Приятное обещание

Виктория Падалица, 2018

Тринадцать лет им было дано, чтобы забыть. Еще тринадцать, чтобы любить. А после их навсегда разлучит судьба. Вернее, это судьба думает, что навсегда, ведь не в курсе, что он успел пообещать ей дочь, а она ему – стриптиз перед смертью. И оба не исполнили свои обещания…Содержит нецензурную брань.

Оглавление

Для создания обложки были использованы фотографии с сайта https://www.maxpixel.net по лицензии ССО бесплатно для личного и коммерческого использования.

Глава 1.Город, где все начиналось

Просто я открытая,

Прямо под софитами на танцпол выйду я.

Не понимаешь, это как быть раздетым.

Выпускаю пламя я,

Отменяю правила

И танцую для себя…

IOWA, «Плохо танцевать».

Выскочив из поезда, Дженджи неуверенной походкой направилась к железнодорожному вокзалу, внимательно всматриваясь в лица прохожих. «Неужели Анжи не пришла? — суетливо мозговала она. — Или, просто не захотела прийти, мы ведь давно не виделись, тринадцать лет не поддерживали связи. Возможно, Анжелика и вовсе не захочет видеть меня после стольких лет молчания».

— Джен! — окликнул ее женский тонкий голос

Дженджи обернулась. Позади нее на расстоянии нескольких шагов стояла девушка. Среднего роста, худощавая, волосы цвета «платиновый блонд» коротко пострижены под супермодный нынче «боб». Открытый короткий топ белого цвета с черными цветами показывал стройную талию Анжелики и обнажал пирсинг в пупке. Джинсовые шорты не скрывали красивых ровных ног, обутых в громоздкие кеды, зашнурованные наружу. Завершала образ радостная улыбка. «Анжелика Ральдос, почти сестра».

— Привет, Джен! — Анжелика подошла первая и обняла Дженджи, — Ты так изменилась! Хорошо, что ты наконец приехала!

Дженджи немного отстранилась, чтобы рассмотреть Анжелику.

— У меня нет слов, Анжи! Ты такая красавица!

— Да я, как раз-таки, осталась прежней, а вот ты изменилась, — Анжелика обошла Джен кругом, с интересом разглядывая ее. — Раньше была толстухой, а теперь — звезда подиумов! Да тебя вообще не узнать!

— Ты же узнала.

Джен с улыбкой пожала плечами. Ей было приятно услышать подобные комплименты от Анжелики, хоть в обыденной жизни она давно перестала обращать на них внимание.

— Если честно, крикнула наугад. Не думала, что ты обернешься. Вернее, я не думала, что ты — это ты! — Анжелика изобразила виртуозный прыжок в воздухе. — Вот мать обрадуется! И Тим в обморок упадет от счастья.

— Как он? — улыбка спала с лица Дженджи при упоминании о брате Анжелики.

— Собирался встретить тебя, но не смог, работа, понимаешь…. — Анжелика виновато отвела глаза. Она никогда не умела лгать. — Он сильно извинялся и просил передать, что увидится с тобой, как только сможет… Тим не живет с нами. У него свой дом.

— Свой дом?

Дженджи не была готова к такому повороту событий, но ей все же пришлось осознать, что тринадцать лет изменили не только ее одну. Раньше они все жили в одном доме, который приобрели их матери. Глупо, но Джен надеялась, что своим приездом на родину окунется в прошлое, где все осталось таким, каким и оставила.

— И еще, — Анжелика неуверенно продолжала. — у Тима есть невеста, зовут Элис.

— Рада за него, — с невозмутимым спокойствием бросила Дженджи, с трудом скрывая настоящую реакцию. — я думала, он уже женат и завел детей, раз не живёт с вами.

— В голове у Тима только работа и гулянки. — данная тема была невероятно актуальной в семье Ральдос и озвучивалась довольно часто, как Анжеликой, так и ее матерью. Они обе пилили Тима, как только выпадал удобный для того случай. — Когда брат уже повзрослеет?

— Тим сильно изменился? — Джен пыталась найти в ее словах что-то стоящее, что оттолкнет от Тима и изменит о нем мучительно приятные воспоминания. Она ведь влюблена в него с детства. Только вот Тим никогда не давал Джен ни намека на взаимность. Для того она и вернулась. Попытать собственное счастье, поскольку не смогла выбросить его из головы. — Наверняка, растолстел, полысел?

— Ну, как сказать… — Анжелика остановила такси и помогла Джен затолкать чемодан в багажник. — Изменился, в принципе… Садись, поехали! Скоро сама увидишь!

***

— Ничего пока, глухо, как в танке. — ловко увернувшись от расспросов Дорис, матери Анжи, о личном-наболевшем, Джен сразу оборвала нудную цепочку неприятного разговора о нещадно потерянном времени поиска спутника жизни.

— А как поживает твоя мать?

Дженджи замялась с ответом, искоса бросив взгляд на Анжелику.

— Уехала. — нехотя солгала она. — Теперь у нее появился кто-то из Африки.

— Как мило! — засмеялась Анжелика, запихивая в рот немаленький кусок пирога с лимоном. — А ты не поехала с ней, потому что не хотела, чтобы твой новый папуля стал негром?

— Не совсем. — пропустив иронию Анжи мимо ушей, Джен с невозмутимым видом продолжила ковырять вилкой мясо в тарелке. — Я устала от той жизни. А с матерью мы не поддерживаем отношений с недавних пор…

— Дакота всегда была сложным человеком. — охотно высказалась Дорис, ее лучшая и единственная подруга. — Похоже, даже старость не сделала ее более усидчивой. Сто лет в обед, а все в девках ходит. Седой трухлявый кошмар! — и тут же скривилась, потому что Дженджи и Анжелика с выпученными глазами уставились на нее. — Я что-то не то сказала?

Дженджи и Анжелика синхронно кивнули вместо ответа.

— Идите отдыхайте, время позднее. — Дорис закатила глаза, изображая недовольство. — Живи здесь сколько угодно, Дженджи. Если хочешь, оставайся насовсем.

— Спасибо, но я не надеюсь уже, что останусь тут надолго. — голос Дженджи стал тише. Она удручённо кивнула, смущенно опустив глаза.

— Пойдем, Джен! — Анжелика с набитым ртом неохотно поднялась со стула. — Я только руки помою, и вернусь.

–Твоя мать умерла, да? — завела Дорис, как только дочь покинула кухню. — Не хотела говорить при Анжелике. Правильно, пусть она лучше не знает об этом. Ну а ты мне тоже дочь, я очень скучала по вам с Дакотой. Вы пропали, ни звонка, ни письма от вас. Сколько лет прошло? Десять? Двадцать?

— Тринадцать с половиной, если быть точной. — Дженджи впала в глубокие раздумья, ударившись в давние воспоминания. — Меня забрали отсюда, когда мне было тринадцать.

— Сложное было время тогда. Тяжело нам всем пришлось. — Дорис подсела поближе к Дженджи и осторожно взяла ее за руку. — Тогда все было иначе, не то, что сейчас. Мой сын, — она отвела противоречивый взгляд на стол, — повзрослел, получил успешную работу. Вот подыскивает себе дом побольше. Все говорит, что ему мало двух спален, нужны три! А также жизненно необходима ванная комната на каждом этаже, чтобы далеко не ходить, когда приспичит. Нынешний дом, по-моему, вполне устроил бы его и Элис, а также охапку будущих детей. Кстати, я как-то гадала, и мне выпало, что их будет пятеро. — она с охотой заворчала о своем наболевшем. — Представляешь, пятеро детей! Если верить картам, я уже несколько лет, как должна была стать хотя бы трехкратной бабулей! Но Тим назло судьбе не спешит обзаводиться семьей.

— Большие запросы у Тима. — увлеченно подметила Дженджи, глядя на морщинистую руку старушки. — А сейчас он где живет? Далеко отсюда?

— Не очень. И это тоже одна из проблем. Тим хочет быть ближе ко мне, потому что считает меня старой, а эту, — Дорис имела ввиду Анжелики, — не застанешь дома, особенно, по вечерам. Все шатается где-то! Надеюсь, что с тобой она образумится.

— Тогда, если Тим так беспокоится о вас, почему не переедет сюда? Ближе некуда, да и деньги целее будут. Вы предлагали ему?

— Да, конечно, я предлагала! Его аристократичная стерва Элис не хочет жить тут! Она, конечно, умная до скрежета в зубах, работает где-то программистом, хорошая хозяйка, все успевает, но есть у нее один минус: Элис до чертиков дотошная и ревнивая. Хотя поводы мой сын ей дает, конечно. — та вздохнула и огорченно добавила. — Что есть, то есть…

— Хотите сказать, они не счастливы вместе?

— Сложный вопрос… Они любят друг друга, да и мне кажется, что Тим скоро сделает ей предложение. Куда тянуть в его тридцать семь? Пора бы уже обзавестись семьей, внуков мне подарить, пока я еще в состоянии их нянчить! Потом уже поздно будет. А Тим непробиваемый, у него, видите ли, есть принципы!

— Какие?

Дженджи внимательно посмотрела на Дорис, желая как можно больше выпытать о ее сыне. Она должна была найти ту потайную нить, с помощью которой сможет заполучить его внимание. Ведь за этим она и вернулась сюда.

Дорис покачала головой. Явно не даст ответа.

— Почему он тянет? — не унималась Джен. — Действительно, возраст уже не молодой, почти сорок.

— Не знаю, Тим не решается, хотя его подружка часто пилит по поводу этого. Ты только никому не говори, — Дорис тихо продолжала, — Элис не выносит меня на дух, а также всех его друзей, и, чуть что, сразу закатывает скандалы и требует сделать ей ребенка немедленно. Видимо, думает, что сможет удержать Тима на веревочке таким вот образом. — она отстранилась и грустно добавила, — Тима никто и ничто не удержит. Такой он своенравный… парящий в небе сокол!

— Трудно ему жить с Элис, наверное. Тим ведь любит погулять, как я поняла из рассказов…

— В яблочко! Это то, из-за чего Тим никак не поумнеет. Постоянные походы по кабакам и ресторанам… И откуда у него столько здоровья?! Если честно, я думаю, что он и она…

— Что он и она? — Джен вся обратилась в слух.

Дорис недоверчиво прищурилась. Слишком много хотела знать Дженджи о ее сыне, что казалось ей крайне подозрительным.

— Ничего. Да я уже забыла, что хотела сказать.

— Нет, вы помните! — уговаривала она старушку. — Дорис, что вы думаете? Вы что-то знаете о ней?

— Я скажу, если пообещаешь сразу же забыть об этом разговоре, будто его и не было.

— Обещаю. — нетерпеливо кивнула она, широко раскрыв глаза и приготовившись слушать главную тайну Тима Ральдоса и стервозного программиста по имени Элис.

— Я думаю, что Тим ошибся, выбрав Элис в будущие жены. Они, конечно, идеальная пара, отлично смотрятся вместе, но только не она для него, Дженджи, не она…Тиму нужна другая жена. Та, которая заткнет за пояс все его выходки, или та, которую он действительно полюбит. Тим очень изменился за тринадцать лет, дорогая. Ты вряд ли в нем не разочаруешься, если он покажется тебе натуральным, то есть, гулящим балбесом. Женское общество испортило Тима с детства, его ведь всегда окружали одни только бабы. Ты пообещала молчать! — строго предупредила Дорис, пригрозив Джен пальцем. — Тим бесится, когда в его жизнь вмешиваются с советами.

— Я не планировала что-то ему говорить и советовать. Кто я такая, чтобы что-то доказывать Тиму, тем более, если он родную мать не слушает!

— Кто знает, — Дорис окинула потолок задумчивым взглядом. — возможно, вы были бы вместе и не расставались бы и по сей день. — затем встала и, собрав со стола грязные тарелки, бросила их в раковину и ушла.

Анжелика все это время стояла у входа в кухню и молча слушала их разговор.

***

Поднявшись по старой лестнице, Джен вскоре очутилась в знакомой комнате. Спальня совсем не изменилась еще с тех самых времен, как она жила здесь. Кровать Тима, стоящая на прежнем месте у окна, пустовала, но была опрятно застелена и выглажена, словно каждый день ждала своего хозяина. У противоположной окну стены стояла другая кровать. Кровать Дженджи.

Поставив сумку на пол, Джен прошла к окну и взглянула на соседние дома. Чувство ностальгии одолевало и без того тоскливые мысли, и она, опустившись на кровать Тима, заплакала, кутаясь лицом в мягкий плед и тщетно пытаясь уловить хотя бы малейшие нотки присутствия любимого.

— Можно? — Анжелика стояла в дверях. — Джен, ты чего расстроилась?

— Я не расстроилась. Просто, — та воспроизвела глубокий вдох, помахав перед лицом руками, и попыталась улыбнуться. — воспоминания нахлынули…

— Ты до сих пор любишь моего брата, так? — Анжелика закусила губу и нахмурилась. — Ну, ты сидишь на его кровати и плачешь, вот я и предположила. Что-то еще может означать такое поведение?

— Я не видела Тима тринадцать лет, и думаю, что мои чувства рассеются, как только увижу его снова. Тим никогда не обращал на меня внимание, Анжи, — Джен, тяжко вздохнув, с виноватым видом пересела на свою кровать.

— Я бы на месте Элис уже начала волноваться, как только ты вышла из поезда! — шутливо подметила Анжелика. — Ка по мне, ты гораздо привлекательней Элис. Насчет вкуса моего брата не знаю, не могу точно сказать. Он, конечно, не пропускает ни одной юбки, но всегда возвращается домой, к ней. Так что, Джен, — та подумала, что поступит благоразумно, если решительно сменит тему. — расскажи лучше о себе. И не тот бред про работницу библиотеки, что ты втирала нам с мамой внизу.

— Я долгое время танцевала. — Дженджи опустила голову, а потом стыдливо добавила шепотом. — За деньги танцевала.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я