Победитель (Александр Ерунов, 2016)

Его назвали Виктором, что означает «победитель». Родившись в Санкт-Петербурге, всю сознательную жизнь он провел в магическом мире Альвхейм. От отца, короля альвов Вёлунда, он унаследовал бессмертную кровь, а от матери, земной женщины-мага Регины Ветровой, магические способности. И вот в пятнадцать лет, достигнув возраста совершеннолетия, он получает свое первое задание. Судьба ведет его в то место, где он родился, в город Санкт-Петербург. Там ждут его победы и разочарования, опасности и приключения, первая любовь и жестокие схватки с врагами из темного мира Нидавеллир.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Победитель (Александр Ерунов, 2016) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Глава 4

Встречи

У дома, где жила Настя, Виктор появился за час до назначенного времени. Ему очень хотелось преподнести ей сюрприз, и Виктор решил сделать это в чисто альвийском стиле. Еще в прошлый раз ему крайне не понравился дурной запах в подъезде дома девушки, который никак не подходил к его романтическому настроению, и он захотел исправить грубое несоответствие с помощью магии. Особой сложности не было, Виктор освоил это заклинание едва ли не в раннем детстве и время от времени развлекался тем, что наполнял свои комнаты во дворце Рассветов то свежим запахом морского бриза, то сложным ароматом полевых цветов, то смолистым благоуханием соснового бора в жаркий солнечный день.

Для Насти он подобрал один из своих любимых запахов – аромат послегрозовой свежести. Запах должен был отлично сработать на контрасте с тем, что творилось в подъезде сейчас, а это как раз то, чего и хотел добиться Виктор. Подойдя к двери, он первым делом проверил оберег. Знак оказался на месте, и это не могло не радовать. Войдя внутрь, Виктор закрыл глаза и отчетливо представил себе ту картину, которая ассоциировалась у него с выбранным запахом: опушка леса, мокрые после дождя деревья, пробивающееся сквозь тучи солнце и неповторимый аромат только что принявшей водные процедуры природы. Он вмещал в себя сотни разнообразных оттенков: и запах свежей листвы, и тонкое благоухание полевых цветов, и немного терпкий запах крапивы, но над всем этим доминировал тот неповторимый аромат пропитанного озоном воздуха, который и объединял мысленно нарисованную картину в единое целое. Открыв глаза, Виктор конечно же увидел все тот же слегка обшарпанный подъезд, но незримое изменение все же произошло. Неприятная затхлая вонь исчезла без следа. Теперь здесь хотелось дышать полной грудью и наслаждаться каждым новым пьянящим глотком чистейшего воздуха.

Поднявшись на третий этаж, Виктор остановился возле унылой голой стены, в которую упиралась дверь квартиры Насти, достал кисточку и краски и быстрыми, уверенными мазками нарисовал великолепную чайную розу. Она получилась удивительно объемной и выглядела почти настоящей. Для завершения эффекта Виктор изобразил капельки росы на ее лепестках и, подумав немного, добавил цветку еще и запах.

Закончив работу, он посмотрел на часы. Было почти без пятнадцати десять. Спустившись на улицу, Виктор достал телефон и набрал номер Насти.

– Алло, – услышал он в трубке знакомый голос.

– Я здесь, о прекрасная Анастасия, и я с нетерпением ожидаю твоего выхода! – с наигранным пафосом в голосе сказал Виктор.

– Вот балда! – рассмеялась Настя. – Ты все-таки явился без пятнадцати! Подожди пять минут, я еще не совсем готова.

– Я буду ждать, но помни, что каждая новая минута ожидания для меня – это целая вечность.

– Значит, тебе осталось ждать всего каких-то пять вечностей. Но учти, ты отвлекаешь меня, и чем дольше будешь болтать всякие глупости, тем позже я выйду.

– Жестоко, но справедливо, – согласился с доводами Виктор. – Тогда я замолкаю и буду страдать с закрытым на замок ртом.

Настя вышла через десять минут. Она выглядела немного ошеломленной и абсолютно счастливой.

– Это ты нарисовал розу? – с восторгом спросила она.

– Нет, она сама выросла, чтобы доставить тебе удовольствие! – довольный произведенным эффектом, улыбнулся Виктор.

Он откровенно любовался девушкой. Сегодня Настя выглядела еще прекраснее, чем вчера. На ней были укороченные брюки кремового цвета и великолепная шелковая блузка, изысканно расписанная вручную в технике горячего батика. Наверняка все это было сшито мамой-модельером, но самое главное изменение произошло все-таки не в одежде, а в глазах девушки. Они просто сияли от счастья, и за один такой взгляд в самом деле можно было отдать полжизни.

– Ты что, и правда всю ночь сидел в темном подъезде и рисовал? – поинтересовалась Настя.

– Так тебе понравилась моя роза?

– Не то слово! Я даже задержалась потому, что не могла оторвать от нее глаз. И она пахнет! Пахнет так, как должен пахнуть настоящий живой цветок! Я не понимаю, каким образом ты это сделал, но лучшего подарка я еще никогда не получала!

– Волшебная сила искусства, – загадочно улыбнулся Виктор.

Настя посмотрела на небо и удивленно воскликнула:

– Ой, ни одной тучки! А мне почему-то показалось, что прошел сильный дождь. В подъезде так пахнет грозовой свежестью, что я даже хотела вернуться и взять с собой зонтик.

– Куда пойдем? – спросил Виктор, сделав вид, что уж к этому-то изменению он совсем непричастен.

– Все равно, – ответила Настя. – Куда хочешь.

– Тогда давай просто погуляем по городу, а ты мне его покажешь. Я ведь давно не был здесь и почти забыл, как он выглядит.

– Давай, – с готовностью согласилась Настя.


Они не спеша шли по улицам города и мило болтали. О чем? Насте это не казалось таким уж важным. Рядом с Виктором ей было уютно и хорошо, а этого для того, чтобы быть счастливой, оказалось вполне достаточно. Иногда до Насти доносились обрывки мыслей прохожих.

«Какая красивая пара!» – отмечали женщины постарше, а некоторые даже оборачивались им вслед. «И где это она отхватила такого красавчика?!» – страшно завидовали молодые девушки. Но Настя даже не сердилась на них. Пусть завидуют! Это ее счастье, и долгими днями и вечерами унылого одиночества она заслужила право на него!

Выйдя на Стрелку Васильевского острова, Настя и Виктор спустились по пандусу к воде и долго любовались великолепной панорамой, открывавшейся отсюда. Подъехал свадебный кортеж, и из машины вышли жених и невеста. Они тоже были молоды, красивы и счастливы, и Настя и Виктор от чистого сердца поздравили новобрачных. Молодожены угостили их шампанским, а невеста даже подарила Насте цветок из своего букета.

Затем они перешли через Дворцовый мост и сквозь арку Главного штаба вышли на Невский проспект. Здесь стало совсем уж многолюдно, и возле величественной колоннады Казанского собора они свернули на канал Грибоедова. Около Банковского мостика Виктор остановился. Его внимание привлекли четыре скульптуры грифонов[13] с золочеными крыльями.

– Ничего себе зверюги! – восхитился он. – Да, строители города знали, что они делают. Сфинксы на набережной, грифоны здесь. Отлично задумано! Эти изваяния неустанно охраняют город от всякой нечисти.

– Помнишь, вчера я спрашивала тебя о том, веришь ли ты в мистику, – неожиданно серьезным тоном спросила Настя. – Ты тогда уклонился от прямого ответа.

– И теперь ты хочешь узнать, как я отношусь к твоему дару? – так же серьезно ответил Виктор.

Настя побледнела и даже перестала дышать. Ей казалось, что объяснение будет долгим и мучительным, а такой прямоты она никак не ожидала.

– В умении читать чужие мысли нет ничего предосудительного, что бы там ни говорили те, кто ничего в этом не смыслит, – продолжил Виктор. – Нужно только научиться управлять этим даром, чтобы в твою голову не лезла всякая чепуха, не стоящая внимания.

– Значит, ты тоже так умеешь? – с трепетом спросила Настя.

– Да.

– А почему я не могу прочесть твои? Ты что, скрываешь их от меня?

– Нет, – глядя Насте прямо в глаза, ответил Виктор. – Просто я по-другому думаю. Большинство людей сразу начинает складывать свои мысли в слова и этим создает определенный посыл, который легко можно прочитать, но если мыслить не словами, а образами, то сделать это становится гораздо сложнее. Я научу тебя потом, если хочешь.

– А ты сам научился этому в Индии?

– Нет. В основном от тети. Она тоже обладает этим даром.

– Я еще хотела спросить тебя…

– Случайно ли я подошел к тебе вчера?

– Да, теперь я немного понимаю своих одноклассников! – смутившись, тихо произнесла Настя. – Становится как-то неуютно, когда стоишь перед человеком с вывернутой наизнанку душой.

– Прости, я стараюсь никогда не злоупотреблять этой способностью, но тебе нужен был прямой ответ на мучающий тебя вопрос, вот я его и дал. А второй, на мой взгляд, вытекает из первого. Да, я подошел к тебе не случайно, а потому, что действительно почувствовал родственную душу. И еще ты просто очень понравилась мне. А если уж говорить до конца честно, то я влюбился в тебя с первого взгляда. Можешь мне не верить, но это чистая правда.

– Не знаю почему, но я тебе верю. Иногда мне даже становится страшно. Я ведь почти ничего не знаю о тебе, но почему-то доверяю каждому твоему слову. Столько раз мне приходилось ошибаться в людях, но в тебе я ошибиться не боюсь.

– Потому что я действительно люблю тебя и не способен сделать ничего плохого.

– Правда?

– Правда. Если хочешь, мы можем попробовать поговорить с тобой без слов. В мыслях ведь гораздо сложнее солгать, – предложил Виктор.

«Я тоже очень люблю тебя», – мысленно ответила ему Настя.


Ближе к вечеру Виктор проводил Настю до дома. В подъезде все еще стоял удивительный запах грозовой свежести. Она поднялась на свой этаж, еще раз полюбовалась великолепной розой, снова понюхала ее, после чего зашла в квартиру и, переодевшись в домашний халатик, села на кровать. В голове у нее царило полное смятение. Да, она получила прямой и ясный ответ на один из мучивших ее вопросов, но на его месте сразу же возникла тысяча других.

«Так кто же ты такой, Виктор Ветров? – представляя любимый образ, думала она. – Сын преуспевающих дипломатов, приехавший в Петербург на каникулы? Сильный экстрасенс, способный творить настоящие чудеса? А может быть, просто отличный парень, которого я люблю? Ну, последнее определение абсолютно не исключает двух предыдущих. Непонятно только, как в одном молодом человеке может уместиться сразу столько достоинств и талантов! А как он рисует! Если портрет был просто великолепен, то роза – вообще настоящий шедевр! И почему она пахнет? Розовое масло? Нет, у него слишком сильный и насыщенный запах, а тут чувствуется аромат именно настоящего живого цветка. И еще это несравненное благоухание свежести. Оно ведь до сих пор не выветрилось, и вряд ли для его создания Виктор использовал какой-то банальный дезодорант. Или это просто сила внушения? Он внушил мне, что запах есть, вот я его и чувствую? Вчера Виктор сказал, что все ошибки происходят из-за того, что человек пытается найти логическое объяснение происходящему. Вот и я сейчас занимаюсь тем же самым. Какая разница, откуда появился этот запах? Он есть, и это самое главное! Надо будет спросить у мамы, почувствовала ли и она его. Уж ее-то Виктор пока не мог околдовать!»

Мама пришла примерно через час и первым делом спросила:

– Настена, это ты розу на стене нарисовала?

– Тебе понравилось?

– Не то слово! Просто восхитительно!

– Нет, мама, к сожалению, это не я, – ответила Настя. – Розу нарисовал Виктор. Он решил сделать мне такой необычный подарок.

– Что же, у мальчика отличный вкус и необычная для нынешней молодежи оригинальность мышления, – похвалила мама. – Про мастерство я уже и не говорю. Жаль будет, если местные вандалы испортят рисунок. А что у нас вообще произошло в подъезде? Приезжала механическая мойка? Такого чистого и свежего воздуха на нашей лестнице еще никогда не было!

– Мама, а ты веришь в волшебников? – невпопад спросила Настя.

– Ты о чем, доченька? – удивленно переспросила та и на всякий случай потрогала у дочери лоб.

– Не переживай, мама, я вовсе не тронулась умом и у меня не горячечный бред, – улыбнулась девушка. – Ну так как, веришь или нет?

– Какие волшебники, дочка? – с улыбкой вздохнула мама. – Ты что, на ночь перечитывала детские сказки? Нет, дорогая моя, ни в каких волшебников я не верю.

– А я, кажется, верю, – задорно рассмеялась Настя. – Просто бывают такие люди, которые все вокруг себя превращают в сказку. Наверное, они и есть настоящие волшебники.

И, оставив маму в полном недоумении, она ушла в свою комнату.

«Девочка, кажется, влюбилась, – вздохнув, подумала та. – Дай ей бог счастья, конечно, но хотелось бы посмотреть на этого Виктора поближе. Надо будет предложить Насте, чтобы она пригласила его к нам».


На следующий день возле ресторана «Макдоналдс», расположенного напротив станции метро «Василеостровская», Виктора неожиданно окликнули. Он обернулся и увидел Макса Федотова, того самого парня с зеленым гребнем на голове, с которым он не так давно дрался на улице Репина. Тот быстрыми шагами направлялся к нему, но никаких агрессивных намерений при этом не проявлял. Напротив, на лице у него была виноватая, немного заискивающая улыбка.

– Ты уж извини нас за ту дурацкую историю с дракой, – смущенно сказал Макс. – Не правы мы были. Выпили лишнего, ну и, типа того, потянуло на подвиги. Ты не думай, ничего плохого девчонке мы сделать не хотели. Мы же не беспредельщики какие-то, чего бы там тебе про нас этот мент ни натарахтел.

– А, так это сержант Давыдов послал тебя ко мне извиняться? – насмешливо посмотрев на парня, спросил Виктор.

– Как бы не так! – криво усмехнулся Макс. – Не дождется, пес легавый! Я сам, как тебя увидел, сразу же решил, что нам надо бы побазарить.

– И о чем же это, интересно?

– О девчонке твоей, конечно, вот о чем. Есть тут один тип, который сильно зуб на нее точит. Я просто предупредить хотел.

– Что за тип? – насторожился Виктор.

– Явно бывший уголовник, – переходя на пониженный тон, ответил Макс. – У нас его зовут Мамаем. Это он в тот вечер попросил нас припугнуть девчонку. Не навредить ей, а просто припугнуть. Даже бабок дал.

– И зачем ему это понадобилось?

– А черт его знает! – пожал плечами Макс. – Он нам не докладывал. Может, у него с ее родителями какие-то терки были, а может, и сам глаз на девчонку положил. Она ведь красивая. Но только и это еще не все. Сегодня этот самый Мамай снова подкатил ко мне и стал расспрашивать уже про тебя. Кто, мол, такой, да как. Ну я-то тебя совсем не знаю, так что тут ему, типа, обломилось. Но велел, если вдруг чего о тебе узнаю, сразу же ему сообщить.

– И что? – усмехнулся Виктор. – Я теперь должен о себе все подробно рассказать? Или анкету заполнить, чтобы ты передал ее Мамаю?

– Да не подкалывай ты! – насупился Макс. – Совсем за мусор меня считаешь, что ли? Я же вполне серьезно. А рассказал тебе, потому что ты, типа, нормальный пацан. И не трус, и по щам надавать можешь при случае. Я к Мамаю в стукачи не нанимался. Пусть сам вынюхивает, если ему так надо.

– Ну и как этот Мамай выглядит?

– Здоровый такой бугай, плечи широкие, наголо бритый, глаза чуть раскосые. В общем, типичный уголовник. Ты того, типа, поосторожней с ним будь.

– Спасибо, Макс, – протягивая ему руку, сказал Виктор. – Буду, типа, осторожнее.

– Не за что. Я сразу понял, что ты клевый мужик!

«А вот это уже серьезно, – подумал Виктор, распрощавшись с Максом. – Очень похоже на то, что этот Мамай как-то связан с дварфами и его интерес к Насте, да и ко мне тоже, вовсе не случаен».

Тетушка Миврана возвращалась в Альвхейм, и перед отбытием на родину сильно переживала и суетилась.

– Виктор, будь осторожен! – то и дело повторяла она. – Не лезь на рожон. И вот еще что, не забывай есть. А то знаю я тебя, лентяя! Готовить ты не любишь. И не ешь всухомятку, это очень вредно для здоровья. Не забывай менять одежду, благо у тебя ее много, а то как влезешь в одно и то же, так и будешь ходить, пока от грязи не почернеет.

– Обязательно, тетушка, – притворно вздыхая, отвечал Виктор. – И руки перед едой мыть буду, и зубы чистить, и даже постель заправлять.

– Маленький негодяй! – возмутилась Миврана. – Он еще издевается над родной тетей! Да, вот еще что, за дом и квартиру я заплатила на год вперед, так что тебя по крайней мере не выкинут на улицу сразу же после моего отъезда из-за того, что ты забудешь оплатить счета. Машину не трогай. Во-первых, она очень дорогая, а во-вторых, парни твоего возраста на таких не ездят. Я тебе купила этот, как его там, мотоцикл.

– Правда?! – оживился Виктор. – А какой?

– Откуда я помню! Какой-то японский, с ужасным непроизносимым названием. Слушай, не морочь мне голову. Мотоцикл хороший, дорогой, ездит быстро. Я спрашивала у продавца.

– А ничего, что садиться за руль можно только с восемнадцати лет? – улыбнулся Виктор. – Ты же сама мне об этом говорила.

– Можно подумать, ты понятия не имеешь о том, как с помощью магии отвести глаза патрульным или подправить дату рождения в документах.

– Тетя, ты толкаешь меня на преступление! – с пафосом воскликнул Виктор.

– Преступление – оставлять здесь такого недотепу, как ты, без присмотра, – сокрушалась Миврана. – Нет, это невыносимо! Как подумаю, чего ты здесь нахватаешься в мое отсутствие, так просто ужас берет! Умоляю тебя, следи за своей речью, не повторяй ерунды за всякими отморозками!

– Тетя! – укоризненно произнес Виктор.

– Ну вот, я уже и сама начинаю разговаривать твоими словами! Довел, паршивец, как есть довел! Ну чего ты сидишь? Собираемся уже! Едем на Меднозаводское озеро. Портал-то у нас пока есть только в загородном доме.

Они на лифте спустились в подземный гараж, сели в машину и выехали на улицу. Всю дорогу тетя давала указания о том, как вести себя во всех мыслимых и немыслимых ситуациях, которые могут возникнуть в ее отсутствие. У нее даже голос сел, и она начала слегка хрипеть. Закончила она наставления только у самых ворот дома. Ворота были автоматическими, поэтому сами разъехались в стороны, а следом медленно поднялась вверх и гаражная створка.

Миврана и Виктор вошли в дом.

– Присядь, – предложила тетя. – По местным обычаям перед расставанием хорошо посидеть и помолчать, чтобы в пути сопутствовала удача.

Они присели.

– Ну, все, – наконец решившись, сказала Миврана. – Давай прощаться. Будь умницей, мальчик мой, и постарайся сберечь себя в целости и сохранности.

Она обняла племянника, а затем решительно начала подниматься по лестнице в комнату, где находился замаскированный портал. Виктор последовал за ней. Перед самой стеной тетушка обернулась, и он заметил, что глаза ее влажны от слез.

– Не волнуйся, тетя, у меня все будет хорошо, – постарался он успокоить ее.

– Надеюсь, – вздохнула Миврана и приложила руку к стене.

В следующий миг она исчезла.


Проводив тетю, Виктор бесцельно побродил по дому. Ему было и радостно оттого, что получил полную свободу, и немного грустно. Без Мивраны дом как-то сразу осиротел, и Виктор теперь гораздо яснее, чем прежде, понимал это. Вздохнув, он спустился в гараж, где еще при заезде приметил накрытый тентом мотоцикл. Пожив в городе и посидев в Интернете, он уже стал неплохо разбираться в технике.

Мотоциклы ему понравились сразу своим стремительным видом и яростно рычащим звуком мотора. Возможно, тетя заметила это и решила на прощанье сделать приятное племяннику. Подарок был роскошный. Это оказалась одна из самых культовых дорожных моделей «Ямахи», и Виктор долго любовался ею. Затем он заправил мотоцикл бензином и, прочитав инструкцию, решил прокатиться на нем в окрестностях дома.

Сначала у него ничего не получалось. Мотоцикл то сразу глох, то вдруг начинал заваливаться набок, и приходилось применять всю свою магическую силу, чтобы привести его в вертикальное положение. Но после часа мучений Виктор все-таки освоил все тонкости управления своим механическим конем и с видом победителя вернулся домой.

Возле дома его сразу что-то насторожило. Он не знал, что именно, но было какое-то неприятное ощущение постороннего присутствия. Виктор проверил обереги, выставленные перед поездкой, и не обнаружил ни одного из них. Кто-то как будто небрежно смел знаки своей рукой, не оставив и следа.

«Если верить Хайме, то ни один из дварфов не сумел бы этого сделать, – размышлял Виктор. – Так кто же тогда там, в доме?»

Стараясь не издавать ни звука, он аккуратно открыл дверь и заглянул в гостиную. Там, развалившись на кресле и положив ноги на журнальный столик, спиной к нему сидел какой-то мужчина в светлом костюме. Виктор вытянул руку, и в ней тут же оказалась Призванная секира.

– Брось, Виктор, – не поворачиваясь, вдруг произнес мужчина. – Неужели ты решил угостить своего брата ударом холодной стали по голове.

Мужчина повернул голову, и это оказался не кто иной, как Эгиль. Вот уж кого Виктор никак не ожидал увидеть здесь, так это своего сводного брата!

– Ну привет, брат! – вставая с кресла, сказал Эгиль. – А я вижу, ты совсем неплохо здесь устроился?!

– Да, неплохо, – ответив рукопожатием на протянутую руку, ответил Виктор. – Какими судьбами ты здесь оказался?

– Просто решил проведать тебя, узнать, как дела. А вообще-то я люблю бывать в Мидгарде. Здесь не так скучно и уныло, как в наших родных землях. Надеюсь, ты уже успел оценить это? Вижу, осваиваешь мотоцикл? Классная вещь, особенно для тех, чья кровь еще не успела прокиснуть от старости! Ну рассказывай. Как ты?

– В общем-то особо похвастать пока нечем. К заданию я только недавно приступил, так что достижения еще очень скромные.

– Что за унылая проза, Виктор! – поморщился Эгиль. – Я разве с тебя отчет о выполнении задания спрашиваю? Это же так скучно и неинтересно! Вот я, например, слышал, что ты должен был познакомиться с девушкой. Ну и как она? Понравилась тебе? Хорошенькая?

Виктор покраснел.

– О, братишка, вижу, что твои успехи не так уж и скромны, как ты пытаешься мне тут расписать! – рассмеялся Эгиль. – Неужели ты влюбился? Молчи и не возражай! По глазам вижу, что да! И, заметь, это нисколько меня не удивляет! Имея столь любвеобильного папашу, как король Вёлунд, ты не мог не пойти по его стопам. Слушай, а у тебя есть чего-нибудь выпить? Просто в горле пересохло. Такое событие, как встреча братьев за тридевять земель от родного дома, неплохо бы и отметить, как ты думаешь?

– Насчет вина я не знаю, надо посмотреть в холодильнике.

– Ладно, сиди, я лучше сам поищу, – любезно предложил Эгиль. – Ты ведь пока, надеюсь, еще не слишком преуспел в изучении местных горячительных напитков?

Эгиль похлопал брата по плечу и нетвердой походкой отправился на кухню. Только сейчас Виктор понял, что его сводный брат и так уже изрядно пьян.

«Принесла же тебя нелегкая!» – в сердцах подумал он.

Отношения с Эгилем у Виктора не сложились. Несмотря на то что разница в возрасте у них была не так велика, как с Хайме, средний брат всегда относился к нему свысока, можно даже сказать пренебрежительно. Поэтому появление его здесь не только оказалось для Виктора неожиданным, но и не вызвало никаких положительных эмоций. Хотя, возможно, именно сейчас Эгиль и собирался наладить более теплые отношения, но для этого вовсе не обязательно было так напиваться.

На кухне раздался какой-то грохот, звон разбитой посуды, но вскоре Эгиль вернулся, держа в руках бутылку вина и два бокала.

– Тетя Миврана не слишком-то хорошо разбирается в винах, – с пренебрежительной усмешкой произнес он. – Как и все женщины, она предпочитает сладкое. Запомни это, если вдруг соберешься угостить свою девушку. Все они ужасные сладкоежки. Но за неимением лучшего воспользуемся тетушкиными запасами.

Эгиль магией откупорил бутылку и разлил вино по бокалам.

– Предлагаю выпить за твое милое и очаровательное задание, – произнес он тост. – Эх, повезло тебе, братишка! Надеюсь, ты хорошо проведешь с ней время.

– Хотелось бы, но ей грозит опасность. Я должен защитить ее, – ответил Виктор.

– Ах опасность! – иронично воскликнул Эгиль. – Защитить прекрасную принцессу, спасти мир! Как это романтично! Эх, молодость, молодость! А кто вообще решил, что этот мир надо спасать? Ты только посмотри на то, как они живут! Да нам и во сне такое привидеться не может! Люди живут так, как хотят, и счастливы этим. Уж если от кого-то и нужно их защищать, так только от таких спасителей, как мы! Мы постоянно суем свой нос в их дела, мы лезем туда, куда нас совсем не приглашали, и все время пытаемся навязать им свою точку зрения, как будто нас об этом кто-то просит.

– А как же дварфы?

– Под словом «мы» я подразумевал не только нас, но и их тоже. Мы, бессмертные народы, все время пытаемся поделить то, что нам не принадлежит, навязать людям свою волю, и очень злимся, когда что-то вдруг идет не по нашему плану. А ведь люди ничуть не глупее нас, если не умнее!

– Но сейчас в людях пробуждаются способности к магии. Им нужно помочь разобраться в этом, – возразил Виктор.

– Способности к магии? – усмехнулся Эгиль. – А зачем они им? Люди прекрасно обходятся и без магии. Она здесь считается чем-то сродни болезни и по большому счету никому не нужна. Ты заметил, что колдунов в Срединном мире не особо жалуют? Когда-то в прошлом их даже сжигали на кострах. Люди опасаются всех этих ведьм, магов и колдунов, и правильно делают. Колдовство никогда не приносило им ничего хорошего, и, только отказавшись от него, они достигли столь впечатляющих успехов. Магия для них теперь – какой-то анахронизм, пережиток прошлого, а сами колдуны и волшебники хороши здесь только в сказках. Вот скажи мне, только честно и откровенно, ты хочешь защитить свою девушку?

– Да, конечно, – уверенно ответил Виктор.

– Тогда я дам тебе один хороший совет. Исцели ее, избавь от этого ужасного проклятия магических способностей, и обе стороны сразу же потеряют к ней всякий интерес. Я знаю твою силу и уверен, что ты можешь это сделать. Отец ведь не просто так бился за то, чтобы получить тебя в свои руки. Ради этого он даже пожертвовал любимой женщиной.

– Ты что-то знаешь о смерти моей матери? – осторожно спросил Виктор.

– Знаю, но не слишком много, – нехотя ответил Эгиль. – Я не участвовал в том деле. А тебя, насколько я понимаю, все это время держали в счастливом неведении? Что же, может быть, это и правильно. Отец проявил себя в той истории далеко не лучшим образом. По сути, он просто предал Регину, не предприняв ничего для того, чтобы вырвать ее из кровожадных лап Нидуда. Впрочем, это уже не первый случай, когда Вёлунд бросает своих женщин на произвол судьбы. Точно так же он поступил и с моей матерью.

– Я ничего не слышал об этом, – удивился Виктор.

– Немудрено, – мрачно усмехнулся Эгиль. – Это о славных победах и подвигах трубят при каждом удобном случае, а про собственную низость и подлость предпочитают помалкивать.

– Но неужели нельзя было переправить и твою, и мою мать в Альвхейм, где Нидуд не достал бы их?

– Конечно нет! – воскликнул Эгиль. – Ты как будто с луны свалился! Разве ты забыл, что в Альвхейм могут попасть только те, в ком течет кровь альвов, а ни у твоей матери, ни, тем более, у моей ее не было. Тебе ведь, наверное, никогда не говорили, что я наполовину дварф? Да, моя мать – принцесса Бёдвильд, дочь самого конунга Нидуда, и я не вижу причин стыдиться этого.

– Не может быть! – изумленно воскликнул Виктор.

– Может, братишка, может. Конунг Нидуд собственноручно убил свою дочь, когда узнал о ее связи с нашим отцом, и я не простил ему этого. Но к чему я рассказываю такие подробности о своем рождении? Ах да, я же говорил, что единственный способ избавить твою девушку от преследования со стороны обоих правителей – лишить ее магии. И это действительно так. Какие бы высокие чувства ты к ней ни испытывал, как бы страстно ни желал защитить от преследования дварфов, спрятать в Альвхейме ты ее никогда не сможешь. Рано или поздно дварфы до нее доберутся, а вина за эту смерть будет отчасти лежать и на тебе тоже. Точно так же, как вина за смерть наших матерей лежит теперь на короле Вёлунде.

– Кто может подробнее рассказать мне о смерти моей матери? – сдавленным голосом спросил Виктор.

– Вряд ли кто-то захочет говорить с тобой на эту тему, – подумав, ответил Эгиль. – Во всяком случае, у нас в Альвхейме. Есть некто, кто многое знает об этом деле, но тебе встречаться с ним опасно.

– Это не имеет значения. Кто он?

– Мой родной брат Эрланд. По твоему удивленному лицу я вижу, что это имя ты тоже слышишь в первый раз. Рождение моего брата – еще одно из тех неприятных событий в жизни нашего отца, о которых он просто предпочитает не вспоминать. Если с тобой мы братья сводные, то с Эрландом именно родные, единокровные. Он на год младше меня, и его матерью была та же самая принцесса Бёдвильд. Однако я оказался в Альвхейме, а Эрланда Нидуд сумел захватить и отправил его в Нидавеллир. Бедняга много чего натерпелся там и не любит говорить на эту тему, но, если тебе удастся завоевать его расположение, о смерти твоей матери он может рассказать почти все.

– Как мне его найти?

– Ты действительно хочешь этого? – спросил Эгиль.

Виктор молча кивнул в ответ.

– Что же, тогда попробую помочь тебе. У меня есть телефон Эрланда. Ты можешь отправить ему сообщение с предложением о встрече. Если он заинтересуется, то ответит тебе. Но еще раз повторяю, это очень опасно. Эрланд все-таки служит Нидуду, хотя и люто ненавидит его.


Ближе к вечеру Эгиля окончательно развезло, и Виктору ничего не оставалось делать, кроме как уложить его спать в доме. Сам он тоже решил заночевать здесь, но, проснувшись утром, брата уже не обнаружил. Вернулся ли он в Альвхейм или решил продолжить развлекаться здесь, в Петербурге, сказать было сложно, Эгиль всегда тщательно зачищал свои фантомные следы.

Ликвидировав последствия вчерашней попойки и заправив постели, Виктор восстановил обереги, сел на мотоцикл и на нем отправился в город. Он миновал поселок Медный Завод, выехал на Выборгское шоссе и по нему помчался в сторону Кольцевой автодороги. Время было еще раннее, движение на шоссе – небольшое, поэтому у него появилась отличная возможность проверить все ходовые качества мотоцикла. Используя на всякий случай прикрывающую магию, он дал полный газ. Впечатление от езды было незабываемое. Машина отлично слушалась руля и летела вперед словно птица. Казалось, ничего вокруг не существует, кроме рева мотора, свиста ветра и безумной скорости.

Но вскоре Виктор обнаружил, что его догоняет большой черный автомобиль марки «БМВ». Он поравнялся с мотоциклом и вдруг неожиданно начал прижимать его к обочине. Виктор добавил газу, чтобы вырваться вперед, но и автомобиль тоже прибавил скорости. Положение с каждой секундой становилось все опаснее. Виктор попробовал оттеснить автомобиль чуть в сторону с помощью магии, но эффект от данного действия был минимальным.

«Может, он просто не видит меня? – промелькнула у Виктора мысль. – Я же прикрыл себя отводящим взгляд заклинанием!»

Виктор снял магический заслон, но водитель «БМВ» попросту проигнорировал это. Он по-прежнему летел параллельным курсом и раз за разом повторял угрожающие сближения с мотоциклом.

«Да что же за осел сидит там за рулем?! – возмутился Виктор. – Права у таких горе-водителей отбирать нужно! Он нарочно это делает, что ли?!»

Эта неожиданная мысль поразила его и направила ход размышлений в другую сторону.

«А что, если там, в «БМВ», кто-то из дварфов?»

Он повернул голову и попробовал разглядеть водителя, но темные тонированные стекла машины полностью скрывали его. Не мог он различить магическим зрением и цвет ауры того, кто так настойчиво пытался сбить его. Это явно указывало на то, что водитель защитился от разоблачения блокирующим колдовским приемом. Теперь уже сомнений в том, что за рулем «БМВ» сидит не просто подвыпивший лихач, а настоящий опытный враг, не оставалось.

«Ну держись, гадина нидавеллирская! – рассердился Виктор. – Не на того напал!»

Он снял с руля левую руку, протянул ее в сторону, и в ней тут же оказалась Призванная секира. Рубить ею автомобиль было бессмысленно, поэтому Виктор просто резанул лезвием по переднему колесу «БМВ» и тут же магическим приемом подбросил свой мотоцикл метра на два вверх. Приземлившись и едва удержав управление, он поглядел в зеркало заднего вида. Автомобиль противника пошел юзом, после чего вылетел с дороги и, несколько раз перекувырнувшись, встал на колеса.

«Это научит тебя вежливости на дороге, дварф! – злорадно усмехнулся Виктор. – В следующий раз ты десять раз подумаешь, прежде чем затевать со мной игру в догонялки!»

Он дал газу, и мотоцикл с ревом рванул вперед.


Из разбитого «БМВ», потирая ушибленный лоб, вылез Эгиль и посмотрел в ту сторону, где только что скрылся мотоцикл Виктора. На лице у него появилась унылая ухмылка.

«Нет, этого щенка так просто, автомобильной аварией, с пути не уберешь, – раздраженно подумал он. – Только машину зря угробил. Но попытаться все равно нужно было. Если бы получилось, то все проблемы решились бы разом. Излишняя сложность в составлении планов иногда только мешает делу. А вдруг он не клюнет на наживку в лице Эрланда? Ему же с детства вдалбливали в голову, что дварфы – наши заклятые враги, которые хороши только тогда, когда они мертвы. Да и держать моего дорогого братца в постоянном напряжении тоже необходимо. Он еще мальчишка, и рано или поздно нервы у него могут сдать. Вот тогда-то он и допустит какую-нибудь ошибку, которой я сразу же воспользуюсь. Вариантов избавиться от Виктора у меня множество, только выбирай. А пока мне нужно набраться терпения. Я обложу его со всех сторон и погоню в нужном мне направлении. Как охотник, подстерегающий дичь, я буду сидеть в засаде, и когда ничего не подозревающий зверь выбежит прямо на меня, молниеносно нанесу ему смертельный удар!»

Эгиль не стал дожидаться приезда полиции. Ремонтировать свою машину и получать за нее какую-то там жалкую страховку он не собирался. Да и лишний раз светиться перед местными властями тоже не хотелось. А на то, что подумают полицейские о брошенном разбитом автомобиле, ему было просто наплевать. Оформлен он все равно на вымышленное имя, и искать это исчезнувшее без следа лицо никто всерьез не станет. Пройдя пару километров пешком, Эгиль поймал попутку и на ней благополучно добрался до города.


Вернувшись в Петербург, Виктор первым делом позвонил Насте. Из-за нашествия в лице Эгиля он задержался в загородном доме дольше, чем планировал, да и случай на шоссе тоже добавил ему беспокойства. К счастью, ничего плохого с девушкой за время его отсутствия не случилось. Виктор рассказал ей, что провожал тетю и немного задержался, но теперь все свои дела завершил и свободен, как птица.

– Тогда приходи сегодня вечером ко мне, – предложила Настя. – Мама все время спрашивает, с кем это я пропадаю целыми днями, и хочет лично убедиться в том, что ты хороший парень, а не кровожадный злодей, пожирающий на завтрак молодых девушек.

– Пока нет, – весело рассмеялся Виктор. – Но тетя уехала, и скоро у меня закончатся припасы.

– Тем более, – в тон ему ответила Настя. – Моя мама – превосходный кулинар, и ты на лишний день будешь избавлен от перехода к каннибализму.

– Согласен. Молодые девушки не самая моя любимая пища. К тому же я плохо умею готовить.

Знакомство с матерью любимой девушки – дело серьезное, и Виктор сразу же принялся готовиться к нему. Начать нужно было с одежды. Как гласит местная пословица, по одежке встречают. Порывшись в шкафу, он сразу понял, что больше половины вещей, купленных Мивраной, не наденет никогда в жизни. Он уже успел немного осмотреться вокруг и понять, во что одевается местная молодежь его возраста. А помпезные смокинги и роскошные костюмы могли бы подойти разве что на случай бракосочетания или, на худой конец, помолвки, но до этого ему было еще очень далеко.

К тому же, по словам Насти, ее мама была сторонницей демократичного стиля в одежде, так что Виктор решил остановиться на узких светло-голубых джинсах и просторном белом пуловере крупной сетчатой вязки. К ним отлично подходили белые кроссовки.

Посмотрев на себя в зеркало, он остался доволен внешним видом и перешел ко второй части проблемы – подарку. С ним тоже были определенные сложности. Прийти в гости с пустыми руками было просто неприлично. Этого тетя Миврана не простила бы ему до конца жизни. Обычный букет цветов показался Виктору банальностью, дарить дорогие безделушки при первой встрече выглядело неуместным. Он ведь не свататься шел, а просто познакомиться. Подумав, он решил пойти проверенным путем. В конце концов, Татьяна Антоновна, так звали маму Насти, художник, и ей, по словам все той же Насти, очень нравились его рисунки.

Виктор сбегал в расположенную неподалеку багетную мастерскую, купил там небольшую, но очень элегантную рамку, после чего нарисовал на листе бумаги весьма необычную по своей форме орхидею и вставил рисунок в рамку. Не удержавшись от соблазна, он добавил цветку еще и запаха, упаковал подарок в пакет и отправился в гости. Перед выходом, немного подумав, Виктор взял телефон и отправил сообщение Эрланду. Ответит он сегодня или через неделю, предположить было сложно, но затягивать с этим делом не хотелось.

По пути, вспомнив о словах Эгиля, Виктор купил еще красивую коробку конфет и в назначенное время уже звонил в дверь квартиры. Ему открыла Настя.

– Заходи, людоед, – весело поприветствовала она его. – Какой ты сегодня нарядный! Просто принц какой-то!

Из дверей кухни выглянула Татьяна Антоновна. Это была высокая стройная женщина лет сорока. Даже дома она была одета с большим вкусом и выглядела элегантно.

– Мама, это Виктор, – представила его Настя.

– Очень приятно. Проходи, Витя, не стесняйся.

– Это вам, – доставая из пакета картинку с орхидеей, сказал Виктор. – Настя сказала, что вам понравились мои рисунки, вот я и решил нарисовать еще один специально для вас.

– Боже мой! – восхитилась Татьяна Антоновна. – Настя, ты посмотри! Великолепно! Витя, тебе говорили, что ты невероятно талантлив? Ты собираешься после школы поступать в Академию художеств? Думаю, что они возьмут тебя даже без экзаменов. Хотя я не знаю, чему еще тебя можно научить. Многие не могут так рисовать, даже имея высшее художественное образование. Разве что получить диплом и потом всем рассказывать, что ты настоящий дипломированный художник?

– А конфеты – мне! – заглянув в пакет, обрадовалась Настя. – Мама, ты же не будешь против?

– Зубы испортишь, сластена, – погрозила ей пальцем Татьяна Антоновна. – Но уговорила, бери. Вы пока поболтайте в комнате, а я сейчас накрою на стол.

Виктор с Настей прошли в комнату, все стены которой были увешаны эскизами костюмов. Выполнены они были в немного непривычной для взгляда Виктора манере – фигуры людей отображены весьма условно, иногда просто легким контуром, зато сама одежда проработана более подробно. Но общее впечатление от эскизов складывалось приятное. Напряженные линии контуров тел задавали движение, и от этого рисунки сильно выигрывали.

Разговаривая с Настей, Виктор невольно слышал отдельные мысли Татьяны Антоновны. Ему было немного стыдно подслушивать их, но удержаться от того, чтобы узнать о произведенном на Настину маму впечатлении он не мог, поэтому не стал блокировать свое сознание.

«Красивый мальчик, – размышляла Татьяна Антоновна. – И глаза хорошие, добрые. Настю можно понять. Будь я немного моложе, сама влюбилась бы в такого без памяти. Да еще и талантлив без меры. Его способности просто потрясают! Как там Настя-то сказала? «Есть люди, которые все вокруг себя превращают в сказку». Про него ведь говорила, не про кого-то другого! Вот только что из всего этого выйдет? Как я понимаю, мальчик из очень состоятельной семьи, родители – дипломаты. Да на него достаточно только раз взглянуть, и сразу становится понятно, что денег они на сына не жалеют. Не избалован ли он? Не капризен ли? Да и как родители посмотрят на то, что их ненаглядный сынок встречается с девушкой не из их круга? И потом, он ведь приехал сюда только на лето. Осенью уедет назад, в свою Индию, не дай-то бог, забудет мою Настену, а для нее это будет таким страшным ударом! Ведь она только-только ожила! Я как посмотрю в ее сияющие глаза, так сама готова плясать от счастья. А ну как все это рухнет в одночасье? Ох, не знаю даже, что и подумать!»

В общем, Виктору было о чем поразмыслить при выборе линии своего поведения, если он хотел немного развеять опасения Татьяны Антоновны на свой счет. Ему предстояло не просто понравиться ей, а проявить настоящие чудеса тактичности и артистизма, чтобы завоевать сердце Настиной мамы.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Победитель (Александр Ерунов, 2016) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я