Формы непосредственной демократии
Валентина Комарова, 2014

Учебное пособие по спецкурсу "Непосредственная демократия в РФ" логично дополняет курсы конституционного и муниципального права России, конституционного права зарубежных стран. Учебное пособие состоит из краткого лекционного курса по основным темам учебной дисциплины; учебно-методического комплекса учебной дисциплины «Формы непосредственной демократии» и проверочных тестов и ответов на них. Изучение спецкурса непосредственной демократии в Российской Федерации имеет как познавательное, так и научно-практическое значение. Эта дисциплина позволяет студенту осмыслить систему форм непосредственного волеизъявления, их значимость во всей системе властеотношений России, повышает политическую и правовую культуру студента, уровень его теоретической и профессиональной подготовки. Работа предназначена преподавателям, студентам и аспирантам юридических вузов и факультетов, а также сотрудникам органов государственной и муниципальной власти, исследователям и журналистам.

Оглавление

  • Раздел I. Теоретические основы народовластия

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Формы непосредственной демократии предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Раздел I. Теоретические основы народовластия

Глава 1. Демократия: понятие, классификация

Термин «демократия» весьма многозначен.

В современной юриспруденции, социологии и политологии им обозначается:

1.Форма государства — форма политической организации общества.

2.Способ правления, политика.

3.Демократические процессы: способ лигитимации, демократический транзит, демократические практики.

В справочной и популярной литературе, не говоря уже о публицистике, часто встречаются упрощенные определения демократии, к которым следует относиться критически. В качестве примера можно привести следующее определение: демократия — «форма государственного устройства, при котором осуществляется правление народа»1. Один из самых распространенных аспектов первый.

Большая советская энциклопедия определяет демократию как форму политической организации общества, основанной на признании народа в качестве источника власти, на его праве участвовать в решении государственных дел и наделении граждан достаточно широким кругом прав и свобод. Демократия в этой связи выступает прежде всего как форма государства (первый и самый распространенный аспект). Термин «демократия» употребляют также применительно к организации и деятельности др. политических и социальных институтов (например, партийная демократия, производственная демократия), а также для характеристики соответствующих общественных движений, политических курсов, течений социально-политической мысли.

«Современный словарь иностранных слов»2: «Демократия — 1) форма государственного устройства, основанная на признании народа источником власти, на принципах равенства и свободы; при демократии официально признается власть большинства при соблюдении прав меньшинства, равноправие граждан, верховенство закона (правовое государство), разделение властей (законодательной, исполнительной, судебной), выборность основных органов власти3».

Малый энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона определяет термин «Демократия» как народовластие, государственную форму, в которой верховная власть принадлежит всему народу4.

Однако понятие «форма государственного устройства» в юридической и политической науке прочно закрепилось за территориальным или национально — территориальным устройством государства; демократия, за редким исключением, — это власть политической элиты, т.е. власть почти всегда от имени народа, иногда — для народа, но почти никогда — самого народа; «правление народа», т.е. непосредственное управление всем народом, вообще проблематично и возможно разве что в гипотетическом будущем.

Демократию определяют как форму и способ правления (второй аспект) иногда определяют через демократическое государство — это система представительного правления, при котором власть ссылается на «волю народа», выявленную в ходе голосования и выбора между различными проектами и программами (См.: Тотальные тенденции в ХХ веке. Вадим Дамье).

Толковый словарь живого великорусского языка Владимира Даля раскрывает термин «Демократия» через народное правленье; народодержавие, народовластие, мироуправство; противопоставление самодержавие, единодержавие или аристократия, боярщина и пр.

Немецкий ученый Ральф Дарендорф: вопреки буквальному значению, пишет «демократия — не «правление народа»; такого на свете просто не бывает. Демократия — это правительство, избираемое народом, а если необходимо, — то народом и смещаемое; кроме того, демократия — это правительство со своим собственным курсом».

Сергеев В. М. дает определение демократии как институционализированной системы переговоров между социальными группами, обеспечивающей легитимность режима5.

Платон, в частности, рисует ироническую и до некоторой степени абсурдную картину демократического правления:

«…И каков этот государственный строй? Ведь ясно, что он отразится и на человеке, который также приобретет демократические черты… Прежде всего, это будут люди свободные: в государстве появится полная свобода и откровенность, и возможность делать, что хочешь…

…В демократическом государстве нет никакой надобности принимать участие в управлении, даже если ты к этому и способен; не обязательно и подчиняться, если ты не желаешь, или воевать, когда другие воюют или соблюдать подобно другим условия мира, если ты мира не желаешь. И опять-таки, если какой — нибудь закон запрещает тебе управлять и судить, ты все же можешь управлять и судить, если это тебе придет в голову. Разве не чудесна на первый взгляд и не соблазнительна подобная жизнь?» (См.: Платон, Государство).

Одно из самых точных и полных определений демократии дал немецкий философ и публицист Артур Мюллер ван ден Брук. Оно таково: «Демократия есть соучастие народа в своей собственной судьбе». Именно эта формула, быть может, точнее всего определяет дух демократии, который не сводится (ни исторически, ни теоретически) ни к организации референдумов, ни к парламентаризму, ни к системе выборов. Там, где есть истинная демократия, народ во всей полноте ощущает свою вовлеченность в решение важнейших политических и социальных задач, там он видит, что на вершине власти проблемы ставятся точно так же, как и во всех слоях общества, там он полностью испытывает на себе все благородное бремя политической ответственности, и любой выбор для него сопряжен с душевным и физическим риском (что наделяет подлинно демократическое общество живым, активным и полноценным существованием). Все это предполагает предельную, тотальную политизированность народа, так как термин «власть», входящий в определение «демократии» (дословно, «народовластие»), означает именно политическое воплощение общественной воли.

Другими словами, демократия — это своеобразный защитный механизм общества от узурпации власти (См.: Смолин О. Н. Проблема демократии в посткоммунистической России: некоторые вопросы теории).

В трудах некоторых ученых демократию определяют как политику: «Демократия это политика (если хотите — диктатура), направленная на улучшение нравственного и экономического благосостояния народа и опирающаяся на высшие нравственные человеческие ценности и объективную науку о развитии общества. Демократии без нравственности не существует и не может существовать. Науки о развитии общества (социально-экономические, общественно-политические и др.) необходимы, чтобы определять правильное направление развития общества, прогнозировать успехи и трудности, а также постоянно корректировать стратегию и тактику достижения целей»6.

Демократию определяют через понятие «демократизация», как один из видов демократических процессов (третий аспект): способ легитимации, демократические практики, демократический транзит.

А) Демократизация как способ лигитимации.

Смысл легитимности сам по себе достаточно сложная проблема, отнюдь не однозначно решаемая. М. Вебер7и S. M. Lipsert8рассматривали легитимность власти как положение, при котором граждане (или подданные) верят в то, что власть легитимна. Критика этого «социологического» подхода (в основном со стороны политической философии) основывается на том, что при подобном подходе решение проблемы легитимности оказывается по существу в руках представителей власти, а коллапс легитимности выглядит как неудача властей в области «public relations»9. Существенный аргумент против веберовской концепции легитимности с позиции социальных наук был представлен Д. Битемом. С этой точки зрения необходимо отделять веру в легитимность среди народа от тех оснований и аргументов, которые народ имеет для того, чтобы этой веры придерживаться. Эти основания и аргументы и являются характеристикой режима10.

Б) Демократические практики

В том случае, когда процесс переговоров с властью институционализирован, мы можем говорить о существовании демократических практик11. Понятно, что существование разрозненных демократических практик отнюдь не делает политическую систему демократической. Но если возникает система таких практик, покрывающая основные группы населения и вводимая в действие в случае обсуждения наиболее важных для общества проблем, то мы можем говорить о демократической политической системе. При этом предполагается, что демократическая практика затрагивает не только взаимоотношения власти и других социальных субъектов общества, но и взаимоотношения самих этих социальных субъектов — индивидуумов, групп, корпораций, политических партий и т.д.12

В) Демократический транзит

Чаще всего в самом общем смысле демократизацию рассматривают как переход от недемократических форм правления к демократическим. Но так как процесс демократизации не всегда приводит к утверждению современной демократии, поэтому некоторые исследователи предлагают использовать другое понятие — «демократический транзит», которое не предполагает обязательный переход к демократии, а указывает на тот факт, что демократизация представляет собой процесс с неопределенными результатами. В связи с этим исследователи выделяют собственно демократизацию как процесс появления демократических институтов и практик и консолидацию демократии как возможный итог демократизации, предполагающий переход к современной демократии на основе укоренения демократических институтов, практик и ценностей13.

Поляризуется содержание демократии пессимизмом А. Герцена в его книге «Письма в будущее»: «Демократия…очистительный огонь, который сожжет отжившие формы и, разумеется, потухнет, когда сжигаемое кончится,…не может ничего создать,…будет нелепостью после смерти последнего врага,… демократы только знают, чего не хотят; чего они хотят, они не знают,… в ней страшная мощь разрушения, но как примется создавать, теряется в ученических опытах, в политических этюдах, действительного творчества в демократии нет — и потому-то она не будущее».

А. Токвиль: «Демократия, конечно, прогрессивная форма правления, но очень уж склочная и сутяжная, особенно, если власть не сумела установить ясные и простые правила и законы». У. Черчилль: «Демократия ужасная вещь, но мир лучше ничего не придумал».

Вацлав Гавел: «Демократия перед теми, кто к ней относится серьезно, ставит почти неразрешимые проблемы, а для тех, кто ее ненавидит, открывает почти неограниченные возможности».

Однако хорошо это или плохо, но «демократия» остается ключевым понятием в современной политике и закреплена в Конституции России как одна из основ конституционного строя. Конкретизировав его значение, можно принести реальную пользу политическому анализу и политической практике.

В настоящее время уже достигнуто соглашение относительно тех минимальных требований, соблюдение которых позволяет той или иной политической линии именоваться «демократической», за их соблюдением следят международные организации.

Избегая упрощений, в качестве рабочей гипотезы можно принять следующее определение: демократия — одна из форм государственной власти (типов политического режима), которая характеризуется официальным признанием народа в качестве источника власти; принципа подчинения меньшинства большинству; политической свободы и равноправия граждан.

Превращение демократии из регионального феномена во всемирно-исторический процесс демократических изменений с громадным разнообразием типов и форм выдвигает перед современной наукой ряд сложных вопросов. Важнейший среди них — разнообразие демократий.

Концепции демократии могут классифицироваться по самым различным основаниям: от научных парадигм до политической ориентации авторов.

Первым основанием является зависимость от преобладающей ориентации напрямую или представительную демократию. Основываясь на выше обозначенном, можно выделить две большие группы теорий: 1) идентиторные, плебисциторные (чаще говорят — плебисцитарные); 2) репрезентативные (представительные).

Первые ориентируются непосредственно на волю народа и общественное благо, отвергают легитимность конфликта интересов. При этом предполагается, что воля народа выражается непосредственно на народных собраниях или в результате всеобщего голосования, а реализовать ее может не обязательно сам народ, но уполномоченный им вождь или партия.

Вторая группа теорий понимает демократию как компетентное и ответственное перед народом представительное управление. При этом в парламентской демократии видят защиту от сиюминутных массовых настроений и увлечений, иррациональных и эгалитарных (уравнительных) тенденций массового сознания. Эффективность управления связывается с разделением труда и компетентностью специалистов.

Вторая классификация теорий демократии основывается на различиях в понимании ее центральной проблемы: субъект или механизм.

Родоначальником концепций, для которых главным является вопрос о том, кто правит, принято считать Платона, который дал следующую классификацию политических форм: царская власть — правление одного;

аристократия — правление небольшой части лучших и благородных; демократия — правление всех свободных граждан.

Теории, главным для которых является вопрос о том, как осуществляется управление, как функционирует власть, правит ли закон и одинаков ли он для всех. По политической принадлежности это, главным образом, — либеральные концепции демократии. Здесь основной ценностью признается индивидуальная свобода, «свобода от»: от вмешательства государства в экономику, в частную жизнь человека и т.п. Другие характерные ценности либерализм — индивидуализм и неотчуждаемые права. Именно в рамках либерального направления были разработаны концепции «естественных прав человека» и правового государства, ставшие элементами классической теории демократии.

Принципы классической теории демократии остаются основополагающими для функционирования политических систем в наиболее развитых странах. Однако созданная на основе этих принципов модель управления обществом — это отнюдь не некий идеал, а, скорее, наименьшее зло. Уже в ХIХ веке классическая теория демократии подвергалась критике как со стороны правых либералов, так и со стороны левых радикалов. Первые (например, Алексис де Токвиль), опираясь на опыт революций, справедливо утверждали, что торжество воли большинства отнюдь не всегда совместимо с индивидуальной свободой, и может рождать не меньший деспотизм, чем власть тирана. Вторые не менее справедливо обращали внимание на то, что в обществе, разделенном на полярные социальные группы, политическое равноправие не может быть реальным, что политические преимущества неизбежно получают группы, обладающие экономической властью, и что демократия в таких условиях по существу представляет собой лишь форму легитимации (узаконивания) власти той или иной элиты.

Третья классификация теорий демократии основывается на их политической ориентации: либерально — плюралистические, консервативно-элитарные концепции и концепции демократии участия (партисипаторной или партиципаторной демократии).

Сторонники плюралистической демократии исходят из того, что современное общество разделено на множество социальных групп, в которых формируются политические интересы, отражаемые соответствующими политическими организациями. Широкие массы граждан индифферентны в политическом смысле и не стремятся к непосредственному выполнению властных полномочий. Для них несравненно легче избрать правителей, чем заниматься поисками ответа на политические вопросы.

Элитаристы исходят из представления о том, что политическое неравенство является одной из необходимых основ любой общественной структуры. Демократию как народовластие они считают мифом, поскольку народ к самоуправлению не способен, а его непосредственное вмешательство в политику разрушает структуры управления. Вместо правления народа элитаристы предлагают концепцию правления, одобряемого народом, роль которого сводится к выбору одной из конкурирующих элит, представленных политическими партиями. Демократия, по мнению элитаристов, обеспечивается не широтой участия масс, а активной конкуренцией элит при минимальной активности граждан. От концепции плюралистов этот подход отличается тем, что ориентируется на сужение круга лиц, допускаемых к «таинству» управления. Ориентация концепции откровенно правая.

Сторонники партисипаторной (партиципаторной) демократии, или «демократии участия», по политическим ориентациям принадлежат к левым реформистам разных мастей — от левых либералов до реформистов — коммунистов. Для них современная западная демократия отнюдь не идеал, но объект реформирования.

Политологи выделяют три типа демократии14: демократию классического либерализма, коллективистскую и плюралистическую.

Ален де Бенуа, главный идеолог французских новых правых, высказал очень важное соображение относительно существования трех типов демократии, соответствующих трем членам знаменитой демократической триады: «Свобода, Равенство, Братство» («Liberte, Egalite, Fraternite»)15.

Первый тип демократии, наиболее распространенный в современном мире, — это «либеральная демократия», ставящая во главу угла принцип «либерализма» (от французского слова «liberte», «свобода»). Этот тип демократии делает акцент на «человеке», на индивидууме, на «нарциссическом субъекте», абсолютизируя его экономические и животные потребности; стремится подчинить всю структуру общества эгоистическим интересам «свободного потребления». От данной демократической версии неотделима концепция «прав человека», ставшая основой мондиалистской демагогии при критике либеральными демократами всех недемократических режимов или иных, нелиберальных, вариантов демократического устройства. Для либеральной демократии характерен принцип: «один человек — один голос».

Второй тип демократии, по мнению Алена де Бенуа, это «эгалитарная демократия», называемая иногда «народной демократией». В ней доминирует принцип «равенства» («egalite»). Этот тип демократии более всего проявился в форме тиранических, тоталитарных режимов националистического или социалистического типа. Эта концепция демократии является предельной, экстремальной формой механицистского отношения к обществу, понимаемому как масса атомарных индивидуумов. В эгалитарно-демократическом режиме доминирует тот же атомарный, количественный подход к индивидууму, как и в либерально — демократическом, но при этом преимущество отдается не отдельному индивидууму, а всей совокупности таких индивидуумов, массе, количественному конгломерату дискретных единиц.

Третий тип демократии, наиболее редкий и наиболее позитивный, альтернативный по отношению к предыдущим, чисто количественным типам, это «органическая демократия», основанная на принципе «братства» («frater№ite»). Эта форма демократии представляет собой противоположность не только первым двум типам демократии, широко представленным в современной политической ситуации, но и антидемократическим теориям, основывающимся на тех же неорганических, механицистских предпосылках в отношении структуры общества. Смысл «органической демократии» в том, что она в качестве основы социального устройства общества берет народ как особую единую качественную и органическую общность, укорененную в истории, имеющую собственную духовную, культурную, национальную и политическую традицию, которая и ложится в основание политического самопроявления народа, служит критерием принятия судьбоносных решений и принципом коллективного волеизъявления. Органическая демократия рассматривает народ не как безжизненный механизм, но как живой организм, не могущий быть расчлененным на атомарные единицы (детали) без того, чтобы не наступила смерть.

В заключение своего анализа Ален де Бенуа приводит одну любопытную историческую деталь. Если в основополагающем лозунге Французской Республики наличествовали все три термина демократической триады («Свобода, Равенство, Братство»), то уже в Декларации 1789 года, в Конституциях 1791 и 1793 годов, равно как и в Хартии 1830 года, остались только два первых термина, а упоминание о «братстве» было изъято. Таким образом, два реально доминирующих типа демократии — демократия либеральная и демократия эгалитарная — отнюдь не исчерпывают собой всех демократических возможностей. Более того, они оставляют за скобками, быть может, самый интересный, привлекательный, гармоничный вариант демократии, в котором обе части термина «демос» («народ») и «кратос» («власть») несут в себе самое конкретное, естественное и органическое содержание, чего не скажешь о первых двух вариантах, где вместо «народа» и его «власти» мы имеем дело с абстрактными и произвольными, волюнтаристическими концепциями некоей «политической секты», стремящейся любой ценой воплотить в жизнь свои химерические и механицистские социальные утопии16.

Марксистская концепция демократии

Основные марксистские идеи выглядят следующим образом.

Во-первых, для марксизма вообще и В. И. Ленина в особенности было характерно акцентирование классового характера демократии17.

Во вторых, положение о том, что демократии, которая возникла при частной собственности, цены придавать не следует18.

В третьих, классовым подходом определялась противоречивая оценка марксистами роли демократии в условиях капитализма. С одной стороны, эта демократия признавалась безусловным прогрессом, поскольку она дает личности политические свободы и, в частности, позволяет лучше организоваться рабочему классу. В этой связи теоретики марксизма всегда предпочитали более демократический режим менее демократическому, а демократическую республику считали лучшей политической формой для перехода к социализму, демократии трудящихся19.

Классическая марксистская политология приходит к выводу о том, что демократия представляет собой наилучшую политическую оболочку капитализма как с точки зрения рабочих, так и с точки зрения буржуа. Она позволяет реализовать лучший из двух возможных способов политического господства, а именно: манипулирование сознанием масс без применения в обычных условиях прямого насилия. Поэтому демократия представляет собой правило для высокоразвитых капиталистических стран, авторитарные режимы — исключение из правила. Последующие исторические события показали, что именно демократический и, как иногда выражаются, «социализированный» капитализм оказался способным выиграть экономическое соревнование у административно-бюрократического социализма, тогда как фашистский вариант капитализма потерпел полное поражение (См.: Смолин О. Н. Проблема демократии в посткоммунистической России: некоторые вопросы теории.)

Наиболее острым остается вопрос о диктатуре пролетариата, по которому в современной политической теории представлены три основные позиции.

Первая из них — ортодоксально-коммунистическая. Ее разделяет, например, марксистская рабочая партия — партия диктатуры пролетариата. Правда, установление диктатуры пролетариата мыслится не в форме прямого захвата власти, а через пропорциональное представительство различных социальных групп в Советах (такое представительство дало бы примерно 60 % мест рабочим). Опыт СССР и других стран административного социализма показывает, что диктатура пролетариата легко может переродиться в диктатуру бюрократии.

Вторая позиция — либеральная. Суть ее в том, что любая диктатура тяготеет к универсальности и длительности насилия, и потому идея диктатуры пролетариата изначально ошибочна и порочна. Привлекательной стороной позиции является ее гуманистический пафос, однако мировая история практически не имеет опыта смены общественных формаций (или, на языке западной социологии, типов социетальных систем) без установления авторитарных режимов той или другой формы, в той или иной степени. Не случайно в России к авторитаризму все больше склоняются политики, осуществляющие новейшую революцию, т.е. изменение самих основ общественного строя.

Третью позицию занимают левые партии демократической ориентации как на Западе, так и в России. Суть позиции в том, что идея диктатуры пролетариата в свое время имела историческое оправдание, но ныне уже устарела. В доказательство приводится изменение социальной структуры стран Запада и повышение ценности личности и ее свободы в общественном сознании наиболее цивилизованных стран.

Плебисцитарная теория демократии

Термин «плебисцит» может быть переведен с латинского как принятие решения посредством всенародного голосования. Широкое использование этой процедуры и составляет главную особенность плебисцитарной теории демократии.

Своеобразный вариант теории плебисцитарной демократии разработал знаменитый немецкий социолог и политолог Макс Вебер. Согласно Веберу, сложные общественные системы ХХ в. значительно больше, чем прежде, нуждаются в управлении и потому переживают новый виток бюрократизации. Бюрократизация общества, с одной стороны, позволяет поднять профессионализм и компетентность управленческих кадров («рациональная бюрократия»), а с другой стороны, может приводить их (управленцев) к всевластию, тормозящему необходимые преобразования, и тем самым — к окостенению общественных структур.

Спасение от бюрократии Макс Вебер видит в плебисцитарном харизматическом лидере, который один только и способен защитить граждан от ее всевластия, а в необходимых случаях — обеспечить прорыв на пути реформ. Поскольку понятия типа «народный суверенитет», «народовластие» и т.п., согласно Веберу, утопичны, немецкий политолог предлагает следующий механизм реализации демократической процедуры: народ выбирает лидера, которому доверяет; после этого лидер говорит: «А теперь замолчите и подчиняйтесь мне!» Ни народ, ни партии не должны вмешиваться в то, что он делает20. Очевидно, что такого рода «демократия» отличается от авторитарного режима лишь способом установления.

Среди всех приведенных выше теорий демократии, именно концепция партисипаторной демократии — демократии участия представляется наиболее соответствующей тенденциям развития современного общества.

Смысл реформ под эгидой партисипарной демократии (демократии участия) состоит в том, чтобы обеспечить более широкое участие народа в управлении обществом. Для этого предлагается:

1. Сочетание прямой и непосредственной демократии. Демократия представляется в виде пирамиды, основанием которой служит прямая демократия (выборы и самоуправление), а на каждом уровне выше основания представлена демократия делегатов. Данная позиция в современной России на федеральном уровне представлена слабо, о чем будет более подробно сказано в следующих главах настоящего исследования. Уровень субъектов федерации представляет более широкий спектр форм непосредственного народовластия.

2. Контроль за всеми органами власти со стороны общественности. Современная Россия характеризуется стадией становления контрольных институтов со стороны общественности за всеми органами власти.

3. Опора парламентских фракций и комитетов на массовые общественные движения, привлечение представителей этих движений к разработке законопроектов и решений исполнительной власти. В России сделаны первые шаги в реализации данного направления, например, Общественная палата21.

4. Доступность общественным движениям средств массовой информации, которые, по мнению сторонников концепции, как раз и позволяет заменить традиционную представительную демократию «демократией участия». Данная позиция обеспечивается в процессе избирательных компаний для политических партий, принимающих участие в выборах, и партиям, победившим на выборах федерального уровня — в процессе работы22.

5. Развитие самоуправления на местном уровне, общественных движений. Значительные шаги в реализации этого направления сделаны с принятием Федерального закона от 06.10.2003 г. «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ»23.

Глава 2. Народовластие в России: понятие и формы

Конституция России закрепляет два вида публичной власти — государственная власть и местное самоуправление. Государственная власть осуществляется на двух уровнях: федеральном и уровне субъекта федерации.

Конституционно установлены две формы осуществления народом принадлежащей ему государственной и муниципальной власти: непосредственное волеизъявление, представительное правление.

Представительное правление, содержание института народного представительства заключается в представлении парламентом (выборным полномочным представительным органом) определенных интересов, воли тех, кого представляет: всего народа, населения, проживающего на определенной территории24.

Непосредственное осуществление власти народа является высшим выражением народовластия, в то же время каждодневное осуществление государственной власти на федеральном уровне, уровне субъектов РФ требует образования постоянно действующих органов государственной власти. Будучи сформированными демократическим образом и находясь под контролем населения, эти органы являются важнейшими каналами осуществления народовластия в России.

Представительное народовластие это делегирование народом либо отдельными входящими в него социальными образованьями части принадлежащих ему прав избираемым на демократических основах представительным органам государственной власти и местного самоуправления.

Выборное представительство — основа современной парламентской системы, исходит из того, что «народные представители, являясь более авторитетными и более правильными, чем кто-либо другой, выразителями народных нужд и желаний, могут с наибольшим основанием решать государственные дела, а также претендовать на выбор тех лиц, которым поручается непосредственное управление»25.

Главная задача парламентаризма — обеспечение подлинного народовластия в государстве. Как отмечает Богданова Н. А., содержание народного представительства составляют отношения, связанные с формированием, функционированием и ответственностью особого вида органов, социальным назначением которых является согласование и отражение интересов различных социальных общностей, политических и демографических групп граждан на соответствующем уровне государственной власти.

По мнению Л. А. Нудненко, представительная демократия (народное представительство) — это система правовых и неправовых общественных отношений, возникающих в связи с решением вопросов государственного значения через демократически избранных представителей. К числу неправовых отношений, характеризующих представительную демократию, автор относит, к примеру, подбор кандидатов в депутаты, осуществляемый политическими партиями. Способы, формы и методы этого подбора либо совсем не регулируются правом, либо регулируются лишь в самых общих чертах26.

Осуществление представительного правления происходит путем работы представительных органов и выборных должностных лиц.

Представительная ветвь власти в науке определяется как… «ведущая из трех ветвей власти, представляет собой систему коллегиальных выборных органов государства, выполняющих законотворческие, представительские и иные функции, в зависимости от реализации системы сдержек и противовесов, принципов парламентаризма в конкретной стране в определенный исторический период, основанная на свободном или императивном мандате, ограниченном сроке полномочий. Характерными чертами представительной ветви власти, являются: объем функций и полномочий, представительство интересов, коллегиальность, выборность, основной характеристикой является системность»27.

Народное представительство является более широким понятием, чем парламентаризм28. Парламентаризм включает в себя правовые и неправовые общественные отношения, возникающие в связи с решением вопросов государственного значения не только через депутатов и парламент, но и через избранных народом (населением) должностных лиц29.

Организационно-правовыми формами осуществления представительства интересов народа (населения), по мнению автора, следует считать единоличных представителей (высших должностных лиц субъектов Федерации) и представительные органы государственной власти. Представительными органами государственной власти являются коллегиальные выборные органы государственной власти. Категория же «представитель» — более широкая. Она включает в себя как коллегиальные выборные органы государственной власти, так и депутатов, а также выбранных народом (населением) высших должностных лиц субъектов Российской Федерации, деятельность которых характеризует представительную систему и представительную демократию на республиканском (региональном) уровне30.

Институт выборных должностных лиц в системе представительного правления сегодня в России представлен на федеральном уровне главой государства и на уровне муниципальных образований выборными главами. Из системы представительного правления в недавнем прошлом был изъят уровень субъектов федерации после изменения порядка занятия должности глав субъектов Российской Федерации. Нынешний порядок не позволяет включить институт глав субъектов Российской Федерации в систему представительного правления.

Тем не менее, по убеждению автора, представительство народа осуществляется не только через систему представительных органов, но и через выборных должностных лиц.

Непосредственное народовластие можно определить как прямое волеизъявление особого круга субъектов по решению вопросов государственной и общественной жизни, коррекции осуществления властных функций органами власти, сопоставление воли народа с их деятельностью.

Чертами непосредственной демократии являются:

— круг субъектов, обусловленный особыми требованиями к ним (в том числе и количеством — решение большинства);

— прямое волеизъявление;

— единство воли и субъекта ее выражения, а так же осуществление власти от своего имени;

— вопросы общественной и государственной жизни;

— особые формы осуществления власти;

— конечная цель может быть троякой: императивной, регулятивной, консультативной.

Под формами непосредственной демократии понимаются «способы и средства непосредственного осуществления власти народом или его частью, исключающие передачу властных полномочий каким-либо органам или лицам» 31. Формами непосредственной демократии являются те ее проявления, которые институционализируют непосредственное волеизъявление обладателя полноты власти — народа (в том числе и властное).

Таким образом, формы непосредственной демократии должны соответствовать следующим требованиям: объединять волю, мнение большинства, имеющего право решать и участвовать в решении конкретного общественно значимого вопроса.

Формы непосредственной демократии это способы и средства непосредственного осуществления власти народом или его частью (императив), коррекции осуществления властных функций органами власти (регулятив), сопоставление воли народа с деятельностью властных органов (консультатив).

Непосредственная демократия выполняет следующие функции32:

Императивную — окончательное решение определенных вопросов;

Изначально к формам непосредственного народовластия относили выборы и референдум в связи с тем, что именно с помощью этих форм происходило императивное волеизъявление носителя власти — народа. Сюда же стоит отнести появившиеся в правовой действительности страны новые формы императивного волеизъявления граждан, используемые на муниципальном уровне: сходы, отзыв, голосование по вопросам изменения границ муниципального образования, преобразования муниципального образования.

Консультативную — выявление, сопоставление воли народа и формируемого им органа власти (должностного лица).

В законодательстве практически нет механизма учета высказанного консультативными формами народовластия волеизъявления. Обусловлено это тем, что не выполняется принцип общенародности. Вопрос, выносимый на любую из этих форм народовластия может носить общественное и государственное значение, однако законодатель не устанавливает численность участников, позволяющий назвать эти формы способом общенародного волеизъявления и, как уже упоминалось, нет механизма реализации. Речь идет о митингах, шествиях, демонстрациях, пикетированиях; публичных слушаниях; опросах граждан; обсуждении.

Регулятивную — участие народа в системе социального управления, сконструированного на принципах представительного правления и народного суверенитета.

Эту группу обуславливает наличие механизма воздействия на решения властных органов населением. В нее входят обращения граждан; правотворческая инициатива, наказы избирателей; отчеты депутатов представительных органов и выборных должностных лиц местного самоуправления; собрания и конференции граждан.

Таким образом, существует различие между представительным правлением и непосредственным народовластием.

Представительное правление это, в упрощенном виде, деятельность сформированного народом органа (или выборного должностного лица) по выполнению определенных функций на протяжении срока полномочий. Функции представительного органа выполняет строго определенный круг избранных лиц, используя определенный набор процедур.

Непосредственное народовластие — решение населением определенных вопросов, в определенных процедурах, результат которых зависит от выполняемой функции — окончательное решение вопроса; участие в решении вопроса; выявленное мнение по вопросу, который находится в компетенции властного органа.

В связи с этим различия между непосредственным и представительным правлением проявляются по нескольким позициям:

— субъектный состав;

— полномочия, цели и задачи представительного правления и непосредственного народовластия;

— механизм осуществления.

Анализ механизмов реализации некоторых форм народовластия позволяет выделить комплексные формы народовластия: территориальное общественное самоуправление; деятельность политических партий.

Одной из новых форм народовластия, применяемой только при осуществлении муниципальной власти, является территориальное общественной самоуправление.

Федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» 2003 г. в ст. 27, дал определение территориального общественного самоуправления: под территориальным общественным самоуправлением понимается самоорганизация граждан по месту их жительства на части территории поселения для самостоятельного и под свою ответственность осуществления собственных инициатив по вопросам местного значения.

Согласно закону, территориальное общественное самоуправление осуществляется в поселениях непосредственно населением через проведение собраний и конференций граждан, а также создание органов территориального общественного самоуправления.

Органы территориального общественного самоуправления избираются на собраниях или конференциях граждан, проживающих на соответствующей территории.

Территориальное общественное самоуправление в соответствии с его уставом может являться юридическим лицом и подлежит государственной регистрации в организационно-правовой форме некоммерческой организации.

Особенностью территориального общественного самоуправления как комплексной формы народовластия является использование форм прямого и представительного правления.

Как форма непосредственного народовластия территориальное общественное самоуправление выполняет императивные и регулятивные функции.

Одна из новых для России форм народовластия — политическая партия.

С принятием Федерального закона от 11.07.2001 г. «О политических партиях»33в российском законодательстве появилась следующая дефиниция: политическая партия — это общественное объединение, созданное в целях участия граждан Российской Федерации в политической жизни общества посредством формирования и выражения их политической воли, участия в общественных и политических акциях, в выборах и референдумах, а также в целях представления интересов граждан в органах государственной власти и органах местного самоуправления (ч. 1 ст. 3).

Основанием для ее отнесения к формам народовластия является возможность этого субъекта участвовать во всех закрепленных формах народовластия, инициировать их, а в случае представительства в органах власти проводить свои уставные цели с использованием форм работы этих органов.

Политическая партия как форма регулятивного и консультативного непосредственного народовластия при осуществлении государственной и муниципальной власти является способом реализации уставных целей и защиты прав членов партии, выработки общих позиций населения и соответствующих органов при осуществлении последними властных функций.

Не будучи представленной в органах власти, политическая партия выступает обычным, наравне с инициативной группой, субъектом форм непосредственного народовластия.

Однако, пройдя в результате выборов в представительный орган, политическая партия задействует способы и механизмы работы представительного органа, образуя в его составе депутатские объединения в виде депутатских фракций и групп.

Таким образом, статус политической партии как формы народовластия зависит от того, имеет она представительство в органах власти или нет.

Основанием для ее отнесения к комплексным формам народовластия является возможность этого субъекта участвовать во всех закрепленных формах народовластия, инициировать их, а в случае представительства в органах власти проводить свои уставные цели с использованием форм работы этих органов.

Таким образом, политическую партию, победившую на выборах в органы власти можно отнести к регулятивным формам непосредственного народовластия.

В иных случаях — деятельность политической партии как формы народовластия можно классифицировать как консультативную, не имеющую механизма воздействия на осуществление властных функций.

Правовая действительность России, помимо непосредственного и представительного правления выделяет комплексные формы народовластия, совмещающие несколько функций: территориальное общественное самоуправление (императивно-регулятивно-консультативная); политических партий (регулятивноконсультативная) и использующих как непосредственное, так и представительное правления для выполнения своих целей и задач.

Глава 3. Виды форм непосредственной демократии

Классификация институтов прямой демократии имеет важное методологические значение. Она позволяет рассмотреть институты прямой демократии как систему, а также обозначить основные подходы к их содержательному анализу.

«Классификация, как и всякие приемы и методы изучения, носит субъективный характер, т.е. каждый ученый вправе иметь свой взгляд на эту проблему. Отсюда, естественно, допустимы несколько видов классификаций. Даже весьма совершенная классификация… не исключает, а предполагает другие виды, и поэтому было бы ошибкой настаивать на универсальном характере той или иной классификации… и отвергать другие виды»34.

Нельзя сказать, что вопрос классификации форм непосредственной демократии не исследован. Неоднократно он исследовался в работах современных авторов. Так, предлагались следующие классификации.

В зависимости от источника правового регулирования институты непосредственной демократии можно подразделить на конституционные и иные.

В зависимости от наличия или отсутствия правовой регламентации институты непосредственной демократии делят на правовые и фактические.

По кругу вынесенных на рассмотрение вопросов институты непосредственной демократии подразделяют на многоаспектные и одноаспектные.

По степени воплощения в действительности институты непосредственной демократии можно подразделить на реальные и фиктивные.

В соответствии с характером и степенью связей непосредственной демократии с народным представительством можно выделить институты, которые существуют только в связи с формированием и деятельностью органов местного самоуправления (выборы местных органов самоуправления, отзыв депутатов и выборных должностных лиц местного самоуправления, отчеты депутатов и выборных должностных лиц местного самоуправления перед избирателями, народная правотворческая инициатива), и институты непосредственной демократии, связанные с решением любых вопросов местного значения (местный референдум, местные обсуждения, собрания граждан по месту жительства, сельские сходы).

Заслуживает поддержки предложенная в юридической литературе классификация институтов непосредственной демократии по способу воздействия на общественные отношения: правообразующие (референдум) и не образующие норм права (митинги, уличные шествия, демонстрации, пикетирование)35.

Следует признать обоснованной и правомерной классификацию институтов непосредственной демократии по регулярности их проведения на определенно-периодического и неопределенно-периодического действия36.

Руденко В. Н. выделяет следующие типы институтов прямой демократии: по предмету правового регулирования институты прямой демократии на институты, регулирующие отношения по принятию гражданами управленческих решений и правотворческую деятельность граждан; институты, регулирующие прямое участие граждан в формировании системы публичной власти.

По роли граждан в процессе принятия публично властных решений институты прямой демократии можно подразделить на «чистые» институты прямой демократии и смешанные институты прямой и представительной демократии. В первом случае гражданам принадлежит решающая роль на всех стадиях реализации института прямой демократии. Они в любое время могут выступить с инициативой принятия решения, участвуют в выработке вариантов его проекта, при необходимости выдвигают петицию с соответствующей инициативой, обеспечивают ее поддержку, участвуют в обсуждении проекта будущего решения и в голосовании по существу вопроса (сходы, петиционный референдум, а также некоторые разновидности народной правотворческой инициативы, отзыва депутата или выборного должностного лица, роспуска выборного органа власти, реализуемые с использованием механизма петиционного референдума). Во втором случае участие граждан в процессе принятия решения ограничено. У них может отсутствовать право инициативы принятия какого-либо решения (выборы, большинство разновидностей референдумов). Либо, наоборот, они могут быть наделены правом инициативы принятия решения, но право рассмотрения вопроса по существу и право принятия окончательного решения при этом может принадлежать представительному органу власти (некоторые виды народной правотворческой инициативы).

Л. А. Нудненко институты непосредственной демократии предлагает классифицировать по территории действия, т.е. в зависимости от уровня местного самоуправления: Для верхнего уровня местного самоуправления (город, сельский район) характерны: референдум; выборы; обсуждения; обращения, петиции, народная правотворческая инициатива граждан; отчеты и отзыв избирателями депутатов и выборных должностных лиц местного самоуправления; митинги, уличные шествия, демонстрации и пикетирование. Для низшего уровня местного самоуправления (городское, сельское поселение): обсуждения; собрания (сходы) граждан по месту жительства; обращения и петиции в органы местного самоуправления и общественные объединения; народная правотворческая инициатива; отчеты и отзыв депутатов и выборных должностных лиц местного самоуправления перед избирателями.

В современной России в силу нормативного закрепления произошло разделение в формах непосредственного народовластия в зависимости от вида власти. Следует указать на различие в формах осуществления государственной и муниципальной власти. Так, основываясь на виде власти, автор предлагает выделить:

1. Группу форм непосредственного народовластия, используемого при осуществлении государственной и муниципальной власти;

2. Группу форм, используемых при осуществлении только муниципальной власти (напр. территориальное общественное самоуправление, голосование по вопросам изменения границ муниципального образования, преобразования муниципального образования).

Базовым основанием для классификации форм непосредственного народовластия является выполняемая функция (императивная, консультативная, регулятивная), соответственно которой существует закрепленный механизм реализации, учета волеизъявления.

Возможно подразделение форм непосредственного народовластия по территории использования: федеральный, уровень субъекта федерации, уровень муниципального образования. Уровень муниципальный так же подразделяется в зависимости от схемы осуществления муниципальной власти. При этом следует отметить, что самый широкий круг форм народовластия закреплен за муниципальным уровнем властеотношений, самый узкий — за федеральным уровнем осуществления государственной власти.

Поскольку показанные примеры различных подходов к основаниям классификации форм народовластия в научной литературе, так или иначе исследовались, автор приходит к выводу о том, что второй уровень классификации каждой конкретной формы народовластия в научной, учебной литературе проводился фрагментарно и вне общих комплексных подходов. В связи с этим, по нашему мнению, следует более подробно остановиться на этом уровне классификации.

Публичные слушания (по целям; по обязательности проведения; по кругу инициаторов проведения общественных слушаний).

Опрос (в зависимости от вида публичной власти, в чью компетенцию входит вопрос, выносимый на опрос; по территории проведения; по месту проведения; по способу голосования; по предмету опроса; по инициатору проведения опроса).

Митинги, шествия, демонстрации и пикетирования (по территории действия, по месту проведения, длительности).

Обсуждения (в зависимости от вида публичной власти, где происходит коррекция с помощью обсуждения; по целям проведения; по функциям; по предмету; по инициатору; по способу проведения).

Наказы (вида публичной власти, где происходит коррекция с его помощью; адресат наказа; предмет наказа; по срокам выполнения наказов).

Правотворческая инициатива (в зависимости от вида публичной власти, где происходит коррекция с помощью гражданской правотворческой инициативы; по предмету гражданской правотворческой инициативы; по инициатору; по адресату; по форме).

Обращения (в зависимости от вида публичной власти, где происходит коррекция с помощью коллективного обращения; по предмету обращения; по адресату и по способу принятия коллективного обращения).

Отчеты депутатов, органов и должностных лиц перед населением (в зависимости от вида публичной власти, где происходит коррекция с помощью отчета; по субъекту отчета; по результатам отчета; по срокам отчета; по предмету отчета).

Собрания и конференции (в зависимости от вида публичной власти, к которой относится вопрос, решаемый собранием; по обязательности принимаемого на собрании решения; по инициатору; по предмету; в зависимости от территории проведения).

Политические партии (по программе, имеющие представительство в органах власти или не имеющие).

Территориальное общественное самоуправление: по территории.

Референдум: по обязательности решения, принятого на референдуме; по способу проведения; по содержанию; по времени проведения; в зависимости от территории, на которой проводится референдум; по инициатору, по субъекту назначения.

Выборы: по процедуре проведения; в зависимости от сроков проведении; по территории проведения; по виду формируемого орган; по субъекту назначения.

Отзыв (объект отзыва; по инициатору проведения отзыва).

Сход: по инициатору проведения; по кругу субъектов, участвующих в реализации решения схода; по юридической силе решения принимаемого на сходе; в зависимость от вопроса, выносимого на сход; в зависимости от территориальных принципов построения муниципального образования.

Голосование: по предмету — по вопросам изменения границ муниципального образования, по вопросам преобразования муниципального образования; по территории.

Таким образом, классификация форм народовластия возможна на двух уровнях: всех форм и каждой конкретной формы.

Большая часть форм непосредственного народовластия может быть классифицирована по общим для всех основаниям, например, в зависимости от вида публичной власти; от территории проведения и каждая форма — по индивидуальным, характерным только для нее основаниям. Например, только опрос может быть классифицирован по способу голосования, а гражданская правотворческая инициатива по адресату; наказы по срокам выполнения, а коллективное обращение по способу принятия.

Кроме того, можно условно подразделить основания для классификации форм непосредственного народовластия на общие для всех (напр. вид власти, территория проведения) и специальные (способ принятия, сроки и обязательность).

Глава 4. Гражданское общество и народовластие: проблемы соотношения

Любая теория демократии исходит из той или иной модели гражданского общества, характеризующегося определенными структурами, институтами и динамикой развития.

Формально категория «гражданское общество» не получила закрепления в действующей правовой системе Российской Федерации37, но это не означает отсутствие гражданского общества как такового в нашей стране.

Современное демократическое государство предполагает развитое гражданское общество, в котором взаимодействуют различные общественные организации, политические партии, где никакая идеология не может устанавливаться в качестве официальной государственной идеологии. Политическая жизнь в демократическом государстве строится на основе идеологического, политического многообразия, многопартийности и т.д.

Государство может соответствовать характеристике демократического только в условиях сформировавшегося гражданского общества. Это государство не должно стремиться к этатизму, оно должно строго придерживаться установленных пределов вмешательства в экономическую и духовную жизнь, которые обеспечивают свободу предпринимательства и культуры. В функции демократического государства входит обеспечение общих интересов народа, но при безусловном соблюдении и защите прав и свобод человека и гражданина.

России требовалось разрешить проблемы, разделенные в истории Западной Европы целыми столетиями: формирование ценностей свободы, суверенитета гражданина и гражданского общества; развитие новых представлений о нормах справедливости, личностной автономии; создание нации-государства, демократизации государственного строя, федерализма, местного самоуправления и т.д.

Высказанные аргументы ставят гуманитарные науки России перед необходимостью поиска если не формально определенного понятия гражданского общества, то хотя бы обозначения его места в системе общественных ценностей, а также соотношения с такими категориями как человек, его правовой статус, частная жизнь граждан, общество, государство и т.д.

В последнее время интерес к категории гражданского общества проявили представители самых разных общественных наук: философы, политологи, социологи, религиоведы. Появились некоторые исследования и в юриспруденции. Конституционалисты пытаются определить правовые рамки категории гражданского общества и определить его место в системе существующих институтов конституционного права, отраслевики рассматривают отдельные составляющие гражданского общества (политические партии, профсоюзы, предпринимательские союзы, неформальные организации и пр.), но сами по себе, вне связи с тем, что всех их объединяет в общем контексте гражданского общества.

На протяжении ХIХ века и первые десятилетия ХХ важнейшие проблемы, выдвинутые в работах Гоббса, Дж. Локка, И. Канта, Георга Гегеля и других мыслителей Нового Времени, нашли дальнейшую разработку и развитие у А. де Токвиля, Карла Маркса, Георга Спенсера, В. Парето, Г. Моски, Макса Вебера, А. Мишеля, Л. Дюги, Б. Кроче, К. Шмитта и других.

Идея гражданского общества на протяжении последних десятилетий расширялась и углублялась, дополнялась идеей демократии, основанной на политическом плюрализме, общем конкурсе и партнерстве конкурирующих социальных групп; идеей ограничения государственной власти установленными правовыми нормами, идеей индивидуальной свободы человека, расширением демократии в социальном плане.

Недавнее возрождение «дискурса гражданского общества» отражает саму суть всего многообразия изменений, происходящих в современной политической культуре38.

Несмотря на распространение этого понятия и разрастание дискуссий по поводу его содержания, наличия и структуры, до сих пор так и не создана систематическая теория гражданского общества.

Предлагается выделить три элемента гражданского общества и три уровня его анализа:

— объективный, предполагающий изучение «фактического наличия институтов и структур гражданского общества во всех сферах жизни общества»,

— функциональный, представляющий собой «анализ процессов функционирования, связей и взаимосвязей различных элементов и структур гражданского общества», — субъектный, когда «предметом становятся сами агенты социального действия»39.

Подчеркнем, что в странах с развитой демократической системой чаще всего исследуются второй и третий уровни, а в странах новой демократии внимание исследователей в основном сосредоточено на первом.

Важно выделение структурного и личностного подходов к пониманию социальной базы гражданского общества. В рамках структурного подхода делаются попытки выделить те слои в социальной структуре общества, которые могут стать основным фундаментом гражданского общества. Личностный подход предполагает поиск тех элементов личности, особенностей социального поведения индивидов, которые способствуют формированию гражданского общества.

Социальная база гражданского общества определяется как совокупность членов данного социума, ориентированных на формирование и поддержание функционирования гражданского общества. Ориентированность индивидов может быть осознанной и неосознанной; ее выражение происходит в трех основных формах: информационной, нормативно-ценностной и деятельностной.

Информационная форма ориентации предполагает у человека наличие знаний, позволяющих ему осуществлять эффективный контроль за деятельностью властей, строить свои взаимоотношения с другими индивидами, организациями и органами власти исходя из основных принципов существования гражданского общества. Это те знания, которые позволяют человеку быть субъектом гражданского общества: знания в области права (знание своих прав и обязанностей, способов защиты своих прав), знания в области политической сферы (знание структуры органов власти, объема компетенций того или иного органа власти и т.д.), осведомленность о событиях, происходящих в стране, регионе или местном сообществе.

Нормативно-ценностная форма ориентации предполагает усвоение основных ценностей гражданского общества. Под ценностями в данном случае можно понимать «совокупность базовых идей, представлений, принципов теории гражданского общества; их закрепление в фундаментальных нормах и стандартах, регулирующих поведение социальных субъектов различных уровней».

Деятельностная форма ориентации заключается в осуществлении деятельности, способствующей становлению гражданского общества: по защите прав, и сотрудничество с общественными организациями, и участие в местном самоуправлении и т.д. В этом же блоке стоит рассматривать не только само действие, но и установки на соответствующие действия.

Принципиальным вопросом функционирования гражданского общества является вопрос его взаимоотношений с государством. Здесь важно избежать двух крайностей: с одной стороны анархического настроя, отрицания необходимости государства, восприятия государства как источника зла, неспособности увидеть важные положительные функции, выполняемые государством, с другой стороны рассмотрения государства как некоего абсолюта, единственного спасителя и источника всех изменений в общественной жизни.

По мнению Н. А. Бобровой гражданское общество — это общество, обладающее способностью контроля за властью40. Между тем нельзя контролировать власть (очевидно, речь, идет о государственно — властных институтах), не обладая для этого необходимыми властными полномочиями41. Вместе с тем отождествление структуры гражданского общества только с публично-правовой сферой в значительной мере обедняет его содержание.

Считается, что «определяющим моментом становления гражданского общества является социальная ответственность», определяющая «пределы допустимой деятельности отдельных индивидов, групп, организаций в обществе» 42.

Гражданское общество определяется как тип общественного устройства, отличительным признаком которого является реальная многосубъектность общественной, экономической, социальной, культурной и политической жизни. Оно представляет собой совокупность субъектов общественной жизни (индивидов, их общностей, организаций), реализующих свои частные интересы и взаимосвязанных друг с другом в процессе экономической, социальной, политической и духовной деятельности.

Гражданское общество можно определить как совокупность негосударственных публично — и частноправовых ассоциаций граждан, деятельность которых направлена на обеспечение материальных и духовных потребностей своих членов, всего общества в целом. Оно представляет собой комплексное явление, регламентированное не только нормами права, но и морали, традиций, содержание которого определяется историческим, опытом, национальными традициями и уровнем развития демократии и культуры в конкретном обществе.

Необходимо определить, в какой сфере общественных отношений развивается гражданское общество.

Как известно, в наиболее общей форме все отношения в обществе делятся на две сферы: публичную и частную.

Представители политической науки, в силу своей атрибутивной связи с общественной жизнью, прежде всего, указывают на публичную сферу, в которой «свободно развивается ассоциативная жизнь» субъектов гражданского общества в виде деятельности массовых движений, партий, группировок по убеждениям и т.д.

Философы, напротив, рассматривают гражданское общество как совокупность неполитических отношений в обществе: экономических, социальных, нравственных, религиозных, национальных и т.д.43.

Однако большинство ученых относят гражданское общество к сфере частной жизни, независимой не только от государства, но и от политики в широком смысле слова. В их числе И. А. Ильин, Ю. М. Резник, К. О. Магомедов, И. И. Кравченко, К. С. Гаджиев и др.44.

Многогранный характер отношений гражданского общества с государством проявляется во всех без исключения сферах социальной жизни: политика и экономика, право и мораль, экология и культура. Они составляют равноправные социальные пространства, в которых развиваются связи общественности и различных общественных объединений граждан с институтами государственной власти и власти органов местного самоуправления.

Нельзя согласиться с исследователями, которые утверждают, что отношения в рамках гражданского общества не опосредованы государством45. В. В. Гребенников, Ю. А. Дмитриев, В. В. Пылин справедливо отмечают, что гражданское общество проникает в сферу деятельности государства, участвуя в его формировании и контроле за ею деятельностью, а государство воздействует на отношения к сфере гражданского общества, прежде всего осуществляя их правовое регулирование. Суть этих отношений состоит в том, что государство как бы выстраивает правовую модель гражданского общества, которая затем наполняется конкретным содержанием46.

гражданского общества I социальной мысли. М., 1993. С. 21; Магомедов К. О., Смольков В. Г. Гражданское общество. М., 1993.

С. 17; Кравченко И. И. Концепция гражданского общества в философском развитии//Полис. 1991. № 5. С. 136; Гаджиев К. С.

Гражданское общество и правовое государство//Мировая экономика и международные отношения, 1991, № 9. С. 5.

Безусловно, частью гражданского общества являются те институты политической власти, которые участвуют в ее формировании и контроле за ее деятельностью: политические общественные объединения (партии, избирательные объединения, массовые общественные движения), временные ассоциации граждан (забастовочные комитеты, оргкомитеты митингов, собраний и иных публичных мероприятий), группы давления, лоббирования и иные публично-правовые негосударственные ассоциации граждан.

Вместе с тем отождествление структуры гражданского общества только с публично-правовой сферой в значительной мере обедняет его содержание. Для обозначения рассматриваемой сферы общественных отношений используют термин «публично-правовая сфера гражданского общества».

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Раздел I. Теоретические основы народовластия

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Формы непосредственной демократии предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Примечания

1

См.: Современная западная социология. Словарь. — М.: Политиздат, 1990. С. 82.

2

См.: Современный словарь иностранных слов. «Русский язык», М.: Политиздат, 1993. С. 256.

3

Различают непосредственную демократию, при которой основные решения принимаются всеми гражданами, и представительную демократию, при которой решения принимаются выборными учреждениями; 2) принцип деятельности организаций и институтов (например, производственная демократия, партийная демократия), при которой обеспечивается равноправное участие в ней всех ее членов».

4

Бывают непосредственные Д. (древние Афины, маленькие кантоны Швейцарии), где власть отправляется всем народом, созванным на народное собрание, на кот. издаются законы и избираются должностные лица, или же представительные Д., где народ доверяет свою власть избираемым им представителям, образующим парламенты или иные органы власти; такими Д. являются Соед. Штаты, Франция, Швейцария в целом. Переходную форму составляют республики, в которых действует право референдума. Демократы — сторонники Д., стремящиеся к тому, чтобы воля народа имела решающее значение в госуд. управлении.

5

См.: Сергеев В. М. Демократия как переговорный процесс. М.: Прогресс, 1999. С. 116.

6

См.: Kuligin V. A., Kuligina G. A., Korneva M. V. Epistemology and Special Relativity. Canada, Monreal, 1994. — Apeiron, № 20. Кулигин В. А., Кулигина Г. А., Корнева М. В. Преобразование Лоренца и теория познания. / Воронеж. ун-т. — Воронеж, 1989. Деп. в ВИНИТИ 24.01.89, № 546; Кулигин В. А., Кулигина Г. А., Корнева М. В. город Воронеж 2001 г. Статья депонирована в ВИНИТИ 26.03.2001 № 729 — В 2001.

7

См.: V. Weber Wirtschaft and Gesellschaft: Tubingen J. C., B. Mohr. 1956, p. 23, 157

8

См.: Some social requisites of democracy, Аmericaт Political science Review, v. 53 pp. 69–115

9

Картину веберовской концепции легитимности см., например, в R. Grafstein The failure of Weber's conctpt of legitimacy Journal of Politica v. 43 pp. 456–472

10

См.: D. Beetham The legitimation of Power: Hong Kong, Macmillan. 1991 p. 9 и далее

11

См.: Сергеев В. М. Демократия как переговорный процесс. М.: Прогресс, 1999. С. 116.

12

См.: Сергеев В. М. Демократия как переговорный процесс. М.: Прогресс, 1999. С. 116.

13

См.: Там же.

14

См.: Пугачев В. П. Соловьев А. И. Введение в политологию. М.: Наука, 2000. С. 124.

15

См.: Дугин А. «Русская Вещь». М.: Прогресс, 2001. С. 97.

16

См.: Дугин А. «Русская Вещь». М.: Прогресс, 2001. С. 97.

17

См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 1. С. 526–527

18

См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч. 5-е изд. Т. 39. С. 200

19

См.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 22. С. 237; К. Маркс не раз говорил о хлеве буржуазного парламента, о парламентском кретинизме, о том, что угнетенным раз в несколько лет позволяют решать, кто именно из представителей господствующего класса будет в парламенте представлять и подавлять их. // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд. Т. 17. С. 344.

20

Подробнее см.: Мигранян А. М. Плебисцитарная теория демократии Макса Вебера: временный политический процесс // Вопросы философии. — 1989. — № 6. С. 148 — 158.

21

Федеральный закон от 04.04.2005 № 32–ФЗ «Об общественной палате Российской Федерации»// СЗ РФ, 11.04.2005, № 15, ст. 1277

22

Федеральный закон от 13.01.1995 № 7–ФЗ «О порядке освещения деятельности органов государственной власти в государственных средствах массовой информации» // СЗ РФ, 16.01.1995, № 3, стр. 170

23

Федеральный закон от 06.10.2003 № 131–ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» // СЗ РФ, 06.10.2003, № 40, ст. 3822

24

См.: Комарова В. В. Формы непосредственного народовластия в России. М.: Ось–89, 1998 г., с. 84.

25

См.: Мижуев П. Г. Парламентаризм и представительная форма правления в главных странах современной Европы. СПб.: Вель. 1906. С. 4.

26

См.: Нудненко Л. А. Конституционно-правовой статус депутата законодательного органа государственной власти в Российской Федерации. СПб.: Юридический центр Пресс. 2004. С. 20.

27

См.: Булаков О. Н. Совет Федерации в системе управления Российским государством. Автореф. дис…докт. юрид. наук М., 2004. с. 13.

28

См.: Бегзадяна А. С «Конституционно-правовой статус законодательного (представительного) органа государственной власти субъекта Российской Федерации (на примере Государственной Думы Ставропольского края)», Дис…канд. юрид. Наук М., 2004 г., с. 36.

29

См.: Нудненко Л. А. Конституционно-правовой статус депутата законодательного органа государственной власти в Российской Федерации. СПб.: Юридический центр Пресс. 2004. С. 23.

30

Там же. С. 25 — 26.

31

См.: Комарова В. В. Правовое содержание института референдума и его место в системе непосредственной демократии в Российской Федерации // Право и жизнь. 1995. № 7. С. 52 — 56.

32

См.: Комарова В. В. Механизмы непосредственной демократии современной России. М.: Формула права, 2006 г. — с. 78.

33

Федеральный закон от 11 июля 2001 года № 95–ФЗ «О политических партиях» (ред. от 31.12.2005) //СЗ РФ, 2001, № 29, ст. 2950.

34

См.: Воеводин Л. Д. Юридический статус личности в России. М., 1997. С. 181

35

См.: Комарова В. В. Формы непосредственной демократии в России. М.: Ось-89, 1998. С. 11.

36

См.: Мурашин А. Г. Непосредственное народовластие в системе социалистического самоуправления народа. Киев: Наука, 1989. С. 102.

37

По мнению автора, упоминание о гражданском обществе в Федеральном законе от 04.04.2005 «Об общественной палате Российской Федерации» нельзя считать полномерным введением этого понятия в правовую действительность страны.

38

См.: Adam Michnik.A new Evolutionism b Letters from Prison and Other Essays (Berkeley: University of California Press, 1985); K. Wojcick, The Rekonstruction of Socirty, Telos, no. 47 (Spring 1981): 98–104; A. Arato, Civil Society against the State: Poland 1980 — 1981, Telos, no. 47 (Spring 1981): 23–47, Empire vs. Civil Society: Poland 1981–1982, Telos, №o.50 (Winter 1981–1982): 19–48: Herve Hamon, Patrick Rotman, La deuxieme gauche (Paris: Editions Ramsay, 1982); Pierre Rosanvallon, Patrick Viveret, Pour une nouvelle culture politique. (Paris: Seuil, 1977), 22–24; Claus Offe, The new Social Movements: Challenging the Boundaries of Institutional Politics, Social Research 52, no.4 (1985): 819–820; Guillermo O’Donnell, Philippe Schmitter, eds., Transitions from Authoritarian Rule, 4 vols. (Baltimore: Johns Hopkins, 1986); J. Staniszkis, On Some Contradictions of Socialist Society, Soviet Studies (April 1979): 184 — 186.

39

См.: Романенко Л. М. О методике исследований Российского общества. М.: Социс, 1995. № 1. С. 127 — 131.

40

См.: Боброва Н. А. Конституционный строй, гражданское общество, правовое государство//Советское государство и право: проблемы развития. Межвузовский сборник научных статей. Самара: Наука, 1992. С. 144.

41

Безусловно, частью гражданского общества являются те институты политической власти, которые участвуют в ее формировании и контроле за ее деятельностью: политические общественные объединения (партии, избирательные объединения, массовые общественные движения), временные ассоциации граждан (забастовочные комитеты, оргкомитеты митингов, собраний и иных публичных мероприятий), группы давления, лоббирования и иные публично-правовые негосударственные ассоциации граждан.

42

См.: Серебряков С. Л. Цивилизационные основы формирования гражданского общества в России. // Социально-политический журнал. 1995. № 2. С. 97 — 105.

43

См.: Философский словарь//Под ред. И. Т. Фролова. М.: Прогресс, 1991. С. 97.

44

См.: Ильин И. А. Путь к очевидности. М., 1993; Резник Ю. М. Гражданское общество как феномен цивилизации. Ч. 1. Идея

45

См.: Кравченко И. И. Концепция гражданскою отнесена в философском развитии //Полис. 1991. № 5. С. 136.

46

См.: Гребенников В. В., Дмитриев Ю. А. Гражданское общество как конституционно-правовая категория//Право и жизнь. 1996. № 9. с. 31; Народовластие в России — очерк истории и современного состояния. М.: Наука, 1997. с. 31; Пылин В. В. Народовластие в системе местного самоуправления. СПб.: Право, 1998 г., с. 16.

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я