Очкарики

Александр Паршин

Серия состоит из восьми рассказов под общим названием «Очкарики». Все детективные истории имеют оригинальный сюжет, отсутствуют элементы боевика. Читателю приятно будет следить за ходом расследования. А расследуют преступления сотрудники отдела во главе с подполковником Юрием Винокуровым, по прозвищу Саныч. Который найдёт ниточку даже в самом запутанном деле. Капитан Дмитрий Мошкин – педант и зануда, каких поискать. Лейтенант Артём Барабанов только пришёл в отдел. Но подполковник Винокуров видит в нём незаурядного сыщика.

Оглавление

  • Четвертая версия

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Очкарики предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Четвертая версия

С рюкзаком на плече, держа в руке горячие беляши в промасленной бумаге, он пробирался вдоль рядов сидений и сумок по залу ожидания областного вокзала в поисках свободного места. Найдя, с удовольствием сел, жадно вдыхая запах мяса. Насладится трапезой не дал наряд полиции, появившийся словно из-под земли.

— Ваши документы! — потребовал молодой лейтенант.

— Пожалуйста! — достал из кармана справку об освобождении и протянул полицейскому.

— По сто пятой?

— Да, товарищ начальник!

— Это хорошо, что обращаешься «товарищ начальник», значит, не хочешь обратно на зону, — улыбнулся лейтенант.

— Больше не хочу.

— Вам всего сорок — молодой здоровый мужик, начинайте новую жизнь. Жена, дети есть?

— Невеста была, — зло скрипнул зубами мужчина.

— Ясно, — кивнул головой полицейский и, отдав документы, направился дальше.

«Ничего тебе не ясно», — мысленно произнёс ему вслед бывший заключенный.

Сидящий рядом мужчина его возраста с подозрением покосился на нового соседа и, схватив свою сумку, пересел на свободное место в конце зала.

Не обращая на это внимания, бывший зэк с наслаждением откусил горячий, пахнущий свободой, кусок жареного теста. Рот наполнился ароматом мяса и приправ. Покончив с трапезой, сходил к фонтанчику и, напившись холодной воды, вернулся обратно. И тут на соседнем месте заметил областную газету, оставленную недавним соседом.

«Так, что у нас нового? — посмотрел на первую страницу и обмер: на него смотрел следователь, отправивший его на пятнадцать лет в далекий Магадан. — Так, так! Главой областного управления внутренних дел назначен генерал-майор Грачёв Дмитрий Евгеньевич».

Мужчина несколько минут сидел, покачивая головой, вспоминал прошлое, затем погладил портрет рукой и мысленно обратился к важному генералу:

«Достать тебя не смогу и даже пытаться не буду, но ты мне поможешь в одном деле. Уничтожу то ничтожество и заживу честной жизнью. Постарайся всеми силами оставить меня на свободе! Это в твоей власти, и ты это сделаешь. Или твои холуи. Их у тебя сейчас немало. Возможно, об этой их услуге ты и не узнаешь».

Высокий молодой парень подошел к двери с надписью: «Отдел внутренних дел города Сосновоборска» и, улыбнувшись, толкнул створку. Подойдя к дежурному капитану, подал документы и звонким голосом произнес:

— Лейтенант Барабанов. Направлен к вам для прохождения службы.

— Значит, Артём Николаевич, к нам в «убойный отдел»? — усмехнулся дежурный и, повернувшись к сидящему на диване прапорщику, приказал. — Анатолий, посиди за меня. Пойду, представлю нового сотрудника коллегам.

Артём с трепетом шел по коридору, ведь сейчас зайдет в кабинет убойного отдела и увидит ребят, похожих на Дукалиса и Казанову из сериала «Улицы разбитых фонарей». Молодой лейтенант мысленно пытался успокоить себя:

«Я тоже не лыком шит — сумею за себя постоять. В «учебке» два раза призовые места по боксу занимал. Зрение подводит — очень мелкий шрифт не вижу, придется очками пользоваться. Засмеют!»

Майор открыл дверь кабинета под номером двадцать один и, подтолкнув новичка, с улыбкой произнес:

— Саныч, твой новый работник.

За большим столом возле окна сидел пожилой, грузноватый сотрудник в очках, сквозь них смотрели строгие глаза с мелькающими добрыми искорками. За другим столом, поменьше — неказистый мужчина лет тридцати и тоже в очках. Третий стол пустовал.

Пожилой вопросительно поднял голову.

— Лейтенант Барабанов прибыл для прохождения службы, — бодрым голосом представился новый сотрудник.

— Звать-то как? — спросил тот, протягивая руку.

— Артём, — лейтенант постарался сжать руку своего будущего начальника, как можно сильнее, но ничего из этого не вышло.

— Я — Юрий Александрович Винокуров, подполковник, начальник отдела. Это капитан Дмитрий Кириллович Мошкин.

Сидящий за соседним столом привстал и протянул руку.

— Это место твоё. Осваивайся! — начальник отдела показал на пустующий стол и уткнулся в свой компьютер.

Артём осмотрел ящики стола, которые оказались совершенно пустыми, затем включил компьютер и стал просматривать список программ, знакомых по «учебке».

На столе подполковника зазвонил телефон и он, буркнув в трубку: «Иду», вышел из кабинета.

— Товарищ капитан! — обратился Артём к другому сотруднику. — Вы хоть объясните, чем мы будем заниматься?

— Зови просто Дмитрием. Занимаемся мы расследованием убийств, — сухо, словно, читая лекцию, стал объяснять капитан. — Следствие по делам об убийствах, как известно, проводится следователями органов прокуратуры. Мы, получив сообщение о преступлении, по своей инициативе принимаем оперативно-розыскные меры для установления личности жертвы и личности преступника.

Капитан улыбнулся, видя, как внимательно молодой лейтенант слушает его, и продолжил:

— Город у нас небольшой. В год происходит, примерно, тридцать-сорок убийств, то есть, по три убийства в месяц. Две трети из них происходят на бытовой почве. Убийца в этих случаях, находится возле жертвы со слезами на глазах. Мы задерживаем его, осматриваем место преступления, допрашиваем подозреваемого, свидетелей и так далее — вас этому в «учебке» учили. Затем всё, что «нарыли» относим следователю Смагину Павлу Рудольфовичу, который официально ведёт следствие.

Прокуратура у нас в этом здании, и на этом же этаже, но следственный отдел сейчас как бы отдельно от прокуратуры. Наш Рудольфович сидит в двадцать седьмом кабинете. Настоящие дела случаются редко, примерно раз в полтора месяца. Последнее такое произошло в позапрошлом месяце. Значит, по статистике, скоро должно произойти новое «громкое» дело.

Тут дверь открылась, и вошёл невысокого роста сорокалетний мужчина.

— У нас новый сотрудник? — высокомерно спросил он.

— Вот, Артём, и наш следователь, бывший младший советник юстиции, Смагин Павел Рудольфович, — несмотря на то, что это звание соответствовало званию майора, в голосе капитана Мошкина чувствовалось превосходство.

— Лейтенант Барабанов Артём, — представился новый сотрудник, пожав руку следователю.

— Я тороплюсь. Осваивайся! Возникнут проблемы, забегай! Всегда помогу, — улыбнулся Смагин и вышел.

— Дима, а, почему ты сказал: «бывший младший советник юстиции»?

— Недавно Следственный комитет при Прокуратуре Российской Федерации был выделен в отдельный федеральный государственный орган — Следственный комитет. Для сотрудников Следственного комитета установлены нормальные звания, — произнёс капитан, как на экзаменах, затем улыбнулся. — А наш Смагин только и может, что бумажки писать, поэтому у меня язык не поворачивается его майором назвать. Да и все эти разделения до нашего захолустья ещё не дошли, пока работаем по-старому.

Проворчав это, Дмитрий встал, подошел к шкафу и, достав оттуда чайник, налил воды из-под крана в углу кабинета и поставил кипятить. Стал доставать различные пакеты и пакетики, и на столе появилась разнообразная снедь.

— Сейчас будем пить чай, — с явным удовольствием произнес он. — Заварку, сахар и сладости каждый приносит в общий котел. Всевозможные события у нас тоже отмечаются. Как думаешь, какое очередное событие будем отмечать?

Артём на секунду задумался, вспоминая даты, и с улыбкой произнес:

— Мое вливание в ваш славный коллектив.

— Молодец, правильно соображаешь! Но учти — на троих бутылки нам вполне хватает, даже остаётся. Поэтому главное качество, а не количество, — но, ехидно улыбнувшись, добавил, — если ты, конечно, не любитель этого дела.

Едва разлили чай по кружкам, дверь открылась, и вошел начальник отдела, сел за стол. Взяв свою кружку, отхлебнул глоток, словно оценивая качество заварки. Положив в кружку сахар и достав из пакета кусок пирога с творогом, тихим голосом произнес:

— Давайте покороче! У Денисовой Натальи Михайловны коттедж сгорел, в одной из комнат пожарные обгоревший труп обнаружили.

— Власов, конечно, требует немедленно найти преступников? — язвительно спросил Дмитрий. — Но предупредил, чтобы ни всплыло его благородное имя.

— Дима, заткнись! — беззлобно прервал Винокуров. — Зайди, возьми информацию об этой Наталье Михайловне. Артём, убери посуду. Через десять минут — все в машине.

Возле отделения стояла «Нива-шевроле», около которой курил небритый мужчина лет сорока, увидев Артёма, спросил:

— Новенький?

— Так точно, лейтенант Барабанов!

— Криминалист Ломоносов Михаил Николаевич, по совместительству судебно-медицинский эксперт. Садись на переднее сиденье.

За рулем сидел парень, ровесник Артёма, с наушниками в ушах. Он протянул рука и представился:

— Виталий. Рад, что появился нормальный человек.

— В смысле? — удивился Артём.

— С кем можно поговорить об автомобилях, музыке и девчонках.

Но поговорить об этом не удалось, остальные члены группы сели в автомобиль и подполковник скомандовал:

— Поехали! — затем, достав файл и, вынув из него листок бумаги, произнес. — По дороге прочту краткую биографию хозяйки сгоревшего дома. Труп в доме, думаю, тоже её. Итак, Денисова Наталья Михайловна, девичья фамилия Иванова. Возраст — тридцать восемь лет. Родилась у нас в Сосновоборске. Образование высшее — окончила строительный институт в Николаевске. Является владельцем магазина «Строительные материалы». Замужем. Муж — Денисов Валерий Васильевич. Детей — нет…

Коттедж был двухэтажный, красивый с рельефной кладкой, но красивым он именно был. Зияющее пустотой окно с черными разводами на втором этаже превращало его, в какое-то не очень неуютное строение. Соседние окна были покрыты матовым налётом, словно были готовы взорваться от напряжения.

Возле коттеджа у милицейского «Уазика» стоял молодой парень в полицейской форме.

— Старший лейтенант Солопов, — представился он бравым голосом.

— А Василий Семёныч где? — спросил Винокуров, пожимая ему руку.

— На пенсию вышел. Я вместо него.

— Что-то он совсем по-тихому ушел, — Юрий Александрович тяжело вздохнул, понимая, в скором будущем и его ждёт та же учесть. — Хотя, все правильно, скромный человек по скромному и ушёл.

Винокуров внимательно осмотрел коттедж и приказал участковому:

— Давай, показывай, что к чему.

— Сигнал поступил в пожарную часть в пять часов утра, — стал обстоятельно докладывать молодой участковый. — Когда приехали пожарные комната, где был очаг возгорания, выгорела полностью. Соседние комнаты пострадали в меньшей степени.

Докладывая, он повёл группу на второй этаж дома, и с каждым шагом картина становилась всё мрачнее и мрачнее.

В огромной комнате дымом пахло особенно сильно. Внутри все, что могло сгореть — сгорело. Целыми, хоть и сильно закопченными, оставались большой сейф и камин, возле которого лежал обгоревший труп. По лежащим возле головы сильно потемневшим сережкам и огромной брошке можно предположить, что эта женщина. Рядом лежали ключи и разбитая бутылка.

— Артём, возьми ключи и попробуй открыть сейф! — приказал Винокуров, затем повернулся к Мошкину. — Дима, осмотри внимательно весь коттедж, может, что найдешь.

— Юрий Александрович, ключ подходит, — крикнул лейтенант, открывая дверцу сейфа.

На верхней полке сейфа лежали документы. Жар лишь покорёжил кожаные папки. На нижней — пистолет Макарова.

— Михаил, возьми его с собой и хорошенько поработай! — крикнул подполковник криминалисту, а когда тот взял пистолет, приказал. — Вытащи аккуратно обойму и передерни затвор.

Криминалист нежно, словно не касаясь поверхности, взял пистолет, отсоединил обойму и передернул затвор — одного патрона не хватало.

— Ясно! — улыбнулся Винокуров и, повернувшись к Артёму, спросил. — Лейтенант, что заметил необычного в этом сейфе?

— Пистолет.

— Здесь ничего необычного, у них сплошь и рядом пистолеты. В сейфе нет денег. О чем это говорит?

— Ограбление? — как бы спрашивая самого себя, произнес Артём.

— Не обязательно, — улыбнулся Винокуров. — Следы взлома отсутствуют, выходит его открыла сама хозяйка и взяла деньги. Для чего? Вот это вопрос!

— Может, кто-то знакомый открыл, её ключом или родственник, — вставил лейтенант.

— Вполне может быть. Осмотри внимательно противоположную стену. Попробуй найти след от пули.

Через несколько минут вошел капитан Мошкин и доложил:

— Ничего подозрительного не обнаружено. Вот только на входной двери следы взлома отсутствуют, а пожарные в таких случаях ключей не ищут.

— Это ты должен заметить, ещё входя в коттедж.

— Юрий Александрович, смотрите! — показал Артём на отбитый кусок бетонной плиты в углу комнаты. — Значит, из пистолета стреляли?

— Пистолет для того и изобретен, чтобы из него стреляли. И судя по всему, стреляли именно из этого пистолета. Сейчас выйдете и опросите соседей. Вопросы, которые меня интересуют. Как часто и что пила хозяйка? Какие отношения у неё с мужем? Были ли любовники, кроме Власова, естественно?

— Дима, как я понял: Власов — начальник нашего «овэдэ», Геннадий Игоревич? — спросил Артём, когда они вышли из коттеджа. — Он что, её любовником был?

— Что с ним связано, пропускаем мимо ушей, даже если он замешан в убийстве. Всё равно будет так, как захочет наш господин Власов, — тут Дмитрий увидел выходящую из одного из соседних коттеджей женщину. — Пойдём, поговорим.

Они догнали женщину.

— Здравствуйте! Извините, пожалуйста! — вежливо обратился к ней капитан Мошкин. — Мы из милиции. Вы знали Денисову Наталью Михайловну.

— Я здесь не живу, — как-то испугано проговорила женщина. — Я у Сидихиных убираюсь.

— Вас как зовут? — улыбнулся Дмитрий.

— Катя.

— Катя, расскажите, что знаете.

— Богатая она и злая. Мужа замучила. Он на неё пашет, как раб, а она с любовниками развлекается… — она на секунду виновато замолчала, — развлекалась.

— А что же не ушёл от неё?

— Любил эту дуру, — хоть женщина и сказала, что не местная, но чувствовалось, она в курсе всех местных сплетней.

— А кого-нибудь из любовников знаете?

— Шилов, вон из того коттеджа, к ней точно ходит, он холостой. Какой-то ваш начальник у неё бывает. Парня молодого постоянно к себе возит, он в её магазине работает. А вы зайдите к Галине Степановне, вон в том коттедже живёт, она обо всех всё знает.

— А какие у Денисовой отношения с мужем были?

— Он у неё, как мальчик на побегушках, всё за товаром ездил. А так мужик хороший, но слабохарактерный.

— Спасибо!

— Дима, а почему ты говоришь, что мы из милиции? — задал вопрос лейтенант, когда женщина отошла. — Нас ведь в полицию переименовали.

— Люди к милиции привыкли. Когда представляешься: «Мы из полиции», люди начинают думать о значении этого слова и не могут сосредоточиться на заданном вопросе. Пойдем, к этой Степановне зайдём.

Галина Степановна оказалась весьма пожилой женщиной и весьма разговорчивой. Она пригласила в дом, по пути рассказав, как трудно живётся её сыночку, построившему этот трёхэтажный коттедж. О снохе, которая только тем и занимается, что по салонам ходит. О стерве, которая хочет «окрутить» её внука. Мошкину всё же удалось, уловить паузу в этом повествовании и направить разговор в нужное русло.

— Что вы можете рассказать о Наталье Михайловне?

— Хоть о покойных и нельзя говорить плохо, но эта стервоза…

Женщина стала в очень неприличных выражениях рассказывать о характере и увлечениях госпожи Денисовой. Рассказ был эмоционален, но не содержал нужной информации, поэтому Дмитрий вновь попытался направить его в нужное русло:

— Скажите, пожалуйста, а кто её любовники, фамилии, место работы?

— Да, у неё любовники во всех организациях. Она с ними и спит для того, чтобы блат иметь. Ваш начальник в любовниках, из налоговой начальник, в администрации тоже кто-то есть. Неизвестно, откуда она стартовый капитал взяла. Наверно, в Николаевске, когда в институте училась, с каким-нибудь богатым стариком спала.

Поняв, что и из этого повествования ничего путного не извлечь, Мошкин задал очередной вопрос:

— Она спиртное пила? Хотелось бы узнать, что именно.

— Да, она любому алкашу фору даст. Её трезвую-то никто и не видел. Ви #769;на, конечно, предпочитала дорогие заморские, но и водочкой не брезговала, а однажды у Кузьминичной и самогон покупала. Правда, у той самогон получше любой водки будет.

— Скажите, а какие отношения у неё с мужем? — задал очередной вопрос Дмитрий.

— Он тюфяк-тюфяком. Вот она всю жизнь на нём и ездит. Чуть ли не в открытую любовников водит, а Валера с неё пылинки сдувает. Другой на его месте давно эту стерву…

Дальше опять пошли неприличные выражения, заставившие молодого лейтенанта даже покраснеть, но капитан вновь нашел паузу в её рассказе:

— Вчера вечером вы ничего подозрительного не заметили? Может ночью, что-нибудь слышали?

— Вроде всё, как обычно. Андрей Шилов девок к себе привёл, и они всю ночь что-то отмечали…

— Спасибо! — прервал её рассказ Мошкин. — Вы нам очень помогли. До свидания!

— Да, разговорчивая женщина! — улыбнулся Барабанов, когда вышли.

— Только информации конкретной мало. Артём, смотри какой крутой «Бумер» стоит. Пойдём, поговорим с хозяином!

Хозяином оказался мужчина лет тридцати пяти, представился он, Шиловым Андреем. На вопрос о любовниках ответил просто и конкретно:

— Ваш Власов к ней ходил, Арбузов из администрации. Налоговиков упоминать не буду — мне с ними ещё жить и жить. Да и сам я к ней частенько заглядывал. Баба она ядрёная, кого хочешь, до смерти замучает.

— Она выпивала? — спросил Мошкин, хоть ответ и был очевиден.

— Наташка-то? Мы с ней за ночь литр водки и пару шампанских запросто кушали наравне, и я вперёд её отрубался.

— Перед пожаром ничего подозрительного не заметили?

— Пьяный я был. Ночью проснулся, моя собака лаяла в сторону её коттеджа, но вскоре успокоилась.

— Может, кто-то из любовников приходил.

— Поздно для любовников. И мой Аякс пёс умный, только чужих чувствует. На любовников не реагирует, он скорее её мужа облает. Валера у неё под каблуком был. Я как-то с Наташкой у себя во дворе кувыркался, а пса заставил сторожить. Тут как раз её муженёк появляется. Ну, Аякс его положил и пока мы не кончили, не позволил даже шевельнуться. С тех пор они друг друга ненавидят.

Возвращаясь обратно, члены группы начали обсуждать возможные версии убийства ещё в машине.

— Михаил, обращаюсь к тебе, как к медику: от чего наступила смерть? — спросил начальник группы у криминалиста.

— Мое мнение таково, повреждений костей не обнаружено — обычная смерть на пожаре. Одно смущает — беспомощность погибшей, она либо была слегка оглушена или придушена, либо спала, мертвецки пьяная. Судя по лежащей рядом бутылке, второе, вернее.

— Обращаюсь ко всем, — с хитринкой продолжил Винокуров. — Какова, по-вашему, причина возгорания?

— Судя по расположению трупа, покойная с бутылкой спирта пошла к горящему камину, но запнулась, предположим, о своё платье, и упала, ударившись о пол головой, — первым высказал свои предположения капитан Мошкин. — Содержимое бутылки разлилось ручейком к камину, из которого выпал уголёк, вспыхнул палас, и пошло полыхать.

— А ты узнал, она спирт пила?

— Наталья Михайловна всё пила, что горит, много и часто.

— Значит, первая и пока основная версия у нас такова, — подытожил начальник группы. — Пожар возник из-за неосторожного обращения с огнем пьяной хозяйки.

— Юрий Александрович, а выстрел? — удивлено спросил Артём.

— Что выстрел?

— Кто-то же стрелял из пистолета.

— Предположим: пьяная хозяйка по чёртикам, которые прятались у нее в углу неделю назад, — хитро улыбнулся Винокуров — Попробуй, опровергни мое предположение. Можешь после того, как Михаил Николаевич сделает отпечатки пальцев с пистолета. Поехали дальше. Какие у неё отношения с мужем?

— Всему головой была она, а он так, мальчик на побегушках, — вновь вступил в разговор Мошкин. — Соседи о нем отзываются как о порядочном, но безвольном мужчине, зато о самой хозяйке не одного хорошего слова мы не услышали.

— Так-так, — задумчиво произнес начальник отдела. — Дима, собери всю информацию об этом… Как его?

— Денисов Валерий Васильевич.

— Вот-вот. А я к Власову зайду с докладом.

Начальник отдела внутренних дел, Власов Геннадий Игоревич, сидел в своем кабинете и перебирал бумаги, когда раздалась музыка на сотовом телефоне. Звонил, кто бы мог подумать, начальник областного отдела внутренних дел Грачёв Дмитрий Евгеньевич. Когда он, Генка Власов, поступил в высшую школу милиции, Дмитрий учился на последнем курсе и был капитаном футбольной команды. Во что, во что, а в футбол-то Генка играл здорово. Это стало началом дружбы. В дальнейшем их пути часто пересекались — служили-то в одной области, но Грачёв был всегда впереди. Три месяца назад его назначили главой областного управления внутренних дел, и Геннадий Игоревич стал подумывать, что дружба на этом закончилась. И вот звонок.

— Гена, здорово!

— Здраству-й, Дмитрий! — он чуть не сказал: «Здравствуйте!»

— Не буду спрашивать о здоровье и так далее, перейду сразу к делу. Я здесь замов подбираю — у меня два вакантных места. Замом по оперативной работе пойдешь?

— Ты серьезно? — после долгой паузы произнес подполковник Власов.

— Короче, даю тебе неделю на раздумье и месяц — на сборы. Ищи себе замену, сдавай дела. Квартиру тебе двухкомнатную на первое время выбью. Всё! У меня дел много.

Геннадий Игоревич сидел, улыбаясь такому повороту судьбы, когда в кабинет вошел начальник убойного отдела.

— Ген, я с докладом о пожаре.

— Давай!

— Первоначальная версия — возгорание по неосторожности. Хозяйка пила спирт возле камина, случайно пролила содержимое бутылки на огонь, вспыхнул палас. Надо проверить ещё одну версию, возможно, муж причастен к гибели супруги. Гена, ты слушаешь? — спросил Винокуров, заметив мечтательную улыбку на губах своего начальника.

— Да, да. Разберись во всем!

— Гена, говорят, ты от нас уходишь? — это был пробный шар, любил Юрий Александрович отгадывать чужие мысли.

— Кто тебе сказал? Куда ухожу? — вздрогнул начальник.

— На повышение, — дальше Юрий Александрович читал как по открытой книге.

— Какое повышение?

— К Грачёву в замы.

— Саныч, сколько раз тебе говорил: не проводи свои опыты на честных людях, — и, подумав, добавил, — и поменьше болтай. Что бы через неделю по этому делу полная ясность была. Мне докладывай каждый вечер.

Вернулся лейтенант Барабанов с работы домой поздно, но, несмотря на столь позднее возвращение, родители сидели возле празднично накрытого стола и смотрели телевизор.

— Ну что, сын? — спросил отец, едва он вошёл в дверь.

— Коля, дай ему хоть раздеться! — проворчала жена, но глаза горели и у неё.

— Классная работа! — восторженно воскликнул сын, заталкивая в рот кусок колбасы. — И сотрудники классные. Первый день, и сразу на убийство выезжали.

— Коля, дай ему поесть! — вновь вскрикнула мать, с гордостью в глазах.

— Таня, у нас там, в холодильнике шампанское стоит. Иди, достань!

— Думала, до Нового года достоит, — проворчала хозяйка, направляясь к холодильнику.

— До Нового года три месяца, — рассмеялся отец.

— Ну, сын, с первым рабочим днём тебя! — произнёс тост отец, когда все три бокала были наполнены. — Если выбрал этот путь иди по нему до конца.

— Это мой путь! — немного пафосно ответил Артём, поднимая бокал. — Другой жизни я просто не представляю.

Нет, работа ему определенно нравилась, несмотря на то, что капитан Мошкин говорил о ней как о скучной. Вчера он первый раз вышел на работу, и такое дело. Утро началось с отработки возможных версий, пока их было две: первая — случайность, вторая — убийство, организованное мужем покойной.

— Так, пришли результаты экспертизы, — произнес начальник отдела, едва войдя утром в кабинет, где подчиненные уже сидели на местах. — Смерть наступила в результате удушения. Горела она уже мёртвой. Так-так… На пистолете Макарова обнаружены отпечатки лишь самой хозяйки. Артём, ты согласен, что она стреляла по чёртикам?

— Нет, — смело ответил лейтенант.

— Обоснуй! — удивлённо взглянув на него, потребовал подполковник.

— Чёртика она с одного выстрела не убила бы, — рассмеялся Артём. — Понадобилась бы вся обойма.

— Принимается, — одобрительно кивнул Юрий Александрович. — Значит, так: работаем по второй версии, а первую — можно отмести. Артём, едешь в посёлок и ещё раз опрашиваешь соседей. Попытайся понять, смог бы Денисов убить свою жену. Дмитрий, едешь в её магазин и работаешь с сотрудниками. Я — в информационный отдел. Встречаемся после обеда.

Внутри магазин «Строительные материалы» оказался огромным, но Мошкин без труда нашёл кабинет Денисовой. В приёмной сидела секретарша, женщина лет тридцати. К ней и обратился Дмитрий, показав своё удостоверение:

— Я по поводу смерти вашей начальницы, Денисовой Натальи Михайловной. Можно задать вам несколько вопросов?

— Задавайте! — раздражённо произнесла женщина.

— Как вас зовут? — улыбнулся Дмитрий.

— Сычёва Вероника Романовна.

— Вероника, я гораздо старше, можно буду называть вас «на ты»?

Капитан давно работал в милиции, был педантом и занудой, но находить контакт с людьми умел, сказывалась школа Винокурова. Он прекрасно видел, что женщина его ровесница и вниманием мужчин не пользуется, видно, такая секретарша и нужна была Наталье Михайловне. После его фразы, она инстинктивно провела руками по волосам и, смутившись, произнесла:

— Конечно! — и чтобы окончательно скрыть неловкость, предложила. — Хотите кофе? У нас очень хороший.

— Я не знаю, — Дмитрий сделал вид, что смутился.

Женщина тут же встала и включила кофейник, по пути оглядев себя в зеркало.

— Вероника, что вы можете сказать о Наталье Михайловне, как о человеке?

— О покойных обычно говорят или хорошее, или ничего.

— Но всё же?

— Наталья была жестокая и властолюбивая, её все боялись, она могла уволить из-за пустяковой провинности.

— Ясно. А о Валерии Васильевиче?

— Тряпка он. Наташка прямо в этом кабинете крутила любовь с кем попало, а Валера сидел на вашем месте и ждал, когда она освободится. Он ей нужен был как надёжный сотрудник, не более.

— Скажи, Вероника, в последнее время в магазине ничего чрезвычайного не произошло? — Дмитрий произнёс это, загадочно глядя женщине в глаза, как учил Юрий Александрович.

— Произошло.

Женщина непринужденно рассказывала обо всех проблемах, не контролируя возможности разглашения сведений, составляющих коммерческую тайну, а капитан Мошкин, как бы рассеяно улыбаясь, как губка впитывал каждое её слово. Поняв, что всё, что можно узнать, он узнал, Дмитрий задал очередной вопрос:

— А кто сейчас руководит магазином?

— Стас Пальцев.

— Он как? — Мошкин покрутил рукой, давая женщине возможность рассказать то, что она считает нужным.

— Ему двадцать пять, высокий, красивый парень. Она его держала, как…

— Любовника, — вставил Дмитрий, видя, что женщина замешкалась и тут же спросил. — Вероника, а он мог совершить убийство Натальи Михайловны?

— Я как-то не задумывалась об этом, — вконец растерялась женщина. — Он деньги любит… Если только из-за них… Не знаю.

— Спасибо, Вероника, за информацию, а особенно за кофе! Такого вкусного никогда не пил.

Артём даже не стал обедать — аппетита просто не было. Несмотря на трехчасовое хождение по посёлку никакой стоящей информации добыть не смог. Первым отчитываться подполковник заставил именно его.

— Обошел посёлок, поговорил с соседями, преимущественно с женщинами, — начал он неуверенным голосом. — Все о нём отзываются хорошо.

— Это я уже вчера от вас слышал. Что именно говорят? — спросил Юрий Александрович, пытаясь направить мысли молодого сотрудника в нужное русло.

— Почти все одно и то же: «Любил он эту дуру, а она…». Слово «дура» в их рассказах о покойной было самое приличное. Спрашивал: «Мог ли убить?». Отвечали, что если он это сделал, то давно пришел бы в милицию с повинной.

— Чем занимался в канун пожара?

— Уехал за товаром на своей грузовой «Газели» в шесть часов вечера.

— Мог где-нибудь переждать и вернуться, — вставил капитан Мошкин. — Шилов говорил, что его собака Денисова не любила и вполне возможно той ночью именно на него и лаяла.

— Это зацепочка, хоть и незначительная, но не в пользу мужа, — задумчиво произнёс подполковник и обратился к Мошкину. — Что по магазину?

— Смог вызвать на откровенный разговор её секретаршу Сычёву Веронику Романовну. Она характеризует Денисову Наталью Михайловну как человека жестокого и властолюбивого. Нередки были увольнения сотрудников из пустяковой провинности. Их отношения с Денисовым Валерием Васильевичем характеризует идентично отчету лейтенанта Барабанова. При разговоре с Сычевой была получена заслуживающая внимания информация о том, что фирме грозили крупные неприятности, вплоть до возможного банкротства. В настоящее время магазином руководит Стас Пальцев, высокий красивый парень, которого Денисова держала как любовника. На мой вопрос о его возможной причастности к убийству, Сычева не исключила такую возможность, если дело касалось денег. У меня всё.

— Вот, лейтенант, учись, как нужно докладывать! — с большой долей сарказма произнес Юрий Александрович. — Даже у меня так не получается, но попробую. Денисов Валерий Васильевич родился тринадцатого февраля тысяча девятьсот шестьдесят девятого года в городе Николаевске. Детство и юность пропускаем. С восемьдесят седьмого по восемьдесят девятый служил в армии, после возвращения окончил строительный институт. Учился в одной группе с будущей женой, был влюблён в неё. В тысяча девятьсот девяносто пятом переехал к нам в Сосновоборск. В этом же году женился на Ивановой Наталье Михайловне, и в этом же году они построили магазин «Отделочные материалы». И полтора десятилетия успешно занимаются торговлей. Магазин записан на супругу, но наследником является законный супруг. Артём, что в моем повествовании тебе показалось наиболее подозрительным?

Лейтенант не ожидал вопроса и ненадолго задумался. Все терпеливо ждали, наконец, улыбнувшись, он произнёс:

— В этом же году женился на Ивановой Наталье Михайловне, и в этом же году построили магазин «Отделочные материалы». Откуда они взяли столько денег?

— Завтра поедешь в Николаевск и всё узнаешь. Ты, Дмитрий, попробуй установить, где сейчас находится этот Денисов Валерий Васильевич? Нужно, как можно быстрее его найти.

Дальнейшие указания прервал телефонный звонок. Выслушав звонившего Винокуров весело произнёс:

— Дмитрий, отставить поиски! Он вернулся домой. Берите с Артёмом группу захвата и сюда его.

— Юрий Александрович, а что мы ему предъявим? — с недоумением спросил лейтенант.

— Барабанов, больше мне такие вопросы не задавай. В Николаевск пока не поедешь, сначала с Денисовым разберёмся.

— Что ж, пойдём брать Денисова, — усмехнулся капитан Мошкин, направляясь с Артёмом в огромную пристройку во дворе. — Заодно с нашими омоновцами познакомишься.

Пятеро здоровых парней пили чай за самодельным столом, а двое играли в шахматы.

— Привет! — поздоровался Дмитрий и, глянув на доску, добавил. — Вам шахматы противопоказаны. Вася, «шахни» его, и он сам под «вилку» залезет!

— Дима, не зли меня, — беззлобно произнёс Васин соперник, видно, командир омоновцев и, заметив Артёма, спросил. — У вас, что новый сотрудник?

— Да, лейтенант Барабанов. Знакомьтесь!

После знакомства, Мошкин, не отрывая взгляда от доски, произнёс:

— Сергей, нужно мужа Денисовой взять!

— Он что ли убил?

— Едва ли.

— Ефим, поедете с Мошкиным! — крикнул Сергей и, усмехнувшись, добавил. — Особо опасного преступника брать.

— Это Валера-то Денисов опасный преступник?

Через полчаса они были на месте. Возле обгоревшего коттеджа стояла «Газель». Немного подумав, Дмитрий попросил подъехать к дому вчерашней знакомой.

— Галина Степановна, где сейчас Денисов?

— У Кузьминичны спит. Он, когда вернулся и увидел всё это, за голову схватился, а как узнал, что его Наташка сгорела, сразу к Кузьминичне пошел. Там и остался.

— Где она живет?

— Вон в том доме.

Денисов спал на широком диване, рядом на столике стояла наполовину пустая «полторашка» с прозрачной, пахнущей самогоном жидкостью. Попытки разбудить спящего успехом не увенчались.

— Давайте так грузить! — приказал Мошкин.

— Дима, мы омоновцы, а не грузчики, — проворчал Ефим, но жестами всё же приказал своим бойцам приступить к «погрузке».

Пришел Денисов в себя за столом Винокурова, долго таращил глаза на следователя, затем задал глупый вопрос:

— Где я?

— Вы в отделе по расследованию убийств города Сосноборска и обвиняетесь в убийстве своей жены, Денисовой Натальи Михайловны, — сухим голосом произнес Юрий Александрович.

— Нет, нет, нет! — закричал подозреваемый, вытаращив глаза.

— Вы хотите сказать, что не совершали этого преступления? — сухо продолжил следователь — Тогда вам придется подробно рассказать, где вы находились последние два дня с момента выезда из поселка и до того момента, когда узнали о смерти своей супруги.

Следующая фраза, произнесенная Денисовым, поставила в замешательство всех членов группы, включая самого Винокурова:

— Нет, нет, нет! Она жива.

— Кто жива? — переспросил подполковник.

— Моя Наталья жива, она уже сгорала один раз.

— Дмитрий, отведи господина Денисова к нашим врачам. Пусть к завтрашнему утру представят справку о психическом состоянии подозреваемого и приведут его в порядок, — с иронией в голосе попросил Винокуров.

— Ну, что там по твоей второй версии? — спросил Власов едва начальник убойного отдела вошел в его кабинет.

— Задержали её мужа, — Юрий Александрович без церемоний сел на стул. — Допросить не удалось — сильно пьяный.

— Саныч, я что-то не понимаю: считаешь его замешанным в этом пожаре?

— Завтра утром допрошу, тогда ясно будет.

— Так зачем ко мне пришел?

— Гена, с небес спустись! — зло произнес Винокуров. — Ты даже не вникаешь, о чем я говорю.

Юрий Александрович не боялся, в отличие от многих своих коллег, начальника. Когда двадцать лет назад лейтенант Власов пришел служить в городское отделение милиции, Винокуров был в звании капитана. Вот только с начальством Юрий Александрович ладил плохо и пять лет назад они сравнялись в званиях, а в должности Власов обогнал своего бывшего наставника. Десять лет назад Винокуров вышел на пенсию, но остался служить в убойном отделе — не представлял он себя без работы. Начальство не обращало внимания на его ворчание, главное раскрываемость убийств было на уровне девяноста восьми-девяноста девяти процентов, самая высокая по области. И сейчас подполковник Власов, махнув рукой, беззлобно произнес:

— Саныч, иди, работай! Найдешь преступников — приходи.

На следующий день перед ним сидел совершенно другой человек. Винокуров сухо спросил:

— Ваше фамилия, имя, отчество?

— Денисов Валерий Васильевич.

— Кем вам приходилась Денисова Наталья Михайловна?

— Женой.

— Что вы можете сказать о её гибели в результате пожара?

— Ничего, — Денисов отвечал на вопросы, не поднимая глаз. — Я накануне пожара отправился за товаром.

— Вы вполне могли вернуться, убить свою супругу и уехать, как ни в чем не бывало.

— Не убивал я.

— Предположим, я вам верю, и мы с вами попытаемся найти настоящего убийцу, — тем же сухим голосом произнес опытный следователь. — Если не найдём — посажу тебя.

Юрий Александрович не верил в виновность этого человека, и сажать не собирался. Расследование, практически, всех убийств он проводил по одной и той же, годами выработанной схеме, но в этом была какая-то загадка. Не давала покоя фраза, вылетевшая вчера из уст этого человека: «Моя Наталья жива, она уже сгорала один раз». Каждое слово этой фразы говорили ему о чем-то: «Моя Наталья» — о том, что он любит её; «она жива» — о его непричастности к убийству; «она уже сгорала один раз» — о каком-то загадочном эпизоде их совместной жизни. Но все эти загадки можно оставить «на потом» — пока всё должно идти по наработанной схеме.

— Вы подозреваете кого-нибудь?

— Нет.

— Валерий Васильевич, у неё были любовники?

Юрию Александровичу не важен был ответ на этот вопрос, он чувствовал, что любовники здесь не причём. Этот вопрос нарушал установки, приготовленные этим человеком, не позволял допрашиваемому сосредоточится на своей тайне, а она у него есть — следователь в этом не сомневался. Более того, чувствовал, что эта тайна настоль страшна, что Денисов не откроет её даже под пытками.

— Я не знаю…, возможно…, — начал мямлить допрашиваемый.

И тут же последовал вопрос:

— Что случилось много лет назад.

Вопрос непонятный, и любой человек пожал бы плечами, удивленно посмотрев на следователя. Денисов же вздрогнул, как от удара, лицо исказилось в ужасе.

— Ничего не случилось, — пролепетал он каким-то извиняющимся детским голосом.

— Валерий Васильевич, вы не думаете, что кто-нибудь из любовников вашей жены мог убить её и, заметая следы, поджечь дом?

— Я не знаю…, возможно, — вновь прозвучало в ответ.

«Подозреваемого надо добивать, — размышлял про себя Юрий Александрович. — Тайну свою он мне, конечно, не откроет, но хоть буду знать, в каком направлении нужно двигаться».

— Валерий Васильевич, как вы думаете, ваша жена жива?

— Да…, не знаю…, возможно.

— В вашем бизнесе в последнее время возникли большие проблемы?

— Да, мы вляпались в нехорошую историю, задолжали крупную сумму.

— Валерий Васильевич, вы расскажете, что произошло пятнадцать лет назад в Николаевске?

— Ничего не произошло…, я не знаю…, я ничего не скажу…, — вновь залепетал допрашиваемый.

— Придется мне самому во всем разобраться, а вам это время посидеть в камере. Если захотите что-нибудь сказать, готов вас выслушать в любое время.

Когда подозреваемого увели, подполковник тут же приказал своим подчиненным:

— Артём, немедленно собирайся в Николаевск! Найдешь однокурсников Денисова и Ивановой, расспроси об отношениях между ними. Зайди в архив суда Николаевска и узнай о пожарах, произошедших в тысяча девятьсот девяносто пятом, в которых погибла молодая женщина двадцати-двадцати пяти лет. Одним словом, меня интересует, что интересного произошло в Николаевске за полгода до или после переезда этой парочки к нам в Сосновоборск. Дмитрий, узнай поконкретней, какие проблемы возникли в магазине «Строительные материалы». Денисов сказал, что они вляпались в нехорошую историю и задолжали крупную сумму денег. Этого Стаса тоже «прощупай». Так, на всякий случай.

Артём представления не имел, как найти однокурсников Денисовых и поиски начал с института. Зашел в деканат и, показав удостоверение, обратился к секретарше с простой просьбой:

— Вы не поможете мне найти кого-нибудь из выпускников института тысяча девятьсот девяносто пятого года. Меня интересует группа «пэгээс»-пятьсот тринадцать.

— Попробуйте обратиться в наш архив. Это на втором этаже, кабинет двести семь.

— Спасибо!

«Да, придётся побегать! — с грустью подумал Артём. — Даже если сейчас заполучу их адреса, нужно обратиться в паспортный стол, затем побегать по этим адресам. Но ведь у нас есть свой информационный центр. Надо быстрее с ними подружиться».

— Здравствуйте, я из милиции! — показал лейтенант удостоверение на этот раз пожилой сотруднице и обречённо произнёс. — Помогите, пожалуйста, найти кого-нибудь из выпускников вашего заведения тысяча девятьсот девяносто пятого года. Меня интересует группа «пэгээс»-пятьсот тринадцать.

Парень тяжело вздохнул, что не укрылось от женщины. Она улыбнулась и набрала номер на старом телефоне, стоящем на её столе:

— Светочка, не подскажешь, где сейчас Казанцева?… Спасибо!

— Галина Владиславовна Казанцева училась в этой группе, а сейчас преподает в нашем институте. Идите в триста двенадцатую аудиторию! — она посмотрела на часы. — Через десять минут у неё пара закончится.

— Спасибо!

Через полчаса Артём знал, если не всё, то очень многое о студенческих годах Наташи Ивановой и Валеры Денисова, и чему-то улыбаясь, направился в городской суд.

В архиве городского суда за столом сидела женщина лет тридцати.

— Лейтенант Барабанов, — представился он, доставая удостоверение.

Женщина взяла его из рук парня и стала тщательно разглядывать фотографию, затем также тщательно, но с загадочной улыбкой, и оригинал.

— У Саныча работаешь? — продолжая улыбаться, спросила она.

— Да.

— Давай знакомиться! Меня звать Татьяна, — она повернула голову и задорно крикнула. — Женя!

Откуда-то из недр вышла нескладная девушка в очках лет двадцати.

— Что? — спросила она как-то испугано, не отрывая взгляда от парня.

— Смотри, какой красавчик у Винокурова работает! Артёмом зовут.

Девушка покраснела, да и парень почувствовал себя, неловко.

— Прекрати, Таня! — робко попросила Женя.

— Что это значит, прекрати? — с легким сарказмом в голосе возмутилась её старшая подруга. — Он по важному делу пришёл. Разберись!

— Женя, мне нужно узнать всё о пожарах, произошедших в тысяча девятьсот девяносто пятом, жертвами которых стали молодые женщины двадцати-двадцати пяти лет, — разрядил обстановку молодой лейтенант и добродушно попросил. — Поможешь?

— Конечно. Подождите немного! Сейчас вынесу, — засуетилась девушка.

— У нас этих пожаров со смертельными исходами каждый год штук по пять происходит, — проворчала неугомонная Татьяна. — Пусть с тобой идёт и выбирает, что надо.

— Пошли, Женя! — подтолкнув девушку, Артём отправился следом.

Папок таких оказалось всего шесть, первые три не представляли никакого интереса. Зато четвёртая…

— Спасибо! — промолвил лейтенант, забыв обо всём на свете. — Вы мне эту страничку отсканируете?

— Да, — разочаровано кивнула головой девушка.

После того, как девушка выполнила его просьбу, Артём вновь обратился к ней:

— Женя, поможешь мне кое-какие справки навести!

— Помогу, — с готовностью согласилась та.

Пока подчиненные Юрия Александровича выполняли приказы, он сходил домой, пообедал, погулял со своей трёхлетней внучкой, уложил её спать, и лишь затем поехал на работу.

Капитан Мошкин сидел в кабинете и, подождав пока начальник расположится в кресле, начал нудно и дотошно докладывать:

— Два месяца назад Денисова Наталя Михайловна заключила сомнительный договор с некой фирмой «Меркурий» о поставке партии строительных материалов по очень низкой цене. Отдав часть суммы в размере сорока восьми миллионов рублей, она стали получать материалы и реализовывать их организациям и частным лицам по цене в два-три раза превышающей покупную. Но тут обнаружилось, что строительные материалы принадлежат крупному предприятию по изготовлению этих самых строительных материалов «Громада», которое заключило договор с фирмой «Меркурий» о реализации материалов с оплатой по фактической поставке. Пока на предприятии догадались, что их просто «кинули», фирма «Меркурий» перестала существовать. Сотрудники спецотдела «Громады» кинулись одновременно искать исчезнувшую фирму и выколачивать деньги с тех, кто приобрел товар. Наталья Михайловна оказалась перед выбором отдать два миллиона долларов и попытаться реализовать оставшийся товар по более высокой цене или вернуть миллион долларов и оставшуюся часть товара. Какой она выбрала, мы, к сожалению, уже не узнаем. Стас Пальцев к нашему делу отношения не имеет. В воскресенье весь вечер был в ресторане «Янтарь» с подругой, затем ввязался в какую-то драку. Всю ночь просидели у нас в «обезьяннике» и лишь под утро были отпущены.

— Всё?

— Да.

— Значит, в канун пожара у Денисовой в сейфе была очень крупная сумма денег, бесследно исчезнувшая во время пожара, — с задумчивой улыбкой произнес Винокуров. — Подождем Артёма, если он принесёт «ошеломляющую» новость, то всё свяжется.

— Саныч, что-то не пойму, как у тебя всё может связаться? — удивленно произнес Дмитрий. — Здесь современные разборки и никакого отношения к прошлому этой Наталье Михайловны не имеют.

— Приготовь чай! — приказал Винокуров, думая о чём-то своём.

Чаепитие было в полном разгаре, когда ворвался Артём и с порога закричал:

— У меня ошеломляющая новость! Тринадцатого июля тысяча девятьсот девяносто пятого года в городе Николаевске на улице Островского произошел пожар. Сгорел дом, в котором жил бизнесмен, в одной из комнат обнаружен труп молодой женщины. Как, думаете, её фамилия?

Юрий Александрович улыбнулся и спокойным голосом произнес:

— Иванова Наталья Михайловна.

— Как вы догадались? — удивлёно спросил лейтенант?

— По твоей физиономии. Что там ещё по этому делу?

— Этот бизнесмен — фамилия его Пятаков — на момент пожара отсутствовал. В доме была большая сумма денег, которая исчезла. По словам соседей, та Иванова была его любовницей.

— Это не та Иванова, а именно наша, — поправил Винокуров.

— Нет — не наша, — упрямо возразил лейтенант. — Я узнал в паспортном отделе — наша за месяц до этого пожара снялась с учета и переехала на постоянное место жительства в наш город. За трупом той Ивановой никто не пришел, и она была похоронена на кладбище за счет соцстраха. Но я продолжу. По рассказам соседей она была любовницей Пятакова и собиралась выйти за него замуж, но когда забеременела, тот попытался от неё избавиться. Иванова стала его шантажировать, и он подстроил поджог. Вину бизнесмена доказали, и суд осудил его на пятнадцать лет.

— Дмитрий, что скажешь? — возбуждённо спросил Юрий Александрович.

— Наша Иванова, — категоричным голосом произнёс капитан. — В смысле тот пожар устроила. Заранее всё рассчитала, переехала к нам на постоянное место жительства. В Николаевск на автобусе можно за полчаса доехать, а на машине — минут за двадцать. Пригласила в гости подружку, убила, подожгла дом и вернулась в Сосновоборск, прихватив деньги того бизнесмена. Наш пожар, думаю, проходил по похожему сценарию.

— Юрий Александрович, а если наши криминалисты ошиблись? — задумчиво произнес Артём. — Вдруг труп не Ивановой… не Динисовой…

— Вот и определяй! — Винокуров снял трубку телефона и, набрав номер, попросил. — Миша, пришли мне подробное описание трупа Ивановой.

— Но её уже похоронили. Будем эксгумацию проводить? — неуверенно спросил лейтенант.

— Думаю, не понадобится, — уверенно проворчал Винокуров. — Сейчас ведь подробное описание принесут.

Через минуту начальник отдела, проглатывая слова и целые предложения, читал заключение. Найдя то, что искал, покачивая поднятым вверх пальцем, произнес:

— На верхней челюсти три зуба из керамического материала. Артём, тебе остается узнать, были ли у неё три вставных зуба. Можно, конечно, спросить у Денисова, но мы его до конца из списка подозреваемых не вычеркнули. Сбегай в нашу частную стоматологическую поликлинику, она здесь недалеко, и лично посмотри карточку погибшей, если она там есть. Дмитрий, зови Денисова! Поговорим.

— Валерий Васильевич, начну без предисловий, — спокойным голосом произнес подполковник. — Пятнадцать лет назад в Николаевске произошел пожар, похожий на наш, в котором сгорела Иванова Наталья Михайловна. Как вы это объясните?

В глазах Денисова появился страх, и он закричал, ударяя себя кулаками по голове:

— Я так и знал. Она опять всё подстроила!

— Рассказывайте!

— Мы тогда учились с ней на последнем курсе и готовились к защите диплома, — стал вещать Денисов обречённым голосом, после пятиминутного раздумья. — Однажды она сказала, что познакомилась с парнем, у которого денег куры не клюют и, что есть план, как их забрать. Выслушав этот самый план, я испугался, но моя любовь была сильнее страха, тем более, Наталья сказала, что всё сделает сама. У неё это получилось, а меня даже в подробности не посвятила, боялась, что случайно проболтаюсь. И вот теперь подставила меня.

— Валерий Васильевич, у вашей жены были вставные зубы? — неожиданно спросил Винокуров, рассматривая дальний угол кабинета.

Подозреваемый удивлённо поднял глаза. Когда до него дошел смысл этой простой фразы, задумчиво произнёс:

— Помнится, она несколько лет назад вставляла в нашей поликлинике.

— Какие? Не помните?

— Даже не могу сказать. Ей так хорошо сделали — от настоящих не отличишь.

Дверь открылась, и вошел Артём. Вид у него был растерянным.

— Иванова шесть лет назад вставляла зубной протез из трех керамических зубов на верхнюю челюсть.

— Дмитрий, скажи, чтобы его увели! — Винокуров кивнул головой на Денисова.

Пока выполнялась эта процедура в кабинете стояла тишина, наконец, Юрий Александрович со вздохом произнес:

— Третья версия оказались ошибочной, первая — отметается, во вторую — я не верю, других у нас нет и уже поздно. Расходимся по домам! Завтра у каждого должна быть хотя бы одна, но вполне реальная версия.

Этой ночью Артём спал плохо — дело о пожаре полностью увлекло его, хотелось найти ниточку, ведущую к разгадке. Версии были одна интереснее другой, но реального было мало. По не выспавшимся лицам коллег стало ясно — ночь бессонной была и для них.

— Артём, начнём с тебя, — как всегда без предисловий хмурым голосом произнёс Винокуров.

— Возможно, здесь простое ограбление, — начал разрабатывать лейтенант наиболее реальную версию. — Денисова сняла крупную сумму денег. Об этом могли знать сотрудники фирмы или сотрудники банка. Организовав ограбление и заметая следы, совершили поджог.

— Принимается с трудом, — поморщился подполковник. — Простые сотрудники магазина едва ли могли знать о деньгах. Здесь, кроме мужа, можно заподозрить лишь бухгалтера, но на этой должности работает женщина пенсионного возраста. Ладно, если ничего лучшего не найдём — проверим. Сотрудники банка? Да у них каждый день снимаются огромные суммы. Почему выбор пал на Денисову? Дмитрий, что у тебя?

— Надо проверить «Громаду» и «Меркурий». Первое — очень большое объединение со своей службой безопасности. Но так как это предприятие частное, то и методы работы их службы едва ли всегда законны. Предположим, она попыталась их обмануть и тут же последовала расплата. «Меркурий» — фирма откровенно криминальная, от них можно ожидать что угодно.

— Проверить твою версию, конечно, придется, хотя и в это верю с трудом, — скривил лицо Винокуров. — От сотрудников «Громады» Денисова никуда не могла деться. Их, судя по всему, интересовал «Меркурий». С Натальей Михайловной они могли разобраться в любое время и законными методами. А этот «Меркурий» перестал существовать, и его руководителям не до разборок — самим бы остаться в живых.

Капитан Мошкин, посмотрев на часы, стал заваривать чай, а начальник отдела задумчиво сидел, пока перед ним не очутилась кружка горячего ароматного напитка и тогда, словно проснувшись, он стал давать указания:

— Дима, проверишь свои версии и версию Артёма о сотрудниках магазина. Ты, Артём, вновь поедешь в Николаевск и внимательно прочитаешь дело о поджоге. Не дает мне покоя мысль о том бизнесмене — ему ведь пятнадцать лет дали и его срок закончился три месяца назад. Так вот, если установишь, что он в настоящее время находится в Николаевске, последи за ним немного и сделай несколько фотографий. Поедешь на нашей служебной машине с Градским. Меня интересует его образ жизни за эти три месяца. Близко к нему не подходить ни в коем случае. Это приказ. Встречаемся в конце рабочего дня.

Память у Артёма была хорошая, и заезжать в архив, читать дело о поджоге он не стал. Поехал в Николаевский райотдел и навёл справки о Пятакове. Да, он действительно вернулся три месяца назад из мест заключения. Сейчас пытается с помощью старого друга, работающего в банке, наладить свой бизнес и даже получил довольно крупный кредит. Узнав адрес офиса Пятакова, лейтенант Барабанов направился туда. Офисом оказалась невзрачная пристройка к такому же невзрачному пятиэтажному дому.

— Что делать будем, лейтенант? — с каким-то подтекстом спросил Виталий.

— Подождём.

— Ладно, ты пока жди, а я за беляшами сбегаю, — произнёс водитель, пересчитывая наличность. — Не завтракал, и обедать, похоже, не придётся.

— Мне тоже купи, — протянул Артём сторублёвую купюру.

— Тогда нам и на газировку хватит.

Они успели, и позавтракать, и обсудить современную зарубежную эстраду. Иван Павлович подъехал часа через полтора на старой «девятке». Он оказался мужчиной среднего роста и среднего телосложения. Совершенно не обращая внимания на стоящую полицейскую «Ниву», вышел из машины и направился в свой офис. Через полчаса вышел, ругаясь с кем-то по телефону, сел в машину и резко тронулся с места.

— Виталь, давай быстрей, а то упустим! — поторопил Артём водителя.

— В нашем городе от меня никто никуда не денется, — высокомерно улыбнувшись, произнёс Виталий. — По трём причинам: первая — нас не волнуют гаишники, вторая — я хорошо знаю город и, наконец, третья — я профессиональный гонщик.

Часа два они ездили за Пятаковым, попутно делая снимки сотовым телефоном. За это время он успел побывать в банке, съездить на стройку и даже в магазин «Строительные материалы», но так ни разу и не оглянулся.

— Хватит, поехали домой! — махнул рукой Артём, когда они вновь вернулись к офису.

— А зачем мы за ним ездили?

— Саныч думает, что он убил Денисову.

— Что-то не похож на убийцу, — хмыкнул Виталий.

Основная работа Юрия Александровича заключалась в том, что он должен думать, но это можно делать не обязательно сидя в кабинете. Тем более что внучка всё время с бабушкой, а той и обед приготовить надо, и постирать, и в магазин сходить. До конца рабочего дня он успел переделать и домашние дела, и мысли кое-какие по делу появились.

— Дмитрий, что у тебя? — вопреки традиции первым спрашивать младшего по званию обратился начальник отдела к капитану.

Мошкин начал, как всегда нудно, докладывать о проделанной работе, не замечая, что начальник занят своими мыслями. Выслушав его, Винокуров повернулся в сторону лейтенанта:

— Что у тебя?

— Вот фотографии Пятакова, — Артём положил на стол несколько снимков. — Три месяца назад он вернулся из мест заключения, живет у матери. Нашел старого друга и вместе с ним пытается наладить бизнес. Даже смог получить кредит в банке.

— Какой бизнес? — тут же спросил подполковник.

— Как ни странно, связанный со строительством.

— Здесь нет ничего странного — это он хотел сделать ещё пятнадцать лет назад, но тогда ему Наталья Михайловна помешала. Продолжай!

— Образ жизни делового человека чистого перед законом.

— А это ты с чего взял? — удивлённо хмыкнул Юрий Александрович.

— Он не оглядывается назад и не вздрагивает при виде человека в милицейской форме.

— Молодец, лейтенант! Если ты прав — это многое объясняет, но и многое запутывает.

— Саныч, не думаешь ли ты, что он причастен к убийству и поджогу? — удивленно вскрикнул Дмитрий.

— Почему бы и нет? Если он человек умный — а я в этом не сомневаюсь — то за пятнадцать лет мог узнать об её успехах, понять, что никому в голову не придёт подозревать его в подобном, и разработать несколько планов, как отомстить. Один из которых, возможно, и реализовал. Вот только фраза Артёма, что он ведёт образ жизни человека чистого перед законом, меня смутила.

— Слушай, Саныч, подобная версия могла прийти в голову лишь тебе. Это я ещё допускаю, — рассмеялся капитан. — Но что тебя могло смутить в этой фразе? Одному богу известно.

— Боюсь, что он не просто умный, а очень умный, — произнёс Юрий Александрович, задумчиво рассматривая фотографию. — Артём, данные его узнал?

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

  • Четвертая версия

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Очкарики предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Смотрите также

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я