Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945 (Роберт Айкс, 2008)

Книга посвящена главной ударной мощи сухопутных сил – танковым войскам. Автор реконструировал основные танковые сражения Второй мировой войны, подробно рассказал о предыстории создания и послевоенном развитии бронетанковой техники, дал характеристику различных видов и типов танков, уделяя большое внимание броневой защите и параметрам танковых орудий, их маневренности в конкретных ландшафтах. Издание снабжено картами, схемами и фотографиями.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945 (Роберт Айкс, 2008) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

Часть вторая

Бронетанковые войска в боевых действиях 1917–1967 годов

Британцы впервые применили танки в сражении на Сомме 15 сентября 1916 года. С тех пор и до наших дней много уроков было получено и забыто, потом те же уроки люди заново получали и заново забывали – и так множество раз. Это наглядно видно из приводимых ниже кратких описаний танковых сражений начиная с Первой мировой войны и вплоть до войны во Вьетнаме. Все боевые действия можно разделить на четыре конкретных вида: действия, во время которых какой-либо тип танка или бронированного автомобиля применялся впервые или его применение было показательным, в качестве новинки, или неординарным; действия, которые велись в особых или необычных условиях; боевые действия, в которых очевидна слаженная работа экипажа или ее отсутствие, и, наконец, действия, где наблюдалось явно неграмотное применение бронетехники или недопонимание ее характеристик.

Принципы неизменны, а люди – нет, а все действия осуществляются людьми. Это верно как для сражения в целом, так и для бронетанковых войск в частности.

Величайшая проблема, с которой сталкивались участники боев Первой мировой войны, состояла в ограниченном радиусе действий артиллерии. Стремясь уничтожить вражескую артиллерию, каждая из сторон старалась для большей защищенности оттянуть свою артиллерию как можно дальше от линии фронта, состоящей из почти непрерывной системы траншей, отстоящих друг от друга на расстоянии 350 миль и образовывавших так называемый Западный фронт. (Его длина от побережья Северного моря до швейцарской границы перед весенним германским наступлением 1918 года составляла 765 км. – Ред.) Таким образом, в то время как на первоначальном этапе атака пехоты могла быть удачной, она вскоре попадала в радиус обстрела своей же артиллерии.

Возникали и сопутствующие проблемы. Районы, подвергнувшиеся артподготовке, были сплошь покрыты воронками от снарядов, что затрудняло размещение своей артиллерии на передовых позициях, которой нужно было поспевать за наступающей пехотой, к тому же с необходимыми боеприпасами и другими предметами снабжения (не говоря уже о трудностях, с которыми сталкивалась пехота при наступлении по пересеченной местности). И все же в ведении боя продолжал действовать прежний шаблон с предшествующим каждой атаке пехоты продолжительным артиллерийским обстрелом позиций врага.

Возлагалась надежда на то, что танки помогут решить некоторые из этих проблем, но труднопроходимая местность и обессилевшая пехота постоянно становились препятствием на пути непрерывного продвижения вперед. Первоначально танки использовали в небольших количествах и без резервов. Нужно было научиться грамотному с ними обращению и отработать систему их взаимодействия с другими родами войск.

Третье сражение на Ипре, Бельгия

31 июля – 10 ноября 1917 года

С середины лета 1917 года русский фронт постепенно рушился (результат Февральской революции и преступного Приказа № 1 Петроградского совета, лишавшего офицеров дисциплинарной власти над солдатами. – Ред.), и немцы начали постепенно перебрасывать войска на Западный фронт. Третье сражение на Ипре в Бельгии воспринималось как бег наперегонки со временем. Британцы намеревались захватить небольшую возвышенность в 5 км к востоку от Ипра, для того чтобы обойти с фланга бельгийское побережье, и очистить ее прежде, чем подойдут немецкие войска, переброшенные из России.

Территория, на которой велись боевые действия, почти полностью состояла из возделанной земли приблизительно на уровне моря. Собственно говоря, одно время и сам Ипр был морским портом. Две армии стояли друг против друга в этом районе почти три года, и в результате непрерывных артобстрелов Ипр уступал только Вердену по произведенным разрушениям. Планирование операции началось за шесть недель до 31 июля, дня, установленного для начала сражения. В то время, когда приступили к планированию операции, земля была сухой, но в июле начались дожди, в результате чего, кроме очень низкой гряды вдоль западного берега реки Стенбек и еще одной гряды, тянущейся от леса Полигон через деревню Зоннебеке к возвышенности и населенному пункту Пасхендале (Пашендэйл), местность превратилась в почти непроходимое болото. Но британцы упрямо стремились вперед.

План состоял в том, чтобы предварить фактическую атаку артобстрелом в течение восьми дней артиллерийских позиций противника, вслед за чем последуют шестнадцать дней интенсивного основного артиллерийского обстрела 2300 орудиями, по 6,5 метра фронта на каждое из них. За этим должен был последовать штурм пехоты, развитие успеха, перегруппировка и возобновление атаки. Танки должны были заниматься опорными пунктами противника и идти за пехотой последовательными волнами. Одна волна танков должна содействовать взятию первого объекта, как показано на карте, следующая волна должна продолжить наступление на второй объект, и завершающая волна должна содействовать взятию третьего объекта. Было 216 боевых танков наготове плюс 36 танков снабжения, два танка радиосвязи и несколько спасательных танков, т. е. почти все британские танковые силы. 36 боевых танков оставались в армейском резерве. Понадобился 21 железнодорожный состав для того, чтобы в течение двух ночей перебросить танковые батальоны в тыловые районы, где они стояли, накрытые брезентом и камуфляжными сетками. Ночные передвижения были необходимы для того, чтобы не быть замеченными с воздуха и атакованными.

Первыми британскими танками были танки серии Mk I (Марка I), Mk II (Марка II), Mk III (Марка III). В операции, о которой идет речь, предусматривалось использование танков Mk IV (Марка IV). Все они внешне походили друг на друга: знакомая ромбовидная форма с гусеницами по периметру машины и вооружение в спонсонах по каждому борту. Некоторые были вооружены 57-мм орудиями и четырьмя пулеметами, другие – только шестью пулеметами и соответственно назывались пушечными и пулеметными танками. Семь человек составляли экипаж каждого из них, и для этих первых машин требовался один водитель плюс по одному помощнику– рулевому с каждого борта, которые поочередно по сигналу переключали передачу. Броня была толщиной всего 6—12 мм, хотя машина весила около 28 тонн.


ИПР

31 июля 1917 г.


Танки радиосвязи были новинкой в этой операции, и их предполагалось использовать с целью осуществления управления и контроля. Танками снабжения были более старые танки Mk I и Mk III с бортовыми спонсонами, в которые вместо установленного вооружения помещали доставляемые предметы снабжения. Во всех моделях двигатели располагались в отделении экипажа, и люди часто получали ожоги из-за крена машины во время движения. Выхлопные газы двигателя и пороховой дым при стрельбе были едкими, а захватываемая гусеницами грязь липкой слизью осаждалась на полу, нередко в несколько дюймов толщиной. Танки-спасатели – также новшество в этой операции – представляли собой танки, переделанные из пушечного бронетранспортера, который первоначально был разновидностью грузового гусеничного транспортера.

Еще одно приспособление, новинка в этой операции, – балансир. Это была деревянная балка, похожая на железнодорожную шпалу; она была длиннее общей ширины машины и покоилась на надземных рельсах. Балансир мог быть прикреплен зажимами и цепями к гусеницам таким образом, чтобы его переносило вокруг танка, давая сцепление каждый раз, когда он проходил под танком. Чтобы им манипулировать, требовался член экипажа, который, прикрепляя бимс к гусеницам, был вынужден подставлять себя под огонь противника.

Германская линия фронта у Ипра была просто цепью воронок от снарядов, к которым примыкали траншеи. Следущие за ними рубежи состояли из траншей с бетонными долговременными огневыми сооружениями или бункерами с интервалами между ними в качестве опорных пунктов, в каждом из которых было от тридцати до сорока солдат. Линия фронта удерживалась слабо, и планами немцев предусматривалось, что солдаты в случае атаки отступят. Резервы в следующих рубежах делали возможным нанесение контрударов до того, как атакующий успеет закрепиться на какой-либо занятой им территории. Немцы знали, что готовится новое наступление, а от захваченного германскими разведчиками пленного им стало известно о сосредоточении британских танков. Однако немцам не верилось, что британцы введут на такой разбитой местности и раскисшей земле в бой танки, поэтому они лишь изредка подвергали артобстрелу район сосредоточения.

Километры насыпных дорог или деревянных настилов были проложены для продвижения войск к рубежу атаки, оборудовано много полевых складов, при этом использовались небольшие узкоколейные железные дороги. Были также разработаны планы строительства мостов через каналы и реку Стенбек.

Четвертой и окончательной целью были немецкие позиции на относительной возвышенности, тянувшейся через Брудзейнде к востоку от Ипра и называемой грядой Брудзейнде и долиной Стенбека. Местность была покрыта воронками от разорвавшихся артиллерийских снарядов, которые быстро заполнялись дождевой водой. Участок недалеко от канала Ипр – Комин к северу от заповедника удерживал 2– й британский корпус, состоявший из пяти дивизий и отвечавший за защиту фланга, 2-я танковая бригада должна была выставить 16 танков против первой цели, 24 – против второй и третьей, а восемь танков держать в резерве. Из-за болот и лесов было только три возможных подхода в этот район, а значит, танки подставлялись, становясь объектом интенсивного обстрела.

В районе непосредственно к востоку от Ипра, который удерживался британским корпусом из четырех дивизий,

3– я танковая бригада выделила 24 танка на вторую цель и 24 – на третью; 24 танка были оставлены в резерве. В районе XVIII корпуса из четырех дивизий к северо-востоку от Ипра по 12 танков 1-й танковой бригады были выделены на вторую и третью цели, в то время как 12 танков оставались в резерве. Остававшиеся 37 танков были оставлены в армейском резерве. К северу от XVIII корпуса вдоль канала Изер– Ипр XIV британский корпус без бронетехники защищал левый фланг, а 1-я французская армия взаимодействовала с англичанами в наступлении на левом фланге, также без бронетехники. 2-я британская армия поддерживала наступающих справа.

После 16 дней артиллерийского обстрела, во время которого было выпущено четыре с четвертью миллиона снарядов, час «Ч» наступил в 3.50 утра 31 июля. Все предыдущие недели моросил мелкий дождь, а в ночь атаки пошел сильный дождь. Атака началась с чередующегося заградительного огня, и германский фронт был подавлен почти сразу перед наступлением пехоты. Первая волна из 52 танков остановилась и не могла двигаться дальше до наступления дня из-за труднопроходимой местности.

В полосе наступления II корпуса пехота была задержана у первой цели, и танкам пришлось двигаться по узким проходам и подвергаться интенсивному артиллерийскому огню. Вторая волна из 24 танков быстро уменьшилась до 14 от артобстрела, неполадок или увязнув в болоте, и остановилась. Затем была введена в бой часть резерва, но пробился только один танк. Атака захлебнулась. К концу дня все английские танки были подбиты.

Половина из 48 танков в первых двух волнах XVIX корпуса были подбиты или брошены. Резерв из 24 танков был затем выдвинут вперед, но встретился с трудностями в заболоченной местности близ р. Стенбек. Девять танков, которым удалось прорваться, прибыли слишком поздно, чтобы быть полезными.

XVIII корпус слева действовал несколько лучше. Их 24 танка использовались эффективно: они достигли третьей цели, прежде чем немцы успели отбросить их контратаками.

В общей сложности 77 танков завязли в болоте и 42 были уничтожены артиллерийским огнем. Потери пехоты были высокими, но танковые экипажи держались несколько лучше. Летавшие на небольшой высоте немецкие самолеты в некоторых случаях останавливали танки (поражая их сверху, где броня была совсем тонкой. – Ред.), которым потом еще доставалось от германской артиллерии. Даже новые балансиры не смогли уравновешивать танки, двигавшиеся в рыхлой грязи и пытавшиеся уклоняться от обстрела.

После того как ближе к вечеру была захвачена вторая цель, немцы контратаковали при сильном ливне, оттеснив британцев назад. К наступлению ночи британцы удерживали низкую грязную гряду первой цели и еще немного территории, захватив 6 тыс. пленных и много пулеметов. Немцы продолжали свои контратаки всю ночь при поддержке артиллерийского огня. Затем дождь, который продолжался четыре дня, заставил наконец обе стороны прекратить боевые действия, сбивая темп наступления британцев и давая немцам возможность перегруппироваться. Кроме дорог, весь район боев превратился в непроходимое болото. Донесения пехотинцев после сражения разнились, что касается ценности бронетехники, то общий тон был таков, что она была бесполезна.

Дожди продолжались две недели вперемежку с артиллерийскими обстрелами с обеих сторон, но с очень незначительной активностью иного рода, за исключением атак местного значения силами II корпуса 2 и 10 августа, обе они провалились.

16 августа после нескольких дней сухой погоды 12 из 36 танков из армейского резерва были выделены XVIII корпусу для атаки, но из 12 танков, которые начали выдвигаться на рубеж атаки, ни один не прибыл, главным образом потому, что требовалось, чтобы они двигались ночью. Не получив разрешения следовать по дорогам, которые использовались для целей снабжения, танки застревали в попытке свернуть с дороги, когда уступали путь машинам снабжения. Как для немцев, так и для британцев вошло в привычку время от времени обстреливать артиллерийскими снарядами дороги по ночам, и, следовательно, их приходилось оставлять свободными для проезда быстрых грузовиков и гужевого транспорта. Поэтому пехота атаковала без танков.

Еще одна атака снова была предпринята в полосе XVIII корпуса 19 августа. На этот раз пехоте и танкам было разрешено использовать дороги. К тому же не было предварительной артподготовки в ограниченной атаке, которую предполагалось провести против шести долговременных огневых сооружений в районе Сен-Жюльен – треугольная ферма – Коккрофт. Вместо этого была использована дымовая завеса, чтобы ослепить немцев и изолировать эти позиции. Восемь танков были задействованы, а четыре оставлены в резерве. Танки обогнули полосу дыма, и два танка вышли на каждое из бетонных огневых сооружений с тыла, при поддержке пехотного взвода. Каждое долговременное огневое сооружение защищал гарнизон силой до роты и до сих пор, казалось, не поддавался артиллерийскому огню. Через два часа атака увенчалась успехом, а потери составили всего 15 пехотинцев.

Заслуга этой небольшой операции в рамках более крупной состояла в спасении британского танкового корпуса от роспуска, потому что она смягчила растущее чувство того, что бронетехника не имеет никакой ценности, и помогла не принимать во внимание поступавшие до этого негативные донесения от командующего 5-й британской армией. Кроме того, она привела к одобрению планирования танковым корпусом атаки на Камбре в ноябре.

Более крупные атаки были предприняты 22 августа II, XVIX и XVIII корпусами, но дались дорогой ценой и мало что принесли. Четыре танка со II корпусом, 18 с XVIX корпусом и 12 с XVIII достигли фронта, но были полезны главным образом для того, чтобы отбивать контратаки немцев. Четыре танка 2-й бригады были задействованы к востоку от леса Санктуари для поддержки атаки, которая не достигла успеха. Четыре танка были выделены в тот же район 26 августа и еще четыре 27 августа, но так и не достигли линии фронта. Ночь за ночью танки с трудом пробивались туда, чтобы принять участие в какой-либо атаке, но все они проходили без их участия, потому что танки так и не подошли.

Половина пехотных дивизий была отведена 11 сентября для пополнения, а 2-я и 3-я танковые бригады – для ремонта и отдыха. Три остававшихся танковых батальона 1-й танковой бригады получили новые танки и были пополнены танковым батальоном из Англии.

Погода улучшилась в сентябре, но почва оставалась болотистой. Немцы осознавали зависимость танков от дорог и повалили поперек них деревья. Британцы решили изменить тактику, проводя единовременные мелкие атаки. После семи дней артиллерийского обстрела при густом тумане 20 сентября по всей линии фронта должны были быть введены в бой 34 танка, но лишь один достиг рубежа, другие остановились у деревьев. Атака местного значения с пятнадцатью танками возле деревни Зоннебеке после пяти дней артподготовки провалилась 26 сентября. Несколько дней отдельные атаки провели немцы, впервые применив огнеметы. Британцы более успешно действовали 4 октября. Три танка были применены в тот день возле леса Полигон и 12 танков пригодились VIII корпусу во взятии Пелкапель без потерь. В этой атаке не было никакой артиллерийской подготовки, и немцы, сами сосредотачивавшиеся для атаки, были застигнуты врасплох. Танки научились проходить через поваленные деревья под углом, и дороги для следования танков были обозначены белыми лентами на земле за ночь до атаки. Их успех также удивил британцев, которые не планировали развитие успеха.

Во второй половине дня 4 октября снова пошел дождь, и он продолжался весь октябрь. Два танка, которые должны были быть введены в бой по плану вместе с наступающей пехотой 7 октября, не смогли продвигаться, потому что дорогу им перегородил брошенный танк. Окончательный провал случился 9 октября, когда восемь танков должны были атаковать укрепленные пункты за деревней Пелкапель. Они выдвинулись ночью и достигли деревни. Немцы обстреляли из орудий дорогу, подбив первые два танка, которые перегородили дорогу для других. Поворачивая назад, последний танк зацепился за брошенный танк. Колонна оказалась в западне, и все танки были обречены. Все они взлетели на воздух, подорванные британцами в последующие ночи для того, чтобы освободить дорогу.

Погода продолжала оставаться плохой, но бои не прекращались до тех пор, пока 6 ноября не добрались до Пасхендале (Пашендэйл). Последний штурм, в ходе которого этот городок удалось взять, был целиком делом рук пехоты и артиллерии. Наступление, которое заняло три месяца, стоило британцам почти 400 тыс. человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести, продвинуло линию фронта британцев всего на 6 км. (Немцы потеряли 240 тыс. – Ред.)

Понадобилось много времени для того, чтобы извлечь из всего этого урок – прежде всего в том, что танки следует использовать на подходящей местности, хотя это было очевидно еще до того, как началось сражение. Опасность использования простреливаемых узких проходов всегда была риском в бою, и этого всегда следовало избегать – еще один извлеченный урок. Необходимость тесного взаимодействия танков и пехоты была отмечена, а ценность предварительных длительных периодов артподготовки была наконец поставлена под вопрос.

Сражение при Камбре, Франция

20 ноября – 6 декабря 1917 года

Хотя Ипрская операция стартовала до начала дождей, штаб танкового корпуса уже тогда рекомендовал проведение этой операции в районе Камбре – местности, подходящей для использования танков; это могло бы снять напряженность с района Ипра, но просьба была отклонена. После ипрских событий инициатива танкистов была поддержана. Устранение русских в качестве союзников, недавний разгром итальянцев (имеется в виду разгром итальянцев австро-венграми у Капоретто 24 октября – 9 ноября 1917 года – Ред.), растущая усталость от войны французской армии и неудача у Ипра требовали победы как залога повышения морального духа союзников. Американцы, которые вступили в войну в апреле 1917 года, до начала 1918 года не участвовали в боевых действиях в Европе. Еще одним фактором, повлиявшим на удовлетворение этой просьбы, был тактический успех в небольшой операции у Сен-Жюльена к востоку от Ипра 19 августа.

Местность вокруг Камбре была открытой и ровной и лишь незначительно изрыта снарядами. Небольшой гребень тянулся между Флескьером и лесом Авренкур, была небольшая, поросшая лесом гряда к юго-востоку от Бурлона, и еще одна гряда тянулась на север между Кревекуром и Маркуэном параллельно и к северу от канала. Между Авренкуром и Маркуэном был овраг под названием «Большой овраг», который на первый взгляд казался довольно труднопроходимым, но позднее обнаружилось, что это далеко не так.

По существу, наступление у Камбре стало для немцев сюрпризом и приобрело характер масштабной операции с намерением прорвать германскую линию Гинденбурга, систему из трех эшелонов широких траншей, расположенных большей частью на противоположных склонах гребней высот, под защитой проволочных заграждений глубиной 50 м и более, в районе к западу от Камбре. Успех зависел от прорыва оборонительных рубежей немцев и взятия неповрежденными мостов у Маньера и Маркуэна. Британские силы, привлеченные для прорыва, состояли из шести пехотных дивизий и девяти танковых батальонов, кавалерийского корпуса и около тысячи орудий различных калибров (а также около 1 тыс. самолетов. – Ред.). Две пехотные и две кавалерийские дивизии из XXI французского корпуса должны были прибыть на грузовиках ко времени атаки утром, но они опоздали и уже не могли быть полезными, и их вернули обратно. Армейский резерв не был впереди, потому что Ипрская операция заняла все резервные войска и никакого реального плана развития успеха в случае, если операция окажется успешной, не существовало.


КАМБРЕ

20 ноября 1917 г.


Предварительного артобстрела не проводилось, но в час «Ч» должен был быть открыт заградительный огонь, и огневой вал должен был переноситься скачкообразно на 200–250 м впереди от наступающих танков. Развернутые войска вдоль линии фронта должны были оставаться на своих позициях, а атакующие войска – проходить через них. Следовало бомбить с воздуха орудия и штабы противника, пока наступали танки, в то время как британская тяжелая артиллерия будет обстреливать пересечения дорог и артиллерийские позиции. Дымовые завесы должны были быть установлены в определенных местах, особенно к востоку от Гоннелье на гребне Флескьер, а также в районах Бурлон и Восель.

III британский корпус состоял из четырех дивизий. Из них 12-я дивизия располагалась в районе Гоннелье – Виллер-Гислен с 20-й дивизией к северу от них. 29-я и 6-я дивизии брали на себя соответственно пункты Виллер-Плуиш и Бокамп. Две дивизии IV британского корпуса также должны были участвовать в операции. 51-я дивизия была в районе Треко, а 62-я дивизия к северо-западу от нее в лесу Авренкур.

Предусматривалось проведение учений, в ходе которых пехота и танки должны были научиться взаимодействовать и которые немецкая воздушная разведка не связывала бы с районом Камбре. Все танки были тщательно осмотрены. 36 железнодорожных составов доставляли танки в течение двух ночей подряд, а склады снабжения, замаскированные так, чтобы их не было видно с воздуха, были оборудованы в лесу. Районами сосредоточения 3-й танковой бригады были Гузокур и Виллер-Гислен, 2-й – лес Гузокур и 1-й – лес Авренкур. Оружие, боеприпасы, провиант и прочее продолжали накапливаться, поступая по узкоколейкам в эти районы, из которых танки снабжения будут сновать от одного боевого танка к другому после начала сражения.

Никаких необычных действий в первые часы наступившего дня не было предпринято. Ссылки по полевым телефонам на любой этап операции были запрещены. Не возрастала интенсивность воздушного наблюдения. Были приложены все усилия для обеспечения неожиданности: нельзя было создавать настораживающий шум, были применены средства маскировки, а самолеты поднимались в воздух, чтобы в сочетании с ложными передвижениями танков перебить характерный шум танков, выдвигавшихся в районы сосредоточения. Пасмурная погода способствовала созданию помех для немецких наблюдателей.

Танк Mk IV использовался в этой операции вместе с танками снабжения и несколькими танками радиосвязи и спасения. В числе готовых к боевым действиям были 378 танков Mk IV, девять танков радиосвязи, один танк телефонной и проводной связи, тридцать два танка с крючьями, три танка-мостоукладчика и пятьдесят четыре танка снабжения. Новшество было введено для танков снабжения (всего 477), по другим источникам 476. Каждый танк должен был тянуть на прицепе трое саней с предметами снабжения в дополнение к тому, что было загружено внутрь. Танки с крюками и мостоукладчики были направлены в район предполагаемого наступления кавалерии. Каждый такой танк тащил крючья на трехдюймовом стальном тросе, которые должны были срывать немецкие заграждения из колючей проволоки. Первый танк должен был проходить через данный район, ломая все продольные элементы конструкции. Два других затем следовали справа и слева. Когда эти танки двигались в сторону слегка по диагонали, проволочные полосы сворачивались подобно снежному кому, и большая территория полностью освобождалась от колючей проволоки. Шестнадцать из 378 боевых танков были не в состоянии вступить в бой из-за механических поломок. В их числе были танки-мостоукладчики.

Одна шестая часть танков находилась у каждого танкового батальона в резерве, за исключением 51-й и 62-й дивизий, где всем танкам трех батальонов 1-й танковой бригады были поставлены боевые задачи. По пехотным дивизиям было распределено от шестидесяти четырех до семидесяти двух танков (на каждый батальон), из которых тридцать шесть предполагалось бросить на первую цель, а двенадцать плюс танки, уцелевшие при первой атаке, – на вторую. Два батальона 2-й танковой бригады и четыре – 3-й были выделены для других дивизий, большая часть передана IV корпусу слева.

Первой целью была линия траншей от Авренкура через Рибекур, Буа-Куийе, Ля-Вакер и пересечение траншей на полпути между Банто и Гоннелье. Второй целью была линия траншей от Гренкур-лез-Авренкур, Флескьер, свекольного завода и линии траншей, тянущейся далее к Буа-де-Лато, и траншеи сообщения к югу от Ле-Паве. Затем атака должна была продолжаться в три этапа. Первый предполагал занятие рубежа от Кревекур-сюр-л'Эско через Маркуэн и Флескьер к каналу дю-Норд (Северный). Следующая впереди кавалерийская дивизия затем должна была пробиваться между Маньером и Маркуэном, проходя мимо Камбре с обеих сторон. На втором и третьем этапах должны были быть заняты дороги из Маркуэна и Маньера на Камбре и начато наступление через Бурлон, чтобы отрезать немецкие войска к западу от канала дю-Норд.

Специальная тактика была разработана как для пехоты, так и для танков и была принята всеми, за исключением 51-й дивизии. Танк Mk IV мог преодолевать только траншеи шириной в 3 м, поэтому на рельсах балансиров возили фашины из стянутых цепями кустов. Эти фашины можно было сбрасывать с танка в немецкую траншею, давая возможность машине переправиться через более широкую траншею. Отделение пехотинцев должно было следовать за головным танком цепью, чтобы зачистить от немцев участок траншеи и обозначить проход в колючей проволоке красными флажками. Передовой танк и его группа пехотинцев должны были пройти через колючую проволоку немцев и повернуть налево, не преодолевая траншеи, но ведя по ней огонь. Второй танк и его команда должны были идти вслед, сбросить фашину, перебраться через траншею и повернуть налево, зайдя в тыл немецкой траншеи и также ведя по ней огонь. Группа пехотинцев второго танка должна была перекрыть траншею в различных местах. Третий танк и его группа пехотинцев должны были идти вслед, пройти по фашинам в первой траншее, следовать до второй линии траншей, сбросить свою фашину и повернуть налево. Группа пехотинцев третьего танка должна была занять взятую траншею и дожидаться подхода первой волны пехоты, следующей в 300 м позади. Тем временем первый танк должен был вернуться к месту пересечения, преодолеть траншею и двигаться вперед с фашиной, готовой к использованию в случае необходимости. Другие танки шли следом.

Такая тактика в этой операции полностью себя оправдала. Но в 51-й дивизии была принята другая схема действий.

Там танки шли впереди, пехота следовала на расстоянии. В результате пехота отстала и не попала в брешь в колючей проволоке. Кроме того, без взаимодействия с пехотой шестнадцать танков были выведены из строя артиллерийским огнем по Большому оврагу.

В ночь с 17 на 18 ноября немцы осуществили вылазку в английские траншеи близ леса Авренкур и от пленных узнали о спланированной на ближайшее время операции. Но эти сведения достигли немецких позиций на линии фронта только перед самой атакой, за исключением позиций у Флескьера, где немцы успели подтянуть дополнительные пулеметы.

20 ноября в 6.10 был густой туман, когда танки начали двигаться вперед с рубежа примерно в 800 м от линии фронта немцев. В 6.30 заговорила британская артиллерия. Огневой вал, перемещаясь, ложился в 200 м перед головными танками. Первоначальная атака на север была успешной, но пулеметы сдерживали пехоту у Буа-де-Лато. Немцы взорвали мост через канал у Маньера, остановив танки, которые затем открыли огонь прикрытия пехоты, чтобы она могла форсировать канал. Большой овраг возле Рибекура был преодолен в ходе наступления, которое докатилось почти до Нуайель-сюр-л'Эско и Гренкур-лез-Авренкур. Несколько танков двинулись на Буа-де-Бурлон (лес Бурлон), но пехота была слишком измотана, чтобы следовать за ними, и танки вернулись.

В 8.00 двенадцати танкам было приказано оказывать содействие во взятии Фонтен-Нотр-Дам. Четыре танка с 29-й дивизией наступали на линию фронта немцев за Маркуэном. Еще два успешно атаковали Нуайе. К полудню восемнадцать танков были подбиты у Ле-Паве возле Буа-де-Лато, три у Маньера, четырнадцать у Маркуэна, шестнадцать у Флескьера и шесть к югу от Гренкура, всего пятьдесят девять. У Флескьера немецкий артиллерийский офицер один остался у полевого орудия, и ему удалось подбить британский танк. Пятнадцать других были подбиты, когда преодолевали гряду, укрепляя веру в то, что в этом была заслуга одного этого германского офицера, и так было упомянуто в британских донесениях. И только в последующие годы, когда германские архивы стали доступны, было обнаружено, что уничтожение этих танков – заслуга других немецких орудий, но первоначальный миф все еще продолжал жить – до самой Второй мировой войны.

К 16.00 были убраны проволочные заграждения перед кавалерией, которая сосредотачивалась возле Рибекура и Маньера. Авангард канадской кавалерийской бригады перебрался через канал к юго-востоку от Маньера. Еще один кавалерийский эскадрон переправился у Маркуэна, а другой достиг Нуайеля, но тяжелые потери заставили их отойти. Танки снабжения выдвинулись к местам встречи, а танки радиосвязи сообщили к этому времени о продвижении. Танковые экипажи, как и пехота, к тому времени, как был взят Фонтен (около 17.30), были совершенно вымотаны.

В ночь с 20 на 21 ноября из менее уставших танковых экипажей были сформированы смешанные части (исходя из того, что наступление будет продолжено на следующий день). Подошли пехотные части, которые не участвовали в боях в первый день (и не получили соответствующий практический опыт взаимодействия с танками). 1-я танковая бригада с 25 танками поддерживала атаку 62-й дивизии на Ано и Буа-де-Бурлон. 6-я дивизия с 13 танками 2-й танковой бригады взяла Кантен и с помощью 12 танков Фонтен. Обе бригады потеряли до 25 танков. На долю 3-й бригады выпало не так много боевых действий, и она была отведена, потому что объекты атаки справа были захвачены и теперь она образовала фланг, чтобы его удерживать, в то время как боевые действия продолжались в направлении на север. Однако это наступление образовывало клин и мешок, где сопротивление немцев приводило к активизации усилий британцев.

22 ноября немцы выбили британцев из Фонтена. Ожесточенные бои продолжались там и 23 ноября. 24 танка, ведя за собой пехоту, снова заняли Фонтен, но один танк был потерян из-за артиллерийского огня, а пехота была отсечена огнем от танков. В тот же день пехота в сопровождении 34 танков 1-й танковой бригады наступала на Буа-де-Бурлон. Танки продолжали двигаться к деревне Бурлон, но пехота из-за потерь не смогла следовать за ними, и танки вернулись назад.

24-го состоялось единичное сражение, а 25, 26 и 27-го у Бурлона и Фонтена прошли бои с участием нескольких танков. К тому времени танковые экипажи были совершенно измотаны и дезорганизованы, и дееспособных танков оставалось все меньше, несмотря на сверхчеловеческие усилия, прилагаемые для спасения подбитых танков и восстановления наименее поврежденных. Было решено вывести две из танковых бригад, оставляя 2-ю бригаду в лесу Гузокур для восстановления и отдыха. Этот отвод был почти завершен, а две бригады уже погружены на поезд, когда немцы, подтянувшие свежие войска, рано утром 30 ноября контратаковали.

К этому времени британцы были настолько заняты районом Бурлон – Фонтен, что не уделяли должного внимания своему правому флангу. Глубокий мешок стал целью немцев, которые немеревались взять в клещи целиком III и IV корпуса атакой из Бурлона и еще одной из Оннекура, обе они замыкались на Треко. Правое крыло немцев у Буа-де-Бурлон было остановлено и понесло большие потери. Но на левом крыле немцев их пехота быстро захватила Виллер-Гислен и Гузокур с помощью большого числа низколетящих самолетов и огня тяжелых минометов. Впервые в широком масштабе использовалась такая авиационная поддержка, тактика, согласно которой немецкие пикирующие бомбардировщики Ю-87 будут использоваться на ранних этапах Второй мировой войны (а советские штурмовики Ил-2 в течение всей войны. – Ред.).

В 8.00 ни один из танков 2-й танковой бригады в лесу Гузокур по различным причинам не годился для боевых действий, но с чудовищными усилиями 22 танка одного батальона и 14 другого смогли к полудню двигаться в направлении Гузокура. К тому времени гвардейская дивизия уже отбила его. Танки затем были использованы для того, чтобы двигаться вокруг, создавая заслон за деревней, в то время как подтянулись еще 20 подремонтированных танков другого батальона. Семнадцать танков были уничтожены артиллерийским огнем немцев, а другие были отведены в лес Гузокур.

Рано утром 1 декабря гвардейская дивизия и две спешившиеся кавалерийские дивизии, контратаковавшие у леса Гоши при поддержке 2-й танковой бригады, пополнились еще семнадцатью машинами, вышедшими из ремонта. Очистив лес, танки двинулись дальше к Виллер-Гислен, но попали под артиллерийский огонь прямой наводкой восточнее леса и отошли, потеряв четыре танка.

Пехота два дня вела ожесточенные бои вокруг Бурлона, Фонтена, Маркуэна и Ля-Вакер. В ночь с 4 на 5 декабря британцы беспрепятственно покинули свои позиции к северу от Флескьера.

Немцы захватили семьдесят один танк (из тех, что были подбиты или выведены из строя и требовали ремонта) и позднее использовали их против британцев и французов. Еще пятьдесят подбитых танков были отремонтированы или уничтожены британцами. Потери экипажей танкового корпуса составили 948 человек, в то время как пехота потеряла 6 тыс. бойцов, значительно меньше, чем в предыдущих сражениях. (Автор умалчивает о 9 тыс. пленных, 148 орудиях и 716 пулеметах, захваченных немцами, которые сами в первый день потеряли 8 тыс. пленными, 100 орудий и 350 пулеметов. – Ред.) Это достижение можно со всем основанием отнести за счет применения танков.

Необходимость сосредоточения бронетехники, а не использования ее по частям все еще до конца не принималась, но ценность следующих одна за другой волн и необходимость резервов признавались. Боевые танки, танки связи и снабжения доказали свою ценность, в то время как витало в воздухе, что дни конницы сочтены. И что самое важное, доверие пехоты к танкам было восстановлено. Несмотря на то что операция провалилась в том смысле, что войска к концу сражения вернулись почти к прежним рубежам, с которых начинали, это было победой в том, что был найден путь к способу в конечном счете разгрома Германии.

Весенние наступления Немцев, Франция

1918 год

В конце марта и в начале апреля 1918 года в ходе своего наступления немцы захватили 90 тыс. пленных союзной коалиции и почти достигли Амьена (потери немцев составили 160 тыс. убитыми и ранеными, союзников – намного больше. – Ред.). За этим через неделю последовало наступление в Бельгии с намерением завершить разгром британской армии в районе Ипра. Оба эти наступления в конце концов потеряли темп из-за усталости войск и упорного сопротивления союзников. 25 апреля немцы попытались возобновить наступление севернее Компьеня, около шестидесяти миль к северо-востоку от Парижа. Немцы использовали 13 своих новых танков A7V, половина из которых была подбита. Огромные потери в личном составе понесли обе стороны, и союзники в конце концов испугались развязывания войны по всему фронту вместо того, чтобы каждой из армий вести более или менее независимые боевые действия, как это было до сих пор.

Германский танк A7V имел ящикообразный корпус, установленный на прекрасном гусеничном тракторе, но он был слишком громоздким (броня 15–30 мм), весил 33 тонны, и корпус свешивался над гусеницами как спереди, так и сзади. Он был более быстрым танком, чем любой из тяжелых танков союзников (13 км/ч против 5,5 у Mk IV, 8 у Mk VIII, 8,5 – у «Сен-Шамона»). В носовой части немцы установили русскую 57-мм пушку, а по бокам и сзади располагались шесть немецких пулеметов. Каждая машина брала на борт экипаж до восемнадцати (официально 7. – Ред.) человек, и любопытно, что вместо того, чтобы входить в отдельное танковое объединение, каждый член экипажа сохранял принадлежность к своему изначальному роду войск.

Первый раз немцы использовали четыре танка A7V и пять захваченных британских танков Mk IV 21 марта. Четыре из последних были подбиты. Британские танки были захвачены у Камбре и переоборудованы с добавлением захваченной у русских 57-мм пушки и немецких пулеметов. Благодаря танкам был достигнут небольшой успех, но их преждевременное применение стало предупреждением союзникам о том, что у немцев появились танки.

27 мая немцы атаковали 6-ю французскую армию вдоль невысокой гряды к юго-востоку от города Лана и к северу от реки Эна. Французскому командующему не удалось организовать гибкую оборону согласно директивам Верховного командования. Вместо этого он сосредоточил большие массы пехоты в окопах на линии фронта. Результатом стало ее массовое уничтожение.

На левом фланге, на полпути между Ланом и Реймсом, немцы использовали двадцать трофейных танков Mk IV в четырех отрядах, по каждому на штурмовую дивизию, но без какой-либо предварительной подготовки по взаимодействию пехоты с танками. Тем не менее они представляли некоторую ценность против впервые охваченных паникой шедших навстречу французских танков, но германские потери составили 10 танков и около 100 танкистов.

Немцы форсировали Эну и к наступлению темноты достигли реки Вель южнее. К 29 мая они миновали Суасон и продвинулись в южном направлении, преодолев почти половину расстояния до Парижа. Французские армии на флангах перебрасывали силы в помощь отступающим частям 6-й французской армии. 1 июня немцы применили пять танков A7V и девять танков Mk IV против форта Помпель непосредственно к юго-востоку от Реймса. Форт был взят при потере трех танков от артиллерийского огня и четырех, которые пришлось взорвать, потому что они свалились под откос. Остальные отступили, после чего форт был отбит контратакой французов.

За два месяца до этого французы стали выпускать небольшие танки фирмы «Рено» с экипажем из двух человек. Некоторые из этих танков были вооружены 37-мм пушкой, другие пулеметом в башне, имеющей угол поворота 360 градусов. Кормовая часть была приспособлена для лучшего преодоления вражеских траншей. Продолжалась подготовка и организация нескольких уже сформированных танковых полков. Ни один из них еще не был в бою. Наиболее тщательно подготовленные из них спешно двинулись на фронт, перевозимые на грузовиках и тракторах. Долговечность гусениц на этих первых машинах была короткой, и средства транспортировки использовались, чтобы поберечь танки для боя.

Танк «Рено» получил боевое крещение 31 мая у Шодуна, к югу от Суасона. Там немцы были остановлены батальоном из тридцати танков и марокканской дивизии. Эта дивизия не воспользовалась преимуществом, которое ей давали танки, и затем отошла с тремя танками, вышедшими из строя из-за огня противника.

Немцы продолжали оказывать еще более сильный натиск в южном направлении в районе Виллер-Котре. Сюда были подтянуты 2-я и 3-я пехотные дивизии, и немцев задержали у Шато-Тьерри. Немцы сместили направление удара вправо, к лесу Белло, где 2-я дивизия, наконец, остановила их к 4 июня. К югу от этого места французы стремительно атаковали двумя батальонами легких танков, состоящими из девяноста танков «Рено», в направлении северных окраин Форде-Рец вблизи Виллер-Котре, чтобы поддержать отошедшие сюда французские войска. Виллер-Котре находится в 70 км к северо-востоку от центра Парижа. Один из батальонов легких танков был придан в распоряжение 8-го пехотного полка, который охранял подходы к лесу возле фермы Вертефель в 7 милях к северу от Виллер-Котре на дороге в Суасон. В районе Форде-Рец в первые две недели июня девять независимых столкновений по обороне леса велись отдельными взводами из пяти танков «Рено», каждый из 501-го танкового полка. В каждом случае были захвачены немецкие пулеметы, а противник был оттеснен назад, но пехота не смогла развить преимущество, обеспеченное танками. По крайней мере в пяти случаях была использована танковая рота, и в этих случаях достигался гораздо более весомый успех.


ФЕРМА ВЕРТЕФЕЛЬ

3 июня 1918 г.


8-й пехотный полк был среди французских пехотных полков, которые отошли назад под натиском немцев. По достижении полком Форде-Рец ему была поставлена задача остановить немцев на подходе к лесу. Батальон легких танков, который был предназначен для этого, находился в лесу, а одна танковая рота была выгружена из грузовых машин и почти готова к немедленным действиям. Она была размещена неподалеку от пересечения дорог Фюрно возле края леса. Действия этой роты 3 июня являются прекрасным примером того, насколько ценны легкие танки в обороне. Это характерно для тех случаев, когда значительное число танков выделялось для того, чтобы действовать соответственно сложившейся ситуации.

Около 11.00 3 июня поступили донесения о большом числе немцев, пробивавшихся вперед и приближавшихся к ферме Вертефель. К 17.30 того же дня ферма была в руках немецкого пехотного батальона с войсками поддержки, которые при этом занимали позицию по обе стороны дороги Суасон– Виллер-Котре и начали просачиваться небольшими группами в лес несколько юго-западнее фермы. Французский полковой командир передал в распоряжение командира 1-го и 8-го пехотных батальонов два взвода из пяти танков каждый из танковой роты № 1 и два взвода из танковой роты № 2. Остальная часть танкового батальона оставалась в резерве. Лес подвергся весьма незначительному артобстрелу, и многие дороги через него были вполне пригодны для того, чтобы ими могла воспользоваться бронетехника, так же как и местность вокруг фермы. К настоящему времени немцы продемонстрировали, что у них есть окопные минометы и пулеметы, но очень мало артиллерии.

План атаки пехотного командования состоял в том, чтобы двинуть 1-й и 3-й взводы танковой роты № 1 с пересечения дорог Фюрно, отделяя 3-й взвод еще до того, как будет достигнут восточный край леса, чтобы нанести удар севернее фермы Вертефель, в то время как 1-й взвод с одним пехотным взводом должен наносить удар к югу от фермы из Лэ-дю-Жарден. Пехота должна была занять ферму, в то время как танки выдвинулись в качестве охранения на 300 м к востоку, чтобы сорвать любую последующую контратаку немцев. В то же время с позиции к юго-востоку от пересечения дорог Фюрно 2-й и 4-й взводы танковой роты № 4 со 2-м взводом слева и взводом пехотинцев должны были атаковать силы немцев в лесу. Оставляя дорогу Суасон – Виллер-Котре, они должны были двигаться на юг через лес, чтобы оттеснить немцев там на открытое место, следуя лишь до края леса. Открытые поля за ним были покрыты зреющим виноградом.

В 18.30 3-й взвод, развернувшийся в боевом порядке на краю леса в районе Лэ-дю-Фонд-д'Аржен, покинул его. Огонь тяжелых пулеметов из домов фермы скоро уменьшился, так же как и пулеметный огонь вдоль главной дороги, ведущей на северо-восток. Два танка справа затем примкнули к 1-му взводу к югу от фермы.

1-й взвод спустился к Лэ-дю-Жарден, местности, которая раскинулась к западу от фермы, и уничтожил немногих закрепившихся там немцев. Пять танков пересекли колонной дорогу Суасон – Виллер-Котре, развернулись в линию и снова выстроились в колонну из-за густого подлеска южнее дороги, затем опять развернулись на краю леса. Пехотный взвод следовал в линию за колоннами танковых отделений. Огонь тяжелых пулеметов с фермы стал реже, а затем немцы поспешно отступили. Французская пехота заняла ферму, в то время как танковые взводы продолжили движение, остановившись в полукилометре к востоку от фермы, а затем вернулись. Они обогнули ферму в направлении на север, ведя огонь по отдельным немцам, отступившим из этого района. 1-й взвод вернулся колонной по пути, по которому наступал 3-й взвод. 2-й и 4-й взводы роты № 4 также вернулись в свой пункт сосредоточения, а сопровождающая их пехота закрепилась у опушки леса.

Вся операция заняла полчаса, и к 19.30 танки вернулись к пересечению дорог Фюрно. Было захвачено двадцать восемь пленных, немцы понесли также потери убитыми и ранеными. У французов пострадали всего двое, оба – водители танков, получившие легкие ранения. Эти ранения были вполне характерными для экипажей первых танков. Для обзора в танке использовали смотровую щель, а перед ней был закреплен валик на пружинах, который охватывал лоб, предохраняя от травм при движении танка. Если пуля ударяла по броне близ смотровой щели, выделяемое при ударе тепло могло расплавлять свинец, который вместе с оболочкой пули образовывал брызги, проникающие в любое отверстие в броне, в данном случае в смотровую щель. Это приводило к ожогам и ранам, а иногда и к слепоте, если металлические брызги попадали в глаза. Двое водителей получили легкие ранения такого рода.

Несмотря на то что это были боевые действия местного значения, они демонстрируют несколько необычную для того времени тактику применения бронетехники, двойного охвата танковыми частями при сравнительно большом числе танков (по отношению к пехоте). На четверть пехотной роты приходилось четыре танковых взвода из двадцати танков. В нескольких милях к югу в тот же день пропорция была обратной, и в результате немцы смогли закрепиться. Но на следующий день эта пропорция здесь изменилась, и вся танковая рота была задействована с одной ротой пехоты для того, чтобы потеснить немцев с занятых позиций.

Но эти танковые части были в состоянии хорошо сражаться только два дня подряд. После этого усталость и потери привели к тому, что их эффективность резко снизилась. Не только усталость и нервное напряжение боя, но и необходимость ухода за машинами и их ремонта, равно как и смена позиции для каждого очередного дня сражения в конечном счете вели к потерям. Из этих боевых действий был извлечен урок – что резервы необходимы для восполнения потерь как в живой силе, так и в технике и для того, чтобы иметь достаточно танков под рукой для текущих нужд.

9 июня немцы возобновили атаку возле Нуайона. Здесь они использовали восемь танков A7V, распределенных между тремя пехотными дивизиями. Два были подбиты, у двух оказались механические поломки, и еще два застряли, но позднее были вызволены. Немцы все еще не научились использовать танки в большом количестве. В этих, как и в любых других боевых действиях, в которых они использовали танки, они продолжали неэффективно использовать те немногие, которые были в их распоряжении. Спустя два дня французы контратаковали четырьмя дивизиями, используя сорок восемь средних танков «Шнейдер» и девяносто шесть средних танков «Сен-Шамон» с двенадцатью британскими бронеавтомобилями, следовавшими между ними. Автомобили оказались бесполезными, однако, несмотря на семьдесят три подбитых танка, сил хватило для того, чтобы оттеснить немцев на позиции, которые они занимали до этого.

Суасон, Франция

18 июля – 4 августа 1918 года

В начале июля 1918 года немцы слишком растянули свои наступающие войска. Силы французов и их союзников росли, и их согласованные действия при новом объединенном командовании коалиции центральных держав стали давать результаты. Союзники продолжали вести разведку боем по всему фронту. Британцы совершили небольшой рейд с танками у Букуа в ночь с 22 на 23 июня; французы провели небольшую атаку местного значения у Кютри в районе Суасона 28 июня; британцы и американцы, демонстрируя превосходное взаимодействие с воздушными силами у Амеля, ввели в бой новый британский танк Mk V, которому требовался лишь один водитель вместо трех, как было до этого; французы провели 9 июля небольшие атаки в районе Компьеня и с 15 по 17 июля у реки Сюрмелен к югу от Марны.

Взаимодействие воздушных сил, артиллерии, пехоты и танков становилось все эффективнее, и со стороны союзников танки стали использоваться более широко. Со стороны немцев 15–17 июля были проведены последние крупномасштабные наступления к востоку и западу от Реймса. К западу от Реймса пять танков A7V были приданы трем пехотным дивизиям. Восточнее Реймса 15 захваченных танков Mk IV и еще пять в резерве были введены в состав двух пехотных и одной спешившейся кавалерийской дивизий. Ни один из танков A7V не был потерян, но семь танков Mk IV были уничтожены артиллерийским огнем, четыре нарвались на мины и два застряли во рву и были брошены. 39 членов танковых экипажей погибли. И не было достигнуто никакого преимущества.

Немцы были в полной уверенности, что в День взятия Бастилии, 14 июля, французы будут атаковать всеми силами к югу от Марны. Хотя долго наступавшие немецкие войска к тому времени уже устали и понесли потери, они оборудовали оборонительную полосу до трех и более километров в глубину с множеством пулеметных гнезд, прикрывающих ключевые пункты, что компенсировало недостаток пехотинцев. У них было пять дивизий их 9-й армии севернее реки Урк в районе Суасона с одной дивизией 7-й армии, в составе которой было еще три дивизии к югу от этой реки. Каждая пехотная дивизия была развернута так, что три ее полка размещались один за другим с одним батальоном спереди, одним в зоне артиллерии и одним на значительном удалении в тылу. В этом тыловом районе были вырыты траншеи. Две штурмовые или ударные дивизии немцев, 46-я и 47-я были в резерве, но их ряды настолько поредели, что едва превышали численность пехотного батальона.

Местность в этом районе постепенно понижалась от высокой гряды возле Виллер-Элона в северном направлении к высоким берегам реки Эны. В долине реки Савьер было много оврагов и канав и более возвышенная местность, чуть восточнее. На севере основными особенностями местности были овраг Саконин – Брюль и Парижский холм перед Суасоном. Севернее Домьера место было низменным.

Французский план контрнаступления был сформулирован всего за несколько дней и в целом был составлен после наступления британцев на Камбре в минувшем ноябре. К счастью, последнее наступление между Шато-Тьерри и Реймсом 15–17 июля было остановлено и не было необходимости перебрасывать сюда какие-либо силы, сконцентрированные к юго-западу от Суасона. Цель наступления французов – перерезать шоссе Суасон – Шато-Тьерри для того, чтобы перекрыть снабжение немцев на выступе Марны. Атака была назначена на раннее утро 18 июля, основная ее тяжесть ложилась на 10-ю французскую армию, занимавшую позиции между реками Эна и Урк. На следующий день 6-я французская армия должна была нанести отвлекающий удар южнее между Урком и Марной, а 5-я французская армия – восточнее, между Марной и Реймсом, чтобы не дать немцам возможность перебросить резервы. Затем должно было начаться наступление на одном из других участков.

16 пехотных и три кавалерийские дивизии должны были быть наготове в дополнение к 1573 орудиям и 581 самолету (и 337 танкам). Не предполагалось проводить артподготовку до того момента, пока не выдвинется пехота, после чего должен был быть открыт заградительный огонь артиллерии. Главной целью первого дня был рубеж Виллер-Элон – Вьерзи – Шоден – Брюль. Участвующие в боевых действиях дивизии союзников шли маршем или доставлялись на грузовиках незадолго до атаки.

Три батальона тяжелых танков «Сен-Шамон» и два батальона танков «Шнейдер» подтянулись из района Компьеня, где сильно пострадали в результате контратаки 11 июня. Еще один более свежий батальон «Шнейдеров» также был под рукой. Один батальон танков «Рено» был в этом районе, и еще два опоздали с прибытием из дальнего пункта выгрузки.

У 24-тонного танка «Сен-Шамон» была гусеничная ходовая часть и корпус с 75-мм пушкой, установленной на нависшей спереди крупной носовой части. «Сен-Шамон» также имел на вооружении четыре пулемета. При массивном носе у этого танка была тенденция застревать головной частью в траншеях или воронках от снарядов, а поскольку у него вечно возникали неполадки с гусеницами и подвесками, он получил прозвище «слон с ногами газели». В танке был экипаж из девяти человек. По мере того как в войска поступало все больше танков «Рено», значительное число танков «Сен-Шамон» было переоборудовано в танки снабжения.

«Шнейдер» был 13,5-тонной машиной с короткой 75-мм пушкой, установленной спереди и справа, и с пулеметом с каждого бока. Корпус не так сильно нависал, как у «Сен-Шамона», но и он создавал трудности при преодолении траншей. У «Шнейдера» была хвостовая часть, а нос слегка приподнят. От него выдавался длинный резак для обрыва колючей проволоки. Механически танк был более надежным, чем танк «Сен-Шамон», и оба танка, имея пружинную подвеску, обеспечивали более плавный ход, чем британские танки.

С севера на юг от реки Эна к реке Урк располагались немецкие войска 9-й армии в составе 241-й, 11-й Баварской, 42-й, 14-й резервной и 115-й дивизий. К югу от реки Урк находилась 7-я армия, состоявшая из 40-й, 10-й Баварской, 78-й резервной и остатков 4-й дивизии.

С французской стороны с севера на юг располагались дивизии I корпуса с французской 162-й дивизией севернее Эны. Южнее Эны находились 11-я французская, 72-я и 153-я дивизии того же корпуса. ХХ корпус включал 1-ю дивизию США, марокканскую дивизию и 2-ю дивизию США. ХХХ французский корпус включал в себя 38-ю и 48-ю дивизии. XI корпус включал в себя 128, 5 и 41-ю французские дивизии. Часть рубежа к северу от реки Урк удерживалась 33-й французской дивизией II корпуса, а к югу от Урка находились половина 4-й дивизии США и 2-я и 47-я французские дивизии. К югу от XI корпуса был расположен VII французский корпус, включавший другую половину 4-й американской дивизии и 164-ю и 167-ю дивизии. Французский кавалерийский корпус из трех дивизий двумя группами был подтянут к Форде-Рец, в 20 км за линией фронта, чтобы быть использованным для развития успеха в случае прорыва.


СУАСОН

Июль 1918 г.


Танки были предназначены для следующих действий.

3– й батальон («Шнейдеров») из двадцати семи танков 53-й дивизии должен был взять Сен-Бандри, Саконин, Брюль и Вобюн. Наступление должно было вестись тремя волнами: штурмом пехоты, батальонов поддержки и резерва. Первая волна танков должна была неотступно следовать за пехотой, передвигаясь от укрытия к укрытию, обгоняя пехоту по мере развития наступления. Третья волна в первый день не должна была быть задействована.

I-й батальон (танки «Шнейдер») из сорока восьми танков 1-й дивизии США, которая должна была взять Кютри, Мисси-О-Буа и Плуази, также был организован для атаки тремя эшелонами.

4– й батальон (танки «Шнейдер») из 48 танков марокканской дивизии был предназначен для взятия Сен-Пьер-Эгле, Шодена и Вильмонтуара четырьмя эшелонами, четвертый оставался в качестве дивизионного резерва.

II– й батальон (танки «Сен-Шамон») из 30 танков в трех эшелонах и 12-й батальон (танки «Сен-Шамон») из 30 танков в четырех эшелонах 2-й дивизии США должны были взять Шавиньи, Вьерзи и Тиньи. Были задействованы два батальона, потому что танки были в плохом техническом состоянии.

10-й батальон (танки «Сен-Шамон») из 24 танков 38-й и 48-й французской дивизий должен был наступать на Лонг– пуэн, Виллер-Элон, и Ле-Плесье-Элье, но в районе Савьера бронетехника не должна была использоваться до тех пор, пока пехота не займет восточный берег, потому что сначала нужна была помощь саперов.

1, 2 и 3-й батальоны (танки «Рено») из 135 танков с кавалерией и 3-я французская армия составили резерв этой операции. 6-й французской армии южнее Урка был придан 13-й батальон (танки «Сен-Шамон») из 12 танков и 7, 8 и 9-й батальоны (танки «Рено»), что в общей сложности составило 135 танков.

Позиции перед наступлением были подготовлены так, чтобы сохранять скрытность до последнего момента. Ливневый дождь в течение ночи помог замаскировать приготовления. В 4.35 утра был туман, когда заговорила французская артиллерия, и атакующие цепи пехоты и танков двинулись вперед. Вначале немцами было оказано незначительное сопротивление, а к 7.30 наступление пошло так быстро, что было решено взять из общего резерва, чтобы поддержать темп наступления, 1, 2 и 3-й батальоны (танки «Рено»), но местный командир задержал их выступление и ввел в бой только несколько взводов. К этому часу 2-я дивизия США достигла цели первого дня наступления, возвышенности около Вьерзи. Несколько аварий произошло в 12-м батальоне (танки «Сен– Шамон») при взятии города.

К 10.00 была возможность провести воздушную разведку, и стало очевидно, что наступление идет успешно. Пока что немцы оказывали не слишком упорное сопротивление, пехота и танки союзников неуклонно продвигались вперед, за исключением района к востоку от оврага по линии Саконин – Мисси-О-Буа. 1-я дивизия была вынуждена залечь, но подошли танки и помогли взять овраг. Пехота перебралась через болото в овраге, глубиной по пояс, в то время как танки сорвали контратаку немцев, после чего танки повели пехоту вперед. Несколько танков «Сен-Шамон» прорвались, чтобы взять овраг. К 15.30 была достигнута первая цель – отрезать дорогу Париж – Суасон к северу от Шодена. Но к 17.30 в строю осталось только два танка. Большая часть потерь была вызвана артиллерийским огнем немцев.

Немецкие самолеты атаковали с бреющего полета и корректировали огонь своей артиллерии, иногда завязывали бои с французскими самолетами. Французская артиллерия начала выдвигаться вперед вслед за санитарными машинами, которые возвращались с ранеными.

В 3-м батальоне (танки «Шнейдер») со 153-й французской дивизией было двадцать семь танков для атаки, но из-за механических неполадок лишь двенадцать танков были в рабочем состоянии, когда началась атака. Некоторые из них были подбиты после 11 утра близ оврага Саконин и Мисси-О-Буа.

Этот батальон завершил день, потеряв два танка, дошли и до Курмеля, хотя его и не удержали. В 4-м батальоне (танки «Шнейдер») с марокканской дивизией было восемь танков в первом эшелоне, и два танка вышли из строя. Все же танки помогли дивизии взять Домьер. Шесть танков продолжали двигаться вперед. Вторая бригада марокканской дивизии затем обогнала первую бригаду, заняв Шоден и оказывая поддержку 2-й дивизии в том, чтобы отбить у противника Вьерзи, который ранее был взят американцами, а потом потерян. 2-я дивизия США затем продолжала продвигаться дальше к Берзиле-Сек и высоты юго-восточнее Бюзанси с остатками 2-го батальона (танки «Сен-Шамон»), которая завершила день с одним танком.

38-я дивизия с танками 10-го батальона («Сен-Шамон») действовала успешно и без потерь на труднопроходимой местности возле Лонгпуэна. Пять танков оказывали поддержку во взятии Виллер-Элона, но были выведены из строя огнем артиллерии и были заменены пятью другими, действовавшими поблизости, где пехота не смогла наступать.

1-й батальон (танки «Рено»), сорок восемь танков из резерва, был придан 2-й дивизии США и был задействован в 19.00 на расстоянии в 3 км от Вокастийе в направлении Буа– де-Артене. В течение дня танки в большинстве случаев догнали и обогнали пехоту, а затем шли в бой впереди пехоты до тех пор, пока не были подбиты или не возникали механические поломки. Третий (и четвертый) атакующие эшелоны в первый день не были введены в бой.

Французскому кавалерийскому корпусу было приказано двигаться вперед в 7.15, но он не достиг западной окраины Форде-Рец до 15.00. Затем стало очевидно, что немецкие пулеметы делают невозможным ввод в бой конных отрядов. Один спешившийся эскадрон пробрался через лес и вступил в бой между Виллер-Элоном и Вьерзи, но соотношение сил в пользу корпуса к позднему вечеру было сведено на нет.

Цели наступления были достигнуты, и даже с лихвой: была взята под контроль дорога Суасон – Шато-Тьерри неподалеку от Тиньи. Линия фронта от Вобюна шла через Шоден, подходила к Тиньи и уходила назад к Виллер-Элону.

В первый день были задействованы 223 из 324 пригодных танков. Из них шестьдесят два были подбиты артиллерийским огнем и сорок вышли из строя из-за механических неполадок. Потери в членах экипажей составили четвертую часть их общего личного состава. Все танки, которые только можно было, отремонтировали в течение ночи. Резервы, сформированные в части, прибывали на следующий день, чтобы стать головными подразделениями.

На стороне немцев в 115-й дивизии оставалось 1300 человек.

Во 2-й дивизии США под Бюзанси в боевой готовности 19 июля было четырнадцать танков 11-го батальона («Сен– Шамон»), но сначала они не смогли сколько-нибудь значительно продвинуться. Танки взяли фальстарт, что выдало их присутствие и привело к потере пяти боевых машин из 14 от артиллерийского огня немцев. Восемь танков помогли 2-й дивизии достигнуть Тиньи, причем семь из них были потеряны, после чего Тиньи был взят. 3-й батальон (танки «Шнейдер») со 153-й дивизией смог ввести в бой только 12 танков, поддержавших наступление на Курмель, которого достигли к 17.30 только два из них, в то время как другие были потеряны из-за артиллерийского огня. 4-й батальон (танки «Шнейдер») с восемью танками поддержал атаку марокканской дивизии на Шарантиньи. Два танка были подбиты, два других очистили деревню, и еще четыре прикрывали огнем овраг к северу от деревни.

Бюзанси наконец был взят 2-й дивизией США. При этом восемь из девяти использовавшихся танков «Сен-Шамон» были потеряны в результате артиллерийского огня, но десять танков «Рено» 1-го батальона, которые также были задействованы, прорвались без потерь.

В этот второй день атака опять проходила волнами. Из 105 использовавшихся танков пятьдесят были подбиты, но ни у одного из них не возникло механических поломок. Сопротивление немцев усилилось, и французы в течение дня предпринимали лишь незначительные атаки ограниченных целей.

На третий день, 20 июля, боеспособными оставались только тридцать два танка. Артиллерийский огонь остановил семнадцать из них в районе Вильмонтуара, причем половина экипажей погибла при попытках 1-й и 2-й дивизий США и марокканской дивизии достигнуть цели и овладеть Бюзанси (снова), Буа-де-Конкруа и Буа-де-Артене. И опять не было проведено артиллерийской подготовки. Тиньи и Вильмонтуар были взяты 2-й дивизией США, но атака не имела полного успеха.

Все танки в ночь на 21 июля были отведены. Ремонт и перегруппировка были необходимы для новой атаки, запланированной на 23 июля. В ту же самую ночь немцы подтянули свои 46-ю и 47-ю дивизии, но личный состав первой дивизии, без артиллерии, насчитывал всего четыреста человек. Во второй было не более 230 пехотинцев, настолько поредели ряды некоторых немецких дивизий за предыдущие недели.

Атака 23 июля в восточном направлении от Виллер-Элона была начата в 5 утра. Немцы упорно оборонялись, подключив дополнительную артиллерию. Из восьмидесяти двух французских танков, использовавшихся смешанными танковыми частями, теперь хорошо скомпонованными, сорок восемь были подбиты огнем артиллерии. В то время как поддержка танков ослабла, мастерство обороняющихся и благоприятствующий им характер местности помогали немцам удерживать свои позиции, и напротив, французы и американцы были теперь на грани полного изнеможения.

Все остальные части были отведены в армейский резерв, в ночь на 23 июля и 26 июля были возвращены в резерв Верховного командования.

Между Урком и Марной атака 6-й французской армии началась, как планировалось, 19 июля. Здесь было шесть французских дивизий и 4-я американская дивизия вместе с еще двумя французскими дивизиями в резерве. В ходе этой отвлекающей атаки в первый день войска продвинулись примерно на 5 км с небольшими потерями, но цель ее – выйти на запланированный рубеж – не была достигнута. Второй батальон танков «Сен-Шамон», 7, 8 и 9-й батальоны (танки «Рено») и 13-й батальон (танки «Сен-Шамон») с самого начала были наготове. На этом участке были задействованы лишь 125 готовых к бою танков. Пятьдесят восемь было потеряно в результате артиллерийского огня или поломок при всего трех процентах потерь среди экипажей.

Еще одна крупная атака была скоординирована с атакой 10-й французской армии севернее Урка 23 июля. 48 из 69 задействованных танков были подбиты, а потери экипажей составили 27 процентов. И опять поставленные цели достигнуты не были. Танки в ночь на 23 июля и 26 июля были отведены, переданы в резерв Верховного командования. Во время боя из имевшихся в наличии у 6-й армии 233 танков 102 были выведены из строя, хотя многие поддавались ремонту.

Танки были просто бесценны в первые несколько дней атаки. Тактика построения в глубину была признана правильной, и снова было отмечено, что небольшое число танков, подобно их большому числу, отвлекают огонь от пехоты, но и быстрее выводятся из строя. Но опять же танки были сильно рассредоточены, вместо того чтобы наступать массой, а танковых резервов не хватало. Поскольку атака 6-й французской армии мыслилась как отвлекающая, было бы лучше, если бы приданные ей танки были переданы 10-й армии.

Участники сражения имели возможность убедиться в том, что французские танки могли бы понести меньшие потери, если бы французская артиллерия использовала больше дымовых снарядов, которые часто были необходимы, чтобы скрыть из виду как танки, так и пехоту. Однако артиллеристам казалось, что они выполняют свой долг, если ведут огонь фугасными снарядами. Еще один урок состоял в том, что должна быть наготове свежая пехота, чтобы удерживать занятую территорию в случае контратаки.

В ходе суасонской операции было захвачено 10 тыс. пленных и 200 артиллерийских орудий (а всего во втором сражении на Марне с 15 июля по 4 августа немцы потеряли 120 тыс. убитыми, ранеными и пленными, союзники – 60 тыс. – Ред.), но истинная цель состояла не в том только, чтобы отбросить немцев назад, а в том, чтобы побудить французских командиров впредь охотнее использовать танки, потому что их присутствие сокращает потери пехоты за счет того, что танки отвлекают огонь на себя. Суасон был также поворотным пунктом в войне в целом. Концентрическое наступление (или постоянное смещение направления атаки) по приказу высшего командования должно было быть продолжено. За Суасоном последовал 23 июля Морейль неподалеку от Компьеня. 6 (4. – Ред.) августа завершилось наступление союзной коалиции от Марны к Эне, которое сократило линию фронта и оттеснило немцев к позициям, которые они занимали до 27 мая.

После этого было крупное наступление 8—13 августа у Амьена, совместная операция английских (в т. ч. австралийских и канадских) и французских войск, в которой участвовали 415 британских и 96 французских танков с 18 пехотными и 3 кавалерийскими дивизиями, 2684 орудия, 700 французских и 408 британских самолетов. (Им противостояло 7 ослабленных германских пехотных дивизий, 840 орудий и 106 самолетов. Позиции немцев в инженерном отношении были оборудованы слабо. – Ред.) Самолеты использовались для обеспечения звуковой завесы, чтобы скрыть марш сближения танков, а также для взаимодействия в бою со всеми родами войск. Цель состояла в том, чтобы вернуть обратно старое поле боя у Соммы. Это была такая же операция, как у Камбре, и снова войска были слишком измотанными, чтобы продолжать ее после 11 августа при том, что немцы были в выгодном положении, вновь оказавшись на знакомой местности. (Главный результат этой операции в том, что немцы окончательно утратили веру в победу. 8 августа Э. Людендорф назвал «черным днем германской армии». – Ред.)

Хотя британцы научились более грамотно использовать бронетехнику, им все же было не под силу сохранять темп атаки на пересеченной местности, преодолевая сопротивление немцев. Потери были очень тяжелыми, но боевой дух немцев сильно упал после сражения, в то время как моральный дух союзников поднялся.

Французы возобновили наступление 18 августа между Суасоном и Руайе. За этим последовала операция британцев у Бапома 21 августа и новая операция французов у Суасона 28 августа. Немцы безуспешно применили несколько танков A7V 31 августа у Бапома. По мере того как линия фронта продолжала сокращаться, глубина наступления увеличивалась, и натиск на немцев продолжал оказываться.

Общее наступление союзников, Франция

26 сентября – 11 ноября 1918 года

Натиск союзников на немцев, начиная со сражения при Суасоне, был скоординирован таким образом, что благодаря эффективным действиям немцам не давали, как раньше, подтянуть резервы, чтобы противостоять отдельным относительно ограниченным наступлениям. Теперь планировалось единое массированное наступление союзников на нескольких направлениях.

Это наступление известно в Англии, Франции и США под разными названиями. Никто, кроме немцев, которым пришлось столкнуться с ним как с единой операцией, не рассматривает его как одно большое генеральное сражение. Планы на это генеральное наступление были продиктованы подготовленностью имевшихся в распоряжении войск, а также количеством боевой техники и боеприпасов, которые могли быть подтянуты. Значительная часть французской армии была измотана боями, и многие дивизии, которые когда-то отличал высокий боевой дух, поредели из-за потерь и были апатичны. В некоторых даже были отмечены бунты.

Наступление должно было начаться 26 сентября между Верденом и Реймсом силами 1-й армии США, в состав которой вошел XVII французский корпус в Аргонском лесу, и 4-я французская армия (имевшая в своем составе 2-ю и 36-ю дивизии США), расположенная в Шампани к западу от 1-й армии США. 2-я французская армия должна была начать наступление в районе Суасона в тот же день, а 27 сентября 1-я и 3-я британские армии и 27-я дивизия США из состава 4-й британской армии должны были начать наступление на фронте у Камбре. 28 сентября 2-я британская армия, 6-я французская и бельгийская армии (а также 91-я дивизия США) должны были наступать во Фландрии (район Ипра и севернее). Наконец, 29 сентября 4-я британская армия к северу от Соммы и 1-я французская армия к югу от Соммы должны были попытаться прорвать германский фронт у Сен-Кантена.

В качестве подготовки к этому генеральному наступлению были проведены несколько более мелких операций с целью овладеть более выгодными позициями на местности в преддверии последующей атаки. Одной из них было наступление на Сен-Мийельский выступ. Она была предпринята 1-й армией США, которая состояла из I корпуса из трех дивизий и IV корпуса из четырех дивизий на правом фланге, V корпуса из трех дивизий на ее левом фланге, французского колониального корпуса из двух дивизий в центре. В резерве находилось пять дивизий. (Всего 17 дивизий, 2900 орудий, 273 танка, 1100 самолетов; у немцев здесь было 7 ослабленных дивизий, 560 орудий и около 200 самолетов. – Ред.) Задача состояла в том, чтобы выровнять выступ, который существовал четыре года к юго-востоку от Вердена и Аргонского леса. Позиции противоборствующих сторон располагались примерно в 800 м друг от друга, и, без учета регулярных и периодических артиллерийских обстрелов, этот участок фронта считался спокойным.


ЗАПАДНЫЙ ФРОНТ Сентябрь 1918 г.


В I корпусе США было три французских танковых батальона, 135 танков, и французский батальон танков «Сен-Шамон», 36 танков. IV корпусу США оказывали поддержку два батальона США на танках «Рено», 96 танков, и два французских батальона танков «Шнейдер» в общей сложности из 24 танков. Одна дивизия США с еще одним французским батальоном танков «Рено» с 41 танком была в резерве. Из 332 готовых к вводу в бой танков 174 вступили в бой в первый день. В районе, где были применены танки, продвижение вперед было намного значительнее, чем там, где наступление велось без танков. У танков были проблемы с преодолением немецких траншей. 24 танка «Рено» застряли, а у 25 были механические поломки. К тому же при преодолении траншей было израсходовано больше горючего, чем предполагалось, поэтому его приходилось подвозить на санях, которые тянули танки. В первый день два танка подорвались на минах и в один попал артиллерийский снаряд.

Во второй день были готовы к бою 177 танков, но только семь из них были задействованы, и то только потому, что горючее было перекачано из других, так чтобы задействовать хотя бы несколько танков. Грузовикам с горючим для танков не удавалось пробиться через огромные дорожные заторы в тыловых районах до 15.00, после чего, заправившись, сто два танка двинулись догонять пехоту. Низко летящие немецкие самолеты обстреливали американцев, а один танковый батальон США едва не попал под обстрел немецкой тяжелой артиллерии, но его командир вовремя отвел его на 500 м, только когда понял, что его позиция в лесу обнаружена немецким самолетом. Ночью все танки были отведены.

Успешно выровняв выступ линии фронта, многие дивизии США были переброшены для предстоящего наступления союзников. Другие незначительные боевые действия происходили 17 сентября на фронте близ Камбре и Эпеи, силами 3-й и 4-й британских армий и 1-й французской армии с целью обеспечения лучших артиллерийских и наблюдательных позиций. Обе стороны почти на всем Западном фронте использовали привязные аэростаты, и иногда небольшие схватки происходили за лучшие позиции для аэростатов. Здесь на фронте в 23 км использовалось всего 24 танка, действовавшие небольшими группами против нескольких опорных пунктов немцев, потому что танковая мощь накапливалась для дальнейшего наступления.

Использовавшиеся танки были новыми танками Mk V*, у которых была более толстая броня и пулемет на корме. Немцам до этого иногда удавалось вывести из строя британские танки разрывными зарядами, заходя в мертвую зону со стороны кормы. Танк Mk V* был попыткой совместить боевой танк с боевой машиной пехоты. За основу был взят танк Mk IV, удлиненный за счет добавления около 2 м в средней части машины. Это позволяло перевозить пехоту или пулеметные расчеты. Но из-за движения танка, жары и выхлопных газов внутри корпуса у этих войск к моменту высадки часто возникала тошнота и даже своего рода «морская болезнь», так что это было не вполне удовлетворительным усовершенствованием.

21 сентября было отмечено еще одной незначительной атакой британцев, в которой были использованы эти танки, но огонь немецких пулеметов был таким сильным, что пехота не смогла высадиться, и танки отступили. Следующий день был наполнен новыми боевыми действиями с танками Mk V*, на этот раз с новшеством. 19 танков были подтянуты к намеченным позициям атаки экипажами в сокращенном составе, а их боевые экипажи были доставлены грузовиками 23 сентября во второй половине дня. Предполагалось, что такая практика будет продолжена. Но нет никаких свидетельств того, что это было сделано.

Немцы в ту ночь, когда подходили эти танки, использовали отравляющие газы, вынуждая экипажи по нескольку часов проводить в противогазах при температуре внутри танка 38 °C. Вентиляция в танке Mk V была хуже, чем в Mk IV, потому что изменения в конструкции потребовали перемещения радиатора в отделение экипажа, а танк Mk V* был, в сущности, такой же машиной. Немецкие самолеты обозначали танки осветительными ракетами (после того как те достигли своих исходных позиций для атаки), и половина танков была выведена из строя артиллерийским огнем. Только три из оставшихся танков добрались до фронта, где они сослужили службу пехоте, прежде чем все три этих танка были подбиты.

К тому времени, когда 26 сентября началось большое наступление союзников, сюда были стянуты сотни самолетов, а войска перебрасывались к предназначенным позициям по железной дороге, грузовиками и пешим порядком. На фронте 1-й армии США и 4-й французской армии позиции немцев состояли из четырех крупных оборонительных систем, охватывавших район от 15 до 30 с лишним километров в глубину. Танки первоначально не должны были применяться на французском участке наступления, но 2800 саперов инженерных войск провели подготовительные работы и должны были сопровождать танки, когда они будут введены в бой. После преодоления участков труднопроходимой местности танки должны были быть задействованы по необходимости. На фронте наступления американцев танки должны были следовать примерно в 1600 м позади пехоты. Порядок построения слева направо был следующим:

1-я армия США с 270 танками в атаке и 50 в резерве.

XVII французский корпус без бронетехники.

III корпус США без бронетехники.

V корпус США при поддержке 12, 13, 14 и 15-го французских батальонов танков «Рено», всего 180 танков, 10-й батальон танков «Сен-Шамон», 25 танков, в резерве.

I корпус США при поддержке 1-го батальона США на танках «Рено» с 45 танками и 4-го французского батальона танков «Шнейдер» с 25 танками в первом эшелоне и 2-м батальоном США танков «Рено» в резерве.

4-я французская армия с 377 танками, ни один из них не использовался в наступлении.

XXXVIII корпус без бронетехники.

IX корпус поддерживался французскими 10-м и 11-м батальонами танков «Рено», 90 танков.

II корпус США, поддерживаемый 16-м французским батальоном танков «Рено», 55 танков, и 3-м батальоном танков «Шнейдер», 32 танка.

XXI корпус поддерживался 2-м и 3-м французскими батальонами танков «Рено» с 90 танками и 2-м батальоном танков «Шнейдер» из 20 танков.

IX корпус без бронетехники.

XIV корпус без бронетехники.

Резерв состоял из 17-го и 18-го французских батальонов танков «Рено» с 90 танками и 10-го батальона танков «Сен– Шамон», 20 танков.

Не все танки были в рабочем состоянии.

Трехчасовая артподготовка из 2700 орудий началась 26 сентября в 2.25, хотя начало атаки было запланировано тремя часами позднее, наступление поддерживали 800 самолетов и заградительный огонь перекатами. 1-я армия США действовала успешнее, чем 4-я французская армия, которая натолкнулась на старые оборонительные позиции немцев, которые существовали с 1916 года. Танки были привлечены почти сразу, за исключением лесных районов, где их нельзя было использовать. Взаимодействие танков и пехоты было неудовлетворительным. Одна деревня пять раз захватывалась танками, прежде чем подошла пехота, закрепившая успех. Частично проблема состояла в языковых трудностях и частично – в недостаточной боевой подготовке. На французском фронте танки в первый день не использовались вовсе, инженерные войска помогали им преодолевать пересеченную местность, преграды в виде траншей и танковых ловушек, подрывали мины и даже прокладывали дороги. Американцы продвинулись в первый день на 8 км, в то время как французы были остановлены, пройдя 3 км с небольшим.

Монфокон был взят на второй день, но к 28 сентября наступление на фронте американцев было сильно дезорганизовано из-за недостатка у них боевого опыта и трудностей, связанных с действиями в Аргонском лесу. Местность была скалистой, а лес – густым и изобиловал оврагами. Орудия и грузовики не могли двигаться вперед, а возможности танков были ограничены. У немцев были большие потери в личном составе, но район был наводнен их пулеметчиками. Свежие войска союзников 29 сентября продвинулись на обоих участках фронта, но, поскольку лишь несколько танков оставались боеспособными, а в некоторых ротах их количество уменьшилось до двух, все танки были отведены для восстановления и ремонта.

На фронте у Суасона 2-я французская армия встретила относительно слабое сопротивление, но задача тут состояла в том, чтобы обеспечивать защиту каждого из флангов при крупных наступлениях. Поэтому танки не использовались, хотя местность для действия танков была относительно неплохой.

Второе наступление из этой серии началось на 20-километровом фронте в районе Камбре 27 сентября в 4.00 1-й и 3-й британскими армиями соответственно слева и справа и продолжилось 29 сентября наступлением 4-й британской армии еще правее. Порядок построения слева направо был следующим:

27 сентября, 1-я армия

Канадский корпус, 7-й батальон танков Mk IV с 20 танками.

3-я армия

XVII корпус, 15-й батальон танков Mk V* с 39 танками

VI корпус без бронетехники.

IV корпус, 11-й батальон танков Mk V* с 12 танками.

V корпус без бронетехники.

В общей сложности 71 танк на фронте в 24 км.

29 сентября, 4-я армия

III корпус, без бронетехники.

Австралийско-американский корпус, 1-й батальон танков Mk V (24 танка), 4-й батальон танков Mk V (24 танка), 301-й батальон США танков Mk V* (47 танков), 3-й батальон средних танков «А» (24 танка).

IX корпус, 5-й батальон танков Mk V (24 танка), 6-й батальон средних танков «А» (36 танков) и 9-й батальон танков Mk V с 32 танками.

Р е з е р в

8-й батальон танков Mk V (24 танка), 13-й батальон танков Mk V (12 танков), 16-й батальон танков Mk V* (36 танков) и 17-й батальон бронеавтомобилей.

Каждый корпус держал в резерве около трети готовых к бою машин. В общей сложности к боевым действиям были готовы: 60 средних танков «А», 20 танков Mk IV, 140 танков Mk V, 134 танка Mk V*, 14 танков радиосвязи, 48 танков снабжения и 4 старых танка Mk II, всего 420 танков. Высохший канал Дю-Нор (Норд) – Северный между 1-й и 3-й армиями был превращен немцами в серьезное танковое препятствие. Четыре старых танка Mk II были соединены друг с другом и должны были заехать в канал, образуя мост из танков. Кроме большого числа орудий, сотни самолетов были наготове с одной эскадрильей в качестве особого тактического подразделения для взаимодействия с танками. Британский кавалерийский корпус также был готов к наступлению, а средние танки «А» должны были развить успех боевых действий.

Средний танк «А» был танком с тремя членами экипажа, с низко посаженными гусеницами (в отличие от других английских танков), с двумя двигателями спереди (на каждую из гусениц) и высоким боевым отделением сзади. Он развивал скорость до 13 км/ч, то есть вдвое большую, чем британские тяжелые танки (и как германский А7^ – Ред.). На вооружении танка «А» были пулеметы (3–4). Этот танк, известный так же, как «Уиппет», был сложен в управлении, при том что повороты осуществлялись за счет переключения скоростей двигателей, передающихся гусеницам, которые часто при этом глохли.

Атака велась двумя эшелонами из пехотных батальонов и приданных им танковых взводов – по 2–3 взвода на каждый батальон. Немцы упорно оборонялись. У них было много пулеметов и орудий, которые были развернуты в системе обороны от 6,5 до 10 км в глубину, а неровности местности делали возможными частые контратаки. Танки Mk II так и не попали на фронт, сломавшись по дороге. Однако канал Дю-Норд оказался менее серьезным препятствием, чем полагали. Взаимодействие танков с приданной воздушной эскадрильей было хорошо налаженным. Сбрасываемые с воздуха донесения держали командиров в курсе развития ситуации, и воздушные наблюдатели часто могли указать местонахождение германской артиллерии, в частности противотанковых орудий.

Неудавшаяся 28 сентября попытка 27-й дивизии США занять более благоприятные позиции для атаки создала сложности для всей 4-й французской армии 29 сентября, потому что заградительный огонь артиллерии в этом районе не мог быть использован. 4-я армия должна была взять 5-километровый отрезок канала – там, где он проходил под землей. Войска продвинулись на 3,2 км, но не смогли развить успех. Потери в танках были высоки, в некоторых случаях до 50 процентов, и пришлось ввести в бой танковые резервы. К 30 сентября возникла необходимость сформировать смешанные танковые группы. В полосе наступления 301-го танкового батальона США оказалось старое минное поле. Два танка, подорвавшись, были сильно разбиты, восемь других получили небольшие повреждения.

Шедшая следом пехота осталась без защиты перед многочисленными немецкими пулеметами. В общей сложности 7-й батальон потерял четыре танка из-за огня артиллерии, и один подорвался на мине. 15-й батальон потерял 18 танков от артиллерийского огня, и 11-й батальон потерял 11 танков. 301-й батальон США потерял 15 под артиллерийским огнем, 10 – на минах, и у 11 танков возникли неисправности.

Ко 2 октября боеготовых танков не было, но благодаря ремонтным службам двадцать танков были готовы к бою на следующий день. Танки использовались от случая к случаю в течение нескольких дней, но наступление заглохло. Немцы использовали четыре танка A7V в контратаке у Сент-Этьена, не понеся потерь.

Танки снова использовались в небольшом количестве. Если бы они были применены в виде глубокого узкого клина (необходимость такого построения явствовала из ранее полученного опыта), прорыв мог быть более существенным и дался бы менее дорогой ценой. Вместо того чтобы примитивно использовать старые танки Mk II специально для переправы через канал, столь важная миссия заслуживала того, чтобы на ее выполнение были выделены лучшие или хотя бы альтернативные машины. Просто повезло, что канал было возможно форсировать без сломавшихся старых танков, но это не было очевидно до того, как масса британских войск и танков к северу от канала подверглась продолжительному обстрелу немцами и с тыла. Операция также указала на необходимость того, чтобы на карте были отмечены неразминированные минные поля союзников.

Тем временем на фронте во Фландрии наступление началось 28 сентября. 6-я французская армия с двумя ротами танков «Рено» (всего тридцать четыре танка) была переброшена туда после сражения под Суасоном в июле. 6-я армия и бельгийская армия заняли 32-километровый фронт, и от такого количества танков было мало толку, потому что они были рассредоточены слишком широко. Немцы не оказывали сильного сопротивления, и неуклонное продвижение союзных войск продолжалось весь день 4 октября. Потом пошел дождь. Была подтянута еще одна рота французских танков «Сен-Шамон». Сопротивление немцев усилилось, и, хотя первоначально использовалось немного танков, те, что оставались, 20 октября были отведены, понеся потери в 58 процентов машин и личного состава со времени начала наступления.

Британцы начали еще одно наступление 8 октября на 30-километровом фронте между Камбре и Сен-Кантеном, с трудом собрав 100 танков. Там продвижение составило 5 км. Танки в этой операции использовались главным образом для уничтожения немецких заграждений – огромных полос из колючей проволоки.

Немцы использовали 10 захваченных британских танков Mk IV в ходе контратаки близ Ивюи к северо-востоку от Камбре силами остатков своих 1-й и 13-й танковых частей. Четыре танка Mk IV 12-го британского батальона встретили четыре немецких танка и не узнали их в дыму сражения, пока они не приблизились к ним на расстояние в полсотни метров. У каждой из сторон были по два пушечных и по два пулеметных танка. Немецкие пулеметные танки были вооружены тяжелыми танково-зенитными пулеметами (TUF), которые могли пробивать броню. Один немецкий танк и два британских танка были подбиты, и один из последних загорелся. У другого кончился запас воды, но экипаж эвакуировался, и ему удалось повернуть захваченное немецкое полевое орудие, направив его на остальные немецкие танки, которые отступили. В другом месте, неподалеку, четыре других немецких танка и четыре британских танка также схватились друг с другом. Три немецких танка были подбиты.

Камбре был занят 9 октября. Перед британцами теперь простиралась довольно открытая местность (вместо траншей перед Камбре), но войска были слишком измотаны, чтобы двигаться дальше. Почти всем танкам был крайне необходим ремонт, а потери достигли одной трети из 9500 человек личного состава всего танкового корпуса. 819 танков были повреждены в предыдущие два месяца, и, хотя многие были отремонтированы и вернулись в строй, многие другие снова требовали ремонта.

На фронте 1-й армии США и 4-й французской армии танки снова были в бою, и сражение возобновилось 4 октября. Тактика была изменена, и на этот раз танки двигались впереди пехоты на расстоянии около 150 м для того, чтобы отвлечь огонь от пехоты. 4 октября весь французский батальон танков «Рено» застрял в немецких траншеях, но на следующий день 2-я дивизия США взяла гряду Монблан (не путать с горой в Альпах. – Ред.). К 8 октября активность боевых действий опять упала. Местность была неподходящей, и все французские танки были отведены.

Неудача с наступлениями на возвышенности Аргон, в Шампани и Фландрии с целью стратегического прорыва сделала настоятельно необходимым поддерживать продвижение британцев и французов в центре вдоль реки Сель. Река была довольно широкой и глубокой к северу от Ле-Като, так что британская 4-я армия должна была провести атаку 17 октября в районе Пети-Верли южнее Ле-Като после 48-часовой артподготовки. Правый фланг должен был прикрываться 1-й французской армией, которая должна была атаковать без предварительной артподготовки.

У французов было 69 танков «Рено» в 19-м батальоне. 1-я и 3-я британские армии располагали 74 танками 1, 6, 10, 11, 12, 16-го батальонов и 301-го танкового батальона США. Одна дивизия должна была провести ложный маневр по флангу с макетами танков. Две дивизии должны были переправиться через реку, используя так называемые связки (вместо фашин), и должны были прикрывать пехоту, которая будет строить пешеходные мосты. Один танковый батальон должен был перебраться через реку по подводному (ниже уровня воды) мосту, построенному предыдущей ночью и не обнаруженному немецкой авиацией.

Густой туман помешал французским танкам прибыть вовремя, но позднее 30 из них вступили в бой. Пять танков были уничтожены огнем артиллерии, еще два подорвались на минах на немецком минном поле. Эта операция не имела успеха из-за тумана и потому, что танковая поддержка была слишком слабой. Туман стал помехой и для британцев. Из 74 исправных танков 48 участвовали в боевых действиях. Шесть были подбиты артиллерией, семь застряли в болотистой местности вблизи реки, в то время как девять американских танков сломались. Все танки везли с собой связки. Это были открытые рамки из стали и дерева, заменившие «веники» фашин, которые использовались у Камбре годом раньше. Танки снабжения были очень ценны: один раз три таких танка участвовали в атаке, даже не имея вооружения.

4-я британская армия задействовала 37 танков из 10, 11, 12-го британских и 301-го американского батальонов в ночной атаке вблизи Валансьена, причем вплоть до рассвета продвинуться не удавалось, после чего был совершен прорыв на 5 км. Немцы использовали последние из своих танков в том же районе, но подробности их действий остались неизвестны. 5-я французская армия севернее реки Эны широко использовала дымовые завесы, чтобы скрыть наступление батальонов танков «Рено», но тем не менее потеряла 59 танков, уничтоженных огнем германской артиллерии.

16 октября 1-я армия США остановилась для перегруппировки и обеспечения снабжения. Американцы остались всего с 15 танками.

18 танков были подбиты, один захвачен, остальным требовался ремонт. 4-я французская армия осталась с 30 танками, но тут немцы начали отводить войска с этого участка фронта. Все танки США были отведены назад 13 октября, затем снова подтянуты 15 октября, но от них было мало пользы, потому что танки все чаще и чаще ломались. Большинство механических поломок возникало из-за постоянного перемещения взад и вперед, от места сосредоточения к позициям атаки. Количество танков стало таким малым, что американский командующий США 7 октября предлагал «все, что угодно, за пополнение в 500 танков», но в наличии больше ничего не осталось. Остановка 1-й армии США затянулась на две недели, и после того, как была сформирована 2-я американская армия, наступление возобновилось 1 ноября с последними 15 танками.

4 ноября 3-я и 4-я британские армии опять атаковали на 50-километровом фронте с лесом Мормаль в центре, используя последние 37 танков в завершающей британской операции в войне. К тому времени, хотя были введены в бой 6, 9, 12 и 14-й батальоны, ни у одного из них не было более двадцати танков, а у некоторых оставалось по пять. У 5-й французской армии на ее правом фланге танков уже больше не было. Погода стала мерзкой – холодно, шел дождь со снегом, что делало положение со снабжением почти безнадежным.

Наступление на Монс и Мобёж 4 ноября предполагало подстегнуть немцев запросить мира. Это ожидалось со времени отставки германского Верховного главнокомандующего 29 октября. 9 ноября немцы совершали отход, за исключением нескольких районов вдоль линии фронта. Британцы с сентября использовали в боевых действиях более 1800 танков, из которых 887 были возвращены для проведения ремонта, 313 требовали восстановления, 204 уже были восстановлены и 15 были потеряны безвозвратно. Почти не осталось танков годных для ведения боевых действий.

5-я французская армия на фронте у Суасона была теперь единственной армией, имевшей танки. Выпуск танков «Рено» был поставлен заводами на поток, и все больше и больше батальонов проходили подготовку. 5-я армия начала атаку двумя батальонами танков «Рено» и добавила еще один ко времени окончания войны.

Общие потери танков на фронте в районе Аргон-Шампань составили 367 у французов и 70 – у американцев, то есть всего 437 танков. 22 процента были подбиты артиллерией, 2 процента подорвались на минах, 56 процентов сломались, и 20 процентов были захвачены противником. Потери среди экипажей составили около 40 процентов. В последнюю неделю войны на фронте боевые действия велись без танков, и потери среди пехоты были высокими. Некоторых из них можно было избежать. 11 ноября, когда прекращение военных действий должно было вступить в силу, Верховное командование США приняло опрометчивое решение начать еще одно наступление. Двум дивизиям было приказано попытаться обогнать французов, выйдя первыми к Седану, и многие солдаты отдали свои жизни без нужды в этом во имя национальной гордости и без помощи бронетехники.

Танки доказали свою ценность. Благодаря им не только сокращались потери среди пехоты, но их присутствие воодушевляло свою пехоту и деморализовывало пехоту противника. Но при использовании в небольших количествах эффективность танков была намного меньшей во всех отношениях, а их собственные потери возрастали. И снова и снова из получаемых или игнорируемых уроков следовало, что танки были наиболее эффективны в действиях на значительную глубину и на узком фронте; наличие резервов было крайне необходимо; танки и экипажи не могли выдержать напряжения боевых действий более трех дней; совместные учения и взаимодействие всех родов войск, включая военно-воздушные силы, были обязательным условием успеха; необходима система связи; дымовая завеса часто была более эффективным оружием, чем боевые снаряды; системы бесперебойного снабжения, технического обслуживания и спасения были необходимы для поддержания темпа любого наступления.

Бу-Гануа, Марокко

26 сентября 1925 года

Британцы использовали танки во время интервенции в большевистскую Россию в районе Риги в 1919 году, а британские и французские танки были применены на юге (в составе белой армии Деникина, позднее – Врангеля. – Ред.) России. Эти машины позднее были захвачены и использовались Красной армией после того, как армии Антанты ушли. Польша, возрожденная после Первой мировой войны, получила от Франции танки «Рено» и использовала их во время войны с Советской Россией в 1919–1920 годах. Применение Польшей в сражениях танков не сильно повлияло на ход войны, но примененные в боевых действиях польские бронемашины в ряде случаев проявили себя блестяще.

Когда поляки и немцы вели споры по поводу пограничной линии в Силезии в 1921 году, британцы с танками участвовали в боях на стороне немцев, а французские танки «Рено» были задействованы в греко-турецкой войне в том же году. Но первое послевоенное использование танков в больших масштабах произошло в Марокко в 1925 году.

Марокканский племенной вождь по имени Абд-аль-Крим (Керим) с 1921 года руководил борьбой местных племен против Испании (испанцы терпели поражения в Марокко с 1908 года, в 1919 году начали широкое наступление и к апрелю 1921 года были близки к победе, но ситуацию изменили события в области Риф, где сопротивление оказал правитель племени бениуриаль Абд-аль-Крим, а после его смерти (видимо, отравлен) его сын, известный под тем же именем (на самом деле Мухаммед ибн Абд-аль-Крим аль-Хаттаби). – Ред.) и достиг значительных успехов (19 сентября 1921 года на съезде вождей племен была провозглашена независимая Республика Риф. – Ред.). Гористый характер местности в Марокко и партизанская тактика племен области Риф были главными факторами в первоначальных успехах восставших.

Испанские войска воспользовались несколькими танками «Рено», но они не очень помогли. Абд-аль-Крим был хорошо обеспечен в финансовом отношении и имел возможность получать современное оружие, включая артиллерию. Когда он стал привлекать соплеменников во французском Марокко, Франция вмешалась в конфликт. (Рифское правительство пыталось наладить мирные отношения с французскими властями в Марокко, посылало своего представителя в Париж, но безуспешно. – Ред.)

В конце 1924 года французы выставили ряд сторожевых застав южнее марокканской границы со второй линией позади границы. Эти заставы представляли собой блокгаузы с находившимися в них небольшими гарнизонами силой от роты до батальона. Они были выдвинуты вперед, у них были трудности со снабжением, и они были слишком рассредоточены, для того чтобы оказывать друг другу взаимную поддержку. Было несколько мобильных резервов, да и они располагались в четырех или пяти днях марша в глубь территории французского Марокко. Этот метод возведения застав был разработан как средство сдерживания небольших мятежей малым количеством имевшихся под рукой войск, но стал причиной слабости после того, как восстание племен области Риф приняло более широкий размах.

Абд-аль-Крим развернул военные действия против французов в апреле 1925 года (в ответ на оккупацию французами летом 1924 года житницы Рифа – долины реки Верга (Уэрга)). Французы держали оборону до июня (теряя один военный пост за другим), когда прибыло подкрепление, и они смогли перейти в наступление. Французы постепенно наращивали силы, пока численность их войск в районе развертывания к лету 1925 года не достигла 100 тыс. человек (под командованием маршала Петэна), включая двадцать авиаэскадрилий и большое число артиллерийских орудий и танков. Таким образом, это была довольно крупная операция. (К августу 1925 года французы имели около 200 тыс. человек, а включившиеся в бои испанцы свыше 100 тыс. – против 70 тыс. бойцов рифской армии. – Ред.)

Временный 1-й марокканский танковый батальон был сформирован в июне 1925 года из танковых рот, отобранных из танковых полков во Франции, плюс отделения снабжения.

Роты состояли из трех боевых взводов, каждый с танком «Рено» с 37-мм пушкой и двумя танками «Рено», вооруженными пулеметами. Одна рота этого батальона имела на вооружении танки «Рено», модифицированные для того, чтобы использовать вместо обычных сплошные ленточные резиновые гусеницы. Из-за характера местности и больших расстояний отделение снабжения и технического обслуживания батальона было довольно большим. Танки на большие расстояния все еще перевозились на грузовиках, как это происходило во время Первой мировой войны.

Танки выполняли много различных задач, иногда во взаимодействии с испанскими силами. В дополнение к обычной поддержке пехоты в задачу танков входило патрулирование, проведение рейдов, боевое охранение, смена гарнизонов блокгаузов. Танки также использовались как мобильные блокгаузы и даже для эвакуации раненых или убитых. Русла рек часто использовались для продвижения там, где отсутствовали дороги. Машины, которые застревали или у которых возникали механические поломки, покидались ночью. Попытки устранить неисправность возобновлялись на рассвете. Нередко танки к тому времени находили сожженными. Поскольку у рифской армии не было противотанковых орудий, ее солдаты прибегали к другим средствам вывода из строя танков. Четыре человека, каждый с коротким металлическим прутом, залегали в укрытии, пока танк не оказывался рядом с ними. Тогда они вставляли прутья между гусеницами и транспортирующими зубчатыми барабанами, срывая гусеницу и лишая танк подвижности. В конце концов рифы приспособились накрывать танки сетями и колючей проволокой. К тому же сильному износу подвергались гусеницы – резиновые большему, чем стальные, используемые на скалистом грунте. Это приводило к пробуксовке танков и вызывало много проблем с ремонтом.

У французов также были проблемы с жарким солнцем, нехваткой воды, а ловкий противник привык передвигаться по пересеченной местности. Здесь были горы до двух с лишним тысяч метров высотой (до 2456 м. – Ред.) и много глубоких ущелий и каньонов. Во время сезонов дождей, которые начинались в октябре, повсюду была грязь, а реки, русла которых высыхали летом, разливались, затопляя берега.

Французские войска и их командиры часто проявляли неуместную привязанность к своему опыту окопной войны и разрабатывали операции образца Первой мировой войны. Пехотным командирам не удавалось составлять планы вместе с танковыми командирами. Несколько операций в масштабе дивизии проводились так, что танки практически игнорировались. И бывали случаи, когда пехотные командиры грешили тем, что использовали грузовики, необходимые для транспортировки танков, в целях доставки предметов снабжения, тем самым лишая себя танковой поддержки, когда она была необходима.

Опыт показывал, что система организации взводов из трех танков в каждом в целом была хорошей. Из-за меткости оружейного огня рифских воинов от танка с 37-мм пушкой было больше пользы, чем от пулеметных танков. Снайперские позиции можно было ликвидировать на расстоянии. Два пулеметных танка во взводе действовали в качестве непосредственного охранения для танка с 37-мм пушкой.

Одним из последних важных действий, которое должно было быть произведено, было обычное снабжение и усиление одного из блокгаузов с названием Бу-Гануа, расположенного в 8 км к северу от Уэззана. Его гарнизон насчитывал примерно сорок человек, а коммуникации были перерезаны. Из Уэззана до Бу-Гануа дорога шла по холмистой местности через многочисленные овраги. Это благоприятствовало просачиванию воинов-рифов, поэтому французы решили зачистить этот район и установить более крупный пост с несколькими опорными пунктами, каждый численностью до роты. Предыдущие попытки снабжения Бу-Гануа стоили многочисленных потерь, когда колонны на дороге большую часть пути находились под огнем. В конце пути с востока над дорогой нависала господствующая высота 505.

Были проведены наземная разведка и наблюдение с воздуха. Было обнаружено, что со времени последней вылазки в это место у рифов появились вырытые траншеи, блокировавшие пост, и они получили подкрепление. Было подсчитано, что количество туземцев составляло около тысячи человек. Французская колонна войск замены состояла из батальона пехоты и двух танковых рот, что было непривычно высоким соотношением в пользу танков.


БУ-ГАНУА

26 сентября 1925 г.


Операция была тщательно выверена по времени и хорошо спланирована, когда танковые и пехотные командиры сообща обговорили детали. Было решено двинуть вперед сменный пехотный батальон вдоль оси дороги со взводом из трех танков 507-й танковой роты впереди, за которыми следовали группы с автоматическими винтовками первой пехотной роты. Штабной взвод одной танковой роты образовал группу тылового охранения. 506-я танковая рота образовала колонну правого фланга, чтобы прорваться через деревню Хаммар, нейтрализуя окопы рифов на склонах по дороге к вершине высоты 505. Другие танки 507-й танковой роты (менее одного взвода) образовывали колонну левого фланга, чтобы пересечь холмистую местность и двигаться к Лалла-Чакриа, нейтрализуя окопы рифов на западном склоне холма.

Обычно танки оказывали огромное психическое воздействие на рифов, и при этом плане атаки возлагалась надежда на сокращение потерь среди пехоты. Окопы рифов опустели при приближении танков, открывших огонь, а те, кто в них находился, либо бежали, либо искали убежища в глубоких щелях в стенках оврагов между деревней Хаммар и высотой 505, а также южнее Лалла-Чакриа, где напротив поста Бу-Гануа зияли глубокие пещеры. Пещеры были недоступны для танков, но их без труда можно было обстреливать с расстояния. Своим огнем танки не давали рифам высунуться из пещер, пока туда не ворвалась пехота и не покончила с противником.

На следующий день, в то время как пост пополнял запасы и производил перегруппировку, танки использовались как сторожевое охранение. На третий день танки были возвращены в Уэззан. Потерь не было. Адекватные планирование и взаимодействие, а также более высокое соотношение по сравнению с пехотой в пользу танков сыграли свою роль.

Айяла, Южная Америка

4 июля 1933 года

Японцы использовали танки в Китае, в т. ч. Маньчжурии, начиная с 1932 года, провели совместную танковую операцию в Шанхае в 1932 году и снова в Маньчжурии в 1933 и 1934 годах. Такие операции велись как с использованием французских танков, так и танков собственной японской конструкции. У китайцев тоже были танки, но они применяли их очень мало. Первыми китайскими танками были «Рено», закупленные во Франции. За ними последовали британские легкие танки-амфибии «Виккерс-Карден-Ллойд» и 6-тонные танки «Виккерс». Фирма «Виккерс-Армстронг лимитед» активно работала по созданию танков современной конструкции для британской армии в 1920-х и 1930-х годах и получила разрешение от правительства искать других клиентов. Это давало ей преимущество участия в достижении благоприятного баланса в международной торговле Англии в период финансового спада, а также в получении дополнительного опыта при боевом применении проданных танков, что находило свое отражение в улучшении конструкций танков, созданных для британской армии.

В числе других стран, которых снабжали танками «Виккерс», была Боливия. Боливийскую армию готовила германская военная миссия, и она была современной во многих отношениях. Большинство офицеров прошли соответствующую подготовку, и среди них было много американских, английских и германских солдат удачи. Армия была создана в предвидении проблем с Парагваем в связи с пограничным спором, который нагнетался уже сто лет. Боливия хотела получить выход к морю через судоходные реки Парагвай и Парана, впадающие в Атлантический океан у Буэнос-Айреса. Для достижения этой цели контроль над районом, называемым Чако– Бореаль, или Гран-Чако, был необходим. Парагвай отвергал всякие притязания, потому что имел в этом районе развитые деревообрабатывающие предприятия и скотоводство. Многообещающими были и перспективы добычи нефти иностранными компаниями.

Гран-Чако (Чако-Бореаль) – свыше четверти миллиона квадратных километров болот, саванн, зарослей кустарников и сбрасывающего листву в сухое время года криволесья, а также участков ценных лесов Квебрахо, перемежающихся со степными районами, пригодными для пастбищ. Большинство дорог проходили через заросли. Они были либо покрыты толстым слоем пыли, либо утопали в грязи. На прорубленных новых дорогах оставались торчать пеньки, что замедляло движение по ним машин и приводило к неимоверному изнашиванию шин и самих машин. Влажный сезон (октябрь– апрель), сменяется сухим (май – сентябрь), когда многие реки пересыхают. Мачете были незаменимы. Их использовали и как орудие труда, и в качестве оружия. Мухи и другие насекомые водились в несметном количестве во все сезоны, и регион заслуживал данного ему прозвища «зеленый ад». У парагвайцев было то преимущество, что они к такому климату привыкли. Боливийцы, горные индейцы, тяжело переносили климат низких мест.

Для установления своего контроля над Гран-Чако каждое из государств стало выдвигать вперед свои форты, и вскоре стороны пришли к неизбежности вооруженного столкновения. После начала военных операций форты были расширены за счет добавления к ним целостных систем полевых укреплений. К началу боев в каждой из действующих армий сторон насчитывалось примерно по 5 тыс. человек, при наличии более или менее подготовленных резервов. Но когда в июне 1932 года начались военные действия, обе стороны стали пополнять свои армии все большим количеством солдат. Парагвай объявил войну в мае 1933 года, а Боливия так этого и не сделала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Оглавление

* * *

Приведённый ознакомительный фрагмент книги Великие танковые сражения. Стратегия и тактика. 1939-1945 (Роберт Айкс, 2008) предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.

Купить и скачать полную версию книги в форматах FB2, ePub, MOBI, TXT, HTML, RTF и других

а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я