О (кириллица)

  • О, о (название: ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (15-я в болгарском, 16-я в русском и белорусском, 18-я в сербском, 19-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «онъ» (что обозначает не только «он», но и «тот»). В кириллице является 16-й по счёту, выглядит как и имеет числовое значение 70. В глаголице по счёту 17-я, имеет вид и числовое значение 80. Происходит от греческой буквы омикрон (Ο, ο), хотя для глаголического варианта имеются версии, связывающие его с семитскими буквами «аин» или «вав».

Источник: Википедия

Связанные понятия

Ѡ, ѡ (оме́га) — буква старо- и церковнославянской кириллицы, другие названия: от, о. Соответствует греческой букве омега (Ω, ω), хотя воспроизводит только строчное её начертание (заглавное встречается крайне редко, только в заголовках в декоративных целях). В кириллице имеет вид или , в древней (круглой) глаголице — . Числовое значение в кириллице — 800, в глаголице — 700.
С, с (название: эс, в аббревиатурах иногда сэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (18-я в болгарском, 19-я в русском и белорусском, 21-я в сербском, 22-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «сло́во», что могло означать разное: «слово, речь, дар речи, молва, весть, известие, проповедь, изречение, Писание, заповедь». В кириллице обычно считается 19-й по порядку и выглядит как...
Я, я (название: я) — буква большинства славянских кириллических алфавитов; 30-я в болгарском, 32-я в белорусском, 33-я в русском и украинском, во всех четырёх последняя (в украинском с 1990 года, до этого в конце стоял мягкий знак); из сербского исключена в середине XIX века, в македонский, построенный по образцу нового сербского, не вводилась. Используется также в большинстве кириллических письменностей неславянских языков. В церковнославянской азбуке также называется «я», но выглядит двояко: и...
Л, л (русское название: эль, в аббревиатурах эл) — буква всех славянских кириллических алфавитов (12-я в болгарском, 13-я в русском, белорусском и сербском, 14-я в македонском и 16-я в украинском); используется также в письменностях неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «людиѥ» (ст.-сл.) или «лю́ди» (ц.-сл.). В кириллице является 13-й по счёту, выглядит как и имеет числовое значение 30; в глаголице по счёту 14-я, выглядит как и имеет числовое значение 50. Происхождение...
Н, н (название: эн) — буква всех славянских кириллических алфавитов (14-я в болгарском, 15-я в русском и белорусском, 16-я в сербском, 17-я в македонском и 18-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «нашь» (ст.-сл.) или «на́шъ» (ц.-сл.). В кириллице является 15-й по счёту, выглядит как и имеет числовое значение 50; в глаголице по счёту 16-я, выглядит как и имеет числовое значение 70. Происхождение кириллической...

Упоминания в литературе

О магическом использовании звуков речи вне зависимости от их функции в языке написано очень мало. Самыми ранними и наиболее полными сочинениями на эту тему, вероятно, являются фрагменты заклинаний из Греческих магических папирусов. Эти заклинания, преимущественно теургические по своей сути (поскольку имеют отношение к богам), содержат длинные ряды гласных. Приблизительно в середине I века до н. э. Филипп Иудей (чье имя явно отсылает как к каббале, так и к греческой теургии) связывал семь гласных греческого языка с семью видимыми планетами[24]. Важно заметить, однако, что гласные, о которых говорит Филипп Иудей, это не звуки, которые реально произносятся в речи, а буквы – графические, письменные изображения гласных звуков. Например, в английском языке есть только пять букв для обозначения гласных (или шесть, если считать «Y»). При этом у нас 12 (или около того, в зависимости от диалекта и произношения) гласных звуков. В действительности самый распространенный в английском языке гласный звук /?/ (например, конечный звук в слове sofa, «диван») не имеет собственной буквы в английском алфавите. Этот звук называется «шва» (то есть нейтральный гласный), и в Международном фонетическом алфавите он обозначен перевернутой строчной буквой «Е» – «?». При этом в английском правописании он может обозначаться пятью разными знаками: буквой «A», как, например, в слове sofa («диван»), или буквой «E», как в слове receipt[25] («квитанция, чек») и т. д. При этом мы имеем дело с одним и тем же гласным звуком. Ни один язык не располагает такой системой письменности, которая бы совершенно точно отражала всю фонетику языка (все его звуки)[26]. Поэтому Филипп Иудей в своей работе рассматривает греческие буквы, а не звуки, которые этими буквами обозначаются.
Графика. Текст, изображенный на фотографии, написан алфавитом, близким к кириллице: помимо букв кириллицы, совпадающих с буквами греческого устава IX в., в графике «дощечки» имеются свойственные кириллице буквы б, ж, з, ш, щ, ѣ, я. В отличие от кириллицы в графике «дощечки» отсутствуют буквы, обозначавшие носовые гласные, – ф, η ?, λ, буквы йе, ф, θ, s, α, ?, ?, ?, а также имеются следующие особенности: буква ч отсутствует, ее заменяет буква щ, вследствие этого буква щ в «дощечке» соответствует двум кириллическим буквам – щ и ч; отсутствует буква ю, ее, видимо, заменяет сочетание j десятеричного с буквой у; отсутствует кириллическое н, звук н передается буквой и, т. е. начертанием не с горизонтальной, а с косой перекладиной; при этом звук и передается буквой j; отсутствуют буквы ъ, ь, ъj; из них букве ъ, являющейся составной частью кириллической буквы ъ], в рассматриваемом тексте соответствует буква о с небольшой развилкой вверху, вследствие чего она несколько напоминает кириллическую лигатуру у; звук у при этом передается чаще буквой у, реже – двубуквенным написанием оу; возможно, что некоторые буквы в виде у (т. е. о с развилкой) обозначают также у; в тексте представлено два графических варианта для передачи звука с и два – для звука е (оба последние после согласных, а не j).
Вы, возможно, слышали о том, что слова, состоящие из одних прописных букв, читать труднее, чем слова со смешанным составом букв (прописные и строчные) или слова, состоящие только из строчных букв. Кроме того, вы, возможно, даже слышали о неких исследованиях британских ученых, показавших, что «разница в трудности их восприятия составляет от 14 до 20 %». Это объяснялось тем, что при чтении мы узнаем формы слов и групп слов. Слова со смешанным составом или слова, состоящие только из строчных букв, имеют однозначно идентифицируемую форму. А все слова, состоящие только из заглавных букв, имеют одинаковую форму – прямоугольник определенного размера – поэтому, теоретически, их труднее различать (рис. 13.1).
Поэтому мы заново тщательно проанализировали текст на Звенигородском колоколе. Прочитать удалось не все. Оказалось, что часть надписи, приведенная Н.М. Сперанским, содержит несколько собственных имен или каких-то непонятных сегодня слов, которые М.Н. Сперанский и заменил на другие «стандартные» слова. Некоторые из непонятных слов и собственных имен содержат не повторяющиеся в другой части текста буквы, которые поэтому не удается прочесть. В результате у нас получился следующий перевод. В нем мы заменяем непонятные буквы знаком вопроса. А несколько разделителей, стоящих в надписи и отделяющих друг от друга части текста, написанные разными азбуками, мы условно обозначаем в нашем переводе словом «герб». Поскольку многие из этих разделителей явно напоминают гербы. Например, двуглавый орел с короной в четвертой строке сверху и в конце текста, рис. 1.68. Несколько букв, слитых в одну, мы разбиваем на составляющие буквы и ставим их в фигурных скобках. Титлу мы обозначаем знаком «~». Разбиение надписи на строки, данное Н.М. Сперанским, мы сохранили. Следует помнить, что буква Ъ раньше часто читалась как О.
Итак, мы разобрались с длиной ключа и распределили буквы шифрограммы по столбцам (то есть по алфавитам). Теперь они полностью соответствуют частотам употребления букв (и пробела) в русском языке. Поскольку пробел встречается чуть ли не в два раза чаще, чем самая частая буква русского алфавита «О», то резонно предположить, что самый частый символ в каждом столбце обозначает пробел.

Связанные понятия (продолжение)

В, в (название: вэ) — третья буква всех славянских и большинства прочих кириллических азбук. В старо- и церковнославянской азбуке носит название «ве́де» (вѣдѣ, ст.-сл.) или «ве́ди» (вѣ́ди, ц.-сл.). В кириллице выглядит как и имеет числовое значение 2, в глаголице — как и имеет числовое значение 3. Кириллическая форма происходит от греческой беты (B, β), глаголическую же обычно соотносят с латинской V. Среди начертаний кириллической В в рукописях и печатных книгах большинство в целом сохраняет общую...
Ѧ, ѧ (малый юс) — буква исторической кириллицы и глаголицы, ныне употребляемая только в церковнославянском языке. В старославянском глаголическом алфавите имеет вид и считается 35-й по порядку, в кириллице выглядит как и занимает 36-ю позицию. Числового значения в глаголице и ранней кириллице не имеет, однако в поздней кириллице использовалась как знак числа 900 (так как по форме напоминает греческую букву сампи с тем же числовым значением).
А, а — первая буква всех алфавитов на кириллической основе. В старославянской азбуке носит название «аз», означающее русское местоимение «я». Восходит к др.-греч. α (альфа), а эта последняя — к финикийскому «Алеф». Приставка «а» (перед гласными. — «ан») в заимствованных словах обозначает отсутствие признака, выраженного основной частью слова. Соответствует русскому «без» и «не». Напр.: «а-морфный» — бесформенный, «а-симметричный» — несимметричный.
Кирилли́ческая систе́ма счисле́ния, цифи́рь — система счисления Древней Руси, основанная на алфавитной записи чисел с использованием кириллицы или глаголицы.
Ѹ, ѹ или Ꙋ, ꙋ (ук или оук, глаголица: Ⱆ) — буква старославянской азбуки. Первоначально диграф букв О и У (точнее, буквы «ик», варианта ижицы) писался горизонтально, но впоследствии, для экономии места, стали использовать вертикальную лигатуру, а впоследствии и вовсе заменили буквой У.

Подробнее: Ук (кириллица)
Ѕ, ѕ (македонское название — дзе, старинное название — зело́) — буква расширенной кириллицы, 10-я буква македонского алфавита, 8-я буква старо- и церковнославянских азбук; использовалась и в других языках.

Подробнее: Зело
К, к (название: ка) — буква всех славянских кириллических алфавитов (11-я в болгарском, 12-я в русском, белорусском и сербском, 13-я в македонском и 15-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов, где на её основе были даже построены многочисленные новые буквы, наподобие Ҡ, Қ, Ӄ, Ҟ или Ҝ. В старо- и церковнославянской азбуках называется «ка́ко» (ст.-сл.) или «ка́кѡ» (ц.-сл.), что означает «как». В кириллице является 12-й по счёту, выглядит как и имеет числовое...
Х, х (русское название: ха; в аббревиатурах иногда хэ: хэбэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (22-я в болгарском, 23-я в русском, 24-я в белорусском, 26-я в сербском и украинском, 27-я в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «хѣръ», смысл которого не ясен: считать его, как это часто делается, связанным со словом «херувим» затруднительно (последнее не содержало ятя, хотя в качестве фонетической...
М, м (название: эм) — буква всех славянских кириллических алфавитов (13-я в болгарском, 14-я в русском и белорусском, 15-я в сербском, 16-я в македонском и 17-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «мысле́те», что первоначально означало «думайте» (в современном церковнославянском языке название буквы уже не совпадает с формой глагола мы́слити). В кириллице является 14-й по счёту, выглядит как и имеет числовое...
Ꙗ, ꙗ (условное название: я, а йотированное или аз йотированный) — 34-я буква старославянской кириллицы. Построена как лигатура букв І и А. В глаголице отсутствует — соответствующие звуки там обозначаются буквой ять (Ⱑ). Числового значения не имеет. В начале слов и после гласных обозначает звуки , после согласных — их смягчение и звук . В церковнославянской письменности обычно объединяется с малым юсом (Ѧ) и помещается на 34-е место в азбуке (подробнее о взаимоотношении этих двух форм см. в статье...

Подробнее: А йотированное
Ъ, ъ — 28-я буква русского алфавита, где называется «твёрдый знак» (до реформы 1917—1918 годов — 27-я по счёту, называлась «еръ»), и 27-я буква болгарского алфавита, где называется «ер голям» («большой ер»); в других славянских кириллических алфавитах отсутствует: её функции при необходимости выполняет апостроф (рус. съезд — укр. з’їзд — белор. з’езд). В старо- и церковнославянской азбуках носит название «ѥръ» и «еръ», соответственно, смысл которого (впрочем, как и смысл названий некоторых других...
П, п (звучание названия: пэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (16-я в болгарском, 17-я в русском и белорусском, 19-я в сербском, 20-я в македонском и украинском). Используется также в письменностях некоторых неславянских народов: монголов, казахов, таджиков, абхазов и всех народностей России. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «покои» (ст.-сл.) или «поко́й» (ц.-сл.), что означает «мир, покой, спокойствие, отдых», а также «кончина». В кириллице обычно считается 17-й...
И, и (название: и, иже) — буква почти всех славянских кириллических алфавитов (девятая в болгарском, 10-я в русском и сербском, 11-я в украинском и македонском; в белорусском отсутствует, вместо неё используется буква І); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках называется «и́же» (переводится как «который» или «которые») и является 10-й по счёту; в кириллице выглядит как и имеет числовое значение 8, потому также называется «и́же осьмери́чное...
З, з (название: зэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (девятая в русском, белорусском, сербском и македонском, восьмая в болгарском и 10-я в украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов, где на её основе были даже построены новые буквы, наподобие Ҙ. В старо- и церковнославянской азбуках называется «земля́» и является восьмой по счёту; в кириллице выглядит как (Z-образная форма более древняя) и имеет числовое значение 7, в глаголице выглядит как и имеет...
Ҁ, ҁ (ко́ппа) — архаический кириллический знак, который едва ли стоит считать буквой. Использовался в старославянской письменности исключительно в качестве числового знака для числа 90, что в точности воспроизводило средневековую греческую систему записи чисел: в качестве буквы коппа (Ϙ) вышла из употребления до начала «классического» периода древнегреческой литературы (а потому и не включается в состав стандартного 24-буквенного греческого алфавита), но сохраняется в качестве числового знака (с...
Гре́ческий алфави́т (греч. Ελληνικό αλφάβητο) — алфавит греческого языка и других языков греческой группы. Он непрерывно используется с конца IX или начала VIII века до н. э.
Ь, ь (современное название: мя́гкий знак) — буква большинства славянских кириллических алфавитов (28-я в болгарском, 29-я в белорусском, 30-я в русском и 31-я в украинском (перемещена на нынешнее место в 1990 г., а была последней); из сербского исключена в середине XIX века, в македонский, построенный по образцу нового сербского, не вводилась). Самостоятельного звука не обозначает, может рассматриваться как диакритический знак, модифицирующий значение предыдущей буквы. В украинском также используется...
Р, р (название: эр) — буква всех славянских кириллических алфавитов (17-я в болгарском, 18-я в русском и белорусском, 20-я в сербском, 21-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «рьци» (ст.-сл.) или «рцы» (ц.-сл.), что означает «говори, скажи» (повелительное наклонение от глагола «рещи»).
Ру́сский алфави́т (ру́сская а́збука) — алфавит русского языка, в нынешнем виде — с 33 буквами — существующий с 1918 года (буква Ё официально утверждена лишь с 1942 года: ранее считалось, что в русском алфавите 32 буквы, поскольку Е и Ё рассматривались как варианты одной и той же буквы).
Ѵ, ѵ (и́жица) — буква старославянской азбуки, а также дореформенного русского алфавита. Происходит от греческой буквы ипсилон (υ). В русском языке использовалась для обозначения гласного звука в немногих словах греческого происхождения (мѵро, сѵнодъ).
Б, б (название: бэ) — вторая буква всех славянских и большинства прочих кириллических алфавитов, третья — в греческом варианте арнаутского диалекта албанского языка (Б b). В старо- и церковнославянской азбуке носит название «букы» (ст.-сл.) или «буки» (ц.-сл.), то есть по-нынешнему просто «буква». В кириллице выглядит как и числового значения не имеет, в глаголице — как и имеет числовое значение 2. Кириллическая форма происходит от одного из начертаний греческой беты (β), происхождение же глаголической...
Алфави́тная за́пись чи́сел — система, в которой буквам (всем или только некоторым) приписываются числовые значения, обычно следующие порядку букв в алфавите. Чаще всего первые девять букв получают значения от 1 до 9, следующие девять — от 10 до 90 и т. п. Для записи числа составляются буквы, сумма значений которых выражает это число. Для очень больших чисел применяются своего рода диакритические знаки, показывающие, например, что перед нами не единицы, а тысячи.
Псили́ (᾿ или ◌҆) (греч. ψιλή, то́нкое придыха́ние, зва́тельце, в старой орфографии звательцо; лат. spiritus lenis) — надстрочный диакритический знак греческой письменности (в политонической орфографии, использовавшейся с древнегреческих времен до реформ конца XX века) и кириллической церковнославянской письменности. Был введен александрийскими филологами, первоначально выглядел как правая половина буквы H (˧), позже превратился в J-образный крючок, ещё позже (в греческом курсиве) — в нечто похожее...
Ѱ, ѱ (пси) — буква кириллицы, в настоящее время сохранилась только в церковнославянской письменности.
Ф, ф (название: современное эф), иногда в аббревиатурах — фэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (21-я в болгарском, 22-я в русском, 23-я в белорусском, 25-я в сербском и украинском, 26-я в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «фрътъ» (ст.-сл.) или «фе́ртъ» (ц.-сл.).
Ѿ, ѿ (от) — буква старославянской азбуки. Хотя она появилась как лигатура букв омега (Ѡ ѡ) и твердо (Т т), она функционирует как отдельная буква алфавита, следующая после хера и перед ци. Она была включена в самый первый распечатанный кириллический абецедарий (на иллюстрации), и продолжает использоваться в современную эпоху.От используется в церковнославянском языке для обозначения предлога отъ и приставки от-. Она не используется для этой последовательности букв в каком-либо другом контексте, а...
Е, е (название: е; в украинском и некоторых других алфавитах э) — буква всех современных кириллических алфавитов. В русском, белорусском, болгарском алфавитах — шестая по счёту, в украинском, сербском и македонском — седьмая; используется также в письменностях неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках является шестой по порядку и называется «ѥстъ» и «есть» соответственно; в кириллице выглядит как и имеет числовое значение 5, в глаголице — как и имеет числовое значение 6. Буква развилась...
Огласо́вки (араб. حركات‎ «движения», ед.ч. حركة‎ ха́рака) — система надстрочных и подстрочных диакритических знаков, используемых в арабском письме для обозначения кратких гласных звуков и других особенностей произношения слова, не отображаемых буквами. Расстановку огласовок в тексте называют ташки́ль (араб. تشكيل‎). Поскольку буквами арабского алфавита обозначаются только согласные и долгие гласные (матрес лекционис), то неогласованный текст невозможно «читать вслух»: можно лишь «угадывать произношение...
Румы́нский алфави́т — вариант латинского алфавита, используемый для записи румынского языка. Первая румынская грамматика была издана в Вене в 1780. Официально румынская латиница используется в Румынни с 1860 года, когда она заменила валашско-молдавскую кириллицу.
Ю, ю (название — ю) — буква большинства славянских кириллических алфавитов (29-я в болгарском, 31-я в белорусском, 32-я в русском и украинском; из сербского исключена в середине XIX века, в македонский, построенный по образцу нового сербского, не вводилась). Используется также в письменностях некоторых неславянских языков. В кириллице обычно считается 33-й по порядку (), в глаголице по счету 34-я (). Числового значения не имеет. Название в славянской азбуке совпадает с современным — «ю»; в старо...
Старославянская азбука — первая кириллическая азбука из 45 букв, созданная предположительно в IX веке для записи старославянского и впоследствии церковнославянского языков. Также букварь этой азбуки.
Т, т (название: тэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (19-я в болгарском, 20-я в русском и белорусском, 22-я в сербском, 23-я в македонском и украинском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «тврьдо» (ст.-сл.) или «тве́рдо» (ц.-сл.), что означает «твёрдое, крепкое, неприступное, укреплённое, надёжное, мужественное, непоколебимое, неотступное». В кириллице обычно считается 20-й по порядку и выглядит как...
Лати́нский алфави́т (лати́ница) — восходящая к греческому алфавиту буквенная письменность, возникшая в латинском языке в середине I тысячелетия до н. э. и впоследствии распространившаяся по всему миру.
Ц, ц (название: цэ) — буква всех славянских кириллических алфавитов (23-я в болгарском, 24-я в русском, 25-я в белорусском, 27-я в сербском и украинском, 28-я в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «ци» (ст.-сл.) или «цы» (ц.-сл.), смысл которого не вполне ясен: его связывают с формой им. пад. множ. ч. муж. рода «ции» от вопросительного и относительного местоимения «кыи» (какой, который); с древнерусским...
Русское рукописное письмо (русский рукописный шрифт; не совсем правильно русский курсив) — начертательная разновидность русского кириллического письма, используемая при связном письме рукой, а также при наборе специальными типографскими шрифтами, имитирующими такое начертание. Начертание букв значительно отличается от типографского шрифта. Русский печатный курсивный шрифт развился под влиянием рукописного письма.
Г, г (название: гэ) — четвёртая буква всех славянских и большинства прочих кириллических алфавитов. В старославянской азбуке носит название «глаголь», в церковнославянской — «глаголь», то есть «говори». В кириллице выглядит как и имеет числовое значение 3, в глаголице — как и имеет числовое значение 4. Кириллическая форма происходит от заглавной греческой буквы гамма (Γ), глаголическую же возводят либо к греческому скорописному начертанию строчной гаммы, либо к соответствующей букве семитского письма...
Армя́нский алфави́т — звуковое письмо армянского языка, созданное в 405—406 годах учёным и священником Месропом Маштоцем, дополненное в XI веке двумя новыми буквами (Օ и Ֆ) и применяемое армянами.

Подробнее: Армянское письмо
Арабское письмо произошло от набатейского письма, развившегося из арамейского письма, которое в свою очередь восходит к финикийскому письму. Арабский алфавит включил в себя все буквы арамейского и добавил к ним буквы, отражающие специфически арабские звуки. Это буквы са, ха, заль, дад, за, гайн.
Ѣ, ѣ (название: ять, слово мужского рода) — буква исторической кириллицы и глаголицы, ныне употребляемая только в церковнославянском языке.
Диакрити́ческие зна́ки (др.-греч. δια-κρῐτικός — «служащий для различения» от др.-греч. κρῐτῐκός — «способный к различению»)...
Σ, σ, ς (название: си́гма, греч. σίγμα) — 18-я буква греческого алфавита. В системе греческой алфавитной записи чисел имеет значение 200. Происходит от финикийской буквы (син). От буквы «сигма» произошли латинская буква S, кириллическая С и некоторые другие, в том числе косвенным образом и кириллическая буква зело (Ѕ, в книгах печаталась следующим образом: ).
Ѫ, ѫ (большой юс, болг. Голям юс, Голяма носовка) — буква исторической кириллицы. Обозначала звук . Используется в церковнославянских календарных таблицах (в так называемом ключе границ Пасхалии): там разные годы отмечены разными буквами, в зависимости от того, на какой день приходится праздник Пасхи; большой юс отмечает те редкие годы, в которые Пасха приходится на 24 апреля (ст. ст.): последний раз это было в 1888 году и снова будет только в 2051 году.
Письмо лепча (также известно как ронг или ронг-ринг) — абугида, используемая в языке лепча. Особенность письма заключается в том, что слоговые окончания записываются диакритическими знаками.
Ч, ч (название: че) — буква всех славянских кириллических алфавитов (24-я в болгарском, 25-я в русском, 26-я в белорусском, 28-я в сербском и украинском, 29-я в македонском); используется также в письменностях некоторых неславянских народов. В старо- и церковнославянской азбуках носит название «чрьвь» (ст.-сл.) или «червь» (ц.-сл.) — это слово обозначало не только собственно червей, но и моль. В кириллице обычно считается 27-й по порядку (если речь идёт о ст.-сл. азбуке) или 26-й (в ц.-сл. азбуке...
Апостро́ф (фр. apostrophe от др.-греч. ἀπόστροφος — «обращённый назад») — небуквенный орфографический знак в виде надстрочной запятой (’), штриха или любого другого похожего начертания, который употребляется в буквенном письме разных языков в различном назначении.

Упоминания в литературе (продолжение)

В заключение настоящего параграфа сошлемся еще на два места из скальдических поэтик. В самом начале «Перечня размеров» Снорри связывает аллитерацию с «делением речи» (stafasetning greinir mál allt), а хендинги – со «звуковым делением» (ok ?at er setning hljóðsgreina, er vér k?llum hendingar). Видимо, следует понимать это замечание в том смысле, что аллитерация воспринималась как «синтезирующий» признак, относящийся к целому слову (по этой причине, в частности, второй компонент сложных слов никогда не участвовал в скальдической аллитерации), в то время как рифма служила инструментом фономорфологического анализа слова (о фонологической основе рифмы см. [Матюшина 1989]). Направленность скальдических приемов на анализ звукового состава отдельного слова хорошо видна из следующего высказывания автора «Второго грамматического трактата». Сведения, извлеченные из грамматики Присциана, подтверждаются в нем ссылкой на практику скальдов. «В латинском языке перед гласной буквой стоят самое большее две согласных, а после нее – три. А в северном языке перед гласной буквой могут стоять три согласных и до пяти после нее, как это видно из имен, приведенных раньше (были при ведены слова spannzkr и strennzkr. – О. С.). Слоги придают бóльшую красоту поэзии, если в двух слогах имеется одна и та же гласная буква и одинаковые последующие буквы, как в словах: snarpr, garpr. Мы называем это адальхендинг. Если же в каждом слоге своя собственная гласная буква, но последующие одинаковы, как в словах vaskr, r?skr, мы называем это скотхендинг» [SnE (R) 1818, 304].
Существует традиция слегка изменять название шрифта, чтобы можно было отличить один шрифт от другого, если они по каким-то причинам будут установлены одновременно. Шрифты фирмы Paragraph, к примеру, носят названия SchoolBookC и SchoolBookCTT. Первый – это шрифт формата Type1, а второй – формата TrueType, о чем говорят две буквы «Т» в конце названия. Буква «С» в конце названия означает Cyrillic, то есть кириллический, русскоязычный.
Помимо завидной эрудиции, Тредиаковский обладал редким даром, присущим ему как поэту, – чувством языка и интуитивным пониманием глубинного смысла слов, что неведомо ученому-педанту. Так, он решительно поддержал и развил мнение, упомянутое еще у Татищева, о русскости древнегреческого наименования «скифы». В соответствии с нормами греческой фонетики это слово произносится, как «скит[ф]ы». Второй слог в греческом написании слова «скифы» начинается с «теты» – ?; в русском озвучивании она произносится и как «ф», и как «т», – причем в течение времени произношение звука менялось. Так, заимствованное из древнегреческого языка слово «театр» до XVIII века звучало как «феатр», а слово «теогония» («происхождение Богов») еще недавно писалось «феогония». Отсюда же расщепление звучания в разных языках имен, имеющих общее происхождение: Фе[о] дор – Теодор, Фома – Том[ас]. До реформы русского алфавита в его составе (в качестве предпоследней) была буква «фита» – ?, предназначенная для передачи заимствованных слов, включающих букву «тета». И слово «скифы» в дореволюционных изданиях писалось через «фиту». В действительности же «скит» – чисто русский корень, образующий лексическое гнездо со словами типа «скитаться», «скитание». Следовательно, «скифы-скиты» дословно означают: «скитальцы» («кочевники»). Вторично, в качестве позднейшего заимствования из греческого языка, где оно служило названием пустыни, общая корневая основа «скит» вновь вошла в русское словоупотребление в смысле: «отдаленное монашеское убежище» или «старообрядческий монастырь».
Все эти привычные для нас свойства лингвистики, так или иначе восходящие к античности или средневековью, вовсе не могут считаться универсальными, что показывают иные лингвистические традиции. О синтетическом подходе индийцев (пути от смысла к тексту; активной грамматики, по Щербе) говорилось выше. Китайская традиция до ее европеизации в конце XIX в. не знала грамматики, основным видом описания в ней был словарь (но японская традиция должна была независимо от китайского влияния самостоятельно строить грамматику). Арабская традиция шла не от морфологии к синтаксису, а в обратном направлении. В Китае и Японии до знакомства с европейской наукой не было понятия, соответствующего звуку (фонеме): в Китае основной фонетической единицей был слог, а в Японии – единица, промежуточная между звуком и слогом (примерно то, что у античных авторов называлось морой). В арабской традиции выделялись согласные звуки, но гласные не рассматривались как отдельные сущности. Единица, соответствующая слову, по-видимому, существовала во всех традициях (к этому вопросу я еще вернусь), но свойства этих единиц могли быть различными. Например, в китайской традиции слова совпадали с корнями и соответствующие понятия не различались. Кроме того, в ней были всего две части речи: «полные слова» и «пустые слова», что примерно соответствует знаменательным и служебным словам, но не выделялись даже имена и глаголы. Отмечу еще одно явление, на котором подробнее остановлюсь дальше: современная англоязычная или франкоязычная лингвистика отошла от идей Дионисия Фракийца больше, чем российское языкознание; по-видимому, это связано с тем, что строй русского языка изменился по сравнению с классическими языками не так значительно.
Приложения обозначают прописными буквами русского алфавита, начиная с А, за исключением букв Ё, З, Й, О, Ч, Ь, Ы, Ъ. Каждое приложение начинается с новой страницы. При этом в верхнем правом углу страницы приводят слово «Приложение», записанное строчными буквами с первой прописной.
Ключом к атрибуции Йод-Хе-Вау-Хе для старших Арканов является тот факт, что каждая буква еврейского алфавита представляет собой число. Буквы от Алеф до Тет означают числа от 1 до 9; от Йод до Цади – десятки от 10 до 90; и от Коф до Тау – сотни от 100 до 400. Наше знание о соответствиях между буквами Тетраграмматона и цифрами, таким образом, приводит к следующей атрибуции Йод- Хе-Вау-Хе в еврейском алфавите:
В латыни Деус – это бог – Deus, при этом значимый корень имеет смысл и в латыни, и в русском -1) «день»; 2) русск. «деять – делать». В греческом звучании смысловое наполнение Zeus отсутствует. Причем в данном случае возведение просто к общему индоевропейскому корню не обосновано, т. к. мы видим в греческом варианте характерное латинское окончание. Соответственно, речь идет либо о заимствовании из латыни (этрусского) в греческий язык в тот период, когда в этрусском и латыни это окончание уже применялось, либо о первоначально едином боге. В любом случае в греческий язык перешло видоизмененное Deus как «Зевс» и Theos – «бог», соответственно, первая буква изначально читалась довольно близко.
Однако это был еще не конец истории. По мере того как прочитывалось все большее количество текстов, ученые начали медленно понимать, что в основе аккадской письменности должен лежать другой, более древний языковой пласт, о котором никто до этого и не подозревал. Такое понимание зародилось потому, что многие письменные знаки использовались в равной степени и как идеограммы, и как произносимые слоги. Иногда такой символ, который обычно обозначал быка, выражал «звук» gud, другой, – например «разделять», имел значение «смола» (tar). Слово «рот» порой изображался слогом ka. Но ни один из этих звуков нельзя было найти в семитском языке, где «бык» был alp, «разделение» – paras, а «рот» – pu. Поэтому изначально создателями этой письменности, видимо, являлись люди, в языке которых «бык» был gud, «разделять» – tar, а «рот» – ka.
Во всем мире первые надписи, с помощью которых люди хотели сохранить память о каких-либо событиях, носили подобный характер. Вначале изображения, предназначенные для этой цели, были рисунками, на которых изображалось памятное событие. Со временем сформировались определенные правила сокращений, которые использовали вместо полного изображения, и так сформировалась система иероглифических символов, обозначающих понятие или предмет, а не звуки речи. Эти символы обычно называют иероглифами, хотя, если быть точным, это слово нельзя применять в качестве термина, так как было установлено, что часть египетских иероглифов может быть отнесена ко второму из описываемых нами классов, в котором символы представляют звуки или слоги слов, а не понятия и предметы.
Статьи содержат определение соответствующего понятия или термина (дефиницию). Заглавные слова статей набраны прописными буквами и расположены в алфавитном порядке. После заглавного слова в скобках приведена его краткая этимология в следующей последовательности: язык происхождения, затем сам этимон (иноязычное слово, вошедшее в русский язык) и его перевод. Например: СИНТЕЗ (греч. σ?νθεσις – соединение, сочетание, составление). В тексте персоналий даны названия основных сочинений автора. После названия статей о зарубежных философах и учёных в скобках приводится иностранное (оригинальное) написание. Некоторые часто употребляемые в научно-философских текстах слова приводятся в сокращённой форме, что не препятствует пониманию их смысла. К учебному пособию прилагаются список распространённых иностранных терминов и выражений, а также список рекомендуемой литературы для желающих получить более обширные сведения по истории и философии науки.
К основным лексическим средствам рекламного текста относятся: 1) каламбур, 2) использование современного жаргона («Плазменный беспредел» – реклама телевизоров), 3) рифма, 4) анафора, 5) вопрос, 6) афоризмы, крылатые выражения, поговорки и пословицы, 7) синтаксический параллелизм (Рождены природой, рассчитаны наукой, сделаны мастером!), 8) повторы слов, 9) отклонение от нормативной орфографии (следование нормам дореволюционной орфографии, употребление прописных букв в начале, середине или конце наименования, сочетание латиницы с кириллицей), 10) использование окказионализмов, 11) персонификация (перенесение на неживой предмет свойств и функций живого лица, ср.: TEFA всегда заботится о вас!), 11) каламбур.
Язык – это главный оставшийся у нас после всех потопов и катастроф источник информации о нас же самих, археологические и письменные артефакты слишком хрупкие и временные, к тому же именно в языке закодирована информация о том, кто мы и откуда. Похоже, язык – это данность, готовый инструмент и этот инструмент чисто слоговый. «Логос» – это «голос», это набор кубиков-слогем, которые мы складываем, перекладываем, и каждый язык – это всего лишь свои правила игры в конструктор. Набор этих слогов определен и ограничен, и каждый несет свою первоидею, зашитую в глубинах нашего генома. Мы мыслим не словами, а первоидеями, слова лишь необходимость из-за потери телепатии. Шумерский язык, самый древний из известных письменных языков, чисто слоговый, он в этом плане ближе всех к первоисточнику или одному из первоисточников. Все наше языковое изобилие связано с чисто энтропийными процессами, от поколения к поколению, от штампа к штампу калька стиралась, правила игры размывались и попросту забывались, увеличивалось число «мутаций». Одним из главных и сокрушительных ударов по цельности первоязыка была потеря гласных в поздних алфавитах, начиная с иероглифического, который кстати был делом рук Тота-Гермеса, и далее финикийского, древнееврейского. Весьма хитрый и гениальный ход: такая письменность сохраняет смысловую информацию, но теряет «лицо», звуковую идентификацию, что-то вроде современного компьютерного кода из нулей и единиц – читать можно, но сказать нельзя. «Полногласность» – это начальное условие Логоса, и наиболее бережное отношение к гласным сохранили самые архаичные санскрит и славянские языки.
Характерной особенностью китайского письма является также взаимное тяготение начертания и значения (графической формы и содержания) к однозначности, т. к. идеография стремится к закреплению одинаковых начертаний за основными значениями. Это, в свою очередь, говорит о том, что с точки зрения психики, в вопросах овладения иероглифической письменностью доминирующей, видимо, является роль правого полушария головного мозга, где представления, как известно, содержатся в объединенном образе знака и его содержания, тогда как в левом полушарии лексические единицы представлены в виде дискретной последовательности составляющих их единиц, что более характерно для буквенных систем письма.
Говоря о таком признаке цельнооформленности сложных слов как графическое оформление, необходимо отметить его неустойчивость (слитное, дефисное, раздельное написание – в английском языке). Иногда одно и тоже слово имеет несколько вариантов написания: high-brow, highbrow; round heeled, round-heeled, roundheeled [Хидешели 1986: 5 ].
Ограничимся рассмотрением случая (1). «Альтависта», разумеется, держала «в уме» (если, конечно, у «Альтависты» есть хоть какой-нибудь «ум») словарные определения, поскольку англ. слово work можно перевести на ит. как impianti, а ит. impianti можно перевести на англ. как plants («предприятия», «заводы») или systems. Но тогда нам следовало бы отказаться от мысли о том, что «переводить» означает всего лишь «перелагать или перекладывать из одного ряда символов в другой», поскольку, за исключением случаев простой транслитерации одного алфавита другим, у определенного слова какого-либо естественного языка Альфа зачастую бывает более одного соответствия на каком-либо естественном языке Бета. Кроме того, даже если оставить в стороне проблемы перевода, это затруднение встает и перед самим человеком, говорящим по-английски.
Предельно простая фонетическая структура многих таких элементов – а они состоят либо из одного гласного (V), либо из комплекса: консонант + вокал (CV)[2] – может привести к мысли о их таксономическом соответствии слогам языка. Но и это неверно, так как существуют слоги, не имеющие аналога среди фонда таких частичек, однако знаменательные слова распадаются на них легко, например: хо-ро-шо.
Отметим, что значительная часть индивидуальных наименований – низкочастотные или единичные лексемы, составляющие периферию словника. Однако для выявления внутрижанрового своеобразия лирических песен интересно сопоставить и ядерную часть словаря. Для этого воспользуемся методикой аппликации (мысленного наложения) частотных словарей и, прежде всего, их верхушечной части. Сравнение наиболее употребительных знаменательных лексем (30 слов) показало большое число соответствий. Так, в обоих списках оказались существительные, называющие типичных персонажей лирической песни (молодец, девушка, девка, жена, матушка) и значимые части тела (рука), наименования животных (конь) и слова, обозначающие локус (поле, двор). Группа совпадающих высокочастотных слов также представлена оценочными прилагательными милый, молодой, красный, белый, глаголами быть, пойти и числительным три. Несмотря на наличие соответствующих лексем, свидетельствующих о единстве жанра, наблюдаются и различия, обусловленные внутрижанровыми приоритетами. Специфику низших эпических песен определяют наименования по родству (сын, брат, сестра), названия артефактных локусов (терем, шатер) и отрезков времени (год), в то время как в семейных и любовных песнях чаще употребляются существительные батюшка, муж, друг, голова, сад, улица.
Во-первых – с точки зрения палеографии, особенно на том уровне, как понимает возможности этой дисциплины автор рецензируемого исследования: В. Г. Ченцовой оказывается достаточным встретить в подписи пару элементов, близких по своим начертаниям к исполнению отдельных слов в самом тексте документа, чтобы сделать «нужное» ей заключение. Для нее не имеет никакого значения (иначе об этом было бы сказано в статье11] тот ясно выраженный наклон вправо всего почерка интересующего ее писца и отсутствие этого постоянного устремления букв и слов вперед в почерке Баласиса – как в найденном ею договоре 1669 г., так и в уже давно известной подписи одного из экземпляров «Ответов четырех вселенских патриархов о власти царской и патриаршей» 1663 г. (РГАДА. Ф. 135. Оп. 3. Рубр. 1. № 8. Л. 9], т. е. В. Г. Ченцова не принимает во внимание важнейшую особенность конкретного почерка писца-профессионала, а имеет [31] в виду лишь распространенные в определенной среде того или иного времени формы букв и сокращений. В таком случае о каком палеографическом анализе может идти речь?
Графика – это раздел науки о письме, который определяет знаки, используемые в данной системе письма, и способы обозначения на письме звуковых единиц. По сути, графика – это письменность, а письменность – это совокупность письменных средств (букв, графем, знаков препинания и т. п.) языка.
Но нет ли какой-нибудь более «приземленной» версии происхождения рун? Долгое время историки и филологи отталкивались от их странной формы – угловатой, геометрической, и старались найти аналоги в самых разных древних языках. Но впоследствии возникла гипотеза, что, возможно, «предки» германских рун выглядели несколько иначе, просто жители севера трансформировали какую-то из существовавших на тот момент письменностей так, чтобы буквы (знаки) было удобно вырезать на камне и дереве. Поэтому руны, какими бы они ни были изначально, приобрели характерную угловатую форму. Наиболее популярна в наше время версия о происхождении рун от какого-либо из северноэтрусских алфавитов. Есть также предположения, что древние германцы не переиначивали уже имеющиеся знаки письменности, а создали свои собственные без опоры на то, что изобретено другими…
В 1958 году в китайском народном собрании было принято решение о переводе китайской письменности на латиницу. Вот этот самый вариант латиницы называется «пинин». И сейчас, надо сказать, эта система тоже используется как некое дополнение к иероглифике. Используется, скажем, в информационных ресурсах для поиска, при работе на компьютере. Но попытка модернизировать китайскую письменность не привела к уничтожению иероглифики по ряду причин. Одной из них является то, что у китайцев есть «эталонный» китайский язык и еще несколько диалектов. При наличии сходной лексики и грамматики там существуют такие фонетические отличия, что китаец из одного региона не понимает китайца из другого. Потому что это разные языки. И попытка введения такой письменности проблемы не решила. Иероглифика дополняет уже то, что было сделано в XX веке.
После заголовочного крылатого слова и выражения следует необходимая информация о нём: указываются управление (для глагольных сочетаний), варианты разного типа, стилистические пометы, толкование и, наконец, справка об источнике (особенно авторстве) этой языковой единицы, помогающая установить его происхождение, исторические и культурологические обстоятельства, в которых она возникла, и ее первичную форму и значение.
В этом возрасте дети получают представление о протяженности слов (короткие и длинные), знакомятся со слоговым делением слов на основе выделения гласных звуков. Термин «слог» (так же как и «звук») не употребляется. Для решения данной задачи детям предлагают специальные дидактические игры, в которых дошкольники делят слова на части, прохлопывая, отстукивая или прошагивая ритмико-слоговую структуру одно-, двух– и трехсложных слов. В подобных упражнениях в качестве вспомогательного средства используются заместители – мелкие фишки, игрушки, наглядно изображающие отдельные части слов. Эти заместители являются прообразом графической записи слогов.
Откуда взяли петроградские дворники этот простой способ обозначения чисел: кресты – десятки, палочки – единицы? Конечно, они не придумали этих знаков сами, а привезли их из родных деревень; такая нумерация давно уже в широком употреблении и понятна каждому, даже неграмотному крестьянину в самом отдаленном и глухом углу России. Способ этот, без сомнения, восходит к глубокой древности и употребителен не в одной лишь России. Не говоря уже о родстве с китайскими обозначениями, бросается в глаза и сходство этой упрощенной нумерации с римской: ведь и в римских цифрах палочки означают единицы, а косые кресты – десятки.
Слова одного языка на другой язык обычно переводятся, но не всегда. Иногда они транскрибируются. Речь идет о так называемой практической транскрипции, то есть записи слов одного языка буквами другого языка с учетом прежде всего их произношения. Как правило, это касается имен собственных.
Стоит отметить, что в древнерусском языке значение слова друг известно только одно главное – "приятель, товарищ"[347]. Несмотря на то, что древнейшие русские источники несравненно более многочисленны, чем тексты на других славянских языках, а в частности, более обильны и по упоминаниям социальной терминологии, на Руси это слово не фиксируется в значении "член дружины". Конечно, в живом языке ощущалась связь между словами друг и дружина (ведь второе из них— собирательное, производное от первого), и в определённых контекстах или ситуациях «други» (во множественном числе) могли быть взаимозаменимы с «дружиной». Так, в древнерусском переводе «Пчелы» (XII— начало XIII в.) греческое ("друзья") девять раз передаётся как , хотя в большинстве случаев (более десятка) – как[348]. Характерно, что почти во всех случаях первого рода речь идёт об окружении правителей – значит, слово дружина казалось уместным именно в таком контексте, и это свидетельствует о его определённой семантической спецификации. Эта спецификация, вполне соответствующая тенденции, зафиксированной в болгарских памятниках и во «2-м старославянском Житии Вячеслава», будет показана ниже на летописном материале.
Некоторое время сверхфразовое единство терминологически отождествлялось с абзацем. Однако еще А. М. Пешковский писал об отсутствии для соответствующих синтаксических единиц особого синтаксического термина и о необходимости пользоваться «типографским термином абзац». В ходе дальнейшего изучения абзаца исследователями наряду с композиционно-графическим значением абзаца все более подчеркивалась его композиционно-стилистическая роль в структуре письменного текста. Так, Т. Т. Сильман пишет об абзаце: «Дело в том, что этот термин имеет не два значения, как вытекает из разъяснений А. М. Пешковского (т. е. «типографское» и «синтаксическое»), а скорее три: сверх названных двух значений существует еще значение некоего относительно законченного отрезка литературного текста, т. е. значение литературно-композиционное. С этой точки зрения смена абзацев литературного произведения отражает ход мыслей, принцип движения повествования – то, что принято называть литературной композицией, хотя каждый абзац при этом не утрачивает и своего синтаксического значения». Практически же в исследованиях данного автора абзац оценивается, прежде всего, именно как единица композиционно-стилистическая.
Само слово «кириллица» образовано от имени святого Кирилла, одного из двух славянских просветителей – братьев. Кирилл (до пострижения в монашество его звали Константин) и его старший брат Мефодий (он известен только под монашеским именем), греки по происхождению, жили в IX в. и в 863 г. осуществили успешную миссию по распространению христианской веры в Моравии. В «Сказании о письменах» и житиях братьев именно им приписывается создание (в ходе Моравской миссии) особой славянской азбуки, позволившей переводить на славянские языки книги Священного Писания. По современным представлениям, этой азбукой была не кириллица (многие буквы которой сходны с буквами греческого алфавита), а глаголица – оригинальная, самобытная азбука, распространившаяся преимущественно у западных славян. До XII в. глаголица ограниченно применялась и на Руси, основной же системой письма у восточных славян стала кириллица, которая (в измененном виде) применяется до наших дней.
Само слово «алгоритм» происходит от имени хорезмского учёного аль-Хорезми. Около 825 года он написал сочинение «Китаб аль-джебр вальмукабала» («Книга о сложении и вычитании»), из оригинального названия которого, происходит слово «алгебра» (аль-джебр – восполнение). В этой книге он впервые дал описание придуманной в Индии позиционной десятичной системы счисления. Персидский оригинал книги не сохранился. Аль-Хорезми сформулировал правила вычислений в новой системе и, вероятно, впервые использовал цифру 0 для обозначения пропущенной позиции в записи числа (её индийское название арабы перевели как as-sifr или просто sifr, отсюда такие слова, как «цифра» и «шифр»). Приблизительно в это же время индийские цифры начали применять и другие арабские учёные.
Печатное слово обращено к каждому – к человеку любого возраста, образованному и необразованному. Умеющий читать обладает четким представлением о форме букв. Изменение любого элемента буквы может сделать весь шрифт непонятным. Чем необычней выглядит слово, которое мы уже миллион раз прочитывали и распознавали, тем сильнее нам будет мешать его новая форма. Подсознательно мы стремимся к узнаванию его привычного облика. Другое обличье того же слова кажется нам чужим и усложняет чтение. Из этого можно заключить, что типографский шрифт тем лучше читается, чем меньше его основные формы отличаются от тех, что употреблялись многими поколениями. Допустимы только небольшие вариации формы и длины засечек, соотношения толщин основных и дополнительных штрихов. Но эти изменения возможны только в пределах устойчивого представления о привычной форме буквы.
Историческую изменчивость «единооформленности» отдельных языковых единиц можно проиллюстрировать историей изменения союза потому что: было время, когда он состоял из трех слов: по тому что (см. [Борковский 1979: 310–315]), сейчас он состоит из двух слов, и не исключено, что придет время, когда этот союз будет писаться слитно. Во всяком случае, написание потомучто уже зафиксировано в НКРЯ, а запрос в поисковой системе Yandex дает более полумиллиона примеров[13]. Подобная цифра не может не вызывать некоторые размышления о возможной эволюции письменной нормы.
Иногда рекомендуют (чуть ли не в приказном порядке) заменять иноязычные слова русскими. Это предложение содержится, например, в одном из пунктов «Закона о русском языке как государственном языке Российской Федерации», разработанного Государственной думой. Искать русские соответствия заимствований, конечно, необходимо, особенно в сферах публичного использования русского языка – в газете, на радио и телевидении, в выступлениях государственных и общественных деятелей: подчас исконное слово лучше передает нужный смысл, чем иностранное. Очевидно, например, что слово эксклюзивный дублирует смысл русского прилагательного исключительный. Стало быть, надо вывести его из употребления как сорняк? Но не всё так прямолинейно происходит в нашем языке. Например, нередко осмеивавшееся в прошлом слово водомёт – прекрасный синоним заимствованного фонтан. А чем весьма выразительное и прозрачное по своей структуре слово окоём хуже греческого по своим корням термина горизонт? Однако судьбе и русскому языку угодно было сохранить иноязычные слова, а не исконные. Тем не менее, поиски русских соответствий иноязычным словам – насущная задача. Не надо только превращать эти поиски в обязательное правило. Иначе мы рискуем вернуться к временам А. С. Шишкова и В. И. Даля, предлагавших бильярд называть шаротыком, а тротуар – топталищем.
Ретроспективное рассмотрение развития теории слога целесообразно начать с античной литературы, где впервые предложено определять слог наличием гласного звука, названного слогообразующим. Соответственно, количество слогов в слове предлагается соотносить с количеством гласных звуков. Очевидно, что при таком подходе не рассматривается вопрос о принципах слогоделения и о границах слога в случае, например, стечения нескольких согласных звуков [Троцкий и другие, 1996; Велинский, 2006].
Обе матрицы используются при построении; они несут в своей структуре пятиричность и шестеричность. Вертикальные триады Якова Бёме (см. рис. 3) в круглой схеме оказались расположенными так, как это указано на рис. 4 а, где прорисована и одна из ветвей спиральных структур, столь характерных для различного рода изображений трикветра. Приведено и размещение китайской схемы человека в полукруглой матрице (рис. 4 б), поразительно напоминающей многие буквы сокральных ближневосточных алфавитов. На рис. 5 а показан так называемый алфавит Меркурия, или вестника богов – Гермеса Трижды величайшего; подстрочником указаны соответствующие арабские буквы, которые уже были упомянуты в одной из предыдущих статей автора в связи с матрицей круглых и полукруглых алфавитов, а она также наитеснейшим образом коррелирует с протосемитическими сокровенными традициями. Имеется важное дополнительное свидетельство связи предлагаемой схемы с представлениями о человеческом теле – декоративные, наносимые краской прямо на тело, традиционные индийские картины (рис. 5 б).
Работа над переводом дает возможность безусловно подтвердить выводы Гриневича о том, что этрусское письмо является слоговым, причем для него характерны открытые слоги типа СГ и Г (согласный плюс гласный и один гласный)[19]. Возможно также, подтвердится предположение Гриневича, что в редких случаях встречаются слоги типа ССГ (сдвоенный согласный плюс гласный), причем при письме один из согласных опускается.
1) По отношению к вокализму ряд написаний свидетельствует о подчинении русских слов закону тюркской гармонии гласных; ср. передачу слов «глухой» через о – о (5 б, в, е, ж) или у – у (5 г) и «ворота» через сплошное а (17 б, д) или через сплошное о (17 г). Этот тип написаний гармонирует с тем обстоятельством, что и само произношение (простонародное) татарами русских слов подчиняется закону гармонии.
Но о том, что святые Кирилл и Мефодий были создателями сразу двух славянских письменностей, не говорится ни в одном из вариантов «Жития», а также ни в каком-либо другом древнем источнике. Наоборот, в «Историографии народа славянского» архимандрита Рагужского Мавро Орбини (1550–1614) утверждается, что глаголица до их прихода уже существовала: «Славяне имеют два вида букв, чего нет ни у греков, ни у латинян. Один вид был обретён Кириллом и называется кириллицей, другого был изобретатель блаженный Иероним, и назывался он буквица (глаголица. – Авт.), которых начертания пребывают во всегдашнем употреблении у славян».
Специально изложению взглядов Л. В. Щербы по ряду проблем общей фонетики посвящена статья Маргариты Ивановны «Л. В. Щерба как фонетик» в сборнике «Памяти академика Льва Владимировича Щербы» (1951). В ней рассматриваются сформулированные Л. В. Щербой принципы артикуляторного описания гласных и согласных, позволяющие создать их универсальную классификацию, более последовательную, чем в западноевропейских школах (соответствующие таблицы приведены тут же), и щербовская теория слогоделения, согласно которой слоговая граница определялась ослаблением мускульного напряжения артикулирующих органов. Несколько статей, посвящённых фонетическим взглядам Л. В. Щербы, написаны Маргаритой Ивановной в соавторстве со Львом Рафаиловичем Зиндером (К истории учения о фонеме // Изв. ОЛЯ АН СССР. 1953; Л. В. Щерба // Русская речь. 1965 и др.).
Руны просты в написании. К простоте и логике графического изображения рун мы еще вернемся, и читатель откроет для себя чрезвычайно много интересного. Но пока мы говорим о том, что руны, даже разновидности рунического письма, все же менее подвержены графическому искажению, чем буквы, скажем, славянской азбуки. Их удобно вырезать, и у них есть некий шаблон, о котором мы также расскажем далее.
По мнению Хельбига Г. и Буша Й., у личных местоимений их обозначение (название) не соответствует той функции, которую они выполняют. Для местоимений первого и второго лица – это та часть названия, где говорится о том, что местоимение является заместителем имени (Pronomen = für ein Nomen), которая не вполне подходит, так как эти местоимения не замещают имен. Они считают, что данные местоимения вообще не замещают другие слова, а сами являются «единственным адекватным способом обозначения говорящего и адресата речи» [Helbig, Buscha, 2001, с. 232]. Что же касается местоимения третьего лица, то авторы считают, что первая часть его названия (личное) вводит в заблуждение. Это местоимение является важным средством обозначения всего того, что обсуждается партнерами в разговоре и что прямо не названо существительным. Речь идет не всегда о лицах, но и о не – лицах в широком смысле этого слова (предметы, абстрактные понятия). Таким образом, по мнению авторов, ни для местоимений первого и второго лица, ни для местоимения третьего лица обозначение «личное местоимение» не передает правильно функцию, ими выполняемую. Но, несмотря на это, традиционное название сохранено, так как оно общепринято [Helbig, Buscha, 2001, с. 232 -233].
О. С. Ахманова в свою очередь предложила максимально формализованный подход к разделению «лексического» и «грамматического» значения: «грамматическое значение – это не просто значение отношения. Это значение отношения, выраженное как неосновное, как дополнительное, как лишь сопровождающее основное или лексическое значение. …Значение отношения, следовательно, является грамматическим, если оно выражено посредством изменения слов и их соединения… Значение отношения будет лексическим, если оно выражено отдельными словами…» (Ахманова 1957: 65–66). В качестве примера О. С. Ахманова приводит русское словосочетание «мы работали» и утверждает, что значение лица в этом словосочетании является лексическим, а не грамматическим, так как форма «работали» употребляется и с местоимениями второго и третьего лица: «вы работали», «они работали» (Ахманова 1957: 66). В случае же с формой «работаем» она, наоборот, предлагает считать значение лица «грамматическим» (Ахманова 1957: 66).
Для того чтобы поставить этот вопрос, ученый предпринял сравнительный анализ огромного количества печатей, пломб, монет, на которых изображены знаки, идентичные по конфигурации знакам Рюриковичей. Масса аналогий в разнообразном по времени и территории материале заставила его не только заключать, что «все это показывает, как в разное время и в разных местах могут образовываться знаки одинакового рисунка»[33], но и предупреждать: «Обзор и исследование знаков собственности и так называемых символов, особенно же в данном случае тамг тюркских племен, представляет большую важность, но самое прикосновение к родовым знакам способно увлечь к скифам и индо-скифским царям и еще дальше, а рядом с этим в вопросе о происхождении, о заимствованиях и влияниях необходима крайняя осторожность, иначе в клеймах финской деревни, нам современной, можно найти знаки, видимые на наших древних пломбах и печатях»[34].
а б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ э ю я