Похожие книги

Умник
Мари-Од Мюрай, 2004

«Ай-ай-ай! Нехорошее слово!» – вопит воспитанный Умник, стоит кому-нибудь позволить себе вольность выражениях. Сам Умник играет с плеймобильками и челобречками, которые живут в телефоне, светофоре и будильнике. В двадцать два года по паспорту, по уму он – трехлетний ребенок. Его младшему брату Клеберу не занимать упорства, и он легко бы справился с Умником, но есть еще и непредсказуемый игрушечный кролик – месье Крокроль, готовый среди прочего разнести на кусочки Маликруа – интернат для умственно отсталых, откуда Умника еле удалось вытащить. И так не простая жизнь братьев становится еще сложнее, когда они поселяются в съемной квартире вместе с четырьмя студентами… Книги Мари-Од Мюрай, включая самую знаменитую – «Oh, Boy!», – удостоены десятков литературных премий в разных странах мира и продаются тиражами более 200 тысяч экземпляров в год. Роман «Умник», награжденный дюжиной литературных премий, среди которых Deutscher Jugendliteraturpreis, как и «Oh, Boy!», стал во Франции культовым.

Как развить интеллект. Психология умника
Адам Уилсон, 2014

Современная жизнь требует от человека постоянной работы ума. Нужно знать свою профессию, разбираться в новой технике, быть внимательным и держать в памяти массу дел и заданий. В такой ситуации наш мозг оказывается перегружен. Между тем, чтобы постоянно быть на пике умственной формы, нужно заняться тренировкой интеллекта. Несколько простых и эффективных упражнений, если выполнять их регулярно, помогут стать внимательным, улучшат память и научат логически мыслить. В этой книге издательства AB Publishing доступно рассказано, как становиться умнее с каждым днем.

Четыре умника и девчонка идут по следу. Тайна пропавшего врага
Аглая Горчакова, 2020

Глеб, Саша, Богдан, Веня и Даша – обычные школьники из Петербурга. Они не слишком хорошо учатся, иногда дерутся и обожают истории о великих сыщиках. Но однажды сами попадают в неприятную историю: бесследно исчезает их главный враг Жора. Полиция подозревает, что Четыре умника имеют к этому отношение. Как доказать, что они ни при чем? Только самим стать сыщиками и найти Жору. Кто сказал, что подростки глупее взрослых? Поиски оказываются сложнее, страшнее и опаснее, чем казалось вначале. Но они уже втянуты в игру, правил которой не знают, отступать поздно.

Умники. Серия «Авантюрные приключения»
Наталья Патрацкая

Люди явно замерзли. Они жались кучками или изображали элементы бега и гимнастики, чтобы согреться. Нимфа сняла руку с кнопки с изображением снежинок. На экранах снег прекратился. Женщина нажала на солнце на кнопке. Под куполом ярко засветило солнце. Снег стал таять.

Переписка князя П.А.Вяземского с А.И.Тургеневым. 1820-1823
Петр Вяземский, 1832

«Перекрестись! Какой тебе «Первый снег» возвратить? Я прошу его от тебя. Пожалуй, сажай его в «Сын Отечества», только без всякой подписи. «Уныние» – также, и паче: это род исповеди. Конечно, у нас никто не читает: пиши что хочешь, но иное и для себя мыслит вслух не должно. Сейчас получил я письмо от Мещевского, которое меня тронуло: он говорит о своей чахотке и близкой кончине. Неужели Жуковскому ничего сделать в пользу его нельзя, хотя через Павловскую, хотя через Аничковскую дорогу? Сделай милость, похлопочите! Он прислал, Жуковскому «Смерть Кесаря». Хорошо ли? Можно ли отдать на театр? Расшевелитесь! В таких делах только и есть жизнь, во всем прочем – тление; особливо же у нас, где бытию нельзя крылья расправить: надобно по земле перепархивать…»

«Чернец», киевская повесть. Сочинение Ивана Козлова
Петр Вяземский, 1825

«Появление сей небольшой, но красотами богатой поэмы есть приятное событие в спокойной литературе нашей; а появление творца ее в тесном кругу первостатейных поэтов наших было, за несколько лет тому, неожиданным и отрадным феноменом в мире нравственном и поэтическом. Дарование поэта Козлова знакомо всем любителям хороших русских стихов, а судьба его (выписываем слова издателей „Чернеца“) должна возбудить нежнейшее участие в каждом благородном сердце. Несчастие, часто убийственное для души обыкновенной, было для него гением животворящим…»

Записки графини Жанлис
Петр Вяземский, 1826

«Наш век есть, между прочим, век записок, воспоминаний, биографий и исповедей вольных и невольных: каждый спешит высказать все, что видел, что знал, и выводить на свежую воду все, что было поглощено забвением или мраком таинства. Мы проникли в сокровенные помышления Наполеона: Лас-Каз, Гурго, Монтолон, Бертран, барон Фэн, Омира, Антомарки обратили нас всех в ясновидящих, или погрузили Наполеона в сон магнетический и заставили его обнажить перед вами всего внутреннего человека…»

О новом французском поэте
Петр Вяземский, 1842

«В Париже напечатаны на-днях стихотворения Ахилла дю-Клезьё (Achille du Clésieux) с замечательным предисловием знаменитого Балланша. Предлагаем читателям Современника несколько выписок из него…»

Несколько вынужденных слов
Петр Вяземский, 1824

«Я всегда разделял общую всем читателям скуку, видя в журналах наших холостые перестрелки досужных авторов, выходящих перед публику на поединки, в коих для неё часто ничто не занимательно: ни причины, ни последствия. Авторы, представители мнений различных, но равно достойные внимания общества, разрешая спорами своими задачи важные в отношении нравственном, политическом или ученом, имеют право надеяться, что общество примет в них участие. Но когда литературные поединщики сражаются за одни личности, то не пристойно им скликать народ на позорище; смешно ожидать, что сии вынужденные свидетели будут смотреть на битву с любопытством…»

О «Бакчисарайском фонтане» не в литературном отношении
Петр Вяземский, 1824

«Появление «Бакчисарайского фонтана» достойно внимания не одних любителей поэзии, но и наблюдателей успехов наших в умственной промышленности, которая также, не во гнев будь сказано, содействует, как и другая, благосостоянию государства…»

Освящение церкви во имя Святые Праведные Елисаветы, в Висбадене
Петр Вяземский, 1855

«Хочу поделиться с вами, любезнейшие и отдаленнейшие друзья, впечатлениями, которые глубоко врезались в душу мою и по многим отношениям найдут, без сомнения, теплое сочувствие и в вашей. Вам известно, что, по приказанию и особенною заботливостью герцога Нассауского, производилось в Висбадене сооружение православного храма в память супруги его, в Бозе почившей Великой Княгини Елисаветы Михайловны. Нынешнею весною храм сей окончательно отстроен и освящение оного назначено было 13 (25) мая текущего года…»

Взгляд на московскую выставку
Петр Вяземский, 1831

«Московская выставка продолжает обращать на себя общее внимание. Каждое утро она сборное место многочисленных посетителей: на бирже, на площадях, в гостиных, в смиренных жильях простолюдина, в кабинетах ученых, она предмет общих разговоров, наблюдений, пересудов. Москва более нежели когда-нибудь столица мануфактурная…»

Письмо к С.Н.Карамзинной из Буюкдере
Петр Вяземский, 1849

«Теперь могу с некоторым благоприличием показаться на глаза Софье Николаевне и напомнить ей о себе. В объеме 50 часов, я был 18 часов на коне, более 6 часов на ногах, карабкаясь на горы и спускаясь с гор, и часов пять отдыхал, если можно назвать отдыхом живую пытку жертвы, преданной на терзание комарам, мушкам и разным другим человеколюбивым насекомым, которые оказали мне по-своему гостеприимство в Турецкой избе селения Бувар-баши (глава ключей) и не давали мне прозаически заснуть в поэтической святыне, где некогда стояла знаменитая Троя…»

Иван Иванович Дмитриев
Петр Вяземский, 1866

«В одном письме Карамзин говорит Дмитриеву: «ты мастер жить»: и мог это ему сказать с некоторою завистью. Карамзин вообще не имел этого мастерства. Он не старался сглаживать свой путь и осыпать его мягким песком и цветами. Он всегда был озабочен чем-нибудь и кем-нибудь: и никогда не отгонял от себя эти заботы. Можно сказать, что он до самой кончины своей кое как перебивался, чтобы с году на год сводить денежные концы с концами. А в Петербурге расходы его пополнялись капиталом. Для чадолюбивого отца, каким был Карамзин, это была постоянная сердечная болячка…»

О жизни и сочинениях В. А. Озерова
Петр Вяземский, 1817

«Давно ли музы отечества оплакивали смерть поседевшего в славе любимца своего, Державина? и ныне еще поражены они новым ударом, не менее для них чувствительным! По крайней мере, Державин совершил свое поприще и заплатил последнюю дань природе в те лета, в которые человек перенес уже важнейшую утрату – утрату всего того, что, так сказать, живого было в жизни…»

Несколько слов о букве С
Петр Вяземский, 1823

«„Пожелаем моему критику поменее согласных букв и поболее рассудка“! писал Вольтер, кажется, к графу Шувалову о каком-то Немецком критике, который нападал на него за то, что в Истории Петра Великого убавил он несколько согласных букв из имен Русских…»

Речь, произнесенная на юбилее пятидесятилетней государственной деятельности Е. П. Ковалевского
Петр Вяземский, 1860

Кроме общежитейских отношений и дружеских сочувствий, предоставляющих мне некоторое право подать голос мой на празднике, который нас здесь радушно собрал, я имею на это еще другие, более положительные, права. Позвольте мне, любезнейший и почтеннейший хозяин, привести их вам на память

Сочинения в прозе В. Жуковского
Петр Вяземский, 1827

«Прозаические статьи, в сей книге собранные, уже все известны читателям нашим; но перепечатание их было необходимо для имеющих в своей библиотеке три тома стихотворений Жуковского, изданные в 1824 году, коим сей новый том служит дополнением. Притом же у нас так мало появлений в прозе, разумеется хорошей, что нельзя не порадоваться случаю возобновить и старое знакомство…»

Языков и Гоголь
Петр Вяземский, 1847

«Кто только не совершенно чужд событиям русского литературного мира, тот мог встретить здесь наступивший год с двумя впечатлениями разнородными, но равно резко означавшимися. Одно из них порождало в нас печальное и безнадежное сочувствие, под которым потрясается и изнемогает душа при утрате, на которую смерть положила свою печать несокрушимую. Другое отзывалось в нас звучным выражением жизни и открывало пред нами в области мышления светлые просеки, пробуждало в нас новые понятия новые ожидания…»

Речь, произнесенная князем П. А. Вяземским на юбилее своей пятидесятилетней литературной деятельности
Петр Вяземский, 1861

«Первым чувством и первым словом моим да будет глубочайшая моя благодарность Государю Императору и Государыне Императрице за высочайшую милость, которою Их Величества меня осчастливили. Искренняя признательность моя и вам, милостивые государи, за благосклонное внимание, которым вы меня удостоили. Теперь позвольте мне объяснить вам, как я сознаю и понимаю это внимание…»

Моя исповедь
Петр Вяземский, 1829

«Обращая внимание на мое положение в обществе, вижу, что оно в некотором отношении может показаться неприязненным в виду правительства; допрашивая себя, испытывая свою совесть, свои дела, вижу, что настоящее мое положение не естественно, мало мне сродно, что оно более насильственно, что меня, так сказать, втеснили в него современные события, частные обстоятельства, посторонния лица и, наконец, само правительство, которое, приписав мне неприязненные чувства к себе, одним предположением уже облекло в сущность и дело то, что, может быть, никогда не существовало…»

Переписка князя П.А.Вяземского с А.И.Тургеневым. 1837-1845
Петр Вяземский, 1845

«Мы предали земле земное вчера на рассвете. Я провел около суток в Тригорском у вдовы Осиповой, где искренно оплакивают поэта и человека в Пушкине. Милая дочь хозяйки показала мне домик и сад поэта. Я говорил с его дворнею. Прасковья Александровна Осипова дала мне записку о делах его, о деревне, и я передам тебе и на словах все, что от неё слышал о его имении. Она все хорошо знает, ибо покойник любил ее и доверял ей все свои экономические тайны. Подождите меня…»

Письма Е.М.Хитрово к П.А.Вяземскому
Петр Вяземский, 1830

«Остафьевский архив, хранящийся в ЦГАЛИ (фонд № 195 И. А., А. И., П. А. и П. П. Вяземских), по праву может быть назван неисчерпаемой сокровищницей драгоценных сведений о больших и малых звездах, блиставших и мерцавших в первой половине XIX века на литературном небосводе России. Вокруг звезд вращались сонмы спутников, и хоть светились они отраженным светом, без них история русской литературы была бы лишена оттенков, интересных деталей…»

Письма и записки Оммер де Гелль
Павел Вяземский, 1845

«Я не узнаю моей книги ни в издании 1860 года, ни в издании моего покойного и незабвенного мужа (1843–1845). Это заметки, не имеющие ни малейшей связи, сшитые как попало или связанные вместе, но наобум. Правда, я согласилась с мнением моих лучших, самых веских и влиятельных друзей – исключить кое-какие подробности самого конфиденциального характера. Я преклонилась перед волею графа Сальванди. По возвращении моем из России, в конце 1841 года, несмотря на смерть герцога Орлеанского, мои отношения к королевской фамилии сделались еще интимнее, я была в еще большей милости (1842–1845); у ног моих были герцог Немурский, принц Жуанвильский и д'Омаль…»

«Ревизор» комедия, соч. Н. Гоголя
Петр Вяземский, 1836

«Литературные события у нас редки. Литература наша кругообращается в явлениях, подходящих под статью обыкновенных, ежедневных происшествий. Эти явления скользят по вниманию читающей публики, не прорезывая глубоких следов в общественном мнении. Разве только в чресполосном владении журналистов возникают по сему случаю тяжбы, обращающие на себя, и то мельком, взоры одних литературных присяжных, или экспертов; впрочем, и в таком случае также трудно сквозь шум, крики и брань понятых вникнуть, о чем идет дело, и удостовериться, есть ли действительно дело в споре…»

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я