Арена 13. Воин
Джозеф Дилейни, 2017

В мире, который раньше принадлежал людям, теперь господствуют техноджинны. А человечество заперто в Мидгарде за Великим Барьером. Никто из людей не отваживается пересечь границу, и ходят слухи, что безумие – это малая цена, которую мятежник заплатит за неподчинение. Но у народа гентхаев есть артефакт, опровергающий все теории. Способ проникнуть к джиннам есть. Отец Лейфа, легендарный боец Арены 13, однажды побывал в тех землях и начертил подробную карту. И когда вождь гентхаев приходит к Лейфу с той самой картой, он не может не воспользоваться единственным шансом узнать, что скрывается за Великим Барьером…

Оглавление

Из серии: Арена 13

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Арена 13. Воин предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

1. Смертельный гамбит

Маневр Михалика — самая рискованная тактика для любого бойца-человека. Ее неизменный результат — смерть или увечье.

«Пособие по сражению на тригладиусах»

Лейф

Это была последняя ночь сезона на Арене 13. Где-то начал бить невидимый барабан — словно удары пульсирующего сердца. Когда огромный канделябр с тринадцатью рожками опустился, озарив Арену 13 желтым светом, появился главный распорядитель Пинчеон, чтобы объявить первое состязание вечера. Его черное одеяние было подпоясано широким красным кушаком; он держал длинную тонкую серебряную трубу.

Здесь, в Колесе, Пинчеон оставался высшей властью, но времена изменились. Хотя он все еще расхаживал по арене и являлся членом многочисленной дирекции Колеса, которая теперь правила Джиндином, он утратил большую часть своей власти.

Пинчеон всегда был высокомерным. Я мысленно улыбнулся, подумав, с каким отвращением он станет наблюдать за этим первым состязанием сегодняшнего Списка.

Ярусы обитых плюшем и красной кожей сидений были забиты до отказа, и женщин среди зрителей было почти столько же, сколько мужчин.

По галерее пронеслось предупреждающее шиканье. Теперь мы услышали шаги обутых в ботинки ног, приближающихся к двери «мин», через которую на арену выходили бойцы, сражающиеся вместе с одним лаком. Сердце мое сильно заколотилось, когда появился первый боец, а за ним — лак в доспехах. Бойцом была Квин.

Она уверенно вышла вперед и, прежде чем занять позицию позади своего лака, встала перед главным распорядителем.

Лаки носили полные металлические доспехи и были сильными и быстрыми; их маневры управлялись шаблонами, введенными в их мозг. Существовал единственный способ их уложить — вогнать клинок в их горловую втулку, которую удерживал на месте железный ошейник. Это называлось словом шаблона «обрыв» и заставляло лака немедленно рухнуть на пол арены.

Сегодня люди собрались здесь, чтобы увидеть, как вершится история, и во рту у меня пересохло от возбуждения и страха.

Я боялся не за себя.

Вчера я уже сразился и победил в своем финальном состязании и теперь был просто зрителем. Я боялся за Квин — хотя не только боялся, но и чувствовал воодушевление. Я знал, как много для нее значит нынешний вечер. Она собиралась сражаться на Арене 13 — первая женщина, которая когда-либо это делала.

Публика взорвалась возбужденными дикими приветствиями и принялась топать. Квин улыбнулась, глядя вверх, на галерею. Она знала, где я буду сидеть, и ее глаза нашли мои. Она помахала мне, и я с энтузиазмом помахал в ответ, довольный, что ее мечты о сражениях на Арене 13 наконец-то сбываются.

Потом, когда рев зрителей стал стихать, раздался новый звук, заставивший улыбку Квин померкнуть. Группа мужчин среднего возраста в переднем ряду начала шикать. В Джиндине были люди, желающие придерживаться старых обычаев, и меньше всего им хотелось, чтобы женщины стали равными мужчинам. Некоторые заявляли, что рискуют потерять работу; другие — что женщинам негоже сражаться на Арене 13 и такие бои противоречат их природе. Но нынче вечером сюда явилось множество женщин Джиндина, и они начали всячески подбадривать Квин, выкрикивая ее имя и заглушая шиканье. Они оделись в шелковые наряды, и большинство покрасили губы в традиционный черный цвет, но немало женщин следовали моде, которую придумала Квин: она красила черным только верхнюю губу, а нижнюю — в ярко-красный цвет артериальной крови.

И вот на арену через другую дверь, побольше — дверь «макс», вошел ее противник, мужчина по имени Рубико, с тремя лаками. Квин и Рубико были в обычных коротких кожаных штанах и куртках, открыв свои тела клинкам. Состязание выигрывалось, если удавалось полоснуть противника.

Квин была такой красивой, и я знал, что ее душа должна петь от счастья.

Хотя раньше женщинам запрещалось драться на Арене 13, храбрая и горячая Квин сразилась с лаком, клинок против клинка, в подвале своего отца. Она победила, но была ранена и теперь коротко стригла волосы с одной стороны, чтобы демонстрировать шрам, который считала знаком почета. И она гордилась вытатуированной на лбу цифрой 13. Тот бой в подвале продемонстрировал ее храбрость. Теперь недавняя политическая неразбериха и смена власти перевернула обычаи с ног на голову. Здесь вот-вот должна была свершиться история.

Слева от меня сидел мой друг Дейнон (ученик, как и я) и пристально и очень сосредоточенно смотрел вниз, на арену. Он тоже дружил с Квин и искренне тревожился за нее. Но для меня она была намного большим, нежели просто подругой.

Пинчеон поднял руки и посмотрел на галерею.

— Да начнется бой! — выкрикнул он и зашагал к двери «макс».

Там он помедлил и поднес к губам трубу. Прозвучала высокая пронзительная нота, а потом две двери с грохотом закрылись.

Это был сигнал к началу боя, и бойцы устремились друг к другу.

На мгновение сердце мое застряло в глотке. Когда противники сблизились, я внезапно ощутил слабый запах, почти заглушенный ароматом духов зрительниц. Вонь крови.

Пол арены под нами был в пятнах крови, старых и свежих. Только в нынешнем сезоне погибли четыре бойца. Три смерти были случайностью; одна — результатом боя насмерть, когда сражались до гибели одного из противников. Моя кровь тоже осталась на арене. Я сразился с джинном Хобом и победил его, но он отсек мне правое ухо.

К этому запаху привыкаешь, но он напоминает, что на Арене 13 бойцы иногда погибают. А теперь там, внизу, была Квин, и мечи стремились добраться до ее тела.

Раздался лязг металла по доспехам, блеснули клинки: лак сражался против лака, а бойцы-люди танцевали за их спинами. Атака и отступление, атака и отступление — таков был шаблон, когда Квин кинула своего единственного лака против соперника с тремя лаками.

Мой страх угас, я удовлетворенно улыбнулся. Квин медленно теснила триглад Рубико. Это было немалым подвигом: хотя Рубико едва исполнилось тридцать, он был ветераном арены и числился среди трех самых искусных бойцов «макс», сражавшихся вместе с тремя лаками.

В течение пяти минут противники будут биться позади своих лаков. Потом прозвучит гонг, и после короткой передышки они встанут перед лаками. Этот этап боя будет куда опасней, ведь тогда Квин станет намного беззащитней и перед мечами противника, и перед мечами трех его лаков.

Я надеялся, что она победит раньше, чем до этого дойдет.

Нервно облизнув губы, я посмотрел на Тайрона справа от меня. Он пристально смотрел на арену, наблюдая за боем дочери, и не мог усидеть спокойно — ерзал и барабанил пальцами по коленям. Он был лучшим механиком Джиндина, и я обучался в его команде бойцов. А еще Тайрон сменил Пинчеона на посту Главы дирекции Колеса и теперь стал одним из самых важных людей в городе.

По левую руку от него сидела Ада, которая ввела шаблоны в лака Квин. Некогда Ада была Верховным Адептом Имперской Академии, а потом стала дважды рожденной. Она умерла сотни лет назад и возродилась в фальшивой плоти, из которой созданы все джинны, но осталась гениальным шаблонщиком. Она была первой женщиной, создавшей шаблоны для лака, сражающегося на Арене 13, и настолько искусной, что сделала лака разумным. Она назвала его Трим, и мы с ним сражались вместе, чтобы победить на арене одну из сущностей Хоба.

Лак, защищающий сейчас Квин, не был разумным, и все-таки я надеялся, что Ада сделала его достаточно умелым, чтобы обеспечить Квин победу.

Я снова начал нервничать, моя тревога росла. В сражении стремились не прикончить своего противника, а просто пустить ему кровь, но не исключались и несчастные случаи. Я стиснул зубы и выбросил эту мысль из головы.

Галерея одобрительно взревела. Квин и ее лак оттеснили своих противников к стене арены, и те пытались спастись. Женщины начали радостно подбадривать девушку и стучать ногами, раздавались восхищенные вопли. Квин была очень быстрой; с помощью языка Улум, топая по полу арены, она давала сигналы своему лаку — и направляла его именно туда, где он мог эффективно пустить в ход мечи.

— Умница! Умница! — воскликнул Тайрон, когда до нас донесся металлический звук, возвещая, что клинок ударился о железный ошейник лака-противника, почти войдя в горловую втулку.

Теперь Квин следовало поскорее одержать победу. Пять минут почти истекли, вот-вот прозвучит гонг и бой приостановится; потом бойцы-люди сменят позиции и начнут сражаться лицом к лицу, а лаки встанут позади них. Противники сделаются более беззащитными, и оба могут получить жестокие раны.

Тайрон встревоженно подался вперед; теперь он барабанил пальцами по перилам.

— Быстрее, Квин! Покончи с ним немедленно, девочка! — воскликнул он.

Сперва он был против того, чтобы его дочь сражалась на арене. У Ады ушло несколько недель на то, чтобы уговорить его дозволить этот бой, и сейчас Тайрон, без сомнения, сожалел о своем решении.

Внезапно передний ряд галереи разразился насмешками — смеялась компания грубиянов-мужчин. Потом я увидел всплеск красного, и лака Квин забрызгало кровью.

Сердце мое подпрыгнуло от страха. Ранили Рубико? Или Квин?

Публику накрыла ошеломленная тишина, но вдруг раздался взрыв пронзительного смеха. Я посмотрел туда, откуда он раздавался, и увидел, что один из мужчин держит металлический контейнер, из которого все еще капает красная жидкость.

Это краска, а не кровь, понял я. Он плеснул краской в знак протеста против того, что женщина сражается на арене. Краска серьезно повредила лака Квин, проникнув сквозь горизонтальную щель в шлем и ослепив его.

Шатаясь, лак подался назад и чуть не врезался в Квин. Существо слишком плохо видело, чтобы защищаться.

«Надо приостановить бой, — подумал я. — Почему ему разрешают продолжаться?»

Я прислушивался, ожидая звука трубы, но Пинчеон бездействовал, хотя наблюдал за сражением и наверняка знал о случившемся.

В любую секунду меч мог вызвать «обрыв» лака Квин; тогда она проиграет и будет вынуждена принять ритуальный порез в знак своего поражения.

То, что произошло в следующий миг, заставило Тайрона вскочить.

Все случилось так быстро, что я чуть было это не проглядел. Квин шагнула перед своим лаком, нырнула вперед, все еще сжимая мечи, и прокатилась между ногами триглада противника.

Сердце мое чуть не остановилось, когда клинки устремились вниз, к ней. Я не хотел смотреть — но не мог отвести взгляд. Поступок Квин был невероятно храбрым, но она ужасно рисковала.

Каким-то образом она увернулась от мечей и, продолжая катиться, миновала лаков противника. Мечом в левой руке она ударила Рубико по ногам и рассекла их под коленями. Секунду спустя клинок нашел горловую втулку ее лака и вызвал «обрыв». Но Квин уже пустила кровь. Он победила в своем первом состязании — хотя с огромным риском для жизни.

Аплодисменты были громовыми. Я вскочил, хлопая и крича во все горло. Мы с Дейноном с удивлением и облегчением колотили друг друга по спинам, но Тайрон покачал головой и вытер тыльной стороной руки пот со лба. За последние несколько минут он, наверное, состарился лет на десять.

Помощники распорядителя уже шагали по дальнему проходу, чтобы арестовать компанию мужчин, которые выплеснули краску. Я надеялся, что их оштрафуют и запретят появляться в галерее на очень долгий срок.

Мы вернулись в дом Тайрона, чтобы в честь завершения сезона устроить маленькую вечеринку. Дейнон и я все еще жили здесь, пока продолжалось наше обучение, и делили стол и кров с Тайроном и двумя его дочерьми — Квин и Тиной, а также с сыном Тины Робби.

— Следует поздравить тебя, дочь, с победой в первом состязании на Арене 13, — сказал Тайрон, приветственно подняв бокал. — Но никогда больше не осмеливайся проделывать такое! У меня достаточно седых волос!

Раздалось позвякивание бокалов, послышались одобрительные крики. Но по лицу Тайрона я видел, как он напряжен, несмотря на кажущуюся веселость. Его волосы уже были седыми, постриженными так коротко, что от них осталась лишь щетина; морщины вокруг глаз углубились и тянулись к щекам.

Я понимал, что он чувствует. Сердце мое подпрыгнуло, когда Квин прокатилась под ногами лаков: я думал, что потеряю ее.

Она проделала так называемый маневр Михалика, известный также как «смертельный гамбит». Прием назвали так в честь человека, впервые использовавшего эту тактику. Михалик был единственным, кто при этом выжил и победил; из пятерых других бойцов, попытавшихся проделать тот же маневр, четверо погибли, искромсанные на куски мечами лаков противника, а пятый был жестоко искалечен и теперь ковылял с палкой, утратив подвижность левой руки.

Я знал, что Квин отчаянно мечтала выиграть свое первое состязание, но она не должна была так рисковать. Я злился на нее за то, что она поставила на кон свою жизнь, но еще больше злился на Пинчеона, главного распорядителя. Ему полагалось остановить бой в тот миг, когда краска выплеснулась на голову лака; без сомнения, он хотел увидеть, как Квин проиграет.

Тайрон перебросился с ним парой слов, а дочери устроил нагоняй с глазу на глаз. Но Квин есть Квин, она всегда делала что хотела. Ни за что на свете она не позволила бы себе проиграть в своем первом состязании на Арене 13.

Я окинул взглядом собравшихся в комнате. На вечеринку пришло около тридцати человек: механики вроде Тайрона, в том числе Брид с кустистыми бровями и долговязый, неуклюжий Воуд — эти коллеги тесно дружили, каждый имел свою команду бойцов. Они рисковали жизнью в нашей провалившейся попытке уничтожить все до единой сущности Хоба после того, как я победил его с помощью Трима.

К счастью, Квин не пришлось сегодня столкнуться с этой угрозой. Хоб — джинн, живущий над городом в цитадели с тринадцатью шпилями, — мог появиться в любое время, чтобы бросить вызов бойцу Арены 13. Кто из людей будет с ним биться, обычно решала лотерея, поэтому могли выбрать и Квин.

Но ситуация изменилась. Как правило, я не приводил Трима сражаться на арену, но было условлено: если явится Хоб, именно я встану с джинном лицом к лицу. Трим будет ждать внизу, готовый к такому повороту. Однажды мы с ним вместе уже победили Хоба и сможем сделать это снова.

Вслед за смещением Протектора, которого определили на его пост обитающие за Барьером джинны, чтобы он правил Мидгардом, люди в страхе ждали, что же произойдет. Некоторые считали, что орды чудовищных джиннов ринутся через Барьер, чтобы истребить нас всех. Было создано городское ополчение, дополненное армией гентхаев, но ничего подобного не случилось.

Люди боялись и Хоба. Он терзал город в течение столетий, но после падения Протектора никого не убил и ни разу не появлялся в Колесе, чтобы бросить вызов.

Мы думали, что джинны назначили Протектора единственным правителем, но после его падения стало ясно, что Мидгардом правили двое, и вторым правителем был Хоб.

«Почему же он не вмешался?» — недоумевал я. Его молчание и бездействие действовали на нервы. Люди считали, что он владеет ужасным оружием уничтожения; многие боялись, что он может пустить его в ход против Джиндина.

Сначала испуганные жители старались как можно реже выходить из домов, но город нуждался в еде, и вскоре фермеры снова начали доставлять сюда товары и пригонять скот на бойню. Жизнь вернулась в свою беспокойную колею.

Я опять оглядел комнату. На вечеринку пришли и несколько бойцов; с некоторыми из них я сражался на арене после победы над Хобом. Я закончил сезон в верхней трети Списков — совсем неплохо, учитывая, что у меня было так мало поединков. Я надеялся, что в следующем году Тайрон позволит мне сражаться весь сезон по два раза в неделю, вот тогда у меня появится реальный шанс занять в рейтинге первое место.

Мой отец Мэт был лучшим бойцом Арены 13, и я стремился достичь того же, чего достиг он, а если подвернется шанс, — побеждать Хоба снова и снова.

Я все еще наблюдал за гостями Тайрона, когда ко мне присоединился Дейнон.

— Завтра ранним утром я ухожу, Лейф, — сказал он с улыбкой. — Не успею даже позавтракать. Я должен помогать на ферме.

— Так скоро? — удивился я.

— У меня нет выбора, — ответил он. — Семье нужна лишняя пара рук.

Его ферма переживала полосу неудач. В этом сезоне отец Дейнона не смог заплатить за обучение сына, но Тайрон щедро отмахнулся от оплаты. Он по-настоящему верил в Дейнона, который обещал стать отличным шаблонщиком, с помощью словов языка Ним формирующим и улучшающим навыки лаков. У меня были скорость, быстрота рефлексов и сила — навыки, которые хороши на арене; у Дейнона были мозги, и однажды он станет великим механиком с командой собственных бойцов.

— Чем будешь заниматься, Лейф? — спросил Дейнон.

В прошлом году я отправился навестить гентхаев, но не собирался делать это снова. Я был наполовину гентхаем, наполовину горожанином, но меня все больше тянуло к народу моего отца. Гентхаи — воины, живущие в лесу, не боялись Хоба и надеялись когда-нибудь пересечь Барьер, победить джиннов и вернуть людям весь мир. Это казалось безнадежной задачей, но они всерьез верили, что им такое удастся.

Теперь некоторые гентхаи покинули свой лес. Их вождь Коннит и многие его воины разместились в восточном крыле дворца Протектора, где собирался Руководящий Совет; другие гентхаи патрулировали окрестности города. С течением времени вероятность нападения джиннов как будто уменьшилась, но все равно разрабатывались разные стратегии защиты.

— Тайрон попросил меня остаться здесь и понемногу тренироваться всю осень и зиму. Мне это нравится. И тогда я буду ближе к Квин, — улыбаясь, сказал я.

— Тебе везет! — засмеялся Дейнон.

Мне везло, очень везло, что у меня была Квин. Я предвкушал, как долгой зимой буду проводить с ней время; предвкушал и тренировки. Мне хотелось отточить свои навыки на тот случай, если Хоб снова придет сражаться.

У этого джинна был один разум, но много сущностей. Когда я победил и убил одну из его сущностей на Арене 13, это не только уменьшило исходящую от него угрозу, но и доставило мне огромное удовлетворение. Именно Хоб довел до смерти моих родителей, и я хотел ранить его как можно сильнее.

Мы с Дейноном посмотрели на Квин. Она разговаривала с Адой, которая теперь была самостоятельным механиком, хотя делила с Тайроном его тренировочный зал и жила в его доме. Пока в ее команде имелся единственный боец — Квин, но Ада занималась еще и тем, что помогала Дейнону учиться на шаблонщика.

Пока я наблюдал за Квин и Адой, к ним присоединилась старшая дочь Тайрона Тина. Они немного поболтали, а потом отправились побеседовать с другими гостями. Я почувствовал укол разочарования. До завтра у меня не будет шанса остаться с Квин наедине.

Что ж, меня утешала мысль, что всю осень и зиму мы проведем вместе.

Но этому не суждено было случиться.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Арена 13. Воин предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я