей амазонок. Все были этому рады, но не слишком-то расслаблялись, пытаясь отыскать наиболее быстрый, действенный и надёжный способ снятия этих паскудных отметин в дальнейшем. Ведь в пещерах Повиновения и в лабиринте таких лабораторных условий и массы уникальных устройств не будет. Желательно там спасать детей простым прикосновением ладони или одеванием на шею ребёнка контрамулета. Сейчас это спасательное средство спешно, но скрупулёзно разрабатывалось.

По пути к лифтам графа и его гостью чуть не сбила с ног ватага несущихся учеников младших курсов. И генерал удивилась первый раз. Она понятия не имела, что свой замок граф большей частью отдал под Академию, а просвещать её на эту тему никто не спешил. То ли забыли, что она не в курсе, то ли более важными делами оказались заняты.

Ну и диалог, ведущийся графом, поражал. Говорит в пустоту перед собой, и пустота ему тут же скороговоркой отвечает:

– Ну и как Шура? Уже свободна? Может с нами пообедать?

– Говорит, что занята, но для обеда полчасика выкроит.

– Тогда мы сразу в столовую, пусть и она туда подтягивается.

– Уже в пути. Ещё и папу Титела вместе с Софроном Аппали за собой утянула. Потому что никто иной этим трудоголикам – не указ. И сами с ног упадут, и других загоняют.

– А что на столе?

– Сейчас сам увидишь. Почти успели накрыть.

Они выходили из лифтовой кабины в зал, где разносились запахи яств и свежей выпечки. И пока двигались к длинному столу, вокруг которого хлопотали три кухарки, Мариам решилась на несколько вопросов:

– Дмитрий, а с кем это ты сейчас разговаривал?

– С дочерью Эрлионой, – буркнул тот, уже пытаясь высмотреть, что успели поставить на столы.

– А вот та большая группа детей, что мимо нас пронеслась, они чьи?

– Мои, конечно. Тоже на обед помчались. Только они в другом месте обедают, потому что тут бы сейчас такой ор стоял… О-о!..

– Я не поняла, – занервничала гостья. – Так сколько у тебя всего детей?

Уже собравшийся отодвинуть даме стул хозяин замка уставился на неё в некотором недоумении. Потом сильно сморгнул и, получив мысленную подсказку магической сущности, решил и дальше оставить представительницу хаерсов в неведении. Скорей даже подшутить над ней, потому что увидел входящую с другой стороны Сашу, ведущую под руки обоих учёных мужей:

– Это ты ещё самого младшенького моего не слышала. Эль?! Ты где? Отзовись!

– Тоже здесь, – отозвался приятный молодой баритон. – Решил выяснить окончательно: ты настроен нас с Эрлионой немедленно забросить на крышу Свинга Реальностей?

– Скорей всего, нет, сынок, и чуть позже объясню, по какой причине. – После чего быстро представил прибывшую жену, учёных, а тем, в свою очередь, чин, имя и профессию бравого генерала. И предложил: – Давайте кушать вначале, а потом уже поговорим. Иначе вновь сорвут с места экстренные дела. Вот прям чувствую…

Подхватив вилку и придвинув персональную салатницу, беззаботно приступил к обеду, не заметив, как строго на него поглядывает Александра, усаживающаяся напротив. Графине явно не понравилось, что её муж прибыл не сам, а с какой-то, причём весьма и весьма симпатичной своей ровесницей. Молодость, конечно, всегда побеждает, но мало ли что предпримет в ответ опыт? Бдительность терять никакой женщине не стоит. Что интересно, гостья тоже смотрела на молодую хозяйку замка какими-то слишком круглыми глазами. А про переплетение эмоций в ауре вообще отдельный разговор. Сложно было понять, чем она так поражена.

Да ещё и насыщаться толком не стала. Поковыряла один салат, второй, съела четверть поданной солянки, хотя та сегодня особенно удалась, по всеобщему мнению, и почти не притронулась ко второму блюду. Что-то её явно терзало, а вопросы так и просились наружу. И когда правила хорошего тона позволили перейти к разговору, она задала графине странный вопрос:

– Неужели вы настолько любите детей?

– Ну-у, – затянула Шура в удивлении. – Как же их можно не любить? Или в вашей цивилизации не так?

– Да нет, у нас дети – это самые любимые и самые желанные создания. Но ни одна женщина не станет жить с мужчиной, который сделал детей иной женщине и после этого не живёт с матерью своих детей.

Вот тут уже Александра всерьёз озадачилась. Тем более что гостья нечаянно наступила на самую больную мозоль в её душе: вспомнилась аферистка Тани Хелке, которая сейчас находилась в заточении за свои преступления, но при этом вынашивала в себе ребёнка от графа Дина. Подло маркиза поступила, обманно уложив в постель временно потерявшего память Дмитрия, но всё равно затаившаяся в душе его законной супруги обида живёт и здравствует и умирать не собирается.

Поэтому и полетела в ответ перенасыщенная эмоциями грубость:

– В чужой монастырь со своими законами не лезут! Так что, Мариам, лучше за своим моральным обликом присматривайте, а мы уж сами как-нибудь разберёмся с нашими общими детьми и с чужими! И вообще!..

Наверное, хозяйка замка ещё много наговорила бы скабрезностей, но в дело вовремя вмешались обе магические сущности, начавшие наперебой (хорошо хоть на уровне мысленного восприятия!) объяснения создавшейся обстановки. Всё-таки абстрактное мышление, позволяющее сопоставлять, понимать и философствовать о человеческих отношениях, у них уже развилось феноменально. И они понимали буквально всё и сразу: начиная от шуток и заканчивая разбором тяжёлых любовных страданий как со стороны женщин, так и с мужской точки зрения.

Что интересно, в объяснениях принял участие и сам ректор академии, прекрасно слышавший каждое слово. Его сильно удивило гипертрофированное чувство семейственности, о котором заявила генерал. Он даже возмутился в момент мысленного обмена мнениями:

«Она явно утрирует! А скорей всего, не понимает, что в иных, особенно магически развитых мирах подобных строгостей семейного союза не может быть по умолчанию! Это же аксиома!»

После этого заявления за столом возникла ещё большая по времени беззвучная пауза. Три человека только зыркали друг на друга, порой мимикой выдавали некую эмоцию, но продолжали сидеть, упорно сжав губы. А гости, мадам Денса и господин Аппали, только озадаченно посматривали друг на друга, вздыхали да порой пожимали плечами. Тогда как внутренний спор приблизился к своему финалу.

«И ты сможешь этой упёртой вояке доказать свою правоту?! – сердился не на шутку Дмитрий. – Да она тебя даже слушать не станет!» – а ректор ему возражал:

«Легко докажу! И всего лишь за полчаса! Причём докажу, показывая детей и объясняя на примере каждого из них!»

«Ну, если ты такое проделаешь, я буду готов соглашаться с любым твоим изречением в наших ближайших десяти спорах! – шёл на пари граф Дин. – Но ты ведь даже начать свои доказательства не сможешь!»

«А сколько у меня времени?» – последовал резонный вопрос.

«Чуть ли не час, мне ещё надо будет к телепорту драконьему смотаться, энергии в его резервуары-запасники забросить…»

«Ну тогда смотри и учись! – мысленно воскликнул Тител Брайс, поднимаясь из-за стола. – А ты, Эрлиона, записывай доказательства моей научной мысли!» – а вслух обратился к генералу:

– Предлагаю вам, уважаемая Мариам, пройти по коридорам Академии Целителей, где я вам дам должные объяснения. Причём буду давать пояснения на примерах тех детей, которых мы встретим первыми.

И широким жестом указал в сторону одного из выходов. Представительница хаерсов кивнула и чётким чуть ли не строевым шагом последовала за ректором. Тогда как Софрон Аппали, успевший подчистить почти все свои тарелки и салатницы, недоумённо мотнул вслед коллеге головой:

– Чего это он так завёлся? Вы что, мысленно поругались?

– Скорей поспорили. Потому что для Титела любой ученик Академии – это и в самом деле словно родной ребёнок. Когда на вопрос генерала я, не особо задумываясь, ответил, что дети «мои», она своими сомнениями о правомочности такого существования фактически плюнула в душу Верховного целителя в первую очередь. Он-то прекрасно знает, что и я отношусь к детям точно так же, как он. Но если я обычно стараюсь деликатничать, пытаться понять оппонента из иной цивилизации, оправдать его утверждения иным воспитанием, то ректор расшибётся в лепёшку, но докажет, что большинство прежних сирот живут здесь как в родной семье. Иного не дано! И что моя Александра по праву гордится таким мужем, который создал в своём замке подобную Академию.

Торговец из мира Грёз похвально закивал головой, тоже начав вставать из-за стола:

– Он совершенно прав! И пусть врежет жестокой правдой-маткой по сознанию этой надутой заносчивой генеральши. Думаю, он справится, – и убегая, на ходу: – Спасибо за обед! Меня там, наверное, уже заждались…

Оставшиеся наедине супруги вздохнули синхронно, и граф поинтересовался:

– А на тебя что нашло? Не смогла удержаться?

– Извини, я сразу не поняла, о чём речь, подумала в первую очередь о Тани Хелке.

– А-а-а, понятно…

– Ну и вообще, она мне показалась слишком красивой, а ты чересчур страдающим от чувства вины. Ну и у меня, естественно, сразу странные мысли в голову полезли. Тем более что ты без брата вернулся…

– Молодец! Как деликатно о своих мыслях высказалась! – восхищался Дмитрий. – Нет чтобы сказать «глупые», так сказала «странные»… Хе-хе!

– И всё-таки! Зачем ты её приволок, и куда дел младшенького Борю?

Пришлось всё сжато пересказать о событиях в мире хаерсов. И словно по заказу, к финалу доклада Эрлиона предупредила:

– Прибыл Крафа в сопровождении Хотриса. Я их пригласила к столу. Твой союзник обрадовался, сказал, что дома ему поесть не дал наш посыльный. И теперь с тебя – бесплатная кормёжка.

После чего и Трибун Решающий явился личной персоной, восклицая от самого порога:

– Мне и раньше скучать не приходилось, но с таким союзником, как ты, – и врагов не надо! Ни выспаться некогда, ни покушать! – и уже усаживаясь за стол, продолжил без остановки: – Кстати, тебе теперь принадлежит один из титулов нашей цивилизации Торговцев. Звучит он: Демарг. И с настоящего момента так к тебе обязаны обращаться на всех официальных церемониях!

Подвинул к себе салат и стал его наворачивать со скоростью молодого солдата, сутки не евшего и хлеба в руках не державшего. Тогда как графская чета, недоумённо переглядываясь, стала пробовать незнакомое слово на вкус:

– Демарг… И что оно обозначает?

– Демарг?.. И зачем мне этот титул вообще нужен?

Оставалось только удивляться, как человек может с полным ртом внятно объясняться, при этом, не заплевав всё вокруг:

– Это обозначает, что ты самый сильный из нас. То есть титул заслуженный и обжалованию не подлежит. Но ты не отвлекайся, говори, зачем звал.

И вилкой закинул себе в рот очередную порцию пищи, а столовым ножом ткнул в усевшегося за стол Хотриса. Тот с готовностью пояснил:

– Пока мы там двигались, перемещались, я суть беды в мире драконов объяснил. И даже письмо от Осстияла наизусть зачитал.

– Ага!.. Но ты тоже ешь, не сиди даром… А у нас с тобой, дорогой Гегемон, проблемы не только на ближайшие сутки, но и на дальние перспективы просматриваются. Я от нашего с тобой имени пообещал посильную помощь хаерсам…

Быстро пересказал о Сверхновой и крайней необходимости спасти миллионы. Минут десять ушло на повествование, за которые Крафа успел и поесть, и попить, и нахмуриться сильнее грозовой тучи. И когда взял слово, сердился в самом деле, а в каждом его слове сочился сарказм:

– Уважаемый Демарг! Ты читал наш устав и все декларации цивилизации Торговцев. И прекрасно знаешь, что спасательными операциями мы не занимаемся! Никогда и ни при каких обстоятельствах. Продать топливо – пожалуйста. Доставить оружие и патроны – нате вам! Обменять вакцину против страшной болезни на ценные камни – спешим и спотыкаемся. А вот встревать в естественный отбор, мешать вселенным с наведением в своих внутренностях порядка – мы не имеем права. Забыл, что тот же мир Зелени – живой и саморегулирующийся? Вот и во вселенных не сомневайся! Наши законы с их подачи написаны!

– Но там же дети и женщины. Много детей…

– Их бы и так спасли. Тем более что даже в их цивилизованном мире ежедневно умирает и погибает не одна тысяча несовершеннолетних обитателей. Ты же не бросишься их всех спасать? Да и на Земле твоей дети умирают ежечасно сотнями и тысячами. Почему ты не там в таком случае?

Светозаров весь задёргался от таких справедливых упрёков, но решился высказать последний довод в свою пользу:

– Нам нужна весомая помощь от хаерсов. И они постараются её оказать, ударив своими флотами в тылы умбонов. Они уже пообещали…

– И опять ты пытаешься смотреть на мир через дырку в одеяле! А зачем ты брал с них какое-то обещание? Кого ты собрался спасать? Цивилизацию драконов, которой три миллиона лет? И они сами не могут справиться с какими-то «мусорщиками»?

– Получается, что не могут…

– Ха! А ты не задумывался над тем, что это самой вселенной надоело присутствие этих рептилий у себя внутри? Иначе чем ещё можно объяснить такие несуразности в обороне драконов? В их наивности?

– Слишком расслабились, почили на лаврах благоденствия…

– Вот! Именно! – со злым азартом ликовал Крафа, подпрыгивая вместе со стулом и размахивая руками. – А те, кто расслабился, – это уже трутни бытия. Они никому не нужны. И порой подлежат тотальному уничтожению. Что и было решено сделать с почившими на лаврах драконами. Всё? Вопрос исчерпан? Так зачем устраивать панику и заниматься не своими делами?

Дмитрий взглядом просил поддержки Александры, но та хранила молчание. А у самого слова словно кончились:

– Хотелось как-то… Да и неправильно всё это…

– Неправильно? Мало нам своих хлопот с опекаемыми мирами? – продолжал сыпать вопросами Высший Протектор Ожерелья сорока шести миров. – Мало нам риска, которому мы подвергаемся при раскрытии наших внутренних загадок? Вот ты прикинул, что случится, если мы при исследовании лабиринта Янтарного мира, куда собираемся не завтра, так послезавтра, погибнем? Ну?!. Ну?!. Подумай хорошенько: сколько миллионов разумных погибнет следом за нами? Сколько миллиардов скатятся в дикость средневековья? А то и в серость каменного века? И зачем тогда подвергать себя неоправданной опасности? Зачем пытаться спасти то, что уже обречено на вымирание?

После чего повисла пауза, словно утверждающая полную правоту только что кипевшего Торговца. Но и второй оказался не сломлен морально.

Светозаров наконец-то собрался, встряхнулся мысленно, как пёс после купания, и постарался сбросить с себя паутину безысходности, инертности и тоски, которой его оплёл союзник. В сознании стали укладываться совсем иные слова, рождаться контрдоводы, всплывать весомые аргументы. Тут же появилось желание пуститься в ответное словоблудие, забросать фактами, удобными примерами, но вовремя пришло понимание: лишняя болтология – это неуместная трата времени. Да и не факт, что сидящий сейчас за одним столом человек не занимается банальной провокацией. То есть пытается копнуть на максимальную глубину чувства и эмоции Дмитрия, а потом внимательно рассмотреть, что после этого окажется на поверхности.

Поэтому он сказал просто, чуть ли не с полным равнодушием:

– Ну что? Накричался? Отвёл душу? Давай тогда подсказывай, что мне понадобится узнать у драконов в первую очередь. Сам понимаешь, для первого раза я туда надолго не сунусь.

Крафа продолжил свою прежнюю песню, скорей по инерции:

– Ты что, не понял сути моих вопросов и забыл о нашем призвании?

– Да ладно тебе!.. Можно подумать, если меня окружат враги, ты побоишься рискнуть ради моего спасения. К чему тогда вообще жить? Тем более что наш новый друг Осстиял и тебе нравился… Или ты мне врал? И нравился он тебе только как шкура для уникальных чемоданов.

– М-да! Мельчает народ! – пригорюнился Гегемон. – И мы такого приспособленца наградили титулом Демарга?! Ужас… Дракона – на чемоданы?! Кто услышит – не поверит…

– И чего же тут ужасного? – спокойно, невинно поинтересовалась графиня.

– Ты знаешь, сколько весит кожа дракона? Вот то-то же! Ты сломаешься от тяжести пустого чемодана. Поэтому из такой толстой и прочной кожи лучше всего делать… подошвы армейских ботинок. Сносу не будет. Солдата в клочья, шнурки тоже с кожаным верхом – в дым, а подошва – вот она, как новая. Присобачил верх, вставил шнурки с новым солдатом – и вновь воевать.

Пока Дмитрий пялился на союзника и пытался понять всю глубину его изречения, Александра вяло махнула ладошкой в сторону гостя:

– Прекращай дурачиться! Я сразу видела, что ты врёшь и совершенно неискренен в своей запальчивости. И хорошо, что Дима не поддался на твои провокации. Хотя… если вспомнить о твоём возрасте в три тысячи лет да представить тебя этаким Кощеем Бессмертным… Можно и в самом деле испугаться. Бр-р!..

– Саша, ты чего? – Крафа искренней улыбкой пытался скрыть растерянность. – Я и не сомневался, что ты меня сразу раскусишь, умея отличать правду от лжи. Так зачем меня теперь с Кощеем сравниваешь? Обидно-с! А ведь для тебя старался! Пытался твоего мужа рассудительности научить, чтобы он сломя голову в каждую щель не прыгал. А ты вместо благодарности меня кем только не обзываешь! Ещё и «быркаешь» с презрением.

Шура тоже хихикнула, с охотой признавая свою излишнюю чёрствость:

– Ладно, не стану скрывать, что ты у меня ассоциируешься сразу в двух ипостасях: как старый и добрый дедушка, с белой бородой до колен, и как древний витязь, дочки которого – мои лучшие подруги.

– О! Второй вариант мне больше по душе. Чего же ты меня сразу витязем не назвала? А каким-то Кощеем.

– А не надо было моего мужа обижать…

Но тут уже и сам Светозаров, отныне обладающий странным титулом Демарг, досадливо поморщился и прервал бессмысленный разговор:

– Крафа, время утекает! Давай о деле…

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я